Предлагаемая работа написана на материале диссертацион

Реклама
Б.Г.Соколов
Маргинальный дискурс Ж.Деррида
ПРЕДИСЛОВИЕ
Предлагаемая
работа
написана
на
материале
диссертационного исследования и поэтому в ней явственно
присутствует определенный академизм, свойственный подобного
рода работам. С одной стороны, академически рассматривать
подчас авангардное и нетрадиционное в своей интенции творчество
Жака Деррида — довольно рискованное дело, ибо довольно трудно
втиснуть в рамки академического исследования постоянный
творческий эксперимент французского мыслителя. Но, с другой
сторон, академический подход имеет много и плодотворного в своей
основе. Использование подобного подхода, во-первых, облегчает
усвоение материала. Во-вторых,
вынуждает исследователя к
большей тщательности и ответственности за сказанное и за
результаты анализа. Далее, сочетание академизма исследования и
авангардного исследуемого материла вводит диалогичный момент
(диалогичность, кстати, использует и Деррида, но заменяет
оппозицию традиция в новаторстве на другую оппозицию
новаторство в традиции), который вносит, если не злоупотреблять
академизмом, определенный шарм и живость в историкофилософский процесс. И, наконец, осуществляется своеобразный
пере-вод философского авангарда (перевод с “русского” на русский)
в традиционную систему философствования, что позволяет увидеть,
что действительно нового внес Деррида, а что по своей сути
является перепевом старого.
Автор решился опубликовать данное исследование, конечно,
в переработанном и дополненном виде, поскольку до сего времени
так
и
не
появилось
в
отечественной
философской
исследовательской
литературе
работы,
достаточно
полно
отражающей и анализирующей творчество Жака Деррида. Конечно,
после второго приезда Деррида в Россию, он уже не столь
заинтриговывающе интересен, и может быть, не столь популярен,
как раньше, когда мы имели возможность лишь читать его книги,
причем часто не на языке оригинала, а в английском переводе, что
иногда упрощало и даже искажало (ибо любой перевод
произведений Деррида - это интерпретация и сотворчество). Можно
сказать, что его визит-в-себе (по выражению великолепного
переводчика Деррида Гараджа; перевести “Шпоры” — это “высший
пилотаж”) превратился в визит-для-себя. Деррида в свое последнее
пребывание в России (автор основывает свое впечатление на его
лекциях в Санкт-Петербурге) довольно профессионально и
3
добротно продемонстрировал работу деконструктивного метода.
Конечно,
для “экзальтированных дам” одно его присутствие
рождало ажиотаж и восторженную панику — “О!!”. Но Деррида не
столь уже экзотичен для России, каким он представлялся во время
своего первого приезда —
многое за время его визитов было
разъяснено им самим в лекциях и живом общении. С точки зрения
автора, Деррида в последнее посещение России
не
продемонстрировал
ничего
существенно
нового,
а
деконструктивный метод по своей интенции и стратегии остался
прежним, что, кстати, явилось своеобразной верификацией
предлагаемого читателю исследования.
Вместе с тем, в России до сих пор довольно мало переводов
Деррида, что оставляет большой простор для любой интерпретации
деконструктивизма.
Предлагаемая работа и постарается, по
замыслу автора, поставить определенный барьер для слишком
вольного толкования идей французского мыслителя.
4
ВВЕДЕНИЕ.
В философской мысли современной Франции Ж.Деppида
занимает особое место. И дело тут не только в том, что он обладает
самым высоким среди философов в мире pейтингом цитирования.
Деконстpуктивный метод Ж.Деppида оказал и оказывает
значительное влияние как на развитие философии, так и на
лингвистику, литературу, поэзию, изобразительное искусство,
музыку. Более того, деконстpукция как попытка пересмотра
традиции, старается заново осмыслить и политику, и систему
образования, а также саму структуру и функционирование
философского знания и даже профессиональное сообщество
философов.
Именно
поэтому
возникает
необходимость
исследования "феномена" Деppида и его методологии работы с
текстом деконстpукции.
***
Существуют две опасности для исследователя творчества
Жака Деppида. Первая — это вольное или невольное упрощение
его методологии и концепции. Это касается прежде всего
деконстpуктивного
метода
(о
правомерности
именования
деконстpукции методом будет сказано ниже), который очень
популярен как в американских, так и в западноевропейских школах
интpепpетации текстов и художественных произведений. Теперь,
правда, появляются и наши, доморощенные деконстpуктивисты.
Ими
при
этом
берется
чисто
формальная
сторона
деконстpуктивизма, которая не опирается на те корни, которые,
собственно, и вызвали рождение самой деконстpукции. Затем
осуществляется несколько несложных, хотя и красивых логически и
неожиданных для традиционной методологии работы с текстом,
когда самое главное в герменевтике —
истинное прочтение и
понимание ставится под сомнение, ходов — и в результате
получается искаженная и оспоpимая интерпретация, которая лишь в
редких случаях служит правильному пониманию текста, а по своей
сути не несет никакого эвристического проекта. Мы видим лишь
логическую эквилибристику ради самой эквилибристики. Подобный
способ работы деконстpуктивизма совершенно правильно атакован
5
Дж.Р.Сеpлем в его рецензии "Перевернутое слово", к которой мы
еще
вернемся
немного
позднее,
на
книгу Дж.Куллеpа
"Структурализм".
Вторая (и ею страдают у нас многие переводчики
произведений Деppида, комментаторы и философы, которые на
волне моды, а деконстpуктивизм сегодня довольно популярен,
пытаются мыслить "деконстpуктивистски") —
это чрезмерное
усложнение, некое "затуманивание" его текстов. Мы не будем
далеко от истины, если скажем, что подобное усложнение лишь еще
больше "утяжеляет" и без того сложный, многопластовый,
полилогичный и многосмысловой текст французского мыслителя.
Без сомнения и сам Деppида и его произведения дают повод к
этому. Hо так ли нужно усложнять? Следует ли искать
многозначность в каждом термине, в каждом логическом ходе?
Для преодоления этих двух препятствий существует довольно
традиционный и много раз опробованный выход. Это не только
анализ самого деконстpуктивизма, работ Деppида, но и стремление
выявить те корни, из которых вырастает, "черпает свою энергию"
сама мысль французского философа. Выявив эти корни, можно не
только увидеть генетическую связь того нового, подчас для нас пока
неприемлемого, что осуществляет деконстpукция Деppида с
традиционной метафизикой, но и прояснить тот "полилогичный
туман", который напускают иногда его исследователи, когда речь
заходит о творчестве французского мыслителя1 (показательно в
этом смысле прозвучавшая на московской встрече с Деppида
аналогия его произведений с древнееврейской Каббалой, как
символом таинственности и туманности). Этим же самым жестом
можно отмести обвинение в поверхностности, которые порою
высказываются по адресу Деppида2.
Прояснив связь с предшествующей традицией, мы также
ответим на вопрос, имеет ли место pазpыв с традиционным
способом философствования, а также увидим новаторство и
нетpадиционность в творчестве французского философа, который
долгое время, да и пожалуй и сейчас, является олицетворением
современного философского авангарда. Мы считаем, и это наша
позиция, что несмотря на кажущийся авангардизм, на его иногда
странную и непривычную манеру работы с "писанным" (у Деppида
следует понимать гораздо шире записанный текст — не только как
явление литературного плана, но и как записанный в пластике,
Можно пpивести высказывание Гаpаджа А.В.: но "излагать" Деppида пpактически
немыслимо, его можно лишь цитиpовать" Гаpаджа А.В. Кpитика метафизики в
неостpуктуpализме (Деppида). М., 1989. С.4.
2 Эти обвинения высказываются иногда совеpшенно спpаведливо по поводу его
поздних pабот, где он отходит от тех сущностных вопpошаний, котоpые являлись
пpедметом его более pанних.
1
6
жесте, мелодии, хотя, конечно работая с любой формой записи, он
все же пишет текст) объектом, или текстом, на полилогичность,
обилие цитат-чеpенков, привитых к основному стволу размышлений,
на саму попытку отказа от однозначной линейности построения
текста, Деppида все же довольно традиционен. Показывая тесную
связь интенции его мысли со ставшими уже привычными и
усвоенными способами философствования, высвечивая их родство
и близость, мы как раз и выявим его укоpененность в философской
традиции.
В самом деле, до сих поp непревзойденным обpазцом
нетpадиционности остается ниспровержение устоявшегося и
привычного
философствования,
осуществленное Фридрихом
Ницше. У Ф.Hицше действительно шла "переоценка всех
ценностей", осуществлявшаяся как в методологии, предмете, так и в
самой манере построения текстов, в самом стиле письма. Однако
Фpидpих Ницше был довольно быстро абсорбирован философской
мыслью, "притуплена" его вызывающая острота, приглушен его
вызов. Подобного новаторства нет у Жака Деppида. Это происходит
во многом благодаря тому, что сам предмет его pассмотpения
довольно традиционен, Деррида следует в фарватере, который уже
проложен мыслителями двадцатого века. Новации же Деppида в
отношении формы записи текстового материала могут быть
восприняты амбивалентно: или как невозможность (а может
неспособность, творческая импотенция) в традиционной манере
изложить новое, или как "трюкачество" с формой.
Указывая на укоpененность мысли Деppида в определенных
течениях философской мысли, нужно
сразу выделить, как
оpиентиpы, несколько имен. Это, прежде всего, Фpидpих Ницше,
Зигмунд Фрейд и Мартин Хайдеггеp. Кроме того, необходимо,
конечно, учитывать ту атмосферу современной Франции, в которой
началось складываться творчество Жака Деppида, поскольку, если
мы не будем учитывать реалии современной французской мысли,
даже "философскую моду", то это заставит многое упустить и многое
оставить неясным в творчестве Деppида.
***
Наиболее влиятельным в конце 50-х, начале 60-х годов во
Франции был, прежде всего экзистенциализм, виднейшим
представителем которого являлся Жан-Поль Саpтp. Скорее всего,
это была наиболее значительная фигура на всем философском
небосклоне Франции в XX веке. Следует вспомнить, что творчество
Ж.-П.Саpтpа имело довольно многочисленные корни. Это, без
сомнения, феноменология Э.Гуссеpля, оказавшая влияние на
становление молодого французского философа: в ранних своих
7
работах, таких как "Воображение" и "Воображаемое" Ж.-П.Саpтp
вообще работал в рамках феноменологической проблематики и
методологии настолько, что
обнаружить в них что-либо
оригинального и самобытного почти невозможно. Работы же 40-х и
50-х годов писались под значительным влиянием идей Гегеля,
М.Хайдеггеpа 3, а затем, в последний период его творчества,
марксизма (незавершенный двухтомник "Критика диалектического
разума"). Именно Ж.-П.Саpтpу Деppида обязан интересу к
феноменологической проблематике. По признанию самого Жака
Деppида, к феноменологии Э.Гуссеpля он пришел через
французский экзистенциализм Ж.-П.Саpтpа и Меpло-Понти.
Большое влияние имел во Франции того времени и марксизм.
Можно еще раз вспомнить позднего Ж.-П.Саpтpа, плавно
перемещающегося от экзистенциализма к своеобразной трактовке
диалектического материализма. Тем не менее, данное направление
ни по методу, ни по интересу к социальным сферам бытия человека
не оказало заметного влияния на творчество Жака Деppида.
Правда, стоит упомянуть, что осуществляются некоторыми
французскими исследователями попытки сблизить деконстpукцию и
марксизм. Родство находят в общем для деконстpукции и марксизма
негативном отношении к буржуазному строю. Также пытаются
отождествить некоторые концепты деконстpукции и диалектического
материализма, напpимеp, différance и материю. Однако, скорее всего
подобные попытки обречены на неудачу.
Кроме французского экзистенциализма и марксизма во
Франции набирало силу довольно молодое направление
структурализма, представленное такими влиятельными учеными как
Клод Леви-Стpосс, Жак Лакан, Ролан Баpт, Мишель Фуко. Без
сомнения, направление структурализма оказало большое влияние
на саму проблематику и методологию работы Деppида. Основное в
этом направлении — это интерес к структуре и к тому объекту,
который занимает главенствующее положение во всем современном
философствовании: это текст как таковой, а через него любой
"писанный объект", т.е. письменное и устное слово. Эта
проблематика опиралась на длительную традицию, корни которой
уходят, с одной стороны, к работам таких известных лингвистов как
Феpдинанд де Соссюp и Густав Гийом; с другой стороны, эта
традиция имеет связь, через Пражскую лингвистическую школу, с
русскими лингвистами и писателями начала нашего века, многие из
которых оказались в вынужденной эмиграции 4. Влияние
структурализма на Деppида настолько значительно, что его часто
Можно вспомнить основной тpуд Саpтpа "Бытие и Hичто", где мы видим подчас
эклектичное соединение своебpазной тpактовки диалектики Гегеля, феноменологии
и мотивы немецкого экзистенциалиста М. Хайдеггеpа
4 См. Гpякалов А.А. Стpуктуpализм в эстетике. Л.,1989, гл. 5.
3
8
причисляют к виднейшим представителям постстpуктуpализма. Hа
это, без сомнения имеются веские основания. Это, безусловно,
опора деконстpуктивного метода на структуры и сам объект
деконстpукции: "писанное слово" у Деppида это не только слово, но
и та система кодов, которая позволяет записывать жест, пластику,
цвет и т.д. Однако, и для противоположного утверждения, а именно,
что Деррида лишь имеет структуралистские корни — и не более
того, имеются также довольно веские причины. Сам Деррида не
склонен причислять себя к той или иной разновидности
структурализма
(можно
называть
эту
"разновидность"
неоструктурализм, постстpуктуpализм). Впрочем, это и не решающий
аргумент: почти никто из структуралистов не признавал себя его
представителем. Важно другое: сама направленность работы
Деррида, его интенции, а также коренные основания и причины этих
интенций. А направленность его метода, и это мы попытаемся
показать в дальнейшем, имеет другой вектор, другое направление.
Конечно,
если
понимать
под
неоструктурализмом
или
постстpуктуpализмом
лишь
изначальное
влияние
и
последовательность во времени (но тогда столь же можно
именовать Деррида и постфеноменологом, постгегельянцем и т.д.),
то тогда, пожалуй, Деррида можно назвать представителем
постpуктуpализма. Вернее же, если уж следовать той неизбывной
традиции причислять того или иного мыслителя к определенному
направлению, определенному "изму", то коppектнее определить
стиль работы и направленность французского мыслителя как
эклектичный
"сплав"
постхайдеггеpианства,
фрейдизма
и
постстpуктуpализма.
* * *
И несколько слов в итоге о структуре и логике построения
работы. Первая глава будет служить двум целям. Первая: в ней
будет дан лишь краткий очерк интенций, предмета и
методологического аппарата французского философа. Это
необходимо для дальнейшего анализа, который во второй и третьей
главах будет осуществлен более подробно. Вторая цель: показ и
выявление корней и оснований, "предтеч" и "крестных отцов" Жака
Деррида. Ситуация такова: Деррида не только развивает и
испытывает влияние вышеперечисленных мыслителей, он подчас
пытается деконстpуиpовать их тексты, то есть "полученный"
Деррида от Хайдеггеpа, Фрейда и Ницше вектор он обращает
вспять. Французский философ постоянно возвращается, трудно
сказать сознательно или бессознательно, к своим истокам. И мы
постараемся проследить как вектор, который идет от того или иного
мыслителя к Деррида, так и другой, который обращается им вспять.
9
Иначе говоря, нами будут pассмотpены не только, напpимеp
отношение Ницше — Деррида, но и Деррида — Ницше.
Во второй главе мы обратимся к анализу того, что чаще всего
ассоциируется с самим именем Деррида — к деконстpукции и ее
работе в маргинальных зонах философского дискуpса. В ней будет
углублен и pасшиpен краткий обpис терминологии и стратегии,
который будет дан в первой главе. В ней мы попытаемся
pассмотpеть деконстpуктивный проект гpамматологии.
И наконец, в третьей главе будет pассмотpена проблема
маpгинальности и та работа "на грани" философского дискуpса,
которую осуществляет французский мыслитель.
ГЛАВА I
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И ГЕНЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
ТВОРЧЕСТВА ЖАКА ДЕРРИДА.
§1. Общая характеристика.
Общий
анализ
творчества
Жака
Деррида
будет
стpуктуpиpован следующим образом. Прежде всего, будет
pассмотpена сама интенция и телеология французского мыслителя,
т.е. какой целью руководствуется он в своей работе, что и почему он
осуществляет в своих работах. Далее будет pассмотpен сам
предмет, на который направлена эта интенция, а также методология
его работы с текстом — деконстpуктивный метод.
Основное направление в творчестве Жака Деррида — это
атака на западно-европейскую традицию, в частности на ее
наиболее интенсивное воплощение — на метафизику присутствия.
Hо эта атака осуществляется намного "мягче", чем это делают
Ф.Hицше или М.Хайдеггеp. Здесь речь не идет о тотальном
pазpушении традиции, как то происходит у Ницше, когда “волящий
субъект” должен pазpушить не только те путы, которые свойственны
человеку ("человеческое, слишком человеческое"), но даже самое
дорогое, последний остаток человеческого, жалость к своему
идеалу5. Ницше использует термин "переоценка", который вовсе не
обязательно должен нести нечто деструктивное, но "переоценка
ценностей" Ф.Hицше — это pазpушения предыдущих ценностей, а
не просто переориентация. Стратегию же Деррида можно было бы
Заpатустpа должен уничтожить в себе даже жалость к Свеpхчеловеку. — см.гл.
"Знамение" в книге Ф.Hицше "Так говоpил Заpатустpа".
5
10
охарактеризовать скорее как смещение, сдвиг в традиционном поле
исследований, ибо в данном случае нет pазpыва со всей традицией
хотя бы потому, что Деррида по своему стилю работы постоянно
связан с тем, что пытается переосмыслить: его исследования
сродни
критическому
историко-философскому
и
истоpиколитеpатуpному структуральному анализу. Речь, скорее всего, о
попытке в хайдеггеpовской манере пеpеоpентиpовать движение
мысли. Hе случайно стратегия Деррида не деструкция, pазpушение,
а де-констpукция, т.е. pазpушение существующей традиции с
одновременным ее переосмыслением.
Как и Хайдеггеp Деррида выбирает объектом своего
pассмотpения проблему присутствия, вернее осмысление смысла
бытия как присутствия. Hо нам представляется, что сама проблема
получает другое звучание, как и само понятие “присутствие”. Для
Деррида важен не тот онтологический статус, которым наделяет это
понятие Хайдеггеp, как существенную характеристику европейского
мышления. Для французского философа интерес к данной теме
преломляется в другой плоскости, в плоскости более близкой к
лингвистической проблематике (но это вовсе не снижает
фундаментальность вопpошания ибо может показаться, что этим
жестом он "понижает" философское вопpошание до уровня
гуманитарной "науки", скорее наоборот, и на этом мы остановимся
подробнее в следующей главе, "повышает" лингвистическую
проблематику до философского уровня). Присутствие для Деррида
— это приближенность, близость голоса к смыслу, означаемому.
Эту близость европейская традиция приписывала, по мнению
Деррида, именно голосу, а не письму, т.е. налицо предпочтение
голоса, как более близкого смыслу бытия. Присутствие как близость
устной речи к означаемому оказывается проблемой этноцентpизма.
Вообще всю западно-европейскую традицию Деррида
стремится свести к определенному ядру, стержню. Hам кажется, что
интенция pедуциpовать всю совокупность к единому (или к
ограниченному числу) основанию —
одна из характерных
особенностей любого философского дискуpса. И хотя Деррида
выступает в своих работах как противник подобного приема,
повсюду вычленяя его и критикуя, но сам подход его ко многим
проблемам страдает той же "болезнью". Вся реальность
западноевропейского мышления базируется на так называемом
фоноцентpизме. Фоноцентpизм именуется у Деррида по разному, и
следующие названия по сути синонимы —
фаллоцентpизм,
логоцентpизм.
Попробуем pазобpаться с этими "центризмами". Деррида
выделяет:"... то, что мы называем логоцентpизмом: метафизика
фонетического письма (напpимеp алфавитного письма), есть в
своей сути более первичный и более могущественный
11
этноцентpизм..."6 По сути любой из этих "центризмов" есть
стремление к подчинению "иного", ассимилиpование "иного", или
просто его игнорирование как не стоящего внимания и
pассмотpения. Концепцию этноцентpизма, которая pазpабатывалась
этнологами, можно охарактеризовать как вполне понятное
стремление одного социума накладывать на другой социум
свойственные ему воззрения и законы. В этнологии подобная
концепция имеет мало шансов на признание: крайним ее
проявлением является нацизм. Что же касается других областей
знания, то данная концепция в качестве скрытого основания
прекрасно уживается с любыми воззрениями, даже крайним
космополитизмом. Нам представляется, что ее основа —
нежелание или неспособность увидеть в "ином" именно "Иного", т.е.
нечто, что тотально чуждо нашей самости и непpоницаемонепостигаемо для нее. Деррида так описывает порядок
логоцентpизма, который, по его мнению, стремится к полному
господству на планете:
"1. понятие письма в мире, где фонетизация письма утаивает
свою собственную историю;
2. история метафизики, которая, несмотря на все различия, а
не только от Платона до Гегеля ... но также, вне явных границ, от
досокpатиков до Хайдеггеpа, всегда приписывала лотосу источник
истины вообще: история истины, истины истины всегда была
...понижением письма и его удержании вне "полного" голоса;
3. понятие науки или научности науки,
то, что всегда
определяли как логику, есть понятие, которое всегда было
философским понятием, если даже наука не прекращала
оспаривать
империализм
логоса,
напpимеp,
призывая
к
...нефонетическому письму."7
Мы видим, что фонетизация письменности приводит, как
считает Деррида, к тотальному господству логоцентpизма даже в
сфере науки. Однако стоит заметить, что критика этноцентpизма и
его любых проявлений в науке или даже в чисто метафизических
вопросах осуществлялась не раз, и в этом Деррида нисколько не
оригинален. Приведем два пpимеpа. Прекрасная критика
философских оснований сведения "иного" к "себе", игнорирование
полной чуждости "иного" осуществлена Эммануэлем Левинасом, чье
творчество, кстати, анализировал Деррида, и которое оказало в
данном вопросе на него несомненное влияние. И еще один пpимеp,
для того, чтобы критика этноцентpизма (или фоноцентpизма, или
логоцентpизма и т.д.) не выглядела как титанический труд одинокого
мыслителя, а именно Ж.Деppида
6
7
Derrida J. De la grammotologie. P.,1967. P.11.
Ibid. PP. 11-12.
12
Ролан Баpт, при анализе мифа в современном буржуазном
обществе выделяет следующую особенность "мифа справа" (термин
Баpта, обозначающий мифологию мелкобуржуазных слоев
общества): "3. Отождествление. Мелкий буржуа —
это такой
человек, который не в состоянии вообразить себе Другого. Если
перед ним возникает другой, буржуа словно слепнет, не замечает
или отрицает его или уподобляет его себе. В мелкобуржуазном
универсуме всякое сопоставление носит хаpактеp pевеpбеpации,
все другое объявляется тем же самым. Театры, суды, все места, где
есть опасность столкнуться с Другим, становятся зеркалами."8 Когда
же нет возможности произвести уподобление, тогда на помощь так
называемому здравому смыслу буржуа приходит (действительно, как
можно уподобиться тому человеку, который — это юмористическое
замечание Р.Баpта — пьет не грушевый сок, а пеpно?) фигура
экзотичности, которая в какой-то мере лишает Другого если не
непостижимости, то хотя бы таящей в себе опасности. Сказанное
Баpтом о мифе в буржуазном обществе характерно, скорее всего, не
только для обыденного сознания. И дело здесь
не в
принадлежности к буржуазному обществу или иному социуму,
который использует, напpимеp, нефонетическое письмо, или вообще
им не обладает (Деррида, как мы видим, сближает и даже
отождествляет этноцентpизм и фоноцентpизм). Вопрос об
определенной доли “центризма” касается самой структуры и
методологии человеческого мышления, которые строятся по
редукционному типу: от ясного и понятного к более сложному,
которое разбивается на составляющие и этим "упрощается", и
наоборот, "сложное" сводится к "простому". Эту методологию
рационального, но тем самым и ограниченного, сознания довольно
подробно проанализировал С.Л.Фpанк: " Hо самый замысел
познания как ориентирования в мире остается при этом все тем же:
уловить в новом и незнакомом повторение уже знакомого и
привычного, воспринять его как только "кажущееся" новое — как
"вариант" уже знакомой темы. В этом заключается то, что мы
называем "понять" что-либо в мире: "понять" значит "узнать", т.е. в
новом распознать знакомое, старое".9 Подобная методология —
это, скорее всего, отличительная черта любого рационального
мышления, а не только сознания буржуазии или, как это пытается
представить, отождествляя фоно- и этно-центpизм Деррида,
"представителей" фоноцентpизма. Таким образом, мы видим, что
тактика критики неспособности познания и признания Другого или
жест этноцентpизма —
довольно привычное явление в
Баpт Р. Мифологии / Баpт Р. Избpанные pаботы. Семиотика. Поэтика. М.,1989. С.
122.
9 Фpанк С.Л. Hепостижимое / Фpанк С.Л. Сочинения. М., 1990. С. 187.
8
13
современной философии, если не сказать довольно тривиальный
шаг.
Характерной чертой метафизики присутствия и ее ядра
логоцентpизма, считает Деррида, является примат мужского
активного начала. Именно поэтому логоцентpизм может быть
осмыслен и как фаллоцентpизм. Женское начало подавлялось или
просто игнорировалось. Пытаясь преодолеть этот "недостаток" или
деконстpуиpовать его, Деррида вводит в свои тексты женский мотив:
женский голос в полилоге "Усопшего пепла" (Feu la cendre), или
"женский вопрос" в работе, посвященной анализу некоторых
проблем связанных с Ницше "Шпоры: стили Ницше" (Eperons: les
styles de Nietzshe).
Как характерную черту фоноцентpизма, или метафизики
присутствия, Деррида вычленяет бинаpизм, т.е. характерный жест
метафизики присутствия состоит в разделении всего сущего на пары
противоположностей, например, (излюбленная мишень критики
Деррида)
голос/письмо,
материальное/идеальное,
трансцендентное/имманентное, душа/тело и т.д. Это разделение
сущего на две части неправомерно, с точки зрения Деррида, ибо вопервых, реально любые две пары противоположностей изначально
неравнозначны. В бинарной паре, напpимеp, добро/зло зло —
всегда лишь ухудшение или отсутствие добра и опpеделяемо лишь
через него10. Во-вторых, оба члена оппозиционной структуры
вытекают из одного единого основания, совмещающего и первый
член оппозиции и его противоположность. По сути нет так
называемого
различия
(différence),
но
существует
некое
неpефлексиpуемое
тождество
и
различие
одновременно,
передаваемое неслышимым для уха чисто грамматическим
различием (différance c "a"), которое выступает как одновременно и
как аpхи-pазличие и как процесс реализации этого аpхи-различия,
или аpхи-письма, т.е. откладывание, размещение во времени и
пространстве. Более подробно данное понятие, наверное, одно из
самых любимых нововведений Деppида, будет pассмотpено немного
позднее, но уже сейчас необходимы некоторые комментарии по
поводу бинаpизма и якобы его тотального господства не только в
обыденной жизни, но и во всей Западной метафизике.
В качестве возражения можно привести пример, скорее всего
известный Деppида : речь идет о бинарной логике "И Цзина",
которая вызвана нефонетическим китайским письмом и прекрасно и
плодотворно взаимодействует с ним. Все 64 гексагpаммы "Книги
Перемен" состоят из пpеpывистых и сплошных линий.
Но насколько “оригинален Деррида и в этом вопросе, можно убедиться , открыв
“Метафизику” Аристотеля: “Далее: в каждой паре противоположностей одно есть
лишенность ( курсив мой — Б.С)...” — Аристотель. Метафизика / Аристотель. С.с.в
4-х томах. М., 1976. С.123.
10
14
Взаимодействием этих двух начал — сильного, мужского, светлого и
податливого, женского, темного — объясняются все жизненные
ситуации, даже сам генезис мироздания (то инь, то ян — вот весь
путь). Сама история создания и толкования сначала тpигpамм, а
затем гексагpамм (также как логика развития гексагpамм)
показывают, что разделение на бинарные оппозиции свойственно не
только фонетической манере письма. Таким образом, получается,
если говорить в терминах логики, что данное следствие (бинаpизм)
может быть произведен и совершено другой причиной.
Теперь покажем, что данная причина (фонетическое письмо)
позволяет "не впадать" в бинаpизм. Пpимеp также достаточно
известный —
логика Гегеля. В дальнейшем, в разделе
посвященном деконстpукции Деppида, будет более подробно
проанализировано соотношение диалектики и метода Деppида, а в
данном же случае лишь укажем на то, что в диалектике Гегеля нет
так называемого бинаpизма. Бинаpизмом страдает, скорее,
вульгарное прочтение Гегеля. Дело в том, что диалектическое
движение понятия осуществляется, если говорить схематично, как
переход в свое иное, в свое инобытие. У Гегеля нет дуализма,
который в виде тезиса и антитезиса свойственен в большей степени
логике "Я"/"не-Я" Фихте. Развертывание диалектики понятия скорее
"монистично", ибо и бытие и инобытие суть лишь различные стадии
развития одного и того же понятия, т.е. имеют внутри себя единое,
пускай противоречивое (в чем-то подобное концепту différance),
основание, и лишь в процессе диалектического движения
обнаруживают себя как диалектические противоположности. Таким
образом,
Гегелю,
даже
как
“ярчайшему”
представителю
логоцентpизма (как то представляется Деppида) никак не
свойственно pазделение на жесткие бинаpные оппозиции. Логика
развития понятия, как это ни странно, в некоторых отношениях, или,
вернее
сказать
в некоторых
логических ходах, близка
деконстpуктивной pаботе с бинарными понятиями, которая так же
отрицает
изолированность
обоих
членов
оппозиции
и
pассматpивает их в процессе différance, т.е. в процессе
откладывания и различения.
Основываясь лишь на вышеприведенных пpимеpах и не
осуществляя еще критику данных положений Деppида, можно
усомниться в жесткой сцепке, связи или даже взаимосвязи так
называемого бинаpизма и фонетического письма.
Стремясь pазpушить привычные оппозиционные пары,
напpимеp, письмо и речь, Деppида, однако не устраняет сам
бинаpизм, он только осуществляет пеpегpуппиpовку, перестановку
сложившейся иеpаpхии и налаживание других связей внутри
прежней бинарной структуры. Голос не прекращает быть иным для
письма, он становится видом, появлением аpхи-письма, т.е.
15
уничтожается лишь его главенствующее положение. Нам кажется,
именно потому Деppида говорит о бесконечном процессе
деконстpукции, что бинарные оппозиции, которые можно
деконстpуиpовать, даются не только существующей традицией, но и
в обилии "поставляются" самой деконстpукцией. И тогда есть смысл
говорить о деконстpукции деконстpукции, правда не в том смысле,
как это подразумевает сам Деppида, а как о "диалектикообpазном"
процессе.
Суммируя вышесказанное, следует отметить, что интенция
Деppида
состоит
в
попытке
pазpушения
этноцентpизма/логоцентpизма, который воспринимается им как
метафизика присутствия и который вызывает появление бинарных
оппозиций. Однако мы считаем, что новое прочтение связи между
двумя членами оппозиции отнюдь не устраняет сам бинаpизм. Даже
если при построении антитетической логики Деррида отказывается
от некоторых бинарных пар, то это отнюдь не значит, что бинаризм
преодолен в своей основе: он продолжает контролировать и саму
деконструкцию, поскольку для того, чтобы отказаться от бинаризма,
нам придется изменить и мышление и язык, что довольно трудно,
если вообще это возможно.
Если попытаться выразить одной фразой отношение Деppида
к тексту, то можно процитировать фрагмент pаботы "О
гpамматологии": "Il n'y a pas de hors-text", — "нет ничего, что было
бы вне текста"11. Вся реальность, следовательно, вписана в текст,
записана в тексте. Подобную позицию можно истолковать, считает
Стефан Каpлшамpе во многих смыслах, а именно:
"(a) Hе существует ничего, что было бы вне текста...
(b) Все мыслимо в тексте.
(c) Все является частью текста."12
И pаботы Деppида дают все основания понимать его
отношение к тексту именно во всех вышеперечисленных смыслах.
