Воспоминания о войне

Реклама
Воспоминания детей войны.
Громова Тамара Васильевна (1938 г.р):
-Здравствуйте, мы бы хотели узнать у вас, как вы жили во время Великой Отечественной
войны?
-Мы приехали из Питера в 44 году. Всю войну-то прожили мы на Псковщине,
Новоржевский район. Отца взяли в Ленинграде. Был на аэродроме, пропал без вести. Мать
и воспитывала нас. Мне было 3 года, когда война началась, сестре неделя. Вот так. И надо
было выжить.
-Можете рассказать про семью?
-Никого нет у меня. Муж вот уже 6 лет, как умер. Я-то это ничего нечего не делала. Всё с
ним прожила, как за каменной стеной. Раньше здесь был дом инвалидов. И я работала в
индоме кассиром.
-Это когда индом был на территории монастыря, да?
-Нет.
-А где?
-Это вот здание это все принадлежало индому. Дом инвалидов был на 465 человек.
-И там вы всю жизнь проработали?
-Да, ну, немного, когда ликвидировали, так мы перешли в детский сад работать. Это с 71
года в садике работала.
-Воспитателем?
-Нет, завхозом. Индом-то был, так не было бы этих проблем. Баня близко была. Через 10
дней инвалидов мыли. Ну, а потом индом ликвидировали, вот работала в детском саду.
Когда туристические-то пароходы пошли, индом и закрыли. Нельзя было. Инвалидов
много было. Всякие были. И молодые и старые. Молодые и вязали, и вышивали и
рисовали.
-А инвалидов со всего района привозили?
-Нет, со всей области. Из индомов переводили. А уж потом дом инвалидов перенесли в
Череповец. Общего типа. А теперь монастырь. Вот такие дела.
Параничев Генрих Львович (1937 г.р):
-Здравствуйте, мы бы хотели узнать у вас, как вы жили во время Великой Отечественной
войны? Что там было? Какие-нибудь запоминающиеся моменты, воспоминания.
-Ну, какие моменты 41? Мы были в Карело-финской. Да, та территория перешла к России
после Финской войны. Вот на туда и пересилили. Родина моя в 30 км отсюда. Сейчас
затоплено то место. Усадьба под названием «Славянка». И нас сюда перевезли. ВолгоБалт вот этот хотели ведь перед войной делать, но война помешала. И всея территория и
деревни, которые затопило, были перенесены в Карело-финскую. Отец мой как раз этим
делом занимался. Туда увез нас. Война началась, значит, ну что, мы его так и не видели.
Жилы мы на хуторе. Один дом на берегу Ладонежского озера. Там железная дорога была,
Поехали. Ну, я небольшой был, помню, дорога идет, по обеим сторонам сосновый лес,
песочек такой, дорога песчаная и самолет. Самолет или снаряд, я уже этого не помню.
Помню только взрыв. У нас, значит, была коза, козел и два козленка. Козел был такой, что
собаки не надо. Мы его привязывали у ворот, он никого не пускал. У нас коттедж был
двухэтажный. Мы едем, значит, мать с Юрой (младший брат) сидит, сестра на 9 лет меня
старше, а я сижу верхом на самоваре и смотрю. Впереди идет коза, козел и 2 козленка.
Взрыв. Козла как на повал сразу. У меня самовар пробило, мы потом, когда на место
приехали, то выкинули его, потому что он уже непригодный был, Больше ничего никому
не было. И тут выходят солдаты и спрашивают у матери: « Вы будете брать этого (имеется
в виду козла)?»
Мать отвечает: «Не надо ничего, забирайте его». Ну, они забрали козла. Приехали, значит,
и у нас вся эта утварь была в такой полосатом в матрасе, ну, там посуда, все это, значит, и
она лежала слегка на рельсе. Паровоз летит, гудит, значит, ударил, у нас там все и
разбилось. А вот, как вернулись обратно, я точно даже не помню, то ли на барже, то ли на
поезде. Вот еще, мы ехали до Петрозаводска, а нас бомбил самолет. А ехали мы в
телятниках, то есть не в пассажирских вагонах. И ворота были открыты, такая жердина
была. Поезд гудит, самолет летит, бомбит, а наш вагон как раз в середине состава был. Я
вот сейчас точно помню, на последнем вагоне спаренный пулемет был и на тендере
паровоза. Ну, нормально все доехали. А вот как из Петрозаводска ехали, уже точно не
помню. По-моему, на барже нас везли. Вот, что помню.
