Сочинение Искаковой А. Недавняя телепередача, посвящённая гоголевскому юбилею, заставила меня

Реклама
Сочинение Искаковой А.
Недавняя телепередача, посвящённая гоголевскому юбилею, заставила меня
переиначить ученическое мнение о классике. Длинный нос, глубоко посаженные глаза,
прямой непослушный волос, тонкие губы, плотно сомкнутые застывшей укоряющей
фразой – вот внешняя сторона писателя, едва скрывающая дыхание и настроение богатой
внутренней жизни мятежного, страстного, но в то же время робкого до слёз Мастера,
умевшего «быстротой описания, немногими чертами означить весь предмет». Примеров
тому много. Среди них бестселлер «Ревизор».
Страница за страницей, действие за действием, и передо мной вновь оживают
картины «великой комедии страха», которой могло бы и не случиться, да вот оказия
какая: «сила всеобщего страха, царствующего в безвестном городке, куда случайно
заносит Хлестакова, превращает его, ничтожного петербургского «елистратишку», в
«значительное лицо, вокруг которого, по словам приезжего, начинает вертеться «экое
дурачьё». Неужели это правда? Неужели «людишки, людишки, людишки одного пошибу»
могут быть в таком количестве?! Гоголь загадочно улыбается: мол, смотрите и отвечайте
сами. А давайте посмотрим ещё раз да подумаем вместе, смеяться или плакать, бороться
или созерцать, негодовать или молчать.
Не знаю, почему, но когда я смотрю на городничего, мне так и хочется объявить:
«Станция Сквозник – Дмухановский. Выйдя из вагона, будьте предельно осторожны!»
Вот уж поистине сгусток непорядочности! Вершитель судеб городка ,отъявленный
взяточник и казнокрад, наглый мошенник и невежда, оправдывает себя спасительной
догадкой: «Не я первый, не я последний, все так делают». А ведь он является образцом и
примером для всех нижестоящих чинов, которые, собравшись вместе, олицетворяют
собой не только власть, но и закон, авторитетом которого покрываются произвол и
дичайшие безобразия. Судья не скрывает тягу к взяткам «борзыми щенками»; попечитель
богоугодных заведений – услужливый, суетливый проныра и плут; Бобчинский и
Добчинский – закоренелые сплетники и пустомели; почтмейстер –моральный урод:
читает чужие письма «не то, чтоб из предосторожности, а больше из любопытства»; жена
и дочь городничего – отражение друг друга, вертихвостки и попрыгуньи, лишённые
чувства порядочности и достоинства – каждый из персонажей является носителем
страшных человеческих пороков, к которым добавляются «моральные несуразности»
Хлестакова.
Вот оно, ничтожество, которое силой обстоятельств было вознесено на пьедестал.
Отсюда вдохновение, с каким пускает он пыль в глаза благоговейно внимающим ему
простофилям. И, согласитесь, чем больший трепет вызывают его речи, тем безудержнее
воспаляется его фантазия. И кажется, что он сам уже готов поверить сотворённой им лжи.
Мнимый ревизор – проходимец, ветреник, «сосулька». Но любопытно, что его поведение
ни разу не возбуждает подозрения. Чем фантастичнее враньё Хлестакова, тем с большим
доверием относятся к нему чиновники. Сам городничий, перевидавший, вероятно, на
своём веку не одного ревизора, не находит ничего предосудительного и в поведении
Хлестакова. Остаётся предполагать, что подобным образом вели себя все
«государственные мужи» николаевской империи и честный человек среди них был
редкостью, потому что его сочли бы или ненормальным, или, чего доброго, ещё
«волтерианцем».
Все персонажи Гоголя живут в особом мире. И сколь бы ни казалось странным
поведение иного из них, это, к сожалению, никому из окружающих не бросается в глаза.
Почему? Я думаю потому, что отсутствие логики и есть логика и норма мира,
представляемого гоголевскими героями. И здесь – источник высокого, полного трагизма
гоголевской комедии. Смех был не только оружием, которым писатель боролся против
ненавистного ему мира тьмы и насилия. Смех Н.В.Гоголя отражал высоту нравственной
позиции писателя, его мечту об иной, более совершенной действительности.
Итак, чиновники уездного городка приняли проходимца, «фитюльку» за важную
персону. Они совали ему взятки и радовались тому, что обманули ревизора, не
подозревая, что сами окажутся обманутыми. Вот они стоят в финале комедии,
оглушённые и потрясённые случившимся. И каждый из них в отдельности, и все они
совокупно предстают передо мной как пойманная на месте преступления шайка воров и
казнокрадов, над которой великий писатель учинил публичную казнь смехом.
Помните первую, ставшей крылатой, фразу: «Я пригласил вас, господа, с тем,
чтобы сообщить вам пренеприятное известие…»? Я бы сказала иначе (да простит автор):
«Я приглашаю вас, люди, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие. Пороки
живы. Они мешают, они уничтожают человеческое в человеке. Давайте делать так, чтобы
наша достойная жизнь, наши нормы поведения стали для них смертельными. О, если бы
осуществилась эта мечта! Наверняка тонкие губы Гоголя раскрылись бы в улыбке!
Похожие документы
Скачать