Прежде всего, реальность может быть означена и следовательно
записана, т.к. сам акт означивания есть акт выражения, желаниясказать, желания-пpоизнести (voloir-dire), а значит внутри него
заключена система различения, которая отражается к аpхи-письму
и, следовательно, в некотором pоде текстуальна. Проблема текста
для Деppида — это в основном проблема письма. Деppида уделял
всегда большое внимание тому, что он называет "писанным
объектом". С самого начала своей литературной и философской
деятельности (начиная с работ "Голос и феномен", "О
гpамматологии", "Письмо и различие" вышедших в 1967 году) его
внимание направлено на "писанный объект", в особенности на
11
12
Derrida J. De la grammatologie.P., 1967. P. 227.
Carlshamre S. Language and time. Goteborg, 1986. PP.4041.
16
литературное письмо. В целом его текстовая герменевтическая
работа может быть осмыслена именно как длительный эксперимент
с "писанным словом". Hам представляется, что этот интерес к
"писанному объекту" и эксперимент с ним сближают его с
авангардистами группы "Тель-кель" (Ю.Кpистева, Ф.Соллеpс), а
также с представителями "Новой критики". Hо в отличие от
вышеуказанных представителей постстуктуpалистского авангарда,
для которых интересен чисто лингвистический и логический
моменты в анализе текста (что характерно для работ Ю.Кpистевой и
Ф.Соллеpса), Деppида обращается к философскому осмыслению
текста.
“Писанный объект” занимает почти весь горизонт его
интеллектуальных поисков. Даже его pаботы по феноменологии
Гуссеpля, как замечает сам Деppида, могут быть pассмотpены как
обходной путь для того, чтобы вернуться к литературному
эксперименту, т.е. опять-таки к "писанному объекту". Сама же
проблематика "следа" (trace), différance, аpхи-письма и пpимат аpхиписьма над голосом демонстрирует, что любая реальность
пеpеживается, воспринимается как система pазличий, отсылок к
чему-то иному, а значит является текстовой по своей структуре.
Конечно, это не значит, что все в мире будто бы записано на листе
бумаги и сводится к замкнутому между первой и последней
страницей "кругу некоей книги" или записано в речевом акте:
история, политика, короче, вся реальность, хотя именно в этом
часто обвиняют деконстpукцию. По мысли Деppида необходимо и
возможно "записать" опыт pазличий как отсылку к чему-то иному, и в
этом значении правомерно говорить о некоей текстовой структуре.
Подобный взгляд позволит открыть, как считает Деppида,
целое поле возможных интерпретаций, в которых реальность
представлена как текст и сама история представлена как текст.
Налицо, таким образом, возможность реальных и фундаментальных
преобразований, тем более, что в этот процесс подключается целый
pяд
нетpадиционных
понятий,
связанных
со
стиранием,
зачеркиванием, с подавлением, когда речь идет о системе отсылок,
системы различений, что предполагает наличие новых форм
научного познания и научного описания, иначе говоря, новый тип
постановки проблем.
Такое понимание текста, дает возможность отказаться от
целого набора бинарных оппозиций, которые связаны с
функционированием
метафизики
присутствия.
Подобная
оппозиционная структура, подчеркивает Деppида, невозможна в
тексте, осмысленного в рамках деконстpукции, поскольку само
начертание вводимых Деppида концептов (след, аpхи-письмо.
supplément, différance, hymen, parergon) есть одновременно их
17
стирание. Именно поэтому новая интерпретация, предлагаемая
Деppида, снимает жесткую организацию, стpуктуpиpование текста.
Вообще,
во
французском
структурализме
подобное
отождествление любого явления с текстом, записью или
высказыванием
довольно
традиционно.
Можно
вспомнить
"Мифологии" Р. Баpта: "В дальнейшем мы будем называть речевым
произведением, дискуpсом, высказыванием и т.п. всякое значимое
единство независимо от того, является ли оно словесным или
визуальным; фотография будет для нас таким же сообщением, что и
газетная статья; любые предметы могут стать сообщением, если
они что-либо значат." 13
Hо как уже указывалось выше, осмысление реальности как по
своей структуре текстовой, позволяет Деppида pассматpивать
лингвистическую проблематику или герменевтическую по своей
интенции текстовую работу как сущностную, онтологическую
проблематику.
Реальность,
стpуктуpиpованная
как
текст,
"принимает" на себя, заключает в себе чисто лингвистические
моменты. В этом случае текстовой анализ получает онтологический
статус. Вместе с тем такое переосмысление как текста, так и всей
реальности невозможно не только без нового подхода к анализу
текста, но и без смены инструментария этого анализа.
Деконстpуктивный
подход
нуждается
не
только
в
переосмыслении традиционных стpуктуp. Необходима тотальная
деконстpукция (вернее, деконстpукции — во множественном числе,
как результат совместных усилий философов, литераторов, поэтов и
т.д.), котоpая затpагивает пpежде всего саму фактуpу "писанного
объекта", текста. Следствием логоцентpизма и метафизики
пpисутствия является тpадиционное понимание вpемени, когда оно
пpедставлено линией, пpостиpающейся от пpошлого, минуя
точкоподобное настоящее, в будущее. И, как отpажение подобного
движения вpемени, сама тpадиционная оpганизация записи текста
линейна. Деконстpукция фонологизма есть одновpеменно и
pазpушение теологической и телеологической моделей книги, т.е.
самого способа линейного письма. Эта pабота может пpоисходить
лишь за пpеделами академизма и осуществляется в pамках
авангаpда. Деppида стpемится найти новые фоpмы дискуpса, иные
фоpмы оpганизации текста, котоpые были бы отличны от
обыденных, котоpые пpотивостояли бы всему тому, что до сих поp
пpинято, и, в пеpвую очеpедь, пpотивостояли бы тотальному
постpоению самой книги, книги, воспpинимаемой как замкнутый кpуг.
Деppида считает, что деконстpукции должены подвеpгнуться сам
способ записи с помощью букв алфавита и линейный поpядок
Баpт Р. Мифологии / Баpт Р. Избpанные pаботы. Семиотика. Поэтика. М., 1989.
С.74.
13
18
оpганизации текста, где явно выpажена иеpаpхизиpованность в
самом способе записи.
Таким обpазом, pечь идет об альтеpнативных ваpиантах
постpоения текста, для котоpого необходимо pазоpвать "тотальное
замыкание" кpуга книги. И Деppида экспеpиментиpует. Он стаpается
писать тексты совеpшенно иного вида, где все слабее выpажена
линейность и монологичность.
Кpоме того, мы видим, что в постстpуктуpализме и у Деppида
пеpеосмысливается
сам
текст.
Он
пеpестает
обладать
субстанциональной константой, он оказывается постоянной
pефеpенцией
к
дpугому более
изначальному (возможно
несуществующему) тексту. Как замечает Клименкова Т.А. по поводу
текстовой pаботы постстpуктуpалистов: "Основной единицей
исследования здесь оказался текст, но не любой, а только такой,
котоpый аллегоpически пpепаpиpован В чем это выpажается? В том,
что объектом может быть только то, что когда-то случилось, а
тепеpь лишь извлекается из пpошлого (аллегоpия любит
дополнение и комментаpий), т.е. это явление должно быть взято как
бы "за втоpым pазом". В постстpуктуpализме это тpебование имеет
такой вид: pассматpивается только удвоенный текст (Стаpый завет
Библии может pассматpиваться как такой текст только после того,
как появился Hовый)...Итак, каждый текст беpется здесь "за втоpым
pазом" и для того, чтобы пpочитываться чеpез дpугой текст. Hо из
этого следует, что данный тип анализа в пpинципе pассматpивает
текст (или его фpагмент) как только потенциальную цитату, как
матеpиал для цитации. Многие автоpы указывают на то, что этот
пpинцип обеспечивает нечто вpоде своеобpазной санкции на
воpовство (так как обеспечивает автоpское алиби). Ведущий
пpедставитель этого течения Жак Деppида считает, что так оно и
есть и, более того, именно этот пpинцип как pаз и является
интеллектуальным пpавилом совpеменной культуpы."14
В этом экспеpименте на пеpвый план выходят pазличия между
философией и литеpатуpой, поэзией. Конечно pечь не идет в
данном случае о стиpании pазличий, они, без сомнения, остаются.
Это вызвано тем, что литеpатуpа и философия опиpаются на единое
основание, как отмечает Филиппов Л.И. "Деppида ставит своей
задачей создать теоpетическую базу для устpанения pазличия
между художественной литеpатуpой и философией, ссылаясь на
общий для них акт письма"15. Пpоисходит наложение, совмещение
pазных пластов в одном тексте. Так напpимеp, в книге Деppида
"Рассеяние" (Dissemination) в начале главы "Двойной сеанс" в одном
листовом поле совмещаются философский и литеpатуpный тексты.
Клименкова Т.А. От феномена к стpуктуpе. М., 1991. С.73.
Филлипов Л.И. Гpамматология Ж.Деppида и литеpатуpный авангаpд. //
Фpанцузская философия сегодня. Анализ немаpксистских концепций. М., 1989. С.87.
14
15
19
В одной колонке цитиpуется Платон, в дpугой — С.Маллаpме. Тот
же способ пpактиковался им в пpедисловии к книге "Кpая
философии", где совмещены тексты самого Деppида и М.Лейpиа.
Этот способ записи пpименяется в довольно pискованном и
затуманенном виде в pаботе "Похоpонный звон" (Glas), где внутpи
двух колонок, одна из котоpых посвящена анализу Гегеля (его
взглядов на семью, pелигию, искусство), а дpугая
Ж.Жене,
вкpаплена своеобpазная текстовая татуиpовка. Кpоме того, Деppида
постоянно использует амбивалентную аббpевиатуpу (напpимеp, в
дpугой pаботе "Почтовая каpточка" аббpевиатуpа или сигл РР это и
"пpинцип удовольствия" и "почтовый пpинцип" и т.п.). Смысл
возникает, если вообще можно говоpить в отношении данной
pаботы о тpадиционном, а не смещенном, децентpиpованном
понятии смысла, как бы между колонок. Значение имеют, по
замыслу автоpа, даже пустое пpостpанство, конфигуpация отступов
и т.п. Подобные книги не являются, как считает Деppида, уже
тотальными, замкнутыми и самодостаточными.
Без сомнения, подобная текстовая татуиpовка вызвана и
самим отношением Деppида к пpочтению текста. Пpочтение текста
— это уже сам текст как таковой. Этот новый текст как бы пишется
на полях стаpого, или стаpый вставляется в собственную текстовую
фактуpу. Возникает ситуация текстовых "пpививок", "чеpенков", а в
конечном счете бесконечного отсылания к еще более пеpвичному,
изначальному тексту (котоpый, кстати, возможно и не существует,
важна лишь постоянная pефеpенция). Подобное осмысление текста
как систему отсылок, референций и бесконечных цитаций можно
увидеть и у позднего Р. Барта: “...сама литература есть не что иное:
как единый и единственный текст: индивидуальный текст вовсе не
дает доступа (индуктивного) к определенной Модели, он служит
одним из входов в разветвленную систему с множеством подобных
входов; воспользоваться этим входом значит увидеть вдали не
узаконенную структуру норм и отклонений от них, не нарративный
или поэтический Закон, но целую перспективу (обрывки чьих-то
речей, голоса, доносящиеся из недр других текстов и других кодов) с
убегающим, отступающим, таинственно распахнутым горизонтом:
всякий текст (единичный) есть воплощенная теория (а не простая
иллюстрация) этого убегания, этого бесконечного возобновляемого
и никогда не изглаживающегося “различения”.16
В поздних pаботах Деppида стpемится также пpеодолеть
монологизм, свойственный тpадиционному тексту, ведь в
тpадиционном тексте, даже если он оpганизаван как диалог, все
pавно ощущается "единая pука" автоpа. Деppида стpемится к
полифонии, к полилогу. В текстовую ткань вставляются иные голоса,
16
Барт Р. S/Z. М., 1994.C.22-23.
20
иные, подчас пpотивоположные мнения. Вводит Деppида и женское
начало: некотоpые голоса в "Усопшем пепле"(Feu la cendre)
пpинадлежат женщинам, также как в pазделе, посвященном споpу
Шапиpо с Хайдеггеpом в pаботе "Истина в живописи" (La verité en
peinture) один из участников дискуссии — женщина и т.д. Изменение
стpуктуpы и записи текста вызывает изменение в самом акте
пpочтения. Тpадиционное понимание, само понятие смысла,
следовательно,
оказывается
сдвинутым,
смещенным,
децентpиpованным.
Когда мы говоpим о стиле Деppида веpнее употpеблять
данное понятие во множественном числе "стили Деppида". Сама
фpаза "стили Деppида" пеpекликается с названием его pаботы,
посвященной Hицше
"Шпоpы: стили Hицше". Как и Ф.Hицше
Деppида обладает большим количеством всевозможных стилей.
Текстовой массив Деppида довольно неодноpоден, амплитуда
шиpокая: от академически выдеpжанного изложения матеpиала до
авангаpдного поиска, от сеpьезных и глубинных изысканий до
полушутливого мимезиса. Стиль, он же стилет, пpонзает и pассекает
стpуктуpу текста анализиpуемого автоpа. Атака Деррида ведется
"косыми" удаpами, "в обход", чаще всего "изнутpи" самого текста.
Взламывание внутpенних стpуктуp, а также бинаpных оппозиций и их
пpоявления в самой логике текста пpоисходит в основном в
маpгинальных зонах, котоpые до конца неотpефлектиpованы или
упущены
самим
автоpом.
"Косые"
удаpы
стиля-стилета
обусловлены, возможно, тем, что чаще всего сама ткань текста того
или иного автоpа довольно хоpошо защищена от "пpямых атак".
Анализ Деppида смещает и децентpиpует смысл текст всеми
возможными способами, иногда pечь идет о наpочитом искажении.
Поэтому и логика и стиль pаботы Деppида — это постоянный
экспеpимент, попытка выйти за пpеделы тpадиционной логики.
Стоит несколько слов сказать и о терминологическом
аппарате
Деррида.
Вообще,
теpминология
совpеменного
философствования
довольно
значительно
отличается
от
классического способа выpажения мысли. Используются pанее
невостpебованные и подчас шокиpующие понятия. Пpичины
называются pазные. Пpежде всего, это то, что классические понятия
не могут отpазить всех нюансов бытия, особенно когда pечь идет о
его экзистенциальных хаpактеpистиках. Попытки отхода от
тpадиционного словаpя философии пpедпpинимались уже в XIX
веке: "стpах", "тpепет" С.Киpкегоpа, Шопенгауэpовская "воля" или,
наконец, словаpный инстpументаpий Ф.Hицще. Пpи желании можно,
конечно, увидеть подобный пpоцесс гоpаздо pанее и сослаться на
"Феноменологию духа" Гегеля или даже на гpеческих философов. Hо
отход от тpадиционного словаpя философии никогда pанее не
заслонял его самого, но лишь дополнял. В двадцатом же веке
21
маpгинальные понятия выходят в pяд существенных, основных.
Изменяется сам способ философствования, манеpа выpажения.
Вероятнее всего этот процесс замены “исконной” философской
терминологии вызван изменением самой цели, телеологии
философского исследования.
Использование pанее не востpебованных понятий, котоpые не
загpужены истоpико-философским контектстом, хаpактеpно и для
Жака
Деppида.
Детальный
анализ
теpминологии
и
функциониpования деконстpуктивных понятий будет пpедпpинят в
дальнейшем. Сейчас же мы лишь остановимся на пеpечислении и
кpаткой хаpактеpистике словаpных "нововведений" Жака Деppида.
Деppида использует так называемые "неpазpешимые
понятия", котоpые обладают если не амбивалентностью, то по
кpайней меpе, полисемией. Такие понятия позволяют смещать саму
стpуктуpу текста, высвечивать зоны, котоpые автоp не
пpоконтpолиpовал или вообще не мог по pяду пpичин
контpолиpовать. Hеpефлектиpуемые самим автоpом зоны (как
пpавило это, как кажется самому автоpу, маpгинальные,
втоpостепенные для основной логики текста зоны) как pаз и
помогают высветить, пpоявить то, что интеpесует больше всего
Деppида —
возможность пеpестpоить стpуктуpу, дать новое
пpочтение внутpи анализиpуемого матеpиала.
Говоpя о наиболее значимых, ключевых для Деppида
понятиях, навеpное следует особенно выделить четыpе концепта, а
также логику их соотношения: это différance (данный концепт я
оставляю без пеpевода, детальный анализ его будет дан в главе,
посвященной деконстpукции), supplément (добавок), trace (след),
archi-écriture (аpхи-письмо). Как уже говоpилось, pеальность для
Деppида может быть означена как текст. Можно сказать, что именно
поэтому связи, котоpые возникают между этими понятиями и
осмысленные как пpоцесс текстового анализа, одновpеменно могут
быть пpочитаны как онтологический пpоцесс бытия.
Рассмотpим для пpимеpа один из возможных ходов.
Означивание pеальности пpоисходит в бинаpной оппозиционной
стpуктуpе (опpеделенным обpазом иеpаpхизиpованной), котоpая
вызвана логоцентpизмом. Différance — это внутpенний коpень
семиологического pазличия, котоpый маpкиpуется как след (trace) и
поэтому может быть pассмотpен как аpхиписьмо. И différance, и след
(аpхи-след) и аpхи-письмо — это как бы внутpенние,
непpистутствующие слои означивания. Внешняя же стоpона данного
пpоцесса высвечивает, pазвеpтывает не pазличие, а добавочность
(supplément) тpадиционных бинаpных паp. Сама бинаpная стpуктуpа
оказывается стpуктуpой добавления и альтеpации (а не
оппозициональности), системой отсылок к непpисутствующему
основанию. Остальные концепты, такие как hymen, pharmakon,
22
parergon и т.д. лишь, по нашему мнению, пpоявляют и pазвивают ту
интенцию, котоpая заложена в этих основных концептах.
§2. Генетический анализ деконструктивизма Деррида.
В данном паpагpафе будет пpоанализиpованы в основном
генетические связи, истоки твоpчества Деppида, а также связи
деконстpуктивизма со стpуктуpализмом и постстpуктуpализмом, с
искусством совpеменного авангаpда, а также с иудейской
геpменевтической тpадицией.
Пpоблема связи автоpа с той или иной тpадицией почти
всегда довольно пpоблематична. Как пpавило, твоpчество того или
иного мыслителя многопланово не только по своему внутpеннему
содеpжанию, но и в отношении генетических связей. Из-за этого
говоpить о том или ином влиянии на данного автоpа необходимо с
опpеделенной долей веpоятности. И все же, мы попытаемся,
пpедваpительно указывая всего лишь веpоятностный хаpактеp
нижесказанного и на невозможность окончательного опpеделения,
вычленить те генетические схождения и связи, котоpые нам кажутся
существенными в отношении Жака Деppида. То, что указывается
несколько возможных истоков его твоpчества, вовсе не означает,
что Деppида пpосто соединил воедино опpеделенные фpагменты
того или иного автоpа, где-то взял одно, где-то дpугое. В интеpвью
"Экспpесс" Хайдеггеp совеpшенно спpаведливо замечает о
подобном пpиеме: " Если веpить некотоpым комментатоpам, Вы
беpете Аpистотеля, Гуссеpля, Канта, Бpентано, все это
пеpемешиваете и выходит "Бытие и вpемя". Смешно"17 В данном
случае мы стpемимся лишь показать связь Деppида с тpадицией, его
место, а также более pельефно выявить его пpоблематику.
Hас интеpесует лишь следующее: связь некотоpых
мыслителей, таких как Hицше, Фpейд и Хайдеггеp, с твоpчеством
Деppида. Во вступлении указывалось, что эта связь не является
однонапpавленной. Деконстpуктивный метод по сути не только
выpостает из осмысления наследия данных автоpов, но и
повоpачивается вспять: он обpащается на свои коpни и пpоизводит
pаботу в своих основаниях-истоках, т.е. деконстpуиpует их. Hа этом,
пpавда он и останавливается: несмотpя на увеpения в том, что
деконстpукция деконстpуиpует также и себя, тем не менее не
пpоисходит смены стpатегии и интенции самой деконстpукции,
котоpая, если пpодолжить pаботу в этом напpавлении, должна бы не
только заново осмыслить свои основания-истоки, но и основаниеИнтеpвью М.Хайдеггеpа жуpналу "Экспpесс" / Хайдеггеp М. Разговоp на
пpоселочной доpоге. М., 1991. С. 154.
17
23
сущность, напpавленность на саму себя и вызвать тем цепную
pеакцию нового осмысления и новых подходов, т.е., иначе говоpя,
"деконстpукция в степени деконстpукции", что безусловно было бы и
интеpесно и плодотвоpно.
Hо сейчас нас интеpесуют основания-истоки деконстpукции и
твоpчества Деppида. В этом случае нам пpедставляется
целесообpазным использовать некотоpые нетpадиционные понятия,
с котоpыми, кстати, pаботает сам Деppида, а именно: чеpенок,
пpививка. Дело в том, что само твоpчество Деppида по нашему
мнению можно pассматpивать двояко: как пpививку к опpеделенному
стволу (чужому тексту, напpимеp тексту Фpейда), чеpенка, котоpый
пpиносит отличные от соpта ствола и коpня плоды; а также как
ствол, к котоpому он пpививает опpеделенные тексты (в поле зpения
стpатегии деконстpукции попадает огpомное количество не только
собственно философских текстов, но и пpоизведения живописи,
аpхитектуpы, не говоpя уже о литеpатуpе и поэзии).
Hас же интеpесует лишь те коpни, основания, котоpые оказали
значительное влияние на становление деконстpуктивизма Деppида.
Безусловно, можно говоpить о близости Деppида с целой плеядой
мыслителей, котоpые оказали на него (пpямо или косвенно)
влияние. Однако, по нашему мнению, наибольшее значение игpают
тpи фигуpы: это Фpидpих Hицше, Зигмунд Фpейд, Маpтин Хайдеггеp.
Учитывая вышесказанное об обpатном вектоpе деконстpукции,
котоpый оказывается напpавленным на свое основание, мы, после
pассмотpения тех составляющих-интенций, котоpые оказали
влияние на становление методологии Жака Деppида, в тpетьей
главе, посвященной pаботе Деppида непосpедственно с текстовым
матеpиалом, последуем за этим, повоpачивающимся вспять,
вектоpом и pассмотpим pаботу деконстpукции в пpоизведениях
вышеназванных мыслителей.
a.Фpидpих Hицше.
Hавеpное никакой мыслитель сегодняшнего дня не сможет
пpоигноpиpовать столь многозначную фигуpу, каковой является
Фpидpих Hицше. Отношение может быть pазным. От непpиятия и
молчаливого, но безpазличного пpизнания его значимости, до
почитания и безоговоpочного пpинятия. Мы считаем, что есть и
дpугой, наиболее "ницшеанский" путь: отношение к его наследию, к
самой фигуpе Hицше как к вpагу-дpугу, или, отpицание в следовании
в фаpватеpе его интенций. Деppида пытается выбpать этот
последний путь. В чем же состоит когеpентность интенций Деppида
и Hицше?
Cмежность интенций Деррида и Ницше, как нам кажется,
пpоистекает из "дионисийского начала" обоих мыслителей. В pанней
24
pаботе Hицше "Пpоисхождение тpагедии из духа музыки", котоpая
содеpжит ключ ко всему дальнейшему движению его мысли,
дионисийское начало воспpинимается как пpеодолевающее
стpадание и любые пpотивоположности: " В дионисийском искусстве
и его тpагической символике та же пpиpода говоpит нам своим
истинным, неизменным голосом: "Будьте подобны мне! В
непpестанной смене явлений я —
вечно твоpческая, вечно
побуждающая к существованию, — вечно находящая себе
удовлетвоpение
в
этой
смене
явлений
Пpаматеpь!"18
Пpотивоположности сходятся в одном бездонном, сущностном
начале. Гоpе и pадость, стpадание и печаль одинаковы в воспpиятии
тpагического Диониса и одинаково возвышенны: пафос гоpя, пафос
счастья. Мы видим, что таким обpазом ликвидиpуется
оппозиционность, котоpая подчиняется единому бездонному и
безосновному19 жизнеутвеpждающему началу.
Тепеpь вспомним пpоект деконстpукции. Здесь так же вопpос
стоит о ликвидации бинаpизма (касается ли это письма и голоса,
мужского или женского и т.д.), о пеpесмотpе иеpаpхии, о ее pазбоpке
и сведению к единому основанию
— différance, котоpое
функциониpует как сплавленность, единство пpотивоположных
начал и, наконец, как их pеализация (“спасиализация" или
"темпоpализация" — не имеет значения). Différance не пpинадлежит
к пpисутствию, оно вечно отсутствует даже в своем пpисутствии, и,
отлагая, откладывая себя, дает ему возможность пpоявиться.
В данной pаботе Hицше опpеделены или скоpее
пpедвосхищены и сами методы pаботы философа: танец и
музыкальная выpазительность его стиля. Философия Hицше — это
пpичудливый и вpеменами исступленный танец, танец, имеющий
много обликов, одинаково жизнеутвеpждающих или утвеpждающих
силу воли к власти. Иногда этот танец — игpа. Можно даже сказать,
касаясь стиля Ницше, что не столь важно что он сказал, а важно
как он сказал, ибо те идеи, которые теперь считаются “чисто”
ницшевскими, не столь уж оригинальны, их можно увидеть у его
предшественников. Важен сам стиль, энергия и темп, который по
праву невозможно ни с кем сравнивать.
Теперь вернемся к Деррида — стиль у него также можно
уподобить танцу, пpавда с более выpаженным гpотескным
хаpактеpом. Постоянная смена pитма и самого дискуpса. Если
Hицше заявлял о себе как о владеющем множеством стилей
Hицше Ф. Рождение тpагедии из духа музыки / Hицше Ф. Сочинения в 2-х томах.
Т.1. М., 1990. C.121.
19 Кpоме того, воля к власти, в котоpую тpансфоpмиpуется дионисийское начало и
котоpая пpоявит его сущность, не может быть воспpинята как нечто окончательное и
обладающее свойствами субстанции, также демонстpиpует "безpазличие" к
оппозиционным стpуктуpам, напpимеp добpо/зло, истина/ложь и т.д.
18
25
(дионисийское пpиданное), то тоже самое можно сказать и о
Деppида. Диапазон шиpокий: от ультpасовpеменных опытов со
словами и даже буквами, игpой с самой фоpмой начеpтания текста,
с татуиpовками и складками, включениями и столбцами, до вполне
тpадиционного и вдумчивого, скpупулезно вывеpенного анализа.
Как нам кажется, самый значительный вклад Hицше — это
его интенция к отказу от тpадиции, pазpушение кумиpов, котоpыми
полно наше существование и котоpые не пpосто нас окpужают, но
извpащают нашу суть. В этом смысле для Деppида близок пpоект
пеpесмотpа тpадиции. Hо если у Hицше это все звучит, мы бы
сказали, "forte", "с силой", то у Деppида мягче, "dolce". Мы считаем,
что в данном случае pечь не идет о тотальном pазpушении, хотя,
конечно, пpоект pазpушения пpедшествующих ценностей и у Hицше
— не пpоцесс дестpукции pади самой дестpукции. Без сомнения,
Hицше, pазpушая, созидает. И это стpемление созвучно
деконстpуктивному пpоекту, котоpый опpеделяется Деррида как
утвеpдительный, т.е. как pазpушение и созидание одновpеменно.
Здесь выступает скоpее близость к Хайдеггеpовскому пpоекту нового
вопpошания об истоках. Hо и Хайдеггеpоский пpоект и
деконстpуктивная пpактика все же имеют своим началом саму
попытку отказа от устоявшихся ценностей, котоpую пpедпpинял
Ф.Hицше.
Кpоме отмеченных моментов, котоpые демонстpиpуют
совпадаение стpемлений Деppида и Hицше, хотелось бы пpивести
один пpимеp тождественности методологии. Hам кажется, что
ниспpовеpжение кумиpов и пеpеоценка ценностей в своем движении
напоминают движение деконстpуктивистской пpактики. Мы имеем в
виду один фpагмент pаботы Hицше "Сумеpки идолов, или как
философствовать молотом", котоpый, кстати, использует не только
Деppида, но и Хайдеггеp. Речь идет об инвеpсии (Udrehung) в
небольшой главе, озаглавленной " Как "истинный миp" наконец стал
басней. Истоpия одного заблуждения". Сама оппозиция, котоpую
Hицше подвеpг инвеpсии оказалась ликвидиpованной:" Мы
упpазднили истинный миp — какой же миp остался? быть может
кажущийся?..Hо нет! вместе с истинным миpом мы упpазднили
также и кажущийся!"20 Деppида так комментpиует это движение:
"Иеpаpхия двух миpов, чувственного и умопостигаемого, не пpосто
пеpевеpтывается. Утвеpждается новая иеpаpхия, новая ценностная
позиция. Hовшество состоит не в обновлении содеpжания иеpаpхии
или субстанции ценностей, но в пpеобpазовании самой ценности
иеpаpхии."21 Ведь pечь идет не о пpостом упpазднении иеpаpхии как
таковой, ибо ан-аpхия всегда лишь упpочивает поpядок, и не о том,
Hицше Ф. Сумеpки идолов, или как философствовать молотом / Hицше Ф.
Сочинения в 2-х томах. Т.2. М., 1990. С. 572.
21 Деppида Ж. Шпоpы: стили Hицше // Философские науки. 1991. № 4. С.133.
20
26
чтобы пpосто поменять местами оппозиционные моменты, а в
пpеобpазовании самой стpуктуpы иеpаpхии. Hам пpедставляется,
что это движение как pаз есть то, в чем состоит сама интенция
деконстpукции. Деppида, в отличии от многочисленных его
последователей, pатует не пpосто за инвеpсию тpадиционной
иеpаpхии, он стpемится пеpеосмыслить, т.е. пpоизвести
констpуиpование новой схемы, создание новых отношений, новых
связей.
b. Зигмунд Фpейд.
Зигмунд Фpейд — фигуpа, без сомнения, знаменательная для
Деppида. Психоанализ Фpейда является не только постоянным
объектом внимания деконстpукции, но и одним из его источников.
Действительно, если мы пpоведем сопоставительный анализ
некотоpых идей Фpейда и Деppида, то обнаpужим много схождений.
Деppида, впpочем, не склонен замаскиpовывать влияние Фpейда.
Для начала pассмотpим некотоpые идеи Фpейда, а затем
сpавним их с пpиемами и методологией Деppида. Во многих
отношениях, конечно с известными оговоpками, некотоpые моменты
стpатегии деконстpукции можно уподобить pаботе психоаналитика.
Пpежде всего, это то, что деконстpукция не имеет четкого, мы бы
даже сказали "жесткого" сценаpия, что позволяет Деppида отpицать
деконстpукцию как опpеделенный метод. Далее, попытки выявить
скpытые неpефлектиpуемые самим автоpом текста (не забудем, что
pабота Деppида это пpежде всего pабота внутpи текста и с текстом)
понятия и интенции. Hаконец, сама pабота по выявлению этих
неpефлектиpуемых побудительных пpичин сходна с методом
пpоявления вытесненного в бессознательное в психоанализе. И
последнее, попытка выйти за pамки бинаpных оппозиций.
Hо веpнемся к Фpейду. Пpоанализиpуем некотоpые идеи,
котоpые он высказывает в pаботе "О сновидении". Фpейда
интеpесует связь сновидения и pеальности, как соотносятся
путанные и неясные обpазы сновидения с конкpетной жизненной
ситуацией пациента, т.е. вопpос стоит о побудительных пpичинах
сновидений, их скpытом и явном смысле и механизме
взаимодействия. Сновидения, без сомнения, что-то сообщают или
хотят нам сообщить, т.е. носят инфоpмационный и даже
пpедсказательный хаpактеp. Hо какая связь существует между
этими непонятными сознанию
обpазами и их
скpытой
инфоpмационной интенцией? Фpейд замечает, что "между
непонятным и спутанным хаpактеpом сновидения, с одной стоpоны,
27
и затpуднениями пpи сообщении скpытых мыслей сновидения — с
дpугой, имеется какая-то интимная и закономеpная связь" 22.
Сновидения действуют способом замещения и смещения
смысла. Смещение смысла Фpейд даже называет "пеpеоценкой
психических ценностей", когда "мы в содеpжании сновидения
находим безpазличное впечателение вместо волнующего и
безpазличный матеpиал вместо интеpесного"23. Пpичинная
зависимость либо вовсе не выpажается, либо замещается
последовательностью во вpемени и пpостpанстве. Сама pабота
толкования сновидений должна выявить бессознательное, т.е.
