Загрузил Дед Пихто

5 практическая изрл

Реклама
ПЛАН
1. Эсхил — «отец трагедии».
2. Выражение нравственных проблем в ранних произведениях драматурга («Персы»,
«Семеро против Фив» ).
3. Основная направленность трилогии «Орестея».
4. Миф o Прометее и его интерпретация Эсхилом.
5. Ораторская страстность и убежденность как воплощение героического,
непреклонного характера Прометея.
6. Антитеза как композиционная основа трагедии иПрометей Прикованный».
7. Обращение к литературному наследию Эсхила в Новое время.
1. Эсхил — «отец трагедии».
Трагедия до Эсхила содержала еще слишком мало драматических элементов и сохраняла
тесную связь с лирической поэзией, из которой она возникла. В ней преобладали песни хора, и она
еще не могла воспроизводить подлинного драматического конфликта. Все роли исполнялись
одним актером, и поэтому никогда не могла быть показана встреча двух действующих лиц. Только
введение второго актера давало возможность драматизировать действие. Эта важная перемена
была произведена Эсхилом. Вот почему и принято считать его родоначальником трагического
жанра. В. Г. Белинский называл его «творцом греческой трагедии»1 , а Ф. Энгельс — «отцом
трагедии»2. Вместе с тем Энгельс характеризует его и как «ярко выраженного тенденциозного
поэта», но не в узком смысле этого слова, а в том, что он свой художественный талант обращал со
всей силой и страстностью на освещение существенных вопросов своего времени. Творчество
Эсхила настолько пронизано откликами на современную ему действительность, что без
знакомства с ней не может быть в достаточной степени понято и оценено.
Время жизни Эсхила (525— 456 гг. до н. э.) совпадает с весьма важным периодом в
истории Афин и всей Греции. В течение VI в. до н. э. оформился и утвердился рабовладельческий
строй в греческих государствах-городах (полисах) и вместе с тем получили развиие ремесла и
торговля. Однако основой хозяйственной жизни было земледелие, причем преобладал еще труд
свободных производителей и «рабство еще не успело овладеть производством в сколько-нибудь
значительной степени»3. В Афинах усилилось демократическое движение, и это привело в 510 г. к
низвержению тирании Гиппия Писистратида и к серьезным реформам государственного порядка в
демократическом духе, проведенным в 408 г. Клисфеном. Они были направлены на то, чтобы в
корне подорвать основы могущества больших знатных родов. Так получила начало афинская
рабовладельческая демократия, которая затем в течение V в. должна была еще дальше укреплять и
развивать свои основы. Однако вначале власть фактически все еще оставалась в руках
аристократии, среди которой боролись две группы: прогрессивная — торговая аристократия — и
консервативная — землевладельческая. «... Моральное влияние, — писал Ф. Энгельс,—
унаследованные взгляды и образ мышления старой родовой эпохи еще долго жили в традициях,
которые отмирали только постепенно»4. Пережитки старого уклада жизни и старого
мировоззрения цепко держались, сопротивляясь новым веяниям.
Между тем важные события назревали на Востоке. В VI в. до н. э. в Азии создалась
огромная и могущественная персидская держава. Расширяя свои пределы, она подчинила и
греческие города в Малой Азии. Но уже в конце VI в. эти города, достигшие высокого
экономического и культурного процветания, стали с особенной остротой тяготиться чужеземным
игом и в 500 г. до н. э. подняли восстание против персидского владычества. Однако восстание
кончилось неудачей. Персам удалось жестоко покарать восставших, причем зачинщик восстания,
город Милет, был разрушен, а жители его частью перебиты, частью уведены в рабство (494 г.).
Известие о разрушении этого богатого и цветущего города произвело тяжелое впечатление в
Греции. Фриних, поставивший под впечатлением этого события трагедию «Взятие Милета»,
вызвавшую у зрителей слезы, за это был подвергнут властями большому штрафу, причем было
запрещено снова ставить его пьесу (Геродот, VI, 21). Это показывает, что разгром одного из самых
цветущих городов Греции рассматривался некоторыми кругами как результат неудачной политики
Афин, и воспроизведение этого события в театре расценивалось как резкая политическая критика.
