Загрузил MS_Ami Vali

А.Д. Адо - Патологическая физиология 2000 г

Реклама
ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ
ФИЗИОЛОГИЯ
Под редакцией АД Адо, М.А. Адо,В.И. Пыцкого, Г. В.
Порядина, Ю.А. Владимирова
Учебник для медицинских вузов
Москва Триада-Х, 2000
Светлой памяти
АНДРЕЯ ДМИТРИЕВИЧА АДО посвящается
КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ
А.Д. Адо
академик РАМН, профессор, зав. кафедрой биофизики РГМУ
академик РАМН, профессор, директор НИИ пульмонологии МЗ РФ, зав. кафедрой терапии РГМУ
академик
РАМН,
профессор,
зав.
кафедрой
пропедевтики внутренних болезней ММАим. И.М.
Сеченова
член-корр. РАМН, профессор, директор НИИ стандартизации и контроля биологических препаратов им.
Л.А. Тарасевича
профессор, докт. мед. наук, кафедра общей патологии
РГМУ
профессор, докт. мед. наук, зав. кафедрой патологической физиологии РГМУ
профессор, докт. мед. наук, зав. отд. института физиологии им. И.С. Бериташвили академии наук Грузии
профессор, докт. мед. наук, Научно-исследовательский центр «Музей медицины» РАМН
профессор, докт. мед. наук, зав. кафедрой кардиологии Российской академии постдипломного образования
профессор, докт. мед. наук, зав. отделом ГНЦ — института иммунологии МЗ РФ
профессор, докт. биологических наук,кафедрой нормальной и патологической физиологии МГУ
профессор, докт. мед. наук, кафедра патологической
физиологии РГМУ
профессор, докт. мед. наук, кафедра терапии ММА им.
И.М. Сеченова
профессор, докт. мед. наук, зав. лабораторией цитологии Гематологического научного центра РАМН
Ю.А. Владимиров
А.Г. Чучалин
В.Т. Ивашкин
Н.В. Медуницин
В.И. Пыцкий
Г.В. Порядин
ПИ. Мчедпишвили
Ю.А. Шилинис
Н.А. Мазур
А.А. Ярилин
В.Б. Кошелев
Ю.А. Свердлов
И.Н. Бокарев
Г.М. Козинец
B.C. Шапот
А.А. Шептулин
Ю.М. Левин
профессор, докт. мед. наук,кафедра пропедевтики
внутренних болезней ММАим. И.М. Сеченова
профессор, докт. мед. наук, зав. лаборатории РНИИ
геронтологии РАМН
С.Г. Топорова
А.Р. Татарский М.А.
Адо
А.В. Лихтенштейн
М.А. Красильников
B.
М.
Погорелов
О.Ю. Филатов Г.П.
Щелкунова Л.Н.
Осколок Н.Л. Богуш
Е.В. Бобков
C. Н.Авдеев
Л.И. Куликова
профессор, докт. мед. наук, вед. научн. сотр. РНИИ
геронтологии РАМН
профессор, докт. мед. наук, кафедра терапии РГМУ
профессор, докт. мед. наук,
докт. биол. наук, зав. лаборатории биохимии опухолей
НИИ канцерогенеза Российского Онкологического
центра им. Н.Н. Блохина
докт. биол. наук, вед. научн. сотр. НИИ канцерогенеза
Российского онкологического центра им. Н.Н. Блохина
докт. мед. наук, вед. научн. сотр. лаб. цитологии Гематологического научного центра РАМН
канд. мед. наук, доцент кафедры общей патологии
РГМУ
канд. мед. наук, доцент кафедры патологической физиологии РГМУ
канд. мед. наук, ст. преп. кафедры патологической
физиологии РГМУ
канд. мед. наук, доцент кафедры патологической
физиологии РГМУ
канд. мед. наук, доцент кафедры терапии РГМУ канд.
мед. наук, научн. сотр. НИИ пульмонологии МЗ РФ
канд. мед. наук
GSH
GSHG
LATS
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
глутатион
окисленный глутатион
длительно действующая стимуляция щитовидной железы
(англ. — long-acting thyroid stimulation)
LATS-P
длительно действующая защита от стимуляции щитовидной
железы (long-acting thyroid stimulator protector)
TSAG
антитела, стимулирующие щитовидную железу (англ. —
Thyroid-stimulating antibody)
Аг
антиген
АПК
антигенпрезентирующие клетки
Ат
антитело
АТФ
аденозинтрифосфат
БЛМ
бислойные липидные мембраны
ГАМ К
гаммаоксимасляная кислота
ГЗТ, ПЧЗТ гиперчувствительность (повышенная чувствительность) замед
ленного типа
ГЛ
гиперлипемия
ГР
глюкокортикоидные рецепторы
ГСИК
гормон, стимулирующий интерстициальные клетки
гтг
гонадотропный гормон
дпт
дийодтирозин
изд
инсулинзависимый диабет
ил
интерлейкины
инзд
инсулиннезависимый диабет
ИФН
интерферон
лпвп
липопротеины высокой плотности
лпл
липопротеинлипаза
лпнп
липопротеины низкой плотности
лпонп
липопротеины очень низкой плотности
лппп
липопротеины промежуточной плотности
лт
лейкотриен
МНС
главный комплекс гистосовместимости
НАДФ+
никотинамидадениндинуклеотидфосфат
НАДФН
его восстановленная форма
ООФ
ответ острой фазы
пг
простагландины
7
С
СЖК
СТГ
ТГ
ТФР
ФНО
комплемент
свободная жирная кислота
соматотропный гормон
триглицериды
трансформирующий фактор роста
фактор некроза опухоли
ХМ
хиломикроны
ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие .............................................................................................................XVI
Введение. АД А до , Г . В. П ор я д ин .....................................................................XVIII
Краткие сведения об истории патофизиологии
Г . В. По р яди н , Ю .А . Ш и л и н ис .............................................................................XXI
Часть первая. ОБЩАЯ НОЗОЛОГИЯ .......................... ...................................... 1
9
Глава 1. Общее учение о болезни. АД А до ........................................................... 1
1.1. Здоровье и болезнь ........................................................................ 1
1.1.1. Норма и здоровье ................................................... 1
1.1.2. Определение сущности болезни ........................... 3
1.1.3. Патологическая реакция, патологический процесс,
патологическое состояние ...................................... 7
1.2. Общие вопросы учения об этиологии болезней .......................... 8
1.3. Общие вопросы учения о патогенезе болезней ....................... 11
1.4. Исходы болезни ........................................................................... 14
Глава 2. Местные и общие реакции организма на повреждение .................. 16
2.1. Общая патология клетки. Ю . А. В ла ди м и ро в . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 16
2.1.1. Повреждение клеток в патологии
..... 16
2.1.2. Нарушение функций клеточных структур
..... 18
2.1.3. Механизмы нарушения барьерной функции биологических
мембран
..... 30
2.1.4. Другие причины нарушения барьерных свойств липидного
слоя мембран
..... 41
2.1.5. Нарушение электрической стабильности липидного слоя
43
2.2. Общие реакции организма на повреждение. В. И. П ы ц к и й . . 48
2.2.1. Общий адаптационный синдром (стресс)........... 48
2.2.2. Активация протеолитических систем плазмы крови .... 50
2.2.3. Шок ........................................................................ 54
2.2.4. Кома ....................................................................... 60
2.2.5. Ответ острой фазы. Ю .С . С вер д лов ................. 61
Глава 3. Реактивность и резистентность организма, их
роль в патологии. А Д . А до , Г. В. По р я ди н,
Г . П . Щ е лк у но ва .................................................................................. 71
3.1. Реактивность организма ............................................................. 71
3.2. Виды реактивности ...................................................................... 72
3.3. Формы реактивности ................................................................... 76
3.4. Методы оценки реактивности ..................................................... 76
3.5. Резистентность ............................................................................ 77
3.6. Факторы, влияющие на реактивность
и резистентность организма ........................................... 79
3.7. Роль наследственности ................................................................ 87
Глава 4. Иммунитет и его место в патологии. А А Я р и ли н ................................99
4.1. Основные представления о строении
и функционировании иммунной системы .................................... 99
4.2. Общая стратегия иммунной защиты ....................................... 108
4.3. Иммунодефицитные состояния ............................................... 112
4.3.1. Первичные иммунодефициты ..................................... 112
4.3.2. Вторичные иммунодефициты ...................................... 116
4.4. Аутоиммунные процессы .......................................................... 118
4.5. Лимфопролиферативные процессы ........................................ 121
Глава 5. Аллергия. В. И. П ы ц к и й .......................................................................
5.1. Взаимоотношение аллергии и иммунитета ............................
5.2. Аллергены. Этиология аллергических заболеваний
Н . В . М ед уни ц и н .......................................................................
5.3. Специфические аллергические реакции. В . И . Пы ц к и й ........
125
125
129
131
X
5.3.1. Аллергические реакции I типа (анафилактические) ... 131
5.3.2. Аллергические реакции II типа .................................... 135
5.3.3. Аллергические реакции И! типа ................................... 137
5.3.4. Аллергические реакции IV типа. Н.В. Медуницин ......... 139
5.4. Атопия. Атопические и псевдоатопические заболевания
В . И. П ы ц ки й ............................................................................
....................... 146
5.4.1. Механизмы развития ................................................... 146
5.4.2. Механизмы обратимой обструкции дыхательных путей152
5.5. Псевдоаллергия ........................................................................ 154
5.5.1. Гистаминовый тип псевдоаллергии ............................. 155
5.5.2. Нарушение активации системы комплемента ........... 156
5.5.3. Нарушения метаболизма арахидоновой кислоты ..... 157
Часть вторая. ТИПОВЫЕ ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ ........................ 161
Глава 6. Патологическая физиология периферического
(органного) кровообращения и микроциркуляции
Г . И . М ч ед пи ш в и л и .........................................................................
................................... 161
6.1. Артериальная гиперемия ......................................................... 163
6.2. Ишемия .. ................................................................................... 167
6.3. Нарушение реологических свойств крови, вызывающее
стаз в микрососудах .................................................................. 172
6.4. Венозный застой крови ............................................................ 175
6.5. Отек головного мозга ................................................................. 178
6.6. Кровоизлияние в мозг ............................................................... 179
Глава 7, Воспаление. Г.В. П о р я д ин , Ю . С. С верд л ов ........................ . ......... 181
7.1. Нарушение микроциркуляции .................................................. 181
7.2. Воспалительные экссудаты ..................................................... 185
7.3. Эмиграция лейкоцитов периферической крови
в очаг воспаления ...................................................................... 186
7.4. Фагоцитоз .......................................................... . ..................... 190
7.5. Специализированные функции нейтрофилов, моноцитов
и эозинофилов при воспалении ................................................ 193
7.6. Медиаторы в о с п а л е н и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 195
7.7. Исходы воспаления .. . ...............
200
7.8. Биологическое значение в о с п а л е н и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . 201
Глава 8. Лихорадка. А.Д . Ад о, Ю.С . С вер д лов ..................... . .................. 202
8.1. Э т и о л о г и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 202
8.2. Патогенез .. .............................. .
203
8.3. Функция органов и систем .......... .
206
8.4. Значение лихорадки для о р г а н и з м а . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 207
8.5. Лихорадочные синдромы ... .................................. . ................... 207
Глава 9. Патологическая физиология обмена в е щ е с т в . . . . . . . . . . . 210
9.1. Нарушение обмена белков. Г .В . П оря д и н .............. . ............. 210
9.1.1. Нарушение расщепления и всасывания белков210
9.1.2. Замедление поступления аминокислот в органы
XI
и ткани ............................................................................. 212
9.1.3. Нарушение синтеза белков ................................ 212
9.1.4. Патология межуточного обмена белков
(нарушение обмена аминокислот) .......................................
......................................................... 213
9.1.5. Изменение скорости распада белка ................. 214
9.1.6. Патология конечного этапа обмена белков ..... 215
9.2. Нарушение обмена липидов. Л . Н . Ос к о ло к ............................ 216
9.2.1. Нарушение транспорта липидов и перехода их
в ткани ............................................................................. 217
9.2.2. Роль нарушений липидного обмена в патогенезе
атеросклероза .................................................... 222
9.2.3. Жировая инфильтрация и жировая дистрофия 224
9.3. Нарушение обмена углеводов. Н .Л . Б о гу ш ............................ 228
9.3.1. Нарушение переваривания и всасывания углеводов
в желудочно-кишечном тракте ...................................... 228
9.3.2. Нарушение синтеза и расщепления гликогена 228
9.3.3. Нарушение регуляции углеводного обмена ..... 230
9.4. Нарушение водного баланса. М .А . А до .................................... 238
9.4.1. Основы регуляции водного баланса ....................... 241
9.4.2. Формы нарушения водного баланса ............ . .. 242
9.5. Нарушение электролитного баланса. М . А . Ад о,
Л . И. К у ли ко ва __ ............................................. ' ............... 248
9.5.1. Нарушение баланса натрия
... 249
9.5.2. Нарушение баланса к а л и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
252
9.5.3. Нарушение баланса к а л ь ц и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 255
9.5.4. Нарушение баланса фосфатов ..................... .
259
9.5.5. Нарушение баланса м а г н и я . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
261
9.6. Нарушение кислотно-основного баланса
Г . П . Щ е лк ун ов а .................... . ................................... . 262
9.6.1. Основы регуляции кислотно-основного баланса ...... 263
9.6.2. Основные показатели К О Б . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 269
9.6.3. Формы нарушения кислотно-основного баланса ..... 270
Глава 10. Гипоксия. В. Б. Ко ш ел ев .................................................................... 278
10.1. Классификация и механизмы развития
гипоксических состояний .......................................................... 278
10.2. Компенсаторно-приспособительные реакции
при гипоксии ............................................................................... 286
10.3. Нарушение обмена веществ
и физиологических функций при гипоксии .............................. 287
10.4. Коррекция гипоксии: необходим избыток
или недостаток кислорода? ...................................................... 288
Глава 11. Механизмы опухолевого роста
М.А Кра с и ль н ик ов , B. C. Ш ап от , А.В . Л и хт е н шт е йн ..........................
................................................................................................. 290
11.1. Механизмы клеточного деления .............................................. 291
11.2. Патофизиология клеточного деления .................................... .. 297
11.2.1. Активация онкогенов ............................. . ........ .
298
11.2.2. Инактивация генов-супрессоров .................... . ........... 299
11.2.3. Нарушение апоптоза ...................................................... 300
XII
11.2.4. Нарушение механизмов репарации ДНК ...................... 301
11.3. Опухолевый рост ........................................................................ 301
11.3.1. Классификация ............................................ . ................ 301
11.3.2. Этиология опухолей ....................................................... 304
11.3.3. Свойства опухолевых клеток in vitro .............................. 307
11.3.4. Межклеточная кооперация ............................................. 308
11.3.6. Взаимоотношения опухоли и организма ...................... 310
11.3.7. Механизмы резистентности опухолей
к терапевтическим воздействиям................................. 311
Часть третья. НАРУШЕНИЕ ФУНКЦИЙ ОРГАНОВ И СИСТЕМ..................... 315
Глава 12. Патологическая физиология нервной системы
Ю . С . С ве рдл о в ............ ................. . ............... . ............................... 315
12.1. Общие реакции нервной системы на повреждение ............... 315
12.2. Нарушение функции нервной системы, вызванное наследственно
обусловленным нарушением
обмена веществ ......................................................................... 318
12.3. Метаболические энцефалопатии ............................................. 319
12.4. Повреждение мозга,
обусловленное нарушением мозгового кровотока ........................... 324
12.5. Расстройства функций нервной системы, обусловленные
повреждением миелина ................................. . .............. . ................. 326
12.6. Нарушение нервных механизмов
управления движениями ............................................. . .................... 329
12.6.1. Расстройства движений, обусловленные
повреждением двигательной системы ......................... 329
Глава 13. Нарушение функций вегетативной нервной системы
АД А до, Ю.С . С вер д лов ............................................................. 343
13.1. Нарушение механизмов регуляции
артериального давления ............................................................ 343
13.2. Расстройства функций мочевого пузыря ................................... 345
13.3. Нарушение потоотделения ......................................................... 347
13.4. Нарушение вегетативной иннервации глаза ............................. 347
13.5. Вегетативные расстройства,
возникающие при повреждении гипоталамуса ......................... 348
Глава 14, Боль. /О.С. Св ер д лов ............................................................................ 351
Глава 15. Патологическая физиология эндокринной системы
В . И. П ы ц ки й ........................................................................................ 359
15.1. Нарушение центральных механизмов регуляции ..................... 359
15.2. Патологические процессы в железах ........................................ 362
15.3. Периферические (внежелезистые) механизмы
нарушения активности гормонов ................................................ 367
15.4. Роль аутоаллергических (аутоиммунных) механизмов
в развитии эндокринных нарушений.......................................... 373
Глава 16. Патологическая физиология эндокринных желез
В. И. П ы ц к и й .......................................................................................... 378
16.1. Нарушение функций гипофиза ................................................... 378
16.1.1. Недостаточность функции гипофиза ............................. 378
XIII
16.1.2. Гиперфункция передней доли гипофиза ....................... 380
16.2. Нарушение функций надпочечников .......................................... 384
16.2.1. Кортикостероидная недостаточность ............................ 384
16.2.2. Гиперкортикостероидизм ............................................... 386
16.2.3. Гиперфункция мозгового слоя надпочечников ............. 390
16.3. Нарушение функций щитовидной железы ................................ 390
16.3.1. Гипертиреоз ........................................ . ........................... 390
16.3.2. Гипотиреоз ........................................................................ 392
16.4. Нарушение функций околощитовидных желез ........................ 394
16.5. Нарушение функций половых желез ........................................ 395
Глава 17. Патологическая физиология кровообращения
Н . А . М аз у р ........................................................................................... 398
17.1. Краткие сведения о функции сердечно-сосудистой системы 398
17.2. Атеросклероз ................................................................................ 400
17.2.1. Теории происхождения ................................................... 401
17.2.2. Регресс атеросклероза ................................................... 404
17.3. Нарушение коронарного кровотока ............................................ 404
17.3.1. Ишемия миокарда ............................................................ 404
17.3.2. Оглушенный и бездействующий миокард ...................... 406
17.3.3. Реперфузия миокарда .................................................... 407
17.3.4. Острый инфаркт миокарда .............................................. 407
17.4. Артериальная гипертензия .......................................................... 410
17.4.1. Патогенез гипертонической болезни .............................. 412
17.4.2. Вторичная артериальная гипертензия ........................... 413
17.5. Патогенез артериальной гипотензии ........................................ 415
17.6. Механизмы развития сердечной недостаточности ................... 418
17.6.1. Систолическая форма сердечной
недостаточности ..............................................................419
17.6.2. Диастолическая форма сердечной
недостаточности ..............................................................421
17.7. Механизмы развития аритмий .......................................... 421
17.7.1. Нарушение образования импульсов ................. 422
17.7.2. Риэнтри ................................................................. 424
17.7.3. Нарушение проводимости................................... 425
Глава 18. Патологическая физиология внешнего дыхания.
А . Г . Ч у ча ли и , Г. В. Пор я д ин , А . Р. Та т ар с к и й, Е. В. Б о б ко в,
С . Н . Ав дее в ...........................................................................................427
18.1. Определение понятия «дыхательная недостаточность» . . . 427
18.2. Оценка функций внешнего дыхания
при дыхательной недостаточности ............................... 429
18.3. Патофизиологические варианты
дыхательной недостаточности ...................................... 432
18.3.1. Центрогенная дыхательная недостаточность ... 433
18.3.2. Нервно-мышечная дыхательная недостаточность435
18.3.3. «Каркасная» дыхательная недостаточность ... 440
18.3.4. Механизмы дыхательной недостаточности
при патологии дыхательных путей .................................441
18.3.5. Паренхиматозная дыхательная недостаточность445
XIV
18.4. Показатели газового состава крови
при дыхательной недостаточности .............................. 447
18.4.1. Гипоксемическая (I типа) дыхательная недостаточность .
447
18.4.2. Гиперкапнически-гипоксемический (вентиляционный) тип
дыхательной
недостаточности ..............................................................453
Глава 19. Патологическая физиология крови. И. Н . Б ок ар ев ,
Г . И . Ко з ине ц , Г. В . Пор я д ин , В . М. П о го ре ло в ................ 457
19.1. Основы регуляции клеточного цикла ............................... 457
19.2. Патология красной крови ................................................. 459
19.2.1. Анемии ................................................................. 460
19.2.2. Эритроцитозы ...................................................... 467
19.3. Тромбоцито з ............................. . .................................. 468
19.4. Патология белой крови ...................................................... 469
19.4.1. Лейкоцитопении .................................................. 469
19.4.2. Лейкоцитоз ........................................................... 473
19.5. Лейкозы (гемобластозы, лейкемии) ................................. 475
Глава 20. Патология свертывания крови. И . Н. Б о ка ре в ................................. 486
20.1. Факторы, поддерживающие кровь в жидком состоянии . . . 486
20.2. Геморрагические синдромы.............................................. 492
20.3. Патология, обусловленная гиперкоагуляцией: тромботический
синдром .............................................................................. 497
20.4. Синдром диссеминированного
внутрисосудистого свертывания крови (ДВС-синдром) ... 500
20.5. Методы оценки нарушений системы гемокоагуляции ..... 501
Глава 21. Патология лимфатической системы
Ю . М . Л е в ин , С. Г. То по ро ва .................................................. 503
21.1. Нарушение лимфообразования ........................................ 504
21.2. Недостаточность транспорта лимфы ............................... 507
21.3. Нарушение свертывания лимфы ...................................... 509
21.4. Роль лимфатической системы в развитии отека .............. 510
21.5. Функции лимфатической системы при развитии воспаления
511
Глава 22. Патологическая физиология пищеварения
В . Т. Ив а ш ки н , А. А. Ше пт у ли н ............................................... 514
22.1. Нарушение функций пищевода ........................................ 514
22.2. Нарушение функций желудка ............................................ 517
22.2.1. Нарушения секреции соляной кислоты и пепсина517
22.2.2. Нарушение слизеобразующей функции желудка 519
22.2.3. Патофизиологические механизмы язвенной
болезни ............................................................................. 520
22.2.4. Нарушение двигательной функции желудка .... 522
22.3. Патофизиологические механизмы болей в животе ........ 525
22.4. Нарушение экзокринной функции поджелудочной
железы ............................................................................ 526
22.4.1. Патофизиологические механизмы развития
острого панкреатита ........................................................ 528
XV
22.4.2. Патофизиологические механизмы развития хронического
панкреатита .......................................................... 530
22.5. Нарушение функций кишечника........................................ 532
22.5.1. Нарушение переваривания и всасывания
в кишечнике ..................................................................... 532
22.5.2. Нарушения двигательной функции кишечника 535
Глава 23. Нарушение функций печени и желчевыводящих путей
В . Т. Ив а ш ки н , А. А. Ш еп т у л ин ................................................ 539
23.1. Печеночно-клеточная недостаточность .......................... 539
23.2. Патофизиологические механизмы
синдрома портальной гипертензии ............................... 541
23.3. Патофизиологические механизмы желтухи ...................... 543
23.5. Патофизиологические механизмы холелитиаза .............. 546
Глава 24. Патологическая физиология почек. М . А . Ад о ................................ 547
24.1. Нарушение кпубочковой фильтрации1 ............................. 549
24.2. Нарушение функций канальцев ....................................... 551
24.3. Изменение состава мочи ................................................... 557
24.4. Нефротический синдром .................................................... 559
24.5. Острая почечная недостаточность.................................... 560
24.6. Хроническая почечная недостаточность .......................... 567
24.7. Мочекаменная болезнь ..................................................... 573
XVI
ПРЕДИСЛОВИЕ К 4-МУ ИЗДАНИЮ
Предлагаемый учебник по патологической физиологии выходит через 5
лет после предыдущего его издания (под ред. А.Д. Адо и В.В. Новицкого—Томск, 1994), в написании которого участвовали сотрудники кафедр
патологической физиологии разных регионов России и стран СНГ. Это
способствовало более полному использованию опыта разных школ, однако
значительно усложнило редактирование, требовавшего постоянного контакта с
авторами, и резко удлинило сроки подготовки учебника к изданию. В
результате учебник подвергался серьезной критике со стороны
патофизиологов.
Будучи тяжело больным, А.Д. Адо начал работу над следующим изданием учебника. К его подготовке были привлечены ученики и соратники
Андрея Дмитриевича Адо — ныне известные специалисты по патофизиологии и
патологии Российского государственного медицинского университета, где А.Д.
Адо проработал почти 40 лет. Созданный учениками А.Д. Адо редакционный
совет счел полезным и целесообразным привлечь к составлению учебника
специалистов в соответствующих областях патофизиологии, известных в
России и за рубежом.
В последнее время отмечается быстрое развитие точных наук и создание
на базе их достижений новых методов исследования.
Это привело к тому, что при анализе механизмов развития болезней
человека стали широко использоваться инструментальные методы и частный
раздел
патофизиологии
постепенно
превратился
в
клиническую
патофизиологию. В связи с этим к участию в создании учебника привлечены
также видные ученые-клиницисты, внесшие вклад в развитие патофизиологии
соответствующих систем организма.
До последных дней Андрей Дмитриевич Адо по мере сил уделял много
внимания структуре построения учебника, его объему и содержанию.
Необходимость представить материал в сжатом виде на фоне потока новой
информации — нелегкая задача. Существенно переделаны главы всех трех
основных частей учебника. Внесены коррективы в общее учение о болезни.
Существенно изменена глава «Иммунитет». С учетом современных данных
переработана глава «Аллергия», в пределах которой сформулировано новое
представление об атопии и псевдоаллергии. Расширены разделы «Патология
гемостаза», «Реакции острой фазы». Заново написаны практически все главы
патофизиологии органов и систем. В этой части появились ранее не
представленные такие главы, как «Патофизиология лимфатической системы»,
«Нарушение функции поджелудочной железы», «Боль». Расширена глава
«Патофизиология эндокринной системы» за счет введения проблемы
патологии отдельных желез внутренней секреции. При написании учебника
Редакционный Совет руководствовался действующей программой (1997 г.) по
патофизиологии.
В целях сокращения объема учебника опущены либо существенно
сокращены некоторые разделы, широко представленные в других учебниках,
такие как «Болезнетворные факторы внешней среды», «Патофизиология
терминальных состояний» и некоторые специальные разделы.
XV!
Авторский коллектив понимает, что в ходе работы над учебником
трудно избежать недостатков, поэтому с благодарностью примет замечания и
рекомендации.
ВВЕДЕНИЕ
Р ед а к ц ио нн ы й С ове т
Патологическая физиология — наука о жизнедеятельности больного
организма человека и животного, т.е. физиология больного организма.
Патологическая физиология представляет собой науку о природе и
механизмах устойчивости (резистентности) к заболеваниям, предболезни,болезни и выздоровления.
Предметом исследования патологической физиологии является изучение наиболее общих закономерностей нарушения функций клеток, органов
и организма в целом при болезнях.
Важной частью патофизиологии является общее учение о болезни, или
«общая нозология» (от греч. nosos — болезнь).
Патологическая физиология как фундаментальная наука в системе
медицинского образования занимает особое место. Находясь на стыке
теоретических и клинических дисциплин и являясь интегративной медикобиологической наукой, она способствует развитию врачебного мышления.
Основная задача патологической физиологии — научить студентов умению
«применять естествознание у постели больного» (С.П. Боткин).
Прежде всего, патофизиология опирается на те дисциплины, которые
предшествуют ей. Особенно много общего у патофизиологии (с учетом
преемственности) с биологией, нормальной физиологией, биохимией.
Патофизиология тесно связана также с такими дисциплинами, как анатомия и
гистология, поскольку изучение функции невозможно в отрыве от изучения
структуры клетки, органа и организма в целом.
Цель патологической физиологии в подготовке будущего врача —
познание патологических процессов, общих для многих болезней или для их
групп; получение фундаментальных сведений о сущности болезни и законах
ее развития; формирование и развитие в конечном счете клинического
мышления. Эта задача тесно связывает патофизиологию с клиническими
науками, поскольку цель у них единая. Однако ближайшие задачи, методы и
объекты у них различны.
Объектом изучения клинических наук является конкретный больной
человек с конкретными проявлениями болезни.
Патологическая физиология же изучает общие механизмы развития
болезней, или «программы» жизни, создаваемые в больном организме
болезнетворной причиной и биологическими видовыми особенностями
заболевшего организма. В зависимости от болезнетворной причины, вида
заболевшего животного, его реактивности и условий окружающей среды в
организме создаются самые различные сочетания или комбинации нарушений функций клеток, органов и регулирующих систем. Ряд изменений
при болезнях обусловлен эволюционно выработанными и наследственно
закрепленными
формами
реагирования
клеточных
элементов,
физиологических систем и органов в условиях патологии. Так, например,
клетки ретикулоэндотелиальной системы (фагоциты) в процессе фагоцитоза
синтезируют и выделяют так называемые эндогенные пирогены,
индуцирующие лихорадочную реакцию как типовой симптом, сопровождающий многие болезни. В процессе эволюции сформировалась реакция
системы гипофиз — кора надпочечников на стрессорные раздражители,
способность клеток иммунной системы реагировать на антигены продукцией
антител и т.д. Это — так называемые общие неспецифичес кие механизмы
развития болезней.
В то же время отдельные виды болезней (инфекции и др.) имеют свои
специфические механизмы , характерные только для данной группы болезней. Однако и в пределах определенной группы болезней по мере изучения механизмов развития конкретного заболевания открываются новые,
все более специфические отличия для каждой отдельной болезни. Глубина
познания специфичности определяет степень раскрытия сущности каждого
вида болезни как нозологической единицы.
Как было отмечено, патологическая физиология тесно связана с клиническими науками, так как болезни человека являются главным объектом ее
внимания и изучения. Однако основным методом исследования в
патофизиологии долгое время являлся эксперимент на животных: стремление воспроизвести отдельные болезненные нарушения органов и систем,
получить адекватные модели отдельных видов болезней человека.
Например, Броун-Секар путем удаления одного или двух надпочечников у
собак пытался создать модель аддисоновой болезни человека; И.П. Павлов,
повреждая слизистую оболочку желудка у собак ляписом, сулемой и другими
раздражителями, воспроизводил модель нарушения секреции желудочного
сока при воспалении желудка.
В настоящее время продолжаются попытки создания моделей многих
заболеваний человека: инфекционных болезней, атеросклероза, гипертонической болезни, инфаркта миокарда и др. Следует в связи с этим
подчеркнуть, что организм человека как система на много порядков выше и
сложнее, чем организм даже самых высокооргзнизованныхживотных —
человекообразных обезьян. Поэтому моделировать болезни человека в
полном объеме на животных невозможно. Однако экспериментальное
моделирование наиболее важных звеньев патогенеза болезней, отдельных
синдромов представляется вполне уместным и доступным. Например,
моделируя гипертоническую болезнь, можно получить важный ее симптом —
стойкое
повышение
кровяного
давления
(гипертензию),
но
не
гипертоническую болезнь человека во всем ее объеме.
Ряд заболеваний человека (психические болезни, болезни обмена,
аллергические болезни и др.) ввиду их особой сложности пока не удается
воспроизвести в эксперименте.
При моделировании патологических процессов на животных используются различные виды острого (вивисекция) и хронического (трансплантация
органов, вживление электродов в ткани, наложение фистул и др.) опыта. При
необходимости используются также методы исследования функции
изолированных органов, культивирования тканей и отдельных клеток вне
XIX
организма. Для воспроизведения патологических процессов в эксперименте
используются разнообразные методы: биофизические, физиологические,
биохимические, морфологические, иммунологические. Важными являются
с р ав ни т е ль н ы й и эв о лю ц ио нны й м ет о ды исследования патологии,
разработанные И.И. Мечниковым. На примере воспаления он показал, какое
значение имеет сравнительная патология для понимания структуры и
биологического значения физиологических и патологических реакций и
процессову высших организмов и у человека, сформированных в эволюции.
В последние десятилетия эксперименты на животных существенно
дополнены н а б лю ден ия м и н епо с ре д ст вен но б о ль но го че л ове к а с помощью
безвредных для него методов (биохимических, иммунологических,
электрофизиологических и др.), в связи с чем современная патофизиология
все больше приобретает черты клинической патофизиологии.
К л ин и ч ес ка я п ат о ф из и о ло г и я яв л я ет с я как б ы с а м ой в ер ш и н ой
с р ав н и т е ль н о й па т о ло г и и, и б о э т о п ат ол о г и я че лов е ка . Клиническая
патофизиология становится самым актуальным разделом патофизиологии в
наши дни, имея своей основной задачей изучение наиболее общих вопросов
этиологии и патогенеза болезней человека.
Патофизиологический подход к решению различных задач клинической
медицины все более и более внедряется в самые различные области
практической медицины. Сегодня трудно представить, например, работу
квалифицированного кардиологического отделения без фазового анализа
сердечной деятельности больных, механо-фоно-векторкардиографии. В
процессе лечения дают специальные лекарства, производят ритмовож- дение
или кардиостимуляцию, дефибрилляцию. Ничто из перечисленного не может
осуществляться без знания и учета патофизиологии кровообращения.
Патофизиологические критерии лежат в основе современных определений и классификаций недостаточности кровообращения и дыхания.
На основании изучения болезней у постели больного были получены
новые данные о фундаментальных механизмах развития онкологических,
аллергических, гематологических и многих других заболеваний человека.
КРАТКИЕ СВЕДЕНИЯ ОБ ИСТОРИИ ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ
ФИЗИОЛОГИИ
В 1554 г. французский врач-гуманистЖ. Фернель впервые обозначил
термином «патология» область медицины, изучающую причины болезней, а
также анатомические и функциональные нарушения при них. Написанный им
труд на протяжении двух столетий рассматривался как лучший учебник по
патологии. В 1758 г. вышло в свет первое в истории медицины руководство по
медицинской общей патологии И.Д. Гаубия, в котором для обозначения «общей о
болезнях науки», рассматривающей сущность, различия, причины и последствия
нарушения нормального состояния твердых и жидких частей организма применен
термин «общая патология». В последней четверти XVIII в. Дж. Гунтер положил
начало экспериментальной патологии. Термин «патологическая физиология»
впервые применил L. Caliiot в учебнике под названием «Pathologie generale et
physiologie pathologique» (1819).
XX
В Западной Европе и России на протяжении XVIII в. и начала XIX в.
патология преподавалась как неотъемлемая часть курса теоретической
медицины. Особенно большой вклад в развитие общей патологии в первой
половине XIX в. внесли врач-философ И.Е. Дядьковский и его ученик К.В.
Лебедев, читавшие курс общей патологии и терапии в Московском университете.
Их общепатологические воззрения — «философия патологии» — легли в основу
первого оригинального руководства по общей патологии на русском языке
(«Общая антропопатология»), изданного К.В. Лебедевым в 1835 г.
После выхода в свет классических трудов Дж. Морганьи и К. Роки- танского,
а также организации Ж. Крювелье в 1836 г. первой кафедры патологической
анатомии в Парижском университете, патологическая анатомия оформилась в
самостоятельную академическую дисциплину.
Уставом Российских университетов 1835 г. введено преподавание общей
патологии совместно с физиологией. Профессор кафедры физиологии и общей
патологии Московского университета A.M. Филомафит- ский с 1835 по 1847 гг.
впервые в России произвел ряд экспериментов по удалению почек у животных,
перевязке
мочеточников;
в
1847—1848
гг.
возглавил
экспериментально-клинические исследования действия на организм эфира,
хлороформа и других наркотических веществ.
В 1868—1869 гг. в университетах России созданы самостоятельные
кафедры общей патологии. А.И. Полунин, организовавший такую кафедру в
Московском университете, стремился придать ей универсальный характер, но не
смог создать экспериментальной базы исследований.
В последней трети XIX в. отчетливо проявилась тенденция формирования
в недрах общей патологии патологической физиологии, онастоя- тельной
необходимости которой говорил Р. Вирхов. Его ученик Ю. Кон- гейм обогатил
науку выдающимися экспериментальными исследованиями, посвященными
эмболии, инфаркту, описал причины и механизм развития воспаления. В
1877—1880 гг. он издал классическое двухтомное руководство по общей
патологии, которое было переведено на русский язык в 1878—1881 гг.
Основное внимание автор уделил патологической физиологии, которая, по
словам Ю. Конгейма, учит, каким образом совершаются функции органов в
болезненном их состоянии после того, как произошло нарушение
нормального жизненного процесса. В 1878—1879 гг. в переводе с немецкого на
русский язык вышло также «Руководство к общей патологии в смысле
патологической физиологии» С. Самуэля.
Экспериментально-физиологическое, физико-химическое
направление
В России основоположником патологической физиологии как
самостоятельной науки и предмета преподавания был физиолог-эксперименатор, ученик И.М. Сеченова В.В. Пашутин, возглавлявший с 1874 г.
кафедру общей патологии медицинского факультета Казанского университета, а с 1878 г. — Санкт-Петербургской Медико-хирургической академии.
В.В. Пашутин опубликовал в 1878 и 1881 гг. «Лекции общей патологии
(патологической физиологии)» и фундаментальный 2-х-томный «Курс общей и
21
экспериментальной патологии», вышедший в 1885 и 1902 гг. Анализ его
трудов показывает, что В.В. Пашутин сочетал экспериментальнофизиологическое и физико-химическое направления в патологии, развивая
традицию, воспринятую им от И.М. Сеченова.
С целью разработки проблем патологии В.В, Пашутин создал первый в
мире калориметр, предложил оригинальные методы исследования газообмена и теплообмена у человека и животных. Используя эти методы в эксперименте на животных и человеке, В.В. Пашутин и его ученики выполнили
капитальные исследования в области изучения различных видов голодания,
обмена веществ и теплообмена при патологических состояниях организма.
Почти заново они создали учение о кислородном голодании.
В.В. Пашутин создал первую отечественную школу общих патологов
(патофизиологов). Его преемником по кафедре был П.М. Альбицкий,
плодотворно разрабатывавший проблемы голодания, обмена веществ,
газообмена. Особенно ценными являются его работы по кислородному
голоданию и открытие П.М. Альбицким феномена обратного действия
последствия углекислоты (1911 г.). Заключение П.М. Альбицкого о том, что
постоянно высокое напряжение С02 в крови имеет громадное биологическое
значение, возбуждая дыхательный центр и регулируя окислительные
процессы в теле, было основополагающим для дальнейшего формирования
специальной физиологии человека в экстремальных условиях и разработки
проблемы ауторегуляции обменных процессов продуктами обмена.
Большой вклад в разработку проблем газового и теплового обмена в
организме при полном голодании, продолжавшемся максимально 59—65 дней,
внес ученик В.В. Пашутина П.П. Авроров, работавший с 1904 по 1922 гг.
профессором кафедры общей патологии Томского университета, а с 1922 г.
до конца жизни — заведующим кафедрой фармакологии Кубанского
медицинского института.
Учеником В.В. Пашутина Н.В. Веселкиным с сотрудниками были
предприняты исследования по вопросам патологии углеводно-фосфор- ного
обмена, по патогенезу панкреатического диабета, а также исследования
обмена веществ при хроническом неполном голодании.
Направление исследований, идущее от И.М. Сеченова, В.В. Пашутина,
П.М. Альбицкого, успешно развивалось впоследствии на кафедре
патологической физиологии Военно-медицинской академии. Заведующий
кафедрой И.Р. Петров с сотрудниками изучали проблему кислородной
недостаточности на моделях, которые вызывались у животных:
а)
анемией головного мозга;
б)
разреженной атмосферой;
в)
кровопотерей;
г)
состоянием клинической смерти.
В 1934—1935 гг. И.Р. Петровым совместно с П.П. Гончаровым в условиях
барокамеры и полетов на самолетах исследовалось влияние пониженного
барометрического давления (соответствующего высоте 3000— 5000 м) на
животных с острой кровопотерей, черепно-мозговыми и другими ранениями.
Эти исследования явились первой попыткой экспериментального разрешения
22
вопросов авиаэвакуации раненых в условиях действия на организм
разреженной атмосферы и высотной гипоксемии.
И.Р. Петров и его преемник по кафедре патологической физиологии
В.К. Кулагин с сотрудниками выполнили фундаментальные исследования по
проблемам шока и терминальных состояний, кровопотери, посттрансфузионных осложнений; разработали методы и принципы ранней
профилактики и лечения шока и кровопотери с использованием крови,
кровезаменителей, адренокортикотропного гормона, кортикостероидов и
некоторых ферментов. Ими опубликованы работы по методологии патологии,
проблемам общего учения о болезни.
Видным представителем школы В.В. Пашутина, сочетавшим экспериментально-физиологическое и физико-химическое направления развития
общей патологии, был Н.Г. Ушинский. Будучи патофизиологом-экспериментатором, Н.Г. Ушинский ограничил преподавание рамками
патологической физиологии, которую рассматривал лишь как одну из
наиболее важных глав общей патологии. Под патологической физиологией он
подразумевал не всю общую патологию, а «науку о ходе жизненных
процессов и отправлений в больном организме,... о тех ненормаль- ностях,
которые производит в жизни организма болезнь».
Ученик В.В. Пашутина А.В. Репрев вошел в историю медицины как один
из родоначальников отечественной эндокринологии. Его «Учебник общей
патологии» (1897 г.) и фундаментальное руководство «Основы общей и
экспериментальной
патологии»
способствовали
развитию
экспериментально-физиологического и физико-химического направления в патологии.
Общее направление работ А.В. Репрева по изучению патологии эндокринной системы и обмена веществ получило дальнейшее развитие в
исследованиях представителей созданной им Харьковской школы патофизиологов: Д.Е. Альперна, С.М. Лейтеса, М.М. Павлова, С.Г. Генеса, Д.П.
Гринева и их сотрудников.
Большой вклад в развитие физико-химического направления в патологии внесли исследования руководителя Отдела общей патологии
Института экспериментальной медицины в Санкт-Петербурге Е.С. Лондона. В
1904 г. он разработал новый оригинальный метод авторадиографии,
позволивший учитывать, какие ткани в большей степени поглощают
эманацию радия. Е.С. Лондон установил, что под влиянием лучей радия
наиболее ранние и выраженные патогистологические изменения происходят в
кроветворных, половых и лимфоидных органах. По предложению
Лейпцигского академического издательства он опубликовал на немецком
языке первую в мировой литературе монографию по радиобиологии. Второй
важной проблемой, разработанной Е.С. Лондоном и его сотрудниками,
является физиология и патология пищеварения. В этой области рядом
исследований были вскрыты закономерности химических превращений,
претерпеваемых пищей при прохождении через желудочно-кишечный тракт, и
процессов всасывания в условиях экспериментально вызванной патологии.
Е.С. Лондон совместно с Н.П. Кочневой разработал метод вазостомии
23
(ангиостомии) — наложения постоянных фистул на крупные венозные сосуды,
— позволяющий изучать обмен веществ отдельных органов на основании
сравнительного анализа притекающей к ним и оттекающей от них крови в
естественных условиях и при различных патологических состояниях без
нарушения взаимоотношений органов и нервно-гуморальной регуляции. В
1924—1925 гг. было опубликовано уже большое количество работ по
ангиохимии — созданному Е.С. Лондоном разделу физиологической и
патологической химии. Е.С. Лондон разработал на собаках в 1934 г. новый
экспериментально-хирургический метод — органостомию — способ наложения
широких канюль на глубокие паренхиматозные органы, позволяющий
получать
кусочки
органов
без
оперативного
вмешательства
у
ненаркотизированных животных. Метод органостомии дополнил метод
ангиостомии и дал возможность углубленного познания органного
метаболизма, в том числе механизма углеводного, белкового и
водно-солевого обмена.
С.С. Халатов подошел к изучению патологии холестеринового обмена с
позиций физико-химических и коллоидно-химических аспектов. На заседании
Общества патологов в Петербурге 21 сентября 1912 г. он впервые представил
экспериментальные доказательства патологической роли холестерина в
происхождении атеросклероза и других заболеваний внутренних органов.
Полученная первоначально С.С. Халатовым, а затем и Н.Н. Аничковым,
экспериментальная модель атеросклероза (воспроизведение атеросклероза
на кролике при кормлении его холестерином) использовалась вплоть до
наших дней всеми экспериментаторами для выяснения вопросов патогенеза
этого заболевания.
Изучая закономерности нарушения холестеринового обмена, С.С.
Халатов и его сотрудники (П.Д. Горизонтов, А.А. Значкова, В.И. Глод- Вершук,
Н.Т. Шутова и др.) в опытах с травматическим и токсическим поражением
головного мозга при выключении функций различных органов установили
гиперхолистеринемию и фосфатидемию мозгового происхождения.
Характерное для С.С. Халатова стремление оценить патологические
явления с точки зрения физико-химических и коллоидно-химических аспектов
получило развитие в трудах его учеников П.Д. Горизонтова, Н.Т. Шутовой и
др. по патологии холестеринового обмена и изучению патогенного действия
на организм ионизирующих излучений.
Эксперимент как физиологический метод внес в общую патологию
возможность раскрытия физиологического механизма наиболее общих
патологических процессов, своего рода философского объяснения внутренних связей между ними и поставил все изучение болезни на строго
научную почву. Благодаря этому общая патология в нашей стране стала
наукой экспериментальной, изучающей «физиологию патологических
процессов», т.е. по существу патологической физиологией. Именно это
обстоятельство побудило В.В. Пашутина и В.В. Подвысоцкого ввести в
употребление термин «патологическая физиология» в качестве дополнения в
термину «общая патология». Ученик В.В. Подвысоцкого А.А. Богомолец
пошел дальше своего учителя и стал наиболее ревностным поборником
24
переименования общей патологии в патологическую физиологию. Учебники,
изданные им во время заведования кафедрой общей патологии Саратовского
университета, назывались «Краткий курс патологической физиологии. Ч. 1.
Общая патология» (1921) и «Патологическая физиология.» (1924). На
заседании методической комиссии Глав- профобра в июне 1924 г.,
обсуждавшем обращение А.И. Абрикосова и Н.Н. Аничкова о слиянии кафедр
патологической анатомии и общей патологии в связи с реформой высшего
медицинского образования, А.А. Богомолец высказался против и предложил
переименовать общую патологию в патологическую физиологию. Это
предложение было принято и оформлено приказом Наркомпроса.
Сторонником переименования кафедры был С.С. Халатов, который
определял патологическую физиологию как науку, изучающую общие
проявления болезненных процессов вообще и их особенности, связанные с
заболеванием тех или иных органов или физиологических систем путем
физиологического и физико-химического методов исследования. С этого
момента в СССР, а затем в России кафедры общей патологии стали
называться кафедрами патологической физиологии.
Гисто- и цитофизиологическое направление
Начало формированию гистофизиологического направления в патологии положил Н.А. Хржонщевский, возглавивший кафедру общей патологии в Киевском университете (1868 г.) — автор классического метода
прижизненного окрашивания тканей и клеток (физиологической инъекции
красок).
Это направление получило развитие 6 трудах его ученика В.В. Подвысоцкого и созданной им школы [И.Г. Савченко (Казань, Краснодар), Д.К.
Заболотный (Петербург, Киев), Л.А. Тарасевич (Москва), А.А. Богомолец
(Саратов, Москва, Киев)]. В.В. Подвысоцкий с сотрудниками установил, что
печень, слюнные и мейбомиевы железы обладают выраженной способностью
к регенерации после разнообразных травматических повреждений и
отравлений. Регенерация идет не только за счет секреторных клеток, но и за
счет эпителия выводящих протоков. В 1891 г. вышло 1-е издание учебника
В.В. Подвысоцкого «Основы общей патологии. Руководство к физиологии
больного организма», а в 1894 г. — 2-е, значительно дополненное издание,
которое было переведено на французский, немецкий и японский языки.
В Санкт-Петербургской Военно-медицинской академии А.А. Максимов
создал экспериментально-морфогенетическое направление в патологии. В
1902—1905 гг. он провел анализ генетических взаимоотношений крови и
соединительной ткани при воспалении; сформулировал унитарную теорию
кроветворения, согласно которой лимфоцит является родоначальной,
стволовой кроветворной клеткой, из которой могут дифференцироваться все
клеточные элементы крови. Его ученик Н.Н. Аничков развил это направление,
делая акцент на разработке морфодинами- ки изучаемых процессов и
болезней; выдвинул инфильтрационную теорию морфогенеза атеросклероза
(1913—1914); создал комбинационную теорию патогенеза атеросклероза
(1924);
внес
крупный
вклад
в
развитие
представлений
о
25
ретикулоэндотелиальной системе (1930); положил начало систематической
разработке проблемы внутриинфекционных процессов (1937),
В Томском университете А.Д. Тимофеевский совместно со своим
учителем П.П. Авроровым впервые в России стал заниматься выращиванием
и изучением клеток и тканей вне организма (1912). Используя метод культуры
тканей, они впервые (1912) вырастили клетки крови и костного мозга больных
лейкемией, а в 1914 г. — эксплантировали несколько сарком человека. В
1925—1927 гг. А.Д. Тимофеевский и С.В. Беневоленская доказали
генетическое родство между лимфоидным и миелоидным кроветворением и
экспериментально
подтвердили
унитарную
теорию
кроветворения
А.А.Максимова. Успешно продолжил развитие сибирской гематологической
школы ученик А.Д. Тимофеевского Д.И. Гольдберг. В годы Великой
Отечественной войны (1944) Д.И. Гольдбергом с сотрудниками было
проведено широкое изучение действия эмбриональных экстрактов на
заживление ран, успешно примененное на практике; осуществлены
приоритетные исследования патогенеза, терапии и профилактики
агастрических В12-дефицитных анемий. Киевский профессор А.А.
Кронтовский усовершенствовал метод изучения тканевых культур
нормальных и опухолевых тканей вне организма, впервые применил методы
микрохимического анализа и создания в организме животного «изолированной опухоли», чем способствовал развитию экспериментальной
онкологии.
Общебиологическое (патобиологическое) направление
и сравнительная патология
Общебиологическое направление в патологии восходит своими истоками к клеточной теории и целлюлярной патологии Р. Вирхова, который
утверждал, что вне клетки нет ни нормальной, ни патологической жизненной
деятельности. Формирование этого направления в России связано с именами
С.М. Лукьянова и И.И. Мечникова.
Воспитанник Санкт-Петербургской Военно-медицинской академии С.М.
Лукьянов, возглавлявший кафедру общей патологии в Варшаве, а затем
Институт экспериментальной медицины в Санкт-Петербурге, выполнил
фундаментальные работы, посвященные теоретическим основам общей
патологии, изучению изменений строения клеток и их составных частей при
экспериментально вызванном патологическом процессе. С.М. Лукьянов, в
отличие от Р. Вирхова, исходил из принципа, что за морфологической
структурой скрывается «структура физико-химическая». Акцентируя
внимание на физиологических и физико-химических аспектах клеточной
патологии, он стремился к постижению связей и взаимодействия «системы
жизненных очагов» многоклеточного организма и к созданию молекулярной
патологии, основанной на знании законов молекулярной механики и
микрохимического анализа. Важное направление исследований он
усматривал в изучении влияния гуморальных факторов, и, прежде всего,
ферментов, на функционирование клеток и обеспечение их связи и
взаимодействия. В своих трудах он осуществил синтез разных направлений
26
патологии в едином общебиологическом направлении, целью которого
является изучение биологических законов происхождения и сущности
патологических процессов.
Выдающаяся роль в формировании этого направления принадлежит
биологу И.И. Мечникову и созданной им научной школе. Изучение физиологии клетки привело его последовательно к созданию сравнительной и
эволюционной патологии. Исследования И.И. Мечникова показали, как с
повышением организации животных форм в процессе эволюции фагоцитозно-пищеварительная функция меняет свое назначение, переходит от
преимущественно функции внутриклеточного пищеварения к приспособлению защитного характера. Таким образом, исследования внутриклеточного
пищеварения стали источником построения учения о фагоцитозе и
фагоцитарной теории иммунитета, для представлений об естественном
иммунитете как общебиологическом явлении, выходящем далеко за границы
инфекционной патологии. Наряду с выдвинутой П. Эрлихом гуморальной
«теорией боковых цепей» учение И.И. Мечникова послужило основой для
формирования
иммунологического
направления
в
медицине.
Сформированная им теория воспаления послужила основой для развития
учения о реактивности организма.
С 1898 по 1908 гг. в лаборатории И.И. Мечникова были проведены
исследования по получению токсических (иммунных) сывороток и антител к
разнообразным чужеродным клеткам и органным экстрактам. Большие дозы
вызывали подавление функции соответствующих клеточных элементов, тогда
как малые действовали активизирующе. В.К. Линдеман открыл в 1900 г.
нефролитическую сыворотку, при помощи которой вызывал у подопытных
животных геморрагический нефрит. Так была получена одна из первых
экспериментальных моделей аутоиммунного заболевания. В своем 2-томном
«Учебнике общей патологии» (Киев, 1910—1911) В.К. Линдеман акцентировал
внимание на том, что основной задачей общей патологии является изучение
законов, управляющих патологическими явлениями. Он считал, что патология
представляет крайние степени проявления приспособляемости — основного
свойства организма, без которого немыслима никакая эволюция.
Учение И,И. Мечникова о роли макрофагов получило свое дальнейшее
развитие в исследованиях Л.А. Тарасевича о гемолизинах, в котором
показана прямая связь между гуморальными факторами и клеточными
элементами, перекинут мост между физиологическими функциями организма
и иммунитетом. Ученик В.В. Подвысоцкого и Л.А. Тарасевича А.А. Богомолец
показал, что соединительная ткань принимает участие в обменных процессах
и защитных реакциях организма. Его учение о соединительной ткани явилось
предпосылкой для последующего учения о коллагенозах и попытки различать
типы конституции людей. Исследования А.А. Богомольца способствовали
выяснению роли активной соединительной ткани и эндокринно-вегетативной
регуляции в определении реактивности организма. А.А. Богомольцем были
сформулированы положения о механизме действия переливания крови,
цитотоксической стимуляции функций соединительной ткани, роли печени в
регуляции обмена веществ. В 1925 г. им была создана антиретикулярная
27
цитотоксическая сыворотка (АЦС), которая з малых дозах стимулировала
функцию рели- кулоэндотелиальной системы, усиливая продукцию защитных
веществ. В годы Великой Отечественной войны АЦС широко применялась для
заживления ран и трофических язв. А.А. Богомолец выдвинул концепцию,
объясняющую процесс старения организма изменением физико-химических
свойств тканей и межклеточного вещества, ослаблением трофической
функции соединительной ткани. А.А. Богомолец создал научную школу
патофизиологов, из которой вышли Н.Н. Сиротинин (Саратов — Казань —
Киев), Н.А. Федоров (Москва), Н.Н.Зайко (Киев) и мн. др.
Основные труды Н.Н. Сиротинина посвящены вопросам сравнительной
патологии реактивности й резистентности организма к действию экстремальных факторов — гипоксии, анафилаксии, аллергии. Применив
методы сравнительной патологии, Н.Н. Сиротинин показал, что филогенетически наиболее древняя форма инфекции — простое размножение
микробов в организме при сравнительно слабых реакциях как клеточного, так
и гуморального типа. Филогенетически наиболее новой формой
инфекционного процесса является совершенствование лимфогистиоцитарного аппарата в направлении выработки антител и спецификации фагоцитарного процесса. Еще более новым в историческом развитии инфекционного процесса в животном мире является включение в картины
инфекций аллергических реакций.
Выполненные Н.Н. Сиротининым работы по изучению патогенеза горной
болезни показали, что ведущими изменениями при высотной болезни
являются гипоксия, газовый алкалоз и утомление организма. Изучая в
эволюционном плане различные виды кислородного голодания и процессы
адаптации к гипоксии в условиях высокогорья, Н.Н. Сиротинин разработал
принцип ступенчатой акклиматизации в горах и показал, что адаптацию к
высокогорному климату можно использовать для лечения болезней,
сопровождающихся гипоксией, а также для существенного повышения
устойчивости организма к экстремальным воздействиям в высотных и
космических полетах. Под его руководством в 1958 г. были развернуты
исследования по изучению влияния гипокинезии на организм здорового
человека, имеющие большое значение для авиационной и космической
физиологии и медицины.
Нервизм
Элементы нервизма возникли в середине XVIII в. и получили развитие в
трудах А. Галлера, У. Куллена, Е.О. Мухина, И.Е. Дядьковского, К.В. Лебедева
и др И.П. Павлов, воспринявший эту идею в клинике С.П. Боткина, понимал
под нервизмом физиологическое направление, стремящееся распространить
влияние нервной системы на возможно большее количество деятельностей
организма. Развитие этого направления школой И.П. Павлова привело к
созданию
патофизиологии
высшей
нервной
деятельности
и
кортиковисцеральной патологии.
С попыткой установления общих закономерностей, характерных для
разнообразных болезней, с позиций нервизма выступил в начале 30-х годов
XXVI
II
ученик И.П. Павлова А.Д. Сперанский. Серией исследований, начатых в 1927
г., он показал, что в патогенезе патологических, в том числе и
инфекционно-токсических, процессов принимаютучастие рефлекторные
механизмы, которые носят неспецифический характер и вызывают стереотипные поражения соответствующих органов. Эти одинаковые изменения
А.Д. Сперанский назвал стандартными формами нервных дистрофий.
А.Д. Сперанский поставил акцент на изучение не раздражителей, а
раздражений с учетом того, что реакции организма являются результатом его
биологической целостности, возникшей в эволюционном процессе в связи с
развитием коррелятивных систем и, особенно, нервной. Он считал, что
специфика заболевания связана со своеобразным качеством раздражения
патогенным агентом соответствующих нервных приборов. Основываясь на
экспериментальном и клиническом материале, он пришел к выводу, что для
понимания механизмов патологических процессов сле- дуетучитывать и
оценивать: место первичного раздражителя (рецепцию); интенсивность
раздражения и его качество; время раздражения, интервал, ритм; исходный
фон и следовую реакцию.
Положения, высказанные А.Д. Сперанским, вызвали полемику. Особенно значительной критике были подвергнуты высказывания А.Д. Сперанского о «нервной сети», об организующей роли нервной системы в
патологическом процессе, о роли нервной рецепции и следовых реакций в
патогенезе заболеваний.
Ряд фактических экспериментальных данных, положенных в основу
кортико-висцеральной теории и свидетельствующих о важном значении коры
головного мозга для регуляторной деятельности внутренних органов, получил
признание. Однако были выявлены и существенные ее недостатки,
послужившие поводом к критике. Справедливо отмечалось, что некоторые
сторонники
кортико-висцеральной
теории
недооценивали
роль
диэнцефальной области в интегративной деятельности организма в целом и
отдельных соматовегетативных функций. В печати указывалось, что
представители кортико-висцеральной теории игнорировали значение
деятельности эндокринных желез, недостаточно внимания уделяли местной
патологии органов и изучению конкретных механизмов кортико-висцеральных взаимоотношений. Обращалось внимание также на то, что
представление о ведущей роли коры больших полушарий мозга в развитии
заболевания противоречит всей эволюции нервной системы, возникшей как
орган приспособления животного к меняющимся условиям внешней среды.
Представитель научной школы А.Д. Сперанского Г.Н. Крыжановский
разработал теорию генераторных, детерминантных и системных механизмов
нервных расртройств. Итоги исследований Г.Н. Крыжановский обобщил в
книге «Детерминантные структуры в патологии нервной системы» (М., 1980).
Автор показал, что основным механизмом патологической системы является
патологическая детерминанта — структура ЦНС, гиперак- уивируемая
локализованным в ней генератором патологически усиленного возбуждения,
который представляет собой агрегат гиперактивных нейронов, Г.Н.
Крыжановский показал, что дезинтеграция системных отношений и
XXIX
растормаживание функциональных структур являются универсальными
биологическими закономерностями. Повреждение системы, означающее ту
или иную ступень ее дезинтеграции, неизбежно влечет нарушение внутрисистемного контроля, растормаживание отдельных частей системы и известную автономизацию. Особое значение в этих процессах имеет повреждение ведущего звена, которое организует систему и детерминирует ее
поведение.
На современном этапе развития медицинской науки проблема болезни
решается как проблема разностороннего нарушения регуляции функций,
захватывающего различные уровни нервной, эндокринной и других
физиологических систем вплоть до молекулярных соотношений.
Клинико-экспериментальное интеграционное направление
Стремление к интеграции направлений развития общей патологии с
целью всестороннего изучения больного человека и создания теоретического
фундамента клинической медицины с наибольшей полнотой реализовалось в
трудах Московской школы общих патологов-патофизиологов, основанной
профессором А.Б. Фохтом^ В 1890 г. им был организован при Московском
университете Институт общей и экспериментальной патологии, в 1912 г. —
подобный же институт Московских высших женских курсов при 2-й Градской
больнице (ныне кафедра патологической физиологии Московского
медицинского университета).
А.Б. Фохт сочетал в своем лице клинициста и патолога-эксперименатора, что позволило ему эффективно развивать клинико-экспериментальное направление в патологии. Его основные труды посвящены изучению
приспособительных, компенсаторных реакций организма на влияние
болезнетворных факторов, изучению роли нервных и гуморальных
механизмов регуляции функций при патологии сердечнососудистой,
эндокринной, лимфоотделительной и мочевыделительной систем. А.Б. Фохт
разработал
(1899—1903)
оригинальные
методики
получения
экспериментальных моделей заболеваний сердца (экспериментальные
пороки клапанов сердца, эмболия коронарных сосудов, гидроперикардиты,
тампонада сердца и др.), которые и явились основой для формирования в
России экспериментальной кардиологии и позволили совершить выдающиеся
открытия. А.Б. Фохтом и его учениками были определены колебания «скрытой
запасной энергии» сердца и раскрыты компенсаторные механизмы
сохранения функционального равновесия в условиях патологии. А.Б. фохт
первым оценил роль интероцептивных импульсов в происхождении общих
патологических нарушений кровообращения. В 1902 г. А.Б. Фохт и В.К.
Линдеман показали компенсаторное значение усиления работы правого
желудочка и расширения легочных сосудов при эмболии легочной артерии в
поддержании нормального кровообращения. Авторы правильно оценили
важную роль афферентных нервов легочных сосудов в динамике изучаемого
патологического процесса. Они высказали предположение, что расстройства
гемодинамики большого круга кровообращения при эмболии мелких ветвей
легочной артерии «зависят от рефлекса на центр блуждающего нерва с его
XXX
чувствительных окончаний в легочной ткани». Это выдающееся открытие получило дальнейшее развитие в наше время в трудах В.В. Парина и В.Н.
Черниговского, подтвердивших наличие рефлекторных влияний с сосудов
малого круга кровообращения на сосудистую систему большого круга. Труды
А.Б. Фохта «Исследования о воспалении околосердечной сумки» (1899), «О
функциональных и анатомических нарушениях сердца при закрытии венечной
артерии» (1901), «О нарушениях кровообращения и деятельности сердца при
эмболии легочной артерии» (совместно с В.К. Линдеманом, 1903), «Патология
сердца»
(1910)
явились
основополагающими
для
отечественной
экспериментальной кардиологии.
А.Б. Фохт при помощи тонко проведенных экспериментов с максимально
возможным устранением последствий операционной травмы опроверг
мнение многих авторов о быстрой остановке сердца вследствие закрытия
любой из ветвей венечных артерий. Существенно важным является его вывод
о том, что при закрытии левой венечной артерии падение сердечной
деятельности выражен значительно резче, чем при закрытии правой. Еще
большее значение имеет установление им зависимости эффекта закрытия
различных ветвей венечных артерий от наличия коллате- ралей между
периферическими
ветвями
коронарных
сосудов,
обеспечивающих
восстановление нормальной деятельности сердца, нарушенной при эмболии
венечных артерий. В работе 1901 г. А.Б. Фохт получил экспериментальный
кардиосклероз, установил колебание резервных сил сердца в этих условиях,
дал научное объяснение клиническим проявлениям инфарктов миокарда и
грудной жабы. В 1913 г. А.Б. Фохт сформулировал учение о патологической
транссудации (отеке и водянке).
А.Б. Фохт создал научную школу, наиболее видными представителями
которой были А.И. Тальянцев, В.К. Линдеман, Д.Д. Плетнев, Ф.А. Андреев,
Ф.Ф. Вёнулет, Г.П. Сахаров.
Характерной особенностью школы А.Б. Фохта было клинико-экспериментальное направление, ориентирующее на комплексное изучение
болезни с помощью морфологических, экспериментально-физиологических и
клинических методов исследования. Представители этого направления
являлись не только лабораторными учеными, но и авторитетными
врачами-практиками. Результаты экспериментов на животных они критически
сопоставляли с клиническими данными, рассматривая общую клиническую
патологию человека как своеобразный мост, перекинутый между биологией,
патологической физиологией, клиникой и жизнью. Они подчеркивали, что
эксперимент как физиологический метод внес в клиническое исследование
точное определение характера отдельных симптомов болезни и объяснение
внутренней связи между ними в картины определенного болезненного
процесса, поставил изучение болезни на строго научную основу.
Многие представители школы А.Б. Фохта стали крупными учеными и
возглавили кафедры и лаборатории в Москве, Ленинграде, Киеве, Варшаве,
Лондоне и др. А.И. Тальянцев стал преемником А.Б. Фохта на кафедре общей
патологии Московского университета. Написанное им руководство по общей
патологии выдержало пять изданий. Начиная с 1903 г., постоянную
XXXI
творческую связь с Институтом общей патологии поддерживал Д.Д. Плетнев,
который занимался под руководством А.Б. Фохта экспериментальной
разработкой патологии сердца. В 1907 г. он защитил диссертацию
«Экспериментальное исследование по вопросу об аритмии сердца» и вскоре
стал одним из крупнейших отечественных кардиологов. В 1906 г. при кафедре
начал работать в должности сверхштатного лаборанта Ф.А. Андреев, ставший
впоследствии
одним
из
ведущих
специалистов
в
области
сердечно-сосудистой патологии. В 1913 г. он предложил оригинальный способ
оживления животных, а в дальнейшем одним из первых разработал
положение о роли корково-подкорковых соотношений головного мозга в
патогенезе гипертензии и других соматических заболеваний.,Ф.А. Андреев и
другие сторонники клинико-эксперимен- тального направления патологии
включили в круг представлений о болезнях человека факторы социальной
среды и качественные особенности человека как социального существа. С
1906 г. в Институте общей патологии работал Ф.Ф. Венулет. В 1910 г. он
защитил докторскую диссертацию «Об изменениях внутрисердечных узлов
при экспериментальном перикардите». В дальнейшем он развивал идеи
школы А.Б. Фохта в Польше, где возглавлял кафедру общей и
экспериментальной патологии Варшавского университета. В.К. Линдеман в
1901 г. был избран профессором кафедры общей патологии Киевского
университета, которой руководил в течение 20 лет. В.К. Линдеман создал в
Киеве школу общих патологов, из которой вышли К.Р. Мирам, Н.П. Вашетко,
А.А. Кронтовский и др. По свидетельству Н.Н. Сиротинина, который также
испытал влияние А.Б. Фохта будучи его ассистентом в 1926 г., А.А.
Кронтовский считал себя в научном отношении его «внуком».
Ученик А.Б. Фохта Г.П. Сахаров исследовал в лаборатории П. Эрли- ха
феномен сывороточной анафилаксии (1905). С 1910 по 1914 гг. он был
профессором кафедры общей патологии в Варшаве, с 1914 по 1949 гг. — в
Москве. Он удачно сочетал философское, экспериментально-физиологическое, общебиологическое и клинико-экспериментальное направления
исследований, что позволило ему сделать ряд открытий и подняться до
теоретических обобщений по проблемам реактивности, иммунологии,
бактериологии и наследственности. ПП. Сахаров и его сотрудники (С.М.
Павленко и др.) способствовали развитию учения о цитотоксинах и
экспериментальной эндокринологии. В его книге «Методология патологии»,
вышедшей двумя изданиями в 1933 и 1935 гг., общая патология охарактеризована как наиболее интегративная медицинская дисциплина,
подходящая к изучению болезни со стороны ее сущности.
Важную роль в интеграции важнейших направлений формирования
теоретических основ медицины сыграл ученик Н.Н. Сиротинина профессор и
заведующий кафедрой патологической физиологии Казанского университета
и 2-го Московского медицинского института А.Д. Адо. Своими трудами он внес
существенный вклад в разработку проблем воспаления, реактивности,
аллергии и патогенеза инфекционных болезней. Общебиологический подход
к решению этих проблем, идеи эволюции и диалектическую методологию,
XXXI
I
сочетаемую
с
тщательно
проведенными
экспериментальными
исследованиями, он использовал в борьбе со спекулятивными,
односторонними позициями многочисленных претендентов на создание так
называемой единой теории медицины.
Считая общую патологию «философией медицины» и широко используя
принципы диалектического материализма, А.Д. Адо, вместе с тем, критически
относился к попыткам рассматривать различные теории медицины или
принципиальные обобщения по тому или иному ее разделу в плане
философской категории, закона или даже системы. Он скептически оценивал
стремление некоторых ученых расценивать научные специальные
определения как философские категории (рефлекс, нервизм и др.). А.Д. Адо
отмечал, что использование медиками, в частности патофизиологами,
философских категорий в качестве аппарата логического анализа
получаемого фактического материала производилось в некоторых случаях
формально и часто заключалось в подведении фактов под категории, а не в
раскрытии закономерностей наблюдаемых явлений с помощью категорий, как
это требует смысл их использования в науке вообщеОсновным недостатком таких обобщений является, по мнению А.Д. Адо,
упрощенное распространение отдельных фактов и наблюдений на всю
патологию, всю медицину, возведение в ранг «теории медицины» частных
закономерностей,
освещающих
механизм
развития
отдельных
нозологических групп или даже форм заболеваний.
Не меньший протест А.Д. Адо вызывали попытки построения теории
медицины и на базе таких важных общебиологических закономерностей, как
приспособляемость организма. Попытка рассматривать болезнь только как
приспособительный процесс привела бы к необходимости считать болезнь
фактором прогрессивной эволюции, что не соответствует действительности.
Развитие болезни, по мнению А.Д. Адо, представляет собой сложный процесс
перехода количественных изменений в качественные или процессов
нормальных физиологических проявлений жизни в патологические.