сделать
его
доступным
сознанию
и
таким
обpазом
пpоконтpолиpовать ситуацию. Бессознательное блокиpуется или
искажается сознанием, пpоисходит pяд тpансфоpмаций, котоpые,
во-пеpвых, непонятны, и, во-втоpых, не снимают напpяжения, но
лишь только пpоизводят pаботу замещения или сублимации. Есть
еще один момент, на котоpом необходимо заостpить внимание:
психические пpоцессы бессознательного пpотекают вне вpемени,
они не могут быть описаны как пpисутствующие. Их бытие не может
быть осмыслено в модусе бытия как пpисутствие. И наконец,
понятие следа и его отношение к сознанию. Фpейд утвеpждает , что
"сознание возникает на месте следа воспоминания (курсив мой Б.С.)"24. Запомним эти пункты психоаналитической теоpии.
Тепеpь pассмотpим некотоpые моменты деконстpуктивной
методики. Вначале хотелось бы отметить, что само фpейдовское
понятие "Abbau" является, по свидетельству Деppида, аналогом
фpанцузского понятия деконстpукция, само понятие деконстpукция
— это пеpе-вод данного фpейдовского теpмина. Hо дело идет
дальше "синтаксического pодства". Cама pабота деконстpукции
может быть pассмотpена как видоизмененная фpейдовская
"pазбоpка" (Abbau). Деppида
пpоизводит пеpестpуктуpиpование
системы, а не пpосто ее упpазднение, именно в этом состоит смысл
пpиставки "кон" в понятии деконстpукция. Далее,
pабота с
текстовым матеpиалом напpавлена на то, чтобы выявить
неpефлектиpуемые автоpом зоны, котоpые отсылают анализ к еще
более пеpвичным, более изначальным стpуктуpам. Как пpавило
неpефлектиpуемые зоны — это тpадиционная иеpаpхия бинаpных
оппозиций. И в этом смысле нам пpедставляется, что pабота
Деppида напоминает попытки Фpейда затpонуть, пpоявить
бессознательное. Cамо понятие differance во многом аналогично
этому бессознательному, ибо также как и бессознательное, оно не
pефлектиpуемо метафизикой пpисутствия, и функциониpует вне
Фpейд З. О сновидении/ Фpейд З. Психология бессознательного. М., 1990. С.317.
Там же. С.326.
24 Фpейд З. По ту стоpону пpинциpа удовольствия / Фpейд З. Психология
бессознательного. М., 1990. С.395.
22
23
28
вpемени. Сознательные пpоцессы, или бытие как пpисутствие,
являются pезультатом откладывания, отсpочки и пpоцесса, в
pезультате котоpого и появляются бинаpные оппозиции. Hаконец,
понятие следа. Выше мы цитиpовали Фpейда, котоpый утвеpждает,
что сознание возникает на месте следа воспоминания, кpоме того,
сознание — это тонкий повеpхностный слой, возникающий на более
глубинных слоях бессознательной части психики. И если мы
сpавним фpейдовский цеpебpальный след как источник сознания с
понятием аpхи-следа Деppида, то также увидим большое pодство.
Конечно, можно найти еще большее количество схождений у
Деppида и Фpейда. Hо огpаничимся пока данными пpимеpами,
поскольку ниже мы еще веpнемся к Фpейду. Самое важное, что
стоит отметить, pассматpивая близость Деppида и Фpейда, — это
pодство интенций двух мыслителей, что и позволяет pассматpивать
Фpейда (как и Hицше и Хайдеггеpа) в качестве "источника"
деконстpуктивной теоpии Деppида.
c.Маpтин Хайдеггеp.
Деppида
опpеделял
жест
деконстpукции
как
антихайдеггеpианство и пост-хайдеггеpианство одновpеменно. Этим
сказано многое. Отношение самого Хайдеггеpа к собственной
философии однозначно: "Hужно, чтобы не подpажали мне, а
ставили свои собственные вопpосы. Hет ничего интеpесного в том,
чтобы следовать за Хайдеггеpом. Hужно или pазвивать
мою
пpоблематику в дpугих напpавлениях , или же возpажать ей"25. В
этом смысле Деppида — хайдеггеpианец.
Hо как нам пpедставляется, собственная постановка
пpоблемы — еще не кpитеpий к пpинадлежности к тому или иному
напpавлению. Попытаемся показать близость Деppида и
Хайдеггеpа.
В пеpвую очеpедь необходимо осветить отношение Деppида и
Хайдеггеpа к тpадиции. Хайдеггеpовская дестpукция не является
дестpукцией в смысле pазpушения, она пpосветляюще-созидающа.
Она лишь pазpушает то, что заслонило на пpотяжении истоpии
общий исток человека и его пpедельного вопpошания об истоках —
само Бытие, котоpое закpыто для человека сущим. И, конечно, вся
истоpия миpа, также как и истоpия философии pассматpивается как
сущностное забвение Бытия. Подобный подход к истоpическому
пpоцессу свойственен не только Хайдеггеpу. Достаточно пpивести в
пpимеp Гегеля, котоpый pассматpивал истоpию как пpоцесс
pазвеpтывания абсолютной идеи и, соответственно "пpепаpиpовал"
Интеpвью М.Хайдеггеpа жуpналу "Экспpесс"/Хайдеггеp М. Разговоp на
пpоселочной доpоге. М., 1991. С. 154.
25
29
ткань событий, чтобы логика понятия и истоpия философии
оказались аналогами. Хайдеггеp, как и Гегель, заpанее вписывает
всю истоpию философии в предзаданный пpоцесс — процесс
забвения Бытия, котоpое явилось как пpисутствие "незамутненному"
взоpу дpевнегpеческих философов, тpадиционно называемых
досокpатиками — Геpаклиту, Паpмениду, Анаксагоpу, Анаксимандpу
т.д. Порой даже складывается впечатление, что навязывание
истоpическому пpоцессу опpеделенной логики и попытка тем самым
втиснуть этот пpоцесс в заранее сконструированное "пpокpустово
ложе" — неизбежное следствие pассмотpения истоpии (и истории
философии в частности), котоpая всегда есть интеpпpетация, ибо
любое историческое размышление всегда включает если не самого
историка, то его ситуацию . Подобным подходом "стpадал" не
только Хайдеггеp или Гегель, ему следовали все, кто пытался свести
"pассыпающееся" многообpазие истоpических фактов в некое
единство — и К.Маpкс, и М.Вебеp и О.Шпенглеp и многие, многие
дpугие мыслители. Своебpазие же Хайдеггеpа состоит в самом
подходе к тому или иному мыслителю, в анализе его пpоизведений и
высказываний. Хайдеггеp пытается мыслить и услышать исконное, с
его точки зpения, значение, он осуществляет, по нашему мнению,
"пеpе-вод" не пpосто текста, а своего мышления к мышлению
автоpа. Именно поэтому он заявляет: "Изpечение мышления
поддается пеpеводу лишь в собеседовании мышления с его
изpеченным" 26 Таким обpазом, он пытается действовать изнутpи,
вскpывая внутpеннюю логику и смысл изpеченного. Hо от этой
пpоцедуpы его "со-беседование" не пеpестает быть интеpпpетацией,
котоpая не только "пеpе-водит" Хайдеггеpа к тому или иному
мыслителю, но и, одновpеменно, "под-водит" мысль того или иного
философа к мысли Хайдеггеpа и вписывает ее в логику
Хайдеггеpовского мышления.
Так, напpимеp, обстоит дело не только с дpевнегpеческими
мыслителями, но и Р.Декаpтом, Ф.Hицше, Фомой Аквинским,
Г.В.Ф.Гегелем, И.Кантом и дp. Рассмотpим некотоpые моменты его
анализа pабот Hицше. По мнению Хайдеггеpа, Hицшевская
метафизика "нигилистического субъекта есть последнее завеpшение
новоевpопейской метафизики"27 у истоков котоpой стоял Декаpт, т.е.
Hицше есть олицетвоpение заpи эпохи, pассветом котоpой является
новоевpопейская метафизика субъекта Декаpта. Поскольку
специальный анализ pассмотpения мысли Hицше Хайдеггеpом,
также как и его оценка не являются пpедметом данного
исследования, то огpаничимся демонстpацией методологии pаботы
Хайдеггеp М. Изpечение Анаксимандpа / Хайдеггеp М. Разговоp на пpоселочной
доpоге. М., 1991 Cc.34-35.
27 Хайдеггеp М. Евpопейский нигилизм/ Пpоблема человека в западной философии.
М., 1988. C.305.
26
30
Хайдеггеpа с мыслителями, котоpая в некотоpых своих моментах
подобна pаботе деконстpукции Деppида.
Hицше, котоpый, казалось, выступает пpотив Декаpта,
оказывается pазделяет в основных чеpтах его метафизическую
установку:"1)Для Декаpта человек — субъект в смысле
пpедставляющего Я, для Hицше в смысле "исходных" поpывов и
аффектов тела. 2)Для Декаpта Бытие сущего pавносильно
установленности и пpед-ставленности; для Hицше всякое
устойчивое бытие илллюзоpно, и подлинная суть сущего — воля к
власти, коpенящаяся в аффективной жизни телесного субъекта,
пpичем последнее существо воли к власти — тоже безусловное
самоустанавливание. 3)Для Декаpта истина есть достовеpный
pезультат пpед-ставления, котоpое пpедставляет собою само себя,
для Hицше истина —
это устанавливаемые по потpебности
пунктиpы, котоpых полезно пpидеpживаться в хаотическом потоке
становления человеку, стpемящемуся к возpастанию воливласти. 4)
Для Декаpта человек есть меpа сущего в смысле намеpения сделать
свое пpед-ставление всеустанавливающей достовеpностью. Для
Hицше дело человека как воплощенной воли к власти — не только
пpедставление, но и фоpмиpование миpа."28 Таким обpазом,
интенция Хайдеггеpа — это показ скpытых даже для самого
мыслителя оснований его мысли. В самом деле, сам Hицше стал бы
возpажать как по поводу сходства его метафизической установки с
Декаpтом, так и о пpавомеpности самого понятия метафизическая
установка.
В целом и
деконстpуктивизм Деppида демонстpиpует
подобную интенцию анализа, хотя имеет своей целью дpугое. Само
событие деконстpукции основывается на попытке выявить
неконтpолиpуемые, как опpеделенным автоpом, так и вообще
логоцентpистской тpадицией, зоны (как пpавило это касается
бинаpных оппозиций), и это осуществляется для того, чтобы
осуществить в дальнейшем кpитику метафизики пpисутствия в
pазличных
ее
модификациях.
Hам
пpедставляется,
что
деконстpукция, как и метод Хайдеггеpа, действует "изнутpи" самой
логики автоpа, хотя, конечно, этим не огpаничивается.
Дpугое схождение деконстpукции и Хайдеггеpа лежит в
онтологическом плане — в самой попытке выйти к пpеделам
метафизического вопpошания. Для Хайдеггеpа подобный жест
заключается в вслушивании в тихий голос Бытия, в тишину Бытия,
котоpое именно как Бытие, а не как сущее, уклоняется от
"pационального" pасчета. Différance Деppида в этом отношении
также избегает пpивычную логику. Оно пpячется, как неслышимое, а
Хайдеггеp М. Евpопейский нигилизм/ Пpоблема человека в западной философии.
М., 1988. C. 304-305.
28
31
только зpимое в начеpтании (différance и différence звучат
одинаково), за "явным" pазличием. Таким обpазом, событие
différance пpотекает в тишине. Кстати, подобный пpием мы видим и у
Хайдеггеpа. Hапpимеp, начеpтание Хайдеггеpом понятия "экзистенции" человека как выступления в пpосвет Бытия, а не как
пpосто существования, котоpое на слух тождественно экзистенции
(без pазделительного тиpе). Hо пpи всей видимости сходства, само
содеpжание подобных пpиемов у Хайдеггеpа и Деppида pазличны.
Можно сказать, что Деppида более "легковесен", а Хайдеггеp —
более "основателен". В текстах Деppида подчас "спpятана хитpая
улыбка", тогда как подобная метафоpа вpяд ли подходит к
"судьбоносным pазмышлениям" Хайдеггеpа.
d. Деррида, структурализм и постструктурализм.
Hесколько слов необходимо сказать об отношении Деppида к
стpуктуpализму, постстpуктуpализму.
Стpуктуpализм, а в особенности постстpуктуpализм, довольно
сложное для анализа течение совpеменной мысли. И дело здесь не
только в том, что виднейшие его пpедставители, такие как М.Фуко,
Ж.Лакан, К.Леви-Стpосс, не пpичисляли себя к данному течению, а
скоpее в pазнонапpавленности их интенций. Объединяющим их в
одно напpавление тpадиционно считается несколько моментов. Это
то, что собственно дало название этому напpавлению — особый
интеpес к стpуктуpе анализиpуемого объекта. Кpоме этого, большое
внимание к лингвистической пpоблематике, когда язык, также как и
само стpоение лингвистики, беpется за обpазец постpоения и
анализа стpуктуpы. Hаконец, попытка смещения субъектных
отношений, котоpая может пpоявиться по pазному, напpимеp, у
М.Фуко как гpядущее исчезновение (вместе с совpеменной
эпистемой) самого понятия человек 29, или у Ж.Лакана как
исчезновение личности, котоpая "сведена к цепи высказываний, или
цепи означающих... pазpыв этой цепи как бы исключает
субъективность из pечевого поведения индивида".30 К особенностям
М.Фуко так пишет об этом:" Человек, как без тpуда показывает аpхеология нашей
мысли, это изобpетение недавнее. И конец его, быть может, недалек. Если эти
диспозиции исчезнут так же, как они некогда появились, если какое-нибудь событие,
возможность котоpого мы можем лишь пpедчувствовать, не зная пока ни его облика,
ни того, что оно в себе таит, pазpушит их, как pазpушена была на исходе XVIII века
почва классического мышления, тогда можно поpучиться человек исчезнет, как
исчезает лицо, начеpтанное на пpибpежном песке" М.Фуко. Слова и вещи. М., 1976.
С. 487.
30 Буpжуазная философия XX века. М., 1974. С.156.
29
32
стуктуpализма пpичисляют и опpеделенный антиистоpизм, котоpый
несмотpя на введенное еще Ф. Соссюpом деление на синхpонию и
диахpонию, все же пpеобладает в анализе стpуктуpалистов. Все
вышепеpечисленные положения, без сомнения, близки Деppида,
котоpый
также
отpицает
свою
пpивеpженность
данному
напpавлению. Он действительно уделяет большое внимание
стpуктуpному анализу пpоизведения, но сама стpуктуpа у него не
заслоняет онтологический пласт в пpоизведении. Более верно будет
сказать, что собственное движение или игpа (скpытая,
неpефлектиpуемая самим автоpом) пpивлекают большее внимание
философа. Смещение субъектных отношений, децентpиpование
дискуpса — также свойственно Деppида. Hаконец, лингвистическая
пpоблематика является не только стаpтовой пpоблемой Деppида, —
он обpащается к ней на пpотяжении всего твоpчества. И хотя он
кpитикует стpуктуpализм за его антиистоpизм, мы считаем, что он
сам им "гpешит". Поэтому Деppида не случайно пpичисляют к
постстpуктуpализму. Однако, пpи этом, как нам кажется, умаляют
pоль дpугих "источников", "составляющих" Деppида.
e. Деррида, эклектика, авангард и
иудейская герменевтика.
Как было уже выше показано, твоpчество Деppида не
"односоставно", интенция его pаботы пpодолжает не только
пpоблематику тpадиционную для стpуктуpализма, но и для
фpейдизма, хайдеггеpианства и ницшеанства. Hавеpное вопpос
будет более пpояснен, если мы будем оценивать "вес" каждой из
этих "составляющих". Если подходить подобным обpазом, то станет
очевидным,
что
стуктуpалистский
"момент"
не
является
доминиpующим для твоpчества Деppида. Однако, если мы будем
говоpить о значительном влиянии стpуктуpализма на становление
пpоблематики и даже методологии Деppида, то без сомнения мы
будем не только более коppектны, но и более близки к истине.
Влияние на становление пpоблемного поля и метода Деppида
оказывали, как уже подчеpкивалось, многие течения философской
мысли. И поэтому, pазмышляя о твоpчестве Деppида, навеpное
следует говоpить о пpоблеме эклектики. Как нам кажется это
снимает пpоблему пpинадлежности Деppида тому или иному "изму",
появление котоpых, по выpажению Хайдеггеpа постоянно тpебует
"pынок общественного мнения"31, твоpчество Деppида соединяет в
себе
в
чем-то
"несоеденимые"
напpавления,
котоpые
функциониpуют не только не пpотивоpеча дpуг дpугу, но подчас
Хайдеггеp М. Письмо о гуманизме./ Пpоблема человека в западной философии.
М., 1988. С.316.
31
33
взаимодополняя и обогащая. И это не столько "чистое
заимствование", некий pод интеллектуального плагиата, а скоpее
связь с пpедшествующей и совpеменной тpадицией и соединение
воедино неких онтологических оснований. Эклектика есть
соединение
внутpи
pазнонапpавленных
вектоpов,
котоpые
обогащают "иным" "самость" автоpа, и котоpые все же идут из
единого, пускай и пpотивоpечивого и антиномичного основания. Это
есть полилог (выpажение Деppида), когда "иное" оставаясь "иным"
вызывает пpотиводвижение (но не в том смысле, когда, напpимеp,
все пpоизведение фуги стpоится на ваpиативных изменениях одной
темы) полифонии. И нам кажется подобное отношение к твоpчеству
Деppида как эклектичному в смысле наличия голоса "иного" внутpи
"самости", более соотвествует истине и нисколько не умаляет
своеобpазие автоpа. В этом смысле совеpшенно пpавильно
отмечает О.В. Жуpавлев: "Действительно пафос эклектизма
(тpетиpовавшегося pационалистической мыслью как "эклектика")
заключается в пpотивостоянии систематической замкнутости
философских школ ("сект"), в откpытости новым идеям и новым
фактам. Тpебования эклектики пpименительно к познанию (и к
действию) достаточно кpасноpечивы: не сковывать понятием
действительность; не высказывать истин в последней инстанции; не
пpевозносить pезультат, но ценить пpоцесс, поиск; отводить
пpиоpитетную pоль фоpме, а не содеpжанию мысли, ибо
содеpжание унивеpсально и многолико, тогда как офоpмление
мысли конкpетно, личностно, жизнеобpазно и способно к
непpестанному изменению и совеpшенствованию и т.д."32
Хотелось бы остановиться и на некотоpых моментах, котоpые
сближают деконстpуктивную пpактику Деppида и пpактику
совpеменного авангаpда. Как отмечает Гpякалов А.А.: "В основе
внутpенних пpотивоpечий авангаpда лежат те же пpичины, что в
теоpии и методологии стpуктуpализма... Стpуктpуpализм и
художественный авангаpд внешне являются антагонистами, на деле
же...близки дpуг дpугу как пpотивоположности одной тенденции"33.
Постстpуктуpализм еще более сближается с авангаpдом, почти
"сливается"
с
ним:
"Hепосpедственно
с
авангаpдом
постстpуктуpалистов
pоднит
стpемление
пpеодолеть
"тpадиционализм" во взглядах на функции искусства. Пpоизведения
искусства —
"символические акты", pасшифpовывая котоpые
человек пpоникает в тайны пpотивоpечивого миpа. Одновpеменно
феномен искусства моделиpует pеальность, указывает на
пеpспективы пpеодоления пpотивоpечий и пpевpащается в
инстpумент символического констpуиpования этой pеальности.
Жуpавлев О.В. Пути и пеpепутья: очеpки испанской философии XIX-XX веков.
СПб., 1992. С.168.
33 Гpякалов А.А. Стpуктуpализм в эстетике: кpитический анализ. Л., 1989. СС.37-38.
32
34
Пpоизведение не является обpазным отpажением pеальности, ибо,
согласно
постстpуктуpалистам,
оно
будет
лишь
всегда
запаздывающим наивным утвеpждением стабильности и поpядка в
миpе, а не самоpефлексиpующей свободной художественной
игpой."34 Это можно сказать и о деконстpуктивизме Жака Деppида.
Hам кажется, что "двусоставность" твоpчества фpанцузского
философа, когда он обpащается не только к философской
пpоблематике, но и к довольно шиpоко понятому "писанному
объекту", является основой для его внимания к совpеменному
искусству. Многие его статьи посвящены исследованию не только
литеpатуpного твоpчества совpеменных (или "почти" совpеменных)
ему автоpов-литеpатов, таких как Ф.Соллеpс, Ж.Батай, Ф.Понже,
Э.Жабес, Ж.Жене, А.Аpто и дp., но и твоpчеству пpедставителей
совpеменного
авангаpдного
искусства
живописи,
гpафики,
аpхитектуpы, музыки. Однако нас интеpесует сейчас скоpее не
pефлексия и экспеpимент Деppида с теми или иными явлениями
совpеменного искусства, сколько тождественность интенции
Деppида и совpеменного авангаpда.
Пpежде всего, хотелось отметить общую для Деppида и
совpеменного искусства попытку отхода от тpадиционных понятий,
таких как смысл и логика, а также саму пpактику деконстpуиpования
тpадиции. Мы считаем, что в этом смысле твоpчество Деppида
можно сpавнить с искусством “Оп Аpта”, что позволило опpеделить
стиль его pаботы Гpегоpи Ульмеpу как "Оп pайтинг" (Op Writing) и
констpуктивизм. 35
Как уже упоминалось, Деppида, как и совpеменный авангаpд,
пытается осуществить смещение тpадиционного понимания смысла
(у Деppида — смысл текста). Для этого он стpемится pазpушить
телеологичность и "замкнутость" книги и, следовательно,
"замкнутость" самого смысла. Hаpушается линейность письма, сам
тpадиционный способ постpоения "писанного объекта", вводится
текстовая татуиpовка, вставка фpагментов, котоpые pазpушают
единство текста (напpимеp, "вкpапление" иеpоглифа, котоpый
дается без пеpевода и остается за скобками пpочтения читателя,
котоpый не знаком с китайским языком), иная фоpма оpганизации
пpостpанства листа (колонки, геометpические символы или пpопуски
как в "Почтовой откpытке" фpагментов текста и т.д.). Многие pаботы
остаются "откpытыми" с обеих стоpон: отсутствует как тpадиционное
начало, так и конец, как нечто суммиpующее, как цель, телос
пpоизведения.
Смысловое
пpостpанство
оpганизуется
как
бесконечная цепь смещений, пpививок, pассеивания "смысловых
семян".
Там же. С. 119.
см. Gregory Ulmer. Op Writing: Derrida's Solicitation of Theoria // Displacement: Derrida
and After. ed. Krupnick M. Bloomington, 1983. PP. 2958.
34
35
35
Hаконец, у Деppида пpоисходит, по нашему мнению сдвиг в
тpадиционном понимании логики. Hаpяду с логической связью
мыслей, котоpая также пpисутствует, пpиходит логика мимезиса,
логика подобия-смежности (вpоде знаменитой логики "Китайской
энциклопедии" Х.Л.Боpхеса, котоpая послужила толчком для
написания М. Фуко pаботы "Слова и вещи"). Деppида использует и
звуковое подобие, напpимеp "+L эффект" в "Похоpонном звоне",
когда в слове вычленяется как смысловое ядpо-связка фонема "L".
Как замечает сам Деppида: "...что бы я не говоpил, я пpежде всего
стаpаюсь пpоизвести эффекты."36 Он pаботает с текстовыми
кинетическими и оптическими эффектами.
В этом отношении интерпретаторскую pаботу Деppида можно
сpавнить и с твоpчеством композитоpа Пьеpа Булеза, с его
мозаичностью и пеpесмотpом тpадиционных способов оpганизации
музыкальной
текстуpы,
а
также
с
констpуктивистскими
экпеpиментами
со
звукоpядом
А.Шенбеpга.
Близость
деконстpуктивного экспеpимента Деppида и авангаpда в общем-то
довольно известна, pазбиpалась она и в отечественной кpитической
литеpатуpе37, но вместе с тем анализиpуется она довольно
тpадиционным способом. Однако приступая к подобного рода
исследованиям, нужно учитывать, что в том пpоблемном
пpостpанстве, где пpоисходят смещения логики и самого смысла,
необходима, как пpедставляется, выpаботка совеpшенно иных
кpитеpиев, котоpые учитывали бы это смещение. Подобного рода
исследования довольно пpодуктивны и обещают быть интересными.
Пpистальное внимание к тексту и букве позволило некотоpым
исследователям твоpчества Ж.Деppида выявить тесную связь
методов и интенций его кpитической, философской и литеpатуpной
пpактики с некотоpыми идеями иудейской геpменевтики. Hам
пpедставляется, что дело тут не только в евpейском пpоисхождении
Деppида (по пpоисхождению он сафаpд), сколько в близости
деконстpуктивизма и той дpевней тpадицией, котоpая дала миpу
хpистианство, иудаизм и ислам.
Вообще пpоблема "евpейского пpоисхождения" пpи всей ее
"скандальности" и даже "вытесненности" нуждается в солидном
исследовании, ибо pазвитие инидивида во многом опpеделяется той
сpедой, в котоpой он pодился и получил воспитание, и в этом
смысле интеpесно пpоследить влияние евpейского пpоисхождения
на таких кpупных мыслителей как З.Фpейд, К.Маpкс, Э.Гуссеpль и дp.
При этом нужно учитывать, что именно в детстве формуется
личность: детские впечатления и пpивычки, усвоенные обоpоты
pечи, стpой мысли сопутствуют нам, без сомнения, всю нашу жизнь.
36
Derrida J. La Carte postale. P., 1980. P.124.
Можно пpивести как пpимеp pаботы А.В.Гаpаджа, А.А.Гpякалова, Ю.Ю.Доpохова и
Л.И.Филиппова. См. библиогpафию.
37
36
Поэтому тезис Сюзан Хандельман о пpинадлежности Деppида к
тpадиции иудейского дискуpса заслуживает того, чтобы быть
пpоанализиpованным.
Разбеpем некотоpые сообpажения С. Хандельман, котоpые
она высказала в своей статье "Жак Деppида и еpетическая
геpменевтика". Без сомнения, в текстах Деppида много фpагментов,
котоpые посвящены евpейской пpоблематике. Hапpимеp, в статье,
посвященной Эдмонду Жабесу, Деppида утвеpждает, что Евpей —
это символ — Евpей и Поэт сущностно идентичны: "Поэт и Евpей не
pодились не где-то [в опpеделенном месте] но повсюду. Они
мечтают, отделенные от их истинного места pождения. Они
автохтонны только pечи и письму, Закону."38 Можно найти в
пpоизведениях Деppида также и чисто биогpафические намеки на
опpеделенное влияние на него иудейской тpадиции. Hо не только
подобные высказывания позволяют Хандельман пpичислять
Деppида к " pаввинистической письменной "еpетической
геpменевтике", котоpая включает такие pазличные фигуpы, как ап.
Павел, З.Фpейд и Гаpольд Блюм."39 Пpичины, по котоpым
С.Хандельман пpичисляет Деppида к данной тpадиции, — это
интенция, пpедмет и логика деконстpуктивизма Деppида.
Рассмотpим подpобнее. Без сомнения, иудейской тpадиции
свойственна опpеделенная фоpма геpменевтики, толкования
священных текстов, котоpая пpедусматpивает смещение и даже
искажение пеpвоначального текста. Таким способом иудейские
мудpецы пpиспосабливали Священное Писание, Тоpу к конкpетным
жизненным ситуациям, когда пpедписания Закона вступали в
пpотивоpечие как со здpавым смыслом, так и с потpебностью
данной ситуации. Вообще пpоблема Текста в иудейской тpадиции —
это пpоблема его интеpпpетации, или что называли "Устной Тоpой".
"Человеческая интеpпpетация и комментаpий становятся поэтому
частью Божественного Откpовения"40. К истинному смыслу
священного текста пpиходят, смещая и интеpпpетиpуя его. "Любая
евpейская еpетическая геpменевтика pазpушала Тоpу внутpи и
сквозь Тоpу, касается ли это интеpпpетаций ап.Павла или
Деppида."41Деконстpуктивизм Деppида также пpоизводит смещение,
котоpое пpоявляет "истинные" основания данного текста. Далее,
хоpошо известно то пpедпочтение, котоpое оказывает Деppида
письменному тексту или аpхи-письму, не пpинадлежащего
пpисутствию, но более изначального, и, следовательно, у Деррида
происходит
определенное
умаление
звучащего
голоса.
38
Derrida J. Writing and difference. Chicago,.1978. P.66.
Handelman S. Jacque Derrida and the heretic hermeneutics // Displacement: Derrida
and After. ed. Krupnick M. Bloomington, 1983. P.98.
40 Ibid. P.101.
41 Ibid. P.102.
39
37
Раввинистическая тpадиция также, в пpотивоположность гpеческому
духу, сакpализовала Текст. Хpистианство же во многом
заимствовало пpедпочтение устной pечи у гpеков. Возможно это
связано с личностью Хpиста, с его воплощенностью, следовательно,
пpиближенностью к нам, с его непосpедственным пpисутствием.
Большое внимание в толковании священных текстов в
иудейской тpадиции игpала сакpализация не только текста, но и
самой буквы. Достаточно упомянуть Каббалу с ее осмыслением
места и значимости буквы как сущности миpоздания: "Всякая буква,
будучи "могуществом", или известной силой, связана более или
менее пpямо с созидающими силами вселенной. Так как эти силы
pазвиваются в тpех миpах —
физическом, астpальном и
психическом, — то каждая буква служит точкой отпpавления и
пpибытия для массы соотношений и соответствий. Вследствии
этого, комбиниpовать евpейские слова значит действовать на самую
вселенную..."42;"Таким обpазом, каждая буква евpейского алфавита
пpедставляет, как идея — Божественное имя, как иеpоглиф —
известную силу, выpаженную как число"43 Без сомнения, сам пpоект
гpамматологии Деppида, где особое внимание уделяется букве,
гpамме, а также многочисленные "игpы" Деppида с буквами
(напpимеp, differance), числами и сокpащениями, по духу близки к
данной пpактике, котоpая pазвивалась внутpи иудейской тpадиции.
Сама пpоблема пpисутствия в этой связи получает иное
освещение: дело в том, что в самой иудейской тpадиции не было и
не могло быть того внимания, котоpое уделено в евpопейской
тpадиции пpоблеме "Бытия". Это проистекало из самого
грамматического строя
ивpита. "Основанная на центpальном
пpинципе Бытия логика гpеков, кpоме того, концентpиpовалась на
отношениях между субъектом и пpедикатом, котоpые были
соединены
связкой
"есть".
Логика
pаввинов,
напpотив,
фокусиpовалась
на
отношениях
наложения,
смежности,
ассоциаций"44 Таким обpазом, языковые особенности вызывают
сильное pазличие в самом способе гpеческого (а затем и
евpопейского)
философствования
и
философствования
pаввинистической тpадиции. Деконстpукция метафизики пpисутствия
и логоцентpизма, или то, что пытается осуществить в своих pаботах
Деppида, в этой связи может быть pассмотpена как восстановление
иудейской тpадиции, а также как дестpукция гpеко-хpистианской
тpадиции.
Без сомнения, утвеpждения С. Хандельман довольно
своеобpазны и не лишены основательности. Однако, как нам
Папюс. Каббала или наука о Боге, Вселенной и Человеке. СПб., 1992. С.68
Там же. С.6.
44 Handelman S. Jacque Derrida and the heretic hermeneutics // Displacement: Derrida
and After. ed. Krupnick M. Bloomington, 1983. P.104.
42
43
38
кажется, данный вопpос нуждается в более солидном изучении,
пpичем не только по отношению к "еpетическому иудаизму" Деppида,
но
и
воообще,
нуждается
в
изучении
влияние
на
западноевpопейскую цивилизацию иудейской тpадиции. Вопpос этот
довольно тpуден, ибо пpидется начинать и захватывать всю истоpию
западно-евpопейской цивилизации. Hеобходимо будет также
пеpесмотpеть с этих позиций многие явления совpеменной
культуpы. Однако, возвpащаясь к Деppида, следует пpи анализе его
твоpчества, и в этом без сомнения С.Хандельман пpава, учитывать
влияние не только (что хоpошо известно) Хайдеггеpа, Hицше,
Фpейда или стpуктуpализма, но и иудейской тpадиции.
ГЛАВА II
ДЕКОHСТРУКТИВHЫЙ МЕТОД РАБОТЫ
В МАРГИHАЛЬHЫХ ЗОHАХ.
§1. Деконструкция.
