Доступ критика отдельных положений

Реклама
Опубликовано на www.russianlaw.net
URL: http://www.russianlaw.net/law/doc/a220.doc
Волков Юрий Викторович,
доцент кафедры информационного права
и естественнонаучных дисциплин УрГЮА,
кандидат юридических наук
Дуализм информации в конструкции «право на информацию»
Право на информацию признано одним из основных прав человека, это
нашло отражение в международных документах, Конституции России и в
основных федеральных законах, регулирующих информационную сферу.
Несмотря на это, понимание информации в различных отраслях права, как
явления и как правовой категории отличается. Рассмотрим лишь некоторые
из них. В Конституции Российской Федерации информация понимается как
сведения и как сообщение, достоверная информация, соответственно в статьях
29 и 42 Конституции РФ1. В гражданском законодательстве информация также
рассматривается в нескольких контекстах: 1) как отдельная категория объектов
наряду с вещами, работами, услугами (ст. 128 ГК РФ); 2) как сведения (ст. 152
ГК РФ); 3) как документ (ст.ст. 1027, 1031, 1045 ГК РФ) соответственно2.
Понимание информации в российской правовой традиции традиционно
ассоциировалось с документом3. Соответственно право на информацию
связывалось с
правом
ознакомления с документом. Естественнонаучные
концепции и теории информации представляли собой более широкий круг
понимания, они в разных контекстах детально описаны в различных научных
источниках4. Наиболее полное понимание информации связано с именем
Норберта Винера. «Информация – это обозначение содержания, полученного
из
внешнего
мира
в
процессе
нашего
приспособления
к
нему
и
приспосабливания к нему наших чувств»5. Данное им в социологическом
контексте определение информации использовано как основа для дальнейших
исследований специалистами в различных областях.
Возобновление
активности
исследователей
по
вопросу
места
информации в праве связано с именем профессора А. А. Стрельцова, который
обосновал природу информации в праве как результат отражения объектов
материального мира в двух формах: сведения и сообщения6. Продолжая и
развивая предложенную А. А. Стрельцовым конструкцию информации, П. У.
Кузнецов акцентировал внимание на информационной природе права, в
первую очередь,
и обосновал
дуализм информации применительно к
правосознанию и нормам права7, как следствие. В этих контекстах
представляется обоснованным учитывать информационную природу права и
применительно к праву на информацию, как одному из прав человека.
Понимание
природы
информации
в
зарубежной
юриспруденции
развивается по аналогичному пути. Наиболее выпукло это направление
представлено в работах исследователей-правоведов Джона Кахира, Кевина
Вербача и других авторов. Кахир концептуально разделяет информацию на: а)
передачу сигналов и б) результат обмена значениями, смыслами, или
дословно: «(a) information as the transmission of signals and (b) information as the
production and exchange of meaning»8. Более сложный подход, в котором
учитывается уровневое и горизонтальное взаимодействие, предлагает Вербач.
Он
обозначает
для
регулирования
информации
четыре
уровня9.
Справедливости ради необходимо отметить, что предложение Вербача
относятся преимущественно к регулированию информационных отношений в
сфере Интернет.
Тем не менее, необходимо отметить намечающуюся тенденцию
уровневого подхода в регулировании правоотношений информационной
сферы. В этой связи необходимо отдавать отчет о том, что право на
информацию, как категория ближайшая к информационной сфере из всего
комплекса прав человека, вероятнее всего будет испытывать давление
обозначенных тенденций. Специалисты в области прав человека поставлены
перед выбором: учитывать или игнорировать исследовательские направления,
связанные с нарождающейся парадигмой «уровневого» или «горизонтального»
регулирования.