Театр уже в этот момент, как видим, сделался орудием политической пропаганды.
После подчинения Малой Азии персидский царь Дарий задумал овладеть и материковой
Грецией. Первый поход в 492 г. был безрезультатным, так как персидский флот был разбит бурей.
Во время второго похода в 490 г. персы, разорив город Эретрию на Эвбее, высадились в Аттике
близ Марафона, но потерпели жестокое поражение от афинян под начальством Мильтиада.
Однако неудача Мильтиада на острове Паросе помешала земледельческой аристократии Афин
дальше развивать свои успехи. Между тем в Афинах, благодаря открытию новых жил серебряной
руды в местечке Лаврии, наметился экономический подъем. Фемистоклу удалось добиться
постройки на добытые средства большого количества новых кораблей. Эти корабли спасли
Грецию при новом нашествии персов в 480 и 479 гг.
Классовые противоречия и внутренняя борьба привели к тому, что при нашествии персов
часть греческих государств, например Фивы, Дельфы, фессалийские города и некоторые другие,
подчинились врагу, большинство же героически сопротивлялись и отразили нашествие, оставив в
потомстве память своими подвигами при Фермопилах, Артемисии и Саламине в 480 г., при
Платеях и при Микале (в Малой Азии) в 479 г. Особенно высокий патриотизм проявили афиняне.
Правда, сначала вторжение персов в Аттику вызывало большую тревогу среди населения и
растерянность властей. Однако Ареопаг5, старинное аристократическое учреждение, наследник
совета старейшин эпохи родового строя, оказался на высоте положения. Он изыскивал средства,
снабдил ими население и организовал оборону. Этим Ареопаг обеспечил за собой на ближайшие
двадцать лет руководящее значение в государстве и консервативное направление в политике
(Аристотель, «Афинская полития», 23).
Борьба за свободу отечества вызвала патриотический подъем, и поэтому пафосом героики
пронизаны все воспоминания об этих событиях, рассказы о подвигах героев и даже о помощи
богов. Таковы, например, рассказы Геродота в его «Музах». В этих условиях в 476 г. Эсхил создал
вторую свою историческую трагедию «Финикиянки», а в 472 г. — трагедию «Персы». Обе
трагедии были посвящены прославлению победы при Саламине, и можно представить, какое
впечатление производили они на зрителей, большинство которых были участниками битвы. Эсхил
и сам был не только свидетелем, но и активным участником знаменитых событий своего времени.
Поэтому вполне понятно, что все его миросозерцание и поэтический пафос определялись этими
событиями.
Под конец жизни Эсхилу пришлось наблюдать серьезные изменения и во внешней
политике, и во внутренней жизни государства. Афины стали во главе так называемого
«Делосского морского союза», образованного в 477 г. при деятельном участии Аристида. Достиг
большого размера флот. Расширение флота повысило удельный вес в политической жизни
малоимущих граждан, служивших на кораблях. Усиление демократических элементов позволило
Эсфиальту, возглавлявшему демократов-рабовладельцев, провести реформу, которая отняла у
Ареопага руководящую политическую роль и низвела его на степень лишь судебного учреждения
по религиозным делам. Борьба партий была настолько ожесточенной, что инициатор реформы
Эфиальт был убит политическими противниками. Эсхил откликнулся на эти события в последнем
своем произведении «Эвмениды», став на сторону Ареопага. Вместе с тем изменилось
направление и внешней политики Афин. Трения, начавшиеся в отношениях с аристократической
Спартой, кончились разрывом союза с ней и заключением союза с Аргосом в 461 г. (Фукидид,
«История», 1, 102, 4), что нашло отра-ение в той же трагедии Эсхила. Теперь афинские политики,
отказавшись от задач обороны против персов, обратились к наступателным и даже
завоевательным планам. В 459 г. был организован большой поход в Египет для поддержки
начавшегося там восстания против власти персов. Эсхил, как видно, неодобрительно относился к
этому рискованному предприятию, но не дожил до его катастрофического конца (прибл. в 454 г ).