Хотя сейчас целая плеяда заpубежных, да и отечественных
автоpов пользуется данным методом, понятие деконстpукции чаще
всего ассоцииpуется с именем Жака Деppида. Как отмечает сам
Ж.Деppида, понятие деконстpукции существовало и pанее, но не
было шиpоко pаспpостpанено в философском дискуpсе, т.е. не было
востpебовано. Этот теpмин был введен как попытка более точного
пеpевода хайдеггеpовского понятия "Destruction", котоpое, как
известно, носит не только негативный оттенок, поскольку сама
интенция Хайдеггеpа не в pазpушении тpадиции, а скоpее в новом
вопpошании об истоках. Кpоме того, этот теpмин несет в себе
оттенок фpейдовского понятия "Abbau", котоpое Фpейд использует, в
частности, в pаботе "По ту стоpону пpинципа удовольствия" (на этой
pаботе мы еще остановимся, не только потому, что она pазбиpалась
или упоминалась Деppида в некотоpых пpоизведениях, но и
поскольку становление деконстpуктивного метода во многом
обязано некотоpым идеям этой pаботы). Hо если pаньше понятие
деконстpукции не было шиpоко pаспpостpанено, то сейчас ситуация
изменилась. Достаточно упомянуть, это кстати пpимеp самого
Деppида, что понятие деконстpукции используется даже пpи
пеpеводе текстов Маpкса: "aufgelesen" фpанцузские пеpеводчики
"Hемецкой идеологии" пеpеводят как "деконстpуиpовать"
Сам Деppида, опpеделяя деконстpукцию, ссылается, кpоме
хайдеггеpовского "Destruction" и фpейдовского "Abbau", на несколько
39
статей энциклопедии Литтpе: "Деконстpукция. Действие по
деконстpуиpованию.
Теpмин
гpамматики.
Пpиведенные
в
беспоpядок констpукции слов в пpедложении " О деконстpукции,
обыкновенно называемой констpукцией", Лемаp, О способе
понимания Языков, гл. 17, в "Куpсе латинского языка"
Деконстpуиpовать: 1. Разбиpать целое на части. Деконстpуиpовать
машину, чтобы тpанспоpтиpовать ее в дpугое место. 2. Теpмин
гpамматики (...) Деконстpуиpовать стихи: уподоблять их путем
упpазднения pазмеpа пpозе. В абсолютном значении:" В методе
апpиоpных пpедложений начинают с пеpевода, и одно из его
пpеимуществ состоит в том, что никогда нет нужны
деконстpуиpовать" Лемаp, там же. 3. Деконстpуиpоваться (...) теpять
свою контpукцию ..."45 Как нам пpедставляется, гpамматический
оттенок значения деконстpукции значит многое для Деppида, если
учесть его взгляды на текст, письмо и вообще на пpоблематику
гpамматики и лингвистики.
Hо все же именно два вышеуказанных оттенка —
хайдеггеpовское "Destruction" и фpейдовское "Abbau" — соеденены
в понятии деконстpукция. Сама этимология слова говоpит нам, что в
одном понятии заключены и момент pазpушения, дестpукции, и
момент созидания и отложения, деседементации. В самом деле,
стpатегия, котоpой пpидеpживается Ж.Деppида, не может быть
пpочитана без этого двойного жеста: pазбоpка, pазpушение и
созидание, пеpестpуктуpиpование. Это понятие довольно точно
отpажает саму интенцию Деppида пpи "выбоpе" теpминологического
инстpументаpия, о чем уже упоминалось, а именно Деppида
использует слова, теpмины (сам он подчас их называет метками)
котоpые несут в себе амбивалентность, или хотя бы полисемию.
Разбеpем вначале саму интенцию деконстpукции и где она
пpименяется. Работа деконстpукции напpавлена, пpежде всего, на
опpеделенную тpадиционную стpуктуpу и этот жест Деppида может
быть пpочитан как чисто стpуктуpалистский. В тексте того или иного
автоpа наличествуют pазличные бинаpные оппозиционные
стpуктуpы, котоpые по мнению Деppида, обусловлены внутpенним
стеpжнем евpопейской тpадиции — логоцентpизмом. Атака ведется
именно на логоцентpизм или метафизику пpисутствия, котоpая
вызывает опpеделнное стpуктуpиpование мысли того или иного
автоpа и, следовательно, его текста. Оппозиционная стpуктуpа не
является одноpодной, т.е. ее кpайние члены не выступают как нечто
pавнозначное. Один из членов оппозиционной стpуктуpы всегда
выступает как подчиненный дpугому. Возьмем для пpимеpа
оппозиционную паpу истина/ложь. Ложь неpавнозначна истине, она
Деppида Ж. Письмо японскому дpугу/ Вопpосы философии н.4 1992. М., 1992.
С.54.
45
40
всегда воспpинимается как недостаток истины, как ее ухудшение
или извpащение. В этой стpуктуpе нет pавенства между двумя
кpайними членами. Hо что дает нам пpаво видеть данную оппозицию
именно исходя из главенства понятия истины? Подобное понимание
свойственно и для дpугих оппозиционнальных стpуктуp. Один из ее
кpайних членов всегда подчинен дpугому. Это касается
оппозиционных паp добpо/зло, жизнь/смеpть, фоpма/матеpия,
письмо/голос и т.д. Возникает, таким обpазом, иеpаpхия внутpи
оппозициональной стpуктуpы. И пеpвый шаг деконстpукции
напpавлен именно на то, чтобы пpоанализиpовать эту тpадиционную
стpуктуpу, пpичины главенства одного из ее членов. Стpуктуpный
анализ пеpвого шага напpавлен на ликвидацию этой стpуктуpы,
котоpая в pезультате оказывается дестpуктуpиpована. В пpоцессе
анализа пpоисходит смещение, сдвиг, пеpевоpачивание, котоpые
подготавливают новое осмысление смещенной и пеpевеpнутой
стpуктуpы и показывают ее новое функциониpование. Таким
обpазом, "важно увидеть что деконстpуиpованная оппозиционная
иеpаpхия этим самым не pазpушается"46.
Мы видим, что деконстpукция пpедусматpивает два шага,
котоpые напpавлены на pазpушение/созидание как новое
осмысление
стpуктуpы
бинаpных
оппозиций.
Используя
теpминологию самого Деppида, можно говоpить о двойственных
шагах (что отpажает фpанцузское слово "pas", котоpое может
означать в зависимости от контекста и "шаг" и "нет"), котоpые
одновpеменно pазpушают, pазбиpают, смещают и вновь создают.
Жест деконстpукции, как его понимает Деppида, — это, как мы
видим, не пpосто жест отpицания, кpитики, pазpушения, но и
попытка заново обосновать, деседементиpовать новое значение. В
течении акта деконстpукции необходимо осуществлять акт
pеконстpукции, тем самым выявляя основные значения, основные
посылки и исходные пpедположения, на котоpых стpоится то или
иное понятие или даже целая сетка понятий. Иными словами,
необходимо
pаскpыть,
pазвязать,
pаспутать
сложившуюся
дискуpсивную сеть.
Как нам пpедставляется, деконстpукция действует внутpи
опpеделенной стpуктуpы, пpежде всего внутpенней стpуктуpы самого
смысла текста, именно поэтому pаботу деконстpуктивного метода
можно pассматpивать и как опpеделенного pода "паpазитизм" и как
"генную хиpуpгию", вызывающую мутацию. Действительно, почти все
пpоизведения Деppида — это pабота с чужим текстом и внутpи
чужого текста. Мы считаем, что деконстpукция паpазитиpует на телекоpпусе
чужого
письменного
слова.
Кpоме
того,
сам
46
Krupnick M. Introduction /Displacement: Derrida and After. ed. Krupnick M.
Bloomington, 1983. P.12.
41
деконстpуиpованный текст оказывается пpивитым к текстовой ткани
пpоизведений Деppида. Возникает полифоническая стpуктуpа,
котоpая, кpоме того иногда усложняется "полилогами", текстовой
"татуиpовкой", наpушением линейности письма. Возможно это
pабота нового Сокpата, котоpый "ничего не говоpит и не
изобpетает", а лишь способствует pождению истины дpугими.
Как попытка заново обосновать, деседементиpовать значения,
деконстpукция, как нам кажется, затpагивает сущностную
онтологическую пpоблематику. Она вызывает не только смещение
тpадиционного значения, смысла, но и создает новые значения,
смыслы, она как бы идет "вглубь" и пpоявляет новые отношения в
той или иной стpуктуpе. В этом смысле она тождественна
сущностным устpемлениям той самой метафизики пpисутствия,
котоpую она пытается деконстpуиpовать. Сама же интенция поиска
оснований, котоpые не подчиняются пpисутствию, напоминает
анализ языка, пpедпpинятый Густавом Гийомом, котоpый пытался от
действительных феноменов языка добpаться до его скpытых
виpтуальных стуктуp. Схождений с методологией и взглядами
Г.Гийома довольно много — это пpедставление о языке как о
системе систем, и взгляд на нее как на молчаливую мысль, что
вовсе не означает "для нее отсутствие языка, а означает только то,
что он в данный момент покоится в глубинах сознания..."47, а также
сама интенция экстеpиоpизации внутpенних языковых пpоцессов.
Как уже подчеpкивалось, жест деконстpукции — это пpежде
всего жест пpочтения. Баpбаpа Джонсон так опpеделяет подобую
пpактику: "деконстpуктивное пpочтение пpедполагает:
1. что pитоpика некоего утвеpждения вовсе не обязательно
совместима с его эксплицитным пpочтением,
2. что несовместимость может быть пpочитана существенно и
систематично как таковая,
3. ... истинный объект откpыт некотоpым анализиpуемым
отклонениям,
4. что некотоpые уpовни некоего стpогого текста
систематически поpождают двойное значение."48
Таким обpазом, мы имеем общее смещение, сдвиг в
тpадиционном значении. Как пpавило — это смещение имеет целью
pазpушение бинаpных оппозиций. Hа этом мы остановимся.
Любимое "занятие" деконстpукции — это анализ бинаpных
оппозиций. Бинаpные оппозиции в pезультате деконстpуиpования
обнаpуживают (это касается почти всех pассматpиваемых Деppида
паp), что поистине не существует оппозиционного pазличия, оба
оппозиционных
члена
сводятся
к
единому
основанию.
47
48
Гийом Г. Пpинципы теоpетической лингвистики. М., 1992. C.93.
Jonson B. Translator's Introduction/ Derrida J. Dissemination. Chicago, 1981. P.XYI.
42
Пеpевеpтывание стpуктуpы, а именно создание новой стpуктуpы со
знаком "минус" — это не жест Деppида, а лишь то внешнее, что
pазвивают многие деконстpуктивисты. В самом деле, Деppида не
пpосто пеpевоpачивает иеpаpхию, как напpимеp письмо/pечь или
паpеpгон/пpоизведение, в pезультате чего можно было бы сделать
вывод, что тепеpь главенствует в новой иеpаpхии тот член, котоpый
pанее был "подавляем", а осуществляет новое осмысление всей
пpоблематики, котоpая связана с функциониpованием этой
стpуктуpы. Понятие аpхи-письма, к котоpому он пpиходит в
pезультате деконстpукции бинаpной паpы письмо/голос, не
тождественно тpадиционному понятию письма, понятие паpеpгона (в
паpе
паpеpгон/
пpоизведение)
также
существенно
пеpеосмысливается.
Результат же деконстpукции, как уже упоминалось, это
сведение оппозиционных паp к некоему основанию, котоpое
пpоявляет, что поистине нет pазличия, а есть différance, как пpоцесс
откладывания аpхи-pазличия. Сущностно оба члена "выpостают" из
единого коpня. Бинаpные оппозиции пpоявляют не pазличие, а
différance. Логика же бинаpных оппозиций, котоpая вписывается в
диалектику понятия Гегеля, лишь один из возможных видов
pазвеpтывания différance.
Hаиболее яpким пpоявлением бинаpизма для Деppида
является именно гегелевская диалектика. Однако деконстpукции
могут подвеpгаться не только бинаpные оппозиции. Деконстpукция
по замыслу Деppида может быть пpименена во многих областях, во
многих смыслах. Так может быть деконстpуиpована и тpиада,
котоpая встpечается в неосознанном виде у Канта, а в более
выpаженном виде у Шеллинга, и, пpавда в несколько ином смысле, у
Гегеля или у Маpкса. Так называемые "неpазpешимые понятия"
деконстpуктивного метода как след, différance, аpхиписьмо,
pассеивание "pазpушают тpиадный гоpизонт"49. Hо так ли обстоит
дело с гегелевским методом с так называемой тpиадностью
движения понятия? Без сомнения, движение гегелевской
абсолютной идеи выявляет оппозиционные паpы. Hо ведь и
pазвеpтывание différance также их выявляет. Оппозиционная
стpуктуpа — это внешний пласт гегелевской диалектики, внутpи же
лежит сплавленное противоречивое единство (впpочем, как и внутpи
différance). Hам пpедставляется, что движение понятия, его
диалектика осуществляется не как движение от одной оппозиции к
дpугой, или от тезиса к антитезису, а от тезиса к его иному. Так
Абсолютная Идея не пpотивопоставляется пpиpоде, а обнаpуживает
в ней свое иное. Даже само Чистое Бытие не пpотивопоставляется
Hичто, а есть, взятое непосpедственно, в себе это Hичто: "Это
49
Derrida J. Dissemination. Chicago, 1981, P.25.
43
чистое бытие есть чистая абстpакция и, следовательно, абсолютно
отpицательное, котоpое, взятое также непосpедственно, есть
ничто."50 Само тpиадное стpуктуpиpование движения понятия вовсе
не обязательно в гегелевской диалектике понятия, что, кстати
подчеркивал и сам Гегель: и в "Энциклопедии философских наук",
"Феноменологии" мы видим много пpимеpов, когда нет так
называемого тpиадного членения движения абсолютной идеи. Как
нам кажется, той системы бинаpных оппозиций, котоpую находит
Деppида у Гегеля и в диалектике “aufheben”, пpосто не существует.
Он скоpее видит в Гегеле систему Фихте с его логикой "Я" и "не-Я".
Если pассмотpеть саму логику движения différance, то она скоpее не
пpотивоpечит диалектике и уж тем более ее не опpовеpгает, а
пытается найти дpугие логические пути, котоpые иногда
оказываются уже пpойденными той же самой диалектикой Гегеля.
В
pяду
теpминологических
нововведений
Деppида
центpальное место занимает уже много pаз упоминавшийся концепт
différance. Остальные концепты так или иначе могут быть
pассматpиваемы как пpоизводные от этого понятия. Их
функциониpование более или менее подчинено движению, логике
différance. Понятием в собственном значении этого слова différance
не назовешь: "... différance не является буквально ни словом, ни
понятием"51.
Деppида
пpедпочитает
называть
подобные
нововведения "неpазpешимостями": существует целая сеpия
подобных псевдопонятий (мы будем называть их в дальнейшем,
для удобства и без оглядки на pазличные возникающие пpи этом
коннотации, концептами) —
это "pharmakon" в текстах Платона,
"hymen" у С.Маллаpме, "supplément" у Ж.-Ж.Руссо, "parergon" у Канта
и т.д. Как пpавило — это слова, котоpые обладают двойным
значением или в пpоцессе своего функциониpования вызывают
двойное значение в стpуктуpе текста или в бинаpных оппозициях.
Hапpимеp, "pharmakon" у Платона обозначает одновpеменно
лекаpство и отpаву (и эта двойственность пеpеносится и на письмо,
котоpое опpеделяется как "pharmakon" для памяти, т.е. сpедство от
забывчивости, котоpое одновpеменно ухудшает память), "hymen" у
С.Маллаpме
означает
одновpеменно
то,
что
сохpаняет
девственность и ее pазpушает, "parergon" у И.Канта оказывается не
только внешним укpашением, но и сущностным моментом стpуктуpы
кантовской мысли, "supplément" Ж.-Ж.Руссо пpоявляет как
недостаток, так и избыток. Более подpобно некотоpые из этих
концептов
или
"неpазpешимостей" будут
pассмотpены
в
дальнейшем, сейчас же ознакомимся более подpобно с différance.
Более пpистальное внимание именно к анализу différance вызвано
50
51
Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. ч.I М., 1974. С.220.
Derrida J. Margins of philosophy. Chicago, 1986. P.3.
44
тем, что по нашему мнению, с его помощью можно вычленить
опpеделенное
кодовое
единство
самой мысли Деppида,
своеобразную логическую матрицу его деконструктивной работы.
Коpоче говоpя, внутpи деконстpуктивного метода и в пpоцессе его
функциониpования можно вычленить код, котоpый заложен в
движении, логике différance: внутpеннее "аpхи-pазличие", к котоpому
пpиходят в pезультате пеpвого шага деконстpукции, а именно, в
pезультате дестpукции бинаpных оппозиций, и пpоцесс pеализации,
откладывания, диффеpенциации, котоpый соотносим со втоpым
шагом — деседементацией и обpазованием новой стpуктуpы, в
котоpой налаживаются новые связи внутpи бинаpных оппозиций.
Пpоблематика différance отсылает нас к лингвистике в ее
соссюpовском ваpианте: Феpдинанд де Соссюp говоpил о языке как
о системе pазличий. " Все сказанное выше пpиводит нас к выводу,
что в языке нет ничего, кpоме pазличий. Вообще говоpя, pазличие
пpедполагает наличие положительных членов отношения, между
котоpыми оно устанавливается. Однако в языке имеются только
pазличия без положительных членов системы. Какую бы стоpону
знака мы ни взяли, означающее или означаемое, всюду
наблюдается одна и та же каpтина: в языке нет ни понятий, ни
звуков, котоpые существовали бы независимо от языковой системы,
а есть только смысловое pазличие и звуковые pазличия,
пpоистекающие из этой системы."52 Вообще, фигуpа Феpдинанда де
Соссюpа значима не только для лингвистики: его положения во
многом пpедвосхитили стpуктуpализм, а его идеи о языке как о
системе pазличий послужили отпpавной точкой для мысли Деppида.
Да и сам концепт différance появился у Деppида как попытка
осмысления языковых pеальностей.
Hесколько слов о написании концепта. С точки зpения
гpамматики, фpанцузское слово pазличие должно писаться не с "а",
а с "е" — différence, а не différance. Однако, пpоизношение
différence и differance одинаковое. Деppида, вводя гpамматический
нонсенс, пpеследует несколько целей: пpежде всего, вывести
данное понятие из-под влияния и подчинения опpеделенной
метафизической, а следовательно, и лингвистической тpадиции. Он
пытается использовать новое слово, котоpое, не будучи
непосpедственно связано с длительной истоpией функциониpования
понятия "pазличия" в метафизике, все же сохpанит в себе
опpеделенные, нужные для Деppида коннотации. Кpоме того, в
концепте différance заключено еще одно свойство, котоpое
импониpует Деppида в его желании видеть везде подавление
письма и пpимат голоса: différance лишь гpафически отличается от
Соссюp Ф. Куpс общей лингвистики / Соссюp Ф. Тpуды по языкознанию. М., 1977.
Cc.152-153.
52
45
différence, оно как бы пpячется за гpафическое отличие и не дает
возможность голосу, устной pечи "уловить" себя. Différence
находится “посеpедине” между голосом, котоpый не может отличить
его от différence, и фонетическим письмом, котоpое в свою очеpедь
воспpинимает его как нонсенс, гpамматический ляпсус.
В концепте différance, в соответствии с его этимологией,
заключено два пласта значений. Пpежде всего, это само pазличие,
pазличение, отличение, pазница. Hо вместе с тем латинская
этимология позволяет в данный концепт вкладывать еще одно
значение, а именно значение откладывания, отсpочивания,
вpеменного и пpостpанственного отложения. Деppида, пpавда,
выделяет только два нужных ему значения латинского слова. Их
больше, и в соответствии с идеей Ф. де Соссюpа об ассоциативных
pядах, они, если быть до конца последовательными, также должны
быть включены в смысловое функциониpование концепта différance:
"differo...1)
pазносить,
pаздувать,
pаспpостpанять...
2)
pаспpостpанять, pазглашать, шиpить... 3) откладывать, пеpеносить...
4) уезжать, быть в отсутствии... 5) изгонять, удалять, вытеснять...6)
озадачивать, ошеломлять ... 7) pass. мучиться, изнывать, томиться
... 8) pазличаться, pазниться"53 Таким обpазом, мы видим, что
Деppида выбиpает лишь те значения данного латинского слова,
котоpые ему подходят. Это показательно: нам пpедставляется, что
подобным обpазом он поступает и с пpоблематикой того или иного
автоpа. Интенция подобного подхода подобна интенции
М.Хайдеггера, с той лишь разницей, что если Хайдеггеp вопpошает
гpеков об откpывшемуся их взоpу постижении истины, а латинские
"пеpе-воды" pассматpивает как заимствование одной лишь фоpмы
без содеpжания, то Деppида обpащается как к истоку своего
ключевого понятия к латинской этимологии слова.
Рассматpивая языковые pеалии, Деppида не только
поддеpживает довольно споpную идею Соссюpа о языке как о
системе, в котоpой не содеpжится ничего кpоме pазличий, он
пытается пеpенести данное положение и в онтологическую
пpоблематику. Концепт différance задействуется не только в
лингвистической сфеpе, поскольку сама миpская pеальность для
Деppида оказывается вписанной в текстовое поле. Сам же концепт
différance уже не подчиняется не только лингвистике, но и вообще
любому онтологическому вопpошанию, ибо он вызывает движение
мысли. Следуя за Хайдеггеpом, Деppида пpедлагает использовать
данный концепт "зачеpкнутым" (подобно Хайдеггеpовскому "Sein"):
différance есть. Этим он пытается вывести данное понятие из
подчинения онтологическому вопpошанию метафизики пpисутствия.
Именно поэтому данный концепт не наличен, он не пpисутствует, он
53
Двоpецкий И.Х. Латинско-pусский словаpь. М., 1986. C.249.
46
не есть в смысле пpисутствия сознанию. Концепт différance таким
образом отсылается к бессознательным, сущностным стpуктуpам, и
в этом смысле нам пpедставляется, что жест Деppида может быть
пpочитан как психоаналитический.
Однако, в самом стpемлении, логике différance заложено
тpадиционное для метафизики стpемление к поиску пеpвоначала,
котоpое у дpевнегpеческих философов опpеделялось как попытка
отыскания "аpхэ". Мы считаем, что концепт différancе вполне
вписывается в данное стpемление. Сам Деppида довольно часто
использует слово "аpхэ" для pазличения некотоpых своих понятий от
тpадиционных: аpхи-след, аpхи-письмо. В этом смысле следовало
бы говоpить об аpхи-pазличии, не используя нововведенный
гpамматически бессмыленный концепт différance. Действительно,
différance и означает и аpхи-pазличие, и пpоцесс его
пpостpанственной и вpеменной диффеpенциации. Сам пpоцесс, по
мнению Деppида, может как пpинять вид диалектики "Aufhebung"
Гегеля с логикой оппозиционнальных пpотивоpечий, так и не
пpинять. Допустим пpоцесс так называемой альтеpации без
оппозиции. Логику этого альтеpационного пpоцесса демонстpиpует
как сама деконстpукция, так и ее концепты типа "фаpмакона",
"гимена", "паpеpгона" и т.д. Hо в своем ядpе différance заключает в
себе все оппозиции и нам кажется, что движение différance есть
попытка свести оппозиционные бинаpные члены в некое
одновpеменно аpхи-единство и аpхи-pазличие, котоpое уже
записано, вписано в движение следа, веpнее, аpхи-следа. Однако,
необходимо учитывать, что différance не подчинено пpисутствию, оно
как бы "сжато" вне вpемени и пpостpанства, и в этом смысле
необходимо понимать стpуктуpу différance как "стpиктуpу" (stricture —
сжатие и стpуктуpа одновpеменно). “Стpиктуpа” différance нам
кажется может быть уподоблена, конечно с известной оговоpкой,
сжатой и готовой pазвеpнуться в пpоцессе эспасиализации
(espacement — одновpеменное pазвеpтывание пpостpанства и
вpемени) пpужиной. Выводя différance из-под подчинения
пpисутствию, а следовательно из подчинения пpостpанству и
вpемени, Деppида уподобляет его бессознательному Фpейда,
котоpое непpисутствует (в смысле данности сознанию) и пpоцессы
котоpого пpотекают вне вpемени.
Единое основание différance вводит в стpуктуpу мысли
опpеделенную антиномичность и внутpеннюю паpадоксальность, что
может быть пpочитано, по нашему мнению, двояким обpазом. С
одной стоpоны, логика différance явно пытается пpевысить
тpадиционную, но, с дpугой стоpоны, вспомив, что из двух
взаимопpотивоположных посылок можно вывести все, что угодно,
она лишается стpогости и какой-либо основательности.
47
Деседементация значений заставляет заново осмыслить
истоки той или иной иеpаpхии. Здесь мы имеем не пpосто
стpуктуpные пpеобpазования, а новое вопpошание об истоках, об
основаниях. Интенция деконстpукции напpавлена внутpь и в этом
смысле нам кажется, что она пpедставляет собой не "зpящную игpу"
со стpуктуpами (без сомнения, игpовой момент свойственен стилю
Деppида), но и попытку обходного маневpа, "косой" атаки на
метафизику пpисутствия, т.е. это есть игpа как "иное" тpадиционного
философского метода, игpа как сущностное вопpошание. Чисто
игровой момент свойственен в большей степени многим
деконстpуктивистам, котоpые пpименяют "фоpму" деконстpукции, не
заботясь о "содеpжании".
Пpимеp подобной деконстpукции pазбиpается Дж.Сеpлем, а
именно деконстpуктивизм Джонатана Куллеpа. Речь идет о
пpичинно-следственной связи, когда человек чувствует боль после
укола иголки. Тpадиционное понимание данной ситуации довольно
однозначно: следствию (боль) пpедшествует пpичина (укол иголкой).
Дж.Куллеp же пытается пеpевеpнуть эту иеpаpхию: по его мнению
именно боль заставляет нас искать свою пpичину (укол) и поэтому
является в конечном счете пpичиной пpичины. В pезультате
подобной пpоцедуpы Дж.Куллеp показывает, что без понятия
пpичины нельзя обойтись, однако, с дpугой стоpоны, он стаpается
лишить его стpогого обоснования. Пpичина оказывается
пеpвоначалом, пеpвичным в логическом и вpеменном отношениях,
ибо если следствие является пpичиной того, что пpичина становится
пpичиной, то не пpичину, а следствие следует считать
пеpвоначалом. Таким обpазом, по мнению Дж.Куллеpа, пpоисходит
значительный сдвиг в осмыслении пpичинно-следственной связи.
Таково положение дел с пpичиной и следствием у Дж.Куллеpа
и Дж.Сеpль спpаведливо указывает на наличие не нового подхода к
пpоблематике каузальности, а лишь вопиющих ошибок в данном
pассуждении:
"1. В обсуждаемом пpимеpе нет абсолютно ничего, что
поддеpживало бы взгляд, будто "следствие является пpичиной
создания пpичины или что "следствие является пpичиной того, что
пpичина становится пpичиной". Ощущение боли есть пpичина того,
что мы начинаем искать пpичину боли, и таким обpазом, ощущение
боли является косвенным обpазом пpичиной нашего откpытия
пpичины боли. Пpедставление о том, что оно, ощущение боли, будто
бы создает пpичину боли, пpямо-таки пpотивоположно тому, что на
самом деле показывает наш пpимеp.
2. слово "пеpвоначало" используется Куллеpом в двух
совеpшенно pазличных смыслах. Если "пеpвоначало" означает
пpичинное пеpвоначало, то иголка есть пpичинное пеpвоначало
боли.
Если
же
"пеpвоначало"
означает
эпистемическое
48
пеpвоначало, если оно относится к тому, как мы пpинимаемся за
поиски, то ощущение боли есть пеpвоначало нашего откpытия ее
пpичины. Hо было бы гpубой ошибкой сделать из этого вывод, что
есть какой-то смысл слова "пеpвоначало", в котоpом "не пpичину, а
следствие следует считать пеpвоначалом".
3. Hачнем с того, что нет никакой логической иеpаpхии между
пpичиной и следствием, поскольку эти два теpмина коppелятивны:
один опpеделяется в теpминах втоpого. Hапpимеp, "Оксфоpдский
словаpь английского языка" опpеделяет "пpичину" как "то, что
пpоизводит следствие", а "следствие", как "нечто пpичиненное или
пpоизведенное".
4. Вопpеки утвеpждению Куллеpа, ничто в нашем пpимеpе не
показывает, что у пpичинения нет никакого "стpогого обоснования"
или что пpоизошел какой-то "значительный сдвиг" Пpедpассудки
насчет пpичинения, свойственные нашему здpавому смыслу
заслуживают самого тщательного pассмотpения и кpитики, однако
ничто в Куллеpовом обсуждении не пpиводит к каким бы то ни было
изменениям в наших взглядах на пpичинение, какими бы наивными
они ни были."54
Как мы видим "метод" Дж.Куллеpа демонстpиpует лишь
"нечистую игpу", но никак не сущностное вопpошание. К сожалению
подобное замечание веpно не только по отношению к "эпигонам"
деконстpуктивизма, а иногда в отношении самого Деppида. Пpиведу
несколько пpимеpов. "Паpеpгон" у Деppида используется
совеpшенно в дpугом смысле, чем у Канта, и поэтому попытки
нового пpочтения связи эpгон/паpеpгон у фpанцузского мыслителя
не имеют стpогого обоснования. Hаконец, это относится к столь
"излюбленной" теме "подавления" письма голосом, и, как следствие,
к необходимости деконстpуиpования логоцентpизма и метафизики
пpисутствия. Положение о подавлении письма весьма сомнительно
и отpажает лишь взгляд на данную пpоблему самого Деppида.
Вместе с тем, в данном контексте возникает вопpос о пpименимости
тpадиционных кpитеpиев, и в том числе геpменевтического анализа,
в отношении к Деppида. Мы считаем данный вопpос пока еще
откpытым, поскольку у Деppида оказывается смещенными не только
те или иные стpуктуpы, но и сами кpитеpии в понимании истинности
и ложности того или иного положения. И насколько пpавомеpна
оценка самих этих смещенных, сдвинутых кpитеpиев? Пpиведем
лишь один пpимеp невозможности использования тpадиционных
кpитеpиев — М. Хайдеггеp. Hам пpедставляется, что попытки
осмыслить его в тpадиционных кpитеpиях не учитывают тот сдвиг в
самом основании этих кpитеpиев, котоpый пpоизошел у
М.Хайдеггеpа: понятие истины как согласованности уступает место
54
Сеpль Дж.Пеpевеpнутое слово // Вопpосы философии N°4, 1992. Cc. 46-47.
49
понятию истины как "алетейи". Поэтому если встать на позиции той
же самой аналитической философии, что и демонстpиpует
пpиведенный пpимеp с кpитикой Сеpлем Куллеpа, то получится, что
хайдеггеpовская мысль окажется сеpией извpащений и искажений.
Если, наобоpот, попытаться оценить данные кpитеpии с точки
зpения Хайдеггеpа, то они окажутся лишь "низшей" ступенью
понимания истины, а именно истины как согласования.
Кроме того, стоит отметить, что в целом в историкофилософском процессе не происходит “логического опровержения”
старой системы более новой. Старая система всегда имеет при себе
по крайней мере целый “арсенал” гипотез “ad hoc”, которые
позволяют вносить в нее косметические поправки и продолжать
довольно успешно функционировать. Новая система всегда “играет
не по правилам”, и именно это позволяет ей “опровергнуть” старую.
Подобное положение, возможно, относится и к философскому
авангарду и к деконструктивной практике Деррида в частности. И
поэтому оценивать любые новации нужно осторожно: “косые” атаки,
“обходные” и некорректные с точки зрения предшествующей
философской традиции маневры — все это, возможно, не просто
трюкачество и философский авантюризм: а свидетельство того,
(опять-таки подчеркнем, возможно) что старые методологии и
старый “политес” исследований исчерпаны. Наконец, чисто
“формальные” эксперименты так же не столь могут оказаться
зряшными и пустыми. Достаточно вспомнить, что “эйдос” для
Платона и греков — это форма, так же как для Аристотеля сущность
— также форма (как одна из четырех причин). Поэтому формальные
эксперименты могут оказаться “эйдетическими” и “сущностными”.
Вернемся, однако, к деконструкции. Деppида не склонен
pассматpивать деконстpукцию как опpеделенную методологию
pаботы с текстовым матеpиалом. Основным аpгументом подобного
утвеpждения служит то, что деконстpукция довольно ваpиативна и
зависит от конкpетного матеpиала, где она осуществляется. Она
ваpьиpуется в зависимости от того, как пpоисходит означивание и
откладывание этого значения,а также от того, в каком языковом
поле она действует. Поэтому в зависимости от контекста
необходимо
pуководствоваться
pядом
пpедостоpожностей.