Раскрытие закономерностей этого процесса, как показывает анализ трудов
А.Д. Адо и его учебных руководств, возможно лишь при условии
всестороннего его изучения в условиях эксперимента и клиники, с учетом всех
важнейших
направлений
развития
медико-биологических
и
медико-социальных наук на всех уровнях, начиная от молекулярно-генетического и кончая социальным.
Такой комплексный подход был осуществлен Научно-исследовательской аллергологической лабораторией АМН СССР, организованной 18
сентября 1961 г. по инициативе и под руководством А.Д. Адо. Под руководством Лаборатории работал первый в СССР аллергологический кабинет
для оказания специализированной помощи аллергическим больным.
Разработаны научные основы профилактики и лечения аллергических
заболеваний неинфекционной природы. В дальнейшем была организована
аллергологическая служба в СССР.
XXXI
II
Основные труды А.Д. Адо посвящены патофизиологии аллергии,
воспаления, иммунитета, участию нервной системы в механизме аллергических реакций. Он изучил механизмы действия микробных агентов,
токсинов и вирусов на нервную систему, установил особенности их действия и
показал, что они являются макромолекулярными раздражителями нервных
клеток и волокон. В 1944 г. А.Д. Адо выдвинул полиэргическую гипотезу
механизма аллергических реакций и доказал, что система аце- тилхолии —
холинэстераза представляет важное звено в развитии аллергических реакций
холинергических структур. Совместно с АХ Канчуриным он описал новый
класс антигенов, названный «промежуточными»— ви- русиндуцированными
антигенами;
совместно
с
П.К.
Булатовым
предложил
клинико-патогенетическую классификацию форм бронхиальной астмы (1968).
В лаборатории А.Д. Адо впервые в СССР были проведены исследования по
аутоаллергии. А.Д. Адо — автор 5 монографий, учебника по патофизиологии
(1953, 1973,1980,1994), руководств по практической аллергологии и более 200
научных публикаций. Фундаментальные труды — «Общая аллергология»
(1970, 1978), «Частная аллергология», «Антигены как чрезвычайные
раздражители нервной системы» и др. содержат итоги многолетних
исследований А.Д. Адо, его учеников и сотрудников.
XXXI
V
Часть первая ОБЩАЯ НОЗОЛОГИЯ
Глава 1. Общее учение о болезни
1.1. Здоровье и болезнь
Здоровье и болезнь представляют собой две основные формы жизни.
Состояние здоровья и болезни могут много раз сменять друг друга на
протяжении индивидуальной жизни животного или человека. Аристотель
считал здоровье и болезнь двумя качественно отличающимися категориями.
1.1.1. Норма и здоровье
Для понимания сущности болезни важно определить, что такое нормальная, здоровая жизнь (норма или здоровье), за пределами которой
возникает болезнь. Существуют различные точки зрения на определение этих
понятий, которые очень тесно связаны друг с другом.
Можно предполагать, что норма — более общее понятие, определяющее многие процессы и явления для живых организмов. Оно выражает
качественно особое состояние живого организма как целого в каждый
отдельный момент его существования. «Норма» (от греч. norma — мерило,
способ познания) — термин, весьма близкий к понятию «здоровье», но он не
исчерпывает данный термин вполне. Можно быть здоровым с точки зрения
известных показателей строения и функций организма, но иметь отклонения
от нормы по некоторым отдельным признакам, например росту, умственным
способностям, особенностям поведения в обществе и др. Однако можно быть
больным и в то же время иметь вполне нормальное с точки зрения
общепринятых канонов морали поведение, а в некоторых случаях обладать
при этом даже выдающимися умственными способностями. Все это говорит об
относительности терминов «норма» и «здоровье» и о некоторой условности
масштабов их оценки для каждого отдельного человека.
В практической медицине очень часто пользуются выражениями
«нормальная температура», «нормальная электрокардиограмма», «нормальные масса и длина тела», «нормальный состав крови» и т.п. В данном
случае имеется в виду норма как статистическая средняя величина из данных
измерений у большого количества здоровых людей (с т а т ис т и че с к а я н о р м а ) .
Часто при этом указываются пределы возможных колебаний.
Однако норма — не только и не просто средняя статистическая из ряда
измерений. Под нормой, или здоровьем, понимают такую форму жизнедеятельности организма, которая обеспечивает ему наиболее совершенную
1 1
оптимальную деятельность и адекватные условия существования в среде.
Например, в условиях пониженного содержания кислорода на горных высотах
нормальным следует считать увеличение содержания эритроцитов в крови по
сравнению с таковым на уровне моря.
В настоящее время популярно определение нормы как оптимального
состояния жизнедеятельности организма в данной конкретной среде. Норма,
как и здоровье, не представляет собой ничего абсолютного, застывшего и
неподвижного как для каждого вида животного, так и для каждой отдельной
популяции, для каждого отдельного индивидуума. Норма изменяется вместе с
изменчивостью видов и их популяций, она различна для особей разных видов,
разных популяций, разных возрастов, разных полов и для отдельных
индивидуумов. Она определяется генетически и в то же время весьма зависит
от среды, окружающей живые организмы. Она не только генотип, но и
фенотип всамом широком смысле этого слова. В настоящее время считается
естественным, если врач спрашивает пациента, какое у него обычное
артериальное давление, какова его чувствительность к тому или иному
лекарственному средству, тем или иным пищевым веществам, тем или иным
климатогеографическим условиям существования или их непереносимость.
Норма не является каким-либо идеалом для любого вида животного.
Существует мнение, что все люди отличаются от некоторой идеальной нормы
как среднего показателя или как некоторого идеального качества их строения
и поведения.
Основной смысл слова «здоровье» связан с выражением всестороннего
совершенства всех проявлений жизни человека. Понятие «здоровый образ
жизни» является в настоящее время предметом оживленной дискуссии.
Много внимания уделялось вопросу об относительности понятия «здоровье» и
его отношения к понятию «болезнь», о роли вида, пола, возраста и
индивидуальных отличий каждого отдельного человека или животного в
оценке состояния его здоровья. Существуют женские, детские болезни со
своими особенностями их возникновения, течения и исходов. Возникла наука
— геронтология, предметом которой является изучение особенностей
возникновения, течения и исходов болезней в старческом возрасте.
Проблема индивидуальной реактивности здорового и больного человека занимает сейчас центральное место в медицине. Установлено
множество индивидуальных различий в строении, химическом составе,
обмене веществ и энергии, функционировании органов и систем у здорового и
больного человека. Поэтому заключение врача «здоров» (sanus) в некоторой
степени всегда условно. Некоторой уступкой при оценке индивидуальных
особенностей здорового и больного человека является применение
специального выражения «практически здоров». Данное выражение
подчеркивает, что на некотором ближайшем отрезке времени человек может
быть здоров и трудоспособен, но что он не гарантирован от возможностей
заболевания при изменении условий, окружающих его в быту и на работе.
Относительные критерии здоровья для той или иной популяции
людей следует считать абсолютными для каждого отдельного
1 1
человека при каждой конкретной ситуации его существования в
тех или иных условиях.
Из многочисленных определений понятия «здоровья» достойны внимания те, в которых указывается на значение согласованности («гармонии») в
работе органов и систем здорового организма [Репрев А.В., 1903;
Подвысоцкий В.В., 1905, и др.]. В то же время представление об организме
(здоровом и больном) как о каком-то «равновесии» организма и среды, или
органов и тканей, или клеток и окружающей среды внутри организма неверно
по существу.
В настоящее время хорошо известно, что существование любого живого
организма возможно только при условии работы многих приспособлений,
поддерживающих неравновесное состояние клеток, тканей и организма в
целом с окружающей их средой. Это, например, работа многочисленных
«насосов» клеток, это прочность («надежность») строения органов и тканей
скелета, мышц, связок и других тканей, их устойчивость к различным
повреждениям. Это работа различных систем (рефлекторная деятельность
нервной системы, распознающая деятельность иммунной системы)
«надзора» за целостью и невредимостью организма в среде. Повреждение
этих систем приводит к нарушению их функций, к болезни, а иногда к смерти.
Можно согласиться с определением здоровья как некоего
оптимального состояния организма, имея в виду прежде всего
приспособительное значение здорового состояния человека и
животного к непрерывно меняющимся условиям внешней среды.
Следует указать также, что для человека как существа социального
норма или здоровье — это существование, допускающее наиболее полноценное участие в различных видах общественной и трудовой деятельности.
ВОЗ предложено определение здоровья, согласно которому «здоровье—это
состояние полного физического, духовного и социального благополучия, и не
только отсутствие болезней или физических дефектов».
1.1.2. Определение сущности болезни
Понимание сущности болезни нашло свое отражение в структуре слов,
выражающих понятие «болезнь» на том или ином языке. Слово б о л ез нь в
русском языке происходит от слова «боль». Наиболее общим смысловым
понятием «болезнь» едва ли не на всех языках мира является выражение ее
вреда, неудобства, тяжести (disease, англ.) общего состояния больного
человека, ощущение боли и слабости, неспособности к труду и спокойной
жизни. В древнегреческом словаре болезнь обозначается словом nosos или
pathos — страдание. Латинское morbus явилось основанием для многих
обозначений слова «болезнь» в языках романской группы.
Известные определения болезни, принадлежащие крупнейшим философам и патологам мира (Р. Вирхов, И.П. Павлов, К. Бернар, В.В. Пашутин и
др.), составляют основу общей нозологии. Другие выражают только
отдельные частные стороны этой большой и до конца еще не решенной
проблемы. Наконец, отдельные определения имеюттолько историческое
1 1
значение. Все существующие определения болезни не являются всеобъемлющими. Это хорошо показал в свое время Н.Н. Сиротинин (1957). Вслед за
И.И. Мечниковым он подчеркивал значение сравнительного и эволюционного
подхода к оценке сущности болезней у живых существ.
Основной признак, характеризующий болезнь как с биологической, так и
социальной точки зрения, — »стеснение», нарушение, повреждение жизни при
болезни. Этот признак подчеркивал И.М. Сеченов. Он считал, что болезни
возникают под влиянием «разрушительных раздражений» окружающей
среды. Р. Вирхов утвердил формулу, что болезнь — это повреждение клеток,
от которых «... зависит жизнь, здоровье, болезнь и смерть». Он полагал, что
болезнь является местным процессом и недооценивал роль нарушений
регуляторных механизмов и защитно-приспособительных процессов в
возникновении и развитии болезни. И.П. Павлов говорил о различных
«поломах» структуры, функции и регуляции функций при болезнях.
В развитии учения о болезни значительное внимание уделялось влиянию защитных, компенсаторных, приспособительных процессов. Об обязательном участии их в механизме развития болезни писал Ю. Конгейм. И.П.
Павлов называл эти процессы «физиологической мерой» против болезни. В.В.
Подвысоцкий говорил о «целительных» силах организма. И.В. Давыдовский и
некоторые философы (В.П. Петленко, А.Д. Степанов) явно переоценивали эту
сторону в развитии болезни и определяли болезнь только как приспособление
и даже как фактор прогрессивной эволюции.
По поводу определения болезни как приспособления необходимо
сделать следующие замечания. Болезнь, как и смерть, является одним из
проявлений всего живого. На это указывал еще К. Бернар. Так как болезнь
представляет собой прежде всего жизненный процесс, то, естественно, все
признаки жизни, свойственные ей и характерные для нее, присущи и болезни.
В больном организме обмен веществ и энергии происходит в различных
формах. Во время болезни организм тоже обладает реактивностью,
приспособляемостью к существованию в окружающей среде, в нем
продолжаются в различных формах процессы роста и размножения клеток и
т.д. Все эти процессы, как и в здоровом организме, обладают
специфичностью, т.е. представляют собой поток информации (К. Уоддингтон).
Именно поэтому неверно сводить сущность болезни к какому-либо одному из
общих признаков здоровой или больной жизни, например свойству
приспособления живых организмов к существованию в окружающей среде.
Некоторые современные биологи (К. Уоддингтон) понимают сущность
приспособления прежде всего как способность к размножению. С этой точки
зрения болезнь никак не подходит под определение приспособления, так как
больные животные обычно размножаются значительно хуже здоровых.
Неверно сводить определение болезни к приспособлению также и
потому, что это будет определение по сходству, а не по различию между
здоровьем и болезнью. Действительно, с таким же основанием можно
говорить, что болезнь — это обмен веществ, так как он протекает и в здоровом,
и в больном организме.
1 1
Надо учитывать, что первичным и основным процессом в развитии
каждой болезни является повреждение, разрушение, дезорганизация
структур и функций заболевшего организма. Все реактивные, защитные,
компенсаторные,
приспособительные
процессы
всегда
вторичны,
развиваются вслед за повреждением либо тем или иным болезнетворным
воздействием на организм.
В процессе развития любой болезни приспособительные и компенсаторные процессы сами становятся вредными для больного и тяжело
отражаются на его состоянии.
Г. Селье назвал описанные им синдром «стресс» (напряжение) болезнью адаптации, или болезнью приспособления. Он этим также подчеркнул,
что напряжение приспособительных систем организма при болезни само по
себе вредно для организма и может ухудшить течение болезни. Болезнь
адаптации свидетельствует также о том, что попытки видеть в любой болезни
только элементы приспособления заболевшего органивма к существованию в
окружающей среде несостоятельны и не могут быть приняты всерьез.
Таким образом, сущность болезни нельзя свести только к приспособлению, хотя приспособительные, компенсаторные процессы участвуют в
жизни больного организма, так как они являются обязательными для жизни
здоровых живых существ во всех ее проявлениях.
Примером упрощенного толкования сущности болезни в плане молекулярной патологии можно назвать концепцию Полинга о «больных молекулах». На самом деле нет больных молекул, а есть болезни, при которых
появляются молекулы необычных для здорового организма состава и
свойства. В широком смысле слова все болезни являются молекулярными, но
закономерности молекулярных процессов опосредуются у животных в
биологическом плане, а биологические процессы у человека — и в
социальном.
У человека как существа социального важнейшим и обязательным
звеном в поддержании здоровья и развития болезни является
опосредование биологических (физиологических) процессов
социальными факторами. Значительное влияние на эти процессы,
как уже отмечалось, оказывает трудовая деятельность человека,
отличающая его от животных.
Важнейшая роль социальных факторов в развитии патологических
процессов становится очевидной при изучении действия любых болезнетворных причин на организм человека. По существу, все они действуют на
организм человека опосредованно через социальную его природу и
окружающие его социальные процессы.
Действительно, хорошо известны влияния социальных факторов на
возникновение эпидемическихпроцессов (например, внутрибольничные,
водопроводные, военные, голодные эпидемии). Существует много профессий,
социально
опосредующих
возможность
возникновения
различных
профессиональных заболеваний, предупреждение которых требует особых
мер защиты и режима труда работающих. Тяжкой формой социального
опосредования массовой гибели и заболеваемости людей являются войны.
1 1
Действие на организм человека физических и химических болезнетворных
факторов (тепло, холод, электроэнергия, ядовитые вещества и др.), за редким
исключением (поражение молнией, отравление ядовитыми грибами,
замерзание неподвижного человека на холоде и т.п.), также опосредовано
социальными факторами — одеждой, жильем, электроприборами и пр. При
этом ряд источников ионизирующей радиации, электроэнергии и т.п.,
способных вызвать в организме тяжелые повреждения, создан трудом
человека. Возникающие в результате этого повреждения патологические
процессы также являются социально опосредованными.
Важно подчеркнуть, что болезнь — это качественно новый жизнен ный процесс, при котором хотя и сохраняются функции, присущие здоровому организму, но появляются новые изменения. Например, у здорового
человека количество вновь образующихся клеток в организме строго равно
числу погибших (в результате завершившегося жизненного цикла) клеток. У
больных с опухолями появляется клон клеток, обладающих высоким
потенциалом к размножению, но при этом сохраняются и нормально
функционирующие клеточные системы. На уровне целого организма новое
качество — это снижение приспособляемости и трудоспособности.
Резюмируя изложенное, можно дать следующее определение: болезнь
— это сложная общая реакция организма на повреждающее действие
факторов внешней среды; это качественно новый жизненный процесс,
сопровождающийся структурными, метаболическими и функциональными
изменениями разрушительного и приспособительного характера в органах и
тканях, приводящими к снижению приспособляемости организма к
непрерывно меняющимся условиям окружающей среды и ограничению
трудоспособности.
Критерии болезни. Важным критерием болезни являются жалобы
больного (недомогание, боль, различные функциональные нарушения и др.),
которые, однако, не всегда объективно отражают состояние организма. В
ряде случаев люди с повышенной мнительностью и поверхностно, но
достаточно широко осведомленные об отдельных симптомах того или иного
заболевания(ий) и причинах, их вызывающих, могут дезинформировать
врача, рассказывая ему о своих недомоганиях и связывая их со спецификой
профессии (например, работой с источниками радиоактивного излучения) или
определенным местом жительства (например, в зонах, на их взгляд,
экологического неблагополучия и др.). Студенты медицинских вузов,
приступая к изучению клинических дисциплин и знакомясь с симптомами
отдельных заболеваний, часто «проецируют» их на себя, сверяя написанное
на страницах учебников с собственным самочувствием («болезнь третьего
курса»).
Определяющим критерием болезни являются результаты объективного
обследования пациента с привлечением широкого комплекса лабораторно-инструментальных методов исследования, позволяющих выявить те
или иные отклонения от нормы и установить характерные симптомы
(признаки)заболевания.
1 1
Важнейшим критерием болезни является, как уже указывалось, снижение приспособляемости и трудоспособности. Для выявления снижения
приспособительных возможностей организма проводятся так называемые
функциональные пробы, когда организм (орган, система органов)
искусственно ставится в условия, в которых он вынужден проявлять усиленную способность к функционированию. В этой связи введено понятие
«функциональный резерв», т.е. показатель, отражающий минимальную
величину нагрузки, ведущей к расстройству функции того или иного органа
(например, функциональные нагрузки, применяемые для выявления отклонений ЭКГ; так называемая сахарная нагрузка при диабете).
Общие принципы классификации болезней. Известно много
классификаций болезней, основанных на различных принципах. Болезни
делят по причинам, вызывающим заболевание, например наследственные,
инфекционные болезни, травмы, лучевая болезнь и т.д. Согласно другому
принципу болезни классифицируют по особенности патогенеза, например
болезни обмена веществ, аллергические болезни, шок и т.д. Важное место в
классификации болезней занимают возрастные принципы. Различают
болезни новорожденных (микропедиатрия), детские болезни (педиатрия),
болезни старческого возраста (гериатрия). Специальным разделом медицины
являются женские болезни (гинекология).
1.1.3. Патологическая реакция, патологический процесс,
патологическое состояние
Патологическая реакция — кратковременная необычная реакция
организма на какое-либо воздействие.
Патологический процесс — сочетание патологических и защитноприспособительных реакций в поврежденных тканях, органах или организме,
проявляющихся в виде морфологических, метаболических и функциональных
нарушений.
Нередко различные патологические процессы и отдельные патологические реакции клеток, тканей у человека и животных встречаются в виде
постоянных сочетаний или комбинаций, сформировавшихся и закрепленных в
процессе эволюции. Это типовые патологические процессы. К ним относятся
воспаление, отек, опухоль, лихорадка, дистрофия и др. Типовые
патологические процессы у человека и высших животных имеют много
общего. Воспаление, опухоли, отек, дистрофии встречаются как у
позвоночных, так и у беспозвоночных животных. Однако у последних они
существенно отличаются от таковых человека и высших позвоночных.
Патологический процесс лежит в ос нове болезни, но не
является ею. Отличия патологического процесса от болезни заключаются в
следующем.
1.
Болезнь всегда имеет одну главную причину — этиология (специфический, производящий фактор), патологический процесс вызывается
многими причинами.
1 1
2.
Один и тот же патологический процесс может обусловливать различные
симптомы болезней в зависимости от локализации.
3.
Болезнь — часто комбинация нескольких патологических процессов.
4.
Патологический процесс может не сопровождаться снижением приспособляемости
организма
и
ограничением
трудоспособности.
Патологическое состояние — это медленно (вяло) текущий патологический
процесс, который может возникнуть в результате ранее перенесенного
заболевания (например, рубцовое сужение пищевода после ожоговой
травмы, ампутации конечностей и т.п.) или вследствие нарушения
внутриутробного развития. Это как бы итог закончившегося процесса, в
результате которого стойко изменилась структура органа, возникли
атипические замещения в определенной ткани или (часто) организма. В ряде
случаев патологическое состояние может снова перейти в болезнь.
1.2. Общие вопросы учения об этиологии болезней
Слово «этиология» означает учение о причине (от греч. aitia — причина,
logos — разум, учение). В древности это слово означало также учение о
болезнях вообще (Гален). В современном понимании этиология — учение о
причинах и условиях возникновения и развития болезней.
Причины болезней. Причиной болезни называюттот фактор (главный
этиологический, производящий, специфический), который вызывает
заболевание и его специфические черты. Например, причиной лучевой
болезни является ионизирующая радиация, причиной инфекционной болезни
— патогенные микроорганизмы. Нередко, однако, возникновение болезни
связано с воздействием не одного, а нескольких факторов. Например,
крупозное воспаление легких возникает не только под влиянием заражения
человека пневмококком. Заболеванию могут способствовать также
переохлаждение, утомление, отрицательные эмоции, недостаточное питание.
Тем не менее без заражения пневмококком все указанные факторы не смогут
вызвать крупозное воспаление легких. Поэтому причиной данного
заболевания следует считать пневмококк. На основании изложенного под
причиной болезни нужно понимать такое воздействие, без которого развитие
этого заболевания невозможно.
Причинами болезни могут быть различные факторы окружающей среды,
которые принято классифицировать в зависимости от их природы.
1. Д е й ст в ие м е ха н ич е ски х с и л. К ним относятся растяжение, разрыв,
сдавление,удар.
2.
Ф и з и че с к ие фа кт ор ы :
а)
действие звуков и шума,
б)
изменения барометрического давления,
в)
влияние низкой или высокой температуры;
г)
лучи солнечного спектра и излучения лазеров;
д)
электрический ток;
е)
ионизирующие излучения;
1 1
ж)
3.
4.
факторы космического полета (ускорения и вызываемые ими
перегрузки, невесомость, гипокинезия).
Х и м и че с к ие фа кт ор ы .
К ним относятся многочисленные неорганические и органические
соединения, среди которых наибольшую роль играют:
а)
алкоголь и курение;
б)
неадекватное применение лекарственных препаратов;
в)
тяжелые металлы и их соли;
г)
дефицит или избыточное поступление в организм витаминов,
микроэлементов, белков, углеводов или жиров;
д)
пестициды (акарициды, инсектициды, гербициды и др.);
е)
производственные пыли;
ж)
кислоты и щелочи;
з)
ароматические углеводороды.
Б и о ло г ич е ск и е ф а кт о ры :
а)
микроорганизмы (бактерии, вирусы, риккетсии, хламидии, микоплазма, грибы) и продукты их жизнедеятельности;
б)
гельминты и паразитические простейшие,
в)
членистоногие (пауки, скорпионы, клещи) и насекомые;
г)
биологические препараты — антитоксические сыворотки, вакцины,
кровь для переливания и ее компоненты.
5.
С о ц и а ль н ые ф ак т ор ы . Обычно они играют роль условий, способствующих или тормозящих действие разных причин. К их числу относятся:
а)
общественный строй, так как от него зависит характер заботы о
населении, медицинское обеспечение, санитарно-гигиенические
мероприятия;
б)
содержание информации;
в)
ятрогения — психосоматические нарушения, вызванные действиями, словами врача неумышленно, по неосторожности или
небрежности.
Каждая причина имеет свою качественную характеристику, что определяет специфику ее действия на организм. Так, механические факторы
вызывают нарушение структуры тех участков тела, на которые они действуют.
Высфкая температура вызывает коагуляцию белков, ионизирующие
излучения вызывают ионизацию атомов и молекул. Цианиды блокируют
цитохромоксидазу, фосфорорганические пестициды угнетают активность
ряда ферментов, относящихся к эстеразам. Сероуглерод ин- гибирует
реактивные аминогруппы и металлоферменты. Свинец угнетает активность
ферментов, участвующих в биосинтезе гема.
Таким образом, каждая причина приводит к специфическим первичным
изменениям в организме и тем самым закладывает основу формирования
качества ответной реакции организма в виде определенной нозологической
формы болезни.
Однако иногда установить причину болезни трудно (некоторые опухоли,
психические болезни). Доказано, например, что язва желудка развивается на
1 1
фоне как нерациональной диеты, так и нарушений функций вегетативной
нервной системы, эндокринных расстройств. Эти и многие другие наблюдения
послужили поводом для представлений о полиэтио- логичности болезней.
Положение это неверно. Оно возникло в результате недостаточности наших
знаний о причинах некоторых болезней и их вариантов.
Как указывалось, каждая болезнь имеет свою, только ей свойственную
причину. По мере накопления знаний о причинах всех видов и подвидов
болезней будут улучшаться их предупреждение и лечение. Многие болезни,
когда информация об их подлинных причинах становится значительной,
распадаются на новые подвиды, каждый из которых имеет свою причину
Например,
раньше
существовала
болезнь
«кровоточивость»
(геморрагический диатез). При изучении причин, вызывающих отдельные
проявления этого заболевания, были установлены новые, совершенно
самостоятельные формы болезни, характеризующиеся кровоточивостью
(цинга, гемофилия, геморрагическая пурпура и др.). Подобным образом
распался на самостоятельные заболевания со своими причинами
«нервно-артрический диатез» (подагра, ревматизм).
Различают причины болезней внешние и внутренние. К внешним
причинам относят механические, физические, химические, биологические и
социальные факторы, к внутренним — наследственность, конституцию,
возраст, пол. Формирование внутренних причин в процессе эволюции
происходит также в тесном взаимодействии с окружающей средой. Поэтому
название «внутренние причины» болезней в некоторой степени условно. Оно
означает, что у данного человека болезнь развилась без видимых влияний
внешней среды.
Условия возникновения и развития болезней. Факторы, влияющие на
возникновение и развитие болезней, называются условиями воз никновения
б о л ез н и. В отличие от причины условия не являются обязательными для
развития заболевания. При наличии причины болезнь может развиться и
безучастия некоторых условий ее возникновения Например, крупозная
пневмония, вызываемая пневмококком сильной вирулентности, может
развиться и без переохлаждения или ослабления питания. Различают
условия, предрасполагающие к болезни или способствующие ее развитию и
препятствующие возникновению болезни и ее развитию. Как те, так и другие
условия могут быть внутренними и внешними.
К вн ут ре нни м у сл ов и ям , способствующим развитию болезни, относят
наследственное предрасположение к заболеванию, патологическую
конституцию (диатез), ранний детский или старческий возраст.
К в не ш н им у с л ов и я м , способствующим развитию болезней, относят
нарушения питания, переутомление,невротические состояния, ранее
перенесенные болезни, плохой уход за больным.
К вн ут р ен ни м у сл ов и ям , препятствующим развитию болезней, относят
наследственные, расовые и конституциональные факторы, например видовой
иммунитет человека к некоторым инфекционным заболеваниям животных.
Человек не болеет чумой собак и кошек, пневмонией рогатого скота и
1 1
многими другими инфекционными болезнями животных. Люди, страдающие
серповидно-клеточной анемией, не болеют малярией.
К вн е шн и м у с ло в и я м , препятствующим развитию болезней, относят
рациональное питание, правильную организацию режима рабочего дня,
физическую тренировку, а в случае заболевания — соответствующий уход за
больным.
Выяснение главного этиологического (производящего, специфического)
фактора, выделение условий, предрасполагающих к болезни или
способствующих ее развитию, и условий, препятствующих возникновению
болезней и ее развитию, абсолютно необходимы для разработки
эффективных мер профилактики заболеваний, снижения заболеваемости и
оздоровления населения.
1.3. Общие вопросы учения о патогенезе болезней
Определение понятия «патогенез». Патогенез (от греч. pathos —
страдание, genesis — происхождение) — раздел патологической физиологии,
изучающий механизмы развития болезней. Изучение наиболее общих
закономерностей возникновения, развития, течения и исхода заболеваний
составляет содержание общего учения о патогенезе. Оно основывается на
обобщенных данных по изучению отдельных видов болезней и их групп
(частная патология и клинические дисциплины), а также на результатах
экспериментального воспроизведения моделей болезней или отдельных их
признаков у человека и животных. При этом устанавливается
последовательность изменений в организме для каждого заболевания,
выявляются причинно-следственные отношения между различными
структурными, метаболическими и функциональными изменениями.
Иными словами изучение патогенеза сводится к изучению так называемых патогенетических факторов болезней, т.е. тех причинно-следственных отношений, которые возникают в ответ на воздействие причины и
становятся факторами, способствующими дальнейшему развитию болезни.
1 1
Патогенез заболевания начинается с какого-либо первичного повреждения (Р. Вирхов) или «разрушительного процесса» (И.М. Сеченов),
«полома» (И.П. Павлов) клеток в той или иной части тела (патогенетический
фактор первого порядка). В одних случаях начальное повреждение может
быть грубым, хорошо различимым невооруженным глазом (травмы, увечья,
ссадины, раны и пр.). Во многих случаях повреждения могут быть не заметны
без применения специальных методов их обнаружения (повреждения на
молекулярном уровне). Продукты повреждения тканей становятся
источниками нового повреждения в ходе развития болезни, т.е.
патогенетическими факторами третьего и четвертого порядка.
В других случаях, например при отравлении свинцом, ртутью или
хронических инфекциях этиологический фактор может сохраняться в течение
длительного периода, обусловливая повреждение.
Защитно-компенсаторные процессы. К важным проявлениям каждой
болезни относятся реактивные изменения клеток, органов и систем, которые
возникают, однако, всегда вторично — в ответ на повреждение, вызванное
болезнетворными причинами. К ним относятся такие процессы, как
воспаление, лихорадка, отек и др.
Эти реактивные изменения в организме обозначаются как з а щ ит но к о м п е н с а т о р н ы е п р о ц е с с ы , или « ф и з и о л о г и ч е с к а я м е р а » защиты (И.П.
Павлов), как «патологическая (или аварийная) регуляция функции» (В.В.
Подвысоцкий, Н.Н.Аничков), как «целительные силы организма» (И.И.
Мечников). В ходе развития болезни процессы повреждения и восстановления
находятся в тесном взаимодействии, и, как указывал И.П. Павлов, часто
бывает трудно отделить их один от другого.
На ранних стадиях заболевания защитно-компенсаторные процессы
развиваются на молекулярном и клеточном уровнях. При неактивном и
непродолжительном действии причины болезнь может не развиться,
например при контакте организма со слабовирулентными микроорганизмами,
ядами в небольших дозах, при облучении ионизирующей радиацией в малых
дозах, слабых травмах.
Основное звено и принципы «порочного круга» в патогенезе болезней. В
развитии болезней и патологических процессов чрезвычайно важно
определить основное звено возникающих в организме нарушений —
изменение (один из патогенетических факторов), определяющее развитие
остальных этапов болезни. Устранение основного звена патогенеза может
привести к выздоровлению организма. Без определения основного звена
патогенеза невозможно проведение патогенетической терапии — комплекса
мер, направленныхнапрерывание причинно-следственных отношений между
различными
структурными,
метаболическими
и
функциональными
нарушениями, возникающими в организме.
Например, стеноз левого атриовентрикулярного отверстия определяет
развитие многих последующих нарушений: расширение левого предсердия,
застойные явления в малом круге кровообращения, нарушение функции
правого желудочка, затем застой в большом кру(ге кровообращения,
кислородное голодание и др. Устранение стеноза путем митраль
1 1
ной комиссуротомии на ранних стадиях может ликвидировать все указанные
расстройства.
Возникшее в ходе
развития патологического
процесса
нарушение Кровопшеря (уменьшение , функции
органа
или
массы циркулирующей крови)|
системы нередко
способствует
прогрессированию
Уменьшение общей
повреждения по
принципу
«порочного
круга» (рис. 1.1).
Например,
резкое ухудшение
транспорта
кислорода
при
кровопотере
приводит
к
недостаточности
сердца, что в свою
очередь
ухудшает
транспорт
кислорода.
Формы и
стадии развития
болезни, Каждая Р и с 1 , 1 . «Порочный круг» при кровопотере болезнь
развивается
в
течение большего
или
меньшего
времени.
Одни
болезни
протекают
очень
быстро, другие —
медленно. С точки
зрения быстроты развития болезней различают острейшие — до4 дней, острые —
около 5—14 дней, подострые — 15—40 дней и хронические, длящиеся месяцы и
годы. Разделение это несколько условно, однако термины «подострая», «острая»
и «хроническая» болезнь применяются широко.
В развитии болезни можно различить следующие стадии:
1)
начало болезни. Иногда его называют латентным периодом развития
болезни. Некоторые авторы разделяют эту стадию на:
а)
предболезнь и
б)
заболевание;
2)
стадия собственно болезни;
3)
исход болезни.
Начало болезни, или «предболезнь», выражает процесс первичного
воздействия болезнетворных факторов на организм и мобилизации его защитных
реакций. Защитные реакции могут прекратить во многих слу
1 1
чаях возникновение расстройств и не допустить развития клинических
признаков заболевания.
Период от заражения до начала заболевания для инфекционных болезней называется инкубационным. Для лучевой болезни, поражений
боевыми отравляющими веществами и т.п. он называется латентным периодом, для опухолей — состоянием предболезни (предрак и т.д.).
Начальный период при разных видах болезни может быть очень коротким (например, механическая травма, острое отравление) или очень
длинным (болезни обмена веществ, опухоли, некоторые инфекции). Однако
для большинства известных в настоящее время болезней время наступления
и продолжительность предболезни определить трудно. Оно может
изменяться индивидуально при одном и том же заболевании (например,
гипертоническая болезнь, инфаркт миокарда), при некоторых вирусных
болезнях (бешенство и др.), варьируя в широких пределах.
Стадия собственно болезни характеризуется наиболее выраженными
общими и местными проявлениями, характерными для каждого конкретного
заболевания. Изучение их составляет задачу клинических дисциплин.
1.4. Исходы болезни
Различают следующие исходы болезни:
1)
выздоровление полное и неполное;
2)
переход в хроническую форму;
3)
смерть.
Выздоровление — восстановление нарушенных функций больного
организма, его приспособление к существованию в окружающей среде и (для
человека) возвращение к трудовой деятельности. В этом смысле
выздоровление называют реабилитацией (от лат. re — снова и abilitas —
годность). При этом имеются в виду как возвращение выздоровевшего
человека к прежней трудовой деятельности, так и переквалификация его в
связи с изменением состояния (новым качеством) здоровья.
При полном выздоровлении в организме не остается следов тех расстройств, которые были при болезни. Не случайно раньше полное выздоровление называли restitutio ad integrum (восстановление к целому, невредимому). При неполном выздоровлении сохраняются в разной степени
выраженности нарушения функций отдельных органов и их регуляции. Одним
из выражений неполного выздоровления является рецидив (возврат) болезни,
а также переход ее в хроническое состояние.
Механизмы выздоровления. Следует выделить три основные группы
механизмов выздоровления:
1) срочные (неустойчивые, «аварийные») защитно-компенсаторные реакции,
возникающие в первые секунды и минуты после воздействия и
представляющие собой главным образом защитные рефлексы, с
помощью которых организм освобождается от вредных веществ и
удаляет их (рвота, кашель, чиханье и т.д.). Кэтомутипу реакций следует
отнести также выделение адреналина и глюкокортикоидных гормонов коры
надпочечников при стресс-реакции, а также реакции, направленные на
поддержание артериального давления, содержание сахара в крови и других
так
называемых
жестких
констант;
относительно
устойчивые
защитно-компенсаторные механизмы (фаза адаптации по Селье),
действующие в течение всей болезни. К ним относятся:
а)
включение резервных возможностей или запасных сил поврежденных и
здоровых органов. Известно, что в здоровом организме используется
лишь 20—25 % дыхательной поверхности легких, 20% мощности
сердечной мышцы, 20—25% клубоч- кового аппарата почек, 12—15 %
паренхиматозных элементов печени и т.д.;
б)
включение многочисленных аппаратов регуляторных систем, например
переключение на высокий уровень теплорегуляции, увеличение числа
эритроцитов и др.;
в)
процессы нейтрализации ядов (связывание ядов белками крови,
нейтрализация их путем окисления, восстановления, алки- лирования,
метилирования и др.);
г)
реакции со стороны системы активной соединительной ткани (А.А.
Богомолец), играющей очень важную роль в механизмах заживления
ран, воспалении, иммунных и аллергических реакций;
устойчивые защитно-компенсаторные реакции (компенсаторная гипертрофия, репаративная регенерация, иммунитет), сохраняющиеся многие
месяцы и годы после перенесенной болезни.
Глава 2. Местные и общие реакции организма
на повреждение
2.1. Общая патология клетки
2.1.1. Повреждение клеток в патологии
Нарушение жизнедеятельности организма человека при заболеваниях
всегда так или иначе связано с изменением функционирования клеток. В свою
очередь, нарушение функционирования клетки, вызванные действием
неблагоприятных факторов, например недостатком кислорода или действием
токсичных соединений, может вначале и не привести к повреждению клетки: как
только окружающие условия восстановятся до нормы, состояние клетки вновь
будет близким к исходному.
П о вр е жд ени е м на з ыва ет с я и з ме не н ие ф ун к ц и он ир ова н и я кл ет к и ,
к от ор ое сох р ан я ет с я п о сл е у да ле н и я по вр еж д аю щ ег о а г ент а. Серьезное
повреждение клетки может сопровождаться процессами, приводящими к ее
гибели. Часто это связано с включением специального механизма а по пт о за
(запрограммированная смерть клетки).
1 1
Следует различать прямое действие неблагоприятного фактора на
данную клетку и косвенное его влияние, опосредованное воздействием на
другие клетки, органы, ткани и организм в целом.
К пр я м ом у д е й ст в и ю относится повреждающее влияние ядов, направленное непосредственно на клетку, например цианистого калия, который
угнетает клеточное дыхание, ингибируя фермент цитохромокси- дазу. Прямое
нарушение жизнедеятельности клетки и ее повреждение могут быть вызваны
отсутствием кислорода, чрезмерно низким значением рН, низким
осмотическим давлением в окружающей среде, недостатком ионов кальция,
действием ультрафиолетовой или ионизирующей радиации и др.
В условиях целостного организма первичное действие повреждающего
фактора на к л ет к и -м иш е н и (т.е. клетки, повреждаемые непосредственно)
сопровождается изменениями и в других клетках. Эти изменения опосредованы
нарушением функционирования клеток-мишеней и поэтому могут быть названы
в т о ри ч н ы ми . Следовательно, обнаружив изменения в функционировании
клеток того или иного органа при неблагоприятном воздействии, нельзя еще
говоритьотом, что данное воздействие само по себе вызвало наблюдаемые
изменения в клетках. Одной из задач патологической физиологии является
анализ
последовательности
событий
—
от
момента
воздействия
повреждающего фактора до реализации этого повреждения на всех уровнях —
клеточном, тканевом, органном.
1 1
Первичное специфическое действие повреждающих факторов на клетки.
Повреждение клетки выражается в определенном нарушении ее структуры и
функций. При этом различные повреждающие факторы вызывают
неодинаковые специфические первичные нарушения в клеточных структурах.
При м е ха нич е с ко м по вр е жд ен и и происходит в первую очередь повреждение
клеточных мембран и межклеточных контактов. Т е рм и че с ко е пов ре ж де ние
может быть связано с активацией ферментов и индукцией синтеза
определенных белков, а также нарушением внутриклеточной регуляции. При
д е й ст в и и ио н из и ру ю ще й и у ль т р аф и о лет ов ой р ад и а ц и и первичным является
разрушение молекул, поглотивших энергию, с образованием свободных
радикалов, что приводит к поражению внутриклеточных структур. При
х и м и ч ес ком повреждении может происходить ингибирование отдельных
ферментов, например подавление активности цитохромоксидазы цианидами. В
то же время яды змей, скорпионов, пчел и других жалящих животных содержат
ферменты (главным образом различные фосфолипазы), которые гидролизуют
фосфолипиды и повреждают мембраны, вызывая гемолиз эритроцитов,
поражение нервных клеток и т.д.
Развитие повреждения клетки после первичного, специфического
воздействия. П ер в и чн ое , специфическое воздействие повреждающего
фактора направлено на конкретные молекулярные структуры клетки.
Химический состав клеточных структур определяется в основном
нуклеиновыми кислотами, белками, липидами и полисахаридами; все эти
соединения могут быть мишенью для повреждающего действия факторов
окружающей клетку среды. Нарушение клеточных структур вызывает каскад
процессов, заканчивающихся общим ответом клетки как целого на внешнее
неблагоприятное воздействие. При этом можно различить несколько стадий
такого ответа в зависимости от Силы и продолжительности воздействия. При
слабых повреждающих воздействиях развивается о б рат и мо е по вр е жд ение
к л ет ок ( ст ад и я па ра нек р оз а ). В этих случаях после прекращения действия
повреждающего фактора клетка восстанавливает свою жизнедеятельность.
Практически у всех клеток при действии на них повреждающих агентов резко
увеличивается проницаемость клеточных мембран для ионов, в частности для
ионов кальция, с последующей активацией различных внутриклеточных систем:
протеинкиназ, фос- фолипаз, систем биосинтеза белков, фосфодиэстеразы,
циклических нуклеотидов, аденилатциклазы, сократительного аппарата клетки
и др. Эта первая обратимая стадия в определенной степени направлена на
компенсацию нарушений, вызываемых повреждающим фактором, будь то
компенсация на уровне одной клетки или на уровне целого организма. Внешне
паранекроз проявляется в помутнении цитоплазмы, вакуолизации,
возникновении грубодисперсных осадков, увеличении проникновения в клетку
различных красителей.
Замечательной особенностью развития патологических изменений в
клетках в ответ на самые различные неблагоприятные воздействия является их
идентичность, которая позволила Д.Н. Насонову и В.Я. Александрову
выдвинуть в 1940 г. теорию о н ес пе ц и фи ч е с ко й ре а к ц и и к ле т о к на
п ов ре ж дени е . Каким бы ни был повреждающий агент и на какие бы клетки он
1 1
ни действовал, ответ клеток по ряду показателей остается одинаковым. К числу
таких показателей относятся:
1)
уменьшение дисперсности коллоидов цитоплазмы и ядра;
2)
увеличение вязкости цитоплазмы, которому иногда предшествует
некоторое уменьшение вязкости;
3)
увеличение сродства цитоплазмы и ядра к ряду красителей.
Во многих случаях наблюдаются также увеличение клеточной проницаемости, появление флюоресценции, повышение кислотности цитоплазмы,
нарушение многих клеточных функций и т.д. Причины такого стереотипа
изменений в морфологии клеток при их повреждении заключаются в том, что
сами молекуклярно-клеточные механизмы повреждения клеток сходны, даже
если причины, вызвавшие повреждение, различны.
При более сильном или более длительном воздействии повреждающего
фактора в клетках наступают необратимые изменения. Эта стадия получила
название н ек р о б ио за (от греч. necrosis — мертвый и bios — жизнь), состояние как
бы «между жизнью и смертью». Она заканчивается некрозом клеток и их
аутолизом или же включением механизмов апоптоза.
Этапы изучения механизма действия неблагоприятных факторов,
Выяснение патогенеза различных заболеваний требует использования
различных методических приемов.
П е рв ы м эт ап о м изучения механизмов нарушений, возникающих в клетке,
служат кл ин и ч ес к ие на б л ю д ен и я .
Н а вт о ро м э т а пе исследуются изменения, происходящие в р а з л ич н ых
с т р у кт ур а х к л ет ок п о с л е воздействия на организм животного повреждающего
агента.
Полученные данные позволяют приступить к т ре т ь е м у э т а п у исследования: изучению механизма действия повреждающего фактора на экпериментал ьных моделях. Это дает возможность составить г ипо т ет и ч е с к ую
с х е му последовательности событий при действии повреждающего агента
(например, четыреххлористого углерода на клетки печени).
2.1.2. Нарушение функций клеточных структур
В табл. 2.1 перечислены изменения в свойствах отдельных клеточных
структур, наблюдаемые на ранних стадиях развития неспецифической реакции
клеток на повреждение.
Т а б л и ца 2.1
Ранние изменени в функционировании внутриклеточных структур
при повреждении клетки
Явление
Проявление
Увеличение проницаемости
цитоплазматической мембраны
Увеличение электропроводности
Увеличение связывания красителей
Снижение мембранного потенциала
Выход ионов калия из клетки
1 1
Явление
Нарушение структуры и функций
митохондрий
Ацидоз
Повреждение эндоплазматического
ретикулума
Изменение активности ферментов и
рецепторов
Повреждение генетического аппарата
клетки
Проявление
Выход метаболитов Увеличение
объема (набухание) клеток
Увеличение внутриклеточной
концентрации ионов кальция
Снижение потребления кислорода
Увеличение проницаемости
внутренней митохондриальной ,
мембраны
Набухание митохондрий
Снижение кальций-аккумулирующей
способности
Активация ферментов лизосом
Активация эндонукпеаз -> апоптоз
Повреждение митохондрий,
мутации,апоптоз
Увеличение проницаемости цитоплазматической мембраны. Уменьшение
электрического сопротивления ткани. Прямым методом измерения
проницаемости мембран может служить изменение электрического
сопротивления ткани (импеданс), которое состоит из омической и емкостной
составляющих. Установлено, что импеданс ткани уменьшается при различных
функциональных состояниях центральной нервной системы, при вегетативных
неврозах. Уменьшение омического сопротивления тканей обусловлено в
большинстве случаев возрастанием ионной проницаемости клеточных
мембран.
Окраска цитоплазмы различными красителями. Большинство красителей
плохо проникает через клеточную мембрану неповрежденных клеток и слабо
связывается внутриклеточными структурами. Увеличение проницаемости
клеточной и внутриклеточной мембран при повреждении клетки приводит к
возрастанию количества красителя, вошедшего в клетку и связавшегося с
компонентами цитоплазмы. На этом основаны многие! гистохимические методы
определения жизнеспособности клеток.
Снижение мембранного потенциала. Для живых, нормально функционирующих клеток, характерно неравномерное распределение ионов между
клеткой и окружающей средой, обеспечиваемое постоянной работой ионных
насосов в мембранах клеток (рис. 2.1). Так, внутри клеток содержание Са2+
примерно в 10 ООО раз ниже, чем в окружающей среде; в клетках гораздо
больше К+ и меньше Na+, чем в плазме крови или межклеточной жидкости (табл.
2.2). Благодаря различию в концентрации ионов в клетке и окружающей среде
на цитоплазматической мембране имеется разность потенциалов со знаком
«минус» внутри клетки (около -70 мВ для нервных и мышечных клеток).
Уменьшение мембранного потенциала происходит как при неспецифическом
увеличении ионной проницаемости
1 1
Клетка
Митохондрия
Р и с . 2. 1. Ионные насосы и каналы в клеточной (слева) и
митохондриальной (справа) мембранах. 1 __ Na+ — К+- транспортная
АТФаза; 2 — Са2+-транспортная АТФаза; 3 — Na+—Н+-ионо- обменник; 4
— ионные каналы для Na\ К+ иСа2+; 5 — протонный насос, сопряженный
с переносом электронов по дыхательной цепи митохондрий, 6 —
АТФ-синтетаза, сопряженная с переносом протонов внутрь
митохондрий; 7 — канал для Са2+} 8 — переносчик
фосфата.
Т а б л и ца 2.2
Распределение ионов калия и натрия внутри и снаружи некоторых клеток
Отношение
Клетки
Концентрация, моль/л
внутренней
концентрации к
наружной
Внутри
Снаружи
калий
натрий
калий
112
37
5
125
15
2,6
410
49
натрий
калий
натрий
143
22:1
1:3,9
110
48:1
1:7
440
19:1
1:10
Эритроциты
человека
Одиночное волокно
портняжной мышцы
лягушки
Гигантский аксон
кальмара
22
мембран, так и при выравнивании концентраций ионов вследствие выключения
работы клеточных насосов; последнее происходит как при прямом повреждении
Na+—К4-—АТФазы, так и при снижении уровня АТФ вследствие нарушения
биоэнергетических процессов в митохондриях. Например, установлено
снижение мембранного потенциала клеток печени у лабораторных животных
1 1
при асфиксии. Снижение мембранного потенциала наблюдается также при
холодовом, радиационном, аллергическом и других повреждениях клеток,
лизосом и прочих субклеточных структур.
Выход ионов калия из клеток. При активно работающей Na+—К+— АТФазе
ионы калия постоянно накачиваются в клетку. Этот поток К+ внутрь
компенсирует спонтанный выход калия наружу, который происходит в силу
диффузии этих катионов из области с более высокой концентрацией калия в
область с более низкой его концентрацией. Повреждение клетки
сопровождается снижением содержания АТФ и выходом калия из клеток.
Освобождение калия из тканей в кровь описано при механической травме,
различных интоксикациях, аллергических состояниях, гипоксии и многих других
повреждениях органов и тканей. Понижение содержания ионов калия в клетке
может происходить также под влиянием больших доз ми- нералокортикоидов,
при действии некоторых лекарственных веществ, например сердечных
гликозидов. В свою очередь увеличение концентрации калия во внеклеточной
среде приводит к снижению мембранного потенциала соседних клеток, что при
электровозбудимости тканей может обусловить генерацию потенциалов
действия. Так, увеличение концентрации калия в очаге инфаркта миокарда
может стать одной из причин возникновения фибрилляции сердца.
Накопление ионов кальция в гиалоплазме. В нормальных клетках
концентрация ионов кальция в клеточном соке отличается исключительно
низкими значениями — 10*7 или даже 10~8 моль/л, тогда как в окружающей
клетку среде содержится Ю-3 моль/л ионов кальция. При этом следует иметь в
виду, что ионы Са2+ проходят в клетку не только самопроизвольно (процесс
«утечки» через мембрану), но и через кальциевые каналы в мембране, которые
открываются
в
ответ
на
изменение
мембранного
потенциала
(потенциалзависимые кальциевые каналы, например в нервных клетках) или в
ответ на присоединение гормонов и медиаторов к мембранным рецепторам
(например, адреналина к адренорецепторам в клетках сердечной мышцы).
Компенсирует вход ионов Са2+ в клетку работа трех типов кальциевых насосов:
кальциевая помпа (Са2+—АТФаза) в мембранах эндоплазматической сети и
клеточной мембране, система аккумуляции Са2+ в митохондриях, в некоторых
клетках Na+—Са2+- обменник, встроенный в цитоплазматическую мембрану.
При повреждении клетки нарушается работа митохондрий: снижается
мембранный потенциал и прекращается окислительное фосфори- лирование.
При снижении мембранного потенциала в митохондриях уменьшается
накопление Са2+. Снижение уровня АТФ в клетке приводит к выключению
работы саркоплазматической Са2+-АТФазы. Все это способствует накоплению
кальция в цитоплазме. Увеличение концентрации Na+ в клетке вследствие
угнетения Ыа+-насоса при недостатке АТФ приводит к выключению также и
системы Ыа+-Са2+-обмена через клеточную мембрану. В результате всего этого
увеличивается концентрация кальция от 10-8— 10-5моль/л (в норме) до 10~6— Ю-5
моль/л. Это приводит к нарушениям цитоскелета, активации сократительных
структур, образованию нерастворимых включений кальция в матриксе
митохондрий,
повреждению
внутриклеточных
мембран
и
общей
дезорганизации метаболизма. Морфологически это проявляется в замедлении
1 1
броуновского движения различных включений внутри клетки (увеличение
«вязкости протоплазмы») и возрастании светорассеяния; красители начинают
легче проникать в клетку и связываются в большом количестве с
внутриклеточными структурами — все эти признаки типичны для
«неспецифической реакции клетки на повреждение» по Д.Н. Насонову и В.Я.
Александрову (см. выше).
Выход метаболитов. Увеличение проницаемости мембран клеток и
ухудшение работы насосов приводят к тому, что компоненты цитоплазмы
выходят в окружающую среду. Вышедшие из клеток вещества отнюдь не
безразличны для других клеток, тканей и органов. Так, среди веществ,
выходящих из клеток, поврежденных в результате ишемии (нарушения
кровотока) или ожога, имеются полипептиды, обладающие способностью
останавливать сокращение сердца (ишемический, ожоговый токсины). Эти
вещества обнаруживают различными методами, включая измерение
хемилюминесценции плазмы крови, интенсивность которой снижается в
присутствии полипептидных токсинов.
Увеличение объема (набухание) клеток. Увеличение объема клеток —
один из наиболее ранних признаков ее повреждения, который проявляется,
например, при недостатке кислорода в ткани (тканевая гипоксия). Сохранение
нормальной формы и объема клеток связано с состоянием цитоскелета и
поддержанием определенного соотношения между осмотическим давлением
белков и электролитов внутри и вне клетки. При этом форма клетки
определяется в значительной мере цитоске- летом, тогда как объем —
поддержанием осмотического баланса. Поскольку все биологические
мембраны хорошо проницаемы для воды, но плохо проницаемы для
растворенных в воде веществ (включая соли), клетки, так же как и
внутриклеточные структуры, например митохондрии, обладают свойством
осмометра: их объем изменяется при изменении концентрации ионов и молекул
внутри и вне клетки или органеллы. При этом строго поддерживается равенство
общей концентрации всех ионов и молекул внутри и вне клетки.
Как только в клетке начинают накапливаться новые ионы и
молекулы, ее объем возрастает, так как вода входит внутрь клетки.
Выкачивание ионов мембранным насосом сопровождается
уменьшением ее объема за счет самопроизвольного выхода
избытка воды.
В нормальной клетке имеется, как правило, избыточное по сравнению с
окружающей средой количество белков, что могло бы привести к появлению
избыточного осмотического (онкотического) давления и увеличению объема
клетки, если бы одновременно не происходило удаление (выкачивание) ионов
натрия из клетки за счет работы Na+—К+—АТ- Фазы (см. рис. 2.1). Вместе с
натрием, который выкачивается ионной помпой за счет энергии гидролиза АТФ,
происходит выход ионов СГ за счет электрического поля, создаваемого
диффузией ионов К+ и переносом Na+, так как мембрана клетокхорошо
проницаема для ионов С1\ Иначе говоря, натриевый насос (Na+—К+—АТФаза)
удаляет из клетки Na+, уменьшает концентрацию ионов в ней, что приводит к
уменьшению клеточного объема.
1 1
Этому процессу противостоит процесс самопроизвольного входа, или
утечки, натрия внутрь клетки через дефекты в липидном бислое, через
натриевые каналы и через переносчики, сопрягающие вход натрия с
транспортом Сахаров и аминокислот в клетку. Таким образом, живая клетка
находится в состоянии динамического равновесия, при котором «протечка»
клеточной мембраны компенсируется постоянной работой ионной помпы (это
так называемая leak and pump-гипотеза).
При патологии может происходить либо увеличение ионной проницаемости клеточной мембраны (возрастание «протечки»), либо нарушение
работы ионных помп (например, при недостатке энергообеспечения, т.е. при
снижении уровня АТФ). В опытах с изолированными тканями печени, почек,
мозга было установлено, что отравление солями ртути или других тяжелых
металлов приводит к увеличению ионной проницаемости мембран клеток
(увеличению «протечки») и возрастанию объема клеток (т.е. набуханию
ткани). Увеличение объема клеток можно вызвать и другим способом —
нарушением системы их энергообеспечения. Действительно, было показано,
что объем клеток возрастает при гипоксии, действии дыхательных ядов —
цианида или окиси углерода — и разобщителей окислительного
фосфорилирования, таких, как динитрофенол.
' Набухание клеток — процесс, далеко не безразличный для
функционирования клеток и ткани в целом. Первым его результатом оказывается сдавливание кровеносных сосудов и
затруднение кровообращения.
Так, при ишемии происходит набухание клеток, и последующее общее
возобновление кровообращения не сразу и не всегда приводит к восстановлению жизнедеятельности, потому что кровь не проникает в мелкие
кровеносные сосуды, сдавленные набухшими клетками. То же происходит
при трансплантации органов. Иногда применяют предварительное
промывание пересаженного органа гипертоническим раствором, который
восстанавливает прежний объем клеток и нормализует микроциркуляцию.
Нарушение структуры и функций митохондрий. Нарушение биоэнергетических функций митохондрий — одно из наиболее ранних проявлений
повреждения клеток. Например, после прекращения кровообращения
происходит нарушение окислительного фосфорилирования в митохондриях
через 20—30 мин в печени и через 30—60 мин в почках. Приблизительно в эти
же сроки появляются и другие признаки повреждения клеток.
Нарушение функций митохондрий изучают после выделения этих
органелл из ткани, при этом важно не повредить митохондрий в ходе их
выделения. Один из способов изучения функции митохондрий — изме-
1 1
f Добавлены митохондрии
е рение скорости потребления кислорода суспензией органелл в
й различных
состояниях
Добавлен сукцинат функциональных
методом
полярографии. На
рис. 2.2 приО
Закончилась АДФ ведено
О
н
изменение
Исчерпан кислород концентрац
§
ии
кислорода
в
о
вО
суспензии
митохондрий в ходе
* Время инкубации суспензии без доступа
инкубации
к кислорода
я 2.2. Типичная кривая потребления кислорода митохондриями
Рис.
я
в различных состояниях (по Б. Чансу). Суспензия
аЗ
митохондрий
э- в изотоническом растворе KCI содержала ортофосфат и АДФ, а
также растворенный в среде кислород, но не содержала субстратов дыхания (V2,
ж
де- энергизованные
митохондрии) При добавлении сукцината митохондрии
энергично потребляют кислород и происходит синтез АТФ (V окислительное
фосфорилирование)
Если АДФ было немного, оно быстро расходуется,
а
фосфорилирование
прекращается и скорость дыхания резко снижается (V4,
>
дыхательный контроль, митохондрии энергизо- ваны, на мембране
поддерживаеися высокая разность потенциалов). Когда в среде кончается
кислород, емитохондрии перестают дышать и деэнергизуются (V5). Тангенс угла
я
наклона участков
этой ломаной линии представляет собой скорость потребления
кислородажв различных состояниях (V2—V5).
о изолированных митохондрий. Наклон кривой в каждый момент
« времени характеризует скорость потребления кислорода (дыхания)
в данном состоянии; эти величины принято обозначать как \fv V2, V3, V4 и т.д.,
где цифры — состояния по классификации Б. Чанса. Наиболее информативны
V3 —скорость дыхания митохондрий при о к и сл ит ел ь но м ф ос ф ор и л ир ов ан и и ,
т.е. в присутствии субстратов окисления, АДФ и ор- тофосфата, и V4—скорость
дыхания митохондрий в присутствии субстратов окисления и ортофосфата, но
в отсутствие АДФ (состояние дыхательного контроля).
Снижение потребления кислорода. Уменьшение скорости потребления
кислорода митохондриями, связанное с нарушением работы переносчиков
электронов, наблюдается при действии многих токсичных соединений,
например ионов тяжелых металлов, таких, как ртуть или серебро, ряда
гидрофобных соединений, производных различных углеводорода, при
перекисном окислении липидов. Оно может быть также следствием
набухания митохондрий и разрыва их наружных мембран, в результате чего
из митохондрий выходит цитохром С, который является одним из
переносчиков электрона по дыхательной цепи.
П
1 1
Увеличение проницаемости внутренней митохондриальной мембраны.
Низкая скорость дыхания митохондрий в состоянии 4 связана с тем, что
высокий мембранный потенциал (создаваемый в отсутствие АДФ и при
наличии кислорода и субстратов) препятствует переносу протонов через
внутреннюю мембрану, связанному с работой дыхательной цепи, и тем
самым останавливает поток электронов по этой цепи. Утечка ионов снимает
мембранный потенциал и приводит к нарастанию скорости дыхания (V4).
Поэтому рост V4 свидетельствует об увеличении проницаемости внутренних
мембран митохондрий. В митохондриях V4 растет при повреждении органелл
в результате гипоксии или пероксидации ли- пидов.
Анализ полярографических кривых (см. рис. 2.2) позволяет определить
два взаимосвязанных показателя работоспособности митохондрий. Первый —
это коэффициент Р/О, который рассчитывают как отношение:
Р _ Синтезированный АТФ, моль О
Поглощенный кислород, моль
Второй показатель — коэффициент дыхательного контроля (ДК),
который находят как отношение:
ДК = V3/V4.
Снижение ДК до единицы сопровождается снижением коэффициента
Р/О до нуля и является свидетельством разобщения процессов окисления и
фосфорилирования в митохондриях при их повреждении.
Снижение способности накапливать кальций. Параллельно разобщению окислительного фосфорилирования наблюдается потеря способности митохондрий к накоплению ионов кальция. В присутствии избытка
субстратов дыхания и при наличии кислорода и ортофосфата митохондрии
клеток печени способны накопить в матриксе количество фосфата кальция,
по массе превышающее массу митохондрий в сотни и даже в тысячу раз!
Повреждение митохондрий приводит к падению разности потенциалов на
митохондриальной мембране. Положительно заряженные ионы кальция,
удерживаемые в матриксе электрическим полем, начинают выходить наружу
из поврежденных митохондрий.
Разобщение окислительного фосфорилирования и выход
кальция из митохондрий имеют самые драматические последствия для клетки.
Снижение уровня АТФ в клетке приводит к выключению ионных насосов, выходу калия и вхождению ионов натрия и кальция в клетку из окружающей среды. Это в свою очередь приводит к активации целого комплекса
ферментных систем, активируемых ионами кальция, включая фосфолипазы,
многие системы биосинтезов и протеинкиназы; метаболизм клетки вначале
активируется, а затем дезорганизуется. Именно повреждение митохондрий
является, согласно современным представлениям, тем переломным
моментом, после которого изменения в клетке, вызванные повреждающим
агентом, становятся необратимыми и клетка погибает.
Набухание митохондрий. Весьма важным морфологическим признаком
повреждения митохондрий является их набухание; оно наблюдается,
25
например, в клетках миокарда при сердечной недостаточности, а также при
многих инфекционных, гипоксических, токсических и других патологических
процессах. Набухание митохондрий происходит при помещении клеток в
гипотоническую
среду,
под
влиянием
ионизирующей
радиации,
бактериальных токсинов, при действии химических ядов и других патогенных
агентов на клетку. Набухание приводит сначала к разрывам наружных
мембран митохондрий, а затем — к их полному разрушению.
В опытах с изолированными митохондриями выявлены два типа набухания: пассивное и активное. В противоположность клеточным мембранам,
сравнительно хорошо проницаемым для К+ и CI, внутренние мембраны
митохондрий непроницаемы для заряженных частиц (ионов), за исключением
Са2+ и, возможно, ионов железа. В изотоническом растворе KCI
неповрежденные митохондрии сохраняют свой объем, несмотря на то что
концентрация ионов калия и хлора внутри существенно меньше, чем снаружи:
осмотическое давление внутри создается и другими ионами, а также белками
матрикса. При одновременном увеличении проницаемости для ионов калия и
хлора они начинают диффундировать в митохондрии, что приводит к
повышению внутриосмотического давления, входу воды и набуханию
органелл, которое называется п ас с и вн ы м , так как не зависит от дыхания и
энергизации. К агентам, вызывающим пассивное набухание, относятся ионы
тяжелых металлов, включая ртуть, серебро, свинец. Таким же действием
обладает далеко зашедшее перекис- ное окисление липидов в мембранах
митохондрий.
В живой клетке чаще отмечается иной тип — а кт ив ное н а бу х ан ие,
связанное с работой цепи переноса электронов. Повреждение митохондрий
под действием малых доз тяжелых металлов, активации собственной
фосфолипазы в условиях гипоксии, при перекисном окислении липидов
сопровождается прежде всего повышением проницаемости внутренней
мембраны для катионов. В присутствии источников энергии (субстраты
дыхания и кислород, АТФ) на мембранах митохондрий генерируется разность
потенциалов величиной около 170—180 мВ со знаком «минус» в матриксе, под
действием которой К+ поступает внутрь поврежденных митохондрий. Вместе
с калием в матрикс поступает ортофосфат, который переносится в
электронейтральной форме через внутреннюю мембрану с помощью
специального белкового переносчика. Активное (т.е. связанное с затратой
энергии) накопление фосфата калия в матриксе сопровождается набуханием
митохондрий.
Ацидоз. Любое повреждение клетки сопровождается ацидозом ее
цитоплазмы (рН падает до 6,0 и ниже). П ер в и чн ы й а ц и до з в поврежденной
клетке следует отличать от в т ор и ч но го а ци д о за в воспаленной ткани,
который возникает значительно позднее (через несколько часов) после
нанесения повреждения. Первичный ацидоз повреждения — следствие
накопления в клетке определенных продуктов метаболизма, таких, как
продукт гликолиза — молочная кислота и др. Первичный ацидоз в повреждеииой ткани возникает при действии различных повреждающих
агентов: механического воздействия, действия химических агентов (например такого, как горчичное масло), бактериального (дизентерийная
1 1
палочка, гемолитический стафилококк). Ацидоз повреждения возникает в
тканях также при гипоксии.
Изменение активности ферментов и рецепторов. Активация ферментов
лизосом. В поврежленных клетках выходят в цитоплазму и активизируются
гидролитические ферменты, заключенные в фосфоли- пидные везикулы —
л и з ос о м ы. Лизосомы содержат катепсины, рибонук- леазу, кислую
фосфатазу, дезоксирибонуклеазу, гиалуронидазу и другие ферменты.
Различные повреждающие агенты, например эндотоксины бактерий
кишечно-тифозной группы, а также мелкие неорганические частицы
(двуокись кремния, двуокись титана, алмазная пыль), попадая в лизосомы,
разрушают их. Активация лизосомальных ферментов может происходить не
только под действием тех или иных специфических факторов, но и в
результате ацидоза, характерного для неспецифической реакции клетки на
то или иное повреждающее воздействие. Одним из процессов, вызывающих
выход лизосомальных ферментов, является также активация пероксидации
липидов в лизосомальных мембранах.
Пока до конца неясно, является ли активация лизосом механизмом
удаления содержимого погибшей клетки или причиной ее повреждения при
действии неблагоприятных факторов.
Апоптоз. Смерть клеток далеко не всегда является признаком патологии. Развитие организма требует в ряде случаев удаления клеток одного
типа и замены их другими. Второй процесс связан с клеточным делением.
Первый — запрограммированная смерть клетки — называется апоптозом и
связан с запуском синтеза ферментов, разрушающих клеточные структуры,
под влиянием внешнего сигнала, который сам по себе для клеток безвреден.
В разных случаях сигналом для апоптоза могут служить совершенно разные
вещества, например определенные гормоны или, наоборот, прекращение их
поступления извне. Цепь событий, приводящих к апоптозу, в норме включает
следующие стадии:
—
связывание сигнальной молекулы с рецептором на поверхности клетки;
—
запуск каскада реакций внутриклеточной сигнализации;
—
активация синтеза деструктивных ферментов, в частности таких, как
эндонуклеазы, которые гидролизуют нуклеиновые кислоты;
—
нарушение функционирования клетки;
—
автолиз.
Различные факторы, оказывающие повреждающее действие, могут
непосредственно усиливать то или иное звено системы внутриклеточной
сигнализации, что сопровождается синтезом ферментов апоптоза.
Повреждение генетического аппарата клетки. Нуклеиновые кислоты
весьма чувствительны к прямому действию повреждающих агентов, таких,
как облучение ионизирующей радиацией, ультрафиолетовым и видимым
светом в присутствии некоторых окрашенных соединений — фотосенсибилизаторов. В значительной мере повреждения нуклеиновых кислот
исправляются в результате репарации. В противном случае возникают
нарушения в геноме (мутации) и в работе систем биосинтеза белка. Многие
необратимые изменения в клетках (например, при интоксикациях или в ходе
1 1
процесса старения) связывают с повреждением генетического аппарата
митохондрий.
Повреждение рибосом и полисом. При токсических воздействиях на
клетки изменяются конфигурация эндоплазматической сети и связанными с
ней рибосомы. Например, при отравлении тринитротолуолом в клетках
печени мембраны эндоплазматической сети и расположенные на них
рибосомы принимают форму различных завитков в нормальных клетках.
Синтез белков осуществляется на полисомах. При угнетении синтеза
определенных белков, например синтеза гемоглобина при апласти- ческой
анемии в клетках костного мозга, уменьшается число полисом и наблюдается
их распад на отдельные рибосомы.
Последовательность нарушений в клетке при гипоксии. Последовательность изменений в клетке в результате прекращения доступа
кислорода одинакова для самых различных тканей. Это показали опыты со
срезами тканей, изолированными клетками и изолированными клеточными
органеллами, в частности митохондриями. В печени, находящейся в условиях
аноксии при комнатной температуре, последовательность событий такова:
—
0—5 мин аноксии — снижение уровня АТФ в клетке в 2—4 раза, несмотря
на активацию гликолиза;
—
5—15 мин — появление Са2+ в цитоплазме клетки, активация гидролитических ферментов, в том числе фермента фосфолипазы А2 митохондрий. Содержание Са2+ в митохондриях повышается, так как они
еще не повреждены (стадия 1 на рис. 2.3);
—
15—30 мин — гидролиз митохондриальных фосфолипидов фосфолипазой А2 И нарушение барьерных свойств митохондриальной мембраны. Реоксигенация ткани на этой стадии приводит к активному
набуханию митохондрий. Дыхательный контроль в митохондриях
нарушен, окислительное фосфорилирование разобщено, способность
митохондрий накапливать ионы кальция снижена (стадия 2 на рис. 2.3);
—
30—60 мин — частичное восстановление функций митохондрий,
временное повышение дыхательного контроля, способности накапливать кальций, (стадия 3 на рис. 2.3). Механизм компенсаторных
процессов, приводящих к временному улучшению функций митохондрий, неизвестен, но связан с функцией клетки в целом, так как при
анаэробной инкубации изолированных митохондрий это явление не
наблюдается;
—
60—90 мин: необратимое повреждение митохондрий и полная гибель
клеток (стадия 4 на рис. 2.3).
1 1
Кусочки ткани
Выделенные митохондрии
120
Время переживания органа при 24°С (мин)
Рис. 2.3. Изменение содержания Са2+ в митохондриях при ишемии. 1 — появление
Са2+ в цитоплазме клетки (содержание Са2+ в митохондриях повышается, так как
они еще не повреждены); 2 — снижение способности митохондрий накапливать
Са2+, 3 — частичное восстановление функций митохондрий и накопление ими Са2+;
4 — необратимое повреждение митохондрий.