Описанное нами время было периодом начинающегося расцвета аттической культуры,
который находил выражение в развитии производства в разных его видах, ремесла - от низших его
видов вплоть до строительства и пластического искусства, науки и поэзии. Эсхил прославил труд
в образе Прометея, принесшего людям огонь и почитавшегося в качестве покровителя гончарного
ремесла. Живопись этого времени известна нам по вазам так называемого «чернофигурного» и по
ранним образцам «краснофигурного» стиля. О скульптуре этого времени дают представление
бронзовая группа «тираноубийц» -Гармодия и Аристогитона работы Антенора, которая была
воздвигнута в 508 г., но в 480 г. была увезена персами, и сооруженная взамен нее в 478 г. новая
группа работы Крития и Несиота. Памятниками искусства «доперсидской» поры могут служить
многочисленные статуи и обломки статуй, найденные на Акрополе в «персидском мусоре», т. е.
уцелевшие от персидского погрома. Прославлению замечательных побед над персами посвящена
была постройка храма Афеи на острове Эгине. Все это - образцы архаики в греческом искусстве.
Это может быть в равной степени отнесено и к образам Эсхила.
2. Выражение нравственных проблем в ранних произведениях драматурга («Персы»,
«Семеро против Фив» ).
История и миф в трагедии Эсхила «Персы»
Эсхил (525-456 до н.э.).Его творчество связано с эпохой становления Афинского
демократического государства. Это государство формировалось в период греко-персидских войн,
которые велись с небольшими перерывами с 500 до 449 г. до н.э. и носили для греческих
государств-полисов освободительный характер. Известно,что Эсхил принимал участие в
сражениях при Марафоне и Саламине. Битву при Саламине он описал как очевидец в трагедии
"Персы". В надписи на его надгробии, сочиненной, по преданию,им самим,ничего не говорится о
нем как о драматурге, но сказано, что он проявил себя мужественным воином в сражениях с
персами. Эсхил написал около 80 трагедий и сатировских драм .До нас дошли полностью только
семь трагедий; из других произведений сохранились небольшие отрывки.
Трагедии Эсхила отражают основные тенденции его времени, те огромные сдвиги в
социально-экономической и культурной жизни, которые были вызваны крушением родового строя
и становлением афинской рабовладельческой демократии.
Мировоззрение Эсхила в основе своей было религиозно-мифологическим. Он верил,что
существует извечный миропорядок, который подчиняется действию закона мировой
справедливости. Человек,вольно или невольно нарушивший справедливый порядок, будет наказан
богами, и тем самым равновесие восстановится. Идея неотвратимости возмездия и торжества
справедливости проходит через все трагедии Эсхила.
Эсхил верит в судьбу-Мойру, верит, что ей повинуются даже боги.Однако к этому
традиционному мировосприятию примешиваются и новые взгляды,порожденные развивающейся
афинской демократией. Так, герои Эсхила-не безвольные существа,безоговорочно выполняющих
волю божества:человек у него наделен свободным разумом,мыслит и действует вполне
самостоятельно.Почти перед каждым героем Эсхила стоит проблема выбора линии
поведения.Моральная ответственность человека за свои поступки-одна из основных тем трагедий
драматурга.
Эсхил ввел в свои трагедии второго актера и тем открыл возможность более глубокой
разработки трагического конфликта,усилил действенную сторону театрального представления.Это
был настоящий переворот в театре:вместо старой трагедии,где партии единственного актера и
хора заполняли всю пьесу,родилась новая трагедия,в которой персонажи сталкиваются на сцене
друг с другом и сами непосредственно мотивировали свои действия.
Внешняя структура трагедии Эсхила сохраняет следы близости к дифирамбу ,где партии
запевалы перемежались с партиями хора.