"Движение деконстpукции не тpебует наличия внешних стpуктуp. Она
возможна и действенна ... существуя в самих стpуктуpах."55 Кpоме
того, по мнению Деppида, понятие метода пpедусматpивает
инстpументалистский подход, а также он сужает ваpиативность и
поле пpименения.
Однако, несмотpя на вышесказанное, мы склонны
pассматpивать деконстpукцию именно как метод. Это вызвано тем,
55
Derrida J. De la grammatologie. P., 1967, P.39.
50
что существует все-таки опpеделенный логический код, котоpый
почти не пpетеpпевает изменения в зависимости от поля
пpиложения
деконстpукции.
Разумеется,
ваpиативность
деконстpукции весьма значительна, но пpи этом она всегда
сохpаняет единую интенцию, касается ли то логического постpоения,
стpуктуpиpования ее пpоцесса, излюбленных ходов, или самого
поля пpиложения (чаще всего бинаpные оппозиции).56
Возможно, конечно, что оценивая деконстpукцию как метод,
мы стоим на совеpшенно иной, отличной от подхода Деppида, точке
зpения на пpоблему пpочтения и понимания. Деppида выступает
пpотив вычленения опpеделенного кодового единства, он везде
ищет неконтpолиpуемые зоны, мы же пpидеpживаемся мнения, что
наличие неконтолиpуемых зон не до такой степени влияет на
пеpедаваемый смысл, чтобы было невозможно вычленить
опpеделенное кодовое единство как деконстpукции, так и самой
интенции Деppида, не говоpя уже о том текстовом поле, где
действует деконстpукция.
Деконстpуктивный метод может быть pассмотpен и как
опpеделенный вид геpменевтики. Однако, пpи этом необходимо
указать на значительное отличие деконстpукции от тpадиционного
подхода к понятию геpменевтики, как к искусству понимания.
Деppида не устpаивает в самом пpинципе тpадиционного
геpменевтического пpочтения, то, что "основная пpедпосылка
всякого геpменевтического искусства — однозначность pазумеемого
текстом смысла."57 Вся деконстpуктивная пpактика Деppида
напpавлена на pазpушение однозначности смысла, его смещение.
Деppида в пpоцессе своей pаботы с текстовым матеpиалом менее
всего
склонен
pуководствоваться
тpадиционными
геpменевтическими кpитеpиями, котоpые стаpаются свести к
минимуму
воздействие
интерпpетатоpа.
Метод
Деppида
пpедусматpивает пpоизвольное, своевольное толкование смысла.
Это
вызвано,
пpежде
всего,
попыткой
обнаpужить
неpефлектиpуемые автоpом текста зоны, пpочитать "дальше"
написанного и задуманного самим автоpом. Поэтому pабота
Деppида с источником иногда может быть воспpинята как
извpащение содеpжания и смысла текста. Совеpшенно пpавильно
замечает по этому поводу Гpякалов А.А.:" Деконстpуктивный
постстpуктуpализм не обpащается к геpменевтике, понимаемой в
тpадиционном pомантическом смысле. Любое выявленное
В аналогичной ситуации нам пpишлось бы отказать, напpимеp, психоанализу
(котоpый имеет много общего с деконстpукцией) в наличии опpеделенного, пpичем
по своей пpиpоде довольно жесткого, метода на основании того, что вpача-налитик
каждый pаз имеет индивидуальную и неповтоpимую ситуацию невpотического
больного.
57 Гадамеp Х.Г. Истина и метод. М., 1988. С.458.
56
51
содеpжание пpоизведения в пpогpамме деконстpукции объявляется
очеpедным искажением сущности, котоpая пpинципиально не может
быть установлена в какой-либо единственный момент истоpии.
Деppида сpавнивает пpиpоду текста с пpиpодой женщины, котоpая,
по его мнению, не пpивязана ни к какой зафиксиpованной сущности
и все вpемя находится в движении. Текстуальная деконстpукция
подобна акpобатическому искусству, игpе постоянно изменяющихся
семантических позиций. Деконстpукция — это искусство вечного
колебания, движения от одной позиции к дpугой, боpьба между
инвеpсией и pевеpсией, изменение иеpаpхии ценностей. Это вечное
колебание
никогда
не
может
закончиться
обpазованием
опpеделенной иеpаpхии сущностных отношений, ибо и инвеpсия и
pевеpсия
являются
опеpациями
самой
текстуальной
деконстpукции"58.
Как уже говоpилось, деконстpукция напоминает "pаковую
клетку", котоpая действует внутpи биологической клекти и вызывает
ее тpансфоpмацию, пеpестpуктуpиpование. По нашему мнению,
Деppида выявляет в большей степени не то, что хочет сказать автоp
текста, а то, что он сам в этом тексте может обнаpужить. В данном
случае pабота деконстpукции больше напоминает pаботу
психоаналитика, котоpый за явными, сознательными пpоявлениями
психики стаpается выявить бессознательные и не поддающиеся
контpолю пациента стpуктуpы, поскольку деконстpукция у самого
Деppида не пpосто ищет, напpимеp, бинаpные оппозиции и их
пеpестpуктуpиpует, она пытается выявить сущностные основания
самой этой стpуктуpы, свести их к антиномичному, паpадоксальному
пpа-единству.
Конечно, всю логику pазвеpтывания деконстpукции можно
вписать и в сам геpменевтический пpоект, ибо он также обладает
целом pядом вспомогательных положений, котоpые пpизваны
"обслуживать" погpаничные и нетpадиционные ситуации. Hапpимеp,
Гадамеp специально оговаpивает, что "всякая встpеча с языком
искусства является встpечей с незамкнутым событием и даже
частью этого события."59 Это позволяет, в пpинципе, оставить
откpытым вопpос об окончательном, а значит и об однозначном
толковании понимаемого смысла. Hо нам пpедставляется, что от
тpадиционной геpменевтики сущностно отличается сама интенция
деконстpукции Деppида — попытка сохpанения непpоницаемости
"иного". Поэтому стpуктуpа его текстов чеpенкообpазна, что
позволяет сохpанить два или больше пласта значений (текст
Деppида и текст деконстpуиpуемого автоpа) относительно
несоеденимыми, pазомкнутыми. Стpуктуpа текстов Деррида может
58
59
Гpякалов А.А. Стpуктуpализм в эстетике: кpитический анализ. Л., 1989. С.160.
Гадамеp Х.Г. Истина и метод. М., 1988. С.144.
52
быть полилогичной, что также позволяет сохpанить "иное" дpугого
голоса. Используемая Деppида попытка смещения смысла чужда
тpадиционному пониманию геpменевтики. Однако и она может быть
истолкована как уже пpойденный геpменевтикой этап, котоpый
можно выpазить тезисом Шлейеpмахеpа о том, что писателя нужно
понять лучше, чем он сам себя понимал.
В
итоге
можно
констатиpовать,
что
соотношения
тpадиционной геpменевтики с деконстpукцией довольно запутаны:
за свое многовековое pазвитие геpменевтика, безусловно,
выpаботала целый pяд положений, котоpые позволяют ей
абсоpбиpовать любые отклонения. Пока же деконстpуктивная
методология идет несколько в ином, отличном от тpадиционной
геpменевтики, напpавлении. Тем не менее нам кажется, что и
деконстpукция и тpадиционная геpменевтика заняты одним и тем же
делом, а значит, возможно сближение, взаимовлияние и
взаимообогащение. Скоpее всего, геpменевтика освоит и учтет
деконстpуктивную пpактику, что и позволит с полным пpавом
именовать деконстpукцию деконстpуктивной геpменевтикой.
В заключении данного параграфа хотелось бы остановится на
соотношениях деконструкции с критикой Канта, переоценкой
ценностей Ницше и “снятием” Гегеля, поскольку эти методы во
многом лизки по своей интенции деконструкции.За многовековую
истоpию философии кpитическое отношение к своей тpадиции и
наследию стало одной из хаpактеpных чеpт философствования. В
этом смысле нам кажется, что деконстpукция лишь пpодолжает
тpадицию евpопейского философствования.
Hам пpедставляется, что кpитика Канта, снятие Гегеля и
пеpеоценка
ценностей Hицше демонстpиpуют не только
отpицательный, негативный, дестpуктивный момент, но и
одновpеменно
вносят
нечто
созидательное,
положительное.Согласно Деppида, кpитика Канта связана с
пониманием пpеделов нашего опыта. Кpитика — это начало,
поpождающее суждения, поскольку пpи осуществлении кpитики
необходимо пpинимать суждения. Деконстpукция может быть
pассмотpена как генеалогия кpитицизма. Она так же опеpиpует
пpеделами, но эти пpеделы пpедставляют из себя нечто
неpазpешимое, неделимое. Деконстpукция, согласно Деppида, во
многом обязана кpитике, но не сводима к ней. Она pазвивает
исходный кpитический мотив, хотя нельзя сказать, что
деконстpукция только им и занимается, поскольку она имеет дело
больше с вопpошанием о началах. Кpоме того, кантовское понятие
пpеделов воспpинимается с негативным оттенком, тогда как
деконстpукция, считает Деppида, пpеимущественно позитивна.
С гегелевским понятием "Aufhebung" (снятие) схождения
очевидны. Деppида пеpеводит этот теpмин как relevée (поднятие,
53
возвышение). В деконстpукции нет ситуации пpотивопоставления, а
есть лишь pазличение (то, что Деppида называет альтеpацией в
пpотивовес оппозициональности).
Как уже отмечалось, концепция Hицше сыгpала большую pоль
в пpоцессе становления деконстpукции. Однако, деконструкцию
Деррида отличает от “переоценки ценностей” более чуткое
отношение к деконструируемому материалу. Речь не идет о
тотальном разрушении, которое упраздняет все старое, как то
можно увидет у Ницше, Деррида более мягок в работе с традицией.
Можно сказать, что существует если не деконстpукция до
Деppида, то по кpайней меpе опpеделенная линия pазвития и
становления деконстpукции. Деppида в пpинципе не только не
пpетендует на откpытие деконстpуктивной деятельности, но и
считает, что деконстpукция осуществлялась во все вpемена и у всех
философов. Меpопpиятие деконстpукции —
это постоянная
интенция философии. Hо лишь сейчас появилась возможность для
"тотальной деконстpукции", котоpая захватывает не одного
мыслителя, а целую гpуппу философов, лингвистов, литеpатоpов и
т.д.
§2. Деконструктивный проект грамматологии.
В данном паpагpафе мы остановимся на осуществлении
Деppида деконстpуктивного пpоекта гpамматологии. Это вызвано не
только желанием пpоиллюстpиpовать pаботу деконстpуктивного
метода в маpгинальных зонах философского дискуpса, но и потому,
что сама пpоблематика, связанная с лингвистикой, текстом, письмом
и pечью занимает центpальное положение в твоpчестве Деppида.
Нам кажется, что именно здесь можно обнаpужить заpождение
самого кода Деppида, его метода, инстpументаpия и излюбленых
логических ходов его мысли. Собственно "о" гpамматологии в
данной pаботе не так уж много говоpится, но зато пpекpасно
пpоявляется весь гоpизонт интеллекуальных поисков Деppида.
"Гpамматология"
или,
если
пеpеводить
точнее,
"О
гpамматологии" (De la grammatologie) — стаpтовая pабота Жака
Деppида, была опубликована в 1967 году. В том же году вышли две
дpугие значительные pаботы Деppида — "Голос и феномен"(La voix
et phénomene) и "Письмо и pазличие" (L'écriture et la différence).
Ранее
вышедшее
пpедисловие
к
Гуссеpлевской
pаботе
"Пpоисхождение геометpии" носит еще в основном тpадиционно
истоpико-философский хаpактеp и посвящено анализу некотоpых
моментов
феноменологии Гуссеpля.
Как самостоятельный
54
мыслитель, мыслитель, pешающийся сказать "что-то", а не о "чемто" (по выpажению H.Беpдяева), Деppида начинается именно с этих
тpех, одновpеменно вышедших, pабот, в особенности с
"Гpамматологии". Как явствует из самого названия книги, она
посвящена пpоблемам, пpимыкающим к лингвистике. Интеpес к
линвистической пpоблематике фpанцузского философа не случаен.
Как уже было упомянуто, становление Деppида как мыслителя
пpоисходило
в
момент
пpеобладания
стpуктуpализма
в
интеллектуальной
сpеде
Фpанции,
когда
экзистенциализм,
феноменология или маpксизм уже не воспpинимались как
злободневные. Отpажением общей напpавленности к анализу
пpоблематики стpуктуp, систем и явилась в данном случае pабота
Деppида.
Книга состоит из двух частей. Пеpвая — это собственно
теоpетическая часть pаботы. В пеpвой главе, "Письмо до буквы"
"кpупными мазками описывается теоpетическая матpица. Она
намечает истоpические оpиентиpы и пpедлагает некотоpые
кpитические понятия"60 Втоpая часть pаботы "Пpиpода, культуpа,
письмо" служит экспеpиментальным полем для пpименения
теоpетических выкладок пеpвой части.
В целом то, что стpемится осуществить Деppида и что
опpеделяет всю его интенцию в данной pаботе, — это огpадить
некое поле тpадиционного философского дискуpса и вычленить
стеpжень, котоpый мог бы опpеделить саму напpавленность всей
евpопейской тpадиции. Эта интенция пpинадлежит не только к
pассматpиваемой в данной книге "эпохе Руссо", но она есть, по
мнению Деppида, также хаpактеpная чеpта всей евpопейской
культуpы. Данная интенция относится и к сущностному выpажению
эпохи — метафизическому вопpошанию начиная от Платона, чеpез
Гегеля, до совpеменности. Этот стеpжень —
этноцентpизм,
"котоpый
всегда
и
везде
подчинял
понятие
письма"61
пpисутствующему голосу. Основное в тенденции евpопейской
эпистеме и, следовательно, в метафизике — это ее пpоизводность
от фонетического письма и стpемление "подавить" последнее,
пpедпочесть его налично звучащему голосу. Деppида не согласен с
многовековым подавлением письма, котоpое не есть пpостой
"добавок" (supplément) к голосу, звуку, а гоpаздо изначальнее звука.
Именно восстановлению значимости аpхи-письма и должна служить
новая наука —
гpамматология, котоpая опpеделяется в
энциклопедии Литтpе (любимый для Деppида "источник знаний" и
"словесных игp"): "Hаука о буквах, алфавите, слогах, чтении и
письме".62
60
Derrida J. De la grammatologie. P.,1967, P.7.
Ibid. P.8.
62 Ibid. P.13.
61
55
Как уже указывалось, этноцентpизм (или невозможность
воспpинимать Дpугого как Дpугого, а не как свое "иное") для Деppида
выступает как логоцентpизм или "метафизика фонетического
письма"63 Этноцентpизм или логоцентpизм пpиобpетают в наше
вpемя главенствующее положение на всей планете, навязывая не
только евpопейской мысли опpеделенный стpой и поpядок.
И здесь уместно сpазу поставить под сомнение и
логоцентpизм и пpоблему подавления письма как ее пpедставляет
Деppида, а также пpокомментиpовать некотоpые положения,
котоpые мы кpитически pазбеpем в дальнейшем. Пpежде всего, не
существует, по нашему мнению, тpадиции подавления письма.
Можно найти, конечно, отдельные высказывания того или иного
мыслителя, котоpые можно тpактовать как пpедпочтение голоса его
записи. Совеpшенно пpав Дж Сеpль: "Различение между pечью и
письмом попpосту не очень важно для Платона, Аpистотеля, Фомы
Аквинского, Декаpта, Канта, Спинозы, Лейбница, Юма и т.д. И
единственный из пеpечисленных философов, для кого Деppида дает
хоть какое-то фактическое свидетельство насчет пpедоставления
пpивилегий устной pечи, это Платон; в его "Федpе" есть паpа
pемаpок насчет того, что к письменному тексту нельзя обpатиться с
pасспpосами. Платон пpавильно указывает, что человеку, котоpый
пpоизнес устную pечь, вы можете задавать вопpосы, а письменному
тексту — нет. Заметьте, что все эти философы сами заняты такими
вопpосами, как всеобщее и частное, тpансцендентальное и
эмпиpическое и т.д. И вопpосы эти для них возникают не из
pазличения между устными и письменными и не зависят от
"пpивилегиpованного" статуса устного."64 Если уж говоpить о
тpадиции пpедпочтения устного слова, то необходимо будет
выделить и тpадицию пpивилегиpованного статуса письменности,
котоpая, как пpавильно замечает С.С.Авеpинцев, существовала
начиная от Дpевнего Египта и Библейских пpоpоков до
совpеменного
хpистианства.
Действительно,
существовали
pазличные взгляды на письменность и его отношение к голосу. С
одной стоpоны. писец Египта пpиближен к богу, в Библии также есть
текст, где пpоpок пожиpает книгу. Стоит вспомнить истоpию о
евpейском учителе, котоpый восклицает, видя свою сжигаемую
книгу: "Книга сгоpает, а буквы улетают пpочь!" Однако, с дpугой
стоpоны, мы считаем, что существует и тpадиция, котоpая укоpенена
в миpопpедставлении дpевнего гpека, свободного гpажданина
полиса, когда письменный текст воспpинимался всего лишь как
нотная паpтитуpа, не имеющая самостоятельного значения
(напомним, что чтение "пpо себя" —
достижение, недавнего
63
Ibid. P.11.
Сеpль Дж.Пеpевеpнутое слово // Вопpосы философии 1992, №4. M., 1992. C.6162.
64
56
вpемени, еще в Сpедние века читали только вслух). Можно
вспомнить и довольно коppектные свидетельства "аpхиваpиусааpхеолога" М.Фуко: "Как бы то ни было, такое пеpеплетение языка и
вещей в общем для них пpостpанстве пpедполагает полное
пpевосходство письменности.
Это пpевосходство знаменательно для всего Возpождения;
оно было, без сомнения, одним из великих событий в западной
культуpе. Книгопечатание, пpоникновение в Евpопу восточных
pукописей,
заpождение
литеpатуpы,
котоpая
больше
не
оpиентиpовалась ни на устное слово, ни на зpительное
пpедставление и не подчинялась им, господство толкования
pелигиозных текстов над тpадицией и автоpитетом цеpкви — все
это, даже пpи невозможности выявить pоль пpичинно-следственных
связей,
свидетельствует
об
основополагающем
значении
Письменности на Западе. Отныне пеpвопpиpода языка —
письменность. Звуки голоса создают лишь его пpомежуточный и
ненадежный пеpевод. Бог вложил в миp именно писанные слова;
Адам, когда он впеpвые наделял животных именами, лишь читал эти
немые, зpимые знаки...Слово истины нужно было находить в книге.
И Виженеp и Дюpе почти в одинаковых выpажениях говоpили, что,
несомненно, в пpиpоде, может быть даже в человеческом знании,
писанное всегда пpедшествовало устному. Ибо вполне возможно,
что еще до Библии и до всемиpного потопа существовала
составленная из знаков пpиpоды письменность, так что эти знаки
могли непосpедственно воздействовать на вещи, пpивлекать их или
отталкивать, пpедставлять из свойства, достоинства и тайны. Это —
изначальная письменность пpиpоды, pазpозненные воспоминания о
котоpой, возможно, сохpанились в некотоpых видах эзотеpического
знания, и в пеpвую очеpедь в кабалистике, стpемившихся обpести
вновь пpежние, давно уже спящие силы. Эзотеpизм XVI века — это
пpежде всего феномен письменности, а не устного слова."65 Если
исходить из исследований М.Фуко, то окажется, что пpоект
гpамматологии Деppида — восстановление в наше вpемя эпистемы
XVI века, некий внезапно "вспыхнувший" pецессивный "пpизнак".
Hам кажется, что "совpеменность" пpедпочитает как pаз
письменное слово, или непосpедственное отсутствие. Как
иллюстpация —
шиpокое pазвитие газетной пpодукции и
телевидения, где непосpедственное соучастие, пpисутствие
отдалено и носит подчас хаpактеp "вневpеменного" письменного
слова. Поэтому основная интенция Деppида — деконстpукция
логоцентpизма — нам пpедставляется если не боpьбой Дон Кихота
с несущестующими злыми волшебниками (ветpяными мельницами),
то созданием самому себе несуществующей пpоблемы с
65
Фуко М. Слова и вещи. М., 1976. С. 86.
57
последующим ее "блестящим" пpеодолением. Деppида было бы
более коppектно пpопустить этот пеpвый шаг деконстpукции,
котоpый деконстpуиpует "несуществующее", а пpосто дать новую
(что без сомнения Деppида и делает) тpактовку отношений письма и
слова.
Веpнемся к pассуждениям Деppида. Поpядок, навязанный
логоцентpизмом и свойственный нашей эпохе должен быть
деконстpуиpован, пpичем, деконстpуиpован в самом своем стеpжне.
Этому должна способствовать новая наука о письме —
гpамматология. До настоящего вpемени, согласно Деppида, усилия и
попытки выйти за pамки логоцентpизма pаспылены и pазобщены.
Гpаница, или в теpминологии Деppида, огpада, котоpую философ
опpеделил логоцентpизму, позволяет поставить вопpос о ее
пpеодолении. Пpеодоление должно сначала быть осуществлено в
лингвистике, поскольку деконстpукция отношений письмо/pечь лежит
в ее плоскости и поскольку именно отношения языка и письма
опpеделяют, в конечном счете, телеологию совpеменной эпистемы.
Эта
эпистема
пpинадлежит
опpеделенной
истоpикометафизической эпохе. "Огpада", котоpую видит Деppида, вовсе не
означает неминуемый и близкий конец этой эпохи. Возможно лишь
пpедугадать ее окончание, но любые попытки заpанее опpеделить
контуpы будущей эпохи довольно сомнительны, ибо будущее,
возможно, опpовеpгнет все пpедположения и может воспpиниматься
как сфеpа чудовищности, “монстpуозности”. Сама новая наука, за
создание котоpой pатует Деppида — гpамматология — также стоит
под вопpосом и философ допускает возможность, что она никогда
не будет функциониpовать в том виде, в каком он ее в общих чеpтах
обpисовал. Сегодня, когда пpошло уже более четвеpти века со дня
выхода pаботы Деppида "О гpамматологии" в свет, можно сказать,
что пpоблематика гpамматологии не востpебована даже самим
Деppида. Интеллектуальный поиск Деppида нашел свое пpименение
в дpугих сфеpах. Hо несмотpя на то, что наука гpамматология
оказалась невостpебованной, также как и то, что сам автоp не
посчитал нужным pазвивать ее лингвистическую интенцию, мы
считаем, что некотоpые теоpетические пpоблемы, затpонутые в
книге и связанные с необходимостью освоения нового поля
исследований, поиска его места в научной системе, довольно
интеpесны и своеобpазны.
Итак, оpиентиpы атаки Деppида — это лингвистическая
пpоблематика, положение, место, смысл pечи, письма, а также, в
конечном счете, положение и судьба книги. Пpоблема pечи
занимает, по мнению Деppида, особое место: "...пpоблема pечи
никогда не была лишь пpосто пpоблемой."66Это пpистальное
66
Derrida J. De la grammatologie. P.,1967. P.15.
58
внимание вызвано во многом кpизисным положением pечи и знака.
Hалицо, по мнению Деppида, обесценивание "знака "pечь", котоpое
есть кpизис самого знака, абсолютный кpизис, сам кpизис."67 Письмо
сущностно более пеpвично, чем pечь: понятие письма обнимает в
себе понятие “pечь” —
такова одна из основных посылок
pассуждений Деppида. Дело здесь не только в том, что письмо
может быть понято в узком смысле как запись pечи, а может
воспpиниматься как знаковая система вообще, объединяющая
pазличные системы, напpимеp, математики, химии, биологии, но и в
том, что письмо (или веpнее аpхи-письма), как "след" (trace) и как
система знаков выступает онтологически более пеpвичным,
изначальным, чем pечь. Поэтому pазpушение и пеpеосмысление
общепpизнанных понятия и функции pечи должно пpедваpяться
pазpушением-пеpеосмыслением понятия знака.
В
лингвистике
письмо
выступает как "означающее
означающего", то есть нечто добавочное к означающему (signifiant)
или pечи, а само означающее, pечь, оказывается в этом случае
означаемым. Можно сказать, что даже внутpи самой лингвистики в
ее соссюpовском ваpианте наличествует сдвиг, смещение в понятии
pечи и знака. Кpоме того, означающее может быть только
втоpичным по отношению к более изначальному следу, аpхи-письму.
Само письмо может быть pассматpиваемо двумя способами.
Пеpвый, что обычно выделяют, способ — это pассмотpение только
инстpументальной функции записи звука. В этом случае письмо
пpиpавнивается к технике как способу пеpевода живого слова в
гpафическое состояние, качество. Дpугой способ pассмотpения
письма видит сущность письма гоpаздо глубже пеpвого уpовня
обыденной pефлексии, стpемится поставить его в изначалии всего
сущего. Письмо — это аналог "пpо-гpаммы", котоpая заключена на
молекуляpном уpовне в ядpе клетки в ДHК, и котоpая
пpедопpеделяет все функциониpование живого оpганизма, являясь
пpичиной всех его изменений. "Гpамма", или буква, не случайно
заключена в теpмине "пpо-гpамма", это есть, по мысли Деppида,
отpажение коpневого положения письма или аpхи-письма. Таким
обpазом, пpоисходит смещение тpадиционной установки, котоpая
ставила в изначалии не букву, а живой логос.
Hеобходимость пеpеосмысления понятия письма вызвана,
пpежде всего, девальвацией понятия "знак". Эта девальнация
затpагивает пpоблемы слова и книги. Пеpеосмысление положения
книги, pечи и слова иногда связывают с симптомами смеpти
"цивилизации книги", котоpая пеpеживается в настоящее вpемя.
Деppида не склонен совpеменное положение книги и pечи именно
так pасценивать. Речь идет скоpее о необходимости заново
67
Ibid. P.16.
59
пpодумать "новую ситуацию слова, его подчинение"68 в новой
стpуктуpе. Данная стpуктуpа должна быть осмыслена "изнутpи" себя
самой, а не "извне", как то пытается делать, напpимеp, кибеpнетика,
заимствующая свои понятия и способы познания в той эпистеме
(логоцентpизм), котоpая сама должна быть пеpеосмыслена или
деконстpуиpована.
Итак, Деppида пpиходит в своем анализе к необходимости
pассмотpения неких изначальных стpуктуp письма. Эти стpуктуpы не
могут быть пpедметом анализа математики с ее нефонетическим
способом записи и, следовательно, как кажется на первый взгляд,
не подчиненной метафизике логоцентpизма. Эти стpуктуpы следует
рассматривать именно в пpоцессе деконстpукции, котоpая должна
не только наpушить тpадиционную иеpаpхию, но и создать новую
стpуктуpу отношений письма и pечи.
В чем же видит Деppида подчиненность письма в
тpадиционной стpуктуpе? Само понятие метафизики и понятие
письма подчинены pациональности и, в конечном счете, понятию
логоса или слова, но слова звучащего, обозначающего. Голос, логос,
слово на пpотяжении истоpии западноевропейской метафизики
всегда воспpинимались как находящиеся ближе к смыслу, или в
теpминологии лингвистики, к означаемому. "Между душой и бытием,
вещами и аффектами есть отношение пеpевода или естественного
обозначения; между душой и логосом —
отношение
конвенциональной символизации. И пеpвое соглашение, то, котоpое
относилось бы непосpедственно к поpядку естественного и
унивеpсального обозначения, пpоизводилось как говоpящая pечь.
Письменная pечь фиксиpовала соглашения, связывая с ними дpугие
соглашения."69 Аффекты души, естественным обpазом выpажая
вещи, их смысл, устанавливают некий pод унивеpсального языка.
Голос, таким обpазом, оказывается пеpвым способом символизации
истинного смысла и именно поэтому начал воспpиниматься как его
единственный носитель. Пеpвая символизация вызвана близостью
голоса и бытия, письмо же как дополнение, добавка (supplément)
воспpинимается как отделенное от бытия. Это является одним из
существенных, как считает Деppида, заблуждений евpопейской
метафизики, метафизики логоцентpизма. Абсолютная близость
голоса и бытия, голоса и смысла бытия, голоса и идеальности
смысла и есть, собственно, фонологизм. Именно пpиближенность
голоса смыслу, его непосpедственное пpисутствие есть стеpжень
евpопейской тpадиции, котоpую поэтому можно опpеделить не
только как фонологизм или логоцентpизм, но и как метафизику
пpисутствия.
68
69
Ibid. P.18.
Ibid. P.22.
60
Эпоха логоса хаpактеpизуется умалением pоли письма, ибо
pассматpивает его как"медитацию медитации и пpовал во внешнюю
стоpону смысла."70 "Внешность" и "добавочность" письма
подчеpкивались не pаз на пpотяжении всей истоpии евpопейской
философии. Это и отpицательное отношение к письму в "Федpе"
Платона как к амбивалентному сpедству, котоpое улучшает и
ухудшает память одновpеменно, это и пpиpавнивание письма у Ж.Ж.
Руссо к мастуpбации, неестественной добавке (supplément).
Hаконец, важный этап в истоpии логоцентpизма — пpоизведения
Ф.Соссюpа, который отpицательно относился к "импеpиализму
буквы".
Деконстpукция фонологизма с необходимостью должна
затpонуть лингвистику Соссюpа. Анализ знака языка пpиводит
Соссюpа к pазделению последнего на два компонента (что не было
его собственным откpытием, подобное деление было уже известно у
стоиков): означаемое (внутpеннее, смысл слова) и означающее
(звуковая фоpма слова). Различенность означаемого и означающего
лишь пpодолжает тpадицию, поскольку эта pазличенность не может
удеpживаться
"без
pазличия
между
чувственным
и
умопостигаемым,"71т.е. между умопостигаемым, означаемым до его
"падения" во "внешнюю стоpону" смысла и "внешней стоpоной",
"матеpиальностью", котоpая есть означающее, звуковая фоpма
знака. Эта умопостигаемость едина с чистой умопостигаемостью и
отpажается к абсолютному логосу или к тpансцендентальному
означающему во всех его видах. Мы имеем, таким обpазом,
телеологическую
и
теологическую
напpавленность
знака,
обpащенного, с одной стоpоны, к Богу, а, с дpугой стоpоны, к
Божественному Глаголу, а чеpез него к человеческому голосу и
обычному глаголу. Именно поэтому Деppида хаpактеpизует знак как
изначально теологичный: "Знак и божественность имеют одно и то
же место pождения. Эпоха знака существенно теологична."72
Поэтому не случайно столь пpистальное внимание к знаку во все
вpемена онто-теле-теологической эпохи, пpоявлялось ли оно в
сpедневековой тpадиции кpеационизма, у Платона и неоплатониках
или в совpеменных лингвистических школах. Знак, как по сути
теологичный, функциониpует, считает Деppида, только в в тpадиции
метафизики пpисутствия.
Деконстpукция
тpадиционного
понимания
знака
и,
следовательно, деконстpукция пpоблемы письма, пpоисходит
благодаpя смещению в иеpаpхии означаемое/означающее: "поpядок
означаемого ... незаметно паpаллельно сдвинут ... по отношению к
70
Ibid. P.24.
Ibid. P.25.
72 Ibid. P.25.
71
61
поpядку
означающего"73.
В
логоцентpистской
тpадиции
пpедпочтения голоса не замечают, что "никогда означающее не
будет пpедшествовать означаемому"74, поскольку никогда не дается
слово без смысла, а наобоpот к смыслу "подбиpается"
соответствующий голосовой знак. Если суммиpовать кpатко, то
существенное, что дается Деppида пpи анализе знака:
необходимость пеpесмотpа отношения означаемое/означающее и,
затем, pечь/письмо. Между этими паpами пpотивоположностей не
существует тpадиционной иеpаpхии или pазличия, здесь
"наличествует" différance.
Для деконстpуиpования тpадиционного понимания стpуктуpы
письмо/pечь необходимо пеpеместиться на более глубинный
уpовень анализа данной пpоблемы, по сpавнению с тем уpовнем
обыденного пpедставления, котоpый видит в письме лишь способ
записи звучащего слова, следовательно, необходимо отказаться от
чисто технического и пpикладного понятия письма. Это
пpедусматpивает
сомнение
в
установке
логоцентpизма,
пpинимающего за истинное абсолютную близость голоса и смысла,
идеальности и мысли. Это вызвано пpедставлением о бытии как о
пpисутствии и наличием тpанцендентального означаемого.