Рассмотрим один пример. Британская неправительственная организация
Артикль 19 (Лондон) достаточно активно занимается вопросом прав человека
и в частности вопросом права на информацию. Ряд предложений об оценке
состояния обеспечения права на информацию и в частности Принципы
законодательства о свободе информации, Принципы свободы слова и
регулирования вещания10, позволяют сделать вывод о достаточно активном и
принципиальном подходе организации к вопросу прав человека. В то же время
встречаются и упрощенные подходы. Так, в частности, комментируя Правила
распределения доменного пространства в Казахстане, исследователи Артикль
19
предлагают внести
следующие изменения и дополнения:
«веб-
пространство Казахстана должно управляться органом, независимым от
правительства; регистрация домена .kz должна быть чисто технической
процедурой,
от
заявителей
должно
требоваться
лишь
представление
имени/наименования, контактных данных и ограниченных технических
данных, необходимых для регистрации домена; не должно быть требования о
том, чтобы серверы домена .kz располагались на территории Казахстана»11.
Что представляют собой перечисленные предложения. Информационная
(содержательная) часть, именуемая доменным именем, рассмотрена отдельно
от телекоммуникационной сети, физической составляющей, которая является
носителем сообщения (сигнала). Исследователи Артикль 19 предложили
фактически игнорировать естественнонаучную природу телекоммуникаций, а
для целей регулирования использовать только условное наименование части
объекта. Проводя аналогию, предложено для регулирования использовать
временные условные наименования, а не сущностные понятия вещей.
Приведенный
пример
свидетельствует
о
степени
возможного
заблуждения в случае отсутствия понимания природы информации и подмены
её условным наименованием, которое не отражает существа явления.
Подводя итог, отметим, что исследования
содержания прав на
информацию как одного из основных прав человека не могут считаться
завершёнными и непременно должны быть продолжены. В качестве
первоочередных направлений и тематик исследований можно предложить,
например, следующие: отношения (правоотношения) по поводу сигнала и
сведений (содержания), как структурных элементов информации; право на
информацию
в
контексте
соответствия
сведений
переданных
соответствующим сигналом (контекстуальная непротиворечивость пары
содержание
–
сигнал),
информационный
нейтралитет
операторов,
ответственных за передачу сигнала и другие. Осознавая дискуссионный
характер предложенной тематики, автор готов к открытому диалогу.
Литература.
1
Конституция Российской Федерации // Российская газета, 25 дек. 1993.
2
Гражданский кодекс Российской Федерации // СЗ РФ, 1996. № 5. Ст. 410;
2006. № 52. Ч. 1. Ст. 5497.
3
Гаврилов О. А. Курс правовой информатики. Учеб. М., 2000; Бачило И. Л.,
Лопатин В. Н., Федотов М. А. Информационное право: Учеб. под ред. Б. Н.
Топорнина. СПб., 2001; и др.
4
Украинцев Б. С. Информация и отражение // Вопросы философии. 1963. № 2.
С. 30; Урсул А. Д. Отражение и информация. М., 1973. С.31; и др.
5
Винер Н. Кибернетика и общество / Творец и Будущее: Пер. с англ. / Н.
Винер. – М. 2003. С.19.
6
Стрельцов А. А. Обеспечение информационной безопасности России.
Теоретические и методологические основы / Под ред. В. А. Садовничего, В. П.
Шерстюка. - М. 2002. С. 23-37.
7
Кузнецов П.У. Информационные основания права: Монография. Екатеринбург. 2005. С. 146.
8
Cahir J. Understanding Information Laws: A Sociological Approach // Journal of
Information, Law and Technology(JILT) 2002 (3).
9
Werbach K. A layered model for Internet policy // Telecommunications & High
Technology Law. 2002. Vol. 1.P. 38-67.
10
Право граждан на доступ к информации (Принципы законодательства о
свободе информации) /Артикль 19. Воронеж. 2000; Доступ к эфиру (Принципы
свободы слова и регулирования вещания) / Артикль 19. Лондон. 2002 и др.
11
Комментарий к Правилам распределения доменного пространства в
Казахстане / Артикль 19. Лондон. 2005.
Скачать