При температуре тела человека все эти процессы протекают примерно в
2 раза быстрее; кроме того, в разных тканях они протекают с разной
скоростью: быстрее всего в мозге, медленнее — в печени, еще медленнее — в
мышцах.
Порочный круг клеточной патологии. Увеличение внутриклеточного
содержания кальция и нарушение биоэнергетических функций митохондрий
являются общими признаками для клеток, поврежденных в результате
действия различных неблагоприятных факторов. Эти два события — не
простое следствие других изменений в поврежденных клетках: они лежат в
основе нарушения функций поврежденных клеток и могут рассматриваться
как главные звенья в цепи событий, приводящих к развитию
неспецифической реакции клеток на повреждение. Схематически
взаимоотношение между первичным повреждением клеточных структур,
процессами биоэнергетики и содержанием кальция в цитоплазме приведено
на рис. 2.4. Согласно этой схеме первичными мишенями действия
повреждающих агентов служат мембранные структуры клетки, в которых
могут подвергаться разрушению липидный бислой, рецепторы, белковые
переносчики ионов и молекул (каналы), а также встроенные в мембраны
ферменты, включая ионные насосы. Увеличение проницаемости мембран и
подавление работы насосов, непосредственно вызванное действием
повреждающих факторов (токсичные соединения, свободные радикалы и
продукты липидной пероксидации, недостаток источника энергии — АТФ),
приводят к повышению концентрации натрия и кальция в цитоплазме.
Последнее сопровождается дисбалансом внутриклеточной регуляции и
активацией деструктивных ферментов, таких, как фосфолипаза А2 и
эндонуклеазы. Гидролиз фосфолипидов мембран фос1 1
Токсишные
вещества
Активация
мембранн
ых
фосфолип
аэ
Перекисное 4
Повреждени
окисление
е
липидов
мембранных
структур
клетки
Тканевая
гипоксия
/
Снижени
е
уровня
АТФ
Увеличение
содержания Са2+
в цитоплазме
Усиленна
я
активаци
я
рецептор
ов
Р и с 2 . 4 . «Порочный круг», лежащий в основе неспецифической реакции клеток на
повреждение
Объяснения в тексте
фолипазой приводит к дальнейшему нарушению барьерных свойств липидного
бислоя, что способствует еще большему росту уровня кальция в цитоплазме,
набуханию митохондрий и их дальнейшему повреждению. Порочный круг
замыкается и клетка скорее всего погибнет.
2.1.3. Механизмы нарушения барьерной функции
биологических мембран
Повреждение компонентов биологических мембран при патологических
процессах. Биологические мембраны наряду с элементами цитоскелета
формируют ультраструктуру протоплазмы. Кроме того, они выполняют
множество функций, нарушение любой из которых может привести к
изменению жизнедеятельности клетки в целом и даже к ее гибели. На рис. 2.5
дано схематическое изображение типичной мембраны с указанием тех ее
элементов, повреждение которых может наблюдаться при патологии и лежать в
основе развития различных заболеваний.
Наиболее тяжелые последствия вызывает повреждение липидного слоя
мембран (рис. 2.5, 7), называемого также липидным б и с л ое м , так как он
образован двумя слоями липидных молекул (рис. 2.5, 2). Липид- ный бислой
клеточной и внутриклеточных мембран выполняет две основные функции —
барьерную и матричную (структурную). В нормально функционирующей клетке
срединная часть липидного бислоя представляет собой сплошную пленку,
образованную углеводородными «хвостами» фосфолипидных молекул. Эта
пленка, по свойствам близкая к расплавленному парафину, практически
непроницаема для ионов и молекул во-
Объяснения в тексте.
"-vi
2+ АТФ
2Ca
Р и с . 2 . 5 . Общая схема строения биологических мембран.
дорастворимых веществ, таких, как углеводы, аминокислоты, белки, нуклеотиды и нуклеиновые кислоты. Повреждение этого сплошного барьера
приводит к нарушению регуляции внутриклеточных процессов и тяжелым
расстройствам клеточных функций.
В то же время липидный слой мембран формирует в клетке
особую жидкую фазу. На поверхности раздела водной и липидной фаз, а также внутри липидной фазы «плавают» многочисленные ферменты, многие субстраты биохимических
реакций, белковые клеточные рецепторы, гликолипиды и
гликолипопротеиды, образующие гликокаликс.
Во многих клетках до 80 % белков встроены в мембраны или связаны с
их поверхностью (рис. 2.5). Липидный бислой выполняет, таким образом, роль
структурной основы, или матрицы, для всех белковых, липоп- ротеидных,
гликопротеидных и гликолипидных компонентов мембран. От свойств
липидной фазы мембран, таких, как вязкость, поверхностный заряд,
полярность, зависит работа мембранных ферментов и рецепторов.
Для наружных клеточных мембран характерно наличие г л и к о ка л и к - са,
образованного гликолипидами и гликопротеидами (рис. 2.5, 3 и 2.5, 4).
Гликокаликс выполняет ряд функций, вчастности, от него зависят свойства
клеточной поверхности, способность клеток к фагоцитозу и адгезии с другими
клетками. Гликокаликс эритроцитов препятствует их агглютинации.
Повреждение гликокаликса приводит к тяжелым последствиям, помимо
прочего еще и потому, что это вызывает изменения иммунных свойств
клеточной поверхности.
31
Действие многих токсичных соединений направлено на белковые
компоненты клеточной мембраны. Например, цианистый калий блокирует
цитохромоксидазу — фермент, входящий в состав внутренних мембран
митохондрии. Ионы тяжелых металлов (ртуть, серебро, свинец) связывают
SH-группы белков, в том числе мембранных ферментов и ионных каналов (рис.
2.5, 7 и 2.5, S), вызывая их инактивацию. На белки плазматических мембран
или элементы цитоскелета (рис. 2.5, 5 и 2.5, 6) направлено действие многих
бактериальных токсинов. Изменения активности мембранных ферментов,
каналов и рецепторных белков, вызванные неблагоприятными факторами,
также приводят к нарушению функции клеток и развитию заболеваний.
Основные механизмы нарушения барьерных свойств липидного слоя.
Изучение воздействия разного рода повреждающих агентов на изолированные
клетки (например, на эритроциты), митохондрии, фосфо- липидные везикулы
(л и п ос о м ы ), плоские бислойные липидные мембраны (БЛМ) и другие
модельные объекты показало, что в конечном счете существует четыре
основных процесса, которые при патологии непосредственно обусловливают
нарушение целостного липидного бислоя [Владимиров Ю.А., 1973]:
—
—
—
перекисное окисление липидов;
действие мембранных фосфолипаз;
механическое (осмотическое) растяжение мембраны;
—
адсорбция на бислое полиэлектролитов, включая некоторые белки
и пептиды.
Чтобы понять роль этих процессов в развитии патологического состояния,
надо знать химические и физические условия протекания каждого из них, пути
их регуляции в живой клетке и причины ее нарушения, характер повреждения
свойств мембран под действием данного процесса, биологические последствия
такого повреждения мембран для жизнедеятельности клетки и организма в
целом. Рассмотрим эти вопросы на примере наиболее изученного процесса —
перекисного окисления (пе- роксидации)липидов.
Свободнорадикал ьное (перекисное) окисление липидов. Перекисное
окисление (пероксидация) липидов — пример процесса, идущего с участием
свободных радикалов. Свободные радикалы — это молекулярные частицы,
имеющие непарный электрон на внешней орбитали и обладающие высокой
реакционной способностью. Их изучение ведется методом ЭПР (спиновые
ловушки), хемилюминесценции и путем применения ингибиторов реакций, в
которых участвуют радикалы определенного типа.
В табл. 2.3 приведен перечень основных типов свободных радикалов,
образующихся в организме человека.
32
Т а б л и ца 2 3
Основной источник
Радикал
Вредные реакции
Свободные радикалы,
образующиеся
в клетках организма
Цепи
переноса электронов
HQ* + O 2 ^ Q + *O2- + H+
Первичные радикалы:
Семихиноны
Супероксид
Монооксид азота (N0)
Клетки-фагоциты
•02 + Fe3+ -> 02 + Fe2+
Клетки эндотелия и многие N0* + *02" + Н+ -> OONO
(пероксинитрит)
другие
Вторичные радикалы:
H202+Fe2+-* Fe3+ + Н0~ + + Повреждение ДНК и РНК,
НО* (реакция Фентон) HOCI цепное окисление липидов
+ Fe2+ -> Fe3+ + CI" + + НО*
(реакция Осипова)
Цепное окисление липидов Повреждение липидного
Радикалы липидов
бислоя и мембранных
ферментов
Иногда оказывают
Цепное
окисление
липидов
Радикалы
прооксидантное действие
антиоксидантов
Образование вторичных
Радикалы, образуюПромышленные токсины и радикалов
щиеся при метаболиз- некоторые лекарства
ме ксенобиотиков
Образование вторичных
Радикалы,
образую- Поглощающие свет
радикалов
щиеся при действии вещества
света
Радикал гидроксила
Первичные радикалы. К первичным можно отнести радикалы, образующиеся в клетках ферментативным путем, — это радикалы кислорода
(супероксид и гидроксильный радикал), монооксид азота, радикалы,
образующиеся в окислительно-восстановительных реакциях (например,
убихинол). Вторичные радикалы образуются при неферментативных реакциях
ионов железа. Это гидроксил-радикалы и радикалы липидов. Радикалы
образуются также при действии ультрафиолетовых лучей и входе метаболизма
некоторых чужеродных соединений (ксенобиотиков), в том числе некоторых
препаратов, ранее применявшихся в качестве лекарств.
Активные формы кислорода. Основная масса молекулярного кислорода,
потребляемого
клетками
нашего
организма,
непосредственно
восстанавливается до воды, окисляя органические субстраты в цепях переноса
электронов. Меньшая часть кислорода расходуется на неполное окисление
органических
соединений.
Наконец,
заметная
часть
кислорода
восстанавливается клетками организма до супероксидного радикала. Так,
клетки-фагоциты (моноциты и гранулоциты крови и тканевые макрофаги)
выделяют кислород в реакции, катализируемой ферментным комплексом
НАДФН-оксидазой:
НАДФН + 202 -> НАД+ + Н+ + 202" (супероксид).
Дальнейшая судьба супероксидных радикалов может быть разной (см.
рис. 2.6). В норме и при отсутствие ионов металлов переменной ва-
33
00N0 (пероксинитрит)
Расслабление
кровеносных
сосудов
1
Антимикробное
действие
CГ
о, + н,о,
•oo-
стенок
СЮ
i4
Детоксикация
Н202
Токсическое действие
J
W
Fe2+-
LOOH
НООН
нею
8
L0
Н
10 ^
О-
Токсическое
действие
НО
Р и с . 2 . 6 . Метаболизм супероксидного радикала.
Объяснения в тексте.
лентности супероксидные радикалы превращаются в перекись водорода; эта
реакция катализируется ферментом супероксиддисмутазой (реакция 2):
2-02" Н202 + 02
Клетки-фагоциты используют перекись водорода, превращая ее в
гипохлорит — соединение, разрушающее стенки бактериальных клеток; эта
реакция катализируется ферментом миелопероксидазой (реакция 3):
Н202 + С|--»Н 2 0 + СЮ-.
Избыток перекиси водорода удаляется под действием двух ферментов:
глутатион-пероксидазы или каталазы (4 на рис. 2.6):
Н202 + 2GSH (глутатион) -> Глутатионпероксидаза 2Н20 + GSSG;
2Н202 Каталаза 2Н20 + 02.
Радикал гидроксила. В условиях патологии могут произойти нарушения либо системы защитных ферментов (в частности, снижение активности СОД), либо ферментных систем, связывающих ионы железа в плазме
крови (церулоплазмин и трансферрин) и в клетках (ферритин). В этом случае
супероксидные радикалы и перекись водорода вступают в альтернативные
реакции:
1.
образование двухвалентного железа из трехвалентного (рис. 2.6, 7 ) :
2.
Fe3+ + ю2- Fe2+ + 02;
реакция перекиси водорода и гипохлорита с ионами двухвалентного
железа (рис. 2.6, 9 и 10):
Fe2+ + Н202 Fe3+ + НО" + НО* (реакция Фентон); Fe2+ + СЮ" + Н+ Fe3+ + CI" + НО(реакция Осипова).
34
Совокупность продуктов, образуемых активированными клеткамифагоцитами (радикалы супероксида и гидроксила, перекись водорода и
гипохлорит), называют а кт и вн ы м и ф о рм ам и ки с л ор од а; некоторые авторы
называют гипохлорит и продукты его метаболизма в тканях (такие, как
хлорамины R-NHCI), а кт и вн ы м и фо р ма м и х лор а.
Радикалы гидроксила химически исключительно активны и вызывают
повреждение белков, нуклеиновых кислот и липидов биологических мембран.
Особенно тяжелые последствия имеют две последние реакции. Радикалы
ЮН вызывают разрыв нитей ДНК, оказывают в зависимости от ситуации,
мутагенное, канцерогенное или цитостатическое действие. Вместе с тем,
реагируя с ненасыщенными жирными кислотами, входящими в состав
мембранных липидов, радикалы гидроксила инициируют цепную реакцию их
п ер ок с и да ци и (перекисного окисления).
Цепное окисление липидов. Реакция цепного окисления липидов играет
исключительную роль в клеточной патологии. Она протекает в несколько
стадий, которые получили название инициирование, продолжение,
разветвление и обрыв цепи (рис. 2.7). Рассмотрим эти стадии под
LH
робнее.
Q
O
но-
LH
->• LOO*
Jl
^ LOO
QO
LH
ноон
Инициирование цепи
Первичная
цепная
O
ноо O
н ,-iLH I
ОО
—iLOO *
LX>
1
re*"
ноо
н
Звено
цепи
HOH
?
о
о
ж
L*
LH
LOO*
v
Fe
00
реакция
I
ноон
Л Г Li I '
с
П
«*
5L
l"
I 00 ^
T
I LH - ar
LOH
▼
» iL'
§ ОО
~»4 X j
^
M T,+
T C F ГС *
LOH
LOO*
L
O
А
35
—
Рис.
реакция
с
O 2.7.
*
Реакция цепного окисления липидов.
неразветвленной цепью, Б — разветвленная
цепная реакция
Инициирование цепи. Радикал гидроксила — небольшая по размеру
незаряженная частица — способен проникать в толщу гидрофобного
липидного слоя и вступать в химическое взаимодействие с полиненасыщенными жирными кислотами (которые принято обозначать как LH), входящими в состав биологических мембран и липопротеинов плазмы крови. При
этом в липидном слое мембран образуются липидные радикалы:
НО- + LH -> Н20 + L-
36
f
Липидный радикал (L-) вступает в реакцию с растворенным в среде
молекулярным кислородом; при этом образуется новый свободный радикал —
радикал липоперекиси (LOO):
L- + LH -> LOO .
Продолжение цепи. Этот радикал атакует одну из соседних молекул
фосфолипида с образованием гидроперекиси липида LOOH и нового
радикала L-*
LOO + LH LOOH + L-.
Чередование двух последних реакций представляет собой цепную
реакцию перекисного окисления липидов (см. рис. 2.7, А).
Разветвление цепи. Существенное ускорение пероксидации липидов
наблюдается в присутствии небольших количеств ионов двухвалентного
железа. В этом случае происходит разветвление цепей в результате
взаимодействия Fe2+ с гидроперекисями липидов:
Fe2+ + LOOH -> Fe3+ + НО- + LO-.
Образующиеся радикалы LO- инициируют новые цепи окисления
липидов (рис. 2.7, Б):
LO + LH -> LOH + L-; L- + 02 -> LOO- -> и т.д.
Обрыв цепей. В биологических мембранах цепи могут состоять из
десятка и более звеньев. Но в конце концов цепь обрывается в результате
взаимодействия свободных радикалов с антиоксидантами (InH), ионами
металлов переменной валентности (например, теми же Fe2+) или друг с
другом:
LOO- + Fe2+ + Н+ -> LOOH;
LOO- + InH -> In-;
LOO- + LOO- -> молекулярные продукты.
Использование хемилюминесценции для изучения реакций, идущих с
участием свободных радикалов. Последняя реакция интересна еще и тем, что
она сопровождается свечением — х ем и лю м ин е с це н ц и - е й . Интенсивность
хемилюминесценции очень мала, поэтому ее иногда называют «сверхслабым
свечением».
Интенсивность
свечения
пропорциональна
квадрату
концентрации свободных радикалов в мембранах, а скорость перекисного
окисления прямо пропорциональна концентрации тех же радикалов. Поэтому
интенсивность «сверхслабого» свечения однозначно отражает скорость
липидной пероксидации в изучаемом биологическом материале, и измерение
хемилюминесценции довольно часто используется при изучении перекисного
окисления липидов в различных объектах.
Измерение хемилюминесценции широко применяется также для
изучения образования активных форм кислорода клетками крови и перитонеальными макрофагами. В присутствии специальных соединений —
люминола и люцигенина — наблюдается хемилюминесценция изолированных
лейкоцитов крови, макрофагов или разведенной цельной крови, если
клетки-фагоциты продуцируют гипохлорит, и радикалы кислорода
(супероксид + гидроксил-радикал). Интенсивность хемилюминесцентных
ответов клеток увеличивается в несколько раз при появлении очагов некроза
37
в организме, например после инфаркта миокарда, и, напротив, угнетается
при тканевой гипоксии; поэтому измерение клеточной хемилюминесценции
может быть использовано в ряде случаев с целью выявления заболевания,
оценки тяжести состояния больного и эффективности назначенного лечения.
Биологические последствия пероксидации липидов. Увеличенное
образование свободных радикалов в организме и связанное с этим усиление
процессов пероксидации липидов (которое иногда называют оксидативным
стрессом) сопровождается рядом нарушений в свойствах биологических
мембран и функционировании клеток. Наиболее изучены три прямых
следствия перекисного окисления липидов.
Во-первых, перекисное окисление липидов сопровождается о кис л е ни е м т и ол о в ы х (с у ль ф г и др и ль ны х ) г ру пп мембранных белков (Рг). Это
может происходить в результате неферментативной реакции SH-групп со
свободными радикалами липидов; при этом образуются сульфгидриль- ные
радикалы, которые затем взаимодействуют с образованием дисульфидов
либо окисляются кислородом с образованием производных суль- фоновой
кислоты:
Pr-SH + L- LH + Pr-S-;
PiyS- + Pr2-S- PiySS-Piv, Pr-S- + 02 -> Pr-S02* -> молекулярные производные.
Связанные с перекисным окислением липидов окисление белков и
образование белковых агрегатов в хрусталике глаза заканчиваются его
помутнением; этот процесс имеет большое занчение в развитии старческой и
других видов катаракты у человека. Важную роль в патологии клетки играет
также инактивация ион-транспортных ферментов, в активный центр которых
входят тиоловые группы, в первую очередь Са2+—АТФазы. Инактивация этого
фермента вызывает замедление «откачивания» ионов кальция из клетки и,
наоборот, вход кальция в клетку (рис. 2.8, 7), увеличение внутриклеточной
концентрации ионов кальция и повреждение клетки.
2(V
(.V
Р и с . 2 . 8 . Нарушение барьерных свойств мембран
при перекисном окислении липидов.
3"
Наконец, окисление тиоловых групп мембранных белков приводит к
появлению дефектов в липидном слое мембран клеток и митохондрий. Под
действием разности электрических потенциалов на мембранах через такие
дефекты в клетки входят ионы натрия, а в митохондрий — ионы калия. В
результате увеличивается осмотическое давление внутри клеток и
митохондрий, что способствует еще большему повреждению мембран.
Во-вторых, результат перекисного окисления липидов связан с тем, что
продукты
пероксидации
обладают
способностью
непосредственно
у в ел и ч ив ат ь и он ну ю п ро н и ца емо ст ь липидного бислоя. Показано, что
продукты перекисного окисления липидов делают липидную фазу мембран
проницаемой для ионов водорода (рис. 2.8, 2) и кальция (рис. 2.8, 3). Это
приводит к тому, что в митохондриях окисление и фосфорилирование
разобщаются, а клетка оказывается в условиях энергетического голода (т.е.
недостатка АТФ). Одновременно в цитоплазму выходят ионы кальция,
которые повреждают клеточные структуры.
Третьий (и быть может, самый важный) результат пероксидации — это
у м ен ь ше н ие с т а б и ль но ст и л ип и дн о го с ло я , что может вызвать электрический пробой мембраны собственным мембранным потенциалом, т.е. под
действием разности электрических потенциалов, существующей на
мембранах живой клетки. Электрический пробой приводит к полной потере
мембраной ее барьерных функций (рис. 2.8, 4).
Клеточные системы антирадикальной защиты. В нормальных условиях
процесс перекисного окисления липидов находится под строгим контролем
ферментативных и неферментативных систем клетки, отчего скорость его
невелика. Принято делить химические соединения и физические
воздействия, влияющие на скорость перекисного окисления липидов, на
п ро ок с и дант ы
(усиливают
процессы
перекисного
окисления)
и
а нт ио к с ид ан т ы (тормозят перекисное окисление липидов). К прооксидантам в живой клетке относятся высокие концентрации кислорода (например, при длительной гипербарической оксигенации больного), ферментные системы, генерирующие супероксидные радикалы (например,
ксантиноксидаза, ферменты плазматической мембраны фагоцитов и др.),
ионы двухвалентного железа.
Хотя сам процесс перекисного окисления развивается в виде цепных
реакций в липидной фазе мембран и липопротеинов, начальные (а возможно,
и промежуточные) стадии этой сложной системы реакций протекают в водной
фазе. Часть защитных систем клетки также локализуется в липидной, а часть
— в водной фазах. В зависимости от этого можно говорить о водорастворимых
и гидрофобных антиоксидантах.
Антиоксиданты водной фазы. Основные реакции в водной фазе,
предшествующие цепному окислению, и роль антиоксидантов в ограничении
скорости этих процессов можно представить в виде схемы:
38
Супероксиддисмутаза
■О,
НООН
м > Ре2+
Fe3+
О,
J
Каталаза,
пероксидазы
1Г>
jp рез+
Ловушки
но- ----------------------
с/г
Ко м п л е кс о н ы Ц е п н ы е
реакции
Непосредственными предшественниками гидроксильного радикала,
инициирующего цепное окисление липидов, служат ионы двухвалентного
железа и перекись водорода (или образующийся из нее гипохлорит). По этой
причине образование радикала гидроксила и пероксидация липидов
тормозятся веществами, снижающими концентрацию одного из этих двух
соединений. К ним относятся следующие вещества:
—
фермент с у п ер ок с и дд ис м у т а за — снижает концентрацию супероксидных
радикалов и тем самым препятствует восстановлению ими ионов
трехвалентного железа до двухвалентного. В клетке ионы же- - леза
хранятся в трехвалентном состоянии в специальных депо, образованных
субъединицами белка — ферритина;
—
ферменты к а т а ла за и гл у т ат и он пер о кс и да за — удаляют перекись водорода. Эффективность работы глутатионпероксидазы зависит от
концентрации свободного глутатиона, при снижении которой может
возрастать концентрация цитотоксических гидроксильных радикалов;
—
регенерация восстановленного глутатиона (GSH) из окисленного
(GSSG) осуществляется за счет НАДФН; этот процесс катализируется
ферментом г лу т ат и онр ед у кт аз о й. Недостаток глутатиона в клетках,
например в эритроцитах, который может быть обусловлен действием
токсичных веществ, например ионов тяжелых металлов или
наследственным недостатком глутатионредуктазы, приводит к активации перекисного окисления; это, в частности, наблюдается при
некоторых видах гемолитических анемий;
—
соединения, связывающие ионы железа (комплексоны). Следует,
однако, добавить, что в водной фазе некоторые комплексы ионов
железа вступают в реакции с супероксидным радикалом и перекисью
водорода наряду со свободными ионами железа.
Антиоксиданты, тормозящие развитие цепных реакций в липидной
фазе. Основные реакции в липидной фазе биологических мембран и
липопротеинов крови, а также роль антиоксидантов в ограничении скорости
этих процессов можно продемонстрировать с помощью схемы.
39
Ловушки радикалов
J
Фосфолипаза^
НООН . --------------------------------*
GSH-пероксидаз
P
C
а
LO*------02
Fe5+
О
^ LOH
C
s
J
HO^jr^ L»-*-^ LOO L* ^—-----------------------5**
HOH LOO
LH | 02
LH
1 Цепь
окислеиия
c
s
Fe2
Комплексоны
I LH
loo-Ц
^
у
♦ tt
ко
Цепные реакции «ведут» свободные радикалы липидов (L* и LOO),
разветвление цепей происходит при взаимодействии продукта пероксидации
— гидроперекиси липидов (LOOH) с ионами Fe2+. Все соединения, снижающие
концентрацию перечисленных веществ, выполняют функцию антиоксидантов.
К ним относятся:
—
ферменты ф о с фо л ипаз а и г л ут а т ион пе ро кс и д аз а , разрушающие
гидроперекиси липидов, предотвращая разветвление цепей окисления
липидов в мембранах. При этом действие фосфолипазы заключается в
отщеплении от фосфолипидов окисленной жирной кислоты,
содержащей
гидроперекисную
группу
(LOOH),
а
действие
глутатионпероксидазы сводится к восстановлению этой группы до
спиртовой с одновременным окислением глутатиона (GSH) до дисульфида (GSSG):
LOOH + 2GSH LOH + GSSG + Н20;
—
ловушки радикалов, которые называют иногда «липидными антиоксидантами». По своей химической природе липидные антиоксиданты
— это производные фенола. К ним относится ос-токоферол (витамин Е),
убихинон (кофермент Q), тироксин, эстрогены и синтетические
соединения,например ионол;
он
CH-,
40
о
сн.
н,с
a-Tocopherol (витамин Е)
сн,
сн,
сн,
Ионол
41
— соединения, связывающие железо. Большинство из них, включая такие
природные соединения, как дипептид карнозин, не просто связывают
железо, но, главное, не дают ему возможности приникнуть в липидную
фазу мембран, поскольку образующиеся комплексы в силу своей
полярности не проникают в гидрофобную зону.
Для детоксикации двухвалентного железа в организме существует,
по-видимому, целая система окисления и связывания ионов железа. В
плазме крови эта система представлена ферментом ц е р р ул оп ла зм и ном
(феррооксидазой), который окисляет Fe2+ до Fe3+ кислородом без образования свободных радикалов, и белком т ра н сф ер ри но м , который связывает и переносит в кровяном русле ионы трехвалентного железа, а затем
захватывается клетками. В клетках железо может восстанавливаться
аскорбиновой кислотой и другими восстановителями, но затем окисляется и
депонируется в окисленной форме внутри ферментного белкового комплекса
ф е рр ит ин а.
2.1.4. Другие причины нарушения барьерных свойств
липидного слоя мембран
Роль эндогенных фосфолипаз в нарушении барьерной функции
мембран. Вторая важная причина, приводящая к нарушению целости
липидного слоя мембран и потере ею барьерных свойств, — это гидролиз
мембранных фосфолипидов ферментами — фосфолипазами типа А.
Фосфолипазы А гидролизуют сложноэфирные связи в молекуле фосфолипида, при этом образуется свободная жирная кислота (СЖК) и лизофосфолипид (ЛФ), например лизофосфатидилхолин при гидролизе
фосфатидилхолина (лецитина):
О
CHL—-СН — + н2о
СИ, i i 2
0
1
0
о
1
о
I
R
D
1 Лл
42
I
с=
Ф о с фо л шаз а
r2-cooсжк
Фосфатидилхо
А 2 лин
CHL—СН — СН,
III
0
1
II
X оо он
R
1
Лизоформа
R, и R2 — углеводородные цепи жирных кислот. Фосфолипазы присутствуют в пищеварительном соке поджелудочной железы, а также практически во всех мембранных структурах клетки, включая митохондрии,
лизосомы, плазматические мембраны. В мембранах фосфолипазы обыч-
43
но находятся в малоактивном состоянии по двум причинам. Во-первых,
фосфолипазы плохо гидролизуют фосфолипиды, входящие в состав неповрежденного липидного бислоя. Во-вторых, фосфолипазы активируются
ионами кальция и ингибируются ионами магния, а в цитоплазме мало кальция
(10 7 моль/л и менее) и относительно много ионов магния (около 10*3 моль/л).
Увеличение проницаемости плазматической мембраны при
повреждении клетки или при открывании кальциевых каналов (т.е.
возбуждении клетки), как и выключение насосов за счет недостатка
энергии в клетку (т.е. АТФ) приводят к увеличению концентрации
кальция в цитоплазме.
Некоторое повышение его концентрации (до 10~6 моль/л) следует считать
нормальным механизмом регуляции внутриклеточных процессов, так как
кальций является вторичным посредником при действии многих медиаторов,
гормонов и при электрическом возбуждении ряда клеток. Умеренная активация
фосфолипазы А2 — также нормальное физиологическое явление, поскольку
служит первым звеном в цепи образования физиологически активных
производных арахидоновой кислоты.
Чрезмерное увеличение концентрации ионов кальция в цитоплазме
и активация фосфолипазы приводят к потере мембранами их
барьерных свойств и нарушению функционирования клеточных
органелл и клетки в целом.
Как уже говорилось, повреждающее действие мембранных фосфо- липаз
играет важную роль в повреждении клеток при недостатке кислорода
(гипоксии).
Механическое (осмотическое) растяжение мембран и адсорбция белков.
Важную роль во вторичном повреждении мембран играют процессы их
механического растяжения в результате нарушения осмотического равновесия
в клетках. Если поместить эритроциты в гипотонический раствор, то вода будет
входить в клетки, они примут сферическую форму, а затем произойдет
гемолиз. Митохондрии также набухают в гипотонических средах, но
механический разрыв происходит только у внешней мембраны; внутренняя
остается целой, но теряет способность задерживать небольшие молекулы и
ионы. В результате митохондрии утрачивают способность к окислительному
фосфорилированию.
Сходные явления наблюдаются в целых клетках и тканях при патологии.
Так, в результате активации фосфолипазы мембран митохондрии при гипоксии
они становятся проницаемыми для ионов К+. Если в этих условиях восстановить
оксигенацию ткани, то на мембранах митохондрии восстановится мембранный
потенциал (со знаком «минус» внутри) и митохондрии будут «насасывать»
ионы К+, вслед за которыми в матрикс входит фосфат. Осмотическая
концентрация ионов внутри митохондрии возрастает, и органеллы набухают.
Это приводит к растяжению мембран и их дальнейшему повреждению.
Механизм нарушения барьерных функций мембран при адсорбции
налипидном бислое полиэлектролитов, в частности белков, чужеродных для
клетки, пока изучен недостаточно. В молельных опытах показано, что в
некоторых случаях на поверхности мембраны могут формироваться бел44
ковые «поры», а также происходит снижение электрической стабильности
мембран. Можно думать, что сходные явления наблюдаются при действии на
клетки антител.
Молекулярные механизмы увеличения проницаемости липидного слоя
для ионов. При изучении молекулярных основ проницаемости липидного слоя
широко используются модельные мембранные системы: изолированные
мембранные
структуры
(эритроциты,
Митохондрии,
везикулы
саркоплазматического ретикулума), а также искусственные фосфолипидные
мембраны (бимолекулярные липидные мембраны — БЛМ и фосфолипидные
везикулы — липосомы). Изучение такого рода систем показало, что сам по
себе липидный слой практически непроницаем для ионов. При действии
различных химических и физических факторов он становится проницаемым
по одной из трех причин.
В липидном бислое)(вязкость которого внутри близка вязкости растительного масла) появляется жирорастворимое вещество, способное
связывать ионы. Механизм переноса ионов в этом случае напоминает
перевоз пассажиров на лодке с одного берега на другой и называется
«челночным», или переносом с помощью подвижного переносчика. Примером подвижного переносчика может служить ионофорный антибиотик
валиномицин, который образует комплекс с ионами К\ растворимый в
липидной фазе мембраны. К числу подвижных переносчиков, возможно,
относятся водорастворимые продукты перекисного окисления липидов, в
присутствии которых, как оказалось, увеличивается проницаемость мембран
для ионов водорода.
В липидном слое появляются вещества, молекулы которых, собираясь
вместе, образуют канал через мембрану. Сквозь такой канал ионы могут
проходить с одной стороны мембраны на другую. Каналы образуются
молекулами некоторых антибиотиков, например грамицидина А и
полимиксина. Продукты перекисного окисления липидов также могут образовывать каналы в липидном слое, если в растворе есть ионы кальция.
Продукты расщепления некоторых фосфолипидов (в частности, кардиолипина) фосфолипазой А2 образуют каналы для одновалентных катионов.
Снижается электрическая прочность липидного слоя мембран, и участок мембраны разрушается электрическим током, который возникает под
влиянием разности потенциалов, существовавшей на мембране. Такое
явление носит название «электрического пробоя».
2.1.5. Нарушение электрической стабильности липидного слоя
Явление электрического пробоя мембран. Явление электрического
пробоя мембран изучалось многими авторами на искусственных мембранах и
отдельных клетках. Мембраны обладают определенным
сопротивлением (R) электрическому току (I), которое при небольшой разности
потенциалов (U) между двумя сторонами мембраны является постоянной
величиной. Иными словами, для мембраны соблюдается закон Ома:
I = U/R .
45
Это означает, что зависимость между напряжением на мембране (и) и
током через мембрану (I) линейная. Однако такая зависимость сохраняется
при сравнительно небольших величинахи — обычно не выше 200— 300 мВ. При
определенной критической разности потенциалов на мембране, называемой
«потенциалом пробоя» (U*), происходит резкое возрастание тока. При
постоянном мембранном потенциале, если он превышает критическое
значение, ток самопроизвольно нарастает во времени до полного разрушения
мембраны. Это явление называется э ле кт р и ч е с к и м про бо е м ме м б ра н ы .
В основе этого явления лежит самопроизвольное зарождение дефектов в
липидном бислое вследствие теплового движения фосфолипид- ных молекул.
При отсутствии разности потенциалов на мембране размеры спонтанно
образовавшихся пор не увеличиваются, так как этот процесс сопровождается
ростом площади раздела фаз липид — вода и требует преодоления очень
значительных сил поверхностного натяжения на границе раздела фаз. Более
того, под действием сил поверхностного натяжения спонтанно образовавшийся
дефект (пора) сразу же затягивается, и мембрана остается целой. Увеличение
разности потенциалов на мембране уменьшает энергию, необходимую для
образования и роста поры. При критической разности потенциалов U* рост
спонтанно образовавшихся пор становится самопроизвольным, ток через
мембрану резко возрастает, а если разность потенциалов поддерживать,
мембрана будет полностью разрушена.
Для патологии клетки является чрезвычайно важным то обстоятельство,
что электрическая прочность мембран, мерой которой служит потенциал
пробоя, снижается под действием повреждающих факторов. Как уже
говорилось, основными причинами нарушения барьерных свойств мембран в
патологии являются перекисное окисление липидов, действие мембранных
фосфолипаз, механическое растяжение мембран или адсорбция на них
некоторых белков. Изучение влияния этих действующих факторов на
электрическую прочность мембран показало, что все они снижают потенциал
пробоя мембран.
Пробой мембран собственным мембранным потенциалом («самопробой»). Электрический пробой мембраны может наблюдаться не только
под действием напряжения, подаваемого на мембрану от внешнего источника,
но и под действием собственного мембранного потенциала, т.е. разности
потенциалов, возникающей на мембране в результате диффузии ионов.
Разумеется, этого не происходит в нормально функционирующих
неповрежденных клетках, потому что потенциалы пробоя мембран U* выше,
чем разности потенциалов, существующие на клеточных и внутриклеточных
мембранах (U* > U).
46
При повреждении мембранных структур потенциал пробоя U* снижается
и может сложиться ситуация U* < U, когда мембрана будет «пробиваться»
собственным мембранным потенциалом. К чему это приводит в условиях
живой клетки? Предположим, клетку облучают ультрафиолетовыми лучами,
под влиянием которых в липидных мембранах активируется перекисное
окисление. В неповрежденных митохондриях потенциал на мембране равен
175 мВ, а потенциал пробоя составляет около 200 мВ. В процессе активации
перекисного окисления липидов потенциал пробоя начинает постепенно
снижаться,,и как только он достигает значения 175 мВ, мембрана митохондрий
«пробивается» собственным мембранным потенциалом. То же происходит и
при активации фосфолипаз: снижение потенциала пробоя до величины, равной
существующему на мембране потенциалу, приводит к электрическому пробою
мембраны и потере ею барьерных свойств. В опытах с эритроцитами и
митохондриями было показано, что и осмотическое растяжение мембраны, и
добавление чужеродных белков могут снизить потенциал пробоя мембран
настолько, что мембраны начинают «пробиваться» собственным мембранным
потенциалом.
Электрический пробой как универсальный механизм нарушения
барьерной функции мембран. Стоит задуматься, почему такие, казалось бы,
разные воздействия, как перекисное окисление липидов, ферментативный
гидролиз фосфолипидных молекул, механическое растяжение мембраны или
адсорбция полиэлектролитов, приводят к одному и тому же результату —
снижению электрической прочности (т.е. уменьшению величины потенциала
пробоя) мембраны? Теория электрическо
Р и с . 2 . 9 . Снижение электрической прочности мембран (потенциала пробоя)
Время, мин
при действии повреждающих воздействиях. 1 — перекисное
окисление липидов, вызванное УФ облучением; 2 — действие фосфоли пазы А2;
3 — адсорбция поликатиона (белок протамин-сульфат); 4 — растяжение мемб
раны, вызванное разностью гидростатического давления (АР).
4Е
го пробоя дает четкий ответ на этот вопрос. Самопроизвольному росту пор,
случайно зародившихся в липидном бислое, препятствуют силы поверхностного натяжения на границе раздела фаз липидный слой мембраны —
окружающий водный раствор. Нужно приложить довольно большую разность
потенциала к мембране, чтобы преодолеть эти силы и вызвать рост поры.
Теперь становится понятно, что вещества, снижающие поверхностное
натяжение (детергенты), должны облегчать самопроизвольный рост пор и
снижать величину критического потенциала, который нужно приложить к
мембране, чтобы вызвать электрический пробой. Это и наблюдается в
действительности. Продукты перекисного окисления липидов, так же как и
продукты гидролиза фосфолипидов фосфо- липазами (лизолецитины), и
многие белки снижают поверхностное натяжение на границах раздела фаз.
Именно поэтому они снижают потенциал пробоя мембран, т.е. уменьшают их
электрическую прочность (см. рис. 2.9). Механическое растяжение мембраны
(ДР на рис. 2.9) действует сходно, так как противодействует силам
поверхностного натяжения. Таким образом, электрический пробой мембран
оказывается универсальным механизмом нарушения барьерной функции
мембран в патологии.
Повышение электрической прочности мембран. Известны два способа, с
помощью которых живые клетки повышают свою электрическую прочность:
асимметричный поверхностный потенциал и наличие холестерина.
Поверхностный потенциал возникает на мембране в случае появления на
поверхности липидного слоя заряженных химических группировок, таких,
например, как карбоксил или фосфат. Непосредственно на липидный бислой
действует потенциал, равный разности между потенциалом в водной среде,
омывающей мембрану, и поверхностным потенциалом. За счет неодинакового
заряда на поверхностях мембраны реальная разность потенциалов,
приложенная к липидному бислою, может быть больше или меньше
трансмембранной разности потенциалов. В большинстве биологических
мембран заряды распределены таким образом, что разность потенциалов на
липидном бислое меньше разности потенциалов между водными растворами,
омывающими мембрану. Это повышает реальную электрическую прочность
мембраны и снижает вероятность ее самопробоя.
Второй фактор, повышающий электрическую прочность мембран, — это
холестерин. Было показано, что включение молекул холестерина в
фосфолипидный бислой весьма заметно увеличивает электрическую
прочность мембран, т.е. повышает потенциал пробоя. Особенно заметно
действие холестерина на поврежденные мембраны. Защитные свойства
холестерина против электрического пробоя мембраны можно объяснить его
влиянием на вязкость липидного бислоя. Известно, что введение холестерина в
фосфолипидный бислой может повысить вязкость последнего в 2—3 раза, что
приводит к замедлению образования и роста дефектов (пор) в липидном
бислое мембран. Какуже говорилось, именно образование и увеличение
дефектов в липидном слое под действием приложенного электрического поля
лежат в основе явления электрического пробоя.
Нарушение структурных (матричных) свойств липидного бислоя.
Наиболее изучены три характеристики липидного слоя мембран, от которых
47
зависят его свойства как жидкой фазы (матрицы), обеспечивающей
функционирование мембранных белков и рецепторов: п о ве р х но ст н ы й заряд,
в я з к ос т ь и пл о ща дь л и п ид но го с л о я . Все эги характеристики изучаются с
помощью флюоресцентных и спиновых зондов.
Перекисное окисление липидов и действие мембранных фосфоли- паз
приводят к накоплению в липидной фазе мембран жирных кислот, которые
придают мембране при нейтральных рН отрицательный заряд. Увеличение
отрицательных зарядов на поверхности мембраны облегчает связывание с
мембраной положительно заряженных ионов и белковых молекул, несущих
положительные заряды, и, наоборот, уменьшает взаимодействие мембран с
другими отрицательно заряженными молекулами или мембранами. Связывая
больше Са2", мембраны с большим числом отрицательных зарядов на
поверхности становятся более доступны для действия фосфолипаз, но зато
хуже связывают ионы Fe2f, которые ускоряют пероксидацию липидов.
Вместе с тем при перекисном окислении липидов увеличивается вязкость
липидного слоя мембран. Значительное увеличение вязкости происходит при
увеличении содержания в мембранах холестерина. Возрастание вязкости
приводит кторможению встроенных в мембраны ферментов, таких, как
Na+—К+—АТФаза и Са2+—АТФаза. Это в свою очередь изменяет ионный баланс
клетки и может привести к нарушениям метаболизма. Одна из теорий
происхождения атеросклероза заключается в том, что увеличение содержания
холестерина в крови больных или активация перекисного окисления липидов
сопровождается возрастанием вязкости мембран клеток сосудистой стенки, в
частности плазматической мембраны мышечных клеток. Это приводит к
нарушению работы кальциевой помпы и увеличению концентрации кальция в
цитоплазме гладкомы- шечных клеток. В итоге усиливается клеточное деление
и развивается ате- росклеротическая бляшка.
С помощью флюоресцентных зондов было показано, что при перекисном
окислении уменьшаются площадь поверхности липидного слоя мембран, а
также площадь, занимаемая фосфолипидами на поверхности липопротеидов
плазмы крови. Это связано с окислением части жирно- кислотных цепей
фосфолипидов и выходом их в водную фазу. Одним из результатов такого
явления оказывается увеличение относительной концентрации холестерина в
липидном монослое на поверхности липопротеидов, подвергнутых
перекисному окислению. Липопротеиды низкой плотности (ЛНП) в результате
этого переносят еще больше холестерина в клеточные мембраны сосудистой
стенки, чем неокисленные ЛНП, и их атерогенность возрастает. Липопротеиды
высокой плотности (ЛВП), в норме акцептирующие холестерин с мембран
клеток и обладающие анти- атерогенным действием, в результате перекисного
окисления полностью теряют способность акцептировать холестерин.
Возрастание атероген- ных (холестериндонорных) свойств ЛНП и утрата
антиатерогенных (хо- лестеринакцепторных) свойств ЛВП несомненно
относятся к числу причин, объясняющих тот факт, что перекисное окисление
липидов в сосудистой стенке способствует развитию атеросклероза.
48
2.2. Общие реакции организма на повреждение
Повреждение, вызываемое различными болезнетворными факторами,
кроме местных изменений, одновременно приводит к развитию общих реакций
организма. Степень выраженности общих реакций различна и имеет разное
проявление. К этим реакциям относятся стресс, реакции «острой фазы»,
лихорадка, шок, кома и др.
2.2.1. Общий адаптационный синдром (стресс)
При действии на организм различных повреждающих факторов в нем
возникают двоякое рода изменения. С одной стороны, выявляются полом,
повреждение, а с другой включаются защитно-компенсаторные механизмы как
реакция на повреждение. Последняя группа механизмов всегда привлекала
внимание исследователей. И.П. Павлов обозначил ее как «физиологическую
меру» организма. В 1932 г. американский физиолог У. Кеннон сформулировал
п р ин ц и п г ом е ос т а з ис а , суть которого заключается в том, что организм
непрерывно поддерживает постоянство внутренней среды и при действии
повреждающих факторов, нарушающих это постоянство, включается сложная
цепь
различных
компенсаторно-приспособительных.
механизмов,
направленных на его восстановление. Эти механизмы обычно стереотипна и
включаются
при
действии
различных
повреждающих
факторов.
Следовательно, они по своему характеру неспецифичны. У. Кеннон подчеркнул
значение симпатического отдела нервной системы в этих реакциях, а Л.А.
Орбели в 1935 г. сформулировал положение об адаптационно-трофической
роли симпатической нервной системы. Было показано, что при повреждающих
воздействиях именно через симпатическую нервную систему активируются
высшие отделы центральной нервной системы, идет мобилизация
энергетических ресурсов, стимулируется деятельность сердечно-сосудистой
системы,
усиливается
работоспособность
мышц,
активируются
иммунологические механизмы и другие процессы.
Дальнейшим этапом в изучении компенсаторно-приспособительных
механизмов организма являются работы канадского патолога Г. Селье. Он
назвал повреждающие воздействия (например, болевое раздражение, холод,
возбудители инфекционных заболеваний, яды, психические травмы и др.)
термином с т ре с сор ы (от англ. stress — напряжение). При действии на организм
они вызывают два вида реакции: специфические, связанные с качеством
действующего фактора, и неспецифические, общие при действии различных
стрессоров. Эту совокупность характерных, стереотипных общих ответных
реакций организма на действие раздражителей самой различной природы Г.
Селье обозначил как с т р е сс или о б щ ий а да пт а ц ион ны й с ин др ом . Такие
реакции имеют прежде всего защитный характер и направлены на
приспособление организма к новым условиям, выравнивание тех изменений,
которые вызваны действующим фактором.
Заслуга Г. Селье состоит в том, что он подробно изучил и показал
важнейшую роль гипофизарно-надпочечниковой системы в развитии общего
адаптационного синдрома. Общий адаптационный синдром, по Г. - Селье, в
своем развитии проходит три стадии.
49
Первая стадия — ре ак ц и я т р ев ог и — характеризуется уменьшением
размеров вилочковой железы, селезенки, лимфатических узлов, что связано с
активацией коры надпочечников и выбросом в кровь глюкокорти- коидов. Во
второй стадии — ст ад ии ре з и ст е нт но ст и — развивается гипертрофия коры
надпочечников с устойчивым повышением образования и секреции
кортикостероидов. Они увеличивают количество циркулирующей крови,
повышают артериальное давление, оказывают антигистамин- ный эффект,
усиливают глюконеогенез. Эти эффекты связаны как с непосредственным
действием кортикостероидов, так и в значительной степени со способностью их
активировать
эффекты
симпатической
нервной
системы,
ее
адаптационно-трофическое влияние. В этой стадии обычно повышается
устойчивость организма к действию ряда чрезвычайных раздражителей, хотя
бывают случаи и повышения чувствительности. Если действие стрессора
прекращается или оно незначительно по своей силе, изменения, вызванные
им, постепенно нормализуются. Однако если влияние патогенного фактора
оказывается чрезмерно сильным или длительным, развивается истощение
функции коры надпочечников и наступает гибель организма. Это третья стадия
адаптационного синдрома — с т а д и я и с т о ще н и я.
Известно, что при перенапряжении той или иной функции она может
оказаться неадекватной условиям и из физиологической перейти в
патологическую, т.е. стать источником дальнейших нарушений. Так, например,
перенапряжение процесса возбуждения в коре головного мозга может
привести к развитию запредельного торможения, которое само становится
причиной различных расстройств. По этому поводу И.П. Павлов писал: «Под
влиянием патологических раздражителей приспособительные защитные
реакции организма могут чрезвычайно возрастать и, подвергаясь
перенапряжению, превращаются в реакцию патологическую, вредную для
организма».
При анализе последствий общего адаптационного синдрома Г, Селье
утверждал, что хотя этот синдром в целом имеет защитно-приспосо- бительный
характер, в ряде случаев ответная реакция организма может оказаться
неадекватной условиям, ее вызывающим. Она может быть более сильной, чем
нужно, ослабленной или извращенной, и тогда эта реакция, возможно, станет
причиной последующих патологических изменений в организме. Подобные
патологические изменения в организме Г. Селье назвал б о л е зн я ми
а да пт а ц и и , или д и ст ре с со м . Один из таких механизмов можно представить
следующим образом. Известно, что глю- кокортикоиды необходимы для
развертывания иммунологических меха
50
низмов защиты организма (образование антител, фагоцитоз и др.). Однако
если при общем адаптационном синдроме секреция глюкокортико- идов
окажется чрезмерной, они будут угнетать эти же механизмы, подавят развитие
неспецифических защитных реакций (воспаление), и тогда попавшие в
организм микроорганизмы получают возможность беспрепятственно
размножаться, что может привести к сепсису.
Оценивая положительно вклад Г. Селье в изучение механизмов действия
повреждающих факторов, следует указать на ряд спорных положений его
учения, например по вопросам о первом медиаторе стресса, «патогенной
ситуации» как причине заболевания, о параллелизме в действии нервной и
эндокринной систем.
2.2.2. Активация протеолитических систем плазмы крови
Протеолитические системы широко представлены в организме. К ним
относятся
системы
комплемента,
калликреин-кининовая,
фибринолитическая, свертывания крови. Все они играют определенную роль в
физиологических процессах, а также участвуют в развитии некоторых компенсаторных приспособительных реакций организма при действии на него
различных повреждающих факторов. И только в случаях, когда активация этих
систем становится неоптимальной данным конкретным условиям, они
превращаются
в
патогенный
фактор,
обусловливающий
развитие
патологического процесса. В данном разделе будет показано значение
калликреин-кининовой системы и системы комплемента.
Роль калликреин-кининовой системы. Активация этой системы приводит к
образованию кининов (сх. 2.1). К и н ин ы — группа биологически активных
нейровазоактивных
полипептидов.
Наиболее
изученной
является
калликреин-кининовая система плазмы крови и один из кининов — нонапептид
брадикинин.
Физиологическое значение кининов основано на том, что они окаг
зывают непосредственное влияние на тонус и проницаемость сосудистой
стенки, вызывая расширение прекапиллярных сосудов и увеличивая
'
ЗАПУСК ПРОЦЕССА СВЕРТЫВАНИЯ
КРОНЫ
ДктивиРовАи
ный
ФАКТОР
ХАГЕМАНА
ДШВАЦи
ЯУГНЕТЕНЦЕ -
НЕАКТ«В«Гл
ФРАГМЕНТЫ
ФАКТОРА
X/
KAAAUKPEUH
ХАГЕМАЙА
ЛОВРЕЖДАЮЩЦЕ
аоздЕистаия |
КШШМОГЕН --- =i-K|/IIUH
НЕАКТИВНЫЕ
ПРОДУКТЫ
Кимиидзы
51
С х е м а 2 1 . Активация калликреин-кининовой системы
52
проницаемость капилляров. В связи с этим кинины играют особую роль в
органах, периодически экскретирующих значительные количества жидкости
(слюнные железы, поджелудочная железа, потовые железы, желудок,
кишечник).
Активация калликреин-кининовой системы происходит при действии на
организм различных повреждающих факторов, нарушающих целость клеток и
тканей и приводящих, как правило, к а кт ив а ц ии ф а кт о ра Х а ге ма - н а . Э т о —
травмы, токсины, облучение, накопление продуктов обмена веществ
(например, кристаллов мочекислого натрия), ишемия и др. Обычно в
результате местных повреждающих воздействий развивается воспаление. В
его развитии определенную роль играет увеличение содержания кининов,
которые через изменение сосудистой реакции оказывают влияние на
интенсивность и характер воспаления, а также участвуют в формировании
чувства боли. Участвуют кинины и в развитии общих реакций организма на
повреждение,
причем
главным
образом
в
формировании
компенсаторно-приспособительных механизмов, и только в случаях
неадекватного их образования кинины могут стать патогенетическим
фактором различных расстройств.
Одно из таких компенсаторно-приспособительных влияний выявляется
в генерализованном действии на гемодинамику. При определенной
концентрации кинины уменьшают периферическое сопротивление сосудов
малого и большого круга кровообращения, что увеличивает возврат крови к
сердцу, а это, в свою очередь, увеличивает ударный объем обоих желудочков
сердца. Этот механизм может включаться при срочных или длительных
адаптивных реакциях организма в условиях действия на него различных
факторов в виде эмоциональных или физических нагрузок, тепла, гипоксии и
др. При острой ишемии и инфаркте миокарда компенсаторная роль
увеличенного образования кининов сводится к расширению сосудов
миокарда и увеличению сердечного выброса, а также к развитию гипотензии,
что облегчает работу сердца и вызывает перераспределение крови.
Неадекватность активации калликреин-кининовой системы может стать
патогенетическим фактором развития фатальной гипотензии, шока, болевого
эффекта (кардиогенный шок).
Кинины принимают участие в развитии реакций при аллергической
альтерации тканей. Аллергическое воспаление, как и обычное, также сопровождается увеличением концентрации кининов. Их обнаруживают в
экссудате суставов при ревматоидном артрите, причем иногда в довольно
значительной концентрации. Отмечают их увеличение в крови и цереброспинальной жидкости у собак с экспериментальным аллергическим
энцефаломиелитом, в миокарде и плазме крови кроликов с экспериментальным аллергическим миокардитом.
Установлено 10—15-кратное увеличение содержания кининов в крови
больных людей во время обострения бронхиальной астмы. Очевидно, кинины
играют определенную роль в развитии бронхоспазма, так как обладают
способностью вызывать при определенной концентрации спазм гладкой
мускулатуры бронхиол. Сокращение гладкомышечных клеток пои
взаимодействии кининов с рецепторами клетки приводит к активации каль-
циевых каналов и поступлению кальция в цитоплазму, где он и стимулирует
процесс сокращения. Это действие усиливается на фоне снижения активности (3-адренергических рецепторов, а последнее, как правило,
выявляется у больных бронхиальной астмой. Поэтому может сложиться и
такая ситуация, когда концентрация кининов, недостаточная для того, чтобы
вызвать бронхоспазм у здорового человека, будет вызывать его у больного,
имеющего сниженную активность (3-адренергических рецепторов.
Активация калликреин-кининовой системы обнаружена при шоках
различной этиологии, ревматизме, нефритах, артритах, карциноидном и
демпинг-синдромах, атеросклерозе, гипертонической болезни и других
заболеваниях. Соотношение защитного и патогенного компонентов в каждом
конкретном случае различно. Применяя ингибиторы протеолиза, можно
ограничить активность калликреин-кининовой системы и тем самым в той или
иной мере ограничить выраженность соответствующих симптомов и
интенсивность развития патологического процесса.
Роль системы комплемента. Ко мп л ем ент — система функционально
связанных сывороточных белков, активация которых приводит к
образованию биологически активных веществ, участвующих в осуществлении защитных реакций организма. Комплемент обозначают буквой «С», а
его компоненты — соответствующей цифрой. При обозначении активированного компонента над цифрой ставится черточка: С1, С2 и т.д.
Различают два пути активации комплемента: классический и альтернативный.
К л ас с и че с ки й п ут ь активируется комплексом Аг + Ат (схема 2.2). Как
видно из схемы, в процессе активации происходит расщепление ряда
компонентов С с образованием активных продуктов. Некоторые из них уходят
из цепи активации, другие объединяются. Конечным этапом активации
является образование комплекса С5—9, оказывающего цито- токсическое
действие на клетки-мишени (клетки тканей, микробы с фиксированными на
них антителами). Если проанализировать эффекты различных компонентов
С, то окажется, что все они участвуют в развитии того или иного компонента
воспалительной реакции. Поэтому сложилось представление, что
биологический с м ы с л ак т ив а ц и и С заключается в по д к лю че н и и к и м му н ной
(специфической) ре а кц и и н е спец и ф и ч е ск их м е ха н и зм о в з а щ ит ы —
фагоцитоза, воспаления, при помощи которых образовавшийся комплекс
фиксируется и фагоцитируется.
А ль т е рна т ив н ы й п ут ь а кт и ва ц и и С является важнейшим механизмом
противоинфекционной защиты и активируется бактериальными полисахаридами. Он включается быстро и без участия иммунных механизмов. В
отличие от классического пути активация начинается с расщепления СЗ с
участием ряда дополнительных факторов. Процессы активации комплемента
контролируются ингибиторами различных звеньев этой системы. Наиболее
изучены С1- и СЗ-ингибиторы. С1-ингибитор эстеразы блокирует спонтанную
активацию
С1.
Кроме
того,
он
ограничивает
активность
калликреин-кининовой и фибринолитической систем.
54
Cf<* + Clr + Cfs
т
♦А
Г
CI
U—СЧ
CI Ut
C
2
C
2
a
раоаствд
дйДФилАтаксинд
ТШШНЙОЕГ
nOUAUnAHUE
ИЕМХРйЛиЗДЦиЯ
aUPUCDB
ХКинияппадойядл шивность
VU zs
UI
U
а
Классический путь активации комплемента и
биологические эффекты продуктов его активации. Процесс начинается с
присоединения к антителу комплекса Ciq, а затем Clr. Последний приобретает
протеазную активность и расщепляет Cls, в результате чего он превращается в
активную эстеразу. Происходит активация первого компонента — С1. В свою очередь С1 вызывает расщепление С4 и С2 Из фрагментов С4в + С2а образуется
активный компонент С4в2а, являющийся конвертазой третьего компонента —
СЗ-конвертазы. Она расщепляет СЗ на два фрагмента: СЗа и СЗв. Последний
компонент совместно с С4в2а принимает участие в активации последующих
компонентов комплемента.
Схема
55
2.2.
Н е к онт ро ли р уе м а я а кт и ва ц и я к ом п ле ме нт а приводит к развитию па-
тологических процессов. Возможны генетически детерминированные
дефициты отдельных ингибиторов, передающиеся по аутосомно-рецессивному типу. Так, при дефиците С1 -ингибитора различные, даже не очень
выраженные повреждения запускают начальную цепь классического пути
активации комплемента до СЗ, которая обрывается СЗ-ингибитором. В
результате
формируется врожденный ангионевротический отек в связи с образованием
С2Ь-фрагмента, обладающего кининоподобной активностью (см. схему 2.3).
При дефиците СЗ-ингибитора усиливается действие СЗ и нарушается
функционирование альтернативного пути активации, что приводит к
снижению
противоинфекционной
защиты
с
развитием
тяжелых
бактериальных инфекций (пневмония, отиты, гаймориты, менингиты).
56
Фн6ряно~
Плазминоген
Плазмин
I
Прекалликреин
Фактор Хагемана
Активированный
фактор Хагемана
Калликреин
Ji
эндотоксин
С1—СЗ
С1
С х е м а 2 . 3 . Эндотоксины как активатор протеолитических систем плазмы крови.
Встречаются случаи дефицита отдельных компонентов системы С. Они
обычно передаются также по аутосомно-рецессивному типу и служат причиной
бактериальных инфекций и волчаночноподобных синдромов.
И з б ы т о чная а кт и ва ц ия т ог о и л и и но го ко мп он ент а к ом п ле ме нт а является патогенетическим факторов ряда патологических процессов. Она лежит
в основе многих случаев неиммунологических аллергических реакций
(псевдоаллергических) на лекарственные препараты, принимает в той или иной
степени участие в развитии некоторых видов шока, особенно септического.
Последнее связано с выраженными активирующими свойствами эндотоксина.
Эндотоксин является универсальным активатором ряда протеолитических
систем (сх. 2.3) плазмы крови. И если эта активация не носит лавинообразного
характера, то только потому, что она ограничивается различными
ингибиторами и механизмами обратной связи.
Активирующим действием обладают и некоторые эндогенно образующиеся ферменты. Так, трипсин, плазмин, калликреин могут запускать
альтернативный путь активации комплемента. Все эти энзимы обычно
активируются при различных повреждающих воздействиях.
2.2.3. Шок
Шок (от англ. shock — удар) — остро развивающийся синдром, характеризующийся резким уменьшением капиллярного (обменного, нутритивного) кровотока в различных органах, недостаточным снабжением
кислородом, неадекватным удалением из ткани продуктов обмена и проявляющийся тяжелыми нарушениями функций организма.
Шок необходимо отличать от коллапса (от лат. collabor — падать, спадать),
так как иногда одно и то же состояние обозначают то как шок, то как коллапс,
например кардиогенный коллапс, кардиогенный шок. Это
57
связано с тем, что в обоих случаях происходит падение артериального
давления. Коллапс представляет собой острую сосудистую недостаточность,
характеризующуюся
резким
снижением
артериального
давления,
уменьшением массы циркулирующей крови, Человек при этом теряет сознание.
При шоке также снижается артериальное давление и затемняется сознание.
Однако между этими двумя состояниями имеются принципиальные
различия. При коллапсе процесс развивается с первичной недостаточностью
вазоконстрикторной реакции. При шоке в связи с активацией симпатикоадреналовой системы вазоконстрикция резко выражена. Она же и
является начальным звеном развития нарушений микроциркуляции и обмена
веществ в тканях, получивших название шок-специфических, которых нет при
коллапсе. Например, при потере крови вначале может развиться
геморрагический коллапс, а затем произойти трансформация процесса в шок.
Есть еще некоторые различия между коллапсом и шоком. При шоках, особенно
травматическом, в основном можно видеть две стадии в их развитии:
возбуждения и угнетения. В стадии возбуждения артериальное давление
бывает даже повышенным. При коллапсе нет стадии возбуждения и сознание
выключается полностью. При шоках сознание спутано и выключается только на
поздних стадиях и в тяжелых случаях развития.
По этиологии различают следующие виды шоков:
1)
геморрагический;
2)
травматический;
3)
дегидратационный;
4)
ожоговый;
5)
кардиогенный;
6)
септический;
7)
анафилактический.
Естественно, что патогенез каждого вида шока имеет свои особенности
развития, свои ведущие звенья. В зависимости от характера действующей
причины и особенностей развивающегося повреждения основными ведущими
патогенетическими звеньями становятся: гипо- волемия (абсолютная или
относительная), болевое раздражение, инфекционный процесс на стадии
сепсиса, снижение насосной функции сердца (схема 2.4). Их соотношение и
выраженность при каждом виде шока различны. Вместе с тем в механизмах
развития всех видов шока можно выделить и общее звено. Им становится
последовательное включение двух типов компенсаторно-приспособительных
механизмов.
П е рв ы й ( ваз о ко н ст р и кт ор н ы й ) т ип — активация симпатикоадрена- ловой
и гипофизарно-надпочечниковой систем. Они включаются ведущими
патогенетическими звеньями. Гиповолемия абсолютная (потеря крови) или
относительная (снижение минутного объема крови и венозного возврата к
сердцу) приводит к снижению артериального давления крови и раздражению
барорецепторов, что через центральную нервную систему активирует
указанный приспособительный механизм. Болевое раз-
58
С х е м а 2 Л Г Некоторые этапы патогенеза шока.
дражение, как и сепсис, стимулирует его включение. Результатом активации
симпатикоадреналовой и гипофизарно-надпочечниковой систем является
выброс катехоламинов и кортикостероидов. Катехоламины вызывают
сокращение сосудов, имеющих выраженную <а1рИа>-адреноре- цепцию
(главным образом кожи, почек, органов брюшной полости). Нут- ритивный
кровоток в этих органах резко ограничивается. Коронарные и мозговые сосуды
не имеют этих адренорецепторов, поэтому не сокращаются. Происходиттак
называемая ц ент ра л и за ц и я кро воо б ра щ ен и я , т.е. сохранение кровотока в
жизненно важных органах — сердце и мозге и поддерживается давление в
крупных артериальных сосудах. Именно в этом заключается биологическое
значение включения первого типа компенсаторно-приспособительных
механизмов.
Однако резкое ограничение перфузии кожи, почек, органов брюшной
полости вызывает их ишемию. Возникает гипоксия. Это включаетвго- р о й
( в а зо д ил ат а т о рн ы й ) т и п механизмов, направленных на ликвидацию ишемии.
Начинают образовываться вазоактивные амины, полипептиды и другие
биологически активные вещества, вызывающие расширение сосудов,
повышение их проницаемости и нарушение реологических свойств крови.
Значительный вклад в их образование вносят поврежденные ткани, в которых
идет распад тучных клеток, активация протеолитических систем, выход из
клеток ионов калия и др. Развивается неадекватность вазодилататорного типа
компенсаторно-приспособительных
механизмов
из-за
избыточного
образования вазоактивных веществ. Последствием этого является изменение
микроциркуляции в тканях, снижение капиллярного и усиление шунтового
кровотока, изменение реакции прекапил- лярных сфинктеров на катехоламины
и увеличение проницаемости капиллярных сосудов. Меняются реологические
свойства крови, включаются
59
Схема 2,5 Шок-специфические нарушения микроциркуляции и обмена.
механизмы повреждения по принципу «порочного круга». Это и есть шокспецифические изменения микроциркуляции и обмена (схема 2.5). Результатом этих нарушений является выход жидкости из сосудов в ткани и
уменьшение венозного возврата. Включается «порочный круг» и на уровне
сердечно-сосудистой системы, ведущий к уменьшению сердечного выброса и
снижению артериального давления. Болевой компонент приводит к угнетению
рефлекторной саморегуляции сердечно-сосудистой системы, усугубляя
развивающиеся нарушения. Течение шока переходит в следующую, более
тяжелую стадию. Возникают расстройства функции легких (шоковое легкое),
почек, свертывания крови.
При каждом виде шока степень активации симпатикоадреналовой и
гипофизарно-надпочечниковой систем, а также характер, количество и
соотношение различных видов образующихся биологически активных веществ
различны, что отражается на быстроте и степени развития микроциркуляторных нарушений в различных органах. Развитие шока зависит
также от состояния организма. Все факторы, вызывающие его ослабление
(период реконвалесценции, частичное голодание, гипокинезия и др.),
способствуют развитию шока. И наоборот, благоприятные условия труда, быта,
физическая нагрузка тормозят его возникновение.
Каждый вид шока имеет особенности в своем развитии.
Геморрагический шок. Возникает при наружных (ножевое, пулевое
ранение, эрозивные кровотечения из желудка при язвенной болезни, опухолях,
из легких при туберкулезе и др.) или внутренних (гемоторакс, гемоперитонеум)
кровотечениях в условиях минимального травмирования тканей.
Травматический шок. Возникает при тяжелых травмах органов брюшной и
грудной полостей, опорно-двигательного аппарата, сопровождающихся даже
60
минимальными кровопотерями. Увеличение кровопотери в этих случаях
утяжеляет развитие шока. В его течении выделяют эрек- тильную и торпидную
стадии. В эректильной стадии отмечаются речевое и двигательное
возбуждение, бледность кожных покровов, тахикардия, временное повышение
кровяного давления. Эти признаки в значительной мере связаны с активацией
симпатикоадреналовой системы.
Эректильная стадия переходит в торпидную. Ведущими патогенетическими звеньями являются болевое раздражение и развивающаяся
гиповолемия.
Дегидратационный шок. Возникает как следствие значительной
дегидратации в связи с потерей жидкости и электролитов. При экссуда- тивных
плевритах, кишечной непроходимости, перитоните жидкость из сосудистого
русла переходит в соответствующие полости. При неукротимой рвоте и сильной
диарее жидкость теряется наружу. Следствием является развитие
гиповолемии, которая и играет роль ведущего патогенетического звена.
Дополнительным действующим фактором нередко служит инфекционный
процесс.
Ожоговый шок. Возникает при обширных и глубоких ожогах, охватывающих более 15 % поверхности тела, а у детей и пожилых лиц — даже при
меньших площадях. При этом уже в первые 12—36 ч резко увеличивается
проницаемость капилляров, особенно в зоне ожога, что ведет к значительному
выходу жидкости из сосудов в ткани. Большое количество отечной жидкости,
главным образом в месте повреждения, испаряется. При ожоге 30 %
поверхности тела у взрослого больного теряется с испарением до 5—6 л в сутки,
а объем циркулирующей крови падает на 20— 30 %. Ведущими
патогенетическими
факторами
становятся
гиповолемия,
болевое
раздражение, выраженное повышение проницаемости сосудов.
Септический (синоним: эндотоксиновый) шок. Возникает как осложнение
сепсиса. Отсюда название «септический». Поскольку главным повреждающим
фактором являются эндотоксины микроорганизмов, этот шок называют также
эндотоксиновым. Введением соответствующих доз эндотоксинов животным
можно получить многие изменения, возникающие при септическом шоке у
людей. Наиболее частой причиной сепсиса являются грамотрицательные
микроорганизмы (кишечная палочка, клеб- сиелла и др.), а также стрептококки,
стафилококки, пневмококки и многие другие. Обычно сепсис развивается на
фоне существующего инфекционного заболевания или первичного
септического очага (холангит или пиелонефрит с обструкцией мочевыводящих
путей, перитонит и др.), из которого в организм поступают микроорганизмы и их
токсины. В связи с этим сепсис как таковой не является отдельной
нозологической единицей, а представляет собой особую форму ответа
организма, которая может развиться при многихинфекционных процессах и
заболеваниях.
Условием
его
развития
является
недостаточность
противоинфекционных защитных механизмов организма — неспецифических и
специфических (иммунных).
При обычном развитии инфекционного процесса вначале мобилизуются
главным образом неспецифические защитные механизмы, наивысшее
развитие вторых проявляется в виде реакции острой фазы. Их включение
61
осуществляется секрецией макрофагами и рядом других клеток группы
провоспалительных цитокинов (ИЛ-1 и ИЛ-6, фактор некроза опухоли — ФНО-а).
Эти же цитокины совместно с ИЛ-3, ИЛ-12, ИЛ-15 активируют иммунные
механизмы защиты.
При успешном очищении организма от инфекционных антигенов
усиливается образование противовоспалительных цитокинов (ИЛ-4, ИЛ-10,
ИЛ-11, ИЛ-13, трансформирующий фактор роста — ТФР-(3, антагонисты ИЛ-1 и
ФНО), и снижается образование провоспалительных цитокинов, а также
нормализуется функция неспецифических и иммунных механизмов.