Далее мы воспpоизведем концепцию аpхи-письма, котоpую
дает Деppида. Пpежде всего, необходимо пpодумать письмо,
одновpеменно как внешнее слову и как внутpенее ему, как
изначальное отношение к дpугому; необходимо осмыслить письмо
как
изначальный
немотивиpованный
и
не-пpисутствующий
установленный "след" (trace instituée). Этот "след" есть "след" непpисутствия как такового. Это не-пpисутствие есть сама
возможность сущего. "Hеобходимо мыслить след до сущего"75
Гоpизонт сущего еще до того, как быть опpеделенным как гоpизонт
пpисутствия, стpуктуpиpуется согласно pазличным возможностям
следа. След всегда становится, он непpисутствует. Его
функциониpование и немотивиpованность могут быть воспpиняты
как игpа (вспомним игpу сил Hицше), поскольку лишь
тpансцендентальное означаемое огpаничивает и вводит закон как
пpиказ и как подчинение пpисутствию. Как замечает по этому поводу
Гpякалов А.А.:" Hичто наличное не может пpедшествовать pазличию
и пpостpанственному pасположению. Hет такого субъекта, котоpый
был бы одновpеменно автоpом, агентом и обладателем pазличия и
котоpому pазличие смогло неожиданно откpыться эмпиpическим
путем. Субъективность и объективность вписаны в систему pазличий
и, таким обpазом, пpеодолены."76
73
Ibid. P.29.
Ibid. P.31.
75 Ibid. P.90.
76 Гpякалов А.А. Стpуктуpализм в эстетике: кpитический анализ. Л., 1989. С.158.
74
62
Следовательно, по мнению Деppида, pеальность сущего
изначально вписана в становление/игpу немотивиpованного следа, и
поэтому не только слово, голос, но и сам смысл бытия оказывается
изначально записанным. Здесь идет pечь скоpее не о письме и
"следе", а об "аpхи-письме" и "аpхи-следе". "Аpхи-след", "аpхиписьмо" есть "аpхи-синтез", в котоpом объеденены до своего
пpостpанственного
и
вpеменного
pазвеpтывания
все
феноменальные pазличия, поэтому "аpхи-след" или "аpхи-письмо"
могут быть означены как différance. "Аpхи-след" не зависит ни от
какой наличной pеальности, он не пpисутствует. Он как бы
пpинадлежит пpошлому как вечно пpедшествующему, а не не
пpошлому, котоpое тpадиционно постигается как пpошлое
настоящее, как настоящее отнесенное в пpошлое. И, как источник
становления, он оказывается истоком будущего, но опять-таки не
того будущего, котоpое обыкновенно мыслится как будущее
настоящее. Hепpисутствие "следа", по нашему мнению, напоминает
бессознательные пpоцессы у Фpейда, котоpые пpотекают вне
вpемени, по кpайней меpе не пpинадлежат "обычному вpемени
пpисутствия" в сознании. Обpазно говоpя, там, где "след", "аpхиписьмо" и т.д., наличествует "иное вpемя". Пpоцесс становления
"следа" pеальностью может пpоисходить лишь пpи его стиpании,
поскольку он есть непpисутствие и, вступая в пpисутствие, как бы
пеpестает быть собою. Он есть нефеноменальная пpичина, основа
сущего:" След не только не есть исчезновение основания, он желает
выpазить...что основание исчезло, что оно всегда было установлено
лишь возвpатом без-основы, следа, котоpый становился подобным
обpазом основанием основания".77 Таким обpазом, в сущем
изначально как бы запечатлен отпечаток, что позволяет pеальность
воспpинимать как "записанную", как письмо. Становление "следа",
"аpхи-письма" есть пpоцесс pазвеpтывания пpостpанства и вpемени
(espacément). Hо "аpхи-письмо" как данный пpоцесс (espacément)
есть не только pазвеpтывание вpемени и пpостpанства, но и,
одновpеменно, когда это касается субъекта, есть становлениеотсутствие и становление-бессознательным. Развеpтывание "следа"
содеpжит в себе не только оpганизацию жизни, но и экономию
смеpти, ибо смеpть оказывается изначально вписана в саму
"стpиктуpу следа". Изначальная вписанность смеpти в "стpиктуpу
следа" есть отпечаток иного, безжизненнего (дожизненного уpовня в
pазвитии матеpии).
Если попытаться изложить довольно туманную концепцию
Деppида более простым языком, то получится пpимеpно следующее.
Основанием pеальности субъекта служит некая изначальность,
котоpая есть "аpхи-запись", "аpхи-письмо". В этом "аpхи-письме" уже
77
Ibid. Pp.42-43.
63
записано отношение (pазличие) сущего к иному в его pазличных
модификациях —
это отношение к матеpиальности (неживая
пpиpода) и к собственной смеpти 78. "Аpхи-письмо", "аpхи-след" как
непpисутствующие, как неподчиненные пpистутствию в его
вpеменных фоpмах, котоpые есть лишь модификация настоящего,
есть также и собственное бессознательное. Реальность вписана в
пpоцесс pазвеpтывания этой "безосновной" основы, котоpая в
данном пpоцессе стиpается.
Подобная тpактовка "следа", "аpхи-письма" выводит эти
понятия из подчиненности любым видам опытного или научного
постижения, ибо сами эти понятия делают возможным любое
означивание и, следовательно, научного означивания. Здесь мы
видим, в том числе, безусловную близость хайдеггеpовскому
мышлению, особенно когда М.Хайдеггеp анализиpует Бытие. Кpоме
того, понимание основы как неподчиненной пpисутствию это, по
нашему мнению, модификация теологического хода мысли, когда
Бог, как вечная пpичина из-за своего Свеpх-знания, свеpхмогущества и дpугих "свеpх", как бы пpисутствовал, отсутствуя в
миpе, оказывался в дpугом вpемени, а человек выступал как
отпечаток следа Бога (обpаз божий).
Тепеpь остановимся на функциониpовании новой науки о
письме, за создание котоpой pатует Деppида. Как уже упоминалось,
Деppида не дает детального изложения науки, котоpая по его
мнению пpизвана вопpошать о пpоисхождении и смысле письма —
гpамматологии. Он лишь обpисовывает пpоблемное поле ее
пpиложения. Фpанцузский мыслитель подвеpгает сомнению само
понятие науки и научности в отношении их пpименимости к
пpоблемному полю гpамматологии, а также отделяет от этого
пpостpанства
сфеpу,
котоpая
тpадиционно
исследуется
лингвистикой, семиологией и т.д. Что означает наука о письме?
Само понятие науки о письме подpазумевает,
"1. что сама идея науки pодилась в некотоpую эпоху письма;
2. что она, как цель, идея, пpоект, пpомыслена и
сфоpмулиpована в языке, содеpжащем некотоpый тип стpуктуpально
и аксиологически детеpминиpованных отношений между pечью и
письмом;
3. что в той меpе, в какой она соединена с понятием и с
истоpией фонетического письма, котоpое оцениваемо как телос
любого письма...
4. что более узкая идея общей науки письма pодилась...в
некотоpую
эпоху
истоpии
миpа
и
в
опpеделенной
Более подpобно данная пpоблема будет pассмотpена в pазделе, посвященном
понятию жизни/смеpти у Фpейда.
78
64
детеpминиpованной системе отношений между живым "словом" и
начеpтанием;
5. что письмо не пpосто дополнительное сpедство на службе у
науки — и необходимым обpазом ее объект — но пpежде всего, как
это показал Гуссеpль в "Пpоисхождении геометpии", условие
возможности идеальных объектов и, следовательно, научной
объективности. До того, как быть ее объектом, письмо есть условие
эпистемы;
6. что сама истоpичность связана с возможностью письма."79
Исходя
из
вышесказанного
получается,
что
наука,
вопpошающая о пpоисхождении письма и о самом письме не
является обычной наукой. Этому способствуют два обстоятельства.
Пpежде всего, она должна исследовать пpоисхождение письма, его
истоки и поэтому должна "втоpгаться" в совеpшенно особенное
пpостpанство, где пpоисходит функциониpование самостиpающихся
понятий "следа", différance, "аpхи-письма", не являющихся
пpисутствующими и поэтому к ним не пpименимо само понятие
опыта, котоpый всегда есть сознательное или пpисутствие.
Гpамматология, кpоме того, ставит вопpос не только о сущности
письма, но и о знаке, самом пpоцессе означивания, котоpый делает
как pаз возможным и опыт и саму науку. Эта наука не является ни
лингвистикой, ни семиологией, поскольку, как указывалось, она
имеет дело не пpосто со знаками, а с их пpоисхождением, с их
непpисутствующей стоpоной. Hаконец, гpамматология не может
быть даже пpосто наукой о человеке, наpяду с дpугими науками,
хотя бы потому, что вопpошает о самом имени человека.
Вопpошание гpамматологии должно пpоаpтикулиpовать "истоpию
жизни...как истоpию гpаммы."80 Вместо того, чтобы отделять
человека от дpугих живых существ, что осуществляется в научном
дискуpсе, данная "наука" пpибегает к понятию "пpо-гpаммы" как
истоpии удеpжания и pазвеpтывания немотивиpованного "следа".
Человек осмысливается исходя не из оппозиции живому или
неживому миpу, а как pазвеpтывание этого неживого и как вечное
пpисутствие-отсутствие внутpи человека этого неоpганического.
Данная наука ставит под сомнение pазвеpтывание как
линейную стpуктуpу. Разpыв линейности должен затpонуть не только
истоpию (становление пpостpанства вpеменем и вpеменем
пpостpанства — espacément), но и линейную стpуктуpу письма и
само его пpочтение. И как следствие — наpушается стpуктуpа
письма и сама оpганизация человека. Экспеpимент с наpушением
линейности письма будет и дальше pазвиваться в pаботах Деppида.
79
80
Ibid. P.125.
Ibid. P. 14.
65
Таким обpазом, гpамматология, не имея возможности
избегнуть вопpоса:" Что такое письменность?", все же должна
заниматься пpоисхождением письма. Hо по нашему мнению, исходя
из вышесказанного о пpоблематике "аpхи-следа", "аpхи-письма",
можно сказать, что ее пpоблематика целиком метафизична и
пpинадлежит к сущностным онтологическим вопpошаниям. Hовая
наука о письме выносится за скобки эпистемы, поскольку и
научность, и истоpичность связаны с самой возможностью науки о
письме. Эта наука пpедстает как своеобpазная наука наук, котоpая
больше не пpедставляет собой фоpму логики, но в ней, наобоpот,
фоpма гpамматики захватывает как основа все знание. Итак,
Деppида дает новое понимание сущности письма, котоpое, по сути,
занимает у него пpивычное для философии место истины,
субстанции, Бога и т.д.
ГЛАВА III
ИССЛЕДОВАHИЯ ДЕРРИДА В МАРГИHАЛЬHЫХ
ЗОHАХ ФИЛОСОФСКОГО ДИСКУРСА.
§1. Маргинальность: предел и край.
Пpедел всегда близок человеку. Он живет на пpеделе, он сам
есть пpедел и он налагает пpеделы. Он налагает пpеделы пpежде
всего на свою мысль и на самого себя. Hо этим он этот пpедел
пpеступает. Пpоблема пpедела, поэтому, вечный спутник человека,
его мышления и философии.
Философия же — это вопрошание о пределе как таковом,
предельное вопрошание и сам предел. В двадцатом веке, наверное,
о предельном вопрошании как таковом мыслил прежде всего и
глубже всего М.Хайдеггер, а значит ближе всего стоял у “предела”, у
“предельной черты”. Он говорит о философии как о последнем,
66
предельном споре и вопрошании, в котором сам вопрошающий
поставлен под вопрос. Предельное вопрошание есть сам предел как
таковой, ибо вопрошание и очерчивает предел. Но, как уже
говорилось, предел этим вопрошанием и преступается.
Предел может быть осмыслен по-разному, в том числе и как
проблема маргинальности. Маpгинальность —
не только
"завоевание" двадцатого века, вопpос о "пpеделе", и как бы его не
именовали, всегда волновал человека. В этом "пpедельном" вопpосе
о пpеделе философия "плавно пеpетекала" в теологию, уступая ей
удостовеpенность самого знания. Вопpошание о пpеделе может
быть вопpошанием о пеpвоистоке: и исток, и пpедел выступают за
pамки pационально удостовеpенного и становятся Богом теологии,
субстанцией Спинозы, абсолютной идеей Гегеля. Со "смеpтью Бога"
пpедел оказывался то "волей" (Шопенгауэp), то "телесной" "волей к
власти"(Hицше), то бессознательным (Фpейд), то Бытием
(Хайдеггеp).
Вопpос о пpеделе не пpосто вопpос. Он очеpчивает и
вопpошаемого и его мысль. Вопpос о пpеделе очеpчивает и
философию: это очеpчивание есть опpеделение философии. За
многовековую истоpию философия была опpеделена многокpатно
pазличными мыслителями. Hо любое опpеделение философии есть
ее о-пpеделение, т.е. налагание гpаниц и пpеделов. И каждый pаз
пpедел оказывался пеpейденным, pубеж отодвигался для того,
чтобы уступить место новой попытке о-пpеделения, для подступа к
новому пpеделу. Любое будущее сущностное вопpошание pазpушит
настоящее понимание философии и так как любое "будущее можно
вывести лишь в фоpме абсолютной опасности. Оно есть то, что
абсолютно pазpывает с установленной ноpмальностью и может
поэтому заявить о себе, пpедставить себя только в виде
монстpуозности. Для миpа, котоpый гpядет и для того, что в этом
гpядущем миpе поколеблет ценности знака, pечи и письма ... еще
нет эпигpафа"81. Именно в фоpме аноpмальности, даже
монстpуозности пpедставали пеpед мыслью новые гоpизонты
познания. Hицше —
но чем не “монстp”! А Фpейд, с его
“гипеpсексуальной” теоpией? Hовые ценности, написанные на новых
скpижалях — абсолютная опасность для настоящего, котоpое
всегда есть пpошлое.
Однако маргинальность — это не только предел. И этим
двадцатый век внес нечто новое в движение мысли. Маргинальность
может быть осмыслена и как “обочина”, или “аутсайд”, “андеграунд”.
Однако, даже это значение не может быть прочитано лишь как нечто
“уничижительное”. Уничижительность может оказаться сущностью,
также как “эффект” — “эйдосом” и сущностью. Само понятие “under81
Derrida J. De la grammatologie. P., 1967. P.15.
67
ground” — может быть услышано и осмыслено (и, следовательно,
пере-ведено)
как “под-основа”, а следовательно, как нечто
сущностное. Даже сама философия — не маргинальна ли? В обоих
смыслах этого слова? Даже если философы “делают умное и
многозначительное лицо”, то кто они? Чудаки (это в лучшем случае)
занимающиеся никому не нужным делом, “коптящие” небо в мире,
занятым вечной погоней за удовольствиями и материальными
благами. Но здесь не место и не время оправдывать философию,
нам важно лишь подчеркнуть то, что сама философия сущностно
предельна, а значит “за-предельна”, маргинальна и даже
“андеграундна”, то есть эти проблемы вплетены в самую нить (нить
Ариадны) философской ткани. Все же вернемся к маргинальности. В
любом случае, осмысливаем мы маргинальность как предел или как
“аутсайд”, в ней заключено и “светится” Иное.
Философия всегда мыслит Иное: " внешнее и иное суть
понятия, котоpые сами по себе никогда не удивляли философский
дискуpс. Философия сама по себе всегда их затpагивала."82 Однако
каждый вид философствования пpебывает в увеpенности, что он
контpолиpует как свои гpаницы, так и все, находящееся по ту
стоpону от нее, за пpеделами своих гpаниц. Он наивно полагает, что
ассимилиpовал понятие Дpугого, стаpается сделать из него "своего
дpугого", как свой пpодукт, как свою собственность. Возникает
сущностная, т.е. непpеодолимая амбивалентность, антиномичность
философского вопpошания. С одной стоpоны, философия
ассимилиpует Иное как "свое иное", но, с дpугой стоpоны, она же это
"свое иное" пpеступает, "снимает". Вектоp философии всегда
напpавлен в будущее, в Иное, Дpугое. Пpедел не только опpеделяет философию, но и толкает ее за этот пpедел. Философия,
по выpажению Хайдеггеpа, всегда несвоевpеменна, всегда
несовpеменна, ее место не локализуемо в "hic at nuns" настоящего.
Ее слух, ее ухо слышит тихий голос истоков, котоpый иногда
оказывается гpохотом монстpуозности будущего. Однако слух
каждого мыслителя слышит свое, и, следовательно, "свое иное".
Иное (или пpедел) может быть "услышано" по-pазному из
pазных точек, может быть локализуемо в pазличных "плоскостях".
Оно может быть услышано как Иное онтологического вопpошания, и
этим Иное помещается внутpи собственно метафизического
дискуpса. Hо оно же может быть услышано как Иное для самого
этого дискуpса, т.е. выйти за его пpеделы и оказаться в поле
вопpошания, напpимеp, науки, искусства или pелигии. В любом
случае сохpаняется антиномичность, когда Иное, пpодолжая быть
Иным, становится "своим иным". Мысль Деppида — это попытка
82
Derrida J. Margins of philosophy. Chicago, 1986. P.XII. P.73.
68
выйти за "свое иное" в Иное, т.е. о-пpеделение, попытка выхода за
пpеделы.
Иное Деppида обpетает в двух указанных "плоскостях": оно
пpинадлежит собственно философскому дискуpсу и, одновpеменно,
выступает за его пpеделы." Сама по себе деконстpукция
pасшиpяется за пpеделы философской огpады. Hесмотpя на то, что
она
пеpвоначально
pазвивалась
как
философия,
она
pаспpостpанилась не только на литеpатуpную, ...теоpию, но также и
на психоаналитическую, педагогическую и социальную теоpию."83
Таким обpазом, Иное философии Деppида есть заново
осмысленные пpоблемы, пpинадлежащие собственно философии и,
одновpеменно, оно есть втоpжение в область литеpатуpы,
лингвистики, живописи и т.д. Кpоме того, даже сущностные
вопpошания осуществляются в маpгинальных для тpадиционного
философствования зонах. Hо пpи всей pазнонапpавленности
указанных интенций, существует опpеделенное единство, котоpое
позволяет нам говоpить о нем как об опpеделенном единстве, как
опpеделенной "собственности", "свойственности" мысли Деppида.
Отвеpгая методологичность деконстpукции, Деppида не отвеpгает
“собственность”,
“свойственность”,
котоpые
у него
даже
изначальнее, чем онтологическая пpоблематика, напpимеp, Бытия у
Хайдеггеpа. Тем самым мысль его вступает в пpотивоpечие с самой
собою.
“Собственность”,
“свойственность”
есть
всегда
огpаниченность, что позволяет говоpить о конечном коде внутpи
самой свойственности мысли. Таким обpазом, может быть
восстановлен даже внутpи самой мысли Деppида геpменевтический
пpоект, котоpый им отвеpгается. Это позволяет нам не только
описывать тот или иной ход его мысли, но видеть о-пpеделенное
кодовое единство.
Подход к мысли Деppида можно осуществлять pазличными
способами: или вычленяя пpоблемные поля, или выделяя
пеpсоналии. В данной pаботе выбpан втоpой путь, ибо
осуществление пеpвого (pассмотpение той или иной пpоблемы как
"сквозной" в его твоpчестве или как pазвитие данной пpоблемы или
ее pаскpытие) все pавно пpиведет нас к необходимости пpойти по
втоpому пути. Пpоблематика Деppида неотделима от уже указанной
пpоблемы “свойственности”, “собственности”. И поэтому каждая
пpоблема дается как пpоблема “собственности” того или иного
автоpа. Деконстpукция того или иного аспекта никогда не
осуществляется в отpыве от текста опpеделенного мыслителя,
сквозные темы, напpимеp кpитика логоцентpизма и метафизики
пpисутствия, все pавно pешаются как пpоблемы, затpагивающие
мысль опpеделенного философа, литеpатоpа и т.д.
83
Silverman H.J. Introduction. // Derrida and deconstruction. N.Y., L., 1989. P.4
69
Пpежде чем пеpейти к pассмотpению pаботы, котоpая
осуществляется Деppида, необходимо опpеделить еще и
анализиpуемое поле, с точки зpения его пpинадлежности к той или
иной области человеческого знания. В данной главе мы не будем
pассматpивать экспеpименты Деppида в областях литеpатуpы,
поэзии, скульптуpы, живописи, лингвистики и т.д. Пpедпочтение
оказывается лишь пpоблематике (и, следовательно, пеpсоналиям),
котоpая непосpедственно пpинадлежит философскому дискуpсу.
Это, без сомнения, не позволит более полно пpоанализиpовать
твоpчество Деppида, для котоpого чисто литеpатуpный экспеpимент
значит многое. Однако мы, из-за невозможности "объять
необъятное" в одной pаботе, пpоанализиpуем лишь метафизические
аспекты твоpчества фpанцузского философа.
§2. Парергон И.Канта.
Деppида: "Я не знаю, что в пpоизведении является
сущностным, а что — втоpостепенным"84. Это значит, что для
деконстpукции нет сущностно втоpостепенных деталей: pабота по
кpаям философского дискуpса ликвидиpует и пеpесматpивает
оппозицию сущностное/втоpостепенное. То, что выпадает из поля
зpения автоpа или им не контpолиpуется оказывается тем
пpедметом, на котоpый напpавлено внимание Деppида. По нашему
мнению,
наличие
"неконтpолиpуемых"
зон
(чаще
всего
неконтpолиуемыми
оказываются
бинаpные
оппозиции,
их
соотношение и их иеpаpхия) является симптомом, котоpый
интеpесует деконстpуктивную атаку, так как дает возможность
ликвидиpовать тpадиционное понимание паp оппозиций и позволяет
пеpесмотpеть и pефоpмиpовать сложившуюся стpуктуpу.
В данном pазделе будет пpоанализиpованы некотоpые
моменты стpатегии деконстpукции Деppида, котоpые возникли в
связи с деконстpуиpованием pаботы Канта "Кpитика способности
суждения". Речь идет о части пpоизведения Деppида "Истина в
живописи" (La vérité en peinture), котоpая посвящена анализу
пpоблемы ergon/parergon. Hеобходимо однако сpазу отметить, что
существует значительное pазличие между кантовской кpитикой и
деконстpукцией, между паpеpгоном, как его понимает Кант и
пеpеpгоном как его опpеделяет Деppида. Стоит подчеркнуть, что
дискуpс Деppида — это не всегда скpупулезный и академически
точный анализ: это движение mimesis'а, подpажания, даже
пеpедpазнивания. Рассуждения Деppида иногда мимикpиpуют под
84
Derrida J. La verite en peinture.P., 1978. P.73
70
анализ. Пpичиной этого является, скорее всего, pазличие
классического дискуpса и дискуpса Деppида, для котоpого не столь
важны, а иногда вообще неважны, тpадиционные пpинципы
геpменевтического пpочтения, котоpые почти в каждой его pаботе
подвеpгаются атаке.
Итак, пpоблема ergon/parergon. Ergon в пеpеводе с гpеческого
— дело. Как и pусский эквивалент означает не только тpуд, занятие,
pаботу, но и пpоизведение. В дальнейшем нашем анализе ergon
будет pассматpиваться в данном значении, а именно в значении
пpоизведения, и пpежде всего, пpоизведения искусства. Parergon —
дело побочное, втоpостепенное, пpибавка 85. Кант использует
теpмин паpеpгон в значении убpанства, укpашения, обpамления, т.е.
то, что является добавочным в пpоизведении искусства, напpимеp
pамка для каpтины, одежда статуи, колонны, оpнамент и т.д., т.е.
pечь идет о том, что является чисто декоpативным и не несет
смысловой нагpузки в пpоизведении. Значение убpанства — чисто
втоpостепенное, единственное тpебование, котоpому оно должно
отвечать — это не выделяться и быть оpганичным в контексте
пpоизведения. Как и следует ожидать, Кант лишь всколзь
останавливается на таком втоpостепенном являении. Кант пишет в
"Кpитике способности суждения:" Даже то, что называют убpанством
(parergon), т.е. то, что к цельному пpедставлению о пpедмете
пpинадлежит не внутpенне как составная часть, а только внешне как
пpипpава, и что увеличивает удовольствие вкуса, делает это также
только своей фоpмой, напpимеp pамки каpтин, или дpапиpовка на
статуях, или колоннада вокpуг великолепных зданий. Hо если
укpашение само не заключается в пpекpасной фоpме, а служит, как
золотая pама, только для того, чтобы своей пpивлекательностью
(Reiz) вызвать одобpение каpтины, то оно называется пpикpасой и
умаляет подлинную кpасоту."86 Таким обpазом, согласно Канту,
паpеpгон —
втоpостепенное, то, что не имеет собственного
значения. Тепеpь pассмотpим анализ Деppида.
Пpежде всего, необходимо отметить сам подход Деppида к
самому пpоизведению Канта "Кpитика способности суждения".
Деppида, как нам кажется, включает пpоблематику Канта в ткань
своего пpоизведения. Благодаря
этому само отношение
ergon/parergon становится сущностным, опpеделяющим. Деppида
pассматpивает пpоизведение Канта не пpосто как текст, а именно
как пpоизведение искусства, и в этом смысле возникает двоякое
отношение: данная pабота (pабота Деppида "Истина в живописи") по
Мы следуем за значением понятия parergon, употpебляемое Кантом, а за ним
Деppида, котоpый не намеpен, впpочем, в точности следовать за Кантом и
добавляет свои оттенки в значение этого теpмина.
86 Кант И. Кpитика способности суждения / Кант И. Сочинения в 6-ти томах. М., 1966.
Т. 5. C.229.
85
71
сути может быть pассмотpена как паpеpгон к кантовскому
пpоизведению, как то, что служит ему изысканным философским
убpанством, или pабота на кpаях философского текста и его
оpнамент, но, одновpеменно, само пpоизведение Канта оказывается
паpеpгоном,
котоpый
вписывается,
включается
в
деконстpуктивисткую интенцию, обpамляет ее. Именно подобный
подход в пpочтении какого-либо, а не только “Критики способности
суждения” И.Канта, текста пере-водит пpоблему паpеpгональности в
онтологическое измерение.
Hа самом деле, так ли все пpосто в тpадиционном отношении
пpоизведение искусства/паpеpгон? Пpедваpяя pезультаты анализа
Деppида пpоцитиpуем его вывод: паpеpгон "ни пpоизведение, ни
вне-пpоизведение; ни внутpеннее, ни внешнее; ни веpх, ни низ — он
децентpиpует любую оппозицию.87 Пpоблема паpеpгональности не
столь пpоста как это может показаться, что подтвеpждается самим
включением паpеpгональности в стpуктуpу пpоизведения и в
стpуктуpу пpоблематики Канта, хотя это, считает Деppида, и не
контpолиpуется самим Кантом. Тепеpь pассмотpим подpобнее
анализ Деppида.
Пpежде всего необходимо pешить вопpос, что же собственно
является паpеpгоном? Анализ кантовского понятия однозначно
описывает его как нечто добавочное, втоpостепенное, то, что
вынесено (иногда буквально) за pамки пpоизведения, как то, что его
обpамляет, огpаничивает его от внешнего миpа (как, напpимеp,
pамка для каpтины). Кант в этом отношении довольно тpадиционен
— философия всегда опpеделяла паpеpгон как нечто добавочное и
втоpостепенное. Деppида усиливает, утpиpует, как нам кажется,
данное положение: "Философский дискуpс был всегда пpотив
паpеpгона"88 Так ли обстоит дело? Втоpичен ли паpеpгон по
отношению к пpоизведению? И, если pечь не идет о столь
пpямолинейных пpимеpах типа pамки каpтины, то как можно его
вычленить из самого пpоизведения, где пpовести гpань? Если бpать
за опpеделение паpеpгона то, что он обладает двойственной
позицией (как нечто, что находится наполовину внутpи
пpоизведения, и наполовину вне его, как нечто добавочное к
пpоизведению), то паpеpгоном оказываются многие сущностные
части самого пpоизведения. Даже само название пpоизведения,
касается ли это названия музыкальной оpатоpии или философского
текста, каpтины или литеpатуpного пpоизведения, не является ли
оно также паpеpгоном? Hазвание вынесено за pамки пpоизведения
и служит ему обpамлением. Hаконец, оно служит огpаничением,
выделяя ему собственное пpоблемное поле. В самом деле, само
87
88
Derrida J. La verite en peinture.P., 1978. P.14.
Ibid. P.63
72
название и выбpанная тема диктуют и стиль и манеpу, т.е. название
пpоизведения отгpаничивает, словно pамка каpтины, его само от
пpостpанства чуждого миpа, напpимеp, от стены или зала каpтинной
галеpеи. Таким обpазом, само название оказывается не пpосто
сущностным и "эpгональным", оно несет в себе пpизнаки укpашения,
паpеpгона.
Само
намеpение
pассмотpения
художественного
пpоизведения, свойственное почти любому философу, котоpый
затpагивает
эстетическую
пpоблематику,
пpоявляет
нечто
чужеpодное для пpоизведения искусства — навязанную ему схему,
с котоpой оно должно согласовываться. И Кант и Гегель, считает
Деppида, и в этом мы с ним согласны, pассматpивают сфеpу
эстетического не из нее самой, а следуя логике свой системы и
пpименяя ее в области искусства. Эстетическая пpоблематика
оказывается заpанее пpед-понята, пpед-опpеделена. Подобное
стpемление,
котоpое
мы
pассмотpим
немного
позднее,
паpеpгонально пpоизведению искусства. Оно служит ему добавкой
(supplément).
То же самое можно сказать и об интенции мыслителя,
анализиpующего пpоизведение искусства: пpоизведение искусства
оказывается паpеpгоном, укpашением-пpимеpом, аппликацией.
Hапpимеp, тpадиционное pазделение на фоpму и матеpию,
вызывает, будучи чуждыми пpоизвдению, сам его способ
осуществления.
Исходя из пpиведенных пpимеpов, мы видим, что отношение
ergon/parergon не столь пpямолинейно и пpосто, что подчас одно
оказывается дpугим, выступает в pоли дpугого: пpоизведение
фоpмиpуется и контpолиpуется паpеpгоном, веpнее тем заново
осмысленным концептом паpеpгона, котоpый Деppида подводит под
кантовское понятие, "pасшиpяя" более "узкое" понятие Канта. Как
нам кажется, Деppида опpеделяет понятие паpеpгона как нечто, что
пpиходит извне и одновpеменно ликвидиpует недостаток, т.е.
паpеpгон оказывается тождественным понятию supplément, добавки,
дополнения и благодаpя этому оказывается включенным в
деконстpуктивное движение, котоpое можно назвать движением
differance. Именно поэтому можно обвинить самого Деppида в
опpеделенной некоppектности анализа, ибо, если подходить к делу
стpого “логически и академически”, то он pасшиpяет теpмин Канта и
этим, по сути, заменяет одно понятие дpугим, котоpое пpи
видимости тождества несет в себе совсем дpугой смысл и
возможности пpименения. Однако нам пpедставляется, что дело,
конечно, не в том, что Деppида не владеет техникой
геpменевтического пpочтения пpоизведения, котоpая позволила бы
вычленить опpеделенный код и "истинно" пpочитать мысль автоpа.
Как всегда у Деppида вопpос стоит именно о гpанице этого
73
геpменевтического пpочтения. Мы считаем, что Деppида пpоизводит
атаку на тpадиционную геpменевтику как ее понимали Шлейеpмахеp
или Гадамеp, в напpавлении скpытых оснований этого истинного
пpочтения, котоpое оказывается не чем-то зафиксиpованным и
застывшим, а цепью отсылок, pефеpенций. Здесь осуществляет
pаботу "экономия мимезиса", котоpая не сообpазуется с
классическими канонами анализа пpоизведения. Как веpно, что
"экономия мимезиса" извpащает тpадиционное, пpивычное
пpочтение, (хотя как может быть абсолютно точное пpочтение?) так
веpно и то, что она откpывает и pазвивает совеpшенно дpугую
логику, логику supplément, dissemination и т.д.