Параничева Галина Дмитриевна (1941 г.р):
-Какие самые запоминающиеся моменты во Время Великой Отечественной войны вам
запомнились? Как вы жили? Что там было?
-Ну, я помладше деда, раз я в 41 году родилась. Я только помню, что в войну в садик
ходили.
Время голодной было очень. В садике щи варили из крапивы, гулять ходили на Мауру.
Нас водили. Какая трава есть, что цветет, то и ели. Манжетку, так манжетку, кислицу.
Потому что не хватало питания. Повар и то говорила: « Детки, если у кого лишний
хлебушек дома есть, так приносите с собой». Мало еды было. Помню, у нас дома было
радио, тарелка такая времен войны. Радио было круглое такое, черное, на стене висело.
Утром приходили, днем приходили к нам соседи. Дом-то 8-квартирный был. Вот
приходили, слушали сводки. Это хорошо помню, как передавали по радио, вот слушали. А
свет. Ну, вот такая (маленькая, примерно 10 см), в бутылочке керосин. Вот при этой и
готовили уроки. Ну, я-то еще не ходила в школу, а вот брат-то пошел. Тетрадок не было,
бумаги не хватало. Писали на газетах, где чистая строка. Ну, что еще помню? Помню
День Победы, когда объявили, ну вот. Здесь индом был, родители там работали. Всех
собрали, сразу митинг. Это самое большое здание, одно время там клуб был на
территории монастыря. На улицу трибуну вынесли. Ну, сейчас это бы считался
заместитель индома, а тогда он считался замполитом. Как военная профессия, ну вот.
Объявили, что закончилась война. Женщины, конечно же, все плакали. Кто смеется, кто
плачет, кто радуется. Я еще у мамы спрашиваю: « А что плачут-то все?» Она и говорит: «
Так ведь от радости же». Кто от радости, кто от горя плачет.
-А родители? Вот отец у вас?
-А отец у меня перенес операцию…
-Он на фронте был?
-Его на войну не взяли. Но его взяли на заготовку дров.
- То есть, отца у вас на фронт не взяли, да? Из-за операции.
-Да, но его везли (отправили) на заготовку дров. Для санитарных поездов. Вот у него
снова все эти швы лопнули, его домой и комиссовали. Работать не мог, снова на группу
его вывели, снова операцию сделали. А мама работала в индоме. Так отправляли тоже, на
полеводстве работали. А здесь же у нас тех, кто на долечивании отправляли после
госпиталей уже сюда. В индоме очень много было раненых. Тоже ходили, стирали бинты
для раненых. Не хватало бинтов, вот ходили и стирали. Время очень голодное было.
Помню, в первый класс пошла, еще из деревень, так Богатырево, теперь этой деревни нет.
И там ребятишки голодали, так я помню, у нас Мария Николаевна (учительница) была.
Она нам говорила: «Ребятки, у кого есть лишний хлебушек, принесите, поделитесь с
ребятами». Мы были детьми рабочих, нам уже поек давали, стали увеличивать норму
хлеба. А те ходили с лепешками из картошки гнилой. И мы эти лепешки ели из гнилой
картошки и из клевера лепешки пекли, головок насобираем, вот мама лепешек напечет.
Правда, запах восхитительный, но они такие пресные. Из картошки, вроде, еще горячие,
так вкусные, потом холодные, как будто крахмал ешь.
-А у вас есть фотографии с тех времен?
-Ой, тогда и фотографов-то не было. Я помню, первый класс пошла, так приехал откуда-то
фотограф, так все и бежали фотографироваться. В 48 году у школы скамейки вынесли, мы
маленькие были — первоклашки - второклашки на скамеечках сидели, а ребята лесенкой
стояли. Учеников много было, 7-ой не один класс, 6-ой не один класс , 5-ый не один был.
Потому что, до пяти классов ребята Сатинские, вот те деревни, из-за реки ребята со своза
в своих школах учились, а с пятого класса уже ходили в 7-летнюю школу сюда. Жили в
общежитии. Там ребятишки полностью здание занимали. Сфотографировали, а
фотографий мы так и не видели. Вот и хочу, кто в шестом-седьмом классе учился,
спросить, может, у них родители сумели как-то достать фотографии.
______________________________________________________________
Гринюк Александра Александровна (1928 г.р.):
-Мы бы хотели у вас узнать, какие самые запоминающиеся моменты во Время Великой
Отечественной войны вы запомнили?