Нарушение баланса между провоспалительными и противовоспалительными цитокинами снижает активность защитных механизмов и приводит
к развитию сепсиса. Одним из механизмов его развития является
несоответствие микробной нагрузки возможностям фагоцитарной системы, а
также эндотоксиновая толерантность моноцитов в связи с избыточным
образованием противовоспалительных цитокинов — ТФР-(3, ИЛ-10 и
простагландинов группы Е2. Чрезмерная продукция макрофагами ФНО-а, ИЛ-1
и ИЛ-6 может способствовать переводу сепсиса в септический шок. Известно,
что ФНО повреждает эндотелий сосудов и вызывает развитие гипотензии. В
экспериментах на интактных животных введение рекомбинантного ФНО-а
приводило к появлению изменений, характерных для септического шока, а
введение инфицированным животным моноклональных Ат к ФНО-а
предотвращало смертельный исход. У людей с развивающимся септическим
шоком введение рекомбинантного к рецепторам антагониста ИЛ-1,
конкурирующего с ИЛ-1 за его рецептор, значительно снижало число
смертельных исходов. Клинически септический шок характеризуется
лихорадкой, потрясающим ознобом с обильным потоотделением, тахикардией,
тахипноэ, бледной кожей, быстро прогрессирующей недостаточностью
кровообращения,
развитием
гипотензии,
диссеминированного
внутрисосудистого свертывания крови, что сопровождается снижением уровня
тромбоцитов в крови, недостаточностью функций печени и почек.
Ведущие патогенетические звенья септического шока:
1)
увеличение потребности организма в доставке тканям кислорода. Это
вызывается лихорадкой (усиление обменных процессов), усилением
работы органов дыхания (тахипноэ), ознобом (усиление работы скелетной
мускулатуры), увеличением работы сердца — сердечный выброс
увеличивается в 2—3 раза. Затем наблюдается снижение общего
периферического сопротивления сосудов;
2)
снижение оксигенации крови в легких и недостаточное извлечение
кислорода из крови тканями. Оксигенация снижена в связи с циркуляторными нарушениями в малом круге, вызванными микротромбоэмболией, агрегацией тромбоцитов на стенках сосудов, а также
нарушением вентиляционно-перфузионных отношений в легких из-за
развития ателектазов, пневмоний, отека. Причины недостаточного
извлечения кислорода из крови:
а)
резкое усиление шунтового кровотока в тканях;
62
б)
на ранних стадиях респираторный алкалоз в связи с тахипноэ и
вызванный этим сдвигом кривой диссоциации оксигемогло- бина
влево;
3) активация эндотоксинами протеолитических систем в биологических
жидкостях (калликреин-кининовая, комплемента, фибринолити- ческая) с
образованием продуктов с выраженным биологическим действием.
2.2.4. Кома
Кома (от греч. кота — глубокий сон) — состояние, характеризующееся
глубокой потерей сознания в связи с резко выраженной степенью
патологического торможения центральной нервной системы, отсутствием
рефлексов на внешние раздражения и расстройством регуляции жизненно
важных функций организма.
Кома является далеко зашедшей стадией развития ряда заболеваний,
когда ведущим в их патогенезе становится поражение центральной нервной
системы. Особую роль в развитии комы играет нарушение функции
ретикулярной формации с выпадением активирующего влияния на кору
головного мозга и угнетение функции подкорковых образований и центров
вегетативной нервной системы. Ведущими патогенетическими звеньями
являются гипоксия мозга, ацидоз, нарушение баланса электролитов,
образования и выделения медиаторов в синапсах ЦНС. Морфологические
субстраты этих нарушений проявляются в виде набуханий и отека мозга и
мозговых оболочек, мелких кровоизлияний и очагов размягчения.
По происхождению различают:
1)
н ев ро ло г и че с к ие комы в связи с первичным поражением ЦНС, развивающиеся при инсультах, черепно-мозговых травмах, воспалениях и
опухолях головного мозга и его оболочек;
2)
э н до кр и но ло г и че с к ие комы, возникающие как при недостаточности
некоторых желез внутренней секреции (диабетическая, гипокортикоидная, гипопитуитарная, гипотиреоидная комы), так и при их
гиперфункции (тиреотоксическая, гипогликемическая);
3)
т ок с и че с к ие комы, наблюдаемые при эндогенных (уремия, печеночная
недостаточность,
токсикоинфекции,
панкреатит)
и
экзогенных
(отравления алкоголем, барбитуратами, фосфорорганическими и другими
соединениями) интоксикациях;
4)
комы, обусловленные нарушениями газообмена при различных видах
гипоксий.
2.2.5. Ответ острой фазы
Всякое повреждение, сопровождающееся заметными нарушениями
гомеостаза, вызывает наряду с местными воспалительными реакциями ряд
сложных системных реакций, обусловленных вовлечением важнейших
защитных и регуляторных систем организма. Эти реакции получили название
« от вет о ст р о й фа з ы » (ООФ). Важнейшие проявления ООФ, связанные с
активацией нервной, эндокринной, иммунной и кроветворной систем,
следующие:
63
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
—
лихорадка;
сонливость;
потеря аппетита (анорексия);
безразличие к окружающему;
боли в мышцах (миалгия);
боли в суставах (артралгия);
гипергаммаглобулинемия;
гипоальбуминемия;
появление в крови специфических белков острой фазы;
увеличение СОЭ;
активация системы комплемента;
активация системы свертывания крови;
увеличение содержания нейтрофилов в периферической крови —
нейтрофилия со сдвигом влево;
—
активация клеток иммунной системы;
—
увеличение секреции АКТГ;
—
увеличение секреции инсулина;
—
увеличение секреции вазопрессина;
—
отрицательный азотистый баланс;
—
снижение содержания железа в сыворотке (гипосидеремия);
—
снижение содержания цинка в сыворотке;
—
увеличение содержания меди в сыворотке.
Ответ острой фазы развивается при самых разнообразных нарушениях
гомеостаза, вызываемых бактериальными, грибковыми и вирусными
инфекциями, хроническими и острыми заболеваниями неинфекционной
природы, ожогами, травмами, ишемическими повреждениями тканей,
неопластическим ростом, расстройствами иммунной системы и др.
Установлено, что системные реакции, составляющие суть ООФ,
обусловлены появлением в организме специальных веществ — м ед иа т о р ов
О О Ф. Эти медиаторы секретируются клетками, участвующими в воспалительном ответе, развивающемся в месте первичного повреждения:
моноцитами, макрофагами, нейтрофилами, лимфоцитами, клетками эндотелия микроциркуляторных сосудов, фибробластами и др. Медиаторы
попадают в кровоток и воздействуют на различные клетки-мишени, имеющие
на своей поверхности соответствующие рецепторы. Такие рецепторы
имеются по существу на поверхностях клеток всех органов. К числу
64
важнейших медиаторов ООФ относятся ИЛ-1, ИЛ-6, фактор некроза опухолей-альфа (ФНО-а). Общая схема развития ООФ представлена на сх. 2.6.
2.2.5.1. Белки острой фазы
Ответ острой фазы характеризуется существенным увеличением содержания в сыворотке ряда белков, которые получили название белков острой
фазы (табл. 2.4). У че л ове к а к ни м пр и чи с л я ю т С -р еа кт и вн ы й б е л ок,
с ы в ор от о ч ны й ам и ло ид А , ф и бр ин о ген , га пт о г ло б и н, а -1 - ан т и т р ип с и н , а -1
- а нт и х им от р и пс и н и др . — вс е го ок о ло 3 0 б ел к ов .
Таблица 2.4
Увеличение
Степень увеличения содержания
белков острой фазы в сыворотке
значительное (в 1000 раз и
более)
умеренное (в 2—10
раз)
С-реактивный белок
Альфа-1-антитрипсин
Сывороточный амилоид А
Альфа-1 -антихимотрипсин
Фибриноген
Гаптоглобин
слабое (в 2 раза)
Церулоплазмин
СЗ компонент
комплемента
Инактиватор С1 компонента
комплемента
При остро развивающемся повреждении концентрация С-реактивно- го
белка и сывороточного амилоида А в крови существенно возрастает уже через
6—10 ч после начала повреждения. Концентрация других белков острой фазы, в
том числе фибриногена и антиферментов, растет более медленно, в течение
24—48 ч.
Существуют белки, содержание которых в сыворотке во время ООФ
снижается. Такие белки иногда называют негативными белками острой фазы. К
ним относятся, в частности, альбумин и трансферрин.
Уровень белков острой фазы в крови определяется прежде всего
синтезом и секрецией их клетками печени. Важнейшая роль в регуляции этих
процессов принадлежит ИЛ-6 и родственным ему цитокинам, в меньшей
степени ИЛ-1, ФНО-а, а также глюкокортикоидам. Возможно, что продукция
различных белков острой фазы контролируется различными цитокинами.
Б е лк и о ст ро й ф а з ы участвуют в процессах, сохраняющих гомеос- таз:
способствуют развитию воспаления, фагоцитозу чужеродных частиц,
нейтрализуют свободные радикалы, разрушают потенциально опасные для
тканей хозяина ферменты и пр.
Один из первых идентифицированных белков острой фазы — С - р е а кт и вн ы й бе л ок (СРВ) — состоит из 5 идентичных субъединиц, каждая из
которых содержит 206 аминокислот. Он принадлежит к числу главных белков
системы врожденных защитных механизмов, способных распознавать
чужеродные антигены. В свое время было обнаружено, что в присутствии ионов
кальция этот белок специфически связывается с С-полисахаридом
пневмококков, в связи с чем его назвали С-реактивным. Позже оказалось,
65
-
Повреждение тканей
Инфекции, травмы, аутосиммунные
болезни, опухоли и др.
Местные реакции (воспаление)
Активация
ттов,
лейкоц
фибропластов,
эндотелиальных петок,
других
к
клеток
-а, интерферон у и др.
Нервна
я
систем
а
ИЛ-1, ИЛ-6, ФНОСистемны
е реакции
Кроветворная
Эндокринная
система
система
Гипоталамус Гипофиз
4
Лихорадка
Печень Костн
I
АКТГ
Белки
Лейкоцитоз,
острой
ретикулоцитоз
фазы
ыи мозг
Иммунная
система
Активация
лимфоцит
ов
С х е ма 2 .6 . Ответ острой фазы. Обозначения: ИЛ-1 — интерлейкин-1; ИЛ-6 —
интерлейкин-6; ФНО-а — фактор некроза опухолей альфа.
что СРБ способен взаимодействовать также с другими типами полисахаридов
и с липидными компонентами поверхности микробов. СРБ действует как
опсонин, поскольку его связь с микроорганизмами облегчает их поглощение
фагоцитами хозяина; активирует комплемент, способствуя лизису бактерий и
развитию воспаления; усиливает цитотоксическое действие макрофагов на
клетки опухолей; стимулирует высвобождение цитокинов макрофагами.
Содержание СРБ в сыворотке крови быстро нарастает в самом начале
инфекционных и неинфекционных болезней (от 1 мкг/мл до более чем 1
мг/мл) и быстро снижается при выздоровлении. Поэтому СРБ служит
достаточно ярким, хотя и неспецифическим маркером болезней.
С ы в о рот о чн ы й ам и ло ид А (САА) — другой главный белок острой фазы у
человека. Он находится в сыворотке крови в комплексе с липо-
66
протеинами высокой плотности. САА вызывает адгезию и хемотаксис фагоцитов и лимфоцитов, способствуя развитию воспаления в пораженных
атеросклерозом сосудах. Продолжительное увеличение САА в крови при
хронических воспалительных и неопластических процессах предрасполагает
к амилоидозу.
Ф и б р ин ог ен — белок системы свертывания крови; создает матрикс для
заживления ран, обладает противовоспалительной активностью, препятствуя
развитию отека.
Ц е р ул оп лаз м и н — (поливалентная оксидаза) — протектор клеточных
мембран, нейтрализующий активность супероксидного и других радикалов,
образующихся при воспалении.
Г а пт ог ло б ин — связывает гемоглобин, а образующийся при этом
комплекс действует как пероксидаза — фермент, способствующий окислению
различных органических веществ перекисями. Конкурентно тормозит
катепсин С и катепсины В и L. Ограничивает утилизацию кислорода
патогенными бактериями.
А нт и фе рм ен т ы — сывороточные белки, которые ингибируют протеолитические ферменты, проникающие в кровь из мест воспаления, где они
появляются в результате дегрануляции лейкоцитов и гибели клеток
поврежденных тканей. К ним принадлежит альфа-1-антитрипсин, который
подавляет действие трипсина, эластазы, коллагеназы, урокиназы,
химотрипсина, плазмина, тромбина, ренина, лейкоцитарных протеаз.
Недостаточность альфа-1 -антитрипсина приводит к разрушению тканей
ферментами лейкоцитов в очаге воспаления.
Другой известный антифермент альфа-1-антихимотрипсин — оказывает
действие, сходное с таковым альфа-1-антитрипсина.
Т р ан с фер ри н — белок, обеспечивающий транспорт железа в крови. При
ООФ его содержание в плазме снижается, что приводит к гипосиде- ремии.
Другой причиной гипосидеремии при тяжелых воспалительных процессах
может быть усиленное поглощение железа макрофагами и повышенное
связывание железа лактоферрином, который синтезируется нейтрофилами и
содержание которого в крови увеличивается параллельно с увеличением
содержания нейтрофилов. Одновременно со снижением синтеза
трансферрина усиливается синтез ферритина, что способствует переходу
лабильного железа в ферритиновые запасы и затрудняет использование
железа. Снижение сывороточного железа препятствует размножению
бактерий, но в то же время может способствовать развитию
железодефицитной анемии.
2.2.5.2. Главные медиаторы ответа острой фазы
Интерлейкин~1 — многофункциональный (плейотропный) цитокин,
обнаруженный впервые как продукт лейкоцитов, вызывающий лихорадку при
введении животным. ИЛ-1 относится к семейству, состоящему из трех
структурно родственных пептидов: интерлейкина-1 -альфа (ИЛ-1-а); интерлейкина-1-бета (ИЛ-1-(3) иантагониста рецептора для ИЛ-1.
67
Две известные формы ИЛ-1 (а и (3) — продуюы раздельных генов. Они
различаются своей аминокислотной последовательностью, но имеют
сходную трехразмерную струнсгуру. Взаимодействуют с одним и тем же
рецептором, обнаруживая сходную биологическую активность. Главной
секреторной формой является ИЛ-1-р.
Интерлейкин-1 продуцируют многие клетки: моноциты, макрофаги,
эндотелиальные клетки, нейтрофилы, В-клетки, натуральные киллерные
клетки, фибробласты, дендритные клетки кожи, мезангиальные клетки почек,
клетки глии, нейроны. Способностью секретировать ИЛ-1 обладают также
некоторые опухолевые клетки.
Продукция ИЛ-1 может быть вызвана разными агентами, включая
микроорганизмы и продукты их жизнедеятельности; антигены немикробного
происхождения; органические и неорганические соединения неантигенной
природы, такие, как соли кремния, желчных кислот, мочевой кислоты;
цитокины (например, ФНО-а, ИЛ-6); активные компоненты комплемента
(С5а); нейрогормоны (вещество Р); гликопротеины табака; ультрафиолетовые лучи; гамма-лучи; такие состояния, как гипоксия или гипероксия, перегревание и другие.
ИЛ-1 опосредует различные защитные процессы в организме, активируемые при его повреждении. Как уже указывалось, ИЛ-1 является
одним из важнейших медиаторов воспаления, развивающегося в месте
повреждения. Когда связанная с воспалением продукция ИЛ-1 возрастает, он
вызывает многие системные реакции, что делает его важнейшим
медиатором ООФ.
ИЛ-1 стимулирует иммунную систему. Он активирует Т-клетки, усиливает продукцию ими интерлейкина-2; индуцирует экспрессию рецепторов
для ИЛ-2 на активированных антигеном Т-клетках. Все это приводит к
быстрому разрастанию соответствующего клона Т-клеток. Совместно с
другими цитокинами активирует и В-клетки, способствуя их пролиферации и
дифференцировке в продуцирующие антитела плазматические клетки.
ИЛ-1 воздействует на центральную нервную систему. Появление в
мозге ИЛ-1 вызывает лихорадку, сонливость, снижение аппетита, адинамию,
снижение интереса к окружающему, депрессию, меняет функцию
эндокринной системы.
ИЛ-1 изменяет функцию эндокринной системы. Он активирует ось
гипоталамус—гипофиз—надпочечники, вызывает высвобождение гипоталамусом аргинин-вазопрессина. В то же время он ингибирует секрецию
пролактина, снижает секрецию гонадотропина и половых стероидных
гормонов. Одним из важных последствий изменения функций эндокрин- нной
системы под влиянием ИЛ-1 является предупреждение избыточной
активации иммунной системы.
ИЛ-1 действует какгемопоэтин на стволовые клетки костного мозга в
присутствии ИЛ-3 и других фансгоров гемопоэза, что приводит к нейтрофильному лейкоцитозу со сдвигом влево и к увеличению содержания
тромбоцитов в крови,
ИЛ-1 стимулирует секрецию других цитокинов, участвующих в ООФ,
прежде всего ИЛ-6 и ФНО-а.
68
Существует два типа поверхностных рецепторов для ИЛ-1 (ИЛ-1 Р):
ИЛ-1Р типа I и ИЛ-1 Р типа И, внеклеточные домены которых сходны, а внутриклеточные различны. Связь ИЛ-1 с рецептором типа I обеспечивает
передачу сигнала внутрь клетки. Связь ИЛ-1 с рецептором типа II не приводит
к передаче сигнала. В результате ИЛ-1Р типа II действует как «ловушка» для
ИЛ-1, предупреждая взаимодействие ИЛ-1 с чрезмерно большим числом
рецепторов типа I и вместе с этим чрезмерную активацию клеток-мишеней.
Значительная часть эффектов ИЛ-1 реализуется с участием циклооксигеназы, которая катализирует метаболизм арахидоновой кислоты,
ведущий к образованию простагландинов. Применение блокаторов циклооксигеназы (ацетилсалициловой кислоты, индометацина) подавляет
вызываемую ИЛ-1 лихорадку, снижение аппетита, усиленную секрецию АКТГ
и другие эффекты ИЛ-1.
В организме человека существует сложная система регуляции потенциально повреждающего действия ИЛ-1. В крови здоровых и больных
людей циркулируют ра ст во р им ы е р е це пт ор ы ИЛ - 1 , которые являются
внеклеточными фрагментами цитоплазматических рецепторов ИЛ-1 I и II
типов. Оба растворимых рецептора связывают свободный ИЛ-1, предупреждая тем самым его взаимодействие с мембранными рецепторами.
Другим важным элементом системы регуляции действия ИЛ-1 является
е ст е ст в ен ны й ан т а гон и ст р е цеп т о ра И Л -1 . Естественный антагонист
рецептора ИЛ-1 (ИЛ-1 РА) — третий член семейства ИЛ-1. Размеры и
структура его молекулы сходны с таковыми ИЛ-1. Антагонист рецептора ИЛ-1
продуцируют многие клетки, в том числе и те, что продуцируют ИЛ-1, хотя
главными продуцентами естественного ИЛ-1 РА являются скорее всего
гепатоциты, что позволяет считать его одним из белков острой фазы.
Антагонист рецептора ИЛ-1 связывается с клеточными рецепторами для
ИЛ-1, блокируя тем самым действие ИЛ-1 на его клетки-мишени. При этом
взаимодействие самого ИЛ-1 РА с рецептором не является сигналом для
начала каких-либо внутриклеточных процессов, в связи с чем его называют
ч и с т ы м ре ц е пт орн ы м ан т а го ни с т ом . Введение антагониста рецептора ИЛ-1
эффективно подавляет многие вызываемые ИЛ-1 патологические процессы:
лихорадку, сонливость, гипотензию, синтез белков острой фазы в печени,
симптомы септического шока in vivo.
Несмотря на существование указанных механизмов «сдерживания»
провоспалительной активности ИЛ-1, при ряде обстоятельств он продуцируется в чрезмерных количествах, что вызывает разрушение тканей,
степень которого может превышать первоначальное повреждение. В таких
случаях продукция ИЛ-1 становится фактором, определяющим все
дальнейшее течение болезни. Значительное увеличение сывороточного
ИЛ-1-(3 обнаруживается при септическом шоке — клиническом синдроме,
возникающем при тяжелых бактериальных инфекциях. Синдром характеризуется глубокой гипотензией, лихорадкой, увеличением содержания
лейкоцитов в периферической крови. Многие симптомы септического шока
можно воспроизвести у животных введением ИЛ-1. Введение блокаторов
действия ИЛ-1 оказывают положительный эффект при экспериментальном
септическом шоке у животных и у больных септическим шоком людей.
69
При ревматоидном артрите — хроническом небактериальном воспалении суставов — синовиальная оболочка инфильтрирована макрофагами,
лимфоцитами и другими клетками хронического воспаления. В синовиальной
жидкости суставов обнаруживается ИЛ-1, и многие симптомы ревматоидного
артрита — лейкоцитарная инфильтрация синовиальной оболочки, распад
хряща и ремоделирование костей вокруг сустава могут быть воспроизведены
в эксперименте на животных введением им в сустав ИЛ-1.
Интерлейкин-1 — один из главных медиаторов острого повреждения
легких, возникающего при остром респираторном дистресс-синдроме
взрослых, который проявляется резким отеком легких и массивной
инфильтрацией легочной ткани нейтрофилами. В бронхиальном лаваже
обнаруживают увеличенную концентрацию ИЛ-1.
Имеются веские доказательства участия ИЛ-1 в повреждении тканей
при воспалительных болезнях кишечника, почек, в гибели бета-клеток поджелудочной железы при инсулинзависимом сахарном диабете, в развитии
атеросклероза и в патогенезе многих других болезней. Представлены данные
о том, что ИЛ-1 способствует прогрессии миелолейкоза.
Интерлейкин-6 (ИЛ-6) — многофункциональный (плейотропный)
цитокин, идентифицированный впервые как секретируемый Т-клетками
фактор, вызывающий конечную дифференцировку В-клеток в продуцирующие антитела плазматические клетки. По своей химической структуре это
белок с молекулярной массой около 26 кД.
К числу клеток-продуцентов ИЛ-6 относятся макрофаги, фибробла- сты,
клетки сосудистого эндотелия, эпителиальные клетки, моноциты, Т- клетки,
кератиноциты кожи, клетки эндокринных желез, глиальные клетки и нейроны
дискретных областей мозга.
Главными стимуляторами синтеза ИЛ-6 являются вирусы, бактерии,
эндотоксины, липополисахариды, грибы, провоспалительные цитокины ИЛ-1
и ФНО-а. Интерлейкин-6 секретируют также многие линии опухолевых клеток
(клетки остеосаркомы, карциномы мочевого пузыря, шейки матки, миксомы,
глиобластомы). В отличие от нормальных клеток опухолевые клетки
продуцируют ИЛ-6 постоянно без всякой внешней стимуляции.
Интерлейкин-6 — главный стимулятор синтеза и секреции белков острой
фазы гепатоцитами. Кроме того, он активирует ось гипоталамусгипофиз—надпочечники, вызывая секрецию кортикотропинвысвобождающего фактора нейоонами гипоталамуса и прямо воздействуя на клетки
передней доли гипофиза. Подобно ИЛ-1, ИЛ-6 опосредует лихорадочный
ответ на эндотоксин, стимулирует пролиферацию лейкоцитов в костном
мозге.
Интерлейкин-6 необходим для конечной дифференцировки активированных В-клеток в продуцирующие антитела плазматические клетки, он
усиливает продукцию некоторых классов иммуноглобулинов зрелыми
плазматическими клетками, стимулирует пролиферацию и дифференцировку Т-клеток, увеличивает продукцию интерлейкина-2 зрелыми
Т-клетками.
Интерлейкин-6 относится к семейству ге м опо эт и че с к и х ц и т ок и но в. Он
обладает свойствами фактора роста и дифференцировки для муль70
типотентных стволовых клеток, стимулирует рост гранулоцитов и макрофагов.
Хотя первичная роль ИЛ-6 состоит в активации процессов восстановления нарушенного гомеостаза, его избыточная продукция способствует
повреждению тканей. Так, существует прямая корреляция между степенью
увеличения ИЛ-6 и прогрессией аутоиммунного ответа. Интер- лейкин-6
способствует воспалительному повреждению суставов при ревматоидном
артрите. Длительное повышение уровня ИЛ-6 в крови может быть причиной
активации остеокластов, разрушающих костную ткань.
ИЛ-6 представляется чувствительным, хотя и неспецифическим м ар к е ро м б ол ез н ей . Если в сыворотке здорового человека его содержание ниже
пределов определяемости (1 пиког/мл), то при ряде заболеваний — травмах,
опухолях, инфекциях оно возрастает в сотни раз. Вызванный повреждением
подъем уровня ИЛ-6 в сыворотке происходит очень быстро (например, через
1,5—4 ч после начала хирургической операции). Уровень ИЛ-6 снижается
параллельно снижению температуры и затуханию сопутствующего
повреждению воспаления. Степень подъема уровня ИЛ- 6 в сыворотке
зависит от тяжести повреждения. Поэтому определение содержания ИЛ-6 в
сыворотке позволяет значительно более точно судить о динамике ответа
острой фазы, чем изменения белков острой фазы.
Фактор некроза опухолей альфа (ФНО-а) — третий ключевой гормон
ответа острой фазы. Впервые обнаружен как агент, способный уничтожать
опухолевые клетки in vitro и вызывать геморрагический некроз
трансплантированных опухолей у мышей in vivo, появляющийся в сыворотке
крови животных и человека во время бактериальных инфекций. Этот же агент
оказался ответственным за кахексию, развивающуюся при тяжелых
хронических болезнях, что дало ему второе название — к ах е кт ин .
Клетками-продуцентами ФНО-а являются прежде всего макрофаги, а
кроме того, Т-клетки, В-клетки, Т-киллеры, нейтрофилы, эозинофи- лы,
астроциты, тучные клетки.
Продукция ФНО-а может быть вызвана бактериальными токсинами
(липополисахаридами,
энтеротоксином),
вирусами,
микобактериями,
грибами, паразитами, активированными компонентами комплемента,
комплексами антиген—антитело, цитокинами (ИЛ-1, ИЛ-6, ГМ-КСФ).
Фактор некроза опухолей альфа обладает мощным провоспалительным действием, которое обнаруживается прежде всего в местах его высвобождения. Он активирует лейкоциты, вызывает экспрессию молекул
адгезии на мембране эндотелиальных клеток микроциркуляторных сосудов,
способствуя тем самым миграции лейкоцитов из крови во внеклеточный
матрикс; стимулирует продукцию лейкоцитами активных метаболитов
кислорода; стимулирует участвующие в воспалении клетки к секреции
провоспалительных цитокинов, в том числе ИЛ-1, ИЛ-8, ИЛ-6,
интерферона-гамма. Во время заживления раны ФНО содействует пролиферации фибробластов, стимулирует ангиогенез.
Фактор некроза опухолей усиливает пролиферацию Т-клеток, пролиферацию и дифференцировку В-клеток, стимулирует рост натуральных
киллеров, усиливает их цитотоксичность. ФНО один из важных факторов
71
з а щ ит ы о т в н ут р и к лет о ч н ы х п ат ог е нов , обладает противовирусной активностью. Он замедляет рост или вызывает г е м ор ра г и че с кий н ек ро з о пу х о ле й
in vivo, цитотоксичен для многих линий опухолевых клеток in vitro.
В то время как все перечисленные действия ФНО направлены на восстановление нарушенного гомеостаза, избыточная продукция его вызывает
с и с т е мн ы е т ок с и че с к ие эф фе к т ы , характер которых зависит от степени и
длительности подъема ФНО в крови. В числе токсических эффектов,
вызванных быстрым и значительным увеличением ФНО, следует в первую
очередь назвать резкие нарушения гемодинамики, характеризующиеся
снижением сократимости миокарда, падением минутного объема сердца,
уменьшением венозного возврата. Высокие концентрации ФНО вызывают
диффузное
увеличение
проницаемости
капилляров.
Расстройства
гемодинамики вызывают шок и недостаточность функций многих органов.
Избыток ФНО нарушает антикоагулянтные свойства эндотелия сосудов, что
способствует
возникновению
синдрома
диссеминированного
внутрисосудистого свертывания. Гиперпродукция ФНО может вызывать и
другие угрожающие жизни расстройства, включая острый респираторный
дистресс-синдром взрослых, множественные некрозы в желудочно-кишечном
тракте, некроз эпителия почечных канальцев, кровоизлияния в
надпочечники.
Меньшее, но длительное увеличение концентрации ФНО вызывает
анорексию, лихорадку, кахексию, обусловленную усиленным катаболизмом
белка и исчезновением жировых запасов, обезвоживание, синтез белков
острой фазы в печени, резистеность к инсулину.
Как острые, так и хронические эффекты ФНО являются следствием его
прямого действия на клетки-мишени и действия других веществ, высвобождение которых ФНО стимулирует. Так, острое токсическое действие
высоких концентраций ФНО связано с его прямым цитотоксическим действием на многие клетки, включая клетки сократительного миокарда, гладкие
мышцы сосудов и клетки сосудистого эндотелия, и с высвобождением таких
биологически активных веществ, как катехоламины, глюкагон, АКТГ,
кортизол, ИЛ-1, ИЛ-6, интерферона-гамма, фактора активации тромбоцитов,
эйкозаноидов. Возникновение лихорадки и анорексии связано с прямым
действием ФНО на нейроны гипоталамуса. Прямое действие ФНО на клетки
жировой ткани вызывает угнетение липогенных ферментов, в частности
липопротеинлипазы, приводя к постепенному исчезновению жировой ткани.
Действие ФНО на мышцы вызывает инсулино- вую резистентность мышц,
распад мышечного белка, снижение потенциала мембраны мышечных
волокон, что способствует переходу натрия и воды внутрь миоцитов и
уменьшению воды во внеклеточном пространстве, дегидратации тканей.
Существует два типа рецепторов для ФНО, которые присутствуют на
всех типах клеток, за исключением эритроцитов. Рецепторы I типа имеют
молекулярную массу 55 кДа, молекулярная масса рецепторов II типа — 75
кДа. Многие, и прежде всего цитотоксические, эффекты ФНО на различные
клетки опосредуются рецепторами I типа (Рц55) Участие рецепторов II типа
(Рц75) в цитотоксичности, возможно, сводится к тому, что они связывают
ФНО и «передают» его затем Рц55, которые и обеспечивают передачу
72
сигнала. Оба типа рецепторов разными способами участвуют в реализации
вызываемого ФНО клеточного апоптоза.
Цитотоксическое действие ФНО усиливается в присутствии ингибиторов белкового синтеза. Полагают, что многие клетки продуцируют белки,
нейтрализующие или «сопротивляющиеся» цитотоксическому действию ФНО
Высокая цитотоксичность ФНО для опухолевых клеток может быть связана с
тем, что опухолевые клетки не продуцируют таких белков.
В сыворотке и в моче больных опухолями, СПИДом, сепсисом обнаружены фрагменты внеклеточных доменов обоих типов рецепторов, известные как Ф Н О ~ св я зы в аю щ и е бе л к и . Концентрация этих белков в крови
существенно возрастает в условиях избыточной продукции ФНО. Белки
связываются с ФНО во внеклеточной жидкости, препятствуя тем самым
взаимодействию ФНО с цитоплазматическими рецепторами и предупреждая
цитотоксисческое действие ФНО на клетки. Несмотря на то, что молярная
концентрация ФНО-связывающих белков, как правило, на несколько
порядков превышает молярную концентрацию ФНО, этого недостаточно для
того, чтобы предотвратить токсический эффект ФНО при септическом шоке и
менингите.
Глава 3. Реактивность и резистентность организма,
их роль в патологии
3.1. Реактивность организма
Определение понятия «реактивность организма». Из курса биологии
известно, что все живые объекты обладают свойством изменять свое
состояние или деятельность, то есть реагировать на воздействия внешней
среды. Это свойство принято называть ра з др аж и м о ст ь ю .
Известный патофизиолог Н.Н. Сиротинин, занимаясь проблемой
реактивности организма болееЗО лет, писал: «Под реактивностью организма
обычно понимают его свойство реагировать определенным образом на
воздействия окружающей среды. Резистентность организма — это его
устойчивость к действию патогенных факторов».
С древних времен врачи заметили, что разные люди заболевают
одними и теми же болезнями по-разному, с присущими каждому больному
индивидуальными особенностями, т.е. неодинаково реагируют на болезнетворное воздействие.
Введение понятия «реактивность» потребовалось к началу XX в., когда
были описаны явления своеобразного реагирования — «анафилаксия,
сывороточная болезнь», которые были названы Pirquet (1906) аллергией
(измененная реактивность), а И.И. Мечников (1892, 1903) заложил основы
иммунологической реактивности. А.А. Богомолец (1945) связал реактивность
с конституцией и создал новое направление в учении о конституции
организма.
Реактивность присуща всему живому. От реактивности в большой
степени зависит способность человека или животного приспосабливаться к
условиям среды, поддерживать гомеостаз. От реактивности зависит —
73
возникнет или не возникнет болезнь при встрече с болезнетворным
фактором и то, как она будет протекать. Вот почему изучение реактивности,
ее механизмов имеет важное значение для понимания, патогенеза
заболеваний и целенаправленной их профилактики и лечения.
Реактивность организма (от лат. reactia — противодействие) — это
его способность отвечать изменениями жизнедеятельности на
воздействие внутренней и внешней среды.
Одни виды животных изменяют жизнедеятельность на внешние воздействия не так, как другие виды; одни группы людей (или животных) реагируют на одно и тоже воздействие не так, как другие группы, и каждый
индивидуум в отдельности имеет свои особенности реагирования.
3.2. Виды реактивности
Видовая реактивность — это реактивность, характерная для определенного вида животных, другими словами, видовые особенности реагирования на внешние воздействия, зависящие главным образом от наследственных анато мо-физиологических особенностей всех представителей
данного вида.
Примерами видовой реактивности могут быть сезонное поведение
животных (зимняя спячка, перелеты птиц, миграция рыб и т.п.), особенности
патологических процессов у различных видов животных (воспаление,
лихорадка, аллергия, ответ острой фазы и др.). Реактивность позвоночных
животных выражена больше и разнообразнее, чем у беспозвоночных. Однако
у холоднокровных она развита меньше, чем у теплокровных. У
беспозвоночных инфекция протекает в основном по типу простого
паразитизма, скрытой инфекции, вульгарного сепсиса, а у холоднокровных
позвоночных наблюдается хорошо выраженная гранулема.
Все теплокровные обладают способностью вырабатывать специфические антитела, причем это свойство у различных видов выражено поразному. В эксперименте легко выявляются особенности реагирования
разных видов животных по отношению к механическим, химическим, термическим воздействиям, к ионизирующей радиации (наиболее чувствительными являются собаки, морские свинки и человек, наименее чувствительными—одноклеточные и черви), к гипоксии. Мыши разных чистых линий
обладают неодинаковой восприимчивостью к раку, неодинаковой
радиорезистентностью. Кролики различной породы по-разному вырабатывают антитела. Ярким признаком видовой реактивности и резистентности
является восприимчивость или невосприимчивость к инфекции: чума собак и
ящур крупного рогатого скота не опасен для человека; столбняк опасен для
человека, обезьян, лошадей и не опасен для кошек, собак, ежей, черепах,
крокодилов; у акул не встречаются инфекционные заболевания, раны
никогда не нагнаиваются; крысы и мыши не могут болеть дифтерией, собаки и
кошки — ботулизмом.
Наиболее сложной и многообразной является реактивность человека,
для которой особое значение имеет вторая сигнальная система —
воздействие слов, письменных знаков. Слово, изменяя различным образом
реактивность человека, может оказывать как лечебное, так и болезнетворное
74
действие. В отличие от животных у человека многие функции опосредуются
социальными факторами.
Групповая реактивность — эт о реак т ив но ст ь о т д ел ь н ы х г р уп п л ю д ей
( и л и ж и во т н ы х ) , о б ъ ед и не нн ы х ка к и м -т о о бщ и м п р из на к ом , о т кот о р ого
з а в ис я т осо б ен но ст и р еа г ир ов ани я в се х пре д ст а в ит е ле й д ан но й г р уп п ы
н а во з де й ст в и я вн е ш ни х фа кт ор ов . К таким признакам относятся: возраст,
пол, конституциональный тип, принадлежность к определенной расе, группа
крови, тип ВИД, группа людей с одним и тем же заболеванием и др. Примеры:
вирус Биттнера вызывает рак молочной железы только у самок мышей, а у
самцов — лишь при условии их кастрации и введении эстрогенов. У мужчин
чаще встречаются такие болезни, как подагра, спондилоартрит, стеноз
привратника, язвенная болезнь, рак головки поджелудочной железы,
коронаросклероз, алкоголизм, а у женщин чаще развиваются ревматоидный
артрит, желчнокаменная болезнь, рак желчного пузыря, микседема,
гипертиреоз, геморрагическая пурпура; темнокожие люди менее
чувствительны к действию УФЛ, светловолосые дети более чувствительны к
токсическому действию таллия. У лиц с I группой крови на 35 % выше риск
заболевания язвенной болезнью двенадцатиперстной кишки, эти люди чаще
погибали от чумы в период эпидемий, а у лиц со II группой крови — выше
заболеваемость раком желудка, ИБС, они более чувствительны к вирусам
гриппа, но более устойчивы к брюшному тифу. Оспа в период эпидемий чаще
встречалась у лиц со II и III группами крови. Особенности групповой
реактивности учитываются при переливании крови. На действие психических
и социальных факторов неодинаково реагируют сангвиники, холерики,
флегматики и меланхолики (их реактивность зависит от темперамента). Все
больные сахарным диабетом обладают сниженной толерантностью к
углеводам, а больные атеросклерозом — к жирной пище; у всех больных с
сердечной недостаточностью повышена чувствительность к физической
нагрузке и т.д.
Особой реактивностью обладают дети и старики, что и привело к необходимости выделения особых разделов медицины — педиатрии и гериатрии. Возраст характеризуется определенными морфологическими и
функциональными особенностями, от которых зависит характер ответной
реакции организма на внешние воздействия. Дети до 1 мес не заболевают
свинкой, скарлатиной, так как имеют полученные от матери антитела;
новорожденные очень чувствительны к перегреванию и переохлаждению
из-за несовершенства механизмов терморегуляции, они нуждаются в особом
питании
вследствие
морфофункциональных
особенностей
желудочно-кишечного тракта и пищеварительных желез, в особом питьевом
режиме, что обусловлено высокой интенсивностью у них водного обмена.
Период инволюции характеризуется ослаблением защитных механизмов,
ограничением возможностей адаптации к условиям внешней среды,
ослаблением процессов регенерации и иммунной защиты, гормональной
перестройкой. Такие люди больше подвержены онкологическим и инфекционным заболеваниям.
Индивидуальная реактивность. Каждый человек (или животное), имея
видовые и групповые особенности реагирования, как правило, определенным, присущим только ему образом отвечает изменениями своей
75
жизнедеятельности на действие факторов окружающей среды. Так,
воздействие какого-либо фактора (например, инфекционного агента) на
группу людей или животных никогда не вызывает у всех индивидов этой
группы совершенно одинаковые изменения жизнедеятельности. Например,
на вирус гриппа некоторые люди реагируют тяжело, другие — легко, а третьи
не
заболевают,
хотя
вирус
обнаруживается
в
их
организме
(вирусоносительство). Объясняется это и н д и в и д уа ль н ой р еа кт и вност ь ю
к а ж до го о рг а ни з ма . Для каждого больного характерны индивидуальные
особенности развития болезни. К каждому больному нужен индивидуальный
подход, нужно лечить конкретную болезнь (этиологически, патогенетически,
симптоматически) у конкретного больного с учетом его индивидуальной
реактивности.
Физиологическая реактивность — это изменения жизнедеятельности
организма, определенные формы реагирования на действие факторов
окружающей среды, не нарушающие его гомеостаз; это реактивность
здорового человека (или животного) на непатогенные раздражители
(например, адаптация к умеренной физической нагрузке, процессы терморегуляции, секреция гормонов и пищеварительных ферментов, естественная эмиграция лейкоцитов и т.п.).
Физиологическая реактивность проявляется как у отдельных индивидуумов в виде особенностей физиологических процессов, так и у разных
видов животных: например, особенности размножения и сохранения
потомства, видовые особенности теплообмена, энергетического обмена,
процессы адаптации в окружающей среде и др. Физиологическую реактивность у отдельных групп людей (животных) можно проиллюстрировать
на примере физиологических процессов у детей и стариков
(кровообращение, дыхание, пищеварение, секреция гормонов и т.п.), у людей
с разным типом нервной системы и др.
Патологическая реактивность проявляется при действии на организм
болезнетворных факторов, вызывающих в организме повреждение и
нарушение его гомеостаза. По сути, развитие болезни и есть проявление
патологической реактивности, которая выявляется как у отдельных особей,
так и у групп и видов животных. Правда, среди ученых по этому поводу
существуют разногласия. Например, уничтожение микроорганизмов с
помощью антител, системы комплемента, фагоцитоза одни авторы относят к
проявлениям физиологической реактивности, как, впрочем, и многие
защитно-приспособительные и компенсаторные реакции, а другие — к
проявлениям патологической реактивности. Первые считают, что все
полезные изменения в организме при болезни — это физиологические
процессы, а все вредные — патологические процессы. Кроме того, существует
утверждение о том, что видовая реактивность не может быть патологической,
так как она всегда направлена на сохранение вида животных. По-разному
трактуются и сами понятия «патологический процесс» и «патологическая
реакция». Попробуем задать себе несколько вопросов: типовые
п ат ол ог и чес к и е процессы (воспаление, лихорадка, ответ острой фазы,
стресс и другие) — это проявление физиологической или патологической
реактивности? Экссудация, эмиграция лейкоцитов, фагоцитоз при
76
воспалении — это реакции патологические или физиологические? Где та
грань, за которой фагоцитоз из полезной, защитной реакции становится
опасным? Активация анаэробного гликолиза при гипоксии является
компенсаторным механизмом, но этот процесс часто приводит к за- кислению
среды и еще большему повреждению клеток Трудность решения этой
проблемы состоит в том, что в живом организме одно и то же изменение
часто сразу же несет в себе два противоположных значения—пользу и вред.
Уничтожение микроорганизмов путем фагоцитоза часто завершается
образованием гнойника и расплавлением тканей. Выработка антител по
отношению к патогенным микроорганизмам может привести к развитию
аллергии, тяжелых аутоиммунных заболеваний.
Специфическая реактивность — это способность организма отвечать на
действие антигена выработкой антител или комплексом клеточных реакций,
специфичных по отношению к этому антигену, т.е. это реактивность
иммунной системы (иммунологическая реактивность).
Ее виды: активный специфический иммунитет, аллергия, аутоиммунныезаболевания, иммунодефицитныеи иммунодепрессивныесостояния,
иммунопролиферативные заболевания. Подробная информация об этих
видах реактивности дается в специальном разделе.
Неспецифическая реактивность. Все изменения в организме, возникающие в ответ на действие внешних факторов и не связанные с иммунным ответом, являются признаком неспецифической реактивности.
Например, изменения в организме при гиповолемическом или травматическом шоке, гипоксии, действии ускорений и перегрузок — признаки
только неспецифической реактивности. При инфекционных, аллергических,
аутоиммунных заболеваниях включаются механизмы как специфической
(выработка антител), так и неспецифической реактивности (воспаление,
лихорадка, лейкоцитоз, изменения функции поврежденных органов и систем
и т.п.).
Существует еще один спорный вопрос в этой проблеме: является ли
реактивность свойством только целого организма или можно говорить о
реактивности его систем, органов, тканей, клеток? Рассмотрим несколько
примеров. У больных бронхиальной астмой выявляется повышенная
чувствительность бронхов к ацетилхолину. Тучные клетки, взятые от животного, сенсибилизированного яичным альбумином, дегранулируют при
добавлении к ним этого же альбумина на предметном стекле в отличие от
тучных клеток, полученных от несенсибилизированного животного. Лейкоциты, не имеющие на своей поверхности рецепторов к хемоаттрактан- там,
одинаково ведут себя и в живом организме, и in vitro. Разработаны методы,
позволяющие in vitro оценить способность лейкоцитов к эмиграции,
хемотаксису, слипанию, респираторному взрыву. Вирус гепатита,
дифтерийный токсин in vitro не поражает клетки, взятые от животных, устойчивых к этим болезням, и наоборот. Вывод из этих примеров очевиден.
По-видимому, следует признать, что свойством реактивности обладают как
организм в целом, так и отдельные его системы, органы, клетки. Когда
какой-либо фактор окружающей среды действует на весь организм и в ответ
включаются главные управляющие системы — нервная и эндокринная, когда
изменяются обмен веществ, кровообращение, дыхание, мы наблюдаем
77
реактивность целого организма. Если у больного ИБС при физической
нагрузке появляется приступ стенокардии, это все-таки реактивность прежде
всего сердца с пораженными коронарными сосудами. Если у больного
серповидно-клеточной анемией при снижении в воздухе парциального
давления кислорода происходит гемолиз эритроцитов, — это реакция
патологически измененного гемоглобина, а не целого организма, и она будет
такой же и вне организма, что используется гематологами в диагностике
данного заболевания.
3.3. Формы реактивности
Различают реактивность нормальную — но р ме р ги ю , повышенную —
г и пе ре рг и ю ( о т г ре ч . h yp e r — б ол ь ш е , e rg on — де й ст ву ю ) , пониженную —
г и по ер г ию , извращенную ~ д из ер ги ю . Отсутствие реагирования на какое-то
воздействие называется ане рг и ей . Если какое-то заболевание (пневмония,
туберкулез, дизентерия и т.д.) протекает интенсивно, бурно, с ярко
выраженными симптомами, высокой лихорадкой, резким ускорением СОЭ,
высоким лейкоцитозом и т.п., говорят о г и п ере рг и ч е ск о м т е чен и и
з а б ол ев ан ия . Наоборот, если симптомы заболевания стерты, слабо
выражены, течение болезни вялое без проявлений ответа острой фазы,
говорят о г и п ое рг и че ск о м т е чен ии за б ол ев ан и я . Примерами ди- зергии
могут быть извращенное (нетипичное) реагирование больного на какое-то
лекарство; расширение сосудов и увеличение потоотделения на холоде у
человека с нарушением функции вегетативной нервной системы и т.п.
Анергия — это состояние, когда организм не реагирует на присутствие в нем
патогенных микроорганизмов (носительство), или отсутствие реакций в
состоянии глубокого угнетения либо торможения центральной нервной
системы (кома, шок, наркоз, тормозная стадия парабиоза). К анергии можно
отнести и состояние иммунологической толерантности к антигенному
раздражителю,
3.4. Методы оценки реактивности
Состояние с п е ц иф и ч ес к о й (иммунологической) ре ак т и вно ст и обычно
оценивают с помощью специальных методик, позволяющих определить: как
быстро, в каком титре и какие виды антител или специфических
Т-лимфоцитов образуются в организме на определенный антигенный
раздражитель. Не сп е ци ф и ч е ск ую р еа кт и вно ст ь оценивать труднее, так как
она складывается из множества реакций различных систем. Как правило,
оценивают изменения тех систем, которые играют ведущую роль в ответе
организма на данное воздействие, например при травматическом шоке —
изменения кровообращения, дыхания, нервной и эндокринной систем,
показатели гомеостаза. К показателям неспецифической реактивности
относятся: ск о ро ст ь , инт ен с ив но ст ь и дл ит ел ь н о ст ь ре а кц и й (бронхоспазм
на введение аллергена и пи карбохолина, увеличение частоты дыхания и
частоты сердечных сокращений при гипоксии, миграция лейкоцитов на
хемоаттрактант, развитие общего адаптационного синдрома или ответа
острой фазы и т.п.); в о з б у ди м ос т ь , определяющаяся минимальной силой
78
раздражителя,
способного вывести клетку из состояния покоя;
ч у в ст в ит е ль но ст ь (свойство, аналогичное возбудимости, но применяемое к
более сложным процессам — болевая, температурная чувствительность и
т.д.).
Реактивность следует оценивать по отношению к конкретному воздействию. Нередко у одного человека (животного) высокая реактивность к
одному фактору сочетается с низкой реактивностью по отношению к другому
(например, реактивность на гипоксию и ускорение, на перегревание и
переохлаждение, на физическую нагрузку и голодание, реактивность на
различные инфекционные агенты и т.д.). В период внутриутробного развития
ребенок не реагирует на брюшнотифозную и сыпнотифозную инфекции, но
реагирует на дифтерийную, стрептококковую и стафилококковую инфекции.
У новорожденного — низкая реактивность по отношению к гипоксии, но
высокая — к перегреванию. Иногда при действии двух или нескольких
факторов организм может отвечать только на один из них, оставаясь как бы
«глухим» к действию остальных: если животному в момент судорог нанести
каплю люизита, ожог будет слабым; животное, подвергшееся действию
ускорения, переносит смертельную дозу стрихнина, более устойчиво к
перегреванию и гипоксии. По- видимому, этой особенностью реактивности
можно объяснить и тот факт, что в годы Великой Отечественной войны
исчезли многие заболевания мирного времени.
3.5. Резистентность
I
Резистентность — это устойчивость организма к патогенным |
воздействиям.
I
Резистентность организма к болезнетворным воздействиям выражается в различных формах. Например, кожа и слизистые оболочки представляют собой структуры, препятствующие проникновению микроорганизмов и многих ядовитых веществ в организм. Они осуществляют так
называемую барьерную функцию. Подкожная жировая клетчатка обладает
плохой теплопроводностью, для костей и других тканей опорно-двигательного
аппарата характерно значительное сопротивление к деформации под
влиянием
механических
воздействий.
Приведенные
примеры
свидетельствуют о резистентности тканей и соответственно организма в
целом в зависимости от их строения и свойств, полученных по наследству.
Это так называемая первичная резистентность. "
Первичная резистентность является наследственной. Ее основой
служат морфофункциональные особенности организма, благодаря которым
он устойчив к действию экстремальных факторов (одноклеточные организмы
и черви устойчивы к радиации, холоднокровные животные — к гипотермии и
т.п.). Н ас л ед с т в енн ы й и м м у ни т ет к инфекции обусловлен молекулярными
особенностями конституции организма, благодаря которым структуры
последнего не могут служить средой обитания данного микроорганизма или
на поверхности клеток отсутствуют химические группы, необходимые для
фиксации микроорганизма и возникает химическая некомплементарность
между молекулами агрессии и их молекулярными мишенями, либо в клетках
79
нет веществ, необходимых для развития микроорганизма, либо есть
продукты, которые мешают его развитию. Например, клетки животного
поражаются парагриппозным вирусом «сендай» лишь при определенном
количестве и порядке расположения на мембране клеток ганглиозидов и при
наличии концевого радикала на сиаловых кислотах; малярийный плазмодий
не может размножаться в эритроцитах, содержащих гемоглобин типа S,
поэтому больные серповидно-клеточной анемией имеют наследственную
пассивную резистентность к малярии. Благодаря наследственному
иммунитету люди не подвержены многим инфекциям животных, а в период
эпидемий оспы и чумы некоторые люди не воспринимали инфекцию при
прямом контакте с больными.
Наследственная резистентность (Б частности иммунитет) может быть
абсолютной и относительной. Гонорея — болезнь только человека, и в
эксперименте не удается заразить гонококком животных. Сибирскую язву
кур, к которой в обычных условиях они устойчивы, удается вызвать на фоне
охлаждения.
Вторичная резистентность является приобретенной (например,
иммунитет после перенесенных инфекционных заболеваний, после введения
вакцин и сывороток). Резистентность к неинфекционным воздействиям
приобретается путем тренировок, например к физическим нагрузкам,
действию ускорений и перегрузок, гипоксии, низким и высоким температурам
и т.д.
Пассивная резистентность организма обеспечивается его барьерными
системами (кожа, слизистые оболочки, гематоэнцефалический барьер и т.п.),
наличием бактерицидных факторов (соляной кислоты в желудке, лизоцима в
слюне), наследственным иммунитетом.
Активная резистентность обеспечивается включением защитноприспособительных и компенсаторных механизмов, к которым относятся
эмиграция лейкоцитов, фагоцитоз, выработка антител, обезвреживание и
выведение
токсинов,
выделение
гормонов
стресса,
изменения
кровообращения и дыхания, лихорадка, синтез белков острой фазы печенью,
усиление лейко- или эритропоэза и др.
Реактивность и резистентность взаимосвязаны, но не всегда однонаправлены. Например, у детей доЗ мес, находящихся на грудном вскармливании, снижена реактивность, но повышена резистентность к некоторым
инфекциям, так как они получили антитела от матери. У новорожденного
животного по отношению к гипоксии — низкая реактивность и высокая
резистентность, а у взрослого животного — наоборот. При проведении
хирургических вмешательств с помощью наркоза понижают реактивность и
одновременно повышают резистентность больного ктрав- ме. В период
зимней спячки у животных снижена реактивность, но повышена
резистентность ко многим внешним факторам. В то же время, у стариков
гипоергически протекает большинство заболеваний, но и резистентность при
этом низкая. При агаммаглобулинемии, ВИЧ у больных резко снижена
иммунологическая и повышена неспецифическая реактивность, но при этом
остается очень низкой резистентность к инфекции.
80
3.6. Факторы, влияющие на реактивность
и резистентность организма
Реактивность и резистентность формируются на основе конституции
организма, особенностей обмена веществ, состояния нервной, эндокринной,
иммунной систем, системы соединительной ткани, а также зависят от
возраста, пола, внешних условий.
Конституция организма и ее роль в формировании реактивности и
резистентности. Под конституцией (от лат. constitutio — состояние, свойство)
организма обычно понимают единый комплекс достаточно устойчивых
морфологических, функциональных, психических особенностей организма,
сложившихся на основе генотипа под влиянием факторов окружающей
среды.
Под конституциональными признаками подразумеваются такие показатели структуры,-функции и поведения, которые изо дня в день или даже
на протяжении нескольких лег существенно не изменяются. Для человека,
как и для других представителей животного мира, характерна индивидуализация формы и размеровтелосложения, некоторыхчертхарак- тера
и темперамента, определяющая «стойкие» различия между людьми, т.е.
каждый индивид, взрослый или ребенок, имеет свою индивидуальную
конституцию или сумму морфологических и функциональных свойств
организма.
Многие ученые давно обращали внимание на то, что индивидуальные
формы реактивности и резистентности человека зависят от его конституционального типа, однако классификаций конституциональных типов
известно несколько и построены они по различным признакам. Гиппократ,
разделив всех людей по темпераменту на х о ле ри ко в, са нг в и н и ков,
ф л е гм ат и ко в и ме ла нхо л и ко в, отмечал в частности, что сангвиники склонны
к полнокровию, головной боли, сахарному диабету. С. Sigant, разделив людей
по
морфологическим
признакам
на
4
типа
' . д ы х ат ел ь н ы й ,
п и щ ев ар ит е ль н ы й (д иг е ст и вн ы й ), м ы ш е ч н ы й и м о з г ов ой , обращал внимание на то, что люди дыхательного типа чаще болеют эмфиземой легких и
бронхиальной астмой; пищеварительного типа — ожирением, подагрой и
заболеваниями печени; у людей мышечного типа чаще встречаются болезни
сердечно-сосудистой, мышечной и костно-суставной систем. К. Kretschmer
выделял 3 конституциональных типа человека: ат л ет и че ск и й , п и кн и че с к ий
и а ст ен и ч е с к и й и указывал на то, что пикники чаще страдают
атеросклерозом, ишемической болезнью сердца, маниакэльно-депрессивным психозом, а астеники чаще болеют шизофренией и тяжелыми
формами туберкулеза.
А.А. Богомолец в основу классификации конституциональных типов
положил особенности строения соединительной ткани и выделил 4 типа:
а ст ен и че с ки й — с тонкой, нежной соединительной тканью; ф и б ро зны й — с
преобладанием плотной, волокнистой соединительной ткани; липома т озный
— с преобладанием жировой ткани; па ст о з н ы й — с преобладанием рыхлой,
отечной ткани. У людей с различным типом соединительной ткани
неодинаково протекают процессы воспаления, заживления и регенерации,
процессы старения.
81
И.П. Павлов в зависимости от свойств высшей нервной деятельности
выделял 4 типа: б е з у де р жн ы й (сильный неуравновешенный возбудимый);
б ы с т р ы й (сильный уравновешенный подвижный); и не рт н ы й (сильный
уравновешенный спокойный); с л а б ы й т ш (слабость обоих процессов с
преобладанием торможения). Эпингер и Гесс с учетом особенностей
вегетативной нервной системы делили всех людей на 3 типа: с и мпа т ик о т он и к и, в аго т о ни к и и с у ра вн ове ш е нн о й ве гет ат ив но й не рв но й с и ст ем о й.
Общепринятой сегодня среди врачей является классификация конституциональных типов человека М.В. Черноруцкого, согласно которой в
зависимости от телосложения всех людей следует делить на 3 типа: н о р м о ст ен и к и, г и пер ст ени к и и ас т ен и к и. Г ип ер ст ен и к и — люди коренастые,
широкоплечие, конечности относительно короткие, лицо округлое, шея и
грудная клетка короткие, эпигастральный угол тупой, живот большой, больше
объем желудка и длина кишечника, мускулатура и подкожная жировая
клетчатка хорошо выражены. Жизненная емкость легких относительно
небольшая из-за высокого положения диафрагмы, сердце увеличено и
занимает горизонтальное положение, аорта широкая. Содержание
гемоглобина и эритроцитов в крови высокое. А ст ен и к и — люди стройные,
высокие, худощавые с острым эпигастральным углом. Все другие признаки
противоположные. У гиперстеников повышена функция коры надпочечников,
но снижена функция щитовидной железы, а у астеников — наоборот.
Глюкокортикоиды стимулируют ферменты пентозного цикла превращения
глюкозы и усиливают синтез жира и холестерина, обладая контринсулярным
действием, повышают уровень глюкозы в крови. Кроме того, они потенцируют
эффекты катехоламинов, в том числе прессор- ный, стимулируют секрецию
соляной кислоты в желудке. Минералокор- тикоиды задерживают в
организме натрий и выводят калий, что приводит к увеличению тонуса
артериол, повышению объема циркулирующей крови. Поэтому у
гиперстеников повышено отложение жира, выше содержание холестерина и
сахара в крови, выше кислотность желудочного сока и артериальное
давление. Недостаток гормонов щитовидной железы приводит к снижению
основного обмена. У гиперстеников чаще развиваются гипертоническая
болезнь, инсульт, сахарный диабет, ожирение, распространенный
атеросклероз и ИБС, тромбоз сосудов конечностей, кальку- лезный
холецистит, гиперацидный гастрит.
У астеников чаще встречаются артериальная гипотензия, гипогликемия,
гипоацидный гастрит. У них ниже резистентность к экстремальным
воздействиям, травмы и ожоги чаще осложняются шоком, тяжелее протекает
сепсис. Среди астеников значительно выше заболеваемость туберкулезом.
Благодаря высокому основному обмену астеники худощавы, несмотря на
повышенный аппетит.
У нормостеников чаще возникают болезни верхних дыхательных путей,
двигательного аппарата, невралгии, коронаросклероз.
От конституционального типа зависит даже характер человека. Например, гиперстеникам присущи практичный склад ума, они не склонны к
фантазиям, оптимистичны, добродушны, общительны. Для астеников больше
характерны холодность и сухость в общении, замкнутость, склонность к
82
фантазиям, душевная ранимость, повышенная чувствительность к
несправедливости.
Как следует из определения, основой конституции человека является
его г е н от ип . В последние годы генетикам удалось выявить большое
количество маркеров, в том числе в главном HLA-комплексе гистосовместимости, указывающих на генетическую опосредованность многих заболеваний, которые раньше не относились к болезням с наследственной
предрасположенностью. Теперь наследственная предрасположенность
прослеживается не только при таких заболеваниях, как язвенная болезнь,
атеросклероз, гипертоническая болезнь, сахарный диабет, лейкозы, туберкулез, но и при таких, как гломерулонефрит, многие болезни печени,
эндокринной и иммунной системы и др.
Обмен веществ и реактивность
Реактивность и резистентность организма зависят также от обмена
веществ. Например, во время блокады Ленинграда у его жителей на фоне
голодания почти исчезли аллергические болезни, гипоергически протекали
пневмония, скарлатина, корь, дизентерия, туберкулез. Гнойные заболевания
развивались более длительно, а антибиотики и сульфаниламиды оказывали
слабый эффект. При белковом голодании снижается синтез антител и
уменьшается аллергическая реактивность, но при этом снижается
резистентность к инфекции. При усиленном питании болезни обычно
протекают гиперергически, но при этом часто с неблагоприятном исходом, так
как клетки на фоне высокой интенсивности обмена веществ становятся более
ранимыми при их повреждении (больше образуется активных метаболитов
кислорода, увеличивается интенсивность перекисного окисления липидов). В
связи с этим снижение аппетита у больного на фоне развития ответа острой
фазы можно рассматривать как приспособительную реакцию.
Значительные изменения реактивности и резистентности можно наблюдать на фоне изменений обмена веществ у больных сахарным диабетом,
ожирением, при гипо- или гиперфункции надпочечников, щитовидной железы
и других эндокринных заболеваниях, при наследственных нарушениях
обмена.
Роль нервной системы в формировании реактивности и резистентности
можно проиллюстрировать простым опытом: животные, находящиеся под
наркозом или после введения им кофеина, т.е. на фоне торможения или
возбуждения ЦНС, по-разному реагируют на гипоксию. В состоянии зимней
спячки (глубокоготорможения ЦНС и резкого замедления обмена веществ)
животные более устойчивы к лучевой болезни, действию электрического
тока, некоторым химическим веществам, инфекции.
Неодинаковой реактивностью обладают люди с различным типом ВНД.
Существенный вклад в формирование реактивности и резистентности
организма вносят психогенные факторы. Под влиянием внушения у человека
может повыситься температура тела, развиться воспаление и даже ложная
беременность. Существуют ятрогенные болезни, вызванные словом или
действиями врача. Словом можно искалечить или даже убить, но словом
можно и вылечить. В некоторых случаях хороший психотерапевт может
заменить сильное лекарство. Ambrois Pare утверждал: «Выживают те, кто
83
хочет жить», а Н.И. Пирогов отмечал в годы войны резкое различие
показателей смертности среди раненых у побежденных и победителей,
Удаление коры головного мозга резко меняет реактивность животного.
У него легко возникают реакции ложного гнева, немотивированного возбуждения, снижается чувствительность дыхательного центра к гипоксии.
Удаление или повреждение свода гиппокампа и передних ядер миндалевидного комплекса или прехиазмальной области мозга у животных
(кошки, обезьяны, крысы) вызывает повышение половых реакций, реакций
ложного гнева, резкое снижение условнорефлекторных реакций страха и
испуга.
Двустороннее повреждение гипоталамуса оказывает сильное влияние
на сон, половое поведение, голод, жажду и другие выражения реактивности
животных. Повреждение заднего отдела гипоталамуса вызывает
заторможенность поведенческих реакций животных.
Повреждение серого бугра обусловливает дистрофические изменения
в легких и желудочно-кишечном тракте (кровоизлияния, язвы, опухоли).
Перерезка спинного мозга у голубей снижает их устойчивость к сибирской язве, вызывает угнетение выработки антител и ослабление фагоцитоза, замедление обмена веществ, падение температуры тела.
Возбуждение парасимпатического отдела вегетативной нервной
системы сопровождается увеличением титра антител, усилением антитоксической и барьерной функции печени и лимфатических узлов, увеличением комплементарной активности крови.
Возбуждение симпатического отдела вегетативной нервной системы
приводит к выделению адреналина и норадреналина, стимулирующих
фагоцитоз, ускоряющих обмен веществ, изменяющих кровообращение и
другие функции организма.
Функция эндокринной системы и реактивность. В механизмах
формирования реактивности особое значение имеют гипофиз, надпочечники, щитовидная, поджелудочная и половые железы.
Гормоны передней доли гипофиза стимулируют секрецию гормонов
коры надпочечников, щитовидной и половых желез. Удаление гипофиза
повышает устойчивость животного к гипоксии, а введение экстракта из
передней доли гипофиза снижает эту устойчивость. Повторное (на
протяжении нескольких дней) введение адренокортикотропного гормона
гипофиза животным перед облучением обусловливает повышение их
радиорезистентности.
84
Удаление надпочечников приводит к резкому снижению сопротивляемости организма к механической травме, физической нагрузке, электрическому току, бактериальным токсинам и другим вредным влияниям
среды. Острый дефицит главных адаптивных гормонов — кортикостероидов —
приводит к быстрой гибели адреналэктомированныхживотных или человека в
случае тотального повреждения и некроза у него надпочечников. Кортизол
(глюкокортикоид) в больших дозах оказывает противовоспалительное
действие, задерживает процессы пролиферации клеток соединительной
ткани, подавляет выработку антител.
Гормоны щитовидной железы повышают основной обмен, интенсивность окислительно-восстановительных процессов, так же как и глюкокортикоиды потенцируют адренергические эффекты катехоламинов. На
фоне повышенной функции щитовидной железы (при тиреотоксикозе)
большинство заболеваний протекает гиперергически с яркими проявлениями
ответа острой фазы. Животные после удаления щитовидной железы
становятся более устойчивы к гипоксии, что связано с понижением обмена
веществ и потребления кислорода, у них гипоергически протекают
инфекционные процессы.
У больных сахарным диабетом повышен риск развития заболеваний
сердечно-сосудистой и нервной систем, почек.
Функция элементов соединительной ткани и реактивность. Соединительнотканные клеточные элементы (ретикулоэндотелиальная система, система макрофагов), находясь во взаимоотношении с другими
органами и физиологическими системами, участвуют в формировании
реактивности организма. Они обладают фагоцитарной активностью, выполняют барьерную и антитоксическую функции, обеспечивают интенсивность заживления ран.
Блокада функции ретикулоэндотелиальной системы ослабляет проявление аллергии, тогда как ее стимуляция ведет к усилению продукции
антител. Угнетение ЦНС (шок, наркоз) сопровождается уменьшением поглотительной функции элементов соединительной ткани, торможением
процессов заживления ран, воспаления. Возбуждение ЦНС, наоборот,
стимулирует функции соединительнотканных клеток.
Значение возраста. У лиц любого возрастного периода есть свои
характерные морфологические и функциональные особенности, от которых
зависит ответная реакция организма на внешние воздействия. Известны
особенности реагирования эмбриона на разных этапах его развития. В
первую половинуэмбрионального периода еще слабо выражен или совсем
отсутствует фагоцитоз. Он формируется постепенно по мере увеличения
участия ретикулоэндотелиальной системы в реактивности. На ранних этапах
эмбрионального развития инфекции протекают невыразительно, на
некоторые инфекционные агенты плод не реагирует совсем.
У н ов ор о жде нн ог о легкие в 30 раз менее растяжимы, чем v взрослого.
Длина кишечника в 6 раз превышает длину те^а, тогда как у гз\л>ь лого —
только в 4,5 раза- имеет очень тонкую слизистую оболочку с плохими
барьерными свойствами. Мускулатура слабо развиы Нервней
П)
J
регуляция деятельности всех систем несовершенна. Анатомо-физиологические особенности этого периода жизни ребенка обусловливают более
часто, чем у взрослых, возникновение болезней органов дыхания и
пищеварительной системы, склонность к диатезам. У новорожденных слабее,
чем у взрослых, выражена приспособляемость к колебаниям температуры
окружающей среды из-за недоразвития системы терморегуляции, поэтому
легко возникает перегревание или переохлаждение организма. У взрослого
за сутки обменивается около 15 % внеклеточной воды, а у новорожденного —
около 50 %. Такая высокая интенсивность водного обмена требует жесткого
питьевого режима.
У д ет е й 3 л ет из-за функциональной незрелости иммунной системы
(неспособность к полноценной выработке собственных антител) и
исчезновения к этому времени антител, полученных от матери через плаценту и грудное молоко, а также из-за недоразвития барьерных систем
организма отмечается очень высокая восприимчивость к различным инфекциям (корь, скарлатина, коклюш, дифтерия).
У л и ц п ожи л о го во з ра ст а увеличивается частота заболеваний злокачественными опухолями, атеросклерозом, ИБС. Связано это, по-видимому, с возрастными особенностями деятельности регуляторных систем, их
перестройкой в процессе индивидуального развития. Вследствие понижения
функции нервной системы, ослабления барьерных систем, способности к
формированию иммунного ответа в старческом возрасте вновь повышается
восприимчивость к инфекции, особенно к кокковым бактериям. Вместе с тем
для этого возраста характерно вялое (гипоергичес- кое) течение воспаления,
лихорадки, процессов регенерации У пожилых людей снижен метаболизм
лекарств, поэтому их назначают в более низких дозах. К старости у человека
ослабевают защитные механизмы, ограничиваются возможности адаптации
во внешней среде.
Старение организма. Под старением понимают постоянно развивающиеся и в основном необратимые морфологические, биохимические и
функциональные изменения, возникающие на протяжении жизни индивида.
Признаки старения находят свое отражение на всех уровнях организации
живого организма: молекулярном, клеточном и тканевом, органном,
системном и на уровне целого организма.
Старческий возраст характеризуется уменьшением размеров тела, его
массы, роста, атрофией внутренних органов. Атрофические изменения
сопровождаются понижением интенсивности обмена веществ. Стареющие
ткани теряют воду, в них увеличивается содержание натрия, хлора, кальция,
уменьшается содержание калия, магния и фосфора. С возрастом становятся
меньше минутный и систолический объемы сердца (т.е. его полезная работа),
снижается жизненная емкость легких. Заметно склерозируются почки,
ослабляется их выделительная функция.
Атрофия слизистой оболочки желудка и кишечника у стариков сопровождается снижением выделения соляной кислоты и пищеварительных
ферментов, что в сочетании с ослаблением функции печени и поджелудочной
железы сопровождается нарушением переваривания, всасывания и обмена
белков, жиров, углеводов, витаминов.
86
Для объяснения причин старения предложено множество теорий.