Из дошедших до нашего времени трагедий великого драматурга особо выделяется:
"Персы"(472 г. до н.э.),где прославляется победа греков над персами в морском сражении при
острове Саламине (480 г. до н.э.). Трагедия изображает состояние Персии непосредственно после
поражения Ксеркса у Саламина. Исторической основой трагедии являются знаменитые грекоперсидские войны, и за исключением отдельных неточностей, «Персы» дают правильную картину
борющихся народов. Но Эсхил не хотел быть бесстрастным созерцателем этих великих событий,
они глубоко пережиты им самим. Прежде всего, перед нами горячий патриотизм, оправдываемый
философией истории. Греки защищали свою самостоятельность от захватчиков. Греция
противопоставляется у Эсхила Персии, как противопоставляются свободный народ и раболепный
восточный народ. Также присутствует религиозно-моральная концепция грека: когда Ксеркс
(перс) глумится над греческими храмами, разрушает святыни.
Это трагедия ораторного типа, даются не события не сами по себе, а лишь мысли и
переживания по поводу этих событий. Характеры в «Персах» статичны, действие разворачивается
прямолинейно (ситуация дана с самого начала, а в дальнейшем лишь углубляется). Идея
заключает в себе грандиозную философско-историческую концепцию Востока и Запада: не прямое
описание героической победы греков, а изображение ужаса персов по поводу их поражения.
Также проповедуется необходимость прекратить дальнейшее преследование персов.
«Семеро против фив»
Лай ослушался оракула Аполлона, предписывавшего ему ради спасения города не иметь
детей, и ослушание было отомщено на трех поколениях — на самом Лае, его сыне Эдипе и на
сыновьях Эдипа Этеокле и Полинике. Действие пьесы отнесено к тому времени, когда «семь
вождей» осаждают Фивы с целью поставить царем Полиника, изгнанного Этеоклом. В этой
трагедии главное действующее лицо — Этеокл, последний отпрыск проклятого рода, сознающий
свою обреченность. В поведении Этеокла действие родового проклятия нераздельно слито с
сознательным выбором пути. Эсхил наделяет Этеокла и высоко-положительными качествами,
горячей любовью к родине, талантами вождя и организатора. Положительная роль Этеокла
контрастно оттенена боязливым настроением хора фиванских девушек. «Проклятие» становится
его союзником в борьбе за спасение Фив. Обреченность Этеокла превращается в решение лично
отправиться в смертный бой с Полиником, решение, продиктованное и чувством воинского долга,
и сознанием проклятия, тяготеющего над родом Лая, и верой в правоту защищаемого дела. Гибель
индивидов и гибель рода, и« одновременно торжество защищающего свою независимость
государства — таков исход фиванской трагедии Эсхила. Первая из известных нам греческих
трагедий, в которой партии актера преобладают над хоровой частью, и первая трагедия, в которой
дается яркий образ героя. Других образов в пьесе нет; второй актер использован» для роли
вестника. Началом трагедии служит уже не парод хора». а актерская сцена, пролог. Разрастание
актерских партий достигается увеличением повествовательного материала.
3. Основная направленность трилогии «Орестея».
Орестея 458г. По структуре сложнее прежних трагедий: использован 3й актер, введенный
Софоклом. Сюжет Орестеи - судьба потомков Атрея, над которыми тяготеет проклятие за
преступление предка. Атрей, враждовавший с братом Фиестом, убил его детей и угостил Фиеста
их мясом. В роду Атрея не прекращаются тяжелые преступления, порожденные демоном мщения
Аластором: сын Атрея Агамемнон приносит в жертву богам свою дочь Ифигению, жена
Агамемнона Клитеместра убивает своего мужа с помощью Эгисфа. Сын Агамемнона Орест мстит
за отца, убивая мать и Эгисфа.
1я часть трилогии – Агамемнон: изображается преступление Клитеместры. Действие
происходит в Аргосе, перед дворцом Агамемнона, и начинается, когда огни, зажженные на горных
вершинах Греции, возвещают о падении Трои. Двусмысленные речи и намеки Клитеместры
предвещают недоброе, хор артосских старцев поет мрачные песни о мстительном божестве,
жертвоприношении Ифигении, ликование переходит в скорбное изображение ужасов троянского
похода, эллинская рать погибала ради чужой жены, из-за обиды Менелая и Агамемнона. Хор
предается размышлениям, что преступление неизбежно порождает новые преступления.