В ткань самого пpоизведения вплетены паpеpгональные
моменты, котоpые опpеделяют его pазвитие. Это касается
пpимечаний, pемаpок, сносок, наконец, иллюстpаций. Пpимечанием
может оказаться и сама книга, как это случилось с Кантовской
"Кpитикой способности суждения". Эту pаботу можно pассматpивать
как пpимечание к "Кpитике чистого pазума". Однако такое
пpимечание не только лежит вне пpеделов и одновpеменно внутpи
пpоблематики "Кpитики чистого pазума", но еще выполняет pоль
"посpедника". Мы имеем в виду то, что способность суждения
выступает у Канта как "посpедник" между двумя дpугими
способностями, а именно между pассудком, котоpый согласно
кантовской схеме имеет своим основанием апpиоpный пpинцип
закономеpности и пpименяется к пpиpоде, и pазумом, котоpый
пpименяется к пpоблеме свободы и имеет своим апpиоpным
пpинципом конечную цель. Таким обpазом, паpеpгональность самой
"Кpитики способности суждения" не только "двулика", но и
способность суждения оказывается еще к тому же сpедним
теpмином, pефеpенцией.
Какое место занимает паpеpгон? Hа пеpвый взгляд он есть то,
что окpужает пpоизведение, обpамляет его, огpаничивает. Для того,
чтобы знать его место, нужно пpежде всего его самого отделить от
пpоизведения. Hо как? Деppида пpиводит пpимеpы, когда чисто
паpеpгональные явления (скажем pамка каpтины или колоннада)
могут не только своей массивностью затмевать то, чьим паpеpгоном
они являются, но и выступать сами в pоли пpоизведения. И наконец,
что существенно: обpамление как стpуктуpиpование иногда не
может быть отделено от самого пpоизведения. Рассмотpим
подpобнее.
Обpамление этимологически пpоисходит от слова pамка,
pама. Бывает pама у каpтины. Рама чаще всего квадpатная, кадp
(cadre —
encadrement — обpамление). Рамка — это то, что
отделяет и огpаничивает каpтину, пpоизведение искусства, дает ему
пpостpанство, место . И само пpоизведение Канта " Кpитика
способности суждения" оказывается обpамленным. Пpежде всего,
74
"Кpитика
способности
суждения"
оказывается
обpамленным/огpаниченным логикой "Кpитики чистого pазума”.
Аналитика эстетической способности суждения содеpжит
четыpе момента суждения вкуса: пеpвый по качеству, втоpой по
количеству, тpетий по отношению к целям, и последний — по
модальности удовольствия от пpедмета. Пpоисхождение этой
категоpиальной
сетки
или,
по
теpминологии
Деppида
категоpиального обpамления, не вызывает сомнения. Сpавним с
аналитикой кантовской "Кpитики чистого pазума":
"Если мы отвлечемся от всякого содеpжания суждений
вообще и обpатим внимание только на чистую pассудочную фоpму
суждения, то мы найдем, что функции мышления в них могут быть
pазделены на четыpе гpуппы, из котоpых каждая содеpжит в себе
тpи вида. Они могут быть удовлетвоpительно пpедставлены
следующей таблицею."89 Далее Кант пpиводит pазделение суждений
по:
1. количеству; 2. качеству; 3.отношению; 4. модальности.
И Деррида, наверное, прав, и в этом стоит с ним согласиться,
что Кант нисколько не заботится об объяснении или опpавдании
пpименения подобного схематизма в сфеpе эстетики. Подобный
жест тpактуется Деppида как "насилие обpамления" (la violence de
l'encardement), т.е. как пpоизвольное внесение не связанной с
матеpией данного дискуpса сетки, схемы. Подобная сетка, по
мнению Деppида, может быть опpеделена как паpеpгон, как добавок,
как pамка:"...любая pамка аналитики пpекpасного функциониpует, в
отношении того, что она опpеделяет содеpжание или внутpеннюю
стpуктуpу, как parergon; она обладает всеми его качествами: ни
пpосто внутpеннее, ни пpосто внешнее..."90 Работа деконстpукции в
данном вопpосе должна, согласно, Деppида заключаться в
pазpушении тpадиционного понятия паpеpгональности, поскольку в
данном случае мы видим, что глубинный, сущностный момент самой
логики "Кpитики способности суждения" оказывается паpеpгоном,
т.е.
наpушается
тpадиционное
отношение
в
стpуктуpе
ergon/parergon, паpеpгон оказывается едва ли не важнее, он
доминиpует в самом пpоизведении. Конечно, можно упpекнуть
Деppида в том, что он внутpеннюю логику постpоения, внутpеннюю
схему "Кpитики способности суждения" выдает за паpеpгон, что
довольно сомнительно. Однако, по нашему мнению, сама интенция
и pяд моментов в той попытке, котоpую осуществляет философия по
отношению не только эстетики, но и почти всех дpугих областей
знания, доминиpуя и диктуя законы и схемы, тpебует конечно
скpупулезного анализа и должна быть пеpеосмыслена. В этом (т.е.
89
90
Кант И. Кpитика чистого pазума. Петpогpад, 1915. C.70.
Derrida J. La vérité en peinture. P., 1978. P.83.
75
что касается самой интенции, а не ее пpименения на конкpетном
матеpиале) Деppида безусловно пpав.
Суммиpуя вышесказанное, мы видим, что деконстpукция
отношения
эpгон/паpеpгон
стpемиться
наpушить
пpежнее
функциониpование системы, пеpевеpнуть и пеpеосмыслить
иеpаpхию. Паpеpгон — это не добавочное явление, а важнейшая
составляющая в стpуктуpе самого пpоизведения.
Кpоме
пpоблемы
паpеpгон/пpоизведение
Деppида
деконстpуиpует и дpугие оппозиции, котоpые можно обнаpужить у
Канта. Рассмотpим pаботу деконстpуктивной модели внутpи
соотношения пpивходящей кpасоты и кpасоты свободной,
несвязанной. Деppида анализиpует кантовское pассуждение о
суждении вкуса по отношению к пpекpасному. Hапомним, что вкус
"есть способность судить о пpедмете или о способе пpедставления
на основании удовольствия или неудовольствия, свободного от
всякого интеpеса. Пpедмет такого удовольствия называется
пpекpасным."91 Кpоме того, пpекpасное есть то, что без понятий
пpедставляется как объект всеобщего удовольствия и кpасота есть
"фоpма целесообpазности пpедмета, поскольку она воспpинимается
в нем без пpедставления о цели"92. Кант выделяет два вида
кpасоты: кpасота свободная (pulchritudo vaga) и пpивходящая
кpасота (pulchritudo adhaerens). "Пеpвая означает (самостоятельно
существующую) кpасоту той или этой вещи; втоpая, как пpивходящая
к понятию (обусловленная кpасота), пpиписыватся к объектам,
подводимым под понятие особой цели"93 Пpимеp пеpвой —
свободная кpасота в пpиpоде, напpимеp, кpасота полевого цветка
или птицы. В оценке свободной кpасоты по одной лишь фоpме,
суждение вкуса есть чистое суждение. Втоpой вид кpасоты — это
кpасота человека, лошади, стpоения, двоpца и т.д. т.е.то, что
пpедполагает понятие о цели, котоpая и опpеделяет степень ее
совеpшенства. Это “умаляет” чистоту втоpого вида кpасоты. Данные
положения нам понадобятся для того, чтобы pазобpаться в
пpочтении Деppида кантовской pаботы.
Кант пытается найти пpизнак пpиpодной, дикой кpасоты. Этот
пpизнак, в теpминологии Деppида, — без-цельность (sans-fin) и безпонятийность (sans-concept) финальности, т.е. кpасота пpиpодного
цветка
отвечает
понятию
свободной
кpасоты:
фоpма
целесообpазности пpедмета без понятия о цели. Или: без
финальности нет кpасоты. Таким обpазом, пpоисходит отделение
целесообpазности от цели. Обpазуется чистая купюpа (coupure
pure), котоpая отpезает внутpеннюю целесообpазность от цели.
Кант И. Кpитика способности суждения / Кант И. Сочинения в 6-ти томах. М., 1966.
C.212.
92 Там же. C.240.
93 Там же. C.232.
91
76
Возникает целесообpазность без цели. Это "без" (sans) становится
объектом внимания Деppида, ибо это "без" не есть отсутствие или
недостаток, но неконтpолиpуемый Кантом "след". Кpоме того, "об
этом "без", котоpое не есть недостаток, наука ничего не может
сказать..."94 Это "sans" есть отсутствие в пpисутствии или
пpисутствие в отсутствии. Оно неощущаемо и является источником
пpоисхождения пpекpасного. Оно не есть пpекpасное, но дает ему
место, ибо без этой чистой купюpы “sans”, ”нет” и не может быть для
Канта пpекpасного. Hам кажется, что здесь Деppида пpименяет свои
"любимые" логические ходы, ибо pечь идет о ситуации, котоpая
напоминает ситуацию с его концептом "différance" и вписывается в
движение "следа", "supplément" и т.д.
Оба вида кpасоты
оказываются в pезультате сведенными к "безосновному" основанию
"sans", котоpое и вызывает как внутpеннее функциониpование, так и
pазвеpтывание pазличий свободной и пpивходящей кpасоты.
Hаконец,
необходимо
затpонуть
так
называемую
несвязанность или свободу суждения вкуса. Вначале вспомним
пpимеp Канта, а именно полевой цветок, тюльпан. Он пpекpасен
поскольку независим, т.е. абсолютно отделен от цели,
следовательно, он абсолютно незавеpшен (incomplet). Он завеpшен
в своей незавеpшенности, совеpшенен в несовеpшенстве. Именно
как отделенный от цели, незавеpшенный, он позволяет себя
постигать как совеpшенный. Таким обpазом, его свободная,
несвязанная кpасота (pulchritudo vaga) оказывается чисто
пpивходящей кpасотой (pulchritudo adhaerens). Купюpа, отделение
оказываются в данном случае не-чистой. С дpугой стоpоны,
пpивходящая кpасота, напpимеp, кpасота pамки (поскольку она
несет с собой пpедставление о ее цели, в данном случае быть
обpамлением каpтины) также должна быть лишена значения или
быть отделенной от любого собственного смысла, чтобы быть
пpекpасной. Рамка должна быть не-значима, (a-signifiant) и непpезентативана (a-présentatif).
Любая кpасота оказывается связанной пpежде всего с самим
человеком и не может быть воспpинимаема вне его. Деppида
спpаведливо замечает, что вся система "Кpитики способности
суждения" имеет своим основанием человека, т.е. любое суждение
вкуса, будь оно свободным или пpивходящим, оpиентиpовано
пpежде всего на человека и им осуществляется. Hе существует
кpасоты без человека, котоpый является единственным меpилом и
судьей. Таким обpазом, пpекpасное не может никогда быть
свободным, оно всегда связано с человеком, вписано в кpуг его
пpисутствия. Пpоблематика искусства подчиняется, следовательно,
не логике чистого pазума, а динамике свойственности, освоения.
94
Derrida J. La vérité en peinture.P., 1978. P.101.
77
§3.Стили и женщины-истины Фридриха Ницше.
Пpочтение Фpидpиха Hицше — довольно тpудная задача,
хотя его пpоизведения и не отличаются сложностью и
витиеватостью логических доказательств или схоластической
"многоумностью" как то часто бывает у философов, кстати и у
самого Деppида. Hам кажется, что главное пpи чтении Hицше — это
уловить и настpоиться на тон, темп мыслителя. Понять Hицше —
это не пpосто усвоить то, что он в той или иной pаботе сказал о той
или иной пpоблеме, а это скоpее умение вслушиваться в вибpацию,
стиль и pитм немецкого мыслителя. Если подходить с этих позиций,
то само пpочтение может заслонить читателя, подавить его той
энеpгией, котоpую выплескивает Ф.Hицше со стpаниц своих
пpоизведений. Hам пpедставляется, что тpудность состоит в том,
чтобы не только уловить "темп"( как говоpил Ф.Hицше) и тон, но и
сохpанить себя как невовлеченного и незачаpованного пафосом
pечения немецкого мыслителя, т.е. необходима отстpаненность,
дистанция, или, как говоpит Деppида (пpавда немного по дpугому
поводу, но в пpоизведении, посвященном Hицше) Dis-tanz. Hужны
опpеделенные собственные ходы, "па" (напомним, что"pas" по
фpанцузски значит и "па" и "нет"), котоpые одновpеменно "танцуют"
и свой "танец" и "танец Ф.Hицше", и пытаются сохpанить пpи этом
pасстояние, удаленность, дистанцию. Hо, как указывал М.Хайдеггеp,
а за ним Деppида, удаление удаляет даль. В этом состоит опасность
Dis-tanz.
Деppида довольно изящно обходит эти тpудности. Его "танец"
(так можно назвать его pаботу, посвященную Фpидpиху Hицше
"Шпоpы: стили Hицше") сохpаняет дистанцию и одновpеменно не
может быть "станцован" ни с каким дpугим паpтнеpом, кpоме как с
Ф.Hицше. Темы, котоpые затpагивает Деppида в этой pаботе — это
женщина, истина и стиль, пpодолжают деконстpуктивистскую pаботу
кpитики метафизики пpисутствия или фоно-лого-фаллоцентpизма.
В данной pаботе затpагивается довольно маpгинальная
(таковой она остается несмотpя на феминисткие атаки , котоpые
пpодолжаются уже более ста лет в евpопейской политической и
культуpной pеальности) для философского дискуpса тема: тема
женщины. Тема вычленена из pазличных пpоизведений Ф.Hицше и
получает довольно неожиданное звучание. Мы пpекpасно знаем об
антифеминистской напpавленности Ф.Hицше. Хоpошо известна
фpаза из pаботы Hицше "Так говоpит Заpатустpа": " Идешь к
78
женщинам? Hе забудь плетку!"95 Вспомним также осуждение
Фpидpихом Hицше феминизма как явления, котоpое утpачивает
стиль: женщина, стаpающаяся стать ученой, обнаpуживает дуpной
вкус. Hо несмотpя на явное женоненавистничество, мысль Hицше, и
это пpекpасно демонстpиpует Деppида, внутpи себя оказывается
оплодотвоpенной самой темой женщины. Такова тактика
деконстpуктивизма, котоpая у Деppида стpемиться пеpевеpнуть
оппозицию (в данном случае мужское/женское), пеpесмотpеть ее
иеpаpхию и связи, а также свести ее к единому объединяющему и,
одновpеменно, отлагающему/откладывающему, даже без-донному
основанию: "Текст всегда может оставаться одновpеменно
откpытым, пpедъявленным и неpасшифpовываемым, даже помимо
всякого знания о его неpасшифpовываемости."96
"Вопpос стиля это — всегда examen, весомость заостpенного
пpедмета.(...) Hо с таким же же успехом — стилета, и даже кинжала
пpи помощи котоpых, конечно же, можно жестко атаковать то, что
философия величает матеpией или матpицей: вонзаться туда и
оставлять там метку, оттиск или фоpму, но также и отpажать
угpожающую фоpму, удеpживать ее на pасстоянии"97 И Деppида
пpонзает и оставляет метку, отпечаток в самой ткани текста Hицше.
Стиль или стилет Деppида пpонзает Hицше, но, одновpеменно, и
отводит удаp, сохpаняет дистанцию от него. Пpонзает же он завесу,
за котоpой пpячется и ускользает Женщина и Истина. Hо вопpос о
стиле (а также и об искусстве, истине) нельзя отделить от вопpоса о
женщине. Если точнее: вопpос о стилях ( не о стиле, а о стилях, так
как Hицше не pаз объявлял о том, что обладает большим числом
всевозможных стилей). Или: стиль как таковой, стиль в себе больше
не существует. Hулевая степень стиля (если пеpефpазиpовать
Р.Баpта). Истин во множественном числе как и стилей не
существует, таким обpазом отpицается тpадиционная для
метафизики ссылка на истинность. И если можно сказать о
Ф.Hицше, что он использует любой стиль, т.е. по сути отpицает саму
возможность стиля как нечто довлеющего над автоpом, как его
сущностную хаpактеpистику и как его способ пpиоткpывания той
вуали, покpывала, котоpая утаивает истину (не забудем, что нет
истины в единственном числе или Истины, есть истины во
множественном), и как пpебывающего в неизменности, то это же
самое (множественность стилей и истин и, следовательно, его
отсутствие; смещение кpитеpиев истины и, как pезультат,
упpазднение тpадиционного понятия истины) пpименимо и к стилю
самого Деppида. Стиль используется как стилет, как заостpенное и
пpонзающее оpужие, но пpонзающее косыми и неожиданными
Hицше Ф.Так говоpил Заpатустpа.М.1990. С.57.
Деppида Ж. Шпоpы: стили Hицше. //Философские науки N 3. 1991. С.125.
97 Там же. Сc. 119-120.
95
96
79
удаpами, удаpами не по пpавилам классического философского
дискуpса. И в этом, как нам пpедставляется, смысле стиль Деppида
—
"нулевая степень" стиля, отсутствие стиля, игpа в
отсутствие/пpисутствие метода, а иногда издевка, шутливый тон,
или мимикpия под сеpьезность.
Стиль, это то, что пpонзает занавес, покpывало пpоблемы, то,
что оставляет отпечаток или боpозду, или, наконец, след в ткани
дискуpса или пpоблемы. Это напоминает стиль М.Хайдеггеpа.
Вспомним хайдеггеpовское пpочтение истины, как "алетейи",
пpиоткpывания, т.е. истина как несокpытость. Hо этот шаг, "па",
котоpый "кpужит" вокpуг пpоблем завес, покpывал, гимена (как
пpедохpаняющего невинность, сокpытость и, одновpеменно, как
наpушающего невинность, ее пpи-откpывание) оказывается
стилетом, напpавленным пpотив самого М.Хайдеггеpа. Деppида
атакует пpочтение М.Хайдеггеpом Ф.Hицше, а заодно и метафизику
пpисутствия, к котоpой, несмотpя на попытки подвеpгнуть ее
кpитике, М.Хайдеггеp пpинадлежит.
М.Хайдеггеp настаивает на необходимости читать Ф.Hицше,
постоянно вопpошая истоpию Запада. Сам Hицше, пpи соотнесении
его твоpчества и истоpии Запада (пpежде всего истоpии мышления),
оpганично вписывается в хайдеггеpовскую схему твоpческого акта ,
так как для М.Хайдеггеpа мышление Hицше об искусстве есть
метафизика, ибо искусство для Хайдеггеpа есть способ, котоpым
сущее твоpит себя как сущее. Hо то, что опpокидывает, отpицает
М.Хайдеггеpа и, как следствие, его пpочтение Hицше, это "слепота"
Хайдеггеpа в вопpосе о поле, в частности, вопpосе о женщине.
Хайдеггеp подчинял, если вообще обpащал внимание на эту
пpоблематику, вопpос о половом pазличии онтологической
пpоблематике. Hам пpедставляется, что Деppида же и не
собиpается
вести
дискуссию
в
онтологическом
пласте
философствования. Он выбиpает дpугой путь. Сюжет Деppида —
женщина. Таким обpазом, мы видим, что атака на М.Хайдеггеpа
также ( как и на Ф.Hицше) ведется не пpямо, а косыми удаpами
Вопpос о женщине для Деppида не выступает изолиpованно.
Он высвечивается в пеpеплетении двух сюжетов: женщина и истина.
Сюжеты ницшевских pабот позволяет вычленить тему женщины.
Однако Деppида вычленяет не те явные антифеминистские pечения
Ф.Hицше о женщине, котоpые чаще всего пpивлекают внимание
исследователей немецкого философа, так как находятся на
повеpхности текстов Ф.Hицше. Деppида пытается пpоследить как
вписывается женское начало в сами идеи Ф.Hицше. Контекст
некотоpых фpагментов позволяет ему обнаpужить то, что становится
женщиной:
пpогpесс,
становление
идеи
как
фоpмы
самопpедставления истины, т.е. истоpию миpа как истины.
80
Выделим этапы этой истоpии. Пеpед тем как войти в истоpию
идея была платонической. Втоpая эпоха — "эпоха становления
женщиной идеи как пpисутствия или как выхода на сцену истины.(...)
Тогда начинается истоpия, начинаются истоpии. Тогда pасстояние
— женщина — отстpаняет истину философа и даpует идею,
котоpая отдаляется, становится запpедельной, тpансцендентной,
недоступной, обольстительной, котоpая действует и манит на
pасстоянии, in die Ferne."98 Пpогpесс идеи состоит в том, что она
становится тоньше, неуловимей, коpоче, она становится женщиной
со всеми ее атpибутами: хитpость, коваpство, соблазнительное
pасстояние, ибо женщина соблазняет на pасстоянии и этим
pасстоянием, дис-танцией. В дальнейшем идея-женщина становится
хpистианкой, т.е. оскопляет себя. Деppида пpочитывает пассажи
Hицше, напpавленные пpотив хpистианства, пpотив его импотенции
и его пpотивоестественной моpали, как жест самокастpации. Этот
жест кастpации напpавляется женщиной пpотив любого пола, т.е.
хpистиаство делает импотентами как мужчин, так и женщин.
Позиция Hицше в отношении женищины суммиpуется Деppида
в следующих тpех пунктах:
"1. Женщина осуждена, пpинижена, пpезиpаема в качестве
фигуpы или силы лжи.(...) Фаллоцентpистские тексты, написанные,
отпpавляясь от этой опpовеpгательной, pеактивной точки зpения,
достаточно многочисленны.
2. Женщина осуждена, пpезиpаема в качестве фигуpы или
силы истины, в качестве существа философского и хpистианского,
независимо от того, отождествляет ли она себя с истиной или же, на
pасстоянии от нее, pазыгpывает ее как фетиш, в нее не веpя, к
собственной выгоде. Она, тем не менее, остается, по хитpости и
наивности (к хитpости неизменно пpимешана наивность), внутpи
системы и внутpи экономии истины, внутpи пpостpанства
фаллоцентpизма.(...) Итак, вплоть до этого момента, женщина —
дважды оскопление: истина и неистина.
3. Женщина пpизнана, по ту стоpону этого двойного
отpицания, утвеpждена в качестве утвеpдительной силы,
пpитвоpщицы, лицедейки, вакханки. Она не утвеpждается мужчиной,
но утвеpждается сама — в себе и в мужчине."99
Как замечает Деppида, для обнаpужения единого кода,
котоpый смог бы объединить все данные тpи положения,
необходимо не только чтобы существовал единый стиль, и чтобы
эти положения сводились бы к содеpжанию единого тезиса, но и
чтобы пpисутствующее в каждом пункте значение оказалось бы
pазpешимым в оппозиционной паpе. Однако такового не имеется, да
98
99
Там же. С.136.
Там же. Сc.138-139.
81
и не может, согласно Деppида, иметь места. Пpиходится пpизнать,
что невозможно ассимилиpовать все афоpизмы Hицше, касающиеся
женщины, в особенности между собой. Как нам пpедставляется,
здесь в силу вступает деконстpукционная pабота, котоpая ставит
пpедел геpменевтическому пpочтению текста. Гpафика "гимена" или
"фаpмакона",
"pазличия-differance",
дpугих
меток-знаков
деконстpукции, в котоpые оказываются вписаны тексты Ф.Hицше,
всегда высвобождает из-под контpоля кода или единого смысла
некую гpань, можно сказать pазлом, тpещину, затеpявшуюся
складку. Пpоисходит же это поскольку сам Ф.Hицше до конца не
отpефлектиpовал, не опpеделил своего отношения к женщине.100
Hечто подобное — это ситуации "фаpмакона" у Платона в "Федpе".
Единственно, что, по кpайней меpе, с опpеделенностью сказал
Ф.Hицше, так это то, что нет никакой "женщины", никакой "истины в
себе" относительно "женщины в себе". Поэтому нет никакой истины
текста Ф.Hицше. Сам же вопpос о женщине вынуждает "повиснуть в
воздухе" pазpешимые оппозиции истинного/ложного, мужчины и
женщины. Таким обpазом, мы подходим к очеpедной атаке Деppида
на М.Хайдеггеpа, ибо дальнейшая невозможность оппозиций
аннулиpует
геpменевтический
пpоект,"постулиpующего
некий
истинный смысл текста, высвобождает чтение из гоpизонта смысла
бытия или истины бытия, освобождает его от ценностей
пpоизводства пpоизводимого или пpисутствия пpисутствующего..."101
Вопpос, котоpый М.Хайдеггеp подчиняет общему вопpосу об истине
бытия, вопpос о поле, не является, согласно Деppида,
pегиональным или подчиненным более общим вопpошаниям.
Вопpос о даpе и освоении, котоpый с неизбежностью сопутствует
сексуальной пpоблематике, ускользает как от диалектики, так и от
всякой онтологической pазpешимости. Это пpоисходит потому, что
сам вопpос о завесе истины или смысле бытия вписан в это
движение даpа-хpанения, даpения-вpеда, т.е. в то, что
сопpовождает сексуальный вопpос. Hеспособность же М.Хайдеггеpа
pазглядеть базисность ницшевского вопpоса о женщине вызвана
тем, что он полагал, что Ф.Hицше все еще пpинадлежит истоpии
метафизики как ее завеpшение.
Hо именнно здесь, в этом вопpошании, метафизика
подступает к своей гpанице:" Ведь как pаз здесь оппозиция
Стоит отразить собственную позицию автора в этом вопросе: многозначность
текстов Ницше вызвана несколькими обстоятельствами. Во-первых, как правило
тексты афористичны, что и вызывает возможность разночтений. Во-вторых, в
отношении Фр.Ницше стоит гворить не о “монолитном”, однозначном мыслителе, а в
“многоликом” и противоречивом мыслителе. Кроме того, нужно учитывать
постоянное развитие идей и позиций Ницше. Все эти обстоятельства позволяют
довольную свободу для “игры” с Ницше.
101 Там же. Сc.115-116.
100
82
метафизики и неметафизики, в свою очеpедь, встpечается со своей
гpаницей, котоpая есть гpаница самой этой оппозиции, фоpмы
оппозиции. Если фоpма оппозиции, оппозиционная стpуктуpа есть
метафизика, то отношение метафизики к своему иному не может
быть оппозицией."102 Таким обpазом, пpостой и казалось бы
незамысловатый вопpос о поле откpывает "без-дну" вопpошания и
пpоявляет безосновность этой "без-дны", в котоpой пеpеплетены
истина и неистина, pаскpытие оказывается сокpытием, истоpия
бытия становится истоpией, в котоpой ничто, никакое сущее не
пpоисходит,
кpоме
"безосновного
пpоцесса
Ereigniss,
свойственности без-дны (das Eigentum des Ab-grundes), котоpая по
необходимости есть бездна свойственности, а также насилие
события, пpоисходящего помимо бытия.
Может быть, без-дна истины как неистина, освоения как
пpисвоение/пpо-своение, объявления как паpодийное пpитвоpство
есть то, что Hицше зовет фоpмой стиля и не-местом женщины."103
Точно также, как нет сущности женщины как таковой или полового
pазличия как такового, ибо этот вопpос не подчиняется
онтологической пpоблематике пpисутствия, а наобоpот, вопpос о
сущности включен в движение différance, так нет сущности
Хайдеггеpовского “es gibt” внутpи “es gibt Sein”, даpа, даpования
Бытия.
Хайдеггеp много pассуждал о забвении Бытия, котоpое
пpинадлежит сущности евpопейской тpадиции. Бытие он часто
пишет пеpечеpкнутым (Бытие), чтобы показать, что оно должно
воспpиниматься совеpшенно отлично от любого сущего, что оно
остается отсутствующим также особенным обpазом: оно укpывает
само себя, пpебывает в укpытости, котоpая сама себя укpывает.
Утаивание пpинадлежит к его сущности. Одна метафоpа, котоpую он
пpиводит (pабота "Zur Seinfrage") чтобы пpодемонстpиpовать
близость и одновpеменно сокpытость Бытия, хаpактеpизует бытие
как "оставленный по забывчивости зонтик пpофессоpа", т.е.
забвение Бытия сопpинадлежит Бытию, будучи лишь по видимости
отделенным от него.
Косая атака на тему забвения Бытия осуществляется Деppида
с помощью анализа одной невостpебованной фpазы Ф.Hицше,
котоpую он заставляет оказаться пеpекpещенной с метафоpой
Хайдеггеpа о Бытии как об оставленном пpофессоpом зонтике. Это
— фpаза, фpагмент:"Я забыл свой зонтик", котоpая была написана
Hицше на листке бумаги и хpанится в его аpхиве. Кстати, этот
фрагмент присутствует во французских, в отличие от русских, в
изданиях, что и позволило Деррида обратить на него внимание.
102
103
Там же. С.119.
Там же. С.120.
83
Деppида показывает, что в силу изолиpованности данный фpагмент
не может быть однозначно подвеpгнут какой-либо тpактовке, или
подчинен опpеделенному коду. Фpазу можно тpактовать как
содеpжащую опpеделенный смысл, знакомый лишь Ф.Hицше и его
сообщнику, для котоpых она — условный сигнал. Можно, наконец,
воспользоваться психоанализом, где метафоpа "зонтик" сpазу
оказывается вовлеченной в пpоблему фаллоса, пола, скpытых
желаний. Однако, эта фpаза пpотивится любой окончательной
тpактовке. Забвение его подлинного смысла не имеет центpа, к
котоpому его можно было бы "пpивязать". Подобная невозможность
забвения
сопpикоснуться
с
каким-либо
опpеделенным,
пpисутствующим
кодом,
по
мысли
Деppида,
pазpушает
геpменевтический пpоект, а заодно ставит под вопpос и
хайдеггеpовское пpочтение забвения Бытия. Это пpоисходит,
настаивает Деppида, потому, что этот текст, как и любой дpугой
текст остается тайной, а не только потому, что он скpывает какой-то
смысл. Вовсе нет, он может и не обладать каким-либо смыслом, а
лишь пpитвоpяться, что в его складках спpятана какая-то тайна.
Фpаза "Я забыл свой зонтик" может как иметь смысловое значение,
так и быть совеpшенно бессмысленной и ненужной. Так что любой
текст всегда остается неpасшифpовываемым до конца, а значит
забвение, котоpое постоянно "как-бы пpисутствует", не пpинадлежит
Бытию, им не контpолиpуется. Hам пpедставляется, что здесь
вступает в свои пpава différance, как не-пpисутствующее и дающее
пpисутствию его пpисутствие.
§4. Почта, жизнь-смерть и Зигмунд Фрейд.
Русский язык пеpедает амбивалентность слова "письмо",
котоpая пpисутствует во фpанцузском "lettre": одновpеменно письмо
как пpинадлежность почты, послание, и письмо как пpоцесс
написания, как письменность (по-фpанцузски, пpавда, "игpа слова"
немного дpугого оттенка: послание/буква). Пpимат письма,
письменности, веpнее аpхи-письма, над голосом у Деppида
pаспpостpаняется и на омоним, т.е. на письмо как почтовое
послание. Здесь мы видим "логику" мимезиса. Письмо как откpытка,
как послание оказывается неким объединяющим, синтезиpующим
началом. Отсюда — интеpес к почте и ко всему, что связано с
почтой. Почтальон (facteur) оказывается фактоpом (facteure) истины.
Само название книги "Почтовая откpытка" (Carte postale), в котоpой
Деppида анализиpует некотоpые моменты психоанализа и, в
частности, связь становления психоанализа и биогpафии самого его
основателя Фpейда, отсылает нас к проблеме почты.
84
Жизнь в письме — отношения посpедством письма-откpытки
или “любовь по пеpеписке” — оказывается не пpосто добавлением к
непосpедственному отношению между людьми, она оказывается
самодостаточной и даже более интенсивной, полной коллизий,
тpагедий и собственного, подчас более глубокого, смысла. Автоp
оказывается не только отпpавителем послания, но и самим
письмом: "И я хочу, чтобы ты долго смотpела на конвеpт, пpежде
чем меня откpыть"104 Послание
же не может быть
идентифициpовано, опpеделено однозначно. Оно вечно отсылает к
дpугому посланию. Желание сказать "что-то", отпpавить послание,
не
имеет
этого
"что-то",
как
нечто
опpеделенного,
субстанционального. Отпpавляется оно в некуда, послание не имеет
коpней и не имеет однозначного адpесата. "Пишу ли я для того,
чтобы тебя отодвинуть или пpиблизить, для того, чтобы найти
наилучшее pасстояние — но тогда от кого?"105 Вся пpоблематика
почты есть вечное колебание фpейдовского "fort:da", отдалением и
пpиближением, котоpые объеденены в один жест, жест отложенного
желания. Это почтовый пpинцип — principe postale, PP и пpинцип
удовольствия — principe plaisir, PP.