Некоторые из них объясняют процессы старения коллоидно-химическими
изменениями в тканях. Согласно этим теориям по мере старения организма
клеточные коллоиды утрачивают способность связывать воду и переходят из
гидрофильного состояния в гидрофобное. Эти изменения белковых веществ
ведут к прогрессирующему замедлению всех биохимических реакций.
Ряд теорий ведущее место в развитии старения приписывает различным
интоксикациям. И.И. Мечников объяснял процессы старения результатом
хронического отравления организма образующимися в кишечнике
продуктами гнилостного распада в результате деятельности микрофлоры
кишечника. По мнению А.А. Богомольца, старение начинается с нарушения
трофической функции соединительной ткани в результате необратимых
изменений тканевых коллоидов и изменения лабильности белковых молекул.
С. Е. Brown-Sequard, Е. Steinach, Д.Л. Воронов и др. связывали возникновение старческих изменений с эндокринной недостаточностью организма, в частности с недостаточностью функции половых желез.
Сегодня общепринято, что первичные механизмы старения зависят от
возрастных изменений в генетическом аппарате клеток. В ядре клетки
находится сложный молекулярный комплекс — хроматин, в котором заключена молекула ДНК с ее генетической информацией. С возрастом
структура и функция хроматина изменяются (увеличивается доля неактивного хроматина), что затрудняет считывание генетической информации и
способствует постоянному накоплению повреждений ДН К. При старении
уменьшается количество негистоновых белков (активирующих гены), что
изменяет работу регуляторных генов. Все это изменяет соотношение синтеза
как отдельных белков, так и их блоков/кодируемых различными генами.
Возникающие в процессе старения нарушения регулирования генома
приводят к активации «молчащих» генов, что способствует появлению белка,
ранее не синтезировавшегося клеткой. В зависимости от его типа возможны
различные сдвиги в деятельности клетки вплоть до ее гибели.
Механизмы старения. Как уже отмечалось, в старении организма
большую роль играют нарушения на уровне клетки, приводящие к развитию
необратимых изменений в синтезе белка, активации ранее не «работавших»
генов. Эти изменения и составляют основу нарушения жизнедеятельности
клеток, вызывая их старение.
В процессе старения снижаются энергетические траты организма. Это
связано с тем, что при старении уменьшается количество митохондрий в
клетке, появляются разрушенные митохондрии, снижается интенсивность
окислительного фосфорилирования, меняется мембранный потенциал
митохондрий.
87
Важнейший механизм старения — ослабление нервного контроля над
деятельностью внутренних органов в результате снижения синтеза
медиаторов, гибели части нервных окончаний и нейронов. Это изменяет
реакции внутренних органов и вызывает нарушение в них обменных процессов.
Большую роль в механизме старения играет угасание функции эндокринных желез (половых, щитовидной и других).
Представления о механизмах старения составляют основу целенаправленных попыток увеличения продолжительности жизни, предупреждения
преждевременного старения.
Роль внешних факторов в реактивности и резистентности организма.
Реактивность и резистентность зависят от внешних условий, в которых
находится организм. В эксперименте у животных можно изменить
реактивность и резистентность к гипоксии, подвергнув их предварительному
переохлаждению или перегреванию. В проявлении индивидуальной
реактивности наблюдаются циклические изменения, связанные со сменой
времен года, дня и ночи (так называемые хронобиологические изменения).
Существуют сезонные обострения многих заболеваний: язвенной болезни,
ревматизма, бронхиальной астмы, хронического бронхита и др. Во время
магнитных бурь обостряются заболевания улиц, страдающих ИБС,
артериальной гипертензией. Люди с неустойчивой вегетативной нервной
системой чутко реагируют на колебания атмосферного давления, тяжело
переносят акклиматизацию. От времени суток зависят синтез многих
гормонов, работоспособность человека. Хирурги заметили, что смертность
больных при ночных операциях втрое больше, чем при дневных. На
реактивность человека в значительной мере влияют социальные факторы
(инфляция, безработица, война, дефицит продуктов питания и лекарств и
т.п.).
Конституция, генотип, обмен веществ, нервная система, эндокринная система, система
соединительной ткани, возраст,
иол, внешние факторы
Виды резистеитности
Первичная,
вторичная, активная,
пассивная
+
+
++
Индивидуальная
Формы реативности
-Номергия,
гинерергия,
гипоергия, дизергия
Виды реактивности +
Видовая
I
Групповая
I
Физиологическая
Патологическая
<
Специфическая
Неспецефическа
я
С х е м а 3 .1 . Виды и формы реактивности и резистентности организма.
Факторы, влияющие на реактивность и резистентность.
88
Подводя итог сказанному, следует подчеркнуть, что оценка реактивности важна для уточнения механизма возникновения, развития и исхода
заболевания, поэтому врач должен уметь оценить особенности индивидуальной реактивности пациента и использовать их при лечении заболевания, уметь изменять реактивность больного в нужном направлении. Формы
и виды реактивности представлены на схеме 3.1.
3.7. Роль наследственности
Как следует из вышеизложенного, реактивность организма в наибольшей степени зависит от его конституции, которая, в свою очередь,
формируется на основе г ено т ипа под влиянием факторов окружающей
среды. В этой связи нормальные и патологические признаки организма
являются результатом взаимодействия наследственных (внутренних) и
средовых (внешних) факторов.
Г е но т и п (совокупность всех генов в организме) обладает двумя противоречивыми качествами: ст а б и ль н о ст ь ю и и зм е нч и во ст ь ю . Основу
стабильности генотипа составляют:
—
дублированность (диплоидность) его структурных элементов;
—
доминирование нормального аллеля над патологическим рецессивным
геном, благодаря чему огромное количество заболеваний, передающихся по рецессивному типу, не проявляется в гетерозиготном
организме (например, 1 из 50 человек является носителем гена, с
которым связано развитие фенилпировиноградной олигофрении,
однако эти люди не являются больными, так как нормальный аллель
подавляет патологически измененный ген);
—
система оперона, обеспечивающая репрессию (блокирование) патологического гена (например, онкогена);
—
механизмы репарации ДНК, позволяющие с помощью набора ферментов (инсертаза, экзо- и эндонуклеаза, ДНК-полимераза, лига- за)
достаточно быстро исправлять возникающие в ней повреждения.
Стабильность генотипа делает его достаточно надежным, обеспечивающим устойчивость структур и функций организма. Однако генотипу
присуще и другое не менее важное качество — изменчивость, благодаря
которой обеспечиваются процессы эволюции животных, процессы адаптации
организма в окружающей среде, но в то же время именно изменчивость
является основой возникновения наследственных болезней.
Этиология наследственных заболеваний. Изменчивость может быть
н ен ас л ед ст в ен но й (модификационная) и н а сл ед ст вен но й . Под ненаследственной изменчивостью понимают формирование фенотипичес- ких
особенностей организма под влиянием факторов окружающей среды
(климатические факторы, особенности образа жизни, питания, привычек,
профессии и т.п.).
Н а с ле д ст в ен на я из м енч и в ос т ь подразделяется на два вида: ко м б и н ат ив н ую (рекомбинационную) и м ут а ц ио нн ую .
К о м б ина т ив на я и з мен ч и во ст ь является следствием возникновения
новых сочетаний генов за счет их перегруппировки в мейозе и случайности
89
встречи гамет при оплодотворении. Такая изменчивость играет важную роль в
развитии заболеваний, передающихся по рецессивному типу, так как в
результате рекомбинации генов при встрече двух гетерозиготных особей (а'а и
а'а) — носителей патологического гена может появиться гомозиготный по
данному патологическому гену организм (а'а') — больной.
М у т а ц ион на я из м ен чи в о ст ь связана с возникновением мутаций, т.е.
количественных или качественных изменений генотипа, передающихся в
процессе репликации генома от клетки к клетке, от поколения к поколению.
Мутация — это
з а б ол ев ан ия .
г ла вн а я
п р ич и н а
во зни к но ве н и я
на с ле д ст в ен но го
В соответствии с тремя уровнями организации генетического материала
(гены, хромосомы, геном) мутации подразделяют натри вида: ге н н ы е,
х р ом ос о мны е и г ено мн ы е .
Г е нн ы е му т а ц и и связаны с изменением структуры отдельных генов. На
молекулярном уровне механизмы генных мутаций могут быть обусловлены
в ы п аде н ием , з а мен о й или в ст а вк о й но в ы х н у к лео т ид ов в ц еп и ДН К . Это
может быть модификация отдельного пуринового или пиримидино- вого
основания в цепи ДНК с образованием ошибочных пар оснований и их
дальнейшей фиксацией, например при действии ионизирующей радиации,
рядахимических мутагенов. Могут возникнуть неправильные пары оснований в
ДНК за счет таутомеризации (изменения заряда) пуриновых и пиримидиновых
оснований при действии высоких температур. Возможно образование
пиримидиновых димеров (чаще димеры тимина) под действием УФО.
По своему фенотипическому проявлению и значению генные мутации
могут сильно различаться. Если мутация затрагивает отрезки ДНК,
кодирующие второстепенные участки полипептида (например, не входящие в
активный центр фермента), то мутантный продукт с трудом может быть
обнаружен и не будет серьезно влиять на соответствующую функцию или
жизнеспособность организма. Наоборот, мутации, искажающие структуру
принципиально важных участков полипептидов, могут вызвать серьезные
расстройства функций, нарушения развития и даже привести организм к
гибели. Это так называемые летальные мутации, которые могут стать причиной
спонтанных абортов и мертворождений.
Х ро мо с ом ны е м ут а ц ии —• это структурные перестройки хромосом:
д е ле ц и и, ду п л ик а ц и и, т р ан с ло кац и и и и н ве рс и и .
Г е но мн ы е м у т а ц и и характеризуются изменением числа хромосом в
наборе. Различают п ол и п ло ид и и — кратное увеличение полного набора
хромосом (диплоидии, триплоидии, тетраплоидии), которые приводят к
нежизнеспособности организма и являются причиной спонтанных абортов и
мертворождений, и а неу п ло и д ии — изменение числа хромосом в одной или
нескольких парах.
90
Мутации, возникающие в соматических клетках, по наследству не
передаются и проявляются, например, в виде лейкодермических пятен, могут
быть одним из механизмов возникновения опухоли. Клетки-мутан- ты
удаляются с помощью макрофагов и естественных киллеров. Мутации в
половых клетках (гаметические мутации) передаются по наследству из
поколения в поколение.
Мутации бывают с п онт а нн ы е и инд у ц и ро ва нны е . Спонтанные мутации
возникают от еще недостаточно изученных причин, вероятно, эндогенного
характера. Например из-за увеличения числа ошибок при репликации ДНК в
зависимости от возраста матери риск рождения ребенка с синдромом Дауна у
женщины 20 лет составляет 1:2000, а у женщины старше 45 лет — 1:45.
Индуцированные мутации обуславливаются воздействием экзогенных
факторов,
которые принято называть
м ут аг ен а ми .
Выраженными
мутагенными
свойствами
обладают
ионизирующая
радиация,
ультрафиолетовые лучи (УФЛ), космические лучи, вирусы, различные химические вещества, термические факторы.
Благодаря естественному отбору организмы-мутанты из популяции
постоянно удаляются (15 % плодов погибают до рождения, 5 % — во время
родов или сразу после рождения, 3 % — не достигают половой зрелости, 20 % —
не вступают в брак, у 10 % — брак бесплоден), т.е. патологические гены
элиминируются. Однако в популяции устанавливается равновесие частот
генотипов (закон Харди—Вайнберга), другими словами, сколько мутантов из
популяции исчезает, столько же появляется вновь благодаря новым мутациям.
Это означает, что количество различных форм наследственных заболеваний
должно быть постоянным. Но закон Харди— Вайнберга могут нарушать
несколько факторов:
—
близкородственные браки (инбридинг) увеличивают вероятность
возникновения гомозиготе патологическим рецессивным геном;
—
«мутационное давление» — появление необычно сильного мутагенного
фактора (например, последствия аварии на Чернобыльской АЭС, синтез и
использование химического мутагена — лекарства, пищевого
консерванта, экологические нарушения и т.п.);
—
«давление отбора» — благодаря симптоматическому и патогенетическому
лечению наследственного заболевания (устранять причину, исправлять
генотип медицина сегодня не может) человек доживает до детородного
возраста и передает патологический ген потомству. При этом нарушается
естественный отбор, происходит, по выражению генетиков, «засорение
генофонда» и увеличение числа наследственных болезней;
—
«дрейф генов» — генетико-автоматический процесс, случайные изменения частоты аллеля, при которых в зависимости от адаптированности одни гены элиминируются, а другие закрепляются в популяции.
Все заболевания принято подразделять на приобретенные и врожденные.
В ро ж де нное з а бо ле ва н ие — это любое заболевание, с которым ребенок
появляется на свет. Однако врожденные заболевания могут быть
наследственными и ненаследственными.
Н а с ле д ст в ен н ы м на з ыв ае т с я т а ко е з а бо ле ва н ие , к от ор ое о бу с лов л е но из м ене н и я м и г ено т ипа и в б о ль ш и н ст в е сл у ча ев п ер ед ает ся п о на91
с л ед ст в у (например, гемофилия, ахондроплазия, фенилкетонурия, альбинизм,
серповидно-клеточная анемия, талассемия и многие другие). Различают
генные и хромосомные наследственные болезни или синдромы. Хромосомные
болезни (за редким исключением) по наследству не передаются
Н е на с ле дст ве нн ы е вро ж де нн ы е з а б о л ев ан ия связаны не с изменениями
генотипа, а с появлением патологии в период внутриутробного развития
(например, врожденный сифилис, токсоплазмоз, СПИД, гемолитическая
болезнь новорожденного и др.). Заболевания, феноти- пически похожие на
наследственные, но не связанные с изменением генотипа, называются
ф е но ко пи я м и . Например такие аномалии, как «волчья пасть», «заячья губа» и
др. пороки развития, могут быть как наследственными, так и
ненаследственными,
обусловленными
нарушениями
эмбрионального
развития.
Общие закономерности патогенеза генных наследственных болезней. В
основе генных болезней могут лежать первичные генные нарушения,
нарушения функции гена и связанные с ними нарушения синтеза белка,
нарушения структуры белков, метаболические блоки.
Условно патогенез генных болезней можно выразить формулой — ген —
фермент — биохимическая реакция — признак и представить в виде
упрощенной схемы:
----- ►С-т—Ь> д
Фа
▲
Фв
▲
Ген фа Ген Фв Ген Фс
Фс
А
имвв
1
В случае мутации какого-то гена (например, гена Фс) или его блокирования в организме не синтезируется или уменьшается количество фермента
(Фс). В результате этого нарушается биохимический процесс, последствием
которого могут стать отсутствие или дефицит конечного продукта (D),
накопление избытка промежуточных продуктов (В, С), могут появиться
необычные побочные продукты.
Генетический дефект может привести к нару ш е н ию с ин т е за т р анс п ор т н ы х бе л ко в. Например при дефиците или отсутствии трансферрина
(переносчика железа) развивается железодефицитная анемия. При нарушении
транспорта диаминокислот в почечных канальцах — лизина, аргинина,
орнитина — развивается лизинурическая непереносимость белка.
92
Примером заболевания, при котором н ар у ш ает с я с ин т е з с т р у кт ур н ы х
б е л ко в , может служить с и нд ро м Э л е рс а — Дан л ос а, при котором нарушена
структура коллагена. У больных повышены эластичность кожи и растяжимость
хорд сердечных клапанов, увеличена подвижность суста-
93
, возникают отслойка сетчатки, подвывих хрусталика. Генетический дефект
белка спектрина в цитоплазматической мембране эритроцитов уменьшает их
эластичность и деформируемость, что является одним из патогенетических
механизмов развития микросфероцитарной гемолитической анемии
Минковского—Шоффара.
Большую группу наследственных заболеваний, обусловленных нарушением синтеза белков, составляют гемоглобинопатии: а-талассемия, при
которой из-за делеции соответствующего гена в молекуле гемоглобина
полностью отсутствуют а-цепи глобина, образуется гемоглобин Barts,
состоящий из четыреху-цепей (вместо нормальных а2Р2-цепей). Гомозиготные
дети при этом умирают в первые дни жизни, гетерозиготные дети выживают. В
крови у них обнаруживается как нормальный гемоглобин (НЬА — а2р2), так и
патологический (НЬН из 4 Р-цепей), развивается гемолитическая анемия. При
Р-талассемии из-за нарушения регуляции функции гена у больных не
синтезируются р-цепи глобина и гемоглобин состоит из 4 а-цепей. К
гемоглобинопатиям также относятся: серповидно-клеточная анемия (при
которой в молекуле гемоглобина глутамино- вая кислота заменена на валин),
метгемоглобинопатия (гистидин заменен на тирозин).
Н а р у ше н и я с и нт е з а фе р мен т о в лежат в основе многих наследственных
заболеваний. Только на примере нарушения обмена фенилаланина можно
рассмотреть несколько вариантов метаболических блоков (схема 3.2).
BOB
Тирозин
Фенилаяанин-4Фенилаланин гидроксилаза
(фенилкетонури
я)
Фенилпировиноградная
кислота
3 4-Дигидрооксифениллаланин
(ДОФА)
Тирозиназа
(альбинизм
)
У
Гидрооксифенил
виноградная
кислота
Меланин
Тирозин
транс
аминаза
(тирозиноз)
2,5-Дигидрооксипир
о- виноградная
Гомоге нти зи н о
вая кислота
кислота
Гомогентизиноксидаза
(алкаптонурия)
С02+ н2о
94
С х е м а 3 . 2 . Генетические дефекты аминокислотного обмена.
95
У гомозиготных носителей патологического рецессивного гена в 12- й
хромосоме не синтезируется фермент фенилаланин-4-гидроксилаза (или
резко снижено его количество), что приводит к нарушению превращений
фенилаланина в тирозин и далее в ДОФА и меланин. В результате
накапливаются в избытке фенилаланин и его токсичное производное —
фенилпировиноградная кислота, которая выделяется с мочой, что послужило
поводом назвать это заболевание ф ен и л кет он ури е й . Фенилпировиноградная кислота токсически действует на ЦНС, вызывая серьезные
нарушения психики (второе название болезни — фенилпировиноградная
олигофрения), микроцефалию, торможение дофамингидроксилазы и снижение синтеза катехоламинов. Если ребенка с фенилкетонурией не содержать на строжайшей диете (без фенилаланина), то, кроме слабоумия, у
него развиваются гиперрефлексия, тремор, эпилепсия, мышечная гипертония, общее возбуждение, нарушения речи и двигательных функций.
При генетически опосредованном дефиците фермента тирозиназы
нарушается-синтез меланина и развивается а ль б и ни зм . При дефиците
фермента тирозинтрансаминазы — т и ро з ино з (к 6—7 мес дети погибают).
При дефиците фермента гомогентизиноксидазы возникает заболевание а л к ап т о ну р и я , при котором накапливающаяся в большом количестве
гомогентизиновая кислота связывается с коллагеном и нарушает его
эластичность. После 40 лету больных поражаются суставы, позвоночник,
клапаны сердца. Во внутренних органах, на коже откладывается пигмент
цвета охры (охроноз). Моча больных темнеет на воздухе из-за присутствия в
ней гомогентизиновой кислоты.
Примерами болезней «накопления» являются г л и ко ге но з ы , при которых в результате снижения активности ферментов, участвующих в обмене
гликогена, происходит избыточное накопление его в клетках печени, сердца,
скелетных мышц, селезенки и других органов с выраженными нарушениями
их функций. Другим примером болезни «накопления» является
г а ла кт оз е ми я — заболевание, возникающее при дефиците фермента
галактозо-1-фосфат-уридилтрансферазы (схема 3.3).
ГАЛАКТОКИНАЗА
Лактоза
(пищева
я)
> Галактоза
Галактиол
~ff
Галактозо-1
-фосфат -----Галактозо-1 -фосфат
Улидилтрансфераза
д
t
Гексозо-1-фосфат
Уридинтранфераза
■
I
Уридин-дифосфогалактоза
Уридин-дифосфоглюкоза
Глюкозо-1-фосфат
96
С х е м а 3 . 3 . Патогенез галактоземии.
97
У больных с галактоземией в клетках накапливается галактозо-1фосфат, подавляющий ферментативные реакции углеводного обмена с
участием фосфорилированных промежуточных продуктов. Возникает
типичная триада симптомов: гепатоспленомегалия, умственная отсталость и
катаракта. Помутнение хрусталика объясняется образованием га- лактитола
в жидкостях организма за счет высокой концентрации галактозо-1-фосфата.
К болезням накопления относятся также некоторые формы наследственных гиперлипидемий, гиперхолестеринемий.
Типы передачи генных наследственных болезней. Различают
аутосомно-доминантный, аутосомно-рецессивный, кодоминантный, промежуточный, смешанный и сцепленный с полом типы передачи наследственных заболеваний.
При а у т о сом н о -д ом и на нт но м типе наследования патологический ген,
находящийся в одной из аутосом, доминирует над нормальным геном-аллелем и проявляетсебя в гетерозиготном состоянии (А'а), при этом
пенетрантность гена приближается к 100% (неполная пенетрантность
доминантного гена встречается редко). При генеалогическом исследовании
больные выявляются в каждом поколении.
По аутосомно-доминантному типу наследуется болезнь Аль цгей - мера
— прогрессирующее слабоумие, начинающееся после 40 лет и длящееся от 1
года до 15 лет. Характеризуется выраженной дегенерацией коры, гиппокампа
и ствола головного мозга. Патогенез заболевания связан с наличием
патологического гена в 21 -й хромосоме, кодирующего синтез белка —
предшественника р-амилоида (р-АРР), или гена пресенили- на-1 (PSN-1) в
14-й хромосоме, или гена пресенилина-2 (PSN-2) в 1-й хромосоме. У лиц с
такими генами образуется удлиненный пептид ji-амилоид, который
откладывается в виде агрегированных скоплений (се- нильных бляшек,
нейрофибриллярных клубков) в коре головного мозга и других его структурах.
Происходят дегенерация и гибель нейронов, нарушается синтез
ацетилхолинтрансферазы в нейронах и резко уменьшается синтез
ацетилхолина,
нарушается
синаптическая
передача,
постепенно
присоединяется нарушение потребления нервными клетками кислорода и
глюкозы, ухудшается кровоснабжение мозга. Болезнь характеризуется
быстрым или медленным, но неуклонным прогрессированием расстройств
памяти, распадом интеллекта, эмоциональной нестабильностью, утратой
условных рефлексов и другими неврологическими расстройствами.
Х ор е я Г ен т и н гт она развивается у мужчин — носителей патологического
гена в 4-й хромосоме. Характеризуется гибелью ГАМК-эргических нейронов и
преобладанием дофаминергических нейронов. Проявляется подергиванием
мышц, нарушением психики. У женщин из-за усиливающего влияния гена
одной изХ-хромосом на ген, находящийся в 4-й хромосоме (феномен
геномного импринтинга), заболевание не проявляется.
А х он дро п ла з и я — аутосомно-доминантное заболевание, характеризующееся нарушением развития конечностей в длину, повышенной ломкостью костей (размеры туловища нормальные, интеллект сохранен).
По аутосомно-доминантному типу наследуются также болезнь Виллебранда (нарушение гемостаза), нейрофиброматоз Реклингхаузена,
98
поликистоз почек, полилоз толстой кишки, миотония Томсена, семейная
гиперхолестеринемия, брахи-, син- и полидактилия и другие заболевания.
При а ут ос ом н о -ре ц е с си в но м типе наследования патологический ген
проявляет себя только в гомозиготном состоянии (а'а — носитель гена,
здоровый; а'а' — больной). При генеалогическом исследовании больные
выявляются не в каждом поколении. Примерами заболеваний, передающихся
по аутосомно-рецессивному типу, являются описанные выше фенилкетонурия, альбинизм, алкаптонурия, галактоземия, галассемия, а также
гомоцистинурия, гипофизарная карликовость, микроцефалия, некоторые
формы шизофрении и эпилепсии, гепатолентикулярная дегенерация
(болезнь Коновалова—Вильсона), наследственная юношеская эмфизема
легких
(дефицит
фермента
а-1-антитрипсина
—
антагониста
протеолитических ферментов) и многие другие заболевания.
При кодоминантном типе наследования проявляют себя оба гена (патологический рецессивный и нормальный). Например, у гетерозиготных
носшелей гена серповидно-клеточной анемии в крови обнаруживаются
эритроциты с нормальным гемоглобином и гемоглобином типа S. Фенотипически заболевание может проявиться только при дефиците кислорода,
когда аномальный гемоглобин кристаллизуется и происходит гемолиз
эритроцитов. При нормальном содержании кислорода гемолиз эритроцитов
не наблюдается.
При промежуточном типе наследования ни один ген не доминирует. При
смешанном типе ген, ответственный за развитие патологического признака,
проявляет себя у одного больного как доминантный, а у другого — как
рецессивный.
Наследование, сцепленное с полом, характеризуется тем, что патологический ген находится в половой хромосоме — чаще в Х-хромосоме и
может быть как рецессивным, так и доминантным. По этому типу наследуются такие заболевания, как дальтонизм, мышечная дистрофия Дюшенна, сидеробластная анемия (из-за нарушения обмена порфиринажелезо не
встраивается в гем и снижается синтез гемоглобина), фавизм (из-за
дефицита глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы после приема сульфаниламидов
происходит гемолиз эритроцитов), почечный несахарный диабет
(нечувствительность рецепторов канальцев почек к АДГ), а также гемофилия
А (нарушение гемостаза, обусловленное отсутствием VIII фактора
свертывания крови). У женщины — носителя рецессивного гена гемофилии
(Х'Х) заболевание не проявляется, так как во 2-й Х-хромосоме есть
нормальный аллель, подавляющий ген гемофилии. У мужчины из-за отсутствия аналогичного аллеля в Y-хромосоме наличие гена гемофилии в
Х-хромосоме (X'Y) приводит к развитию гемофилии.
Хромосомные болезни- В отличие от генных возникновение хромосомных болезней связано с более грубыми изменениями генетического
материала, вызванными нарушением числа или структуры хромосом, т.е.
геномными или хромосомными мутациями (см. выше) Хромосомная болезнь
может возникнуть в результате мутаций в гаметах родителей ил1/ в клетках
эмбриона на стадии дробления зиготы.
99
Общее количество хромосомных аномалий у человека только гаметического происхождения — около 750, из которых около 50 — количественные
и свыше 700 — структурные изменения хромосом.
Наиболее часто встречающимися и хорошо распознаваемыми являются
следующие хромосомные синдромы.
С и н др ом Ш е ре ш е вс ко г о —Т ер нера (Х-моносомия) характеризуется
наличием 44 аутосом + Х0 и отсутствием полового хроматина (телец Барра) в
ядрах клеток. У женщин с этим синдромом выявляются низкий рост, широкая
короткая шея (часто с характерными крыловидными складками), врожденные
пороки сердца, множественные пигментные пятна, недоразвитие
молочныхжелез и яичников, первичная аменорея и бесплодие, умственное
развитие нормальное.
Синдром Y-моносимии (44 + Y0) — организм нежизнеспособен.
С и н др ом Тр и пл о -Х (44 аутосомы + XXX) фенотипически может не
проявляться или, наоборот, характеризуется задержкой физического, полового и умственного развития (слабоумие, шизофрения). Часто обнаруживаются высокое твердое небо и эпикант (поперечная складка кожи у
внутреннего угла глаза). В ядрах клеток таких женщин имеется два тельца
Барра.
С и н др ом Кл а йн ф ель т е ра (44 аутосомы + XXY, или + XXXY и т.п.). Для
мужчин с таким синдромом характерны высокий рост, астеническое телосложение евнухоидного типа, гинекомастия, атрофия яичек и бесплодие,
часто остеопороз, возможно гомосексуальное и асоциальное поведение. В
отличие от нормальных мужчин в ядрах клеток у них обнаруживается половой
хроматин (телец Барра столько, сколько лишних Х-хромосом).
С и н др ом Да у на в 94 % случаев характеризуется трисомией в 21-й паре
аутосом (45 аутосом + XX у девочек или + XY у мальчиков). В остальных
случаях может быть транслокационный вариант хромосомной аномалии
(например, перенос фрагмента 21 -й хромосомы на 13-ю или на 14-ю, или на
15-ю, или на 22-ю пары). Для этого синдрома характерны олигофрения разной
степени выраженности (имбицильность, дебильность или идиотия), низкий
рост, разболтанность суставов, мышечная гипотония, короткие пальцы (может
быть синдактилия), поперечная «обезьянья» складка на ладони,
монголоидный разрез глаз, эпикантус, увеличенный язык, уменьшение
размеров мозга, часто встречаются пороки сердца и аномалии других
внутренних органов, недоразвитие половых признаков. Для этих больных
характерны также резкое снижение клеточного и гуморального иммунитета,
повышенный риск развития лейкоза и формирование ранней катаракты.
Патогенез многих проявлений синдрома Дауна связывают с генами
полосы д-22 в 21-й хромосоме. Ген Gart кодирует синтез фермента, участвующего в синтезе пуринов. Повышенным содержанием пуринов у этих
больных объясняют развитие неврологических расстройств, умственной
отсталости, дефектов иммунной системы. С геном ets-2 (онкоген) связывают
повышенный риск развития лейкоза. Ген, кодирующий синтез а-Акристаллина, повинен в развитии катаракты, а кодирующий синтез кератинсульфата — в развитии офтальмопатии. Ген, кодирующий синтез
супероксиддисмутазы (СОД), участвует в развитии умственной отсталости и
100
преждевременного старения. Развитие олигофрении связано также с геном
21-й хромосомы, кодирующим синтез (3-амилоида. У больных с синдромом
Дауна к 30 годам в головном мозге обнаруживаются сениль- ные бляшки и
дегенеративные изменения, как и при болезни Альцгейме- ра
(патогенетическое сходство).
В 20-е годы больные с синдромом Дауна доживали до 9 лет, в 80-е — до
30 лет, в настоящее время благодаря успехам медицины 25 % больных
доживает до 50 лет.
С и н др ом Па т а у (трисомия по 13-й паре аутосом) характеризуется
микроцефалией, аномикрофтальмом, деформацией ушных раковин, расщелиной верхней губы и нёба, полидактилией, недоразвитием обеих челюстей, пороками сердца.
С и н др ом Эд ва рд с а (трисомия по 18-й паре аутосом) проявляется
деформацией ушных раковин, узкими глазными щелями, гипоплазией нижней
челюсти, микроцефалией, пороками сердца, почек и органов пищеварения.
Следует заметить, что для всех аутосомных анеуплоидий характернатриада: множественные пороки развития органов, олигофрения и значительное сокращение продолжительности жизни.
Значение внешних и внутренних этиологических факторов в развитии
заболеваний. По вкладу причинного фактора (наследственного или
внутреннего и внешнего) в механизм развития болезней их можно разделить
на 3 вида.
•
Заболевания, пенетрантность которых не зависит от факторов окружающей среды. Главной причиной их возникновения является нарушение генотипа. Внешние факторы влияют лишь на экспрессивность
(выраженность) признаков болезни. Примерами являются все
описанные выше наследственные заболевания.
101
•
Наследственные болезни, в проявлении которых существенную роль
играют факторы окружающей среды. Например, подагра развивается
только у 10 % носителей аутосомно-доминантного гена, кодирующего
синтез фермента аденинфосфорибозилтрансферазы (доминантный ген
с неполной пенетрантностью). Нарушения пури- нового обмена,
отложения солей мочевой кислоты с последующим развитием артритов
развиваются обычно у тех людей (носителей этого гена), которые
употребляют много мясной пищи, виноградных вин, в организм которых
поступает много молибдена. У 10—20% людей европейской расы, а
также у 70—100 % представителей восточных народов, негров, индейцев
Америки в кишечнике отсутствует фермент 3-галактозидаза
(аутосомно-рецессивное наследование). После употребления в пищу
молока у них возникают метеоризм, диарея, нарушения моторной
функции кишечника из-за нарушения усвоения молочного сахара. У
гетерозиготных носителей гена серповидно-клеточной анемии гемолиз
эритроцитов возникает только при снижении парциального давления
кислорода в воздухе. У лиц с фавизмом (см. выше) гемолиз эритроцитов
наблюдается после приема сульфаниламидов.
•
Болезни с наследственной предрасположенностью — это болезни, в
развитии которых главную этиологическую роль играют факторы
окружающей среды, а генотипические, конституциональные особенности создают лишь благоприятные внутренние условия для развития
патологии. Эти болезни называются м ул ь т и фа кт ор и ал ь н ы м и и
составляют приблизительно 92 % от общей патологии человека.
Принято считать, что большинство ненаследственных болезней в
большей или меньшей степени генетически детерминировано. Для
большого числа заболеваний уже выявлены и генетические маркеры
наследственной предрасположенности, в большинстве случаев
связанные с главным комплексом гистосовместимости.
Примерами заболеваний с наследственной предрасположенностью
являются гипертоническая болезнь, ИБС, атеросклероз, сахарный диабет,
язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, аллергия (атопия), лейкозы и
другие злокачественные болезни. Наследственная предрасположенность
прослеживается также при туберкулезе, пиелонефрите и др. Основными
критериями заболеваний с наследственной предрасположенностью следует
считать:
•
наличие патогенетических и ассоциированных маркеров предрасположения;
•
относительно невысокая конкордантность (совпадение) болезни у
монозиготных близнецов (60 %);
•
однотипность проявлений болезни у больного ребенка и ближайших
родственников;
•
чем реже встречается болезнь в популяции, тем выше риск для родственников пробанда и тем больше разница в величине риска между
родственниками 1-й и 2-й степени родства и между родственниками 2-й
и 3-й степени;
•
чем сильнее выражена болезнь у пробанда, тем выше риску его родственников;
•
риск для родственников пробанда будет выше, если имеется другой
больной — кровный родственник;
•
в случае разницы в частоте болезни по полу риск для родственников
будет выше, если пробанд относится к менее поражаемому полу.
Методы изучения наследственной патологии. При изучении наследования как нормальных, как и патологических признаков человека
медицинская генетика использует несколько методов.
К л ин и ко - г ен еа ло г и че ск и й м ет од сводится к составлению родослов
ных и проведению их генеалогического анализа. Составление родослов ной
начинается от пробанда, которым называется лицо, первым попав шее в
поле зрения врача. Целью анализа является установление наследственного
характера признака и типа наследования.
Б л и зн е цо вы й м ет о д позволяет оценить степень вклада в патогене,
заболевания наследственности и факторов внешней среды. Проводится
оценка конкордантности (совпадаемости) и дискордантности (несовпа
даемости) отдельного признака или заболевания у монозиготных (одно
яйцовых) и дизиготных (двуяйцовых) близнецов.
П о п ул я ц и он но - ст ат и ст и че с к и й м ет од заключается в исследование
признаков в больших группах людей, различающихся по наследственные
характеристикам (раса, нация, этническая группа, изоляты) или условиям
жизни. Метод позволяет изучить значение наследственных факторов в
антропогенезе, частоту наследственных болезней, роль генотипа и внешних
факторов в развитии мультифакториальныхболезней, причины разной
частоты наследственной патологии в разных географических зонах или в
разных популяциях.
Ц и т ог ен е т ич е с к ие м ет о д ы (ан а лиз ка р иот и па и по ло во го хро м ат и на )
используют при обнаружении у пробанда в ходе клинического обследования
признаков какого-либо хромосомного синдрома, у детей с множественными
врожденными пороками развития неясной этиологии, у супругов при
многократных спонтанных абортах и мертворождениях, при определении
прогноза здоровья потомства для оценки риска рождения ребенка с
наследственной патологией, особенно при отягощенном анамнезе.
Д е р мат о гли ф и к а — метод изучения рельефных узоров на коже, образуемых папиллярными линиями и гребешками (дерма — кожа, glypho —
рисовать). Папиллярный рисунок кожи (например, ладоней) находится под
генетическим контролем, поэтому специалист, владеющий специальными
навыками, может по изменению рисунка на ладонях выявить признаки
наследственной болезни или наследственной предрасположенности к
какому-то заболеванию.
В зависимости от поставленной задачи наряду с чисто генетическими
могут быть привлечены и другие методы исследования: б и ох и м и чес к и е?,
ц и т ол о ги ч ес к и е, и мм ун о ло ги ч е ски е и др.
Глава 4. Иммунитет и его место в патологии
Учение об иммунитете сложилось в конце прошлого века на основе
многовековых поисков путей противостояния инфекциям. Решающую роль в
формировании этого учения сыграли работы Л. Пастера, который создал и
теоретически
обосновал
подходы
к
специфической
профилактике
инфекционных заболеваний (70—80-е годы XIX в.). Слово «immunitas», от
которого произошло название новой науки, означает освобождение от
обязанностей (например, от уплаты налогов) или юридическую неприкосновенность личности. Первоначально иммунитет рассматривался только как
состояние устойчивости к инфекционным заболеваниям. Позже это понятие
расширилось, и в настоящее время с ним связывают способность организма
сохранять свою биологическую индивидуальность и отражать биологическую
агрессию в двух ее основных проявлениях — внешней (в форме инфекций) и
внутренней (в виде злокачественных опухолей).
Общепринятым является представление, что возникновение механизмов
иммунитета в ходе эволюции послужило ответом на повышение опасности
инфицирования многоклеточных организмов патогенами, а также развития в них
злокачественных новообразований вследствие мутирования соматических
клеток. Механизмы иммунитета явились формой защиты против этих форм
биологической агрессии. Кроме того, иммунные механизмы обеспечивают
удаление из организма белков, измененных в процессе жизнедеятельности и
при патологических процессах. Весь этот комплекс реакций определяет
гомеостатическую функцию иммунитета, его роль в поддержании биологической
индивидуальности многоклеточных организмов.
Т а к и м о бразом, иммунная защита, основываясь на мобилиза ции
нормальных механизмов, проявляется в условиях, связанных с
угрозой раз вития патологии (инфекций, опухолей). Кроме того иммунная система сама по себе может быть объектом или источником патологических процессов (иммунопатология). В связи с этим некоторые аспекты
иммунологии уместно рассматривать в рамках патологической физиологии.
4.1. Основные представления о строении
и функционировании иммунной системы
Распознавание агрессивных агентов при иммунной защите не может
основываться на регистрации их вредного воздействия на организм (такая
защита была бы запоздалой). В процессе эволюции реализовалась другая
стратегия, которая основывается на том, что агрессивные агенты чужеродны для
организма. Это относится как к возбудителям инфекций так и к опухолевым
клеткам, которые приобретают черты чужеродносги вследствие мутаций.
Поэтому в основе иммунного распознавания лежит выявление в составе клеток,
присутствующих во внутренней среде организма, маркеров чужеродности —
субстанций, обозначаемых как а н тигены.
Иммунная защита включает триаду процессов
—
распознавание чужеродных агентов;
—
удаление их из организма;
—
запоминание, обусловливающее ускоренную реакцию на повторное
воздействие тех же агентов
Эти процессы в своей совокупности образуют иммунный ответ Огромный
объем сведений о строении и функционировании иммунной системы может быть
представлен здесь лишь в максимально схематизированной форме
Структурная организация иммунной системы
1.
Клетки иммунной системы можно разделить на антигенраспознаю- щие,
вспомогательные и стромальные.
105
Антигенраспознающими клетками являются лимфоциты, 1 которые несут
на своей поверхности рецепторы, предназна- | ченные для связывания
антигенов.
Лимфоциты обусловливают специфический компонент иммунной защиты,
направленный против конкретного антигена. К вспомогательным клеткам
относят макрофаги, сегментоядерные лейкоциты, дендритные, тучные и другие
клетки, которые осуществляют различные функции — подготавливают антигены
к их распознаванию лимфоцитами, осуществляют фагоцитоз, секретируют
активные субстанции и т д Стромальные клетки служат каркасом лимфоидных
органов и формируют микроокружение, обеспечивающее функционирование
других клеток иммунной системы.
2.
Органы иммунной системы (лимфоидные органы) разделяются на
центральные (вилочковая железа, у птиц — сумка Фабриция), в которых
происходит развитие клеток иммунной системы, и периферические (лимфатические узлы, селезенка, лимфоидные образования пищеварительного
тракта), где эти клетки реализуют свои функции (схема 4 1) В зависимости от
того, в каких центральных органах происходит развитие лимфоцитов, их
разделяют на тимусзависимые (Т-клетки) и бурсазави- симые (В-клетки; у
млекопитающих В-клетки развиваются в костном мозге) Развитие лимфоцитов
контролируется клетками стромы и их продуктами, развитие Т-клеток —
эпителием вилочковой железы и вырабатываемыми им пептидными гормонами
В периферических лимфоидных органах есть структуры, в которых
преимущественно локализуются В- или Т-клетки, и отделы, в которых эти клетки
соседствуют друг с другом.
Пути рециркуляции лимфоцитов
С х е м а 4 1 . Структура иммунной системы. Отражены взаимоотношения центральных
и периферических органов иммунной системы, направление миграции лимфоцитов
(указано стрелками) в процессе созревания и рециркуляции.
В — В-лимфоциты; Т — Т-лимфоциты, М — моноциты, Г — гранулоциты
106
3. Лимфоциты непрерывно рециркулируют, т.е перемещаются из органов в
лимфо- и кровоток и возвращаются обратно. При этом сохраняется
избирательность их поступления в органы иммунной системы, хотя не
обязательно именно в те органы, из которых они вышли. Это сродство
обеспечивается благодаря распознаванию рецепторами лимфоцитов молекул
адгезии, характерных для лимфоидныхорганов. Существует два относительно
автономных круга рециркуляции. Один из них включает лимфатические узлы и
селезенку, второй — лимфоидные скопления и структуры слизистых оболочек
пищеварительного, дыхательного, уроге- нитального и другихтрактов, т.е.
лимфоидную ткань слизистых оболочек. В организме есть участки
(иммунологически
привилегированные
зоны),
недоступные
для
рециркулирующих лимфоцитов.
Основы иммунного распознавания
1 . Ан т иг ены — это вещества (чаще всего белки или полисахариды), генетически
чужеродные для конкретного организма и способные вызвать в нем иммунный
ответ — реакцию, направленную на удаление антигена из внутренней среды
организма. Основные свойства антигенов — специфичность, иммуногенность и
чужеродность. Специфичность антигенов определяется небольшими
химическими группами, обладающими химической индивидуальностью. Их
называют антигенными детерминантами, или эпитопами. Обычно эти
структуры отсутствуют в реагирующем организме; это и означает, что антиген
для него чужероден. Именно эпитопы распознаются специфическими
рецепторами лимфоцитов. Для обеспечения иммунного ответа на антиген,
помимо присутствия в его молекуле эпитопов, необходимы дополнительные
свойства, обеспечивающие им- муногенность молекулы (наличие нескольких
эпитопов, гибкость и стабильность структуры, некоторые особенности
метаболизма и т.д.). Для обозначения антигенов, к которым в организме
формируется повышенная чувствительность, т.е. развивается иммунный ответ
аллергического типа, используют термин а л л ер ге н. Аллерген может не
обладать всеми атрибутами антигенов. Так, нередко аллергенами служат
низкомолекулярные соединения, которые определяют специфичность
аллергической реакции, но лишены иммуногенности; они приобретают ее,
соединяясь с белками организма.
2.
Каждый лимфоцит несет на своей поверхности рецепторы, предназначенные для распознавания антигена [антигенраспознающие рецеп торы). Они идентичны по специфичности (т.е. распознают один и тот же эпитоп)
и другим свойствам. Клетки, несущие одинаковые рецепторы, происходят от
одного предшественника и образуют клон.
3.
Важнейшими молекулами, предназначенными для распознавания и
связывания антигенов (точнее их эпитопов), являются иммуноглобу лины.
Они существуют в двух формах — связанной с мембранами В-лимфоцитов и
свободной растворимой форме. В первом случае они выполняют роль
антигенраспознающих рецепторов В-клеток, во втором — функцию а нт ит ел.
Антитела секретируются плазматическими клетками, которые образуются в
результате дифференцировки В-лимфоцитов. Иммуноглобулины — рецепторы и
107
антитела — способны связывать и, следовательно, распознавать антигены как в
растворимом состоянии, так и в форме, связанной с клеточной мембраной.
Иммуноглобулины состоят из тяжелых и легких полипептидных цепей (обычно
две пары), N-концевые части которых формируют антигенсвязывающий участок,
а С-концевая (Fc) часть определяет разновидности иммуноглобулинов —
изотипы (IgM, IgG, IgA, IgD, IgE).
4.
Распознавание антигена T-лимфоцитами обеспечивается благодаря
присутствию на их поверхности рецепторов, в составе которых содержатся
димеры (ар или уб), по своей структуре родственные, но не идентичные
иммуноглобулинам. Они распознают не свободный антиген, а его пептидные
фрагменты, встроенные в аутологичные молекулы главного комплекса
гистосовместимости (МНС — от англ. «Major histocompatibility complex»).
Пептидные
фрагменты
могут
формироваться
при
расщеплении
внутриклеточных антигенов или при поглощении клеткой экзогенных молекул. В
первом случае их фрагменты встраиваются в молекулы МНС I класса, во втором
— в молекулы МНС II класса. Молекулы МНС-1 содержатся на поверхности всех
ядросодержащих клеток, а молекулы МНС-И — только на клетках,
специализированныхдля «презентации», т.е. представления антигенов
Т-лимфоцитам. Эти клетки называют антигенпрезенти- рующими; к ним относят
дендритные клетки, макрофаги, В-лимфоциты.
В особых случаях, иногда связанных с патологией, функцию презентации
антигена приобретают другие клетки, в частности эпителиальные.
5.
В распознавании комплекса молекул МНС и антигенных пептидов
участвуют вспомогательные молекулы — корецепторы CD4 и CD8 (молекулы,
расположенные на поверхности клеток иммунной системы, обычно обозначают в
соответствии с международной классификацией символами CD с
соответствующим
номером;
эти
молекулы
выявляют
с
помощью
моноклональных антител, объединенных в группы, кластеры, и CD — это
сокращение слов «cluster designation»). CD8 обладают сродством к молекулам
МНС-1 и участвуют в распознавании пептидов, находящихся в составе этих
молекул; CD4 обладают сродством к молекулам MHC-II и облегчают
распознавание связанных с ними пептидов. Зрелые Т-клетки экспрессируют
лишь один тип корецепторов. Т-клетки, несущие на своей поверхности CD8,
выполняют функции цитотоксических Т-лимфоцитов (киллеров), а С04+-клетки —
функции клеток-помощников (хелперов).
6.
Специфичность рецепторов лимфоцитов формируется в процессе их
дифференцировки в результате комбинации и видоизменения нескольких
генетических участков, ответственных за структуру вариабельной части молекул
иммуноглобулинов или рецепторов Т-клеток. В конечном счете в клетке
создается «зрелый V-ген», который и определяет специфичность
антигенраспознающего рецептора лимфоцита. В каждой клетке этот ген
индивидуален, и специфичность рецептора уникальна. Совокупность
рецепторов, экспрессированных на всех лимфоцитах, формирует «первичный
антигенраспознающийрепертуар». Он содержит наряду с необходимыми
108
для защиты организма ненужные и потенциально аутоагрессивные
специфические структуры. Поэтому он подвергается коррекции путем
поддержания необходимых для организма клонов лимфоцитов (положительная
селекция) и удаления лишних и вредных клонов (отрицательная селекция).
Особенно важной является селекция клонов Т-лимфоцитов, которая происходит
в вилочковой железе. В результате формируется окончательный
антигенраспознающий репертуар Т-клеток, включающий клоны, которые
распознают чужеродный пептид в составе аутологичной молекулы МНС
(«измененное свое»). Нарушение процессов селекции клонов лимфоцитов
может служить основой аутоиммунных процессов.
Иммунный ответ
1 . И м м унны м от вет ом называют специфическую реакцию, направленную на
удаление конкретных чужеродных субстанций (антигенов) из внутренней среды
организма и формирование иммунологической памяти об этих антигенах.
Иммунный ответ имеет две взаимосвязанные составляющие, основой которых
служат механизмы естественной резистентности и специфической иммунной
реактивности (схема 4.2.).
109
N ( коржики pa шигиг
«UvpHMlUH О ОНК'ТЛ
Схема 4.2. Развитие иммунного ответа.
2.
Филогенетически более древние механизмы естественной резистентности
связаны с воспалительной реакцией. Они включают примитивные механизмы
обнаружения чужеродных субстанций, в частности, основанные на узнавании
белками-лектинами определенных углеводных групп, которые несвойственны
данному организму или присутствуют на его клетках в замаскированной форме
(лектиновое распознавание).
3.
Основным результатом действия факторов естественной резистентности
является цитолиз — гибель и расщепление чужеродных клеток. Существует три
типа механизмов цитолиза: внеклеточный (обусловленный секретируемыми
продуктами), внутриклеточный (осуществляемый путем ф а г о ци т оз а ) и
контактный (его основой служат сигналы, возникающие при межклеточных
контактах, которые включают активную, т.е. требующую затрат энергии и
участия ферментов форму гибели клеток-мишеней — апоптоз). Внеклеточный
цитолиз обычно осуществляют эозинофилы, внутриклеточный — нейтрофилы и
макрофаги, контактный — естественные киллеры.
4.
Наиболее эффективной формой цитолиза является внутриклеточ ный цитолиз, осуществляемый по механизму фагоцитоза, т.е. поглощения
объекта клеткой. Это связано с тем, что внутриклеточная среда содержит
наиболее полный набор факторов, способных вызвать гибель и расщепление
110
клеток. Важными предпосылками фагоцитоза являютсяхе- м о т а к сис
(направленное движение фагоцита в сторону объекта, обусловленное
химическими веществами, которые он выделяет) и распознавание объекта
фагоцитоза мембранными рецепторами фагоцитов. Последнее облегчается
при о пс он из а ц и и клеток — связывании с их поверхностью антител или
компонентов комплемента, которые распознаются рецепторами фагоцитов.
При поглощении объекта формируется фагосома, которая сливается с
лизосомой, содержащей необходимый набор бактерицидных агентов. Здесь
происходят гибель объекта фагоцитоза и его расщепление с последующим
выбросом продуктов деградации. Основными агентами, вызывающими
гибель фагоцитированных клеток, являются продукты кислородного
метаболизма (активные формы кислорода, 4 перекиси), производные
галогенов, окись азота, некоторые ферменты и другие факторы.
5.
Естественные киллеры лишены антигенраспознающих рецепторов; им
свойственно лектиновое распознавание углеводных структур, которые
присутствуют на поверхности быстро делящихся (в частности, опухолевых и
трансформированных вирусами) клеток и некоторых чужеродных агентов.
NK-клетка выделяет в зону контакта перфорин, формирующий в мембране
клетки-мишени пору, через которую в нее проникают молекулы, включающие
апоптоз клеток-мишеней. Распознавание NK-клетками аутологичных
молекул МНС-1 приводит к блокаде цитолиза, что служит механизмом
защиты собственных клеток организма.
6.
Цитолиз может быть вызван также гуморальными факторами си стемы комплемента. Эта система включает несколько компонентов комплемента, активируемых по каскадному принципу. Запуск активационно- го
каскада вызывают иммунные комплексы (классическая активация
комплемента) или взаимодействие с поверхностью чужеродных клеток
(альтернативная активация). Результатом активации системы комплемента
является опсонизация клеток его компонентами (в основном СЗЬ) и
формирование пор в клеточной мембране. Активация сопровождается
освобождением пептидов — продуктов расщепления компонентов комплемента (СЗа, С5а), которые оказывают хемотаксическое и сосудорасширяющее действие.
7.
Клетки, обеспечивающие естественную резистентность, особенно
макрофаги, секретируют бактерицидные и другие факторы, в частности
провоспалительные цитокины — интерлейкины (ИЛ) 1 и 6, фактор некроза
опухоли, хемокины (цитокины с хемотаксической активностью).
Цитокины — белковые продукты клеток, лишенные специфичности
в отношении антигенов и определяющие межклеточные
взаимодействия при воспалении, иммунном ответе, гемопоэзе,
межсистемных коммуникациях.
8.
Связующим звеном между факторами естественной резистентности и
антигенспецифической составляющей иммунного ответа служат антигенпрезентирующие клетки. Дендритные клетки кожи (клетки Лангер- ганса) и
слизистых оболочек поглощают, обрабатывают антиген, мигрируют в
лимфоидные органы и в них «представляют» CD4+ Т-хелпе- рам антигенный
111
пептид в составе молекул МНС-Н. Этот процесс является ключевым событием
иммунного ответа. Для активации Т-хелперов, помимо распознавания
комплекса антигенный пептид— молекула МНС-И, требуется действие
дополнительных сигналов — костимуляция. Она достигается благодаря
взаимодействию молекул CD80 и CD86 антигенпред- ставляющей клетки с
молекулой CD28 Т-хелпера и молекулы CD40 анти- генпредставляющей клетки с
молекулой CD154 на поверхности Т-хелпера.
9.
Активация лимфоцитов является результатом передачи сигнала от
антигенспецифического рецептора и дополнительных рецепторов (корецепторов) к регуляторным участкам генов, индукция которых необходима для
проявления функций лимфоцитов. Сигнал передается путем последовательной
активации ферментов (киназ), с участием которых происходит формирование
активных форм транскрипционных факторов, способных индуцировать
активность соответствующих генов. У лимфоцитов это прежде всего гены
ростовых факторов и их рецепторов.
Активация создает предпосылки для пролиферации и дифференцировки лимфоцитов. Важность пролиферации обусловлена
исходной малочисленностью клеток в тех клонах,
которые вовлекаются в иммунный ответ.
Для достижения эффективного иммунного ответа численность клеток
должна существенно увеличиться. Это достигается путем действия на
активированные клетки цитокинов, обладающих активностью факторов роста.
Для Т-лимфоцитов это преимущественно ИЛ-2, для В-лимфоцитов — ИЛ-4.
10. Дифференцировка Т-хелперов происходит при участии контактных
стимулов со стороны антигенпрезентирующих клеток, а также действия
цитокинов. ИЛ-12 и интерферон у способствуют дифференцировке CD4fклетоквхелперы первого типа (Th1), ИЛ-4 — вхелперы второго типа (Th2). Th1 - и
ТИ2-клетки секретируют различные наборы цитокинов; для Th1 — это
интерферон у, ИЛ-2, лимфотоксин и ряд цитокинов, общих с ТН2 (ИЛ-3, ГМ-КСФ
и т.д.), для Th2 — ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-6, ИЛ-9, ИЛ-13 и упомянутые «общие»
цитокины. Th1-лимфоциты направляют развитие иммунного ответа в сторону
реакций клеточного типа, ТИ2-клетки — в сторону реакций гуморального типа.
Между Th1 - и ТИ2-клетками существуют отношения антагонизма.
11. Основой гуморального иммунного ответа служит реакция В-лимфоцитов
на связывание свободного антигена и костимуляцию со стороны ТИ2-хелперов.
Взаимодействие В-клеток и Т-хелперов является двусторонним: В-лимфоциты
выполняют роль антигенпрезентирующих клеток и в то же время получают от
них костимулирующий сигнал, запускаемый через молекулу CD40. Он
обеспечивает выживаемость активированных В-лимфоцитов, переключение
изотипов иммуноглобулинов в последовательности IgM, IgG, IgE, IgA и
обеспечивает непрерывное повышение сродства (аффинитета) рецептора и
антител к антигену. Эти процессы завершаются дифференцировкой
В-лимфоцитов в плазматические клетки, которые секретируют антитела,
112
12. lgM-антитела, образующиеся на начальных этапах иммунного ответа,
обладают низким сродством к антигену; lgG-антитела, представляющие собой
основной тип антител, обладают более высоким сродством к антигену и
разнообразным спектром биологических эффектов. lgA-анти- тела способны
проникать сквозь эпителиальные клетки слизистых оболочек и обеспечивать их
защиту. lgE-антитела являются ключевыми факторами аллергических реакций I
типа, участвуют в защите от паразитов. При связывании антител с растворимым
антигеном образуются иммунные комплексы, которые легко фагоцитируются и
расщепляются макрофагами. Фиксация антител, особенно изотипа IgG, на
клетках-мишенях (опсонизация) делает их более чувствительными к действию
факторов комплемента, а также фагоцитов, естественных киллеров, которые
имеют Fc-рецепторы, взаимодействующие с «хвостовой» Fc-частью lgG-антител.
13. Клеточный иммунный ответ обеспечивается Т-клетками. Существует две
его разновидности — цитотоксический ответ и гиперчувстви тельность
замедленного
типа
(ГЗТ). Первый тип ответа осуществляется
цитотоксическими (CD8+) Т-лимфоцитами; ГЗТ реализуется в основном
С04+-клетками и макрофагами. Цитотоксические Т-лимфоциты, дифференцировавшиеся и размножившиеся под влиянием ИЛ-2, распознают
антигенный пептид, связанный с молекулами MHC-I, и лизируют их. Лизис
осуществляется путем индукции апоптоза клеток-мишеней в основном по
перфориновому механизму (см. п. 5).
14. ГЗТ развивается в две фазы. Во время индукторной фазы происходят
сенсибилизации CD4+ Т-клеток в ответ на действие антигена в составе молекулы
MHC-II и их дифференцировка в хелперы Thl-типа, При повторном поступлении
антигена развивается эффекторная фаза ГЗТ: Th1-клетки мигрируют в очаг
поражения, выделяют интерферон <gamma>, активирующий макрофаги,
которые проявляют фагоцитарную, секреторную и киллерную активность.
Цитокины, выделяемые Т-клетками при всех вариантах иммунного ответа,
активируют естественные киллеры, значительно повышая цитолитическую
эффективность.
15. Параллельно формированию эффекторных механизмов в процессе
иммунного ответа образуются клетки памяти. Это — долгоживущие лимфоциты
Т- и В-классов, которые непосредственно не участвуют в первичном иммунном
ответе, но обеспечивают ускоренное развитие более интенсивной и
генерализованной реакции на повторное поступление того же антигена —
вторичного иммунного ответа.
113
Контроль и регуляция иммунного ответа
1.
Способность к иммунному ответу контролируется генетически. Уровень
ответа на конкретные антигены определяется генами, локализованными в
главном комплексе гистосовместимости (МНС), эффект которых реализуется на
уровне
обработки
и
«представления»
антигенных
пептидов
антигенпрезентирующими клетками Т-хелперам.
2.
Регуляция уровня иммунного ответа осуществляется гормонами и
медиаторами вегетативной нервной системы, а также регуляторными пептидами. Характер действия гормонов определяется их концентрацией в крови.
При физиологической концентрации они, как правило, способствуют развитию
иммунного ответа. При высокой (фармакологической) концентрации некоторые
из них по преимуществу ингибируют иммунные процессы (это относится к
гормонам коры надпочечников, являющимся классическими индукторами
апоптоза лимфоцитов, АКТГ, адреналину, половым гормонам, (3-эндорфинам,
адренергическим медиаторам), другие (гормон роста, пролактин, гормоны
щитовидной железы, инсулин, а-эн- дорфины, холинергические медиаторы), как
правило, стимулируют иммунный ответ. В то же время ряд цитокинов (особенно
ИЛ-1) оказывает влияние на активность нервной и эндокринной систем.
Пептидные гормоны, выделяемые эпителиальными клетками вилочковой
железы — ти- мулин, тимозины, тимопоэтины — могут быть отнесены
одновременно к продуктам иммунной и эндокринной систем.
3.
Иммунный ответ подвержен ауторегуляции. Накопление lgG-анти- тел в
свободном и особенно связанном с антигенами виде подавляет дальнейшее
развитие гуморального ответа, действуя через Fc-рецепторы ре- гуляторных и
эффекторных клеток. Ингибирование достигается также по механизму
идиотипического контроля — через образование антител к эпитопу
антигенраспознающей части молекулы антител (их идиотопу).
4.
Основной клеточный механизм иммунорегуляции реализуется с участием
супрессорных Т-клеток. Супрессорную функцию выполняют в основном CD8+клетки. Главным объектом ихантигенспецифическогоин- гибирующего влияния
являются Т-хелперы. CD8+-T-cynpeccopbi оказывают свое влияние как путем
контактных взаимодействий, так и через выделение гуморальных факторов.
С04+-клетки также могут выступать в роли супрессоров, что проявляется во
взаимном подавлении активности Th1- и Т112-хелперов. Супрессорной
активностью обладают также активированные макрофаги и NK-клетки.
4.2. Общая стратегия иммунной защиты
Существует два основных направления защитной деятельности иммунной
системы при патологических ситуациях — формирование рези стентности к
инфекциям и предотвращение развития опухолей.
В случае внедрения патогенов инфекционной природы роль иммунных
механизмов на первых порах состоит в срочном ограничении их размножения и
распространения. Это достигается благодаря включению
114
факторов естественной резистентности, которые активируются самими
микроорганизмами и их продуктами. Механизмы естественной резистентности
обеспечивают выживание организма в ранний период агрессии, но не способны
эффективно устранить агрессивный агент. Поэтому в дальнейшем защита
строится на сочетании факторов естественной резистентности и адаптивного
иммунитета. При этом очень существенна адекватность выбора пути
адаптивного ответа, направляемого хелпера- ми первого или второго типов (Th1,
Th2) (табл. 4.1).
Т а б л и ца 4.1
Показатели
Th1
Свойства С04-клеток (Т-хелперов)
типов Th1 и Th2 Th2
Факторы,
Высокие или низкие дозы
благоприятст
антигена, высокая плотность
вующие индукции антигена на поверхности АПК,
действие ИЛ-12 и ИФН у
Ключевые
ИФНу, ИЛ-2,
цитокины
Фнор
Функции
Обусловливают развитие ГЗТ,
цитотоксического ответа,
активацию макрофагов,
подавление гуморального
ответа
Защитная роль
Повреждающая
роль
Промежуточные дозы
антигена, низкая плотность
антигена на поверхности
АПК, действие ИЛ-4
ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-6, ИЛ-10
Обусловливают развитие
гуморального иммунного
ответа, активацию эозинофилов и тучных клеток,
подавление клеточного
ответа
При внутриклеточных
При гельминтозах,
инфекциях (вирусы,
внеклеточных инфекциях
микобактерии,лейшмании
(энтеробактерии, клости т.д.), опухолях
ридии, вибрионы), защита
действия
от эзотоксинов
При аутоиммунных процессах, При аллергии, некоторых
отторжении трансплантатов
аутоиммунных процессах
Условные обозначения: АПК — антигенпрезентирующие клетки, ИФН — интерферон,
ФНО — фактор некроза опухоли.
I Th1-зависимый клеточный ответ защищает организм от внутриклеточных
патогенов, включая вирусы и микобакте- рии; он же обусловливает
специфическую противоопухолевую резистентность. ТЬ2-зависимая
гуморальная
защита
эффективна
при
инфицировании
внеклеточными патогенами, в частности микроорганизмами,
выделяющими экзоток- I синь!, а также при паразитарных инвазиях.
Неадекватное направление дифференцировки Т-хелперов обычно
приводит к неэффективности иммунной защиты, что четко показано на примере
лейшманиоза и проказы, при которых защита обусловлена участием Th1-клеток,
и преобладание ТЬ|2-зависимых механизмов определяет неблагоприятное
течение заболевания. Более подробно взаимодействие иммунной системы и
инфекционных агентов рассматривается в курсе микробиологии.
115
В основе учения о противоопухолевом иммунитете лежит концепция
иммунного надзора, согласно которой иммунная система постоянно
контролирует «правильность» антигенной структуры собственных клеток
организма, выявляет измененные молекулы и удаляет клетки, которые их несут.
Включение иммунных механизмов при опухолевых процессах обусловлено
экспрессией при многих опухолях антигенов, не свойственных зрелому
организму (не обязательно истинно чужеродных, чаще — эмбриональных), в том
числе продуктов онкогенных вирусов
Основой противоопухолевой иммунной защиты служат мобилизация и
активация естественных киллеров, а также Th1- ' зависимых
механизмов, приводящих к формированию ци- тотоксичных
Т-лимфоцитов и активированных макрофагов.
Антитела не выполняют защитной функции и могут ослабить клеточно-опосредованную защиту.
Опухолевые клетки располагают механизмами, которые позволяют им
успешно избегать действия иммунных факторов. К этим механизмам относятся
маскировка или утрата опухолеассоциированных антигенов, ослабление
экспрессии молекул МНС-1, которые презентируют эти антигены, отсутствие
костимулирующих молекул, необходимых для активации Т-клеток, индукция
супрессорных клеток, секреция ингибирующих факторов различной природы,
индукция специфической неотвечаемости (иммунологической толерантности) к
антигенам опухоли
В конечном счете эффективность иммунной защиты против
опухолей определяется балансом иммунных механизмов и средств
самозащиты и маскировки опухолевых клеток.
На усилении иммунных механизмов основан ряд подходов к терапии
опухолей, в частности лечение цитокинами, некоторые методы гено- терапии.
Очевидно, частота злокачественных опухолей была бы значительно выше, если
бы иммунный надзор отсутствовал. В пользу этого свидетельствует повышение
частоты развития опухолей при подавлении иммунитета.
Таким образом, при биологической агрессии иммунная система вначале
мобилизует факторы естественной защиты, а затем подключает механизмы
адаптивного иммунного ответа, развивающегося при поступлении конкретных
антигенов. При этом осуществляется выбор пути иммунного ответа, способного
обеспечить наиболее эффективную защиту Известно четыре таких пути,
обусловленных включением гуморальных и клеточных иммунных механизмов
(два из них могут стать основой реакций гиперчувствительности).
Характеристика этих главных разновидностей иммунного ответа представлена в
табл. 4.2.
Тип ответа
Гуморальный
116
Т а б л и ца 4 2
Основные типы
иммунного ответа Назначение
Т-хелперы
Эффекторы
Th2
Антителообразующие
клетки (плазмоциты)
Защита от внеклеточных
микроорганизмов
и токсинов
Тип ответа
Гиперчувстви
тельность
немедленного
типа
Цитотоксическии
Гиперчувстви
тельность
замедленног о
типа
Т-хелперы
Эффекторы
Th2
lgE-продуцирующие,
ThO,Th1
Th1
Назначение
Защита от внеклеточных
тучные клетки,
эозинофилы
паразитов
Цитотоксические
р
Защита от вирусов
и опухолевых клеток
Защита
от внутриклеточных
микробов и паразитов
С08+-Т-клетки
С04+-Т-клетки,
макрофаги
Иммунологическая
толерантность.
Оптимальный
исход
при
трансплантации несовместимых тканей связан с формированием иммунологической толерантности.
П о д им м ун о ло ги ч е ско й т о лер ан т н ос т ь ю п он и ма ю т о т с ут с т в ие и м м у нн о й р еа к ц и и на ко н кре т н ы й ан т и г ен , т.е. « т е рп им о ст ь » ор га н из м а в
о т н о ше н ии э т о г о ан т и г ен а. Наиболее ярким примером иммунологической
толерантности является отсутствие иммунных реакций на собственные
антигены организма
Биологический смысл и значимость этого феномена стали особенно
очевидными после его искусственного воспроизведения при использовании
чужеродных антигенов. Эмбрионам мышей генетически чистой линии вводили
суспензию клеток, полученных из селезенки и других органов мышей другой
линии. Через 1,5—2 мес после рождения им пересаживали кожу от доноров той
же линии. Лоскут не отторгался, тогда как в контроле отторжение происходило в
течение 10—12 дней Аналогичные результаты получены в опытах с
объединением кровеносной системы куриных эмбрионов. Позже было показано,
что у других животных толерантность может быть индуцирована введением
аллогенных клеток в первые сутки после рождения. Толерантность удалось
индуцировать также у взрослых реципиентов при условии предварительной
обработки факторами, повреждающими лимфоидные клетки, — радиацией или
введением иммунодепрессантов, например циклофосфамида.
И м м у но ло ги ч е с ка я т о л ера нт н о ст ь — эт о не про ст ое со с т оя н и е
и м м у нод епр е сс и и , поскольку неотвечаемость распространяется только на
антигены, использованные для индукции толерантности, при сохранении
способности к нормальному иммунному ответу на посторонние антигены
По-видимому, во всех случаях условием поддержания иммунологической
толерантности к аллогенным тканям является установление химеризма
кроветворных клеток. Отмена иммунологической толерантности может
произойти спонтанно после удаления антигена, особенно в сочетании с
воздействиями, повреждающими лимфоциты, например облучением.
Основой формирования иммунологической толерантности служит
удаление клонов лимфоцитов, специфичных к соответствующим антигенам, или
индукция их устойчивой анергии. В индукции толерантности принимают участие
117
также супрессорные Т-лимфоциты, о чем свидетельствуют данные о
возможности переноса с Т-клетками состояния толерантности. Искусственная
иммунологическая толерантность может рассматриваться как аналог и
экспериментальная модель естественной толерантности организма к
собственным антигенам, которая также формируется в определенные периоды
онтогенеза в результате процессов отрицательной селекции клонов
Т-лимфоцитов.
4.3. Иммунодефицитные состояния
Как и любые системы организма, иммунная система подвержена патологическим процессам. Выделяют четыре основных типа иммунопатологии:
—
иммунная недостаточность (иммунодефициты) вследствие дефектов
развития или действия повреждающих факторов;
—
гиперчувствительность, или измененная реактивность, основной формой
которой является аллергия;
—
аутоиммунная патология;
—
опухоли иммунной системы, прежде всего лимфопролиферативные
процессы.
Ниже будут кратко охарактеризованы иммунодефициты, аутоиммунные и
лимфопролиферативные процессы.
И м м у но деф и ц и т ы ра зд е л яю т н а д ве гр уп п ы — пе рв и чн ы е (врожденные),
как правило, имеющие наследственную природу, и вт ор и чн ы е (приобретенные),
вызванные различными воздействиями, как эндогенными (болезни), так и
экзогенными (действием агрессивных физических и химических факторов).
Наиболее характерным клиническим проявлением иммунодефицитов служит
высокая подверженность заболеваниям, вызываемым микроорганизмами, в
частности простудным; для иммуноде- фицитных состояний характерна связь
инфекционных
заболеваний
с
оппортунистическими
агентами
(т.е.
сапрофитами,
в
норме
непатогенными).
При
некоторых
формах
иммунодефицитов повышается риск развития опухолей.