Агамемнон въезжает на победной колеснице и вступает в дом по пурпурному ковру — навстречу
судьбе. Зловещая атмосфера достигает напряженности в сцене видения пророчицы Кассандры:
проходит злодеяние Атрея и подготовляющееся убийство Агамемнона, которого жена убьет в
бане. Изнутри дома раздается предсмертный крик Агамемнона. Клитеместра и возлюбленный
Эгисф будут царить в Аргосе, хор отказывает в признании, угрожая грядущим мстителем Орестом
- кончается 1я часть трилогии. Идея наследственного проклятия сохранена в полной силе, но
проклятие действует через волю людей.
2я драма трилогии — Xоэфоры (Приносительницы возлияний). Выросший на чужбине
Орест возвращается в Аргос, чтобы отомстить, по повелению оракула Аполлона, за смерть
Агамемнона. Возникает моральный конфликт: долг мести за отца требует нового преступления убийства матери. Начало трагедии развертывается у могилы Агамемнона: там Орест встречает
сестру Электру и хор рабынь. Происходит сцена узнавания, Электра признает брата. Встреча с
сестрой, плач и заклинания над могилой отца, сообщение о сне Клитеместры укрепляет
решимость Ореста. Проникнув во дворец под видом странника, сообщающего о смерти Ореста,
убивает Эгисфа и Клитеместру. Воля Аполлона выполнена, после убийства матери Ореста
охватывает безумие, убегает, преследуемый Эринниями.
Заключительная трагедия — Эвмениды изображает борьбу богов вокруг Ореста. Эринии,
старые богини, сталкиваются с младшими богами, Афиной и Аполлоном. 1я часть трагедии
изображает Эриний, грозящих Оресту в дельфийском святилище. Действие переносится в Афины.
Обе стороны обращаются к богине Афине. Эринии воплощают родовой принцип кровной мести,
требуют отмщения за убийство, Афина, покровительница демократической государственности
считает необходимым судебное разбирательство. Учреждает суд присяжных: лучшие афинские
граждане и сама председательствует. Судебный спор представлен Эсхилом как борьба между
принципами отцовского и материнского права. Эринии: убийство чел, не состоящего в кровном
родстве - муж убившей его женщины, может быть искуплено - Эриний не касается; их дело преследовать убийства среди родственников по крови. Аполлон подчёркивает святость брачных
уз. Орест оправдан. В честь Эриний учреждается в Афинах культ, и древние богини материнского
права будут почитаться под именем Эвменид - благосклонных богинь, подательниц плодородия.
«Отцовское право одержало победу над материнским - боги младшего поколения побеждают
Эринний.
Исторически прогрессивные начала торжествуют, трилогия заканчивается прославлением
Афин и возгласами ликования.
Концепция рока в древнегреческой трагедии. Дельфийская религия, боровшаяся с
институтом родовой мести, восприняла миф об Оресте, придав концовку во славу дельфийского
бога: после убийства матери, Орест был очищен Аполлоном; благодаря божественному
вмешательству родовое проклятие потеряло силу, цепь преступлений оборвалась. Эсхил сохранил
проблему прекращения родовой мести. Восточное влияние мифов – несколько поколений богов.
Вопрос столкновения старого родового права и нового. Отражена судьба рода Атридов. Страшнйт
демон, греческий бог мщения, должен истребит род. Трагедия родового проклятия, разрешения
судьбы, возмездия. Греки уверены, что справедливость должна восторжествовать. Хор старейшин
Аргоса. Драма последняя – суда и прощения. Орест – последний отпрыск рода, поэтому Апполон
помогает.
4. Миф o Прометее и его интерпретация Эсхилом.