-Детство было очень трудное. Очень. Семья у нас была большая. Нас было 7 человек. И
родители были. Ну, как жили? Отец работал в водном транспорте. Заработков-то никаких
не было, очень плохо. Ну, а мы дети, конечно, мы во всем помогали родителям. Вот уже в
колхозе, когда мне было... я с 33 года, значит, так 41, 42, к 43 десять лет было. Парни на
лошадях косили, а мы девочки снопы завязывали. В кучку тащить тяжело было, но все
равно. Потом возили на лошадях. Обмолачивали все это зерно. Но обмолачивали уже
взрослые, а мы вот дети. У нас в колхозе садили турнепс на семена, а семенами этими
снабжали весь район. Весной всех детей забираю, мы турнепс садим. Тракторов тогда не
было. На лошадях боровки мужчины пропашут, а мы садим. Дальше ставим палочки, и
пучки к каждой привязывали. Очень трудоемкая работа. Ну, в школе трудновато было.
-А отец у вас на войне был?
-Нет, отец у меня был на водном транспорте. На войне он не был. Брата у меня взяли. 25
года был, его взяли. Но брат не участвовал в военных действиях, он был в штабе.
_____________________________________________________________
Лучков Евгений Михайлович (1937 г.р):
-Что вам запомнилось со времен Великой Отечественной войны?
-Ну, что я могу скакать-то? Было мне 5 лет, когда отец ушел на фронт. Осенью, в ноябре
41 года. Ну, поскольку писем никаких не осталось, осталось только на память мне
последняя его открытка. Получена была уже через год в ноябре 42 года. А в декабре он
уже погиб. 17 декабря. Ну, а я сам с матерью остался. Считай, один. Была у меня еще
сестра старшая. Ей исполнилось 16 лет, ее сразу отправили на оборонные работы, на
лесозаготовки. Мы в основном с матерью вдвоем были. Она работала в колхозе. И все это
время, я даже плохо и помню, но я помогал, сколько мог. Работала она в основном на
ферме, коров доила, ухаживала за коровами, так и я помогал. Ну, в детстве помогал
загонять этих коров, потом, значит, кормить, днем навоз убирали на ферме, помню. Зимой
в школу ходил, пока маленький был, так пошел с 8 лет в первый класс. Это уже к концу
войны. В 44 году учился. Вот такое детство прошло. Такие ранние годы, так мало
воспоминаний осталось. В 41 году у нас с осени сразу, как только война началась, тут
начали проводить оборонные работы по всей линии, по всему левому берегу Мариинской
системы, начиная от Вытегры и до Череповца по всей реке Шексне и нас в Горицах. Не
знаю, вы бывали тут в полях или на Мауре?
-Да.
-Там до сих пор остались окопы, ямы от землянок. Противотанковый ров, который около
вашей школы проходит. Он проходил вдоль всех Гориц, за монастырь туда. Копали
окопы. Очень много народу было здесь. Сейчас часто жители старые вспоминают, как они
работали здесь. Ну, и я кое-что помню. У нас на квартире, поскольку мы жили вдвоем,
избушка хоть небольшая, где-то 5 на 5 да печка русская. К нам подселили, помню, что
были офицер с женой, они спали на печке у нас. Молодые. А еще шофера были, не помню,
сколько их было, человека 4-5, те спали на полу. Машины ставили на лужайку под
окнами. И у них эти машины грузовые стояли. Помню, что рано утром, в морозы
выходили они, разогревали эти машины, а спали на полу. Настелют свои шинели и коечто наше, да солому. Утром убирали все, а ночью снова стелили. Вот так и жили зиму. Это
с 41 на 42 год. Вот такие воспоминания.
-А когда война закончилась, что было?
-Ну, когда война закончилась, я даже плохо и помню уже. Учился я во втором классе. Ну,
конечно, радости было много. Когда в школе учился, ребята у нас концерты проводили.
Мы маленькие и то участвовали. У нас 7-летка была. Ребята 14-15 лет уже заканчивали 7
классов. Участвовали в драматических кружках, пьесы разные ставили. Все больше о
войне. Кинофильмы смотрели. У нас тогда стационарной киноустановки не было еще,
привозили передвижную. Электростанций никаких не было, была ручная динамо-машина,
на скамье ее закрепляли, ребята, которые постарше ее и крутили. Кто постарше на
условии, что будут крутить, так и бесплатно пропускали. Вот и все.
Скачать