4.3.1. Первичные иммунодефициты
Г о у пп у п ерв и ч н ы х и мм у но де ф и ци т ов о б ра зу ю т за б о лев ан и я , в ос н ов е
к от ор ы х ле ж ит н ас ле д ст вен но о б у с ло вл енн а я д еф ект но ст ь ст ру к т у р ы и
ф у н к ц ио нир ов ан и я им м у нно й си с т е м ы , к от ор а я пр о яв л я ет с я в н ар у ш е нии
и м м у нно й за щ и т ы.
Первичные иммунодефициты — это очень редкие состояния (примерно 1
больной на 1 ООО ООО человек). Они являются почти исключительно уделом
детского возраста, поскольку значительная часть больных с тяжелыми формами
иммунодефицитов не доживает до 20 лет, а при более легких формах
иммунологические дефекты с возрастом в определенной степени
компенсируются.
118
Как правило, в основе первичных иммунодефицитов лежит генетически
обусловленный блок развития клеток иммунной системы или выпадение
важных иммунных процессов вследствие дефекта определенных молекул,
например ферментов или мембранных структур (схема 4.3).
II
Общий лимфоидаын предшественник
р( 'д шестое ш
шки
В-лимфоцитов
Тяжелый комбинированный иммунодефициты
(варианты, связанные с дефектами перестройки
рецепторных-ге
Х-сцеплепная агаммаСиндром ди Джоржи
нов)
глобулинемия (дефеки
Синдром Незелова
тирозиНкиназы btk
(дисгенезии тимус)
Дефицит CD3 клеток (дефециты
генов у и q пеней)
Синдром Вискота-Оддрича (дефект
CD43)
Атаксация-телеангиоэктазия
(дефекты репарации ДНК)
Тяжелый комбинированный иммупнодефецит
(варианты, связанные е дефектами АДА и ПНФ)
Зрелые
В-КЛ
С1К
И
Зрелые
Т-клетки )
Нарушения формирования, субпопуляций
Дефект развития
СБ4+клеток (дефекты генов
PEXnMIIC II)
Нарушение
функционирования CD4+
rmiep-IgM-синдром
(нарушение переключения
изотипои дефекта CD40L)
119
Дефект развития
СОВ^клеток (дефект
ZAP-70)
С х е м а 4 . 3 . Связь первичных иммунодефицитов с
нарушением развития лимфоцитов на определенных
стадиях.
120
Первичные иммунодефициты можно разделить по преобладающему типу
поражений звеньев иммунной системы на 3 типа:
—
комбинированные иммунодефициты;
—
иммунодефициты с преимущественным поражением клеточного
иммунитета;
—
преимущественно гуморальные иммунодефициты.
К первым относят заболевания, в основе которых лежат генетические
дефекты, затрагивающие различные линии дифференцировки лимфоцитов, а
также ранние этапы их развития, общие для Т- и В-линий. Во вторую группу
входят иммунодефициты, при которых нарушается развитие Т-клеток и
страдают опосредуемые ими реакции клеточного иммунитета; к этой же группе
относятся дефекты фагоцитирующих клеток. В группу гуморальных
иммунодефицитов включают патологию, в основе которой лежит нарушение
развития В-клеток и Т-хелперов гуморального ответа, а также патологию
компонентов комплемента.
В последние годы выясняются молекулярные основы поражения при
первичных иммунодефицитах. Одной из первых была расшифрована природа
комбинированных иммунодефицитов, связанных с недостаточностью
ферментов пуринового метаболизма. Известны варианты таких дефектов,
обусловленные мутациями генов, кодирующих аденозиндеза- миназу и
пуриннуклеотидфосфорилазу.
Основой
другой
формы
тяжелого
комбинированного иммунодефицита, затрагивающего Т- и В-ростки
лимфопоэза, служит дефект процесса перестройки генов антигенраспознающих рецепторов, связанный с отсутствием ферментов рекомбиназ, которые
катализируют этот процесс.
Очень разнообразен спектр генетически обусловленных нарушений
выработки антител. Их причиной может быть как поражение В-лимфоцитов (их
развития или экспрессии генов иммуноглобулинов), так и дефектность Т-клеток
(ослабление хелперной активности). Примером первого рода может служить
агаммаглобулинемия Брутона, сцепленная с Х-хро- мосомой. Ее основой
являются мутации гена, детерминирующего фермент тирозинкиназу btk,
которая связана с антигенраспознающим рецептором В-лимфоцитов.
Отсутствие этой тирозинкиназы делает невозможным развитие В-лимфоцитов
уже на самых ранних стадиях.
В основе другого первичного иммунодефицита — гипер-1дМ-синд- рома
лежит дефект CD154 — молекулы, появляющейся на поверхности Т-клеток при
их активации; в результате ее взаимодействия с молекулой CD40 поверхности
В-лимфоцитов в эти клетки передается сигнал, обеспечивающий их
дифференцировку в антителообразующие клетки, а также переключение
изотипов секретируемых антител. В отсутствие этого сигнала происходит синтез
иммуноглобулинов только одного изотипа — IgM, что сопровождается
ослаблением гуморального иммунного ответа. Существуют формы
гуморальных иммунодефицитов, при которых нарушено образование
иммуноглобулинов какого-либо одного изотипа. Среди таких селективных
дефектов наиболее частым является дефицит IgA.
121
При нем присутствуют В-лимфоциты, несущие мембранный IgA, однако не
образуются плазматические клетки, секретирующие 1дА-антитела.
Ряд комбинированных иммунодефицитов возникает при локализованных
дефектах генов мембранных молекул адгезии. Следствием таких мутаций
является нарушение миграции клеток, в первую очередь нейт- рофилов и
моноцитов/макрофагов, а также их взаимодействий с клетками других типов.
Примером могут служить сходные поражения, развивающиеся как результат
наследственных дефектов экспрессии (Р2-интегри- нов и углеводных
детерминант, распознаваемых селектином L. Эти поражения представляют
собой два варианта LAD-синдрома — дефицит адгезии лейкоцитов, признаком
которого является ослабление функции нейтрофилов, и повышение
чувствительности к гнойным инфекциям.
Дефекты компонентов комплемента представлены вариантами с поражением практически всех основных факторов классического и альтернативного путей активации комплемента. Как правило, выпадение единичных
компонентов системы комплемента проявляется в умеренном снижении
устойчивости к некоторым возбудителям. Лишь дефицит ингибитора С1 q
сопровождается развитием ангионевротического отека, обусловленного
накоплением вазоактивных пептидов С5а и СЗа.
Иммунодефициты, в основе которых лежит дефект генов цитокинов,
немногочисленны, что связано с «избыточностью» системы цитокинов, которая
обусловлена взаимозаменяемостью их функций. Лишь когда генетический
дефект затрагивает функцию многих цитокинов, это проявляется в тяжелых
расстройствах иммунитета, что происходит, например, при дефекте гена
у-цепи, общей для рецепторов интерлейкинов 2, 4, 7, 13 и 15.
В результате дефекта, затрагивающего ген мембранного сиалопро- теина
CD43, развивается синдром Вискотта—Олдрича, о чем свидетельствует
тромбоцитопения с геморрагическим синдромом в сочетании с экземой и
комбинированным иммунодефицитом. При этом заболевании аномально
функционирует цитоскелет, что отражается на подвижности клеток и
межклеточных взаимодействиях, важных для осуществления иммунных
процессов.
При атаксии-телеангиэктазии наблюдается поражение различных
функций, обусловленное слабостью аппарата репарации ДНК и нестабильностью хромосом, а также дефектами клеточного цикла. Это дает
неожиданное сочетание симптомов: комбинированный иммунодефицит
(недоразвитие вилочковой железы, дефицит Т-клеток и иммуноглобулинов
«поздних» изотипов — lgG2, lgG4, IgE, IgA), неврологические отклонения
(атаксия), поражение сосудистой стенки (телеангиэктазии), нарушение
пигментации.
Помимо рассмотренных «точечных» поражений иммунной системы
известны первичные иммунодефициты, развитие которых обусловлено
множественными дефектами, затрагивающими формирование в эмбриогенезе
различных органов, включая органы иммунной системы. Так, наследственный
порок, приводящий к нарушению развития у эмбрионов ч-1- ловека производных
3 и 4 жаберных щелей, служит основой синдрома Ди Джорджи с дефектом
развития вилочковой железы (она не заселяется предшественниками Т-клеток,
развитие которых прерывается на костномозговой стадии) и гистогенетически
родственных органов (паращито- видных желез и т.д).
Основным симптомокомплексом, отражающим нарушение иммунной
защиты при первичных иммунодефицитах, является инфекционный синдром,
т.е. понижение резистентности к инфекционным агентам, в том числе
сапрофитным (Pneumocystis carinii, Candida, цитомегаловирус, некоторые
энтеровирусы). Характер нарушений иммунной защиты определяется
локализацией поражения в иммунной системе. Так, при блокаде процесса
перестройки рецепторных генов отсутствуют как Т-, так и В-клетки и не
развиваются ни клеточные, ни гуморальные формы иммунного ответа. При
селективных дефектах определенных классов лимфоцитов, а также их
субпопуляций выпадают именно те иммунологические функции, за которые
ответственны поражаемые типы клеток. При блокаде развития В-клеток
развивается агаммаглобулинемия с нарушением гуморальной з&щиты от
внеклеточных бактерий и их токсинов, а при дефицитах Т-лимфоцитов
страдает клеточная защита от вирусов и микобактерий. При некоторых
формах первичных иммунодефицитов (атаксия-телеангиэкста- зия, синдром
Вискотта-Олдрича и т.д.) значительно повышается риск развития
злокачественных опухолей (до 10—15%). Нередко нарушения иммунологических функций регистрируются при нормальной численности
соответствующих клеток.
Клинико-иммунологическое обследование дает четкие результаты
лишь при тех формах первичных иммунодефицитов, при которых точно
локализован дефект. Так, при тяжелом комбинированном иммунодефиците
отсутствуют как Т-, так и В-клетки, при синдроме Ди Джорджи резко снижено
содержание Т-лимфоцитов, а при агаммаглобулинемиях — В-лимфоцитов. По
изменению концентрации иммуноглобулинов в сыворотке или компонентов
комплемента различных изотипов может быть установлена локализация
дефекта в системе гуморального иммунитета. Все большую диагностическую
значимость приобретает определение конкретных мембранных маркеров
клеток иммунной системы (молекул адгезии, CD154, CD43 и т.д.), а также
методы, позволяющие выявить мутации конкретных генов.
4.3.2. Вторичные иммунодефициты
В т о ри ч н ые , и л и пр ио бр ет енн ы е, и м м у нод е фи ц и т ы оп ред е л яю т к ак
, развивающееся
в пост натальном периоде вследствие действия внешних или внутренних
факторов, непосредственно не связанных с генетическим аппа ратом.
н ар у ш ен ие и м м ун но й з а щ ит ы ор г ан и зм а
Фактически эти иммунодефициты лишены самостоятельности и рассматриваются как состояния, сопутствующие известным заболеваниям или
действию повреждающих факторов.
Роль наследственного фактора в развитии вторичных иммунодефицитов
не исключается, поскольку чувствительность иммунной системы к действию
123
124
факторов, вызывающих формирование иммунодефицитных состояний,
варьирует часто и зависит от наследственности. Однако наследственные
факторы сами по себе, без действия индуктора, недостаточны для проявления
вторичного иммунодефицита.
Вторичные иммунодефицитные состояния чрезвычайно широко распространены: в большей или меньшей степени отклонения в иммунной системе
сопутствуют всем заболеваниям, особенно вирусным, ряду эндокринных и
метаболических поражений и т.д. Они проявляются при действии большинства
экстраординарных внешних агентов (классический пример — пострадиационный
иммунодефицит), втом числе неблагоприятных экологических факторов.
Известны физиологические иммунодефициты, свойственные раннему
постнатальному и старческому возрастам, а также иммунодефициты,
связанные со стрессом. Главное проявление вторичных (как и первичных)
иммунодефицитов состоит в понижении устойчивости к инфекционным
агентам, в частности к оппортунистическим, со склонностью кхронизации
воспалительных процессов. В ряде случаев регистрируется повышение частоты
развития злокачественных опухолей.
Основой многих проявлений вторичных иммунодефицитов является
гибель клеток иммунной системы, которая может реализоваться в
форме некроза (гибель вследствие нарушения целости мембраны)
или апоптоза (гибель в результате деградации ДНК, обусловленной
собственными ферментами клетки).
Апоптоз лимфоцитов развивается при действии многих лечебных
химиопрепаратов, облучения, а также кортикостероидов, уровень которых
существенно повышается при стрессовых состояниях. Другой механизм
инактивации клеток иммунной системы состоит в их функциональной блокаде,
достигаемой связыванием с поверхностью клетки или накоплением внутри
клетки агентов, ингибирующих их активность. Их роль могут выполнять
аутоантитела, цАМФ, простагландины и другие медиаторы воспаления,
некоторые цитокины, супрессорные и «блокирующие факторы» опухолей,
ингибирующие продукты патогенов.
Наконец, основой вторичных иммунодефицитных состояний может стать
дисбаланс клеток иммунной системы — эффекторныхи супрессор- ных клеток,
субпопуляций CD4+- и CD8+ Т-лимфоцитов, Т-хелперов Th1- и Th2-TNNOB.
Снижение
соотношения
CD4+/CD8+,
иногда
обозначаемого
как
иммунорегуляторный индекс, регистрируется при ряде заболеваний; это может
быть обусловлено какснижением численности С04+-хелперов вследствие
ослабления функции вилочковой железы и других причин, так и повышением
содержания
С08+-лимфоцитов,
которое
может
сопровождаться
превалированием супрессорной активности. Дисбаланс хелперов типов Th1 и
Th2 приводит к преобладанию гуморального или клеточного типа иммунной
защиты, который может оказаться неадекватным при конкретной форме
инфекции, о чем уже говорилось выше. Среди заболеваний, которые особенно
часто сопровождаются развитием вторичного иммунодефицита, следует
назвать хронические неспецифические заболевания легких, некоторые
эндокринопатии, ожоговую болезнь, хроническую почечную недостаточность.
Из инфекционных агентов, вызывающих поражение иммунной системы, на
первом месте стоят вирусы, которые часто проявляют тропность к
Т-лимфоцитам.
Вирусную этиологию имеет синдром приобретенного иммунодефицита
(СПИД) — единственная самостоятельная нозологическая форма вторичных
иммунодефицитов. Его вызывает лентивирус — вирус иммунодефицита
человека, ВИЧ-1 (HIV-1 — от англ. Human immunodeficiency virus). Основой
СПИДа является поражение клеток, несущих на своей поверхности молекулу
CD4, — Т-хелперов, макрофагов, дендритных клеток. Эта избирательность
обусловлена сродством белка др 120 оболочки ВИЧ-1 к молекуле CD4. Гибель
клеток связанэ не только с непосредственным цитопатогенным действием
вируса, но и с индукцией апоптоза клеток вследствие перекрестного
связывания CD4 белком др 120. При СПИДе прогрессивно снижаются все
формы иммунной защиты, в первую очередь клеточной.
Среди экзогенных факторов, способных вызывать вторичный иммунодефицит, наиболее важны ионизирующая радиация и цитотоксические
препараты, используемые в химиотерапии. В обоих случаях основной мишенью
повреждающего действия являются лимфоциты. Под влиянием высоких доз
этих факторов (при радиационных катастрофах, лечебном использовании
высоких доз облучения или химиопрепаратов) развивается комбинированный
иммунодефицит, который может привести организм к гибели вследствие
развития инфекционных осложнений.
При длительном действии малых доз ионизирующей радиации, химических агентов, загрязняющих среду обитания человека (пестицидов,
отходов промышленных предприятий) также развивается иммунодефицит. Он
может быть выражен слабо, и его природа не всегда ясна. Эта форма
иммунодефицита близка по генезу и проявлениям к возрастным
иммунодефицитам: радиация и другие неблагоприятные экологические
факторы ускоряют процесс старения иммунной системы.
Таким образом, иммунологическая недостаточность может развиваться
как вследствие генетических дефектов, затрагивающих формирование и
функционирование иммунной системы (первичные иммунодефициты), так и под
влиянием
внешних
и
внутренних
факторов,
действующих
на
сформировавшийся организм (вторичные иммунодефи- цитные состояния).
4.4. Аутоиммунные процессы
А у т о и мм унн ы м и называют патологические процессы, основой которых
служит самоподдерживающийся иммунный ответ на собственные антигены
организма, приводящий к повреждению клеток, содержащих аутоантиген.
Одной из аксиом иммунологии является запрет на развитие реакций
иммунной системы против нормальных компонентов собственного организма.
Основой запрета служат те механизмы, которые обусловливают формирование
«антигенраспознающего репертуара» лимфоцитов: в процессе отрицательной
селекции гибнут или инактивируются те клоны лимфоцитов, которые
распознают аутологичные макромолекулы — ауто- антигены. Таким образом
125
формируется аутотолерантность. Помимо этого, защита от аутоагрессии (т.е.
аутоиммунного процесса, приводящего к повреждению собственных тканей)
обеспечивается супрессорными Т-лимфоцитами (их называют вето-клетками),
предотвращающими активацию аутореактивных клонов.
Аутоиммунным процессам свойственны следующие общие черты:
•
их основа — иммунная реакция, закономерностям развития которой
подчиняется патологический процесс; в связи с этим факторы, подавляющие иммунный ответ, способствуют его сдерживанию, а иммуностимуляторы, наоборот, поддерживают аутоиммунный процесс;
•
поскольку потенциальные аутоантигены являются нормальными компонентами клеток и органов и, следовательно, всегда присутствуют в
организме при условии нарушения барьеров, изолирующих эти
аутоантигены, аутоиммунные процессы могут иметь затяжной самоподдерживающийся характер;
•
проявления аутоиммунных процессов во многом определяются особенностями локализации аутоантигенов в организме: при их принадлежности к определенным органам (органоспецифичности) поражение
имеет локализованный характер, захватывая соответствующий орган
(например, инсулинзависимый диабет); при широкой распространенности
аутоантигенов в организме развивается системный процесс, например
системная волчанка;
•
проявления аутоиммунных процессов зависят также от характера иммунных механизмов, доминирующих при ответе на аутоантиген; это может
быть преимущественно реакция, связанная с выработкой антител,
цитокинов или с формированием цитотоксических Т-клеток.
Само по себе присутствие в организме аутоантител и аутореактивных
клонов Т-лимфоцитов недостаточно для развития патологического процесса.
Так, у здоровых людей в сыворотке в малых количествах присутствуют
«естественные» аутоантитела, реагирующие с односпиральной ДНК, а также с
нормальными
компонентами
цитоскелета,
миелином,
сывороточным
альбумином, причем титр этих аутоантител с возрастом нарастает.
Естественные аутоантитела выполняют в организме транспортные или
гомеостатические функции. В развитии же аутоиммунных процессов,
приводящих к патологии, предполагается проявление повреждающей
активности аутоагрессивных эффекторных факторов, в том числе антител.
126
Формирование аутоиммунных процессов, как правило, обусловлено
генетически. Описаны многочисленные ассоциации развития аутоиммунных
заболеваний с определенными аллелями главного комплекса гистосовместимости. Выведены генетически чистые линии мышей, у которых
четко установлена связь спонтанного развития аутоиммунных процессов с
носительством определенных мутантных генов.
Развитие аутоиммунных процессов может быть обусловлено различными
причинами. Наиболее типичные из них следующие:
•
нарушение изоляции «иммунологически привилегированных» участков
организма (например, при поражении внутренних сред глаза при
симпатической офтальмии);
• . экспрессия молекул МНС II класса и ряда костимулирующих моле
кул на клетках, которым в норме это не свойственно. Эти молекулы
(например, CD80, CD86) обычно содержатся на поверхности антигенпрезентирующих клеток и участвуют в запуске процесса активации
лимфоцитов. Когда они появляются на других клетках (например, на
островковых клетках поджелудочной железы), эти клетки приобретают
способность презентировать антиген Т-хелперам, что приводит к
развитию
аутоиммунного
процесса
(в
указанном
случае
—
инсулинзависимого сахарного диабета);
•
перекрестные реакции, возникающие при иммунном ответе на патогены;
чаще развиваются на полисахаридные антигены, но могут возникать и на
белковые молекулы (например, антитела к полисахаридам стрептококка
способны взаимодействовать с белками цитос- келета);
•
модификация собственных антигенов чужеродными химическими
группами (например, при лекарственных аутоиммунных процессах);
образующиеся при этом антитела или агрессивные Т-клетки могут
перекрестно взаимодействовать с нормальными аутоантигенами;
•
нарушение механизмов формирования аутотолерантности, например
вследствие ослабления апоптоза (получены линии мышей, у которых
аутоиммунный волчаночный синдром развивается как следствие мутаций
генов, кодирующих мембранные молекулы, ответственные за передачу
сигналов к развитию апоптоза);
•
слабость супрессорных механизмов: недостаточность супрессорных
вето-клеток, ослабленная выработка цитокинов, сдерживающих развитие
аутоиммунных процессов (системный аутоиммунный процесс развивается
у мышей с выключенным геном трансформирующего фактора роста (3).
В основе аутоиммунных процессов могут лежат клеточные или
гуморальные иммунные механизмы , что определяется (как и в случае иммунной защиты) преобладающей пусковой ролью Т-хелперов типов Th1 или
Th2. Th1-зависимые аутоиммунные процессы регистрируются особенно часто.
Они имеют два основных варианта в зависимости от того, какой тип
эффекторных клеток при них активируется — CD8+-киллеры или
Сй4+-клетки — продуценты цитокинов. В первом случае включается цитотоксический механизм поражения (например, при инсулинзависимом
диабете), связанный с активностью Т-киллеров, во втором — основой
I
127
патологического процесса является реакция типа ГЗТ (при рассеянном
склерозе, ревматоидном артрите), которая осуществляется при участии
Т-хелперов и макрофагов. Цитотоксический механизм обусловливает более
локализованный тип поражения, например при инсулинзависимом диабете.
Напротив, процессы, сопряженные с развитием ГЗТ, вовлекают более
значительные массивы тканей (например, при ревматоидном артрите).
Реже встречаются ТИ2-зависимые аутоиммунные процессы. Ведущая
патогенетическая роль аутоантител показана при системной красной волчанке,
аутоиммунной гемолитической анемии, идиопатической тромбоцитопенической
пурпуре и ряде других цитопений, тяжелой миастении и др. Для аутоиммунных
процессов
гуморального
типа
характерно
накопление
аутоантител
преимущественно lgG-класса, которые обладают способностью вовлекать в
процесс другие факторы — гуморальные (комплемент) и клеточные (макрофаги,
NK-клетки). Поэтому патогенный эффект аутоантител обычно реализуется с
участием цитотоксического механизма (при гемолитической анемии и других
аутоиммунных поражениях клеток крови). Реже проявляется стимулирующий
эффект аутоантител; при токсическом зобе (болезни Хашимото) он
обусловливает развитие тироидита.
Возможно также развитие аутоиммунной патологии по иммунокомплексному типу, например при системной волчанке. Аутоантигенами в этом
случае служат широко распространенные молекулы — нативмая ДНК, белки
межклеточного вещества (особенно коллаген) и т.д., которые взаимодействуют
с аутоантителами и формируют иммунные комплексы in situ (фиксированные в
тканях). Взаимодействие с иммунными комплексами активирует клетки
иммунной системы (макрофаги, NK-клетки и т.д.), что обусловливает развитие
локального воспаления и проявление цито- токсичности.
Таким образом, основой аутоиммунных процессов служит развитие
иммунного ответа на собственные (аутологичные) антигены организма. Эти
процессы возникают при нарушении (часто наследственно обусловленном)
центральных или периферических механизмов, обеспечивающих запрет на
реакции иммунной системы против аутологичных антигенов. В зависимости от
локализации аутоантигенов различают органоспецифи- ческие и системные
аутоиммунные процессы, а в зависимости от преобладающих механизмов —
клеточно-опосредованные и гуморальные.
4.5. Лимфопролиферативные процессы
Лимфопролиферативные процессы разделяются на две группы в зависимости от наличия или отсутствия массового поступления злокачественных
клеток в кровоток: лимфолейкозы и лимфомы. Те и другие в зависимости от
поражаемых популяций разделяют на В-клеточные и I -клеточные; первые
развиваются значительно чаще, чем вторые.
Малигнизации могут подвергаться клетки, находящиеся на разных
стадиях развития, а также их различные субпопуляции,
Как правило, они сохраняют свойственные им признаки, включая
мембранные маркеры, гуморальные продукты. В зависимости от спектра
128
молекул адгезии, сохраняющихся на поверхности малигнизированных клеток,
они проявляют определенные особенности локализации в органах и тканевых
структурах, склонность к лейкемизации или отсутствие таковой.
В зависимости от типа малигнизированных В-клеток различают лимфомы, связанные с фолликулами (фолликулярные лимфомы) или свободно
распределяющиеся между фолликулами (диффузные лимфомы). В- клетки,
уже продуцирующие IgM, но еще не дифференцировавшиеся в плазмоциты,
после малигнизации служат основой макроглобулинемии Вальденстрема. При
этом злокачественные клетки локализуются, как и их нормальные прототипы, в
лимфоидных органах. В то же время при множественной миеломе
злокачественные плазматические клетки размножаются в костном мозге, в
который мигрируют и их нормальные предшественники.
При лимфолейкозах в злокачественный процесс чаще всего вовлекаются В-лимфоциты. Часто они относятся к субпопуляции В1, локализуются
преимущественно в серозных полостях и образуют естественные антитела. При
более редкой разновидности лимфолейкозов — Т-клеточ- ных лейкозах —в
качестве поражаемой популяции обычно выступают С08+-лимфоциты. В то же
время Т-клеточные лимфомы формируются почти исключительно из
С04+-клеток-хелперов. У человека Т-клеточные лимфомы почти всегда
развиваются в коже, к которой активированные С04+-клетки обладают
тропностью; у мышей Т-клеточные лимфомы локализуются в вилочковой
железе. Лимфомы, образуемые клетками ТЬ2-типа (синдром Сезари),
обладают склонностью к лейкемизации, а Th1-клеточные лимфомы
(грибовидный микоз) не переходят в лейкоз
Существует несколько вариантов лимфогранулематоза, отличающихся
численностью и интенсивностью активации Т-лимфоцитов в очагах поражения.
При одной из наиболее тяжелых форм — лимфоидном преобладании — Т-клетки
многочисленны и активно пролиферируют, при узелковом склерозе их
пролиферация отсутствует, лимфоцитов мало и в злокачественный процесс
вовлекаются элементы стромы.
В этиологии ряда лимфопролиферативных процессов установлена р о л ь
в и р ус ов . Так, развитие В-клеточной лимфомы Беркитта связано с вирусом
Эпстайна—Барр, а Т-клеточный лимфолейкоз взрослых вызывает вирус HTLV-I,
родственный ВИЧ, но вызывающий не цитолиз клеток- мишеней, а их
бесконтрольную пролиферацию. Важную патогенетическую роль в обоих
случаях играют сопутствующие факторы.
Установлена р ол ь он ког е нов в развитии названных, а также ряда других
лимфопролиферативныхзаболеваний. Нормальные протоонкоге- ны могут
приобретать свойства онкогенов под действием вирусов или вследствие
перемещения в необычнее генетическое окружение. Так, при лимфоме
Беркитта обнаруживаются транслокации, состоящие в переносе участка
хромосомы 8, в котором содержится протоонкоген с-тус (причастный к контролю
клеточного цикла и апоптоза), в хромосому 14, в непосредственное соседство с
геном тяжелых цепей иммуноглобулинов Igh. Аналогичны^ закономерные
перемещения протоонкогенов описаны и при других лимфопролиферативных
процессах.
129
Наконец, развитию лимфопролиферативных процессов способствуют
дополнительные факторы (кофакторы). Некоторые из этих кофакторов (их
природа не установлена) имеют эндемический характер: известно, что при
очень широком распространении вируса Эпстайна—Барр лимфома Беркитта
присуща жителям лишь некоторых районов Африки, а эндемии Т-клеточного
лимфолейкоза взрослых отмечены в Японии. Инфицирование клеток иммунной
системы вирусом Эпстайна—Барр в отсутствие действия кофакторов и развития
транслокаций вызывает инфекционный мононуклеоз, основой которого служит
доброкачественный пролиферативный процесс. Только при сочетании
инфицирования вирусом, наличия транслокаций указанного типа и действия
эндемических кофакторов развивается лимфома Беркитта.
О роли иммунной недостаточности в развитии лимфопролиферативных
процессов свидетельствует существенное увеличение их частоты на фоне
иммуносупрессии, вызываемой длительной лучевой и химиотерапией. При этом
существенно возрастает частота поражения злокачественным процессом
Т-клеток.
По-видимому, малигнизированные лимфоидные клетки обычно сохраняют
способность выполнять свои функции. В то же время у больных системными
лимфопролиферативными
заболеваниями
обычно
развивается
иммунодефицитный синдром. Разрешение этого противоречия связано с
моноклональным характером лимфопролиферативных заболеваний. Они
представляют собой как бы извращенную форму иммунного ответа, при
котором размножается и функционирует только один клон лимфоцитов.
Поскольку малигнизация конкретного клона является случайным феноменом и
не связана с действием специфического антигена, такой ответ не является
адаптивным, так как рецепторы клеток и их продукты, например антитела, не
находят в организме свои мишени и не выполняют защитной функции. Вместе с
тем безудержно размножающийся клон подавляет нормальный иммунный
ответ как непосредственно, занимая пространство и используя ресурсы
организма, так и опосредованно — через включение механизмов ограничения
пролиферации клеток. В наиболее четкой форме это проявляется при
множественной
миеломе,
при
которой
организм
наводняется
моноклональными антителами «случайной» специфичности, а нормальный
процесс образования антител в ответ на поступление антигена подавлен.
130
Признаки аномального функционирования Т-клеток обнаруживаются
при кожных Т-клеточных лимфомах: при синдроме Сезари Т-клетки,
вовлеченные в процесс, вырабатывают ИЛ-4 и ИЛ-5, т.е. цитокины, свойственные ТИ2-лимфоцитам, при грибовидном микозе — типичные продукты
Th1-клетоку-интерферон и ИЛ-2.
Таким образом, лимфопролиферативные процессы — это
злокачественные заболевания, основой которых служит бесконтрольная пролиферация лимфоидных клеток.
В пролиферацию вовлекаются лимфоциты конкретных типов и стадий
развития. Заболевания этой группы протекают в форме лимфом и
лимфолейкозов. Хотя функция малигнизированных лимфоцитов частично
сохраняется, моноклональная пролиферация лимфоцитов при этих
заболеваниях не только не может обеспечить адекватной иммунной защиты,
но и препятствует нормальному развитию иммунного ответа.
Глава 5. Аллергия
5.1. Взаимоотношение аллергии и иммунитета
Аллергия (греч. alios — другой + ergon — иное, необычное действие).
Термин был предложен австрийским педиатром Пирке [PirquetC.P., 1906],
который определил аллергию как пр ио б рет ен но е спе ц иф и ч е ск ое и з м е н ен и е сп о со б но ст и о рга н из м а реаг и ро ва т ь и относил к ней как гипер-, так и
гипореактивность. Примером последнего являлся иммунитет. С тех пор
смысл понятия «аллергия» изменился. За ним сохранилось только
представление о гиперреактивности организма. Обычно широко используют
расширенное представление об аллергии как по в ы ш енн о й ( из ме н е нн о й )
ч у в ст в ит е ль но ст и орг а ни з ма к к ак ом у -л и б о в е ще ст в у, чащ е с
а нт и ген н ым и с во й ст ва м и . Такое определение подчеркивает только фе-
номенологическую сторону реакции, которая может быть вызвана разными
механизмами, В связи с этим аллергические реакции были разделены на
основании патогенетических механизмов на группы:
•
истинные, или специфические;
•
неспецифические, или ложные.
Последние называют также псевдоаллергическими. В течении
специфических аллергических реакций различают 3 стадии:
I стадия — иммунологическая;
II стадия — патохимическая, или образования медиаторов;
III стадия — патофизиологичекая, отражающая конечный результат дей
ствия тех или иных механизмов и проявляющаяся определенными симптомами. В период первой стадии развивается повышенная
чувствительность — сенсибилизация (от лат. sensibilis — чувствительный) к
впервые попавшему в организм аллергену.
Для сенсибилизации достаточно очень небольшого количества аллергена — сотых или тысячных долей грамма. Состояние повышенной
чувствительности возникает не сразу после инъекции аллергена, а через
10—14 дней, и сохраняется у животных в течение 2 мес и более, затем
постепенно исчезает. У человека сенсибилизация может сохраняться в
течение многих месяцев и даже лет.
Сенсибилизация представляет собой сложней процесс, в течение
которого усиливается фагоцитарная активность клеток ретикулоэндотелиальной системы, начинаются плазматизация лимфоидных клеток и
выработка в них специфических антител.
Если к моменту появления антител аллерген из организма удален,
никаких болезненных проявлений не наблюдается. При повторном воз
действии на уже сенсибилизированный организм аллерген соединяется с
образовавшимися антителами или лимфоцитами, формируя комплекс
аллерген—антитело. С этого момента начинается II стадия — происходит ряд
биохимических процессов, приводящих к высвобождению и образованию
многочисленных медиаторов. Если количество медиаторов и их соотношение
оказываются неоптимальными, то возникают повреждение клеток, тканей,
органов и нарушение их функции. Это составляет суть III стадии. Повышенная
чувствительность организма в таких случаях специфична, она проявляется по
отношению к аллергену, который ранее вызвал состояние сенсибилизации.
Неспецифические (псевдоаллергические) реакции возникают
при первом контакте с аллергеном без предшествующей сенсибилизации В
развитии этих реакций выделяют только 2 стадии — патохимическую и
патофизиологическую. Попадающий в организм аллерген самостоятельно
вызывает высвобождение и образование веществ, повреждающих клетки,
ткани и органы.
При специфической а ллергической реакции в ответ на поступление аллергена в организме включаются иммунные механизмы, приводящие к связыванию аллергена. При иммунитете в ответ на попадание в
организм различных чужеродных веществ, называемых антигенами, также
включаются иммунные механизмы, приводящие к связыванию чужеродного
вещества и в конечном счете — к очищению организма от него Что же тогда
объединяет между собою аллергию и иммунитет и чем они отличаются друг
от друга? Общим в этих двух видах реакций является их защитная функция. В
обоих случаях попадающее в организм чужеродное вещество активирует
иммунные механизмы, выполняющие защитную функцию. Образующиеся
антитела или сенсибилизированные лимфоциты связывают это чужеродное
вещество, инактивируют его, способствуя очищению организма от данного
вещества. Кроме того, есть данные, указывающие на то, что очищение при
аллергии идет более интенсивно, чем при иммунной реакции. К тому же
собственно иммунные механизмы при аллергии и иммунитете принципиально
однотипны, т.е нет каких-либо специальных механизмов для аллергии или
иммунитета
В чем же тогда различие9 Различие заключается в том, что если при
иммунных реакциях не происходит повреждения тканей, то аллергические
реакции сопровождаются повреждением ткани. Исходя из этого, специфическую аллергическую реакцию можно определить как иммунную
реакцию, сопровождающуюся повреждением, или точнее как
патологический процесс, в основе которого лежит повреждение,
132
вызываемое иммунной реакцией на экзогенный аллерген . При этом
повреждение тканей становится как бы побочным эффектом иммунной
реакции на аллерген Этим положением можно обосновать употребление
терминов «антиген» и «аллерген». Если развивается иммунная реакция, то
вещество, вызывающее ее, называется антигеном, а если аллергическая —
аллергеном. По своей сути аллергическая реакция относится к разряду
типовых патологических процессов, таких, как воспаление, лихорадка и др.,
для которых характерно одновременное проявление противоположных
эффектов — защиты и повреждения, полезного и вредного, хорошего и
плохого для организма. Конечный результат для каждого индивидуума будет
определяться соотношением этих противоположных эффектов в каждом
конкретном случае.
Возникает вопрос — почему в одних случаях реакция на антиген развивается как иммунная, а в других — как аллергическая? Это можно объяснить различными факторами, которые объединены в 2 группы: первая —
характер антигена, его свойства и количество и вторая — особенности
реактивности организма. Действительно, в некоторых случаях развитие
иммунной или аллергической реакции связано с характером антигена.
Известно, например, что аскаридозный антиген или соли платины, стимулируя образование IgE, тем самым обусловливают развитие преимущественно аллергических реакций. Играет роль и количество попадающего в
организм аллергена. Так, например, некоторые слабые антигены,
находящиеся в окружающей среде в небольшом количестве (пыльца растений, домашняя пыль и др.), попадая в организм, приводят к развитию
аллергической реакции немедленного типа.
Однако в зависимости от условий один и тот же антиген в одном и том
же количестве может вызвать либо иммунную, либо аллергическую реакцию.
Так, например, при воспроизведении у кроликов сывороточной болезни
введением белка результат в значительной степени определяется
интенсивностью образования антител и, тем самым, характером образующегося комплекса. У большинства пациентов, получавших пенициллин,
обнаруживают
антитела,
относящиеся
к
различным
классам
иммуноглобулинов, к пенициллину и его метаболитам, однако аллергические
реакции на пенициллин развиваются не у всех. Указанные факты
свидетельствуют об особенностях реактивности индивидуума.
Из конкретных особенностей реактивности, определяющих характер
ответа, выделяются следующие:
•
повышенная проницаемость кожных или слизистых барьеров, ведущая к
поступлению в организм антигенов (аллергенов), которые при
отсутствии таковой либо не поступают, либо их поступление ограничено
(например, пыльца растений при поллинозе);
•
характер течения собственно иммунной реакции.
Для иммунной реакции при аллергии (в отличие от реакции иммунитета)
характерны количественные отличия — изменение количества
образующихся антител, а также их соотношения среди иммуноглобулинов различных классов;
133
•
134
особенности патохимической стадии иммунной реакции любого типа,
характеризующиеся изменениями количества образующихся медиаторов и их соотношением между собой (медиаторы IgE — опосредованных реакций, комплемент, кинины, лимфокины и др.);
• характер ответа тканей, органов <и систем организма на образующиеся
медиаторы в форме способности реагировать воспалением и
активностью ферментных систем, необходимых для нейтрализации
эффекта образующихся медиаторов.
Например, при снижении гистаминопексических свойств плазмы
высвобождение гистамина даже в небольшом количестве может привести к
патогенному эффекту и тем самым к развитию аллергической реакции. При
хорошей гистаминопексии освобождающийся гистамин связывается, и
реакция на антиген протекает как иммунная — без повреждения тканей.
Одни из этих особенностей являются приобретенными, многие детерминированы генетически. Они и определяют, каким путем разовьется
ответ на антиген — будет ли это обычная иммунная реакция, одна из тех,
которые происходят непрерывно в организме и не приводят к патологии, либо
в зависимости от сложившихся в данный момент условий разовьется
аллергическая реакция.
Аллергены бывают не только экзогенными, т.е. попадающими в организм извне. Аллергены могут быть и эндогенными, т.е. образующимися в
самом организме. Такие аллергены называют эндогенными, или аутоаллергенами, а аллергический процесс, развивающийся на аутоаллерге- ны, —
аутоаллергическим. Если при аллергии, вызываемой экзогенным
аллергеном, повреждение тканей связывают с «побочным» эффектом медиаторов, то при аутоаллергии действие иммунных механизмов направлено
непосредственно на белки, клетки и ткани организма. В обычных
физиологических условиях к собственным антигенам белков, клеток и тканей
имеется толерантность, и аутоаллергическая реакция на них не развивается.
Для организма это «свои» антигены. Однако при многих патологических
процессах меняется конформация белковых молекул, на поверхности клеток
появляются чужеродные, «не свои», антигены — ауто- аллергены. Тогда и
развивается аутоаллергический процесс. Его можно определить как
патологический процесс, в основе которого лежит повреждение,
вызываемое действием иммунных механизмов на аутоаллергены
собственных клеток и тканей.
Аутоаллергию, аутоаллергические процессы следует отличать от
аутоиммунных процессов. Аутоаллергические процессы возникают в тех
случаях, когда в организме появляются чужеродные антигены (аутоаллергены), нормальная иммунная система обнаруживает эти аутоаллергены и
реагирует иммунной реакцией, направленной на нейтрализацию и элиминацию их из организма.
При аутоиммунных процессах повреждена сама иммунная система. Она
оказывается не в состоянии отличить «свое» от «чужого» и «бьет» по своему,
вызывая повреждение своих, неизмененных клеток и тканей.
5.2. Аллергены. Этиология аллергических заболеваний
Аллергенами называют вещества, вызывающие сенсибилизацию
организма и аллергические реакции. Аллергенные свойства веществ зависят
от структуры аллергена, его дозы, пути проникновения в организм,
наследственной предрасположенности и состояния физиологических систем
организма.
Аллергенов в природе много. Они разнообразны по составу и свойствам. Аллергенами в первую очередь могут быть чужеродные белки и сложные
комплексы, содержащие белки, липиды, мукополисахариды животного или
растительного происхождения, а также соединения небелковой природы и
некоторые
низкомолекулярные
вещества,
например,
йод.
Низкомолекулярные аллергены (химические, лекарственные) являются гаптенами и приобретают аллергенные свойства после взаимодействия с '
тканевыми белками.
Аллергены, поступающие в организм в основном из окружающей среды,
называют экзоаллергенами, а аллергены, образующиеся в организме и
представляющие собой собственные, но видоизмененные белки организма, —
эндоаллергенами , или аутоаллергенами.
К экзоаллергенам относятся неинфекционные и инфекционные аллергены. Среди экзогенных неинфекционных аллергенов выделены следующие группы:
1)
пыльцевые аллергены: пыльца деревьев (береза, осина, орешник и др.),
сорных трав (амброзия, одуванчик, полынь и др.), луговых трав (ежа
сборная, тимофеевка, райграс и др.), злаков (рожь, кукуруза,
подсолнечник и др.);
2)
эпидермальные аллергены: перхоть и шерсть кошек, собак, коров,
лошадей и других животных, а также перья, пух и в некоторых случаях —
экскременты домашних птиц;
3)
бытовые аллергены: домашняя, гостиничная, библиотечная пыль и некоторые ее компоненты (клещи, микроорганизмы и др.), тараканы,
моющие порошки, синтетические изделия, косметические средства;
4)
лекарственные аллергены. Практически любое лекарственное средство
может быть аллергеном, за исключением отдельных простых
химических препаратов, например натрия хлорида;
5)
инсектные аллергены (яд и аллергенные субстанции тела пчел, ос,
комаров и др.);
6)
пищевые аллергены. Любой пищевой продукт может быть аллергеном и
нередко псевдоаллергеном. Последними часто бывают ксенобиотики,
консерванты, антиоксиданты;
7)
химические аллергены: низко- (соли платины, никель, хром, ртуть,
динитрохлорбензол и др.) и высокомолекулярные вещества (лаки,
краски, полимеры и другие естественные и искусственные химические
вещества);
8)
особые группы неинфекционных аллергенов (сухой корм для рыб,
некоторые виды промышленных аллергенов и др.).
Экзоаллергены проникают в организм через дыхательные пути (пыльца
растений, пыль домашняя и промышленная, некоторые лекарства, бактерии,
вирусы, грибы), пищеварительный тракт (пищевые, лекарственные аллергены),
кожу и слизистые оболочки (лекарства, косметические средства, моющие
порошки, аллергены насекомых, клещей и др). Многие лекарственные
аллергены вводят в организм путем инъекций.
136
К экзогенным инфекционным аллергенам относят возбудителей разных
инфекционных и паразитарных болезней, а также продукты их жизнедеятельности. В последнее время стали приобретать все большее значение
аллергические
реакции,
вызываемые
условно-патогенной
флорой.
Определенными сенсибилизующими свойствами обладают вакцины, их
введение иногда сопровождается побочными реакциями, среди которых
значительная часть обусловлена аллергическими механизмами. Большинство
лекарственных веществ представляют собой гаптены и приобретают свойства
полных антигенов после соединения с белками плазмы или тканей.
Аутоаллергены (эндоаллергены) подразделяют на естественные и
приобретенные. К естественным относят аллергены физиологически
изолированных органов (хрусталик, щитовидная железа, яички, нервная ткань).
При патологии этих органов происходят нарушение барьера и высвобождение
аллергенов
(антигенов),
которые
становятся
причиной
развития
аутоаллергических заболеваний. Аутоаллергены могут образовываться в других
органах и тканях под влиянием различных повреждающих факторов:
инфекционных агентов (вирусы, микробы, токсины и др.), термических
воздействий (ожог, охлаждение), ионизирующей радиации и пр. Аллергенные
свойства у белков и других макромолекул возникают в связи с процессами
денатурации и появлением новых детерминантных групп.
Диагностические и лечебные аллергены. В клинике для специфической
диагностики и лечения аллергических заболеваний при меняют специально
приготовленные в промышленных условиях препараты (аллергены),
содержащие вещества, ответственные за развитие аллергических реакций. Для
диагностики
и
лечения
аллергических
заболеваний,
вызванных
неинфекционными аллергенами (пыльцевые, эпидермальные и др.), в качестве
аллергенов широко применяют водно-солевые экстракты, полученные с
помощью жидкости Эванса—Кокка. Аллергены стандартизуют по содержанию
белка или проводят биологическую стандартизацию постановкой кожных проб с
аллергенами и известными разведениями гистамина.
В диагностических целях применяют аллергены для постановки кожных
проб методом укола (прик-тест), которые представляют собой водно-солевые
растворы аллергенов, содержащие в качестве стабилизатора глицерин;
диагностические алцеты (металлические ланцеты с фиксированным на их
острых
концах
стандартизованным
аллергеном);
аллергены
для
диагностических тестов in vitro (ППН-показатель повреждения нейтрофилов,
RAST, ИФА, иммуноблотинг и др.).
137
5.3. Специфические аллергические реакции
Известны различные классификации специфических аллергических
реакций. Одна из первых классификаций, получившая наибольшее распространение, была предложена Куком [Cooke R.A., 1930]. В ней выделены
аллергические реакции немедленного типа (гиперчувствительность, или
повышенная чувствительность немедленного типа) и аллергические реакции
замедленного типа (гиперчувствительность, или повышенная чувствительность
замедленного типа). В основу классификации положено время появления
реакции после контакта с аллергеном. Реакции немедленного типа развиваются
в течение 15—20 мин, замедленного типа — через 1—2 сут. Эта классификация не
охватывает всего разнообразия проявлений аллергии, поэтому различия между
аллергическими реакциями стали проводить на основании изучения механизмов
их развития. Из числа классификаций, основанных на патогенетическом
принципе, наиболее распространена предложенная в 1968 г. Джеллом и
Кумбсом [Gell R.C. and Coombs R.R.j. В соответствии с ней выделяют 4 типа
аллергических реакций (табл. 5.1.). Каждая из реакций этого типа имеет особый
иммунный механизм и присущий ему «набор» медиаторов, что определяет
характер клинических проявлений.
Тип
I
II
III
IV
Т а б л и ца 5.1
Наименование
Участвуют в реакции
Типы
аллергических реакций по Джеллу
су, (1968)
Анафилактический
IgE-ииКум
режеб 1дС4-антитела
Цитотоксический
Тип Артюса — повреждение
иммунным комплексом
Замедленная гиперчувстви
тельность
IgG- и 1дМ-антитела
IgG- и 1дМ-антитела
Сенсибилизированные
лимфоциты
5.3.1. Аллергические реакции I типа (анафилактические)
Этот тип реакций называют также аллергической реакцией немедленного
типа, реагиновым^ lgE-опосредованным типом. Авторы классификации
обозначали его как анафилактический.
Анафилаксия — состояние приобретенной повышенной чувствительности организма к повторному парентеральному введению
чужеродного белка.
Вещества, вызывающие анафилаксию, называют анафилактогена- ми.
Термин «анафилаксия» означает «беззащитность» (от греч. апа — обратное,
противоположное действие и phylaxis — охранение, самозащита) был введен
французскими учеными П. Портье и С. Рише в 1902 г., которые обнаружили, что
повторное парентеральное введение собакам экстракта из щупалец актиний
вызывает у них реакцию, сопровождающуюся падением кровяного давления,
рвотой, мышечной слабостью, непроиз
138
вольным мочеиспусканием и дефекацией и нередко заканчивающуюся смертью
Подобный феномен в 1905 г воспроизвел на морских свинках Г П Сахаров В его
опытах повторное введение лошадиной сыворотки внутрибрюшинно быстро
приводило животных к гибели Результаты исследований показали, что
анафилаксия в зависимости отусловий ее воспроизведения может проявляться в
виде местной или общей реакции Наиболее выраженную общую реакцию
называют анафилактическим шоком
Впервые классический анафилактический шок на морских свинках
получил в 1912 г AM Безредка Схематическое воспроизведение шока
представлено на рис 5 1 Вначале свинок сенсибилизируют подкожным
введением очень низкой дозы чужеродного сывороточного белка Это так
называемая активная сенсибилизация , которая приводит к образованию в
организме
свинок соответствующих антител Затем через 2—3 нед
А нафи лаксия
Д н и сенсибилизация
^ Аллерген
Пасс
ивная
сенсибилизация
14-й
К
р
о
вь
Десенсибилизация
ГТ О Д л. и m п VJ v 1
15-й
iw. ivi Разрешающая
инъекция
139
Активная
Шок
Шок
Здоровая
Р и с 5 1 Активная и п а с с и в н а я а н а ф и л а к с и я
140
им вводят этот же белок в значительно большей дозе. Это введение получило
название разрешающей инъекции. Уже через 1—2 мин свинка начинает
беспокоиться, почесывает мордочку, у нее взъерошивается шерсть,
появляются одышка, непроизвольное мочеиспускание, дефекация, судороги.
Свинка падает на бок, одышка нарастает, животное погибает при явлениях
асфиксии. Кровяное давление вначале повышается, затем падает вследствие
паралича сосудодвигательного центра, в крови наблюдаются лейкопения,
эозинофилия, активируются фибринолитичес- кая система, система
комплемента. При вскрытии погибшей от анафилактического шока морской
свинки всегда фиксируют острое вздутие легких (эмфизема) в связи с
закупоркой бронхиол из-за спазма гладких мышц, образования слизистых
пробок, расширения и набухания слизистой оболочки бронхиальных путей.
Таким образом, у морских свинок легкие являются «шоковым» органом и
нарушение их функции становится причиной гибели.
Можно провести пассивную сенсибилизацию свинок (см. рис. 5.1.).
Для этого у активно сенсибилизированной свинки берут кровь не ранее чем
через 10—14 дней после сенсибилизации, получают сыворотку, которая уже
содержит антитела к чужеродному белку и вводят ее ин- тактной морской
свинке.
Через
сутки
вводят
разрешающую
дозу.
Развивается
анафилактический шок.
Аналогичная реакция в виде анафилактического шока может развиться
и у людей. Если человек оказался сенсибилизированным к определенному
аллергену, то парентеральное введение этого аллергена может вызвать шок.
Это бывает при ужаливании перепончатокрылыми насекомыми (пчелы, осы,
шмели и др.), введении лекарств (пенициллин, антитоксические сыворотки и
другие белковые препараты), нарушении техники специфической
гипосенсибилизации, изредка как выражение пищевой аллергии. Проявления
шока определяется его тяжестью. При тяжелых формах шока доминирует
картина сосудистого коллапса, при менее тяжелых — снижение артериального
давления сочетается со спазмом гладкой мускулатуры и/или отеками в связи
с повышенной проницаемостью сосудов.
Развитие анафилактического шока можно предупредить десенсибилизацией, примененной впервые в эксперименте A.M. Безредки. Для
этого за 2—3 ч до введения разрешающей дозы свинке вводят подкожно
низкую дозу того же белка. После этого разрешающая доза уже не вызывает
шока (см. рис. 5.1) или его степень тяжести менее выражена. В практической
медицине десенсибилизацию по A.M. Безредке проводят людям перед
введением им белковых препаратов, в частности антитоксических сывороток,
которые обычно готовят из крови иммунизированных лошадей.
Анафилаксию можно воспроизвести у разных видов животных и у
каждого вида будет свой «шоковый» орган: у свинок — легкие, у собак —
печеночные вены (их спазм приводит к застою крови в портальной системе), у
кроликов — легочные артерии.
Если разрешающую инъекцию небольших доз аллергена вводить
внутрикожно, то развивается местная (кожная) анафилаксия в виде волдыря
с зоной артериальной гиперемии вокруг него.
141
В появлении анафилактической реакции, как и других аллергических
реакций, выделяют рассмотренные выше 3 стадии. В период первой —
иммунной стадии — происходит образование специфических к аллергену
антител. У большинства животных и человека находят 2 вида антител. Один
относится к классу IgE и другой к классу IgG, которые называют реагинами.
Наиболее изучена роль lgE-антител. Общий принцип механизма реакции
сводитря к фиксации образовавшихся lgE-антител на тучных клетках и
базофилах, имеющих на своей поверхности высокоаффинные (первого типа)
рецепторы (FceRl) для Fc-фрагмента IgE. При повторном попадании
аллергена в организм он соединяется с антителами на поверхности этих
клеток. Образование комплекса возбуждает клетки и начинается вторая —
патохимическая стадия. Ее суть состоит как в высвобождении из клеток
готовых, «запасенных» медиаторов, к которым относятся гистамин,
серотонин, гепарин, триптаза и др., так и в образовании новых медиаторов
(тромбоцитактивирующий фактор и др.). (рис. 5.2). Третья стадия —
патофизиологическая
— начинается с того момента, когда
образовавшиеся медиаторы вызывают нарушение функции клеток, органов и
систем. Местно это проявляется повышением проницаемости сосудов,
усилением хемотаксиса эозинофильных и ней- трофильных лейкоцитов, что
вызывает воспаление. Увеличение проницаемости сосудов сопровождается
выходом в ткани иммуноглобулинов, комплемента, способствующих
инактивации и элиминации аллергена; при локализации процесса на
слизистых оболочках дополнительно выявляют усиление образования
соответствующих секретов (слизь, серозная жидкость). В органах,
содержащих гладкую мускулатуру (бронхи, желудочно- кишечный тракт,
матка), возникает ее спазм. Эта реакция развивается обычно в пределах
первых 15—20 мин после контакта сенсибилизированного организма со
специфическим аллергеном.
Обычно аллергические реакции этого типа ассоциируются с развитием
повреждения тканей. Однако такой механизм одновременно является и
одним из механизмов иммунитета и может выполнять защитную роль. В
процессе эволюции он выработался как механизм противопара- зитарной
защиты. Установлена его эффективность при трихинеллезе, шистосомозе,
фасциолезе и др. Образовавшиеся при паразитарных заболеваниях
lgE-антитела фиксируются своими Fab-фрагментами на гельминтах,
находящихся на различных стадиях развития. Эозинофилы имеют на своей
поверхности Fc-рецепторы для lgE-антител, которые обозначают как
низкоаффинные рецепторы (второго типа) — FceRII. Через них происходит
соединение эозинофилов с паразитами, что приводит к активации
эозинофилов и высвобождению медиаторов (катионных белков),
вызывающих повреждение гельминтов. Одновременно такие же lgE-антитела
фиксируются через Fc-рецептор на тучных клетках. Последующее
соединение Fab-концов lgE-антител с соответствующими анти-
142
Кровеносные сос\ды
Штл
ш
Р и с . 5.2. Высвобождение медиаторов при
1дЕ-опосредованной
аллергической реакции. В центре рисунка тучная клетка,
справа и слева от нее — эозинофилы, внизу — нейтро- фильный лейкоцит На верхнем
конце тучной клетки представлены два lgE-антитела, соединенные мостиком аллергена.
Стрелками обозначены высвобождающиеся медиаторы. На левой и правой частях
рисунка микрососуды и гладкомышечные клетки. Обозначения' Аг —антиген (аллерген),
А т — антитело; ПГ — простагландины, ЭХФ-А — эози- нофильный хемотаксический
фактор анафилаксии; ЭХФ ПМВ — ЭХФ промежуточной молекулярной массы; ДАО —
деаминооксидаза; ЛТ(ы) — лейкотриены, ТАФ — тромбо- цитоактивирующий фактор,
ВНХФ — высокомолекулярный нейтрофильный хемотаксический фактор, Тр — триптаза.
генами паразитов активирует тучные клетки и высвобождает медиаторы
аллергии (см. рис. 5.2).
У определенной группы людей реакции немедленного типа выявляют
как естественный феномен без какой-либо искусственной сенсибилизации.
Их развитие также основано на включении аллергических механизмов
первого типа. Однако эти реакции отличаются от анафилаксии, поэтому они
выделены в специальном разделе (см. «Атопия»).
5.3.2. Аллергические реакции II типа
Реакции этого типа называются цитотоксическими (рис. 5.3). Аллергенами в данном типе становятся клетки своих тканей. Обычно к своим
антигенам клеток имеется толерантность. Чтобы включился иммунный
механизм, клетки должны приобрести аутоаллергенные свойства. Причины
приобретения клетками аутоаллергенных свойств разнообразны. Большую
роль в этом процессе играет действие на клетки различных хи143
Комплемент-опос
редованная
ЦИТОгО КСИЧНОСТЬ
Фагоцитоз on
ионизированных клеток
У S Днпитеяазавмоимая f
г
|клеточно-опоср«доваиная
j цитйюксичн-бсть
Р и с . 5 . 3 . Схематическое изображение механизма аллергической реакции
цитотоксического типа. Обозначения Кл — клетка-мишень, Ат — антитело, К —
комплемент
мических веществ, чаще лекарств, попадающих в организм. Они могут влиять
на антигенную структуру клеточных мембран за счет:
•
конформационных изменений, присущих клетке антигенов;
•
повреждения мембраны и появления новых антигенов;
•
образования комплексных аллергенов с мембраной, в которой химическое вещество играет роль гаптена.
Например, при лечении а-метилдофа по одному из указанных механизмов может развиваться аутоиммунная гемолитическая анемия, при
введении гидралазина, прокаинамида возможно образование антинуклеарных антител и т.д. Аналогичное действие на клетку оказывают лизосомальные ферменты фагоцитирующих клеток, бактериальные энзимы,
вирусы. В связи с этим многие паразитарные, бактериальные и вирусные
инфекционные заболевания сопровождаются образованием аутоантител к
различным клеткам тканей и развитием гемолитической анемии, тромбоцитопении и др.
При сывороточном гепатите обнаружено образование антител к поверхностным детерминантам гепатоцитов, презентирующим антигены вируса
В. В ответ на появление измененных клеток образуются антитела,
представленные главным образом классами IgG и IgM. Антитела соединяются
с соответствующими аутоаллергенами клеток, что приводит к включению
144
цитотоксических механизмов — комплементарного или
антителозависимой клеточно-опосредованной цитотоксичности.
145
механизма
Вид механизма зависит от характера антител (класс, подкласс) и их количества, фиксированного на поверхности клетки. При активации комплементопосредованной цитотоксичности образуются активные фрагменты
комплемента, вызывающие повреждение клеток и даже их разрушение. Во
втором случае к антителам, фиксированным на поверхности клетокмишеней, присоединяются так называемые К-клетки.
Обычно это особый вид лимфоцитов, которые активируют в клетках-мишенях апоптоз. Апоптоз — это вид гибели клетки, в развитии которой
активную роль играет собственно клетка. К-лимфоциты при контакте с
клеткой-мишенью вызывают активацию гена (так называемый ген смерти),
ответственного за продукцию эндонуклеаз. Последние вызывают
фрагментацию ДНК. Кроме того, К-лимфоциты, как и макрофаги, эозинофилы и нейтрофилы, продуцируют супероксид, который повреждает
клетку-мишень. Поврежденные клетки фагоцитируются макрофагами. К
реакциям цитотоксического типа относятся такие проявления аутоаллер- гии,
как лейкопения, тромбоцитопения, гемолитическая анемия и др. Эти же
реакции наблюдают при попадании в организм аллогенных антигенов,
например при переливании крови (в виде аллергических реакций на гемотрансфузию), и гемолитической болезни новорожденных.
5.3.3. Аллергические реакции III типа
Повреждение тканей осуществляется иммунными комплексами —
реакция типа Артюса, иммунокомплексныйтип (рис. 5.4). Аллергены (бактериальные, вирусные, грибковые, лекарственные препараты, пищевые
вещества) в этих случаях находятся в растворимой форме и в большом
количестве. Образующиеся комплексы фагоцитируются и организм тем
самым очищается от чужеродных антигенов. Это обычная, нормальная
реакция иммунной системы на постоянно поступающие в организм антигены.
Однако при определенных условиях ход этой реакции нарушается, иммунный
комплекс начинает откладываться в тканях и повреждать их. Для реализации
повреждающего действия иммунного комплекса необходимы следующие
условия:
•
комплекс должен образоваться в небольшом избытке антигена;
•
в какой-либо из сосудистых областей должна увеличиться проницаемость сосудистых стенок;
•
продолжительность циркуляции иммунных комплексов в сосудистой
системе должна возрасти, что происходит либо при нарушении способности фагоцитов поглощать эти комплексы, либо при их постоянном
образовании в связи с длительным поступлением антигенов в кровоток.
Отложившиеся в тканях комплексы взаимодействуют с комплементом,
образуя его активные фрагменты, которые обладают хемотаксичес- кой
активностью, стимулируют активность нейтрофилов, повышают проницаемость сосудов и способствуют развитию воспаления. Нейтрофилы
фагоцитируют иммунные комплексы и при этом выделяют лизосомаль146
йг
+
базофил
комплекс йг+Ат
л
-Г
ТЯФ
Сосудистая стенна
РИС. 5.4. Обобщенная схема
аллергической реакции
механизма
иммунокомплексного типа (III типа). Соединение Аг и Ат
приводит к образованию комплексов Аг + Ат, которые при определенных условиях
откладываются в стенке сосуда. Комплексы фагоцитируются нейтро- филами (Н),
которые во время фагоцитоза выделяют лизосомальные энзимы (ЛЭ). Повышению
проницаемости способствует освобождение базофилами медиаторов — ги- стамина
(Г), тромбоцитактивирующего фактора (ТАФ). Последний вызывает агрегацию
тромбоцитов (Т) на эндотелиальных клетках (ЭК) и стимулирует выделение из
тромбоцитов гистамина и серотонина.
ные ферменты. Усиливается протеолиз в местах отложения иммунных
комплексов. Активируется калликреин-кининовая система. В результате
происходит повреждение тканей и возникает воспаление как реакция на это
повреждение. Аллергические реакции III типа являются ведущими в развитии
сывороточной болезни, экзогенных аллергических альвеолитов, в некоторых
случаях лекарственной и пищевой аллергии, при ряде аутоиммунных
заболеваний (ревматоидный артрит, системная волчанка и др.).
Морфология реакций III типа изучена на классической модели у кроликов—феномене Артюса. После очередной внутрикожной инъекции антигена
кролику (обычно после 3—5 инъекций) через несколько минут развивается
гиперемия, сменяющаяся через 1—2 ч отеком и воспалительной эритемой,
затем появляются очаги кровоизлияния и через 24—72 ч — некроз.
Микроскопически выявляют скопление преципитата иммунных комплексов в
просвете сосуда и стенке; серозно-фибринозную экссудацию с различной
степенью дезорганизации соединительной ткани, клеточную инфильтрацию,
главным образом нейтрофилами и эозинофила- ми периваскулярно, в
просветах и стенках венул; стаз крови с тромбами в сосудах и кровоизлияния. С
помощью иммунофлюоресцентных методов в местах повреждения выявляют
антиген, иммуноглобулины и компоненты комплемента.
147
5.3.4. Аллергические реакции IV типа
Синонимами таких реакций являются повышенная чувствительность
замедленного типа, гиперчувствительность замедленного типа, аллергические реакции замедленного типа.
Повышенная чувствительность замедленного типа (ПЧЗТ) — клеточно-опосредованный иммунологический способ повышенного реагирования на
чужеродные вещества, которое сопровождается повреждением ткани,
Основное отличие ПЧЗТ заключается в том, что в ней участвуют
не аллергические антитела, а специфические эффектор- ные
Т-лимфоциты, имеющие специальные рецепторы для аллергенов.
Реакция между такими лимфоцитами и аллергенами сопровождается
выделением медиаторов, обеспечивающих развитие общих и местных
реакций ПЧЗТ (табл. 5.2). В связи с этим состояние ПЧЗТ можно перенести от
сенсибилизированного экспериментального животного другому животному
одной и той же линии с помощью взвеси лимфоцитов, но не сыворотки крови.
Аллергенами, вызывающими ПЧЗТ, являются преимущественно белки и
гликопротеины, а также некоторые простые химические вещества, способные
взаимодействовать с белками тканей.
Т а б л и ца 5.2
Характеристика повышенной чувствительности немедленного и
замедленного типов
Признаки повышенной Тип повышенной чувствительности
чувствительности
немедленный
Сроки развития местной
аллергической реакции
Макро- и микроскопическая картина местной
реакции
Основные аллергены
Через несколько минут
Гиперемия, отек,
полиморфно-ядерная
инфильтрация
Белковые и полисахаридные аллергены, гельминты
Реакция аллергена с
Иммунологический
механизм эффекторной антителами
стадии
Как правило, присутствуют
Антитела в сыворотке
крови и их роль в меха- и играют первостепенную
низмах развития реакции роль
С помощью сыворотки
Пассивный перенос
крови
Характерные реакции in Дегрануляция базофилов,
тучных клеток и альтерация
vitro при действии
нейтрофилов, агглютинааллергена
ция тромбоцитов, сокра-
172
замедленный
Не ранее 5—6 ч
Гиперемия, уплотнение,
мононуклеарная
инфильтрация
Белки, гликопротеины,
бактерии,вирусы,грибы
Реакция аллергена
сТ-эффекторами
Могут присутствовать, но
не играют существенной
роли
С помощью Т-клеток
Торможение миграции
макрофагов и
лейкоцитов,
бласттрансформация
лимфоцитов, положитель-
Окончание таблицы 5 2
Признаки повышенной
чувствительности
Характерные реакции in
vivo на введение
аллергена
Эффекторные
медиаторы
Специфическая
иммунотерапия
Тип повышенной чувствител ьности
немедленный
замедленный
щение гладкомышечных и
миокардиальных клеток
Немедленные реакции
кожи и слизистой
оболочки,
анафилактический шок,
феномен Артюса, реакция
Овери,отек Квинке
Гистамин, серотонин,
гепарин,ацетилхолин,
медленно реагирующая
субстанция и др.
ный хемотаксис клеток,
цитотоксические реакции
Замедленные реакции
кожи и слизистой оболочки, туберкулиновый шок,
феномен Коха
Эффекторные факторы
торможения миграции
клеток, медиаторы
пролиферации, хемотаксиса, фагоцитоза и др
Менее эффективна
Эффективна
Экспериментальные способы получения ПЧЗТ к растворимым белкам
основаны на введении антигена в полном адъюванте, метилированного белка,
иммунного комплекса антиген-антитело, полученного в избытке антител,
конъюгатов белка с контактными аллергенами и т.п.
В экспериментальных условиях при введении малых доз белкового
антигена через 3—5 дней развивается ПЧЗТ, а на 6—7-й день появляются
циркулирующие антитела и готовность реагировать анафилактической реакцией, т.е. при определенных условиях на разных этапах возникает разный
механизм ответа на антиген. Такую ПЧЗТ называют транзиторной.
В процессе развития состояния ПЧЗТ первично введенный в организм
антиген всасывается в регионарные лимфатические узлы и вызывает
характерные для ПЧЗТ гистологические изменения. Если антителообразование и немедленная аллергия сопровождаются реакцией вторичных
узелков, расположенных в корковом слое лимфатических узлов, то для
формирования клеточного иммунитета и ПЧЗТ характерно увеличение
паракортикальной зоны лимфатических узлов. Именно здесь, а также в
параартериолярных участках селезенки происходит созревание регуля- торных
и эффекторных клеток ПЧЗТ.
В развитии состояния ПЧЗТ участвует весь набор клеток, характерных для клеточного иммунного ответа: макрофаги, регуляторные клетки, эффекторные клетки и клетки иммунологической памяти.
Макрофаги участвуют в процессах фагоцитоза, переработки антигенного
материала и презентации антигена регуляторным и эффекторным Т-клеткам. В
качестве вспомогательных клеток, представляющих антиген Т-клетки, могут
выступать дендритные клетки, клетки Лангерганса, В-клетки и даже клетки, не
относящиеся к классу иммунокомпетентных. К последним относятся
эндотелиальные клетки сосудов. Их способность представлять антиген играет
существенную роль при местных реакциях ПЧЗТ.
140
Р и с . 5 . 5 . Регуляция ПЧЗТ с помощью ТХ1. Непрерывная линия —
клеточные превращения, прерывистая линия — действие цитокинов Знак
«минус» означает ингибирующее действие, знак «плюс» —
стимулирующее действие. Тс — Т-супрессор, СФ — супрессарный фактор,
1 — макрофаг, 2 — лимфоцит,
3 — гранулоцит, 4 — гемопоэтическая клетка.
ш
К регуляторным клеткам ПЧЗТ относятся Т-хелперы, Т- и В-супрес- соры.
Регуляция развития ПЧЗТ происходит через активацию ТХ1, которые
секретируют уИФ, ИЛ-2 ФНОа, (3 ГМ-КСФ (рис. 5.5).
Иммунный интерферон (уИФ) стимулирует функцию макрофагов,
усиливает экспрессию продуктов главного комплекса гистосовместимо- сти,
которые играют ведущую роль в представлении антигена Т-лимфоци- там.
Созревание ТХ1 активируется под влиянием ИЛ-12, образующихся в
макрофагах и В-клетках.
Дефекты в системе ТХ1 и секреции их медиаторов возникают при многих
вирусных (герпес, грипп, СПИД и др.) и бактериальных (лепра, сальмонеллез и
др.) инфекциях, что в значительной степени отражается на интенсивности
развивающейся ПЧЗТ. Между Тх1, контролирующими ПЧЗТ и Тх2, которые
регулируют образование антител и гуморальный иммунитет с помощью
цитокинов ИЛ-3,4, 5,6,9,10,13, ГМ-КСФ, существуют антагонистические
отношения. Например, уИФ активирует макрофаги и тормозит рост Тх2, а ИЛ-10
подавляет функцию макрофагов и пролиферацию Тх1.