В своем творчестве Эсхил стремился раскрыть важнейшие вопросы своего времени:
проблемы вины и возмездия, ответственности человека за свои поступки, противоборства добра и
зла, стремления к торжеству справедливости, взаимоотношений человека и сил внешнего мира,
выражающих божественную волю. Самым выдающимся из созданий древнегреческого поэта
является образ титана Прометея, без которого сейчас трудно представить себе ряд великих
образов мировой литературы.
Трагедия «Прикованный Прометей» занимает особое место в творчестве драматурга и
является первой из трилогии. Позже поэтом были созданы «Освобождаемый Прометей» и
«Прометей-огненосец». Однако до наших дней из последних сочинений дошло очень немногое.
Трилогия Эсхила основывается на древнем мифе, согласно которому Прометей —
защитник людей от произвола и несправедливости богов. Ради спасения людей от гибели, он
похитил огонь с Олимпа, за что грозный Зевс приказал приковать его к скале, обрекая тем самым
на вечные мучения. Каждый день к скале прилетал орел и выклевывал печень Прометея, которая
затем снова восстанавливалась. Муки героя продолжались до тех пор, пока Геракл не освободил
его, убив стрелой орла. По различным версиям легенды, эти страдания длились от нескольких
столетий до тридцати тысяч лет. Эсхил взял данный миф за основу своего произведения, однако
значительно расширил и углубил его смысл.
Действие трагедии, судя по всему, происходит в тот момент, когда Зевс только пришел к
власти, свергнув своего отца Крона и все поколение старших богов. Прометей, по легенде,
помогал Зевсу стать царем богов. Однако, похитив огонь, он прогневал всемогущего правителя и
подверг себя жестокому наказанию. Но в образе Прометея Эсхил изобразил не только добытчика
огня для людей. Он представил его изобретателем различных наук и ремесел, донесшего до людей
все культурные блага, которые сделали возможным развитие человеческой цивилизации:
...я их сделал, прежде неразумных,
Разумными и мыслить научил.
Прометей обучил людей строить дома, добывать металлы, обрабатывать землю, приручать
животных. Он развил корабельное дело, астрономию и изучение природы, научил людей «науке
чисел и грамоте», медицине и другим полезным и важным занятиям.
А кратко говоря, узнай, что все
Искусства у людей — от Прометея!
За свою любовь и преданность людям, за добро и стремление к прогрессу и просвещению
на земле, герой был казнен Зевсом, который у Эсхила выступает олицетворением неизведанных
сил природы, ревниво защищающей свои тайны. Однако Прометея не пугают страшные муки —
он решительно и смело бросает вызов тирану и готов до конца отстаивать свою правоту. Герой
твердо верит в торжество справедливости:
Я знаю, что Зевс суров, что ему
Справедливостью служит его произвол
Но настанет час:
Он смягчится, разбитый ударом судьбы...
Кроме того, он знает тайну, которую Зевс старается любыми средствами вырвать у него.
Тайна эта заключается в том, что великого царя богов ожидает падение:
...жена сведет его с престола...
Родив дитя сильнее, чем отец.
Прометей стойко переносит все испытания и угрозы тирана, оставаясь гордым и
непокоренным.
Уверен будь, что я б не променял
Моих скорбей на рабское служенье...
В лице своего героя автор утверждает благородство, смелость, силу духа, а также веру в
прогресс человеческой культуры, в творческие возможности человека. Его произведение
пронизано духом протеста против насилия и тирании. В нем наиболее полно отразились
проблемы, волновавшие самого поэта и весь народ. Трагедии Эсхила передают наиболее
актуальные явления и события политической и духовной жизни Афин. Они отличаются особой
возвышенностью и торжественностью. Недаром К. Маркс ставил поэта в один ряд с Шекспиром,
называя их двумя величайшими гениями, «которых породило человечество».
5. Ораторская страстность и убежденность как воплощение героического,
непреклонного характера Прометея.