В подавлении развития ПЧЗТ участвуют CD8 — Т-супрессоры, вырабатывающие супрессорные факторы, природа которых еще недостаточно
изучена. Т-клетки, супрессирующие ПЧЗТ, отличаются отТ-супрес- соров,
подавляющих образование антител: они более чувствительны к
141
рентгеновскому облучению и недостаточности функции вилочковой железы и
более устойчивы к действию гидрокортизона.
Аллергические реакции замедленного типа появляются при
повторном контакте организма с аллергеном. Их развитие зависит
от
клеток-эффекторов
ПЧЗТ,
к
которым
относятся
преимущественно сенсибилизированные Т-лимфоциты.
Т-эффекторы образуются в ранние сроки сенсибилизации и способны
реагировать на аллерген при вторичном его попадании в организм. Для
представления аллергена клеткам-эффекторам необходимы вспомогательные
клетки.
Клетками-эффекторами ПЧЗТ могут быть не только Т-клетки. В-клетки и
макрофаги, высвобождающие медиаторы воспаления, также участвуют в
проявлениях ПЧЗТ. В эффекторную стадию ПЧЗТ наиболее значимы
медиаторы, участвующие в развитии воспалительной реакции: хемотаксические факторы, факторы торможения миграции макрофагов и лейкоцитов
(рис. 5.6).
МИФ, МАФ и др.
ИЛ-1
ФАТ,
ЛТД4,
П[-Е2, / : \ /ил-з,|ил4\ ПГД2,
ЛТЕ4| /фВГ, ГМ-КСФч ЛТВ4
/
I
ИЛ5 / Кровеносный сосуд
/
ЛТ94,
I
ИЛ-1, ИЛ-8
ФВГ #
/
ФНО, ПГЕ,
Рис.
5.6.
Участие цитокинов в
развитии
аллергических
реакций. Т — Т-клетка;
М
—
М-макрофаг,
Э
—
эозинофил, ТК — тучная клетка; Б — базофил; ПГЕ2, ПГД2 —
простагландины; ЛТС4, ЛТД,, ЛТЕ4, ЛТВ4 — лейкотриены; ФВГ—фактор выделения
гистамина; ФАТ — фактор агрегации тромбоцитов; ФРБ — фактор роста базофилов; МИФ — фактор торможения миграции макрофагов; МАФ — фактор
активации
макрофагов.
142
ПЧЗТ развивается при инфекциях, введении в организм
вакцин и других чужеродных биологических веществ, аппликации
на кожу и слизистые оболочки простых хим ических веществ,
способных вы зывать контактный дерматит, при отторжении
пересаженной ткани и аутоаллергии. При инфекциях замедленный тип
реагирования впервые был описан в 1890 г. Р. Кохом у больных туберкулезом
при введении им туберкулина. Реакция ПЧЗТ на внутрикожное введение
туберкулина, начинаясь не раньше 6 ч после инъекции и достигая максимума
через 24— 48 ч, сопровождается гиперемией, уплотнением, а иногда
кровоизлияниями и некрозом кожи. Через 24—48 ч гистологическая картина
приобретает
характерный
виде
периваскулярной
муфтообразной
инфильтрацией мононуклеарными клетками. При умеренных реакциях
количество таких клеток достигает 90 % по отношению к общему числу клеток
инфильтрата. Большинство клеток инфильтрата при местных реакциях ПЧЗТ
мигрируют из крови.
ПЧЗТ развивается на бактерии, вирусы, грибы, паразиты и их
белковые фракции . Среди инфекций ПЧЗТ чаще всего встречается при
заболеваниях с внутриклеточным паразитированием возбудителя. ПЧЗТ
направлена на инактивацию и удаление из организма возбудителей инфекционных заболеваний, чужеродных и собственных клеток, измененных под
влиянием микробов, мутагенных факторов и других химических и
биологических веществ.
Низкомолекулярные вещества органического и неорганического
происхождения (фенол, пикриловая кислота, динитрохлорбензол, краски,
соединения платины, кобальта, никеля, моющие, косметические средства и
др.) способны вызывать контактный дерматит. Контактные аллергены
обладают способностью взаимодействовать с белками при их аппликации на
кожу. При повторном контакте с аллергеном происходят инфильтрация кожи
мононуклеарными клетками, дегенерация и отслойка эпидермиса.
Реакция отторжения пересаженных органов или тканей, которые по
антигенам гистосовместимости не совпадают с реципиентами, свидетельствует
о проявлении ПЧЗТ. Аналогичные изменения возникают при аутоаллергии.
Местная реакция ПЧЗТ может быть в любом органе. Характер мононуклеарной
инфильтрации зависит от локализации аллергена (рис. 5.7).
Общие и местные реакции ПЧЗТ протекают в три стадии:
I — иммунологическая стадия, включающая расщепление (процессинг)
антигена макрофагами и представление (презентацию) Т-эффекторами комплекса из пептидов и антигенов гистосовместимости класса I и
(или) II;
II — патохимическая стадия. Выделение медиаторов ПЧЗТ активирован
ными Т-эффекторами;
III — патофизиологическая стадия. Действие медиаторов и лизосомаль
ных ферментов, развитие воспаления с мононуклеарной инфильтрацией
ткани.
143
Туберкулиновая реакция
Реакция отторжения
Реакция на контактный
аллерген
Реакция при аутоаллергии
гомотрансплантанта
Рис.
5 .7 .
Характер
мононуклеарной
инфильтрации в зависимости отлокализации
антигена при ПЧЗТ. А — эпидермис, Б — дерма, В —
подкожная клетчатка.
JWNS) — мононуклеарная инфильтрация;
— локализация антигена.
Процесс мононуклеарной инфильтрации складывается из неспецифического прилипания лимфоцитов к сосудистому эндотелию, контакта этих
клеток с антигеном и их проникновения через эндотелий в ткань. Несмотря
на большое количество лимфоидных кл еток, участвующих в
местной реакции, лишь небольшая часть из них состоит из
специфически сенсибилизированных лимфоцитов. Этого количества
сенсибилизированных клеток достаточно для развития местной реакции. При
контакте эффекторных клеток с антигеном происходит активная секреция
растворимых медиаторов, которые и обусловливают появление макро- и
микроскопических признаков реакции ПЧЗТ. Важную роль в механизмах
повреждения ткани играют нарушения кровообращения и проницаемости
сосудистой стенки.
В состав клеточного инфильтрата входят моноциты, лимфоциты, базофилы, эозинофилы и нейтрофилы. При базофильной ПЧЗТ инфильтрация
базофилами поверхностных слоев кожи интенсивная, в более глубоких слоях
преобладают мононуклеарные клетки. Инфильтрат местной реакции при
введении
паразитарных
антигенов
представлен
преимущественно
эозинофилами.
Тучные клетки, располагающиеся в участках местных реакций ПЧЗТ,
существенно не влияют на развитие воспаления. В некоторых случаях при
местных реакциях ПЧЗТ появляются плазматические клетки, что, вероят
144
но, свидетельствует о присоединении аллергии немедленного типа с образованием циркулирующих антител.
При введении туберкулина в кровь сенсибилизированной морской
свинке возникает общая реакция — так называемый туберкулиновый шок ,
который развивается через несколько часов и продолжается не более суток.
У человека с ПЧЗТ, получившего большую дозу аллергена, наблюдается
поверхностное дыхание, головная боль, озноб, тошнота, рвота, иногда
крапивница; в печени, селезенке, надпочечниках, кишечнике — застой крови и
кровоизлияния, в некоторых случаях поражение суставов.
Для оценки состояния ПЧЗТ применяют клеточные реакции in vitro
(реакцию бласттрансформации лимфоцитов, цитотоксические реакции и др.).
Принцип таких реакций заключается в обнаружении Т-эффекторов ПЧЗТ и их
медиаторов, образующихся при контакте этих клеток с аллергеном.
Не всегда корреляция между результатами этих реакций и данными
кожных проб полная, что свидетельствует о сложности клеточных механизмов развития ПЧЗТ.
Основные механизмы развития различных видов толерантности при
ПЧЗТ связаны с подавлением клонов Т-клеток, принимающих участие в
формировании или проявлениях ПЧЗТ, и/или в усилении функции Т-супрессоров и их медиаторов. Облучение, недостаточность вилочковой железы,
онкологические и вирусные заболевания подавляют ПЧЗТ.
Специфичность ПЧЗТ и немедленной аллергии может быть
различной. Т-клетки при ПЧЗТ и В-клетки при образовании антител распознают не одни и те же антигенные детерминанты. Предполагается, что специфичность ПЧЗТ шире, чем специфичность процесса образования антител.
Во многих случаях причиной ПЧЗТ является не чистый аллерген, а конъюгат,
содержащий гаптен и носитель. Специфичность такой ПЧЗТ направлена
против гаптена, его носителя и участка соединения гаптена с носителем. Как
правило, на фоне ПЧЗТ не развивается немедленная аллергия, однако в
некоторых случаях, например при инфекционной аллергии, два основных
вида повышенной чувствительности сочетаются.
Генетическая регуляция ПЧЗТ в общем совпадает с регуляцией образования антител. У высоко- и низкорегулирующих животных имеется
корреляция между способностью формировать ПЧЗТ и продуцировать
циркулирующие антитела.
Генетическая регуляция ПЧЗТ может осуществляться на уровне отдельных субпопуляций иммунокомпетентных клеток (Т-эффекторов, Тсупрессоров, Т-хелперов, клеток памяти, макрофагов) или на уровне клеточного взаимодействия. В связи с этим генетический дефект может
проявляться на любой стадии иммунного ответа (на стадиях антигенного
распознавания, образования регуляторных факторов и их действия на
клетки-мишени, эффекторной и др.).
Конкретным материалом, обеспечивающим клеточное взаимодействие при ПЧЗТ, являются антигены гистосовместимости
классов I и II. В процессе развития ПЧЗТ такие антигены играют
145
ключевую роль при кооперации макрофага с Т-лим- фоцитом и
при взаимодействии Т-клеток друг с другом.
ПЧЗТ часто сопровождает инфекционные заболевания . При
ПЧЗТ значительно усиливается фагоцитарная активность лейкоцитов, а в
участках реакции ПЧЗТ происходят задержка распространения возбудителя
и усиленная его элиминация.
Сенсибилизация организма, протекающая по замедленному типу, как
правило, облегчает течение инфекционного заболевания, за исключением
гиперергических реакций. Ареактивные формы туберкулеза и бруцеллеза,
развивающиеся без сенсибилизации, отличаются хроническим течением и
плохо поддаются лечению. После перенесенной инфекции постепенно
исчезает ПЧЗТ и сохраняется противоинфекционная резистентность.
Таким образом, основным отличительным признаком ПЧЗТ является
воспалительная мононуклеарная реакция на возбудитель и его продукты, а
основным признаком клеточного иммунитета — наличие клеточной защиты
против
возбудителя.
Иные
отношения
складываются
между
антиинфекционным иммунитетом и немедленной аллергией. Последняя
чаще всего выступает в качестве неблагоприятного фактора течения инфекционного заболевания.
5.4. Атопия. Атонические и псевдоатопические заболевания
5.4.1. Механизмы развития
Установлено, что у людей имеются заболевания, сходные с анафилактическими реакциями, воспроизводимыми в эксперименте у животных.
Однако по ряду признаков они отличаются от анафилаксии, и чтобы
подчеркнуть отличие этой группы заболеваний A.F. Coca и R.A. Cooke в 1923
г. обозначили их термином «атопия» (от греч. atopia — странность,
необычность).
К группе классических атопических болезней относят круглогодичный
атопический ринит, поллиноз (от англ. pollen — пыльца), атопичес- кую форму
бронхиальной астмы и атопический дерматит. Близки с этой группой по
механизму развития определенные острые аллергические реакции на
лекарства и пищевые продукты.
К признакам, характеризующим атопию (табл 5.3) относятся естественное возникновение, наследственная предрасположенность, возможность повреждения любой системы организма в отличие от анафилаксии, при
которой всегда имеется определенный шоковый орган в пределах одного
вида животных. При реакциях обоих видов повреждение тка ней
вызывается аллергическими меха низмами первого типа. Однако в
последнее время стало ясно, что атопия отличается от анафилаксии
146
еще одним важным признаком — в ее развитии большую роль играют
неспецифические (неиммунные) механизмы. Таким образом, атопия это
более широкий феномен, чем анафилаксия, поэтому нельзя сводить ато- пию
только к повреждению, связанному с развитием аллергических механизмов
первого типа.
Т а б л и ца 5.3
Анафилаксия
Показатель
Атопия
Различия между анафилаксией и атопией
Искусственное
Естественное Выраженная
Условия воспроизведения
Незначительная Один в
Любой
Роль наследственности
пределах вида
Шоковый орган
I тип
Участвующие механизмы:
I тип
аллергических реакций
•
специфические
(иммунные)
аллергических реакций
Выраженное влияние
•
неспецифические
Незначительное влияние
(неиммунные)
*
Наследственная предрасположенность — важнейший признак ато- пии.
В настоящее время обсуждается возможность участия в ее развитии около 20
генов, для многих генов определены их локализация и связь с тем или иным
признаком атопии. Их обнаружили на хромосомах 4, 5,6,7, 11, 13, 14. W.
Cookson (1996) условно разделил их наследующие классы:
I класс — гены, в общем предрасполагающие к развитию атопии (вклю
чение lgE-опосредованного воспаления) и увеличению общего
IgE;
II класс — гены, влияющие на специфический lgE-ответ;
III класс — гены, влияющие на бронхиальную гиперреактивность незави
симо от атопии;
IV класс — гены, определяющие развитие воспаления, не связанные с IgEответом.
Таким образом, основу развития атопии составляет тот набор генов,
который передается по наследству. Однако эта наследственная предрасположенность не создает фенотипа атопии, а является лишь способствующим условием. Реализация этой предрасположенности в клинические
проявления атопии (атопический фенотип) происходит только при воздействии соответствующих факторов окружающей среды. Таковыми факторами для каждого индивидуума служат «свои» аллергены.
Уже упоминалось, что в развитии атопии принимают участие группы
механизмов: специфические (иммунные) и неспецифические (неиммунные).
Все изменения в организме, связанные с включением этих механизмов, в
большей или меньшей степени возможны при всех классических атопических
заболеваниях.
Особенность специфического механизма выражается в повышенной
способности организма отвечать на аллергены образованием lgE- антител.
Центральным звеном этой особенности является направленность
147
дифференцировки нулевых Т-хелперных клеток (Тх-0). При обычном ответе
на антиген Тх0 дифференцируется главным образом в ТХ1, которые
секретируют ИЛ-2 (интерлейкин-2), у-интерферон (у-ИФ) и ряд других
медиаторов, что активирует развитие клеточного механизма иммунитета
(схема 5.1).
Тх2 секреция ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-10, ИЛ-13
С х е м а 5.1 . Пути дифференцировки ТхО-клеток и роль некоторых
интерлейкинов. Аг — антиген; АПК — Аг-представляющая клетка, ИЛ —
интерлейкин, Тх — Т-хелперная
клетка.
У людей, предрасположенных к развитию атонических реакций, имеется сдвиг дифференцировки Тх0 в сторону преимущественного образования
Тх2-клеток. Последние секретируют главным образом ИЛ-4, ИЛ-5, ИЛ-3,
ИЛ-10 и ряд других медиаторов. Эти медиаторы, особенно ИЛ-4,
переключают в В-лимфоцитах синтез антител с G-класса на Е-класс. Между
Тх1- и Тх2-зависимыми ответами имеется конкуренция. При преобладании
Тх2-зависимого ответа угнетается ТХ1-зависимый ответ и наоборот. В связи с
этим при атопических заболеваниях выявляют угнетение клеточного и в
определенной степени гуморального звеньев иммунитета, что в далеко
зашедших случаях приводит к развитию инфекционных процессов в виде
пиодермии, хронического отита, гайморита, бронхита и др.
У здоровых людей содержание общего IgE в плазме крови варьирует от
0 до 40—60 ед/мл (1 Международная единица = 2,4 нг). Оно наименьшее при
рождении,
затем
увеличивается
и
к
10—12-летнему
возрасту
стабилизируется. При атопических заболеваниях в 80—85 % случаев
концентрация общего IgE повышается до 100—120 ед/мл и более и может
достигать нескольких тысяч единиц. Общим он называется потому, что в его
состав входят как lgE-антитела к определенному аллергену, так и молекулы
IgE, которые неспецифичны к данному аллергену. Одновременно с
увеличением общего IgE возрастает, как правило, и специфический IgE.
Однако в ряде случаев при атопических заболеваниях вместе с повышением
уровня общего IgE или без такового в сыворотке крови обнаруживали lgG4,
который, как и IgE, может фиксироваться набазофилах и выполнять роль
реагинов.
Образовавшиеся под влиянием аллергена lgE-антитела и мо лекулы неспецифического IgE фиксируются на клетках через Fcрецепторы. Различают два вида этих рецепторов. Первый вид — классические высокоаффинные рецепторы (FceRI), которые находятся на тучных
клетках и базофилах. Считают, что на одном базофиле может фик
148
сироваться от 30x103 до 400x103 молекул IgE. Большая их часть приходится
на молекулы неспецифического IgE; концентрация специфического IgE, как
правило, меньше. Второй тип рецепторов — низкоаффинные (FceRII). Они
находятся на макрофагах, эозинофилах и тромбоцитах и не имеют
перекрестной специфичности с первым видом рецепторов. Афинность этих
рецепторов, как и число несущих их клеток, может возрастать. Это ведет к
тому, что начальный механизм развития аллергической реак ции
немедленного типа (ранняя фаза в первые 15—20 мин) может иметь
продолжение в виде отсроченной фазы (через 4—8 ч), характеризующейся
развитием воспаления. В развитии отсроченной фазы большую роль играет
накопление в месте начальной реакции клеток, участвующих в воспалении.
Это главным образом эозинофилы, а также нейтрофилы, макрофаги и
лимфоциты. На их поверхности через рецепторы второго типа фиксируется
специфический IgE. С ним соединяется соответствующий аллерген, в
результате эти клетки высвобождают ряд медиаторов, обладающих
провоспалительной активностью (катионные белки, активные формы
кислорода и др.). Поздняя фаза аллергических реакций немедленного типа у
больных бронхиальной астмой проявляется повышением чувствительности и
реактивности бронхов к различным неспецифическим раздражителям
(холодный воздух, острые и резкие запахи и др.) и сопровождается
бронхиальной обструкцией. У лиц, перенесших анафилактический шок, он
может повториться (через несколько часов после того, как пациент был
выведен из этого состояния). У15—20 % больных атопией общий IgE
находится в пределах нормы или ее верхней границы. Кроме атопических
заболеваний, уровень IgE может повышаться при респираторных вирусных
заболеваниях, некоторых первичных имму- нодефицитах, заболеваниях
печени.
Патохимическая стадия реакции I типа начинается после связывания
аллергена с lgE-антителами, как циркулирующими, так и фиксиро1 ванными
на клетках (аллерген образует мостики между фиксированными на клетках
lgE-антителами).
Активация тучных и базофильных клеток приводит к высвобождению
различных медиаторов, что морфологически определяется как их дегрануляция. Процесс высвобождения медиаторов требует энергетического
обеспечения, поэтому блокада энергообразования блокирует и выброс
медиаторов.
Из тучных клеток и базофильных лейкоцитов выделены различные
медиаторы, причем некоторые из них находятся в клетках в готовом виде.
Одни из них легко секретируются из имеющегося «запаса» (гистамин,
серотонин, различные эозинофильные хемотаксические факторы), другие
труднее высвобождаются из клетки, так как входят в состав матрикса гранул
(гепарин,
арилсульфатаза
А,
галактозидаза,
хемотрипсин,
супероксиддисмутаза и др.). Ряд медиаторов предварительно не депонируется.
Они образуются после стимуляции клетки (лейкотриены, тромбоцитактивирующие факторы и др.). Эти медиаторы, обозначаемые как
149
первичные, действуют на сосуды и клетки-мишени опосредованно, включая в
развитие аллергической реакции эозинофилы, тромбоциты и другие клетки. В
результате к месту активации тучных клеток мигрируют эозинофильные и
нейтрофильные гранулоциты, которые в свою очередь также начинают
выделять медиаторы, обозначаемые как вторичные — фосфолипаза Д,
арилсульфатаза В, гистаминаза (диаминооксидаза), лей- котриены и др.
Накапливающиеся медиаторы оказывают патогенное действие на
клетки, что приводит к развитию патофизиологической стадии.
Неспецифические механизмы:
1)
нарушения равновесия влияний симпатической и парасимпатической
иннервации систем организма, менее выраженные при рините и наиболее
резко — при атопическом дерматите.
При всех трех классических атопических заболеваниях увеличена холинергическая реактивность, что проявляется более резким сужением зрачка
на закапывание в глаза холиномиметиков по сравнению с таковым у
здоровых лиц. При сочетании астмы с дерматитом усилено спонтанное и
стимулированное холиномиметиками потоотделение. При ато- пической
астме, кроме того, повышен холинергический тонус бронхов, что проявляется
либо приступом астмы, либо повышением реактивности и чувствительности
бронхов при проведении провокационных тестов с холиномиметиками.
При атопии p-2-адренергическая реактивность снижена. A. Szen- tivahyi
(1968) выдвинул даже Р-адренергическую теорию атопических нарушений
при бронхиальной астме и развития атопии вообще. Сниженная
Р2-адренореактивность проявляется меньшей степенью гликогенолиза,
липолиза, повышения пульсового давления и образования цАМФ в лейкоцитах при добавлении адреналина или изопротеринола по сравнению с
таковой у здоровых лиц.
Одновременно усиливается а-адренореактивность, что не выявляют
при ринитах; ее можно обнаружить при астме и особенно резкое увеличение
при атопическом дерматите. У последних отмечается выраженная
вазоконстрикция в виде белого дермографизма, бледного цвета кожи лица и
снижения температуры кожи пальцев;
2)
повышенная способность тучных клеток и базофилов высвобождать
медиаторы как спонтанно, так и в ответ на различные неиммунологические
стимулы. Установлено, что базофилы больных атопическим ринитом и/или
астмой, атопическим дерматитом более легко, чем лейкоциты здоровых
людей, высвобождают гистамин в ответ на различные неиммунологические
(неспецифические) стимулы (метахолин, Кон-А, кальциевые ионофоры,
полимиксин-В и др.). Более того, у этих больных возможно спонтанное
выделение гистамина базофилами. Аналогичными свойствами обладают
тучные клетки из бронхоальвеолярного смыва у больных ато- пической
астмой. Этот эффект связывают с повышенной активностью в клетках
фосфодиэстеразы цАМФ и снижением концентрации последнего. Угнетение
фосфодиэстеразы в этих клетках приводило к повышению уровня цАМФ и
нормализации высвобождения гистамина;
150
3) известно, что атопия сопровождается различной степенью эозино- филии и
инфильтрацией слизистых оболочек и секретов дыхательных путей и
желудочно-кишечного тракта.
В то же время, факт расположения на разных хромосомах генов, ответственных за формирование атопического генотипа, приводит к независимости и случайности передачи ряда генов потомству и, следовательно, к
различной совокупности этих генов у каждого индивидуума. В связи с этим у
одних окажется более или менее полный атопический генотип, у других
определяется набор генов, кодирующих развитие преимущественно
специфических или неспецифических механизмов, и у третьих — только
неспецифических механизмов. Отсюда и возможность различных фенотипических проявлений атопии: от ее полной картины до единичных признаков из атопического фенотипа, причем эти признаки могут относиться как
к специфическим, так и неспецифическим компонентам атопии. В связи с
этим по отношению к атопии всех людей можно разделить на следующие 3
конституциональных типа: атопический, псевдоатопический и неатопический.
К последнему относятся люди, не имеющие в своем генотипе генов,
кодирующих специфические и неспецифические механизмы. Особенности
реактивности каждого из этих типов представлены в табл. 5.4.
Т а б л и ца 5.4
Тип конституции
Признаки
Особенности реактивности
людей трех
конституциональных
типов
атопический
псевдоатопический
неатопический
Механизмы
Специфические и
Только или
Нет
развития атопии
неспецифические
Нет
главным образом
неспецифические
Есть
Есть
Есть
Нет
Нет
Есть
Есть
Нет
Преобладание
ТХ1-зависимой
реакции
Преобладание
Тх2-зависимой
реакции
Исходно сущест
вующая неспеци
фическая гиперре
активность тканей
У лиц атопической конституции поступление аллергена сопровождается
развитием типичных атопических заболеваний (поллиноз, круглогодичный
атопический ринит, атопический вариант бронхиальной астмы и др.). Лица с
псевдоатопической
конституцией,
имеющие
главным
образом
неспецифические механизмы из атопического генотипа, не реагируют на
аллергены; причинными факторами у них становятся ирританты
(раздражающие вещества) и псевдоаллергены (например, нестероидные
151
противовоспалительные препараты, физическая нагрузка и др.). Проявления
псевдоатопических заболеваний сходны с таковыми при истинных
атопических заболеваниях, хотя они не имеют в своем патогенезе IgEопосредованных иммунных механизмов, поэтому общий IgE у таких лиц в
норме и не удается найти аллергена.
Объектом атопической альтерации может быть любая система организма. Развитие повреждения той или иной системы организма определяется
не только его общими свойствами, или конституцией, но и особенностями
реактивности того или иного «шокового» органа (системы организма). Именно
это, наряду с природой аллергена и путями его поступления и, определяет
локализацию процесса и появление определенного атопического
заболевания.
Особенности реактивности «шокового» органа определяются многими
влияниями на его функционирование. Из них наибольшую роль играет сдвиг в
балансе влияний парасимпатического и симпатического отделов нервной
системы на данный орган. Обычно это проявляется в какой-либо одной
системе организма. Так, белый дермографизм выявляют только при
атопическом дерматите, но его, как правило, не бывает при атопическом
рините или астме. При астме повышена холинореактив- ность дыхательных
путей,
но
она
не
проявляется
при
атопическом
дерматите,
сопровождающемся поражением только кожи.
5.4.2. Механизмы обратимой обструкции дыхательных путей
Обратимая обструкция дыхательных путей — важнейшее проявление
бронхиальной астмы.
Собственно бронхиальная астма — синдром, объединяющий
группу заболеваний, которые развиваются под влиянием
аллергенов, возбудителей инфекционных заболеваний респираторного тракта или ирритантов (псевдоаллергенов) у
предрасположенных людей и характеризующийся гиперреактивностью бронхов, обратимой их обструкцией с клиническими проявлениями приступов удушья и эозинофилией.
Таким образом, для развития этого синдрома должна быть предрасположенность, для которой характерны особенности регуляции дыхательных
путей, создающие состояние их гиперреактивности, что выражается в
повышении чувствительности дыхательных путей к различным раздражителям эндогенного или экзогенного происхождения. Основой регуляции
являются неспецифические механизмы из атопического фенотипа.
Известно, что по отношению к атопии можно выделить 3 конституциональных типа людей (см. табл. 5.4). Имеются и три группы причин,
вызывающих развитие обратимой обструкции дыхательных путей. В связи с
этим в зависимости от конституционального типа действие причинных
факторов будет реализовываться через различные механизмы (схема 5.2). У
лиц с атопической конституцией аллергены и возбудители инфекции как
аллергены включают иммунный lgE-опосредованный и не
152
специфический механизмы. Через специфический механизм стимулируется
образование медиаторов тучными клетками слизистой оболочки бронхов.
Одни из них, обладающие бронхоконстрикторным свойством (лейкотриены
С4, Д4, Е4, тромбоцитактивирующий фактор, гистамин и др.), вызывают
бронхоспазм в течение 10—15 мин после контакта с аллергеном. Группа
провоспалительпых медиаторов (хемотаксические факторы, способствующие
хемотаксису эозинофилов, нейтрофилов и их медиаторы, особенно
эозинофильные катионные белки, молекулы адгезии, активные формы
кислорода и др.) приводит к воспалению в слизистой оболочке бронхиальных
путей, что в свою очередь усиливает гиперреактивность бронхов.
Одновременно
через
неспецифические
механизмы
усиливаются
холинергические и а-адренергические влияния и снижается Р-адренореактивность, что может усилить не только высвобождение медиаторов
тучными, эозинофильными и другими клетками, но и образование слизи и
прямое бронхоконстрикторное действие. Играет роль и повышенная
способность тучных клеток, базофилов и др. отвечать высвобождением
медиаторов на неспецифические раздражители. Развивающееся в
результате действия медиаторов воспаление имеет характер эозинофильного десквамативного бронхита.
Причины
бронхиально
й
астмы
Типы ,
конституции
Аллергены
Атонич
еская
Механизм
ы
развития
Ирританты
конституци
я
Псевдоатопическая
Иммунны
й
▼
механиз
м
Стадия
образования
медиаторов
Воспалени
е
Инфекция
конституция
Неспецифические
механизмы
Нёатопики (без
предрасположенности к
гиперреактивности
бронхов)
Десквамация эпителия
дыхательных путей
Воспаление
Гиперреактивность бронхов
Обратимая обструкция дыхательных путей
ОРВИ
Бронхи
т
острый
Бронхит
хронически
й
С х е ма 5 .2 . Взаимосвязь причинных факторов и
конституциональных типов пациентов с механизмами развития обструкции
дыхательных путей.
153
Лица с псевдоатопической конституцией либо не отвечают на аллергены,
либо иммунный ответ на них не опосредован lgE-механизмами. Ирританты же
действуют через неспецифические механизмы, оказывая
154
прямое влияние на тучные клетки слизистой оболочки, стимулируя освобождение медиаторов, а также на чувствительные нервные окончания,
вызывая рефлекторный бронхоспазм. Возбудители инфекции способствуют
развитию воспаления в стенках дыхательных путей, что также ведет к
усилению гиперреактивности бронхов. Однако характер воспаления отличается от такового у лиц с атопической конституцией. Клеточный инфильтрат имеет эозинофильно-нейтрофильный характер. Кроме того,
иммунный механизм развивается поТХ1-зависимому пути. Он направлен не
только на возбудителя инфекции, но и на аутоаллергены в легочной ткани,
образующиеся при инфекционном процессе. В этом заложена возможность
развития аутоаллергических механизмов повреждения тканей.
Улице неатопической конституцией аллергены не вызывают какой- либо
видимой реакции. Ирританты могут приводить к развитию различных
вариантов бронхита, а респираторные инфекционные процессы — к
возникновению ОРВИ и различных видов банальных бронхитов. Поскольку
воспаление сопровождается в той или иной степени десквамацией эпителия,
то все это вместе взятое может спровоцировать развитие гиперреактивности
бронхов с их обструкцией разной степени тяжести.
5.5. Псевдоаллергия
Псевдоаллергия (синонимы: неспецифическая, неиммунологическая
аллергическая реакция; неиммунологический эквивалент аллергической
реакции; анафилактоидная реакция, если она протекает по типу анафилактического шока) — патологический процесс, клинически сходный
с проявлениями аллергической реакции, но не имеющий
иммунологической стадии развития. Таким образом, при псевдоаллер-
гии, в отличие от истинной аллергии, отсутствует первая (иммунологическая)
стадия развития. Остальные стадии — высвобождения (образования)
медиаторов (патохимическая) и патофизиологическая (стадия клинических
проявлений) сходны при псевдоаллергии и истинной аллергии. Группа
псевдоатопических реакций является составной частью псевдоаллергии как
более всеобъемлющего феномена, включающего и другие механизмы,
которые не принимают участия в развитии атопии. Наряду с этим необходимо
отличать псевдоаллергические реакции от клинически сходных.
Основным критерием следует считать характер патохимичес кой стадии заболевания. К лсевдоаллергическим процессам относятся
только те, в развитии которых ведущую роль играют такие медиаторы, которые
образуются также и в период патохимической стадии истинных аллергических
реакций.
Вещество, вызывающее развитие псевдоаллергии, называют псевдоаллергеном. Псевдоаллерген действует непосредственно на клеткиэффекторы (тучные клетки, базофилы) или биологические жидкости и
вызывает высвобождение из клеток или образование в жидкостях медиаторов. Псевдоаллергические реакции встречаются чаще всего при лекарственной и пищевой непереносимости. Многие лекарственные препараты
(ненаркотические
анальгетики,
рентгеноконтрастные
вещества,
155
плазмозамещающие растворы, плазма и др.) чаще способствуют развитию
псевдоаллергии, чем аллергии.
В патогенезе псевдоаллергии принимают участие следующие механизмы:
•
гистаминовый;
•
нарушения активации системы комплемента;
•
нарушения метаболизма арахидоновой кислоты.
В каждом конкретном случае ведущую роль играет один из этих механизмов.
5.5.1. Гистаминовый тип псевдоаллергии
Его суть заключается в увеличении в биологических жидкостях концентрации свободного гистамина, который оказывает через Н^ и Н2-рецепторы клеток-мишеней патогенное действие. Н^рецепторы выявлены на
гладких мышцах бронхов и сосудов; Н2-рецепторы — на париетальных клетках
слизистой оболочки желудка. Гистаминовые рецепторы имеются на
различных субпопуляциях лимфоцитов, тучных клетках, базофилах,
эндотелиальных клетках посткапиллярных венул и др.
В легких гистамин вызывает спазм бронхов, в коже — расширение венул
и повышение их проницаемости, что приводит к покраснению кожи и
развитию ее отека, а при системном влиянии на сосудистую систему — к
гипотензии. Конечный результат действия гистамина определяется местом
его образования, концентрацией и соотношением Н^ и Н2-рецеп- торов на
поверхности
клеток.
Увеличение
концентрации
гистамина
при
псевдоаллергии может идти несколькими путями:
1)
действующие факторы оказывают прямое влияние на тучные клетки и
базофилы и вызывают либо их разрушение и тем самым освобождение
медиаторов, либо, действуя на эти клетки через соответствующие
рецепторы, активируют их и тем самым вызывают секрецию . гистамина
и других медиаторов. Выделение гистамина может быть весьма
значительным;
2)
увеличение содержания гистамина в связи с нарушением механизмов
его инактивации, В организме имеется несколько путей инактивации
гистамина: окисление диаминоксидазой, метилирование азота в
кольце, окисление моноаминооксидазой или подобными ферментами,
метилирование и ацетилирование аминогруппы боковой цепи,
связывание белком плазмы крови (гистаминопексия) и гликопротеидами. Мощность инактивирующих механизмов настолько
велика, что введение через зонд в двенадцатиперстную кишку здорового взрослого человека до 170—200 мг гистаминхлорида (из расчета
до 2,75 мг на 1 кг массы тела) вызывает через несколько минут
небольшое ощущение прилива к лицу, при этом уровень гистамина в
крови практически не увеличивается. У людей с нарушенной инактивирующей способностью значительно меньшая доза гистамина дает
резко выраженные клинические проявления в виде головной
боли,крапивницы,диареи;
3)
увеличение концентрации гистамина в связи с поступлением его или других
аминов с пищей. Так, в 1 г некоторых продуктов (фермента- тированные
156
4)
сыры, копченые колбасы, рыбные консервы, шоколад и др.) содержится от
200 до 2000 мкг гистамина или тирамина;
дисбактериозы, сопровождающиеся увеличением кишечной микрофлоры с
декарбоксилирующей активностью, увеличивают образование гистамина,
фенилэтиламина, тирамина из соответствующих аминов — гистидина,
фенилаланина, тирозина.
5.5.2. Нарушение активации системы комплемента
Псевдоаллергические механизмы второго типа связаны с неадекватным усилением классического или альтернативного пути активации
комплемента. В результате активации комплемента образуются многочисленные пептиды с анафилатоксической активностью (С4а, С2Ь, СЗа, С5а и
С5дезАрг), которые вызывают высвобождение медиаторов из тучных клеток,
базофилов, тромбоцитов, нейтрофилов, приводят к агрегации лейкоцитов,
повышению их адгезивных свойств, спазму гладких мышц и другим эффектам;
при этом развивается анафилактоидная реакция вплоть до выраженного шока.
Полисахариды и полианионы определенной молекулярной массы активируют
альтернативный путь каскада комплемента за счет связывания его третьего
компонента. Выраженную активацию комплемента вызывают протеазы. Так,
плазмин и трипсин активируют CIs, СЗ и фактор В, они же могут замещать
фактор D. Калликреин расщепляет СЗ с образованием СЗЬ. Компоненты
комплемента (C1q) фиксируются на агрегированных молекулах у-глобулина,
вызывая активацию всей системы комплемента. Агрегацию молекул белка in vivo
наблюдают при криопатиях, in vitro— при длительном хранении пастеризованной
плазмы, растворов сывороточного альбумина человека, у-глобулина, особенно
плацентарного. Внутривенное введение таких препаратов в некоторых случаях
вызывает выраженную активацию системы комплемента и приводит к развитию
псевдоаллергии вплоть до анафи- лактоидного шока. Рентгеноконтрастные
препараты также могут активировать комплемент. Это происходит в результате
повреждения эндоте- лиальных клеток сосудов, что ведет к активации фактора
Хагемана с последующим образованием плазмина, который активирует С1.
Одновременно активируется калликреин-кининовая система. Декстраны также
способны активировать комплемент, что наблюдают при гемодиализе.
Наиболее демонстративные проявления псевдоаллергии развиваются при
дефиците ингибитора первого компонента комплемента — С1 -ингибитора,
который представляет собой а2-нейроаминогликопроте- ин с молекулярной
массой 90 000 Д. В норме его концентрация в плазме крови составляет 18,0±5
мг%. Дефицит С1-ингибитора связан с мутацией гена (частота 1:100 000) и
передается по наследству по аутосомно- доминантному типу. В большинстве
случаев дефицит С1 -ингибитора связан с нарушением его синтеза в печени, что
ведет к резкому снижению концентрации этого ингибитора в плазме (до 17 % от
нормы). Однако иногда сохраняется нормальный уровень С1 -ингибитора, но его
структура оказывается измененной; иногда уровень ингибитора даже увеличен.
В последнем случае он находится в комплексе с альбумином, в результате
блокируется его активность. Дефицит ингибитора и сниженная его активность
приводят к развитию псевдоаллергической формы отека Квинке.
157
Под влиянием различных повреждающих воздействий (например, удаление
зуба и др.), физической нагрузки, эмоционального стресса происходит активация
фактора Хагемана (Xll-фактор свертывания крови). Последний включает
плазминовую систему с образованием плазмина, который в свою очередь
запускает начальное звено классического пути активации комплемента, начиная
с С1. Активация происходит до СЗ и здесь прекращается, так каку СЗ свой
ингибитор. Однако в начальном звене из С2 образуется кининоподобный
фрагмент, который и вызывает повышение проницаемости сосудов и развитие
отека Квинке.
5.5.3. Нарушения метаболизма арахидоновой кислоты
Механизмы третьего типа, участвующие в развитии псевдоаллергии,
связаны с нарушением метаболизма ненасыщенных жирных кислот и в первую
очередь
арахидоновой.
Она
высвобождается
из
фосфолипидов
(фосфиглицеридов) клеточных мембран (нейтрофилы, макрофаги, тучные
клетки, тромбоциты и др.Jrntffl'действием внешних стимулов (повреждение
лекарством, эндотоксином и др.). Молекулярный процесс высвобождения
довольно сложен и включает как минимум два пути, которые начинаются с
активации метилтрансферазы и заканчиваются накоплением кальция в
цитоплазме клеток, где он активирует фисфол ипазу А2- Последняя отщепляет
арахидоновую кислоту от фосфоглицеридов. Освободившаяся арахидоновая
кислота метаболизируется двумя путями: циклоксигеназным и липоксигеназным
(схема 5.3). В первом пути метаболизма вначале образуются циклические
эндопероксиды, которые затем переходят в классические простагландины Е2,
F2а и (ПГЕ2, nrF2a> ПГ02), простациклин и тромбоксаны. Во втором пути под
влиянием ли- поксигеназ образуются моногидропероксижирные кислоты.
Имеется несколько липоксигеназ, каждая из которых вводит кислород в
определенное место молекулы арахидоновой кислоты. Хорошо изучены
продукты, образующиеся под действием 5-липоксигеназы. Вначале образуется
5- гидропероксиэйкозаотетраеновая кислота (5-НРЕТЕ), которая может превращаться в нестабильный эпоксид — лейкотриен А4(ЛТА4). Последний может
претерпевать дальнейшие превращения в двух направлениях: одно —
энзиматический гидролиз до лейкотриена В4 (ЛТВ4), другое — присоединение
глутатиона с образованием лейкотриена С4 (ЛТС4). Последующие
дезаминирования переводят ЛТС4 в J1TD4 и ЛТЕ4. Образующиеся продукты
метаболизма арахидоновой кислоты оказывают выраженное биологическое
действие на функцию клеток, тканей, органов и
158
систем организма, а также участвуют в многочисленных механизмах обратных
связей, тормозя или усиливая образование медиаторов как своей группы, так
и иного происхождения. В физиологических условиях имеется определенный
баланс между различными метаболитами арахидоновой кислоты, что
обеспечи
вает
оптимал
ьную
активнос
ть клеток
тканей и
функцию
органо
в.
пгн
ТрА2 I
ПГЕ2
I
4
ТрВ2
'4
5-НРЕТЕ
\15-HETE ------------------ ►15-НЕТЕ
ПГй2 I
1
4
пгя2а
ЛТА4
12-НРЕТЕ - ►12-НЕТЕ
ЛТВ4
ЛТС4
t
ЛЮ4
I
лте4
С х е м а 5 . 3 . Циклоксигеназный и липоксигеназный пути метаболизма
арахидоновой кислоты. 5-НРЕТЕ —
гидропероксиэйкозотетраеновая кислота, 15-НЕТЕ — гидроксиэйкозо- тетраеновая
кислота, ПГ — простагландин; ПП2 — простациклин, Тр — тромбоксан,
ЛТ — лейкотриен
В патологии этот баланс и количество метаболитов меняются, что ведет
к соответствующим нарушениям функции клеток и органов. Так, например,
установлено, что простагландины серии F вызывают сокращение гладкой
мускулатуры, в том числе и бронхов, а простагландины группы Е —ее
159
расслабление. Тромбоксан А2 сопровождается агрегацией тромбоцитов и
спазмом гладких мышц, а простациклин угнетает эту агрегацию и расслабляет
гладкомышечные клетки. ЛТС4 и JITD4 способствуют спазму гладких мышц,
резко усиливают выделение слизи, уменьшают коронарный кровоток, силу
сердечных сокращений, приводят к умеренному повышению проницаемости
сосудов. ЛТВ4 не дает бронхо- спастического эффекта, но вызывает
выраженный хемотаксис нейтрофи- лов, их адгезию на сосудистых сменках и
дегрануляцию, стимулирует образование активных форм кислорода этими
клетками. ЛТЕ4, в сравнении с ЛТС4 и ЛТД4, ведет к развитию менее
выраженной, но более длитель
160
ной бронхоконстрикции. В связи с указанными эффектами метаболиты
арахидоновой кислоты участвуют в развитии отека, воспаления, бронхоспазма, нарушают работу сердца и др.
Важной причиной, нарушающей метаболизм арахидоновой кислоты,
является прием лекарств, относящихся к группе нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП). Наибольшее количество реакций
связано с приемом ацетилсалициловой кислоты. Обычно наряду с чувствительностью к ацетилсалициловой кислоте пациенты оказываются чувствительными к другим препаратам — производным пиразолона, параминофенола, НПВП разных химических групп. Клинические проявления этой
непереносимости весьма различны: от небольших высыпаний на коже до
развития анафилактоидного шока, но чаще всего проявляются патологическими
процессами в органах дыхания или развитием крапивницы и/или отека Квинке.
Существуют
различные
представления
о
возможных
механизмах
непереносимости анальгетиков. Значительное внимание уделялось выяснению
роли иммунологических механизмов в реализации патогенного действия этих
препаратов. Однако это предположение не нашло убедительного
подтверждения и сложилось представление, что непереносимость НПВП
относится к группе псевдоаллергических реакций. Отрицание возможности
иммунологического механизма и в первую очередь lgE-опосредованного
базируется на следующих наблюдениях:
•
большинство пациентов с непереносимостью ацетилсалициловой кислоты
не страдают атопией и у них не возникают немедленные кожные реакции
ни на этот препарат, ни на его конъюгаты;
•
чувствительность к препарату не передается пассивно сывороткой крови;
•
пациенты с чувствительностью к ацетилсалициловой кислоте оказываются
чувствительными также и к другим химически различным анальгетикам.
Полагают, что анальгетики угнетают активность циклоксигеназы-2 и тем
самым.сдвигают баланс метаболизма арахидоновой кислоты в сторону
преимущественного образования лейкотриенов. Однако существуют и другие
механизмы непереносимости. Это подтверждает тот факт, что непереносимость
НПВП нередко сопровождается увеличением содержания гистамина в плазме
крови и его выведения с мочой; возможность участия комплемента в реакциях
на анальгетики пока не доказана.
Проявления псевдоаллергических состояний близки к таковым
при аллергических заболеваниях. Их основой являются повышение
проницаемости сосудов, отек, воспаление, спазм гладкой мускулатуры,
разрушение клеток крови. Эти процессы могут быть локальными, органными,
системными. Они наблюдаются в виде круглогодичных ринитов, крапивницы,
отека Квинке, периодических головных болей, нарушения функции
желудочно-кишечного тракта, развития бронхиальной астмы, сывороточной
болезни, анафилактоидного шока, а также избирательного
161
поражения отдельных органов. В развитии некоторых заболеваний возможно
участие аллергических и псевдоаллергических механизмов. Это наиболее ярко
проявляется
в
развитии
бронхиальной
астмы,
сочетающейся
с
непереносимостью ацетилсалициловой кислоты и других анальгетиков и
получившей название «аспириновая» астма. Ее наиболее выраженную форму
— астму,' полипоз носа и повышенную чувствительность к аспирину — называют
«аспириновой, или астматической, триадой». Сочетание астмы с повышенной
чувствительностью к аспирину выявляют, поданным различных авторов, у
10—40 % больных с атопической или ин- фекционнозависимой формами
бронхиальной астмы. «Аспириновая» астма как самостоятельное заболевание
встречается реже.
Часть вторая ТИПОВЫЕ ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
Глава 6. Патологическая физиология периферического
(органного) кровообращения
и микроциркуляции
Периферическим, или органным, называется кровообращение в
пределах отдельных органов и тканей. Область микроциркуляции непосредственно обеспечивает обмен веществ между кровью и окружающими
тканями (к микроциркуляторному руслу относятся капилляры и прилегающие
к ним мелкие артерии и вены диаметром до 100 мкм). Нарушение
микроциркуляции делает невозможным адекватное снабжение ткани кислородом и питательными веществами, а также удаление из них продуктов
метаболизма.
Интенсивность микроциркуляции в каждом органе и ткани, или
объемная скорость кровотока Q, прямо пропбрциональна разности давлений
в сосудах этого органа: Ра - Pv или АР, и обратно пропорциональна
сопротивлению R на протяжении данного периферического сосудистого
русла:
р
Q = ■ АК
R'
Изменения как АР, так и R нарушают микроциркуляцию (табл. 6.1).
Т а б л и ца 6.1
Состояние кровотока в микрососудах при артериальной гиперемии, ишемии,
капиллярном стазе и венозном застое крови,
учитывая, что S*V=Q [по Г.И. Мчедлишвили, 1980]
Вид
расстройства
Площадь
поперечного
сечения, S
Линейная
скорость, V
Объемная
скорость, Q
+
+
++
+
■—
—
+
—
—
Артериальная
гиперемия
Ишемия
Микроциркуляторный стаз
Венозный
застой крови
—
У с л о в н ы е о б о з н а ч е н и я : + — слабое увеличение; ++ — сильное увеличение; --------
слабое уменьшение; ------ сильное уменьшение.
Основными формами расстройств периферического кровообращения и
микроциркуляции являются:
•
артериальная гиперемия;
•
ишемия;
•
местная остановка кровотока вследствие первичного нарушения текучести крови — стаз;
•
венозный застой крови.
Характерные признаки основных форм расстройств периферического
кровообращения и микроциркуляции представлены в табл. 6.2.
Т а б л и ца 6.2
Признаки расстройства периферического кровообращения (В.В. Воронин,
модификация Г.И. Мчедлишвили)
163
Местный
стаз крови
Некоторое
расширение
микрососудов
со стазом
Венозный
застой крови
Расширение
венозного и
капиллярного
русла от
сдавления или
закупорки
отводящих вен
Уменьшен
Равен нулю
Уменьшен
Скорость тока Увеличена
крови
объемная и
линейная
скорость
Уменьшена
объемная и
линейная
скорость
Равна нулю
Уменьшена
объемная и
линейная
скорость
Кровенаполнение сосудов
в тканях и
органах
Больше
Меньше
Резко
увеличено
Значительно
больше
Цвет органа
красный, или
ткани
Ярко-красный
Бледный
Темно-красны
й
Темно-
Признак
Состояние
сосудов
Объем
протекающий
крови
Температура
(на поверхности тела)
Артериальная
гиперемия
Дилатация »
артерий,
вторичное
расширение
капиллярного
и венозного
русла
Увеличен
Повышена
Ишемия
Сужение
капиллярного
и венозного
русла от
сужения или
закупорки
артерий
Понижена
Образование Увеличивается Уменьшается
незначительно,
тканевой
отек развиваетжидкости
ся редко
Понижена
багровый,
цианоз
Понижена
Прекращается Значительно
увеличивается
, образуется
отек
6.1. Артериальная гиперемия
Механизмы местной вазодилатации. Артериальная г ип ер ем ия —
увеличение количества крови, протекающей через периферическое и (или)
микроциркуляторное русло вследствие дилатации приводящих артерий и
артериол.
Понятие « в а зо д ил а т ац и я » означает расширение периферических
артерий, но не капилляров и вен; артерии имеют такие строение и функцию,
которые позволяют активно менять сосудистый просвет в широких пределах
при регулировании периферического сопротивления. Раньше считали, что
лишь мельчайшие прекапиллярные артерии, называемые артериолами,
являются регуляторами периферического кровотока и микроциркуляции.
Однако теперь доказано, что резистивными являются все последовательные
ветвления органных артерий, включая мельчайшие. При этом артериальные
ветви разного калибра выполняют неодинаковую функцию. Так, в отношении
головного мозга было доказано, что более крупные артерии — внутренние
164
сонные и позвоночные, а также их ближайшие ветви поддерживают
постоянство кровотока, кровяного давления и объема крови в сосудистой
системе головного мозга. Более мелкими артериями (в отношении коры мозга
— ветвлениями пиальных артерий, расположенных на поверхности мозга)
регулируется микроциркуляция в мозговой ткани. Вазомоторная функция
артерий зависит от управления их просветом посредством нейрогуморальных
механизмов.
Нейрогенный механизм. Нейрогенные влияния могут быть результатом
функционирования либо истинного рефлекса, реализуемого при участии
нейронов головного или спинного мозга, либо местного рефлекса,
осуществляемого в пределах периферических нервных ганглиев или даже
отдельных нейронов, расположенных в органах. Считается также, что местная
вазодилатация может вызываться «аксон-рефлексом» — нервные импульсы
распространяются в пределах ветвлений одного периферического нейрона.
Гуморальный механизм. Важную роль в местной вазодилатации могут
играть специфические физиологически активные вещества, которые действуют
на сосудистые стенки со стороны сосудистого просвета (если циркулируют в
крови) либо образуются местно в сосудистой стенке или в окружающей ткани.
Такими веществами могут быть, например, гис- тамин, возникающий в тучных
клетках, или разнообразные вазодилатор- ные полипептиды, в том числе
брадикинин, которые образуются в тканях (в частности, при их повреждении).
В общем местная вазодилатация возникает в большинстве случаев под
действием тех же вазомоторных влияний, которые участвуют в регулировании
периферического кровообращения в нормальных условиях. Компенсаторная
вазодилатация — это проявление физиологической реакции. Патологическая
же вазодилатация — это проявление нарушений нормальной деятельности
вазомоторных механизмов в тех или иных органах.
Микроциркуляция при артериальной гиперемии. Микроциркуляция при
артериальной гиперемии меняется в результате расширения приводящих
артерий и артериол. Вследствие увеличения артериовеноз- ной разности
давлений в микрососудах возрастает скорость кровотока в капиллярах,
повышаются внутрикапиллярное давление и количество функционирующих
капилляров (схема 6.1).
Расширение при но 1ящн \ ар гцжн
1г
165
С х е м а 6 . 1 Изменение микроциркуляции при артериальной гиперемии
[по Г.И. Мчедлишвили, 1980]
Объем микроциркулярорного русла при артериальной гиперемии
возрастает главным образом за счет увеличения количества функционирующих капилляров и вен, например число капилляров в работающих скелетных мышцах в несколько раз выше, чем в неработающих. При этом
функционирующие капилляры расширяются незначительно и главным образом
вблизи артериол. Когда закрытые капилляры раскрываются, они
превращаются сначала в плазматические капилляры (имеющие нормальный
просвет, но содержащие лишь плазму крови), а затем по ним начинает
протекать цельная кровь —плазма и форменные элементы. Раскрытию
капилляров при артериальной гиперемии способствуют повышение внутрикапиллярного давления и изменение механических свойств соединительной
ткани, окружающей стенки капилляров. Заполнение же плазматических
капилляров цельной кровью обусловлено перераспределением эритроцитов в
микроциркуляторном русле: через расширенные артерии в капиллярную сеть
поступает увеличенный объем крови с относительно высоким содержанием
эритроцитов (высокий местный гематокрит).
Вследствие увеличения количества функционирующих капилляров растет
общая площадь стенок капилляров для транскапиллярного обмена веществ.
Одновременно увеличивается поперечное сечение микроцир- куляторного
русла. Вместе с возрастанием линейной скорости это ведет кзначительному
повышению объемной скорости кровотока в органе. Увеличение объема
капиллярного русла при артериальной гиперемии способствует повышению
кровенаполнения ткани (термин «гиперемия», т.е. полнокровие).
Повышение давления в капиллярах может быть весьма значительным.
Это усиливает фильтрацию жидкости в межклеточные пространства,
вследствие чего увеличивается количество тканевой жидкости. При этом
166
лимфоток из ткани значительно усиливается. Если стенки микрососудов сильно
изменены, возникают мелкие кровоизлияния.
Признаки артериальной гиперемии. Признаки артериальной гиперемии
связаны главным образом с увеличением кровенаполнения органа и
интенсивностью кровотока в нем. При этом цвет органа бывает красным
вследствие того, что поверхностно расположенные сосуды в коже и слизистых
оболочках заполнены кровью с высоким содержанием эритроцитов
(увеличением гематокрита) и оксигемоглобина, так как в результате ускорения
кровотока в капиллярах при артериальной гиперемии кислород используется
тканями только частично, т.е. отмечается арте- риализация венозной крови.
Температура поверхностно расположенных тканей или органов повышается вследствие усиления кровотока в них, так как баланс приноса и
отдачи тепла смещается в положительную сторону. В дальнейшем само по себе
повышение температуры может вызвать усиление окислительных процессов и
способствовать повышению температуры.
Значение артериальной гиперемии. П о лож и т е ль но е з на ч ен ие а р т ер иа ль но й г ип ер ем ии определяется усилением доставки кислорода и
питательных веществ в ткани и удаления из них продуктов метаболизма, что
необходимо, однако, лишь в тех случаях, когда потребность тканей в этом
повышена. При физиологических условиях артериальная гиперемия может
возникнуть в связи с усилением активности (и интенсивности обмена веществ)
органов или тканей. Так, например, артериальную гиперемию, возникающую
при сокращении скелетных мышц, усилении секреции желез, повышении
активности нейронов и т.д., называют функциональной. При патологических
условиях артериальная гиперемия также может иметь положительное
значение, если она компенсирует те или иные нарушения. Например, если
гиперемия возникает вслед за предшествующим сужением приводящей
артерии, она имеет положительное, т.е. компенсаторное, значение: в ткань
приносится больше кислорода и питательных веществ, лучше удаляются
продукты обмена веществ, которые накопились в период ишемии. Другим
примером артериальной гиперемии компенсаторного характера могут служить
местное расширение артерий и усиление кровотока в очаге воспаления.
Известно, что искусственное устранение или ослабление этой гиперемии ведет
к более вялому течению и неблагоприятному исходу воспаления.
Артериальная гиперемия может иметь от р и ца т е ль н ое зн а че ни е дл я
о р ган и з ма , если нет потребности в усилении кровотока или степень артериальной гиперемии высока. Местное повышение давления в микрососудах
может способствовать кровоизлияниям в ткань в результате разрыва
сосудистых стенок (если они патологически изменены) или же диапедезу, если
наступает просачивание эритроцитов сквозь стенки капилляров; может
развиваться также отек ткани. Эти явления особенно опасны для центральной
нервной системы, усиленный приток крови в головной мозг сопровождается
такими неприятными ощущениями, как головная боль и головокружение. При
некоторых видах воспаления усиление вазодилатации и артериальной
гиперемии также может играть отрицательную роль.
167
Артериальная гиперемия в головном мозге. Изменение кровотока типа
артериальной гиперемии возникает в головном мозге при резком расширении
ветвлений пиальных артерий. Эта вазодилатация развивается обычно при
недостаточности кровоснабжения мозговой ткани, например при значительном
усилении ее активности и повышении интенсивности обмена веществ
(особенно при судорогах, в частности, в эпилептических очагах), являясь
аналогом функциональной гиперемии в других органах. Расширение пиальных
артерий возможно также при резком понижении общего артериального
давления, закупорке крупных ветвей мозговых артерий и становится еще более
выраженным в процессе восстановления кровотока после ишемии в ткани
мозга, когда развивается постишемическая (или реактивная) гиперемия.
Артериальная гиперемия в головном мозге, сопровождающаяся
увеличением объема крови в его сосудах (особенно если она
развилась в значительной части мозга), может приводить к
повышению внутричерепного давления.
В связи с этим наступает компенсаторное сужение системы магистральных артерий — проявление регулирования постоянства объема крови
внутри черепа.
При артериальной гиперемии интенсивность кровотока в сосудистой
системе мозга может намного превышать метаболические потребности его
тканевых элементов, что бывает особенно выражено после тяжелой ишемии
или травмы мозга, когда его нейронные элементы повреждены и в них
нарушается обмен веществ. При этом кислород, приносимый кровью, не
усваивается мозговой тканью, и потому по венам мозга оттекает
артериализированная (красная) кровь. Это явление было замечено
нейрохирургами, которые назвали его «избыточной перфузией мозга» с
типичным признаком — »красной венозной кровью». Это показатель тяжелого
или даже необратимого состояния головного мозга, которое часто
заканчивается смертью.
168
6.2. Ишемия
И ш е м и я [от греч. ischein (исхейн) — задерживать, haima — кровь] —
ослабление кровотока в периферическом и (или) микроциркуляторном русле
вследствие констрикции или закупорки приводящих артерий. Ишемия
возникает при отсутствии (или недостаточности) коллатерального (окольного)
притока крови в данную сосудистую территорию.
Причины увеличения сопротивления току крови в артериях. Увеличение
сопротивления в артериях бывает связано главным образом с уменьшением их
просвета. Значительную роль играет также нарушение реологических свойств
крови, способствующее росту сопротивления кровотоку в микрососудах.
Вызывающее ишемию уменьшение сосудистого просвета может быть
обусловлено патологической вазоконстрикцией (ан- гиоспазмом), полной или
частичной закупоркой просвета артерий (тромбом, эмболом), склеротическими
и воспалительными изменениями артериальных стенок и сдавлением артерий
извне.
Непосредственной причиной с п а з ма артерий являются изменения
функционального состояния сосудистых гладких мышц (увеличение степени их
сокращения и главным образом нарушение их расслабления), в результате
чего нормальные вазоконстрикторные нервные или гуморальные влияния на
артерии вызывают их длительное, нерасслабляющееся сокращение, т.е.
ангиоспазм.
Выделяют следующие механизмы развития спазма артерий.
1.
Внеклеточный
механизм,
обусловливающий
нерасслабляющееся
сокращение артерии путем влияния вазоконстрикторного вещества
(например, катехоламины, серотонин, некоторые простагландины),
длительно циркулирующего в крови или синтезирующегося в артериальной стенке.
2.
Мембранный механизм, связанный с нарушением процессов реполяризации плазматических мембран гладкомышечных клеток артерий.
3.
Внутриклеточный
механизм,
характеризующийся
сокращением
гладкомышечных клеток вследствие нарушения внутриклеточного
переноса ионов кальция («выкачивания» из цитоплазмы) или же изменения функции сократительных белков — актина и миозина.
Э м б о л и я — закупорка артерий принесенными током крови эмбола- ми,
которые могут иметь эндогенное происхождение:
а)
тромбы, оторвавшиеся от места образования, например от клапанов
сердца;
б)
кусочки ткани при травмах или опухолей при их распаде;
в)
капельки жира при переломах трубчатых костей или размножении
жировой клетчатки; иногда жировые эмболы, занесенные в легкие,
проникают через артериовенозные анастомозы в большой круг кровообращения.
Эмболы могут быть также экзогенными:
а)
пузырьки воздуха попадают из окружающей атмосферы в крупные вены
(верхнюю полую, яремные, подключичные), в которых кровяное давление
169
может быть ниже атмосферного; проникающий в вены воздух попадает в
правый желудочек, где может образоваться воздушный пузырь,
тампонирующий полости правого сердца;
б)
пузырьки газа, образующиеся в крови при быстром понижении барометрического давления, например при быстром подъеме водолазов
или при разгерметизации кабины самолета.
Эмболия может локализоваться:
•
в артериях малого круга кровообращения (эмболы заносятся из венозной
системы большого круга кровообращения и правого сердца);
•
в артериях большого круга кровообращения (эмболы заносятся сюда из
левого сердца или из легочных вен);
•
в системе воротной вены печени (эмболы приносятся сюда из многочисленных ветвей воротной вены брюшной полости). С к л ер от и че ск и е
и з м ен ен и я а рт ер иа ль ны х с т ен о к могут вызывать
сужение сосудистого просвета при возникновении атеросклеротических
бляшек, выступающих в сосудистый просвет, или при хронических воспалительных процессах в стенках артерий (артерииты). Создавая сопротивление кровотоку, такие изменения сосудистых стенок часто бывают
причиной недостаточности притока крови (в том числе коллатерального) в
соответствующие микроциркуляторные русла.
С д ав л ен ие п р ив од я щ ей а рт е р ии и л и у ча ст ка т к ан и в ы з ы в ае т т а к н а з ы в ае м ую ко м пре с с ион н ую и ш еми ю . Такого рода ишемия может развиваться
при сдавлении сосудов растущей опухолью, рубцом или инородным телом. Она
может быть вызвана наложением жгута или перевязкой сосуда.
Компрессионная ишемия головного мозга возможна при значительном
повышении внутричерепного давления.
Микроциркуляция при ишемии. Значительное увеличение сопротивления
в приводящих артериях способствует понижению внутрисосу- дистого давления
в микрососудах органа и создает условия для их вторичного сужения. Давление
падает прежде всего в мелких артериях и артериолах к периферии от места
сужения или закупорки, поэтому арте- риовенозная разность давления на
протяжении микроциркуляторного русла уменьшается, вызывая замедление
линейной и объемной скорости кровотока в капиллярах. В результате местного
сужения артерий в сосудистой системе наступает та кое перераспределение
эритроцитов, когда в ишемированную область поступает кровь, бедная
форменными элементами (с низким гематокритом). Это способствует
превращению большого количества функционирующих капилляров в
плазматические, а понижение внутрикапиллярного давления создает условия
для последующего закрытия их просвета. Вследствие этого количество
функционирующих капилляров при ишемии уменьшается.
Ослабление микроциркуляции влияет на питание тканей: уменьшается
доставка кислорода и энергетических материалов. Одновременно в тканях
накапливаются продукты обмена веществ. Вследствие понижения давления
внутри капилляров фильтрация жидкости из сосудов в ткань уменьшается и
создаются условия для ее усиленной резорбции из ткани в капилляры. В связи с
этим количество тканевой жидкости в межклеточных пространствах
170
значительно сокращается и лимфоток из области ишемии ослабляется вплоть
до полной остановки. Зависимость разных параметров микроциркуляции при
ишемии показана на схеме 6.2.
С х е ма 6 .2 . Изменение микроциркуляции при ишемии
[по Г.И. Мчедлишвили, 1980]
Характерные признаки ишемии. Признаки ишемии зависят главным
образом от уменьшения интенсивности кровоснабжения ткани и соответствующих изменений микроциркуляции. Цвет органа становится бледным
вследствие сужения поверхностно-расположенных сосудов и снижения
количества функционирующих капилляров, а также резкого обеднения крови
эритроцитами (понижение местного гематокрита). Объем органа при ишемии
уменьшается в результате ослабления его кровенаполнения и уменьшения
количества тканевой жидкости. Температура поверхностно расположенных
органов при ишемии понижается, так как вследствие уменьшения
интенсивности кровотока нарушается баланс между доставкой тепла кровью и
его отдачей в окружающую среду, т.е. отдача тепла начинает превалировать
над его доставкой. Температура при ишемии естественно не понижается во
внутренних органах, с поверхности которых теплоотдачи не происходит.
Компенсация нарушения притока крови при ишемии. Последствия
ишемии
определяются
степенью
восстановления
кровоснабжения
пораженныхтканей (даже если препятствие в артериальном русле остается),
что зависит от коллатерального притока крови, который может возникать сразу
же после начала ишемии. Степеньтакой компенсации определяется
анатомическими
и
физиологическими
факторами
кровоснабжения
соответствующего органа.
171
К анатомическим факторам относятся особенности артериальных
ветвлений и анастомозов. При этом различают:
1)
органы с хорошо развитыми артериальными анастомозами (например,
головной мозг). Когда сумма их просвета близка по величине к таковому
закупоренной артерии, какого-либо нарушения кровоснабжения ткани не
происходит, так как количество крови, притекающей по коллатеральным
сосудам, может быть вполне достаточным для поддержания нормального
кровоснабжения тканей;
2)
если артерии соответствующего органа имеют мало (или вовсе не имеют)
анастомозов, коллатеральный приток крови в них возможен только по
непрерывной капиллярной сети. Однако при таких условиях возникает
тяжелая ишемия и в результате ее инфаркт ткани;
3)
большинство органов имеют недостаточное количество коллатера- лей
для обеспечения необходимого притока крови в их микроцирку- ляторное
русло.
Физиологическим фактором, способствующим коллатеральному притоку
крови, является активная дилатация артерий органа. Этот механизм
обусловливает вазодилатацию сохранившихся артерий как нейро- генным, так
и гуморальным (диффузия метаболитов в ткани) путем. При этом расширяются
все коллатеральные пути притока крови в участок с дефицитом
кровообращения, и скорость кровотока в них увеличивается, способствуя
кровоснабжению ткани, испытывающей ишемию.
Если кровоток в коллатеральных артериальных ветвях, снабжающих
кровью область ишемии, относительно долго остается усиленным, то стенки
этих сосудов постепенно перестраиваются в артерии более крупного калибра.
Такие артерии могут полностью заменить ранее закупоренный артериальный
ствол и нормализовать кровоснабжение тканей.
Другим механизмом компенсации при ишемии является понижение
интенсивности обмена веществ в ткани, испытывающей дефицит кровоснабжения . Однако этот механизм компенсации имеет ограниченные возможности.
Изменения в тканях при ишемии. Описанные изменения микроциркуляции при ишемии способствуют ограничению доставки кислорода и
питательных веществ в ткани, а также задержке в них продуктов метаболизма.
Накопление этих продуктов (молочной, пировиноградной кислот и др.)
вызывает сдвиг рН ткани в кислую сторону. Нарушение обмена веществ
приводит сначала к обратимым, а затем к необратимым повреждениям
тканевых элементов.
172
Разные ткани неодинаково чувствительны к изменениям кровоснабжения Особенно опасна ишемия для центральной нервной системы, где
недостаточность кровоснабжения сразу же вызывает расстройства функции
соответствующих областей мозга Следующее место по чувствительности к
ишемии занимают сердечная мышца, почки и другие внутренние органы
Ишемия в конечностях сопровождается болями, ощущением онемения и
дисфункцией скелетных мышц, проявляющейся, например, в виде
перемежающейся хромоты
#
Если кровоток в области ишемии в течение соответствующего времени
не восстанавливается, возникает некроз тканей, называемый инфарктом
Возникновению инфарктов при ишемии способствуют общие расстройства кровообращения, вызываемые сердечной недостаточностью и
понижением уровня общего артериального давления, а также атеросклероз
артерий Склонность к спазмам артерий в области ишемии и нарушение
реологических свойств крови препятствуют коллатеральному притоку крови и
нормальной микроциркуляции.
Ишемия головного мозга и ее компенсация. Ишемия в головном мозге,
также как и в других органах, развивается вследствие сужения или закупорки
просвета приводящих артерий В естественных условиях это может зависеть
от тромбоза или эмболии сосудистого просвета, стено- зирующего
атеросклероза сосудистых стенок или патологической вазо- констрикции, т е
спазма соответствующих артерий
Ангиоспазм в головном мозге появляется главным образом в магистральных артериях и других крупных артериальных стволах в области
12
Р и с 6 1 Схематическое изображение системы пиальных артерий на поверхности
головного мозга с активными сосудистыми сегментами 1 — крупные
пиальные артерии 2 — мелкие пиальные артерии 3 — прекортикальные
артерии, 4 — сфинктеры ответвлений, благодаря наличию
многочисленных анастомозов и активной дилатации наступает быстрая
компенсация — восстанавливается приток крови в кору мозга в случаях
нарушения
ее кровоснабжения
173
основания мозга. Это те артерии, для которых при нормальном функционировании (т.е. во время регулирования мозгового кровотока) более типичны
констрикторные реакции. Спазм более мелких ветвлений пиальных артерий
возникает реже, поскольку наиболее типичной для них является дилататорная
реакция при регулировании микроциркуляции в коре мозга.
При сужении или закупорке отдельных артериальных ветвей головного
мозга ишемия развивается в нем не всегда или же наблюдается в небольших
участках ткани. Это можно объяснить наличием в артериальной системе мозга
многочисленных анастомозов, связывающих между собой как магистральные
артерии мозга (две внутренние сонные и две позвоночные артерии) в области
виллизиева круга, так и пиальные артерии, расположенные на поверхности
мозга. По этим анастомозам быстро возникает коллатеральный приток крови в
бассейн выключенной артерии. Этому способствует дилатация ветвлений
пиальных артерий, расположенных к периферии от места сужения (или
закупорки). Такие сосудистые реакции не что иное, как проявление
регулирования микроциркуляции в мозговой ткани, обеспечивающего ее
адекватное кровоснабжение. (рис. 6.1).