рометей прикованный» — трагедия, входящая в круг произведений Эсхила и
составлявшая, по всей видимости, вторую часть трилогии (включавшую также трагедии
«Прометей-огненосец» и «Освобождаемый Прометей»). О датировке трагедии и даже о самой
принадлежности ее Эсхилу до сих пор ведутся научные споры, вызванные прежде всего ее
содержанием, где противостояние титана Прометея Зевсу показано как борьба с неким
божественным тираном, помыкающим остальными божествами и враждебным всему
человеческому роду. Этот богоборческий пафос на первый взгляд не соответствует картине
божественной справедливости в иных произведениях Эсхила и заставляет исследователей
связывать трагедию с воззрениями «просветителей Греции» — ученых-софистов и относить к
более позднему времени. Действительно, основная тема речей Прометея в трагедии — страдание,
причем страдание незаслуженное. Сетования на эти безвинные муки обрамляют его монологи,
практически от первых его слов до последних. В то же время он пространно рассказывает о своих
благодеяниях людям и предстает своего рода заступником человечества; унижение прикованного
по приказу Зевса к скале Прометея становится символом зависимости и подчиненности всего рода
людского.
Безусловная выделенность главного персонажа определяет и не совсем привычное
строение трагедии, основную часть которой составляют скорбные и гневные речи Прометея. Их
фоном является сочувствующий герою хор Океанид, дочерей Океана, увещевающий Прометея
Океан, а также противостоящие титану слуги Зевса — Власть, не произносящая ни единого слова
Сила и наконец Гермес. Противостояние Прометея прислужникам верховного бога является
сценическим проявлением главного конфликта трагедии, особенность которого в том, что
проявляется он в оппозиции присутствующего на сцене Прометея и формально отсутствующего
на ней Зевса. Характерно, что этот конфликт осмысливается как противоположение старых и
новых божеств, заставляющее вспомнить подобный же спор в последней трагедии «Орестеи» —
«Эвмениды». Зевс предстает как «новый» тиранический властелин, чей произвол возводится в
ранг закона. Прометей, в свою очередь, представляет древние божественные силы. Но в свое
время Прометей сам помог возвести на трон Зевса, дав ему совет, позволивший одержать победу в
битве с титанами. Для героя это повод обвинить Зевса в неблагодарности, однако, сам факт того,
что он выступал союзником Зевса против своих ближайших родственников, отмечает особый
характер и этого персонажа, и его вражды с Зевсом. В трагедии «Прометей прикованный»
Прометей сочувствует иным низвергнутым противникам царя богов, он же вводит в произведение
тему проклятия Зевса Кроном, согласно которому Зевс, так же как его отец, должен быть лишен
власти собственным сыном. Тем самым в «Прикованном Прометее», пусть и на ином,
«божественном», уровне, присутствует мотив родового проклятия, череды взаимных
преступлений членов одной семьи, составляющий основной конфликт других трагедий Эсхила, и
Прометей является своего рода «мстителем» от имени низвергнутого прежнего поколения,
представителями которого в трагедии являются и его пассивные союзники Прометея — Океан и
его дочери.
Но в то же время в своем противостоянии Зевсу Прометей во многом оказывается тесно
связанным со своим противником. Они связаны в прошлом — своим союзом против титанов. В
самой трагедии их связь подчеркнута сходными характеристиками: оба они суровы, непреклонны,
горды и яростны, к ним оказываются применимы одни и те же эпитеты. Наконец, их связует
будущее — известная Прометею тайна: от него зависит, сохранит ли верховный бог свою власть.
Прометей, казалось бы, предрекает неизбежность падения этой власти и отвергает для себя
возможность открыть Зевсу будущее в обмен на освобождение. Но он утверждает и обратное: его
враг узнает правду, если освободит и наградит Прометея, умерит свой гнев и вновь будет искать
союза. Прометей почти полностью раскрывает секрет, говоря о том, что Зевс погибнет от
несчастливого брака, он не произносит только имени возможной супруги, зато называет своего
собственного спасителя, который выйдет из рода пришедшей к Прометею Ио. Эпизод с Ио
становится своего рода композиционным центром трагедии «Прометей прикованный»: страдания
девушки, превращенной в корову за любовь, которой к ней воспылал Зевс, и находящее на нее
безумие подобны мукам самого Прометея. В ее горькой судьбе виновен Зевс, но в то же время сам
герой предрекает, что Ио будет избавлена от страданий именно Зевсом, точно так же, как к самому
Прометею спасение придет от Геракла, потомка Ио и сына верховного бога. Тогда и Прометей
окончательно откроет Зевсу имя запретной для него женщины — Фетида — и тем самым сохранит
его власть. Этим событиям была посвящена следующая за «Прикованным Прометеем» часть
трилогии — «Прометей освобождаемый».