6.3. Нарушение реологических свойств крови,
вызывающее стаз в микрососудах
Реологические свойства крови как неоднородной жидкости имеют важное
значение при ее течении по микрососудам, просвет которых сопоставим с
величиной ее форменных элементов. Эритроциты и лейкоциты меняют свою
форму — вытягиваются в длину, изгибаются и т.д. при движении в просвете
капилляров и прилегающих к ним мельчайших артериол и венул. Нормальное
течение крови возможно только при условиях, если:
а)
форменные элементы могут легко деформироваться;
б)
они не склеиваются между собой и не образуют агрегаты, которые могли
бы затруднять кровоток и даже полностью закупоривать просвет
микрососудов;
в)
содержание форменных элементов крови не избыточно.
Все эти условия важны прежде всего в отношении эритроцитов, так как их
число в крови человека почти в тысячу раз превышает количество лейкоцитов.
Наиболее доступным и широко используемым способом определения
реологических свойств крови у больных является метод вискозиметрии.
Однако условия движения крови в любых известных в настоящее время
вискозиметрах значительно отличаются от тех, которые имеются в
микроциркуляторном русле живого организма. Ввиду этого данные,
получаемые при вискозиметрии, отражают лишь некоторые общие реологические свойства крови, которые могут либо способствовать, либо
препятствовать ее течению по микрососудам. Ту вязкость крови, которую
выявляют в вискозиметрах, называют относительной вязкостью, сравнивая ее с
вязкостью воды, которую принимают за единицу.
Ниже перечислены основные факторы, определяющие нарушения
реологических свойств крови в микрососудах.
174
Нарушение структурирования потока крови в микрососудах. В просвете
мелких сосудов нормальный поток крови характеризуется специфической
структурированностью, заключающейся в следующем:
а)
неагрегированные эритроциты перемещаются в осевом потоке, а у стенок
имеется только плазматический слой;
б)
в потоке крови эритроциты ориентированы преимущественно продольно;
в)
в микрососудах имеется профиль скоростей в виде параболы — поток
более быстрый у оси сосуда и замедленный — ближе к стенкам. В
просвете наиболее узких капилляров перемещаются вытянутые
вдоль оси эритроциты, причем между их наружной мембраной и эндотелием
стенок капилляров всегда остается тонкий пристеночный слой плазмы. Все эти
особенности потока крови оказывают значительное влияние на ее текучесть в
микрососудах.
При нарушении реологических свойств крови в микрососудах изменения
структурирования потока крови имеют особое значение, причем возникает
положительная обратная связь. Так, при первичном замедлении кровотока
продольная ориентация эритроцитов сменяется на поперечную, а траектория
движения эритроцитов становится хаотичной. Все это изменяет реологические
свойства крови таким образом, что сопротивление кровотоку все более
возрастает, вызывая еще большее замедление течения крови в капиллярах и
нарушая микроциркуляцию.
Усиленная внутрисосудистая агрегация эритроцитов, вызывающая стаз
крови в микрососудах. Способность эритроцитов к агрегации, т.е. к слипанию и
образованию «монетных столбиков», которые затем склеиваются между собой,
является их нормальным свойством. Однако агрегация может значительно
усиливаться под влиянием разных факторов, меняющих как поверхностные
свойства эритроцитов, так и среду, окружающую их. При усилении агрегации
кровь превращается из взвеси эритроцитов с высокой текучестью в сетчатую
суспензию, полностью лишенную этой способности. В общем агрегация
эритроцитов всегда нарушает нормальное структурирование кровотока в
микрососудах и является наиболее важным фактором, нарушающим
нормальные реологические свойства крови.
При усиленном слипании эритроцитов агрегаты закупоривают просветы,
вызывая нарушение м них кровотока. Усиленная агрегация эритроцитов может
возникать не только системно, но и местно, в микрососудах отдельных органов,
и нарушать реологические свойства текущей в них крови до такой степени, что
кровоток в капиллярах замедляется и останавливается полностью — возникает
стаз, несмотря на то, что артерио- венозная разность кровяного давления на
протяжении этих микрососудов сохранена. При этом в капиллярах, мелких
артериях и венах кровоток останавливается и накапливаются эритроциты,
которые заполняют весь сосудистый просвет Однако на ранней стадии при
стазе не происходит ни гемолиза, ни свертывания крови. В течение некоторого
времени стаз обратим: движение эритроцитов может возобновиться, а
проходимость микрососудов — восстановиться.
На возникновение внутрикапиллярной агрегации эритроцитов оказывает
влияние ряд факторов:
175
1)
увеличение проницаемости стенок капилляров, вызывающее усиленную
фильтрацию жидкости, электролитов и низкомолекулярных белков
(альбуминов) в окружающие тканевые щели. Вследствие этого в плазме
крови увеличивается концентрация высокомолекулярных белков —
глобулинов и фибриногена, что в свою очередь является важнейшим
фактором усиления агрегации эритроцитов. Предполагается, что
адсорбция этих белков на мембранах эритроцитов способствует их
слипанию между собой;
2)
скорость кровотока в капиллярах, обусловленная функциональным
состоянием приводящих артерий. Констрикция их при ишемии приводит к
замедлению кровотока в капиллярах, способствуя агрегации эритроцитов
и развитию стаза в капиллярах. При дилатации приводящих артерий и
ускорении кровотока в капиллярах (артериальная гиперемия)
внутрикапиллярная агрегация эритроцитов и стаз развиваются
значительно труднее и устраняются легче.
Изменение содержания эритроцитов в циркулирующей крови.
Содержание эритроцитов в крови является важным фактором, влияющим на ее
реологические свойства. Объемная концентрация эритроцитов в крови
(гематокрит) может меняться в значительной степени как во всей кровеносной
системе, так и местно — в отдельных микрососудах и капиллярных сетях,
оказывая значительное влияние на реологические свойства крови и
интенсивность микроциркуляции.
Нарушение деформируемости эритроцитов. Мембраны эритроцитов
податливы и потому эритроциты меняют свою форму в потоке крови не только
по капиллярам, но и в более широких артериях и венах, где они бывают обычно
вытянутыми в длину. Способность деформироваться (деформируемость) у
эритроцитов связана главным образом со свойствами их наружной мембраны,
а также с высокой текучестью их содержимого. В потоке крови происходят
вращательные движения мембраны вокруг содержимого эритроцитов, которое
также перемешивается.
Деформируемость эритроцитов чрезвычайно изменчива при естественных условиях. Она постепенно уменьшается с возрастом эритроцитов, что
препятствует их прохождению по наиболее узким (диаметром 3 мкм)
капиллярам ретикулоэндотелиальной системы.
Мембраны эритроцитов становятся более жесткими под влиянием
различных патогенных факторов, например при потере ими АТФ, а также в
условиях гиперосмолярности и т.д. В результате реологические свойства крови
изменяются таким образом, что ее течение по микрососудам затрудняется. Это
возможно при заболеваниях сердца, несахарном диабете, раке, стрессах и т.д.,
при которых текучесть крови в микрососудах оказывается значительно
пониженной.
Последствия стаза крови в микрососудах. Если в период стаза не
произошло значительных изменений в стенках микрососудов и в самой крови
(нарушающих ее реологические свойства), кровоток может восстановиться.
Однако при значительных повреждениях сосудистых стенок и эритроцитов стаз
176
крови может оказаться необратимым, и вызвать некроз окружающих тканей.
Этому в значительной мере способствуют констрикция или закупорка
приводящих артерий и ослабление кровоснабжения данного участка ткани, т.е.
ее ишемия. Патогенное значение стаза крови в капиллярах в значительной
степени зависит оттого, в каком органе это происходит. Так, особенно опасен
стаз крови в микрососудах головного мозга, миокарде и почках.
6.4. Венозный застой крови
Причины венозного застоя крови. Венозный застой крови (или венозная
гиперемия) — увеличение кровенаполнения органа или ткани вследствие
нарушения оттока крови в венозную систему. Венозный застой возникает в тех
случаях,
когда
существует
препятствие
для
оттока
крови
из
микроциркуляторного русла вследствие закупорки или сдав- ления отводящих
вен. Препятствие для кровотока в венах может быть вызвано:
•
тромбозом вен;
•
повышением давления в крупных венах (например, при правожелудочковой недостаточности);
•
сдавлением вен, которые легко податливы ввиду тонкости их стенок и
сравнительно низкого внутрисосудистого давления (например, сдавление
вен разросшейся опухолью или увеличенной маткой при беременности).
В венозной системе коллатеральный отток крови не затруднен благодаря
большому количеству анастомозов. При длительном венозном застое
коллатеральные пути венозного оттока могут подвергаться дальнейшему
развитию. Например, при сдавлении или сужении просвета воротной вены или
при циррозе печени отток венозной крови в нижнюю полую вену происходит по
развившимся коллатералям вен в нижней части пищевода, вен брюшной стенки
и т.д.
Лишь при недостаточном коллатеральном оттоке крови препятствия для
кровотока в венах приводят к значительному застою крови.
Микроциркуляция в области венозного застоя крови. Кровяное давление
в венах повышается прежде всего непосредственно перед пре
177
пятствием кровотоку, что ведет к уменьшению артериовенозной разности
давлений и замедлению кровотока в мелких артериях, капиллярах и венах.
Если отток крови в венозную систему полностью прекращается, то давление
перед препятствием возрастает настолько, что достигает диа- столического
давления в артериях, приносящих кровь в данный орган. В этих случаях
кровоток в сосудах останавливается во время диастолы сердца и опять
возникает во время каждой систолы. Такое течение крови называют
толчкообразным. Если же давление в венах перед препятствием повышается
еще больше, превышая диастолическое давление в приводящих артериях, то
кровоток в нормальном направлении может бытьтоль- ко во время систол
сердца, а во время диастол, из-за того что давление вблизи вен становится
выше, чем в артериях, наступает ретроградный, т.е. обратный, толчок крови.
Такой кровоток в микрососудах называют маятникообразным. Повышенное
внутрисосудистое давление вызывает расширение сосудов, прежде всего
функционирующих вен. Кроме того, раскрываются те венозные сосуды,
которые до того не функционировали. Капилляры также расширяются,
преимущественно в венозных отделах, так как степень повышения давления
здесь больше и стенка более растяжима, чем вблизи артериол.
Расширению вен и капилляров при венозном застое крови способствует
увеличение растяжимости соединительной ткани, которая окружает сосуды.
Таким образом; сила, растягивающая сосуды, а именно внутри- сосудистое
давление Р, увеличивается, а сила, противодействующая их растяжению, т.е.
напряжение стенки Т, уменьшается. Величины Р и Т связаны между собой
соотношением Р • г = Т (закон Лапласа), где г — радиус сосуда. Вследствие
увеличения Р и уменьшения Т радиус их все более увеличивается, и это
способствует еще большему растяжению сосудистых стенок. Расширение
сосуда происходит до тех пор, пока Т не уравновесится с (Рт), иначе неизбежен
разрыв сосудистой стенки. Расширенные капилляры и вены, а также раскрытые
ранее нефункционирующие сосуды заполнены кровью. Вследствие этого
кровенаполнение органа при
С х е м а 6 . 3 . Изменение микроциркуляции при венозном застое
крови
178
[по Г.И. Мчедлишвили, 1980].
179
венозном застое крови всегда возрастает (поэтому возникло название
«венозная гиперемия»).
Хотя площадь поперечного сечения сосудистого русла органа пря
венозном застое увеличивается, линейная скорость кровотока падает
значительно больше, поэтому объемная скорость кровотока оказывается
закономерно уменьшенной. Таким образом, микроциркуляция в органе и
кровоснабжение тканей при венозном застое крови уменьшаются, несмотря на
расширение капиллярного русла и повышение внутрисосу- дистого давления.
Зависимость различных параметров микроциркуляции при венозном
застое крови представлена на схеме 6.3.
Признаки венозного застоя крови. Признаки венозного застоя зависят
главным образом от уменьшения интенсивности кровотока в микроциркуляторном русле, а также от увеличения его кровенаполнения.
Уменьшение объемной скорости кровотока при венозном застое ведет к тому,
что меньшее количество кислорода и питательных веществ приносится с
кровью в орган, а продукты обмена веществ не удаляются полностью. В связи с
этим ткани испытывают гипоксию, что способствует нарушению нормального
функционирования тканей.
Повышение кровяного давления внутри капилляров сопровождается
усилением фильтрации жидкости через их стенки в тканевые щели и
уменьшением ее резорбции обратно в кровеносную систему, что означает
усиление транссудации. Проницаемость стенок капилляров увеличивается,
также способствуя усиленному переходу жидкости в тканевые щели. При этом
механические свойства соединительной ткани меняются таким образом, что ее
растяжимость растет, а упругость падает. В результате этого вышедший из
капилляров транссудат легко растягивает щели и, накапливаясь в них в
значительном количестве, вызывает отек тканей. Объем органа при венозном
застое увеличивается за счет увеличения его кровенаполнения и вследствие
образования отека.
В связи с тем, что кровоток в капиллярах при венозном застое резко
замедляется, кислород крови максимально используется тканями и большая
часть гемоглобина оказывается восстановленной, поэтому органы или ткани
приобретают синюшный оттенок (цианоз), который возникает в результате
просвечивания темно-вишневого цвета восстановленного гемоглобина через
тонкий слой полупрозрачного эпидермиса.
Нарушение мозгового кровообращения и его компенсация при венозном
застое крови. Затруднение оттока крови из сосудистой системы головного
мозга, вызывающее венозный застой крови, весьма опасно для мозга,
находящегося в герметически замкнутой черепной коробке. В ней помещаются
две несжимаемые жидкости — кровь и цереброспинальная жидкость, а также
ткань мозга (состоящая на 80 % из воды и потому малосжимаемая).
Увеличение объема крови в сосудах мозга (которое неизбежно сопутствует
венозному застою крови) вызывает повышение внутричерепного давления и
сдавление мозга, в свою очередь нарушая его кровоснабжение и функцию.
180
Вполне естественно, что в процессе эволюции животного мира развился
весьма совершенный регулирующий механизм, устраняющий такие
нарушения. Экспериментами было доказано, что сосудистыми эффекторами
этого механизма являются магистральные артерии мозга, которые активно
суживаются, кактолько затрудняется отток венозной крови из черепа.
Констрикция артерий ограничивает приток крови в мозги уменьшает
венозный застой в его сосудистой системе, который может полностью
устраняться.
6-5. Отек головного мозга
Развитие отека головного мозга тесно связано с нарушениями его
кровообращения (схема 6.4). С одной стороны, циркуляторные изменения в
мозге могут быть непосредственными причинами отека. Отек может
возникнуть при резком повышении кровяного давления в мозговых сосудах
вследствие значительного подъема общего артериального давления (отек
называют гипертензивным). Ишемия мозга также может быть причиной
отека, называемого ишемическим. Такой отек развивается вследствие
ишемического повреждения структурных элементов мозговой ткани, в
которых начинаются процессы усиленного катаболизма (в частности, распад
крупных молекул белка) и появляется большое количество осмотически
активных фрагментов макромолекул ткани. Повышение осмотического
давления в мозговой ткани в свою очередь обусловливает усиленный переход
воды с растворенными в ней электролитами из микрососудов в
межклеточные пространства и внутрь тканевых элементов мозга, которые при
этом резко набухают.
Изменение микроциркуляции может влиять на развитие отека мозга
любой этиологии. Решающую роль играют изменения уровня кровяного
давления в микрососудах мозга, во многом определяющие степень
1. Осмтие прячкаы «гсц
огршпчкмющяе отек
Артерма
львая
гхяертввг
я*
Значительное исвы
некие кровяного
давления в микрососудах
2. Фвстари спос обсгву ю нуге отеку 3. Фа к горы,
Ишемия мозга
Артериальная
гквартеиэия
Артериал
ьная
Усиление
процессов
хата&о
ли^ ыа в
ткакн
Повышение
оалолярностх ткани
Наруше
ние
функции
матоэн
цефг
Повреждение
ткакк
Усиленная фильтрация воды к электролитов б
чпакь мозга и их ретенция в кеб
гкжрсшя
и застой
крови в
мозге
ЛКЧ8СКОГО
барьера
Повышение кровяного
давления а мшсрососудах:
Преваллров&вие
фильтрации НАД
резорбцией
коды и
электролитов в мя
г ро сосудах
мозга
С х е м а 6 . 4 . Патогенная и компенсаторная
роль циркуляторных факторов отека
головного мозга
181
Артериа
льная
гяиоггенэкя
Ослабле
ние
кровоток
а в ькзге
Понижение кровяного
давления в мккрососдах
1
Превалирование
резорбция вал
фильтрацией я
оды а микрооосуддк мозга
фильтрации воды с электролитами из крови в тканевые пространства. В
•связи с этим возникновение артериальной гиперемии или венозного застоя
крови в мозге сопровождается развитием отека, например после
черепно-мозговой травмы. Большое значение имеет также состояние гематоэнцефалического барьера, так как от него зависит переход в тканевые
пространства из крови не только осмотически активных частиц, но и других
компонентов плазмы крови, например жирных кислот, которые в свою
очередь повреждают ткань мозга и способствуют накоплению в ней
избыточного количества воды.
Используемые для лечения отека осмотически активные вещества,
повышающие осмолярность крови, часто оказываются малоэффективными.
Циркулируя в крови, они способствуют резорбции воды главным образом из
неповрежденной ткани мозга. Дегидратация тех частей мозга, в которых отек
уже развился, нередко не происходит из-за того, что, во- первых, в
поврежденной ткани имеются условия, способствующие задержке жидкости
(высокая осмолярность, набухание клеточных элементов), и, во-вторых,
вследствие нарушения гематоэнцефалического барьера осмотически
активное вещество, введенное с терапевтической целью в кровь, переходит в
ткань мозга и еще более всего способствует задержке там воды, вызывая
больший отек мозга.
6.6. Кровоизлияние в мозг
♦
Кровь изливается из сосудов в ткань мозга при двух условиях (схема
6.5). Чаще это происходит при разрыве стенок мозговых артерий, если
повышено внутрисосудистое давление (при резком подъеме общего артериального давления и недостаточной его компенсации в результате
констрикции соответствующих мозговых артерий). Такие кровоизлияния в
мозг, как правило, возникают во время гипертонических кризов, когда общее
артериальное давление внезапно повышается и компенсаторные механизмы
артериальной системы мозга не срабатывают. Другим фак-
С х е м а 6 . 5 . Причины и последствия кровоизлияний в головной мозг
182
183
тором, способствующим кровоизлиянию в головной мозг при этих условиях,
является значительное изменение структуры стенок сосудов, которые не
выдерживают растягивающей силы повышенного кровяного давления
(например, в области артериальных аневризм).
Поскольку кровяное давление в артериях мозга значительно превышает
уровень внутричерепного давления, при кровоизлияниях в мозг в условиях
герметически замкнутого черепа давление в нем повышается, и окружающие
очаг кровоизлияния структуры мозга деформируются. Кроме того,
структурные элементы ткани мозга повреждаются содержащимися в крови
токсичными ингредиентами. В конечном счете развивается отек мозга.
Поскольку все это возникает подчас внезапно и сопровождается тяжелым
состоянием больного с потерей сознания и т.д., кровоизлияния в мозг
называют «апоплексическим ударом» (инсульт).
Возможны кровоизлияния в ткань мозга без морфологически обнаруживаемого разрыва стенок мозговых сосудов. Это происходит при значительных повреждениях гематоэнцефалического барьера, когда из микрососудов в т^ань мозга начинают переходить не только составные
компоненты плазмы крови, но и ее форменные элементы. В отличие от
«апоплексического удара» этот процесс идет сравнительно медленно, но
сопровождается повреждением структурных элементов мозговой ткани и
развитием ее отека.
Г лава 7. Воспаление
В о сп ал ен ие — развивающийся в месте повреждения реактивный па-
тологический процесс. Воспаление способствует:
—
ограничению (локализации) повреждения;
—
нейтрализации действия и разрушению (уничтожению) повреждающего
агента;
—
разрушению (лизису) нежизнеспособных тканей и удалению продуктов их
распада.
Благополучное завершение воспаления — необходимое условие
последующего заживления раны и восстановления нарушенных функций.
Причины воспаления. Все факторы, вызывающие повреждение, могут
стать причиной воспаления. К ним относятся физические (механическая сила,
электрический ток, ионизирующая радиация, высокая и низкая температура и
др.) и химические факторы (кислота, щелочь, паренхиматозные яды;
подлежащие выведению продукты обмена веществ —■ соли мочевой кислоты,
билирубин и др.); инфекционные агенты (бактерии, вирусы, простейшие);
биологические процессы — расстройства кровообращения, рост опухолей,
иммунные реакции и др.
Признаки воспаления. Еще в первом веке нашей эры римский врач
Корнелиус Цельс указал на4 кардинальных признака всякого острого воспаления: красноту (rubor), припухлость (tumor), жар (calor) и боль (dolor).
Столетие спустя греческий врач Гален добавил к ним еще один — нарушенную
функцию (functio laesa).
7.1. Нарушение микроциркуляции
Развитие воспаления связано с характерными изменениями кровотока в
микроциркуляторных сосудах, которые детально изучены в экспериментах in
vivo на тонких и потому прозрачных органах (брыжейка, ушная раковина)
животных разных видов при помощи светового микроскопа. Первые
исследования такого рода были выполнены на брыжейке лягушки более 100 лет
назад немецким патологом Ю. Конгеймом.
К микроциркуляторным сосудам (или сосудам периферического сосудистого ложа) относят мелкие артерии диаметром менее 50 мкм; арте- риолы
и метартериолы, диаметр которых составляет около 10 мкм; истинные
капилляры (3—7 мкм), часть которых начинается от метартериол;
посткапиллярные венулы (7—30 мкм), принимающие кровь из 2—4 капилляров;
собирающие венулы первого и второго порядка диаметром 30— 50 мкм и 50—100
мкм соответственно, возникающие после слияния сначала посткапиллярных, а
потом и собирающих венул.
185
Стенки артериол, метартериол и собирающих венул имеют в своем
составе гладкомышечные клетки, которые иннервируются вегетативными
нервными волокнами. Стенки капилляров и посткапиллярных венул лишены
таковых.
Капиллярный
кровоток
регулируется
специальными
прекапиллярными сфинктерами. Каждый сфинктер образован одной гладкомышечной клеткой, которая окружает капилляр в месте его отхожде- ния от
метартериолы.
При воспалении различают 4 стадии изменений кровотока в микроциркуляторных сосудах:
—
кратковременный (преходящий) спазм приносящих артериол;
—
расширение микроциркуляторных сосудов и ускорение кровотока
(артериальная гиперемия);
—
дальнейшее расширение сосудов и замедление кровотока (венозная
гиперемия);
—
остановку кровотока (стаз).
Преходящий спазм приносящ их артериол отчетливо выражен при
быстро развивающемся повреждении, например при ожоге или механической
травме. Он мало заметен или отсутствует, если вызывающее воспаление
повреждение развивается постепенно, например при инвазии бактерий.
Сосудистый спазм продолжается обычно несколько секунд, но иногда (при
ожогах) несколько минут.
Расширение микроциркуляторных сосудов и ускорение крово -
тока (а рт ер и ал ь на я ги п ер ем и я ) , возникающее вслед за спазмом или в
отсутствие его при повреждении, начинается с артериол и метартериол. Затем
расслабляются прекапиллярные сфинктеры и растет число функционирующих
капилляров. Увеличивается кровенаполнение поврежденного участка органа —
возникает гиперемия, которая обусловливает первый макроскопический
признак воспаления — покраснение. Если воспаление развивается в коже,
температура которой ниже температуры притекающей к ней крови, то
температура гиперемированного участка повышается — возникает жар. Жар не
является признаком воспаления внутренних органов, температура которых
равна температуре крови.
Поскольку первое время после расширения микроциркуляторных сосудов
в зоне воспаления скорость кровотока в них значительно превышает норму, а
потребление кислорода тканями меняется незначительно, оттекающая от очага
воспаления кровь содержит много кислорода и мало восстановленного
гемоглобина, что придает ей ярко-красную окраску. Эту стадию сосудистого
ответа иногда называют стадией а рт ери а ль но й ги п ер ем и и, , и она
действительно внешне мало отличается от активной гиперемии в здоровой
ткани. Однако артериальная гиперемия при воспалении сохраняется недолго —
обычно от 10 до 30 мин (тем короче, чем сильнее выражено повреждение) и
сменяется венозной гиперемией, при которой увеличенное кровенаполнение
органа сочетается с замедлением кровотока.
Венозная гиперемия начинается с максимального расширения
приносящих артериол и прекапиллярных сфинктеров, которые становятся
нечувствительными к сосудосуживающим стимулам, а также с затруднения
венозного
оттока. Скорость кровотока в микроциркуляторных сосудах падает.
186
Содержание
восстановленного
гемоглобина
в
протекающей
через
поврежденный участок крови возрастает, и ее цвет приобретает синюшный
оттенок.
При прогрессивном снижении скорость кровотока в микроциркуляторных
сосудах — чаще всего в посткапиллярных венулах — происходит полная
остановка кровотока — стаз. При рассматривании в световом микроскопе такие
сосуды представляются заполненными непрерывной массой стекловидного
вещества, состоящего из вплотную прилежащих друг к другу форменных
элементов крови.
Развитие воспалительной гиперемии характеризуется увеличением
проницаемости стенок микроциркуляторных сосудов для белка. Увеличение
сосудистой проницаемости обнаруживают уже через несколько минут (иногда
через 30—60 с) после начала воспалительной гиперемии, быстро (в течение
20—30 мин) нарастает до максимума, снижается через 1 ч и вновь нарастает,
удерживаясь на высоком уровне в течение нескольких часов ил и даже
нескольких суток. Особенно сильные изменения проницаемости фиксируют в
посткапиллярных венулах, в меньшей степени — в капиллярах и других
микроциркуляторных сосудах.
Изменения микроциркуляции при воспалении обусловлены различными
механизмами. Первоначальный спазм артерий и артериол возникает,
по-видимому, в результате прямого воздействия повреждающих факторов на
гладкие мышцы сосудов, которые отвечают на повреждение сокращением.
Возможно также, что повреждающие стимулы высвобождают нейромедиаторы
из окончаний сосудосуживающих нервов.
Возникновение артериальной гиперемии обусловлено появлением в зоне
повреждения вазоактивных веществ, прежде всего гистамина и брадикинина,
которые относятся к большой группе так называемых медиаторов воспаления.
И гистамин, и брадикинин воздействуют через свои специфические рецепторы
на клетки эндотелия микроциркуляторных сосудов, которые высвобождают в
ответ оксид азота (N0) и другие сосудорасширяющие вещества.
В развитии артериальной гиперемии при воспалении участвует также
а к со н -р еф ле к с — местный сосудорасширяющий рефлекс, возникающий при
возбуждении окончаний тонких немиелинизированных афферентных волокон
группы С и осуществляющийся без участия центральной нервной системы.
Афферентные волокна группы С (проводники болевой чувствительности)
широко ветвятся на периферии. При этом окончания одних веточек какого-либо
одного чувствительного волокна свободно располагаются в тканях, а окончания
других веточек того же самого волокна тесно контактируют с
микроциркуляторными
сосудами.
Если
отдельные
веточки
такого
афферентного
волокна
возбуждаются
повреждающими
стимулами
(механическими, термическими или химическими), в них возникают нервные
импульсы, которые распространяются на другие веточки этого волокна, в том
числе и на те, которые оканчиваются на сосудах. Когда нервные импульсы
достигают сосудистых окончаний афферентных волокон группы С, из них
высвобождаются сосудорасширяющие пептиды (вещество Р, нейропептид Y и
др.). Помимо прямого действия на микроциркуляторные сосуды, вазоактивные
пептиды вызывают дег- рануляцию находящихся вблизи нервных окончаний
187
тучных клеток, что приводит к высвобождению гистамина и других
вазоактивных веществ. Вовлечение аксон-рефлекса существенно расширяет
зону гиперемии при* воспалении.
Основной причиной закономерной смены артериальной гиперемии на
венозную при воспалении является э к с с уд а ц ия — выход жидкой части крови из
микроциркуляторных
сосудов
в
окружающую
ткань.
Экссудация
сопровождается увеличением вязкости крови. Сопротивление току крови
растет, скорость кровотока падает. Кроме того, вызванное экссудацией
увеличение внутритканевого давления приводит к сдавлению венозных
сосудов, что затрудняет отток крови из зоны воспаления и способствует
развитию венозной гиперемии.
Экссудация является необходимым условием возникновения стаза —
остановки кровотока — обычного явления при воспалении. Как правило, стаз
возникает в отдельных сосудах микроциркуляторного русла, когда их
проницаемость резко возрастает. При этом плазма выходит из сосуда, а сам
сосуд оказывается заполненным массой плотно прилежащих друг к другу
форменных элементов. Высокая вязкость такой массы делает невозможным ее
продвижение по сосуду. Возникает стаз. Стаз может разрешиться, если
проницаемость сосуда восстановится, а постепенное просачивание между
форменными элементами плазмы приведет к снижению вязкости эритроцитной
массы до некоторого критического уровня.
Собственно экссудация обусловлена прежде всего увеличением
проницаемости стенки микроциркуляторных сосудов для белка, что происходит
в результате существенных изменений сосудистого эндотелия. Уже в самом
начале воспаления между эндотелиальными клетками посткапиллярных венул,
а затем и других микроциркуляторных сосудов возникают широкие щели, легко
пропускающие молекулы белка. Есть доказательства того, что образование
таких щелей — результат активного сокращения (ретракции) эндотелиальных
клеток, вызываемого медиаторами воспаления (гистамин, брадикинин и др.),
воздействующими на специфические рецепторы поверхности эндотелиальных
клеток.
Когда белки крови, прежде всего альбумины, начинают просачиваться из
сосудов, онкотическое давление крови падает, а онкотическое давление
интерстициальной жидкости растет. Снижается градиент онкоти- ческого
давления между плазмой и интерстицием, удерживающий воду внутри сосудов.
Начинается переход жидкости из сосудов в окружающее пространство. К
факторам, способствующим выходу жидкости из сосудов, относится рост
гидростатического давления внутри капилляров, вызванный расширением
приносящих
артериол,
и
увеличение
осмотического
давления
интерстициальной жидкости, обусловленное накоплением в интерстиции
осмотически активных продуктов распада тканей.
Скопление жидкости в зоне повреждения — воспалительный отек ткани —
увеличивает размеры воспаленного участка. Возникает припухлость — еще один
характерный макроскопический признак воспаления.
188
7.2. Воспалительные экссудаты
Э к с с у дат — это жидкость, накапливающаяся во внесосудистом про-
странстве при воспалении в результате повышения проницаемости микроциркуляторных сосудов. По существу в каждом случае острого воспаления в
экссудате, помимо воды и солей, можно обнаружить все компоненты крови, из
которой он образуется (белки, лейкоциты и даже эритроциты). Однако общее
количество экссудата, так же как и относительное содержание в нем отдельных
белковых фракций и разных форменных элементов, может быть различным.
Эти различия определяются многими факторами, в том числе характером
агента, вызывающего воспаление; морфологическими и физиологическими
особенностями ткани, в которой развивается воспаление; состоянием
реактивности организма. В соответствии с особенностями состава различают
серозный, катаральный, фибринозный, гнойный и геморрагический экссудат.
Серозный экссудат, состоящий преимущественно из воды и альбуминов,
образуется на ранних стадиях воспаления кожи (типичный пример — экссудат в
пузырях на ладонях, возникающих после работы лопатой, веслами), при
воспалении слизистых оболочек и серозных полостей (серозный плеврит,
перитонит, перикардит и др.).
Катаральный (слизистый) экссудат образуется при воспалении слизистых
оболочек носоглотки, воздухоносных путей легких, желудочно-кишечного
тракта. Катаральные экссудаты отличаются от серозных высоким содержанием
мукополисахаридов и секреторных антител (иммуноглобулинов класса А). В них
содержится также лизоцим.
Фибринозный экссудат образуется при сильных повреждениях эндотелия,
сопровождающихся значительной утечкой высокомолекулярного фибриногена.
Вышедший из сосудов фибриноген полимеризуется в нити фибрина. Такого
рода экссудат характерен для некоторых бактериальных инфекций — дифтерии,
дизентерии, пастереллеза. Он возникает при воспалении верхних дыхательных
путей, толстой кишки, перикарда, брюшины.
Гнойный экссудат содержит большое количество сохранных и разрушенных лейкоцитов, фрагменты некротизированных тканей, частично
лизированных ферментативным перевариванием. Гнойный экссудат образуется чаще всего при инфекциях, вызываемых так называемыми пиогенными бактериями, — стафилококками, стрептококками, пневмококками и др.
Геморрагический
экссудат
содержит
значительное
количество
эритроцитов. Он образуется при тяжелых повреждениях сосудов, сопровождающихся гибелью эндотелиальных клеток и разрушением базальной
мембраны. Геморрагический экссудат характерен для острой гриппозной
пневмонии, сибирской язвы, отравления фосгеном.
Функции экссудата. Образование экссудата — важнейшая составляющая
воспалительного ответа. В результате экссудации происходит разведение
(снижение концентрации) бактериальных и других токсинов, образующихся в
очаге воспаления, их разрушение поступающими из плазмы крови
протеолитическими ферментами. Во время экссудации в очаг воспаления
поступают сывороточные антитела, которые нейтрализуют бактериальные
токсины и способствуют фагоцитозу. Содержащиеся в экссудатах компоненты
189
комплемента после их активации в очаге воспаления поддерживают
воспалительную гиперемию, стимулируют выход лейкоцитов из сосудов в очаг
воспаления, содействуют фагоцитозу — поглощению лейкоцитами чужеродных
частиц. Фибриноген экссудата превращается в фибрин, нити которого создают
структуры, облегчающие переход в рану лейкоцитов крови, что способствует
фагоцитозу. Молекулы фибрина могут служить субстратом для образования
биологически активных пептидов — медиаторов воспаления.
Однако экссудация имеет и отрицательные последствия. Например,
вызванный экссудацией сильный отек гортани способен приводить к удушью;
экссудация при воспалении мозговых оболочек — к угрожающему жизни
повышению внутричерепного давления; воспалительный отек слизистой
оболочки желчевыводящих путей — к нарушению выведения желчи и желтухе и
т.д.
Сопровождающий экссудацию рост внутритканевого давления, особенно
значительного при затруднениях лимфооттока, нарушает микроциркуляцию и
может
вызвать
ишемическое
повреждение
тканей.
Значительные
отложения-фибрина способствуют избыточному разрастанию соединительной
ткани, препятствуя тем самым процессам восстановления нормальной
структуры и функции поврежденного органа.
7.3. Эмиграция лейкоцитов периферической крови
в очаг воспаления
Микроциркуляторные сосуды в зоне воспаления становятся местом
массового выхода — эмиграции — циркулирующих в крови лейкоцитов во
внесосудистое пространство. Феноменология этого процесса детально изучена
в экспериментах in vivo с использованием разных методов световой
микроскопии. Когда скорость кровотока в микроциркуляторных сосудах при
воспалении замедляется (артериальная гиперемия сменяется венозной),
«плывущие» с током крови лейкоциты все чаще и чаще задерживаются у
внутренней стенки посткапиллярных венул. Они могут некоторое время
медленно «катиться» по внутренней поверхности этих сосудов, после чего
уносятся из зоны воспаления вместе с током крови. По мере того как
воспаление прогрессирует, все большее и большее число лейкоцитов,
«прокатившись» некоторое расстояние по поверхности сосуда, плотно
прикрепляются (прилипают) к эндотелию. В результате такой адгезии уже через
2—4 ч после начала острого воспаления вся внутренняя стенка
посткапиллярных сосудов в зоне воспаления оказывается покрытой слоем
лейкоцитов и приобретает вид «булыжной мостовой». Спустя 1—2 ч после этого
возникает массовая эмиграция лейкоцитов во внесосудистое пространство.
Когда лейкоциты выходят из сосуда, они преодолевают по крайней мере
две преграды: слой эндотелия и базальную мембрану. Через эндотелий
лейкоциты проходят, протискиваясь сквозь щели между эндотели- альными
клетками. Базальная мембрана преодолевается, по-видимому, после ее
ограниченного растворения протеазами лейкоцитов. Одной из таких протеаз
может быть желатиназа, хранящаяся внутри специальных цитоплазматических
гранул. Процесс перехода лейкоцита через стенку сосуда продолжается от 2 до
190
12 мин, Он не сопровождается заметным повреждением сосуда и
осуществляется преимущественно в посткапиллярных венулах.
В эмиграции участвуют все формы лейкоцитов периферической крови:
нейтрофилы, моноциты, лимфоциты, эозинофилы, базофилы. При остром
воспалении первыми эмигрируют нейтрофилы, спустя несколько часов —
моноциты и лимфоциты и другие формы лейкоцитов.
Эмиграция лейкоцитов обусловлена появлением в зоне повреждения
медиаторов воспаления — химических веществ, роль которых специально
обсуждается ниже. Многие из этих медиаторов воздействуют на клетки
эндотелия посткапиллярных венул, вызывая экспрессию на мембране этих
клеток особых молекул адгезии. Начинается сложный процесс взаимодействия
эндотелиальных клеток с циркулирующими лейкоцитами, а затем лейкоцитов с
элементами межклеточного матрикса, который приводит в конечном счете к
накоплению лейкоцитов крови в очаге воспаления.
Т р и т ип а мо л ек у л ад ге з и и участвуют в эмиграции лейкоцитов во время
воспаления: селектины, интегрины, молекулы, относящиеся к так называемому
семейству иммуноглобулинов. Первоначальная слабая адгезия лейкоцитов к
эндотелию опосредуется селектинами — мембранными гликопротеинами,
взаимодействующими с углеводными лигандами. Известны три члена группы
селектинов: L-, Е- и Р-селектины.
L - с ел ек т ин экспрессируется постоянно по поверхности всех форм
лейкоцитов. Е - се ле кт ин появляется на поверхности мембраны эндотелиальных клеток через несколько часов после их активации цитокинами, которые
выявляют в тканях после повреждения. Р -с ел е кт и н синтезируется в
эндотелиальных клетках постоянно, но не экспрессируется на поверхности, а
накапливается внутри клеток в специальных секреторных тельцах
Вейбела—Палада. Под влиянием медиаторов воспаления, в частности
гистамина, эти тельца быстро — в течение нескольких минут — перемещаются к
плазматической мембране, после чего содержащийся в них Р-селектин
появляется на поверхности клетки. Именно Р-селектин эндотелия,
взаимодействуя со своими лигандами на мембране циркулирующих
лейкоцитов, обеспечивает первоначальное замедление движения и «качение»
(«rolling» — англ.) лейкоцитов по эндотелию. Несколько позже в этот процесс
вмешиваются L-селектины.
Когда движение лейкоцитов по сосудам замедляется, увеличивается
время контакта лейкоцитов с эндотелием, возрастает вероятность активации
лейкоцитов медиаторами воспаления, образующимися в месте повреждения.
Медиаторы воспаления вызывают появление на поверхности лейкоцитов других
молекул адгезии — и н т е гр ин ов , которые обеспечивают более плотное
прикрепление лейкоцитов к эндотелию. Интегри- ны — мембранные
гликопротеины, состоящие из двух субьединиц (а и (3). Известно несколько
вариантов каждой из этих цепей, всевозможные комбинации которых создают
более двух десятков различных молекул интегринов. В нейтрофилах, которые
первыми эмигрируют в зону повреждения, часть молекул интегринов находится
на внутренней поверхности мембраны специальных внутриклеточных гранул —
с е кр ет о рн ых
п у з ыр ь к о в.
Активация
нейтрофилов
сопровождается
191
мобилизацией этих пузырьков, которые подходят к поверхности клетки.
Мембрана пузырьков сливается с цитоплазматической мембраной, в
результате чего интегрины экспонируются на поверхности лейкоцита и
вступают в контакт со своими лигандами на поверхности клеток сосудистого
эндотелия. В качестве таких лигандов (или контррецепторов) в большинстве
случаев выступают молекулы, сходные с молекулами иммуноглобулинов:
ICAM-1 (intercell adhesion molecule-1), ICAM-2, VCAM-1 (vascular cell adhesion
molecule-1).
Появление интегринов на поверхности лейкоцитов обеспечивает их
плотное прилипание к эндотелию, делает возможным последующий выход
лейкоцитов из сосудов и их миграцию во внесосудистом пространстве,
поскольку лейкоциты перемещаются внутри межклеточного матрик- са,
«цепляясь» с помощью интегринов за его определенные составляющие
элементы (фибронектин, ламинин, коллаген).
О значении адгезии для осуществления защитных функций лейкоцитов
свидетельствует два известных у людей синдрома врожденного дефицита
адгезии лейкоцитов (ДАЛ): ДАЛ типа I, обусловленного дефектом интегринов, и
ДАЛ типа II, связанного с дефектом углеводных лигандов, с которыми
взаимодействуют селектины. В обоих случаях у таких больных нарушены
механизмы воспаления, что приводит к частым инфекциям, несмотря на
значительное увеличение содержания лейкоцитов в периферической крови.
Известно, что адгезивные свойства эндотелия и лейкоцитов, как и
последующая трансмиграция лейкоцитов, меняются под влиянием медиаторов
воспаления. При этом особую роль играют вещества, названные
х е мо ат т ра кт ант а ми , которые активируют лейкоциты, мобилизуют внутриклеточные органеллы лейкоцитов и вызывают положительный хемотаксис
лейкоцитов — их активное перемещение в направлении наибольшей
концентрации хемоаттрактантов. Свойствами хемоаттрактантов обладают
вещества, входящие в состав бактерий или продуцируемые клетками,
участвующими в воспалении (тромбоциты, тучные клетки, клетки сосудистого
эндотелия, фибробласты и сами лейкоциты), а также вещества, образующиеся
из белков крови и межтканевой жидкости.
Последовательность вовлечения различных хемоаттрактантов в процесс
эмиграции лейкоцитов достаточно сложна и зависит от ряда факторов. Многие
хемоаттрактанты оказывают влияние на разные типы лейкоцитов. Существуют
однако и такие, которые воздействуют преимущественно на какой-либо один
тип лейкоцитов.
К ч и сл у на и б ол ее си л ь н ы х хем о ат т ра кт ан т о в, воздействующих на
разные формы лейкоцитов, относятся л ипо по л и са ха ри д ы — необычные
сложные вещества, входящие в состав клеточной оболочки грамотрицательных бактерий. Другую группу «многоцелевых» хемоаттрактантов бактериального происхождения образуют пеп т иды , аналогом которых служит
синтетический пептид N-формил-мётионил-лейцил-фенилаланин (ФМЛФ).
Сильными эндогенными хемоаттрактантами для многих форм лейкоцитов
являются фрагменты активированного комплемента, особенно ф р а г мент С5а,
л е й кот р ие н В 4, ф а кт ор а кт и в а ц ии т р ом б о ц ит ов .
192
К числу хемоаттрактантов, воздействующих преимущественно на
специальные подтипы лейкоцитов, относятся так называемы е х е мо к ин ы —
низкомолекулярные белки, которые секретируются различными участвующими
в воспалительном ответе клетками, например и нт ерл е й к ин -8 (ИЛ-8) —
хемоаттрактант для нейтрофилов, МСР-1 (monocyte chemotactic protein-1) —
хемоаттрактант для моноцитов, л и м фот а кт и н — хемоаттрактант для
лимфоцитов и натуральных киллеров, э от ак с ин — хемоаттрактант для
эозинофилов.
Активация лейкоцитов под влиянием хемоаттрактантов — сложный
процесс, который начинается в результате взаимодействия хемоаттрактантов
со специфическими рецепторами на поверхности лейкоцитов. В ходе передачи
сигнала от рецепторов внутрь клетки происходят изменения ионной
проницаемости и потенциала мембраны лейкоцитов. Увеличивается
концентрация ионизированного кальция в цитоплазме. Активируется
микротубулярная система лейкоцитов, образующая внутренний скелет клетки.
Возникают характерные изменения формы клеток — появляются псевдоподии.
Происходит мобилизация цитоплазматических гранул лейкоцитов, в результате
которой они перемещаются к цитоплазматической мембране.
Взаимодействие хемоаттрактантов с поверхностными рецепторами
лейкоцитов сопровождается активацией различных внутриклеточных ферментов, в том числе фосфолипазы А2, протеинкиназы А, протеинкиназы С.
Активация фосфолипазы А2 приводит к расщеплению фосфолипидов
клеточных мембран с образованием свободной арахидоновой кислоты,
дальнейшие ферментативные превращения которой способствуют образованию веществ, управляющих ходом воспаления, — простагландинов и
лейкотриенов.
7.4. Фагоцитоз
Одна из важнейших функций лейкоцитов, вышедших из сосудов в очаг
воспаления, — фа г о ци т оз , во время которого лейкоциты распознают,
поглощают и разрушают проникшие в организм микроорганизмы, различные
чужеродные частицы, а также собственные нежизнеспособные клетки и ткани.
Явление фагоцитоза было открыто И.И. Мечниковым (1845—1916), и он был
первым, кто понял значение фагоцитоза как важнейшего механизма
невосприимчивости организма к инфекционным заболеваниям. И.И. Мечников
ввел общепринятые теперь термины; «фагоцитоз» (по-гречески — пожирание
клеток), «фагоцит» (пожиратель клеток) и «макрофаг» (большой пожиратель).
Не все лейкоциты, вышедшие в очаг воспаления, способны к
фагоцитозу. Такая способность свойственна нейтрофилам,
моноцитам, макрофагам и эозинофилам, которые причисляют ктак
называемым профессиональным, илиоблигатным (обязательным),
фагоцитам.
В процессе фагоцитоза различают несколько стадий:
1)
стадию прилипания (или прикрепления) фагоцита к объекту,
2)
стадию поглощения объекта и
3)
стадию внутриклеточного разрушения поглощенного объекта.
Прилипание фагоцитов к объекту в отдельных случаях обусловлено
193
существованием на мембране фагоцитов рецепторов для молекул, входящих в
состав микробной стенки (например, для углевода зимозана), или для молекул,
появляющихся на поверхности собственных погибающих клеток. Однако в
большинстве случаев прилипание фагоцитов к проникшим в организм
микроорганизмам осуществляется при участии так называемых опсонинов —
сывороточных факторов, которые попадают в очаг воспаления в составе
воспалительного экссудата. Опсонины соединяются с поверхностью клетки
микроорганизма, после чего к ней легко прилипает мембрана фагоцита.
Главными
опсонинами
являются
иммуноглобулины
и
фрагмент
СЗЬ-комплемента. Свойствами о п сон и но в обладают также некоторые
плазменные белки (например, С-реактивный белок) и лизоцим.
Феномен опсонизации можно объяснить тем, что молекулы опсонинов
располагают по меньшей мере двумя участками, один из которых связывается с
поверхностью атакуемой частички, а другой — с мембраной фагоцита, соединяя
таким образом обе поверхности друг с другом. Иммуноглобулины класса G,
например, связываются своими Fab-фрагмен- тами с антигенами микробной
поверхности, тогда как Fc-фрагменты этих антител — с поверхностной
мембраной фагоцитов, на которой имеются рецепторы для Fc-фрагментов IgG.
Процесс поглощения можно рассматривать в известном смысле как
продолжение прилипания. В ходе поглощения фагоцит образует псевдоподии,
которые окружают объект, прилипая к его покрытой опсонинами поверхности.
Когда мембрана псевдоподий покроет всю поверхность объекта, последний
оказывается внутри «мешка», образованного мембраной фагоцитирующей
клетки. При этом сам мешок, называемый фаго- сомой, оказывается внутри
цитоплазмы фагоцита. Дальнейшее разрушение поглощенных частиц
происходит внутри фагосомы — вне внутренней среды клетки.
Если речь идет о живых микроорганизмах, а фагоциты способны захватывать живые микроорганизмы, то сначала они должны быть убиты. В
лейкоцитах действуют два бактерицидных механизма:
а)
зависящий от кислорода и
б)
независящий от кислорода.
Зависящий от кислорода бактерицидный фактор связан с образованием
активных метаболитов кислорода. Продукция этих веществ начинается после
контакта фагоцитов с опсонизированными бактериями. Именно в это время
фагоциты, которые в обычных условиях используют энергию анаэробного
гликолиза, начинают усиленно поглощать кислород, что обозначают термином
р е сп ир ат о рн ы й вз р ыв .
Возникновение респираторного взрыва обусловлено активацией цитопламатической НАДФН-оксидазы, которая катализирует одноэлектрон- ное
восстановление молекулы кислорода до супероксидного радикального аниона,
«отбирая» электрон от восстановленного пиридинового нуклеотида НАДФН:
оксидаза
202 + НАДФН -> 202~ + НАДФ+ + Н+.
Расходуемые во время «респираторного взрыва» запасы НАДФН начинают немедленно восполняться усиленным окислением глюкозы через
гексозомонофосфатный шунт.
194
Большая часть образующихся при восстановлении 02 супероксидных
анионов 02" подвергается дисмутации до Н202:
202~ + 2Н+ ^ 02 + Н202.
Некоторая часть молекул Н202 взаимодействует в присутствии железа или
меди с супероксидным анионом с образованием чрезвычайно активного
гидроксильного радикала ОН :
0
2~ + Н2°2 ^ 0Н* + 0Н~ + °2■
Цитоплазматическая НАДФ-оксидаза активируется в месте контакта
фагоцита с микробом, а образование супероксидных анионов происходит на
внешней стороне мембраны лейкоцитов, вне внутренней среды клетки. Процесс
продолжается и после завершения образования фагосомы, вследствие чего
внутри нее создается высокая концентрация бактерицидных радикалов.
Проникающие внутрь цитоплазмы фагоцита радикалы нейтрализуются
ферментами супероксиддисмутазой и каталазой.
Система образования бактерицидных метаболитов кислорода действует
во всех профессиональных фагоцитах. В нейтрофилах совместно с ней
действует еще одна мощная бактерицидная система — система
миелопероксидазы (сходная с ней пероксидазная система имеется также у
эозинофилов, но ее нет у моноцитов и макрофагов).
Миелопероксидаза — фермент, содержащийся в азурофильных гранулах
нейтрофилов, катализирует реакцию между ионом галогена (обычно хлора) и
перекисью водорода, что приводит к образованию хлорноватистой кислоты
(гипохлоритного аниона ОС1~):
миелопероксидаза С1- + Н202 ^0С1~ + Н20.
Гипохлорит оказывает выраженное бактерицидное действие сам по себе.
Кроме того, он может реагировать с аммонием или аминами, образуя
бактерицидные хлорамины.
Независящий от кислорода бактерицидный механизм связан с
дегрануляцией — поступлением внутрь фагосомы бактерицидных
веществ, которые содержатся во внутриклеточных гранулах
фагоцитов.
Когда образование фагосомы завершается, к ней вплотную приближаются гранулы цитоплазмы фагоцитов. Мембрана гранул сливается с
мембраной фагосомы, и содержимое гранул вливается внутрь фагосомы.
Полагают, что стимулом к дегрануляции является увеличение цито- зольного
Са2+, концентрация которого возрастает особенно сильно вблизи фагосомы, где
располагаются органеллы, накапливающие кальций.
Цитоплазматические гранулы всех облигатных фагоцитов содержат
большое количество биологически активных веществ, способных убивать и
переваривать микроорганизмы и другие поглощенные фагоцитами объекты. В
нейтрофилах, например, имеется 3 типа гранул:
—
секреторные пузырьки;
—
первичные (азурофильные);
—
вторичные (специфические) гранулы.
195
Наиболее легко мобилизуемые секреторные пузырьки облегчают выход
нейтрофилов из сосудов, их миграцию в тканях. Уничтожают и разрушают
поглощенные частицы вещества азурофильных и специфических гранул. В
азурофильных гранулах, помимо уже упомянутой миелопероксидазы,
содержатся действующие независимо от кислорода низкомолекулярные
бактерицидные пептиды дефенсины, слабое бактерицидное вещество лизоцим
и множество разрушающих ферментов; в специфических гранулах лизоцим и
белки, останавливающие размножение микроорганизмов, в частности,
лактоферрин,
связывающий
необходимое
для
жизнедеятельности
микрооргэнизмов железо.
На внутренней мембране специфических и азурофильных гранул
находится протонный насос, который переносит водородные ионы из цитоплазмы фагоцита внутрь фагосомы. В результате рН среды в фагосоме
понижается до 4—5, что вызывает гибель многих находящихся внутри фагосомы
микроорганизмов. После того как микроорганизмы погибают, они разрушаются
внутри фагосомы с помощью кислых гидролаз азурофильных гранул.
К числу важных бактерицидных факторов, действующих в активированных макрофагах, следует отнести и продукцию о к с и да а з от а (N0), которая
осуществляется с помощью индуцибильной NO-синтазы. Фермент этот
активируется у-интерфероном, фактором некроза опухолей, ИЛ-1-бета и
другими воспалительными цитокинами. N0 действует цитостатически на
опухолевые клетки, бактерии, паразиты, вирусы, ингибируя активность многих
ферментов, участвующих в синтезе белков и нуклеиновых кислот. Оксид азота
может соединяться с 02~, образуя пероксинитрит, который распадается на
цитотоксические свободные радикалы ОН- и N0~.
Не все живые микроорганизмы гибнут внутри фагоцитов. Некоторые,
например, возбудители туберкулеза сохраняются, оказываясь при этом
«отгороженными» мембраной и цитоплазмой фагоцитов от противо- микробных
лекарств.
Активированные хемоаттрактантами фагоциты способны высвобождать
содержимое своих гранул не только внутрь фагосомы, но и во внеклеточное
пространство. Это происходит во время так называемого незавершенного
фагоцитоза — в тех случаях, когда потем или иным причинам фагоцит не может
поглотить атакуемый объект, например, если размеры последнего значительно
превышают размеры самого фагоцита или если объектом фагоцитоза являются
комплексы антиген-антитело, находящиеся на плоской поверхности
сосудистого эндотелия. При этом содержимое гранул и продуцируемые
фагоцитами активные метаболиты кислорода воздействуют и на объект атаки,
и на ткани организма хозяина.
Повреждение тканей хозяина токсичными продуктами фагоцитов
становится возможным не только в результате незавершенного фагоцитоза, но
и после гибели лейкоцитов или вследствие разрушения мембраны фагосомы
самими поглощенными частичками, например частичками кремния или
кристаллами мочевой кислоты.
196
7.5. Специализированные функции нейтрофилов, моноцитов
и эозинофилов при воспалении
Н е й т ро ф и ль н ые ле й коц и т ы первыми инфильтрируют зону воспаления.
Их называют клетками «первой линии защиты» или «отрядом быстрого
реагирования». Это — высокодифференцированные, подвижные клетки,
которые, выйдя из сосудов, быстро находят свои мишени, поглощают и
разрушают их с помощью механизмов фагоцитоза. Нейтрофилы эффективно
защищают человека от многих бактериальных и грибковых инфекций. Они
являются главными клетками воспалительного экссудата в течение первых 24 ч
острого воспалительного ответа.
В течение последующих 24 ч их постепенно замещают моноциты. Это
можно объяснить тем, что, во-первых, продолжительность жизни нейтрофилов
вне сосуда не превышает48 ч, тогда как моноциты могутжить в очаге
воспаления несколько суток; во-вторых, стимулы, поддерживающие миграцию
моноцитов,
действуют
более
длительное
время,
чем
стимулы,
поддерживающие миграцию нейтрофилов.
М о но ц и т ы к р ов и начинают мигрировать из микроциркуляторных сосудов на несколько часов позже нейтрофилов. В очаге воспаления они превращаются в весьма активные в ос п ал ит ел ь ны е м а кро фа г и — подвижные
клетки, защищающие организм от проникших в него инфекционных агентов с
помощью фагоцитоза. Как и нейтрофилы, макрофаги секретируют
лизосомальные ферменты и кислородные радикалы В тоже время макрофаги
отличаются от нейтрофилов, свойствами, особенно важными на более
поздних стадиях острого воспаления и в механизмах заживления раны.
Макрофаги способны распознавать, а затем поглощать и разрушать
поврежденные, нежизнеспособные клетки собственного организма, в том
числе и лейкоциты. С этим связана их чрезвычайная роль в очищении от
воспалительного экссудата, которая необходима для нормального течения
восстановительных процессов. Макрофаги — главные клетки, растворяющие
остатки поврежденной соединительной ткани. Они синтезируют и секретируют
нейтральные протеазы (эластаза, коллагеназа, активатор плазминогена),
разрушающие внеклеточно коллагеновые и эластиновые волокна
соединительной ткани. Образующиеся в результате протеолиза мелкие
фрагменты
соединительнотканного
матрикса
поглощаются
затем
макрофагами и разлагаются внутриклеточное вовлечением лизосомаль- ной
системы.
Макрофаги участвуют в иммунном ответе хозяина в качестве антигенпрезентирующих клеток. В очаге воспаления они поглощают антигенные
вещества, доставляют их в соответствующие лимфатические узлы, где в
измененном виде представляют лимфоцитам.
Макрофаги играют ключевую роль в заживлении ран. У животных,
лишенных мононуклеарных фагоцитов в эксперименте, раны не заживают.
Это можно объяснить тем, что макрофаги секретируют факторы роста для
фибробластов и других мезенхимальных клеток, продуцируют факторы
ангиогенеза, управляющие реваскуляризацией поврежденной ткани Наконец,
активированные макрофаги продуцируют цитокины интерлей- кин-1,
197
интерлейкин-6, фактор некроза опухолей-а, которые вызывают ряд важных
системных защитных реакций, обозначаемых «реакциями острой фазы».
Э о з и но ф илы накапливаются в тканях при воспалении, вызываемом
патогенными гельминтами и простейшими, и при аллергических воспалительных реакциях, опосредуемых IgE, таких, как ринит и атопическая ~
бронхиальная астма.
Накопление эозинофилов в тканях обусловлено их миграцией из микроциркуляторных сосудов под влиянием селективных (избирательно
действующих) и неселективных хемоаттрактантов К числу первых относится
хемокин-эотаксин, к числу вторых лейкотриен-В4, фактор активации
тромбоцитов, С5а-фрагмент комплемента и отличные от эотаксина хемокины.
В очаге воспаления эозинофилы атакуют паразиты, размеры которых
значительно превосходят размеры самих эозинофилов, используя механизм
дегрануляции. В дегрануляции эозинофилов существенную
роль играют IgE и IgG, которые соединяются своими Fab-фрагментами с
поверхностными антигенами паразитов, а своими Fc-фрагментами — со
специфическими рецепторами на мембране эозинофилов. Взаимодействие
эозинофилов с фиксированными на мембране паразитов антителами является
стимулом для выброса содержимого их гранул во внеклеточное пространство.
Внутри гранул эозинофилов находятся катионные белки, к которым относятся
главный обладающий свойствами оснований белок (major basic protein),
эозинофильный катионный белок и эози- нофильный нейротоксин
(эозинофильный белок X). Все эти белки, особенно первые два, обладают
свойствами гельминтотоксинов и способны вызвать гибель атакуемых
паразитов, например шистосом. Помимо ка- тионных белков, внутри гранул
эозинофилов содержится фермент перо- скидаза, действие которой подобно
действию миелопероксидазы нейтрофилов.
Однако катионные белки эозинофилов оказывают токсическое действие
не только на патогенные мишени, но и на клетки хозяина, что играет важную
роль в патогенезе заболеваний, сопровождающихся эозино- филией, и прежде
всего в патогенезе атопических заболеваний легких.
7.6. Медиаторы воспаления
Результаты специальных исследований свидетельствуют о том, что
характер острого воспалительного ответа в известной степени не зависит от
качества вызвавшего его повреждающего стимула.
Весь ход воспалительного процесса регулируется в основном
эндогенными химическими веществами, которые появляются в
очаге повреждения и называются медиаторами воспаления.
Источниками медиаторов воспаления могут быть белки крови и межклеточной жидкости, все клетки тела, неклеточные элементы соединительной
ткани.
Химическая природа медиаторов воспаления различна. Роль медиаторов
воспаления выполняют моноамины, пептиды, белки, липиды, нук- леотиды и
нуклеозиды, протеогликаны.
198
Часть потенциально активных медиаторов воспаления образуется
специальными клетками постоянно, заблаговременно, без всякого повреждения. Эти медиаторы накапливаются в специальных «хранилищах»,
например в гранулах тучных клеток, и высвобождаются из нихтотчас после
повреждения. Такие медиаторы называют п р е фор м ир ов ан н ы м и (заранее
образованными) медиаторами, примером которых может служить гистамин.
Другие медиаторы, образуемые extempore в ответ на повреждение, называют
новообразующимися медиаторами , типичный пример — простагландины.
Гистамин. Моноамин гистамин — продукт декарбоксилирования
аминокислоты гистидина. Главный источник гистамина при воспалении у
человека — т у чн ы е к лет к и тканей и б а зо ф илы крови. Как тучные клетки, так и
базофилы — высокоспециализированные клетки, цитоплазма которых содержит
большое число гранул, основу которых составляет протео- гликановый матрикс.
Внутри гранул содержатся в преформированном виде биологически активные
вещества, связанные с матриксом, в том числе и гистамин. Значительная часть
тучных клеток сосредоточена в коже, слизистых оболочках дыхательных путей,
желудочно-кишечного тракта, мочеполовых органов, где они располагаются
вокруг мелких кровеносных и лимфатических сосудов и в местах скопления
нервных окончаний.
Тучные клетки реагируют на разного рода провоцирующие воспаление
повреждающие стимулы дегрануляцией, во время которой периг- ранулярная
мембрана сливается с цитоплазматической или гранулы целиком
выбрасываются из клетки, а содержимое гранул в обоих случаях оказывается
во внеклеточном пространстве. Дегрануляция тучных клеток происходит по
существу одновременно с возникновением повреждения. Высвобождаемый при
этом гистамин возбуждает окончания болевых нервов и взаимодействует со
своими Н1-рецепторами на эндотелиальных клетках микроциркуляторных
сосудов, что вызывает расширение микроциркуляторных сосудов и
увеличивает их проницаемость. Таким образом гистамин «запускает» острый
воспалительный ответ.
Другой биогенный амин медиатор воспаления с е рот он и н (5-гидрокситриптамин [5-НТ]) продукт декарбоксилирования 5-гидрокситрипто- фана.
Серотонин содержится в преформированном виде в гранулахтром- боцитов
крови и высвобождается из них в связи с активацией тромбоцитов при
повреждениях сосудов. Серотонин увеличивает проницаемость микроциркуляторных сосудов и способствует сокращению мелких вен, что
затрудняет отток крови из очага воспаления, поддерживает гиперемию и
приводит к развитию отека. Серотонин вызывает боль, возбуждая окончания
болевых нервов.
Кинины. Многие медиаторы воспаления по своей химической структуре
относятся к кининам — пептидам, образующимся в результате ферментативного
расщепления специальных глобулинов (кининогенов) плазмы и других белков.
Название «кинины» («приводящие в движение») указывает на то, что они
обладают биологической активностью.
Наиболее известный кинин б р а д ик и н ин имеет в своем составе 9 аминокислот. Одним из источников является высокомолекулярный кининоген
199
плазмы (а2-глобулин). Высвобождение брадикинина из кининогена происходит
благодаря расщеплению двух внутренних связей между аминокислотами в
молекуле кининогена под влиянием фермента калликреина.
Брадикинин расширяет микроциркуляторные сосуды, увеличивает
сосудистую проницаемость, вызывает ощущение жгучей боли. Брадикинин (как
и
другие
кинины)
быстро
разрушается
под
влиянием
кининаз
(карбоксипептидаз). Предполагают, что брадикинин и другие кинины играют
важную роль в воспалительных реакциях суставов, верхних дыхательных путей
и легких, а также при врожденном ангионевротическом отеке и сепсисе.
К о мп ле ме нт — система взаимодействующих друг с другом белков,
присутствующих в неактивной форме в плазме и других жидкостях тела. При
разного рода повреждениях белки комплемента вовлекаются в каскад
биохимических реакций, входе которого образуются медиаторы воспаления и
формируется крупномолекулярный комплекс, вызывающий лизис чужеродных
клеток.
Биологическая роль комплемента не ограничивается лизисом чужеродных клеток. Образующиеся в ходе комплементарного каскада фрагменты
комплемента выполняют роль медиаторов воспаления. Пептиды СЗа, С4а, С5а,
которые
называют
анафилатоксинами,
увеличивают
проницаемость
микроциркуляторных сосудов, вызывают дегрануляцию тучных клеток. Пептид
С5а, кроме того, — мощный хемоаттрактант; фрагмент СЗЬ — важнейший
опсонин.
Эйкозаноиды.
Большую
группу
новообразующихся
медиаторов
воспаления составляют эйкозаноиды — производные двадцатиуглерод- ных
полиненасыщенных жирных кислот. Наибольшее значение имеют продукты
метаболизма арахидоновой кислоты, имеющей 20 углеродных атомов и 4
двойных связи (С20:4). Арахидоновая кислота входит в состав фосфолипидов
клеточных мембран и высвобождается из них, когда в клетке активируются
фосфолипазы, прежде всего фосфолипаза А2. Дальнейшие превращения
арахидоновой кислоты могут привести к образованию различных по структуре и
биологической активности липидов, участвующих в воспалении. К наиболее
изученным относятся пр о ст а г лан ди н ы (PG), л е й ко т р ие ны (LT), т ром б о к са ны
(ТХ).
Простагландины и тромбоксаны. Их образование связано с метаболизмом
арахидоновой кислоты. Циклооксигеназа — связанный с мембраной фермент,
имеющийся в большинстве клеток тела, катализирует окисление арахидоновой
кислоты до PGG2, который сразу же превращается под влиянием
гидропероксидазы в простагландин PGH2. Дальнейшая судьба PGH2 зависит от
наличия в клетках того или другого превращающего его фермента, что в свою
очередь определяется типом клеток, в которых PGH2 образуется. В
тромбоцитах PGH2 превращается в тромбоксан А2 (ТХА2), В тучных клетках в
PGD2, во многих тканях в PGE2 и PGF2-a, в клетках сосудистого эндотелия в PGI2
(простациклин). ТХА2 вызывает аггрегацию тромбоцитов и сокращение
кровеносных сосудов; PGI2 расширяет сосуды и тормозит аггрегацию
тромбоцитов; PGE2, PGF2-a и PGD2 оказывают сложное влияние на сосудистый
тонус и увеличивают экссудацию. PGE2 усиливает действие вызывающих боль
(алгезирующих) агентов на окончания чувствительных нервов.
200
Все продукты метаболизма PGH2 — простаноиды — быстро разрушаются,
поэтому относятся к паракринным агентам, воздействующим преимущественно
на клетки ближайшего окружения.
Лейкотриены — продукты метаболизма арахидоновой кислоты, образующиеся при воздействии цитоплазматического фермента — 5 - л ип о к с и ге на з ы . У человека этот фермент содержится в лейкоцитах и тучных
клетках. Окисление арахидоновой кислоты под влиянием 5-липоксигена- зы
превращает ее в LTA4. Нестабильный LTA4 быстро трансформируется либо в
LTB4, либо после соединения с глутатионом — в пептидолипид LTC4, который
далее последовательно превращается в LTD4 и LTE4.
Лейкотриен В4 — мощный хемоаттрактант для лейкоцитов. Лейкотриены
С4, D4J Е4, которые иногда объединяют под общим названием м ед л енно
р еа г ир ую ща я су б с т анц и я ан а фил а к си и (МРС-А) — сильные спаз- могены.
Вызывают
сокращение
гладкой
мускулатуры
сосудов,
бронхов,
желудочно-кишечного тракта. Увеличивают проницаемость посткапиллярных
венул, способствуя развитию отека.
Липоксины. Окисление арахидоновой кислоты под влиянием 15-липоксигеназы приводит к образованию 15-гидроксиэйкозатетраеновой
кислоты (15-НЕТЕ), которая может превращаться в липоксины (LX), обладающие сильным противовоспалительным действием. Липоксины снижают
вызываемое лейкотриенами увеличение сосудистой проницаемости,
тормозят хемотаксис нейтрофилов, уменьшают цитотоксичность натуральных киллерных клеток.
Фактор активации тромбоцитов. Фосфолипиды клеточных мембран
служат источником еще одного важного новообразующегося медиатора
воспаления — фактора активации тромбоцитов (ФАТ). По своей химической
структуре
он
представляет
собой
смесь
1-алкил-2-ацетилглицеро-3-фосфохолинов. Образуется и секретируется активированными
гранулоцитами, моноцитами, макрофагами, клетками сосудистого эндотелия,
мезангиальными клетками почек. Первый этап образования ФАТ связан с
гидролизом фосфолипидов мембраны под влиянием активированной
фосфолипазы А2. Помимо активации и аггрегации тромбоцитов, ФАТ
увеличивает проницаемость микроциркуляторных сосудов, сокращает
гладкую мускулатуру бронхов, является сильным хемоаттрак- тантом для
нейтрофилов, эозинофилов и макрофагов. Вызывает дегра- нуляцию
полиморфно-ядерных лейкоцитов. Образование ФАТ способствует развитию
воспалительного отека, лейкоцитарной инфильтрации тканей.
Провоспалительные цитокины. Активация клеток, находящихся в зоне
воспаления, приводит ктому, что они начинают синтезировать и секретировать множество небольших по размеру белков цитокинов, воздействующих на клетки ближайшего окружения и клетки отдаленно расположенных органов. Среди цитокинов есть такие, которые способствуют или,
напротив, препятствуют развитию воспаления — провоспалительные и
противовоспалительные.
К числу важнейших провоспалительных цитокинов относятся ин т е р л е й к ин -1 (ИЛ-1) и ф ак т о р не кр оз а оп у хо лей ал ь ф а (ФНО-а), главными
продуцентами которых являются активированные моноциты и макрофаги.
201
Как ИЛ-1, так и ФНО-а вызывают появление на мембране клеток сосудистого
эндотелия молекул адгезии, которые способствуют сначала прилипанию
лейкоцитов к эндотелию, а затем их миграции через стенку сосудов во