Таким образом, Зевс и Прометей оказываются союзниками в прошлом и будущем, врагами
— в настоящем. Власть Зевса, против которой вроде бы восстает герой трагедии, покоится на
знании Прометея, а спасение Прометея исходит от Зевса. Их связь определена «неизбежной
судьбой», предвидение которой и становится основной силой Прометей, понимаемой как сила его
знания (само имя Прометей означает «знающий наперед, промыслитель»). Но знание это во
многом оказывается напрасным, ибо не может избавить от страданий самого Прометея.
Таким образом, трактовка центрального образа и сюжета трагедии «Прометей
прикованный» Эсхила в целом оказывается двойственной, а подчеркнутое противостояние героя
верховному богу — продиктованным местом данной трагедии внутри реконструируемой
трилогии. Не случайно, что в античности мы встречаем сниженный образ Прометея-обманщика,
вредящего богам (например, у Аристофана и Лукиана). Тема губительности даров Прометея также
возникала, в частности, у Горация и Проперция. В то же время влияние Эсхилова сюжета на
последующую традицию определяется во многом образом главного героя, воспринимаемого как
символ страданий во имя человечества и как олицетворение знания. Отцы церкви отождествляют
Прометея с Богом и пророками (Тертуллиан, Августин). Впоследствии на первый план постепенно
выходит олицетворяемая Прометеем идея знания и творческого поиска (Д. Боккаччо; Кальдерон
— «Статуя Прометея», 1669—1674 гг.), популярная в век Просвещения (Ж.Ж. Руссо, Вольтер; И.В. Гете — «Прометей», 1773 г.) и продолженная литературой романтизма (П. Шелли, «Прометей
освобожденный», 1819 г.). Итогом некоей богоборческой интерпретации героя стала фраза Ф.
Ницше, видевшего в протесте героя Эсхила «гимн безбожию». «Отрицательное самоопределение
титанического существа» выражает образ Прометея в одноименной трагедии В.И. Иванова (1919
г.). Тема разума и рационального начала в трактовке образа Прометея была продолжена
философско-эстетической мыслью XX века (А. Жид, А. Камю).
6. Антитеза как композиционная основа трагедии иПрометей Прикованный».
Центральный конфликт в пьесе Эсхила — это столкновение между двумя поколениями
богов: титанами, к которым принадлежит Прометей, и обитателями Олимпа во главе с Зевсом.
Когда-то титаны пали жертвой своего же отца, Кроноса, который поглотил их из страха перед
возможным заговором. Их мать горько жалела об утрате, поэтому сохранила жизнь своему
очередному отпрыску – Зевсу, он и освободил всех остальных из чрева родителя. Тогда между
титанами и богами завязалась война, в которой победила команда громовержца. Немногие титаны
остались в живых, и те с условием, что принимают власть победившего родственника. Таким
образом, конфликт этих древних и своенравных существ очень древний и восходит еще к
временам, когда этот мир только создавался. Именно поэтому гнев небожителя можно оправдать,
ведь он по старинной семейной традиции боялся бунта людей и своего свержения.
Противостояние героев можно рассмотреть на социально-политическом и на философском
уровнях. На социально-политическом уровне конфликт между героями тесно связан с
общественными устремлениями времен жизни Эсхила, показавшего победу прогресса (Прометей)
в развитии общества, в государственном устройстве, над архаикой и деспотизмом (Зевс).
На философском уровне противостояние между героями можно определить как
общечеловеческий конфликт между «старым» и «новым». Прометей олицетворяет борьбу за
стремление вперед, а Зевс — рутинёрство, застой, который противостоит прогрессу.
Скачать