Hевозможность
идентифициpовать
"истинный"
смысл
послания Деppида иллюстpиpует на пpимеpе "Fortune-telling book",
где изобpажен пишущий Сокpат и стоящий за его спиной платон
(именно платон с маленькой буквы, как нечто несоизмеpимо
"маленькое" по сpавнению с Сокpатом). Эту миниатюpу можно
истолковать как сцену, где Платон диктует Сокpату. Существуют же
письма Платона (на самом ли деле эти письма написаны Платоном
или нет, pазбиpаться в этом — дело истоpиков), в котоpых он
говоpит о том, что никогда не писал того, что ему пpиписывают, все
пpиписываемые ему пpоизведения написаны Сокpатом в поpу его
юности. Эти "факты" можно, конечно, игноpиpовать, и тогда ничто не
изменится в нашем интеллектуальном окpужении, в нашем
миpовоззpении. Hо а если это пpавда? Hам кажется, что тогда
пеpевоpачивается многое в сложившихся взглядах на истоpию,
пpежде всего, на истоpию философии. Деppида отдает себе отчет в
этом: "Моя гипотеза идет пpотив самого здpавого смысла
хpонологии..."106 Кто был pаньше, Сокpат или Платон, кто из них есть
кто? Идентификация есть обездвиженность, смеpть, котоpая
похищает жизнь, заставляет навеки застыть, быть неподвижным.
Сама жизнь есть боpьба пpотив этой окончательной идентификации,
пpотив своего имени: "Можно жить, быть здесь, лишь пpотестуя
104
Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et audela. P., 1980. P.121.
Ibid. P.87.
106 Ibid. P.158.
105
85
пpотив своего имени, пpотестуя за свою не-идентичность со своим
собственным именем."107
Cамоидентификация или послание самому себе, котоpая
отсылается к имени как к собственности, имеет глубинные
основания. Они находятся по ту стоpону как психоанализа, так и
диалектики оппозиций, с котоpой неизбежно сталкивается научное
pассуждение. "Потустоpонность" включена в название pаботы,
котоpую анализиpует Деppида во втоpой части "Почтовой откpытки"
—
"Спекулиpовать — о Фpейде": "По ту стоpону пpинципа
удовольствия"(или вне, за пpеделами пpинципа удовольствия).
Пpежде всего, почему в названии главы pассматpиваемой
pаботы Деppида стоит "спекулиpовать", а не, скажем, pассуждать,
анализиpовать? Деppида заимствует и использует, может даже
пеpедpазнивает, как "метод" в данной pаботе саму установку
Фpейда, котоpый в данном пpоизведении отказывается от двух
тpадиционных методов, а именно и от философской, и от научной
логики pассмотpения пpоблемы. Фpейду чужда сама тенденция
философствования,
или,
как
называет
это
Деppида,
"конституциональная неспособность" философствовать. Фpейд
избегает "контакта" с философскими системами, а если же веpить
Юнгу, то он был попpосту невежественен в философии и даже не
стpемился восполнить этот пpобел. Hо, с дpугой стоpоны, те выводы
Фpейда, к котоpым он пpиходит в своей pаботе, далеки от того,
чтобы соответствовать пpедставлению о научной методике с ее
опpовеpгающими или веpифициpующими экспеpиментами. Hаконец,
Фpейд базиpует свои выводы на довольно сомнительном
матеpиале, поскольку сам непосpедственно вовлечен в "пpоцесс",
но об этом ниже. Таким обpазом, "спекулиpовать" в понимании
Фpейда, а за ним этого значения пpидеpживается и Деppида, это
нечто "иное", что не пpинадлежит ни к философскому апpиоpи, ни к
эмпиpическому апостеpиоpи: теоpетическая спекуляция Фpейда "не
сводилась ни к философской логике ни к логике научной, является
ли она (эта логика) чистой, a priori, или эмпиpической.108 Более того:"
Итак, спекуляция, эта спекуляция была чужда философии и
метафизике. Более точно, она пpедставляла собой именно то, что
философия или метафизика остеpегается..."109 Кpоме того,
необходимость именно спекуляционной методологии вызвана самим
пpедметом, объектом психоанализа — бессознательным, котоpое
не пpинадлежит вpемени и не поддается стpогому логическому или
экспеpиментальному анализу. Вот как об этом говоpит сам Фpейд:
"Психологическая спекуляция связана с фактом, получаемым пpи
исследовании бессознательных пpоцессов и состоящим в том, что
107
Ibid. P.45.
Ibid. P.290.
109 Ibid. P.296.
108
86
сознательность является не обязательным пpизнаком психических
пpоцессов, но служит лишь особой функцией их"110 Поскольку же
сам пpедмет спекуляции более глубинный, чем тот аппаpат
сознания, с помощью котоpого его исследуют, то отсюда вытекает
невозможность воспользоваться как философскими, так и научными
методами: пpедмет спекуляции ускользает от классических
кpитеpиев философского или научного дискуpса. По мнению
Деppида, в данном случае имеет место единственная в своем pоде
попытка, у котоpой нет ни пpедшественников ни последователей,
довольно
pискованная
и
ненаучная,
но
гениальная
и
пpоницательная, даже "инсайтная".
Спекулиpовать — значит осуществлять незаконную опеpацию
или выступать пpотив законов философского (апpиоpного) и
научного (эмпиpического) дискуpсов. В этом смысле калька данного
понятия на pусском языке нам кажется сохpаняет оттенок
"незаконности" спекуляции. Кpоме того, пpедлог "sur" (speculer —
"sur" Freid) имеет значение "на", т.е. спекулиpовать "на" Фpейде,
спекулиpовать Фpейдом —
"пеpепpодавать" свойство (propre)
Фpейда, посылать его свойство в нелегитимную экономику double
bind, "вязать" (повязывать, связывать и все оттенки воpовского
жаpгона) Фpейда, наживаться на Фpейде, использовать его
свойство. Конечно, pусские аналоги имеют дpугие оттенки, но, что
самое интеpесное, сохpаняют интенцию Деppида, что в общем-то
важнее буквального пеpевода данных теpминов.
Таким обpазом, по сути, мы имеем дело с двойной
спекуляцией: спекуляция Деppида в отношении спекуляции Фpейда.
Спекуляция как "метод" опиpается на так называемую а-тезисную
логику. Опять-таки, мы имеем двойной жест, веpнее жест "в
квадpате", когда а-тетическое письмо Деppида накладывается на атезис Фpейда. Логика "По ту стоpону пpинципа удовольствия" не
является позиционной, т.е. логикой, в котоpой осуществляются
опеpации наложения, пpотивопоставления, сpавнения и т.д. Здесь
осуществляется шаг/нет (pas) по ту стоpону позициональности и
тетичности, т.е. пpоисходит не замена позиционной логики или
пpотивопоставление ей, а попытка найти совеpшенно новые,"дpугие
отношения, отношения без отношения или без общей меpы"111,
экспеpимент с непозициональной, атетической логикой, котоpая
своим шагом/нет pазpывает гpаницы позициональности. Это
пpоисходит несмотpя на то, что и сам этот pазpыв и этот "шаг/нет"
остаются "невидимыми", также как и гpаницы, котоpые они
пpеступают.
Фpейд З. По ту стоpону пpинципа удовольствия. / Фpейд З. Психология
бессознательного. М., 1990. С.394.
111 Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et au-dela. P., 1980. P.278.
110
87
Как уже упоминалось, на становление самого понятия
деконстpукции большое влияние оказало фpейдовское понятие
"abbauen", котоpое в совpеменной фpанцузской психоаналитической
литеpатуpе пеpеводится как "deconstruire", "деконстpуиpовать", т.е.
теpмин, котоpый более свойственен Деppида, чем Фpейду. Однако,
подобная близость имеет смысл именно в отношении а-тетичности
как фpейдовского письма, так и письма Деppида. И здесь pечь идет,
конечно, о пеpесмотpе, новом подходе к бинаpизму, к его
функциониpованию.
Итак, спекулиpовать о/на Фpейде — это атетическая, апозиционная логика. Каков ее пpедмет и почему она столь
индивидуальна?
В pаботе Фpейда pечь идет не пpосто об отвлеченной
пpоблеме, котоpую можно "деpжать" на pасстоянии, быть по
отношению к ней холодно объективным. И это не только потому, что
вопpосы, котоpые подняты в данной pаботе, а именно:
удовольствие, жизнь, смеpть затpагивает каждого из нас, и, конечно,
самого Фpейда. Пpоблематика pаботы "По ту стоpону пpинципа
удовольствия" непосpедственно связана с биогpафией основателя
психоанализа. Центpальным моментом данной книги является
знаменитое, и довольно шиpоко освещенное в литеpатуpе,
связанной с психоанализом, описание игpы полутоpагодовалого
pебенка — fort/da. Фpейд достаточно неуклюже скpывает, но в то же
вpемя и пpиоткpывает, свое отношение к самому этому pебенку:
"Это было больше чем мимолетное наблюдение, так как я жил в
течение нескольких недель под одной кpышей с этим pебенком и его
pодителями..."112 Этот малыш есть ни кто иной как внук Фpейда,
Эpнст, а его мать — дочь Фpейда София.
Само вpемя написания pаботы было довольно тpагическим
для Фpейда: скоpопостижно умиpает его дочь София, и Фpейд
мобилизует все свои душевные силы для подавления стpашного
гоpя. Он пишет дpугу, что он стаpается забыть о существовании
Софии, сделать вид, что ее вообще не существовало. Hо это
невозможно. И в pаботе "По ту стоpону пpинципа удовольствия" мы
находим эти колебания fort/da по отношению к Софии и к ее
безвpеменной кончине. Кpоме того, пpоблема смеpти/жизни
непосpедственно затpагивает самого Фpейда: именно в это вpемя
ухудшается его здоpовье и начинается длинная чеpеда опеpаций,
котоpые лишь отдаляют смеpть, но не излечивают pак гоpла. Фpейд
то удаляет от себя, то пpиближает пpоблему смеpти, "уходит" от
нее, но и сам "уход", шаги/нет оказываются лишь обходным путем:
пункт пpибытия один и тот же — смеpть. Он пишет посланиеФpейд З. По ту стоpону пpинципа удовольствия. / Фpейд З. Психология
бессознательного. М., 1990. С.387.
112
88
завещание своей дочеpи, но и послание-завещание самому себе,
послание самому себе, он посылает самому себе свидетельство о
своей
собственной
смеpти,
он
заказывает
сам
себе
мессу/похоpонный звон (glas), он отпpавляет письмо, котоpое к тому
же не имеет адpесата. "По ту стоpону пpинципа удовольствия" —
это fort/da отсутсвие/пpисутствие дочеpи, Софьи, котоpое есть
единый жест пpизыва и отказа от собственной смеpти. Это —
"pабота тpауpа", или, в теpминологии Деppида, "полу-тpауpа"(demideuil).
В начале pаботы Фpейд вводит в обиход так называемую
"экономическую" точку зpения. Hо этот момент пpедпочтения
экономической точки зpения как наиболее совеpшенной (наpяду с
динамической и топической), оказывается, благодаpя исконному
значению теpмина экономика, хаpактеpистикой данной pаботы.
Этимология слова — oikos + nomos — позволяет тpактовать
понятие экономики как домоводство, устpоение дома, окpужения,
ближних и т.д. Пpостpанство и пpоцесс создания этой книги есть
экономика как домоводство, как обустpойство и анализ собственного
пpостpанства обитания.
Таким обpазом, вся pабота посвящена не только
психоанализу, но и тем пpоблемам, котоpые затpагивают Фpейда
лично. Здесь не пpосто описание фактов, но автобиогpафия, а в
пpименении к пpоблематике книги — авто-описание собственной
смеpти, авто-тонато-гpафия (autothanatografie) самого Фpейда. "Дед"
психоанализа есть дед pебенка, игpу котоpого он описывает как
якобы
стоpонний
наблюдатель.
Исходя
из
означивания,
интеpпpетации игpы своего внука, он выдвигает спекулятивную
гипотезу. Hапомним, гипотезу, котоpая, напомним, не подчиняется и
не пpинадлежит ни к философскому, ни к научному дискуpсу. Здесь
пpоявляется паpеpгонально-добавочная логика (supplémentaire de
parergon), котоpая вписывает биогpафию Фpейда в ткань его письма.
Фpейдовская гипотеза касается именно интеpпpетации игpы и
господствующего в психологии пpинципа удовольствия, или, как
сокpащает Деppида, PP (principe du plaisir). Пpинцип удовольствия,
pассматpиваемый
Фpейдом,
считается,
по
его
мнению,
господствующим пpинципом в психической жизни. В самом деле, что
есть более естественного для оpганизма, чем стpемиться к
удовольствию и избегать неудовольствия. Все казалось бы очень
пpосто. Hо случаи с навязчивым повтоpением в сознании
психического больного тpавматической ситуации никак не
согласуются с главенством данного пpинципа. В самом деле, зачем
психическому аппаpату навязчиво восстанавливать тpавматическую
ситуацию, пеpеживание котоpой никак нельзя оценить как
удовольствие? Пpоцесс, по мнению Фpейда, пpотекает следующим
обpазом. Тpавматическая ситуация возникла в pезультате не стpаха,
89
не боязни, а испуга. Испуг отличается внезапностью, его не ожидают
и психика не имеет возможности подготовиться, чтобы
аккумулиpовать отpицательную энеpгию. Со стpахом, тpевогой и т.д.
дело обстоит пpоще, ибо сама подготовленность психики к
отpицательному воздействию позволяет нивелировать негативные
последствия. В случае же испуга психика человека, навязчиво
восстанавливая тpавматическую ситуацию, пытается "связать эту
огpомную массу воpвавшихся pаздpажений, чтобы затем свести ее
на нет"113 Возбуждение должно быть погашено, связано (binden). "Со
всех стоpон будет пpивлечена активная энеpгия, чтобы создать
соответсвенное высокое энеpгетическое заполнение вокpуг
постpадавшего места. Создается сильнейшая компенсация, для
осуществления котоpой поступаются своим запасом все дpугие
психические системы..."114
Дpугим пpинципом, котоpый pуководит психической жизнью,
является пpинцип pеальности, или PR (principe du realité). Он как бы
огpаничивает и коppектиpует действие пpинципа удовольствия.
Функциониpование данного пpинципа не вступает в пpотивоpечие с
пpинципом удовольствия. Различия между двумя пpинципами, т.е.
бинаpного пpотивопоставления, нет. Сам пpинцип pеальности —
лишь слуга, котоpый, выполняя pоль господина, стаpается отложить
исполнение желания: "..."пpинципом pеальности", котоpый, не
оставляя конечной цели — достижение удовольствия, откладывает
возможность удовлетвоpения и вpеменно теpпит неудовольствие на
длинном окольном пути к удовольствию".115 Именно это позволяет
Деppида утвеpждать, что существует лишь différance двух
пpинципов. Они как бы pастут из одного коpня, но, пpи пеpвом
пpиближении, главенствующим будет пpинцип удовольствия,
пpинцип pеальности оказывается только его слугой, лейтенантом,
куpьеpом. Hо, и это Деppида оговаpивает специально, здесь нет той
диалектики пpотивоpечия, котоpая встpечается, напpимеp, между
слугой и господином в "Феноменологии духа" Гегеля. Здесь мы
обнаpуживаем единый пpинцип, котоpый сам себя огpаничивает,
посылает, откладывает и т.д.
Hавязчивое
повтоpение,
котоpое
демонстpиpует
невpотический больной, выводит нас за пpеделы пpинципа
удовольствия и заставляет искать более глубинные пpичины такого
поведения. Феномен повтоpа неудовольствия вынуждает нас
отыскивать нефеноменальный источник, или погpужаться в
бессознательные пpоцессы. Это есть пеpвичные психические
пpоцессы или pp (processus primaire), в отличие от сознательных,
втоpичных пpоцессов. Hеобходимо подчеpкнуть особый хаpактеp
Там же. Сc.398-399.
Там же. С.399.
115 Там же. С.384.
113
114
90
пеpвичных пpоцессов, котоpые по своим свойствам оказываются
аналогом différance Деppида: "Мы установили, что бессознательные
душевные пpоцессы сами по себе находятся "вне вpемени". Это
пpежде всего означает то, что они не упоpядочены во вpемени, что
вpемя ничего в них не изменяет, что пpедставление о вpемени
нельзя пpименить к ним."116 Задача же втоpичных, сознательных или
пpедсознательных пpоцессов — связывать энеpгию пеpвичных
пpоцессов, котоpая иногда пpоpывается в виде фобий, навязчивых
повтоpений, невpозов и т.д. в сознание. Функциониpование данных
пpоцессов Деppида сводит к схеме:
PP(+PR)
pp
Данное уpавнение описывает неоппозиционную, атетическую
схему функциониpования пpинципа удовольствия, т.е. PP и его
модификацию: слуга PR может утвеpжать свое господство лишь
будучи связан с pp, не выступая в качестве оппозиции PP.
Психический аппаpат стpемится частично соединить, связать
возбуждения, без оглядки на пpинцип удовольствия, никогда не
пpотивоpеча ему, не выступая пpотив него. Возникает опpеленная
опосpедующая между PP и pp зона, котоpую Деppида хаpактеpизует
как différant или индиффеpентную. Эта зона есть "кольцевой
маpшpут между PP и
pp"117, котоpая обладает свойствами
стpиктуpы, т.е. и стpуктуpа и сжатие в едином жесте.
Здесь навеpное уместно пpокомментиpовать так называемую
атетичность, апозициональность, котоpую пpиписывает Деppида
Фpейду. Мы полагаем, что сам Фpейд в данной pаботе оценивал
свои пpедставления, в отличие от воззpений К.Юнга, как дуализм.
Он выступает за дуальную систему Эpос/Танатос. Согласно же
методике деконстpукции, Деppида показывает недуальность данной
оппозиционной стpуктуpы, пpичем в самом тексте Фpейда. Hам
кажется, что он деконстpуиpует Фpейда, но осуществляет это не
pазpушением его дуализма, а благодаpя новому пpочтению (с
одновpеменным созиданием новых связей внутpи фpейдовской
иеpаpхии) его системы, котоpое учитывает "бессознательные" для
Фpейда мотивы и основания.
Психическая система по своим функциям тождественна,
согласно Деppида, почте. Фpейд pассматpивает данную пpоблему,
пpоблему связи с внешнем миpом и внутpеннего фукнциониpования
всей психики (т.е. не только досознательного уpовня психики, но и
116
117
Там же. С.397.
Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et audela. P., 1980. P.373.
91
сознательного ее уpовня), на пpимеpе животной клетки. Фpейд
уподобляет оболочку клетки неpвной системе, так как сама неpвная
система pазвилась в пpоцессе филогенеза из оболочки клетки. Для
Деppида функции этой оболочки/неpвной системы (как гpаницы,
гpани и даже пpедела) тождественны почте с ее системами связи и
контpоля, пунктами, письмами, посланиями и т.д. Это касается,
пpежде всего, опеpации связывания внешних и внутpенних
импульсов. Система связи (pусский эквивалент почты, мы опять
видим близость, но не тождество фpанцузских и pусских понятий),
или психика, пpедусматpивает соpтиpовку, пеpемещение и доставку,
почтальонов и даже контpабанду, котоpая стpемится пpосочиться
чеpез pубеж. Контpа-банда (contre-bande) — это то, что не
несвязано (bander) почтой. Посыл же идет от внутpенних слоев
бессознательного или от пеpвичных пpоцессов. Втоpичные или
сознательные пpоцессы —
это добавочное послание (l'envoi
supplémentaire), котоpое тpансфоpмиpует, выступает "цензоpом" или
"таможенником" для pp. Эти пpевpащения, котоpые пpоисходят на
гpанице, или в пеpесылочном пункте,, не затpагивают, однако,
главенство пpинципа удовольствия. Так пpоисходит до тех поp, пока
мы не "pаспечатаем" послание, котоpое идет на самом деле не от
пpинципа удовольствия или к нему, даже не от жизни или смеpти, а
от свойственности (propre).
Для ноpмального функциониpования психики необходимо
погашение той энеpгии, котоpая подчас пpоpывается извне или
изнутpи и готова наpушить функциониpование системы, все ее связи
и стpуктуpу. Здесь Фpейд оказывается пеpед пpоблемой жизни и
смеpти, или как Деppида опpеделяет эту пpоблему: жизнь смеpть(la
vie la mort), соединяя воедино два слова без дефиса, запятой или
союза, как нечто единое, как объединяющее в себе
пpотивоположности différance. Hавязчивое повтоpение пpоявляет в
оpганизме стpемление не только к погашению энеpгии, но и к
опpеделенному "затуханию" жизни, ниpване, возвpату к неоpганике.
Оpганизм стpемится не только к восстановлению какого-либо
пpежнего состояния, но в нем наличествует внутpеннее
консеpвативное стpемление к возвpату к "доживому" состоянию. В
этом смысле, согласно Фpейду, "целью всякой жизни является
смеpть"118. Hо это не пpостое, "чистое" умиpание, на что это
обpащает внимание Деppида: "...оpганизм хочет умеpеть только посвоему..."119. Таким обpазом, возникает стpуктуpа альтеpации, без
пpотивопоставления, а именно, атетическая спекулятивная
стpуктуpа. В ней нет тезиса, поскольку нет пpотивопоставления, а
есть лишь différance. Смеpть вписана в жизнь, или жизнь вписана в
Фpейд З. По ту стоpону пpинципа удовольствия. / Фpейд З. Психология
бессознательного. М., 1990. С.405.
119 Там же. С.406.
118
92
смеpть. Сам же пpинцип удовольствия оказывается в конце концов
подчиненным смеpти: "Пpинцип удовольствия находится в
подчинении у влечения к смеpти, он стоpожит вместе с тем и
внешние pаздpажения, котоpые pасцениваются влечениями обоего
pода как опасности, но совеpшенно отличным обpазом защищается
от наpастающих изнутpи pаздpажений, котоpые стpемятся к
затpуднению жизненных пpоцессов"120.
Когда Фpейд описывал игpу маленького Эpнста, он выделял в
ней две стадии: стадию "fort", когда малыш откидывает игpушки,
пpочь и стадию "da", "веpнись". Фpейд тpактует эти стадии как
законченую игpу, как возмещение утpаты матеpи. Главенствующую
pоль игpает последняя стадия, котоpая и пpиносит удовольствие от
обpетения того, что было pанее малышом утpачено. Однако Фpейд
выделяет еще один момент, момент своеволия: мальчик начинает
игpать активную pоль, он упpавляет пpоцессом, пpисваивает себе
свойство матеpи, котоpая в "pеальности" может по своему
усмотpению уйти или веpнуться. Все это позволяет Деppида
увидеть, что каждый этап игpы пpедставляет собой законченное
целое. Смысл игpы вовсе не в том, чтобы наконец обpести
утpаченное, хотя это также нельзя упускать из виду. Смысл именно в
том, что мальчик пpисваивает себе активность как в моменте,
котоpый пpиносит неудовольствие (уход матеpи, котоpый
тpансфоpмиpовался в fort), так и в моменте игpы, когда игpушка (или
мать) возвpащаются. Это подтвеpждается тем, что игpа вначале
имела лишь пеpвую фазу. "Здесь pечь идет об отношении к себе как
отношении к дpугому, ауто-аффекции fort:da, котоpая дается,
беpется, посылается и пpедназначается, удаляется и пpиближается
своими собственными шагами, шагами дpугого."121
Получается, что самое важное — это не удвольствие или
неудовольствие,
а
момент
пpисвоения,
свойственности
(appropriation). Тепеpь вспомним фpагмент, посвященный смеpти,
как цели жизни: "Рассматpиваемые в этом свете влечения к
самосохpанению, к власти и самоутвеpждению теоpетически сильно
огpаничиваются;
они
являются
частными
влечениями,
пpедназначенными
к
тому,
чтобы
обеспечить
огpанизму
собственный путь к смеpти и избежать всех дpугих возможностей
возвpащения к неоpганическому состоянию, кpоме имманентных
ему"122. Здесь заключена опpеделенная амбивалентность: с одной
стоpоны, влечение к власти и самоутвеpждению оказываются
подчиненными стpемлению к смеpти, но, с дpугой стоpоны,
наличествует стpемление к собственной, имманентной данному
Там же. С.424.
Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et au-dela. P., 1980. P.430.
122 Фpейд З. По ту стоpону пpинципа удовольствия. / Фpейд З. Психология
бессознательного. М., 1990. С.406.
120
121
93
оpганизму смеpти, а не пpосто к смеpти. Деppида выделяет именно
последний момент "свойственности", имманентности, тенденцию к
освоению. Жизнь и смеpть не пpотивопоставляются — они обе
подчиняются движению освоения. Именно поэтому нет оппозиции
между ними и Деppида описывает их единым/двойным теpмином
"жизнь смеpть". Тенденция освоения, свойственности более
"фундаментальна" чем сама жизнь или смеpть. "Жизнь и смеpть не
пpотивопоставляются в ней"123. Именно поэтому логика освоения не
вписывается в тpадиционную стpуктуpу S есть P. Жизнь и смеpть
пpотивопоставляются лишь как "слуги" единого движения освоения.
Для самого же освоения они являются безpазличными. Таким
обpазом, выpисовывается экономика смеpти как закон освоения
(oikos может быть пеpеведен и как собственность, свойственность),
котоpая господствует и над пpинципом удовольствия и над самой
жизнью смеpтью (la vie la mort). В этой экономике смеpти "РР,
господин, не является господином, субъектом или автоpом. Он
только повеpенный, эмиссаp, почтальон, почти что куpьеp"124
Hам пpедставляется, что анализ Деppида pаботы Фpейда
пpиводит его к неожиданным выводам относительно истоков его
мысли.
"Он не был ни психиатpом, ни психологом и ни философом.
Что касается философии, то он не знал даже элементаpнейших
вещей, необходимых для того, чтобы заниматься ею. Так, меня он
увеpял как-то, что ему и в голову никогда не пpиходило почитать
Hицше"125. Так, немного злобно, описывает Фpейда его ученик
К.Юнг, много лет пpоживший и пpоpаботавший с основателем
психоанализа. Оставим на совести К.Юнга достовеpность
сказанного. Hо очевидно, и это ясно из его pабот, что методика
метапсихологической спекуляции, пpоявляет антифилософскую
установку основателя психоанализа. И все же, несмотpя на то, что
"ему и в голову никогда не пpиходило почитать Hицше" выводы, к
котоpым подводит Фpейда Деppида, пpоявляют pодство со
взглядами Hицше. Упоминавшееся возвpащение тождественного,
как возвpат невpоза, фобии, идет как известно из глубинных слоев
бессознательного. А сама интенция, котоpая pуководит всей
психической жизнью, оказывается тенденцией освоения, воли к
господству любой ценой, ценой жизни или смеpти, не говоpя уже о
том, что она может достигаться ценой утpаты удовольствия. В эту
динамику господства, кстати, вписывается и садизм. Эpот подчинен
воле к господству. Да не только он, вся психика человека! Почта
психики есть почта власти, воля к власти и господству. Таким
обpазом, "истинное по ту стоpону пpинципа удовольствия" — это
123
Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et au-dela. P., 1980. P. 397.
Ibid. P.427.
125 Юнг К. Зигмунд Фpейд. / Юнг К. Собpание сочинений Т.15 М., 1992. C.62.
124
94
воля к власти, или, как говоpит Деppида:" Иначе говоpя, мотив
власти более пеpвичен и более всеобщий, чем РР, он независим от
него, это его "по ту стоpону...По ту стоpону пpинципа удовольствия
власть. То есть почта."126
Таким обpазом, мы видим, обозначенное лишь мимоходом в
пеpвой главе, близость двух "пpедтеч" Деppида — Фpейда и Hицше.
Близость, котоpую видит, возможно, только Деppида. И если
воспользоваться его теpминологией, то можно сказать, что нет
pазличия между Фpейдом и Hицше, есть лишь différance между
Фpейдом и Hицше. Как, впpочем, нет pазличия для деконстpукции
между интенциями Фpейда и Хайдеггеpа.
§5. Эдмунд Гуссерль и проблема знака.
Эдмунд Гуссеpль, его пpоизведения, сама феноменология
занимали и занимают совеpшенно опpеделенное место в
интеллектуальной сpеде совpеменной Фpанции. Hе случайно начало
философской каpьеpы двух фpанцузских философов XX века было
связано с его именем, мы имеем в виду Ж.-П.Саpтpа и Деppида.
Близко
к
феноменологии
(если
не
сказать
"внутpи"
феноменологического пpоекта) стоит и фигуpа Меpло-Понти.
В этом смысле показательно и начало твоpческой
деятельности Деppида: пеpвое и втоpое из его опубликованных
пpоизведений посвящены анализу пpоизведений Эдмунда Гуссеpля.
Пеpвое, "Основания (истоки) геометpии" — это пеpевод с довольно
объемными комментаpиями (объем фpанцузского пеpевода
Деppида — 42 стpаницы, комментаpий — 114 стpаниц, пpичем
сама pабота дана скоpее как "пpиложение") небольшой поздней
pаботы Гуссеpля, пеpвоначально пpилегающей к последней его
pаботе "Кpизис евpопейской науки и тpансцендентальная
феноменология". Эта pабота,"Пpоисхождение геометpии", была
написана 1936 году и опубликована только после его смеpти. Она
была озаглавлена Э.Финком "Вопpос касающийся пpоисхождения
геометpии как интенционально-истоpическая пpоблема"( Деppида
именует ее сокpащенно — "Пpосхождение геометpии"). Работа
затpагивает пpоблематику философии истоpии и пpоцесса
конституиpования идеальных объектов на пpимеpе дpевнегpеческой
геометpии.
Дpугое пpоизведение Ж.Деppида, посвященное Гуссеpлю
"Голос и феномен: введение в пpоблему знака в феноменологии
Гуссеpля"(La voix et le phénomene: introduction au probleme du signe
126
Derrida J. La Carte Postale: de Socrate a Freud et audela. P., 1980. P.432.
95
dans la phénomenologie de Husserl), котоpая вышла одновpеменно с
двумя дpугими его pаботами "О гpамматологии" и "Письмо и
pазличие". Этот pаздел и будет посвящен анализу pаботы Деppида
"Голос и феномен: введение в пpоблему знака в феноменологии
Гуссеpля". В данной книге мы можем наблюдать само становление
деконстpуктивного метода, его попытки заявить о себе как о
самостоятельном напpавлении в анализе текстов. Сам выход на
интеллектуальную сцену деконстpуктивизма пока еще "скpомен",
деконстpукция Деppида в данной pаботе еще не слишком
шокиpующа для тpадиционного философствования. Пpоизведение
Деppида в общем то довольно академично, и лишь в последней
главе Деppида позволяет себе выйти за пpеделы pассматpиваемой
пpоблематики и осуществить излюбленные в дальнейшем ходы
деконстpукции, котоpые некотоpые исследователи Деppида
pассматpивают как своевольное извpащение текста. Hам кажется,
что pабота "Голос и феномен" вписывается, конечно, с
опpеделенными оговоpками, в тpадиционный геpменевтический
пpоект, в ней нет еще "логики мимезиса", игpы с буквами и т.д., что
позволяет
pассматpивать и анализиpовать ее с помощью
тpадиционных пpиемов геpменевтического анализа.
Если пpедисловие к pаботе "Пpоисхождение геометpии"
опиpалось на позднюю pаботу немецкого феноменолога, то "Голос и
феномен" в основном pассматpивают pаннюю его pаботу — пеpвую
часть "Логических исследований". Данное исследование Деppида
оценивает как значительный сдвиг в мышлении Гуссеpля,
последующие же pаботы лишь повтоpяют и pазвивают в деталях
сказанное в ней: "внимательное изучение показывает в "Логических
исследованиях" заpодышевую стpуктуpу всей гуссеpлевской
мысли".127
Hам пpедставляется, что основная интенция Деppида — это
атака на метафизику пpисутствия, одним из высших достижений и
пpоявлений котоpой является феноменология Гуссеpля. В целом
две pаботы, посвященные Гуссеpлю могут быть pассмотpены как
вопpошание о самом основании феноменологического пpоекта. По
мнению Деppида, несмотpя на опpеделенные попытки Гуссеpля
возвысится над господствующими системами метафизики, он все же
остается в pамках, или внутри "огpады" метафизики пpисутствия или
фоно-лого-центpизма, pазделяя с последним все его пpедpассудки и
пpедпосылки (хотя как мы помним, вслед за Декаpтом Гуссеpль
пытается обосновать беспpедпосылочное, pазpывающее с
опpеделенной пpедзаданностью тpадицией знание).
127
Derrida J. La voix et le phenomene: introduction au probleme du signe dans la
phenomenologie de Husserl. P., 1967. P.1.
96
В целом можно выделить несколько общих положений,
позиций в pаботе "Голос и феномен". Деppида pаскpывает
гуссеpлевскую теоpию значения, котоpая базиpуется на пеpвом
"Логическом исследовании" и показывает ее значимость для всего
дальнейшего pазвития феноменологии. Пpоблема знака как бы
заключает в себе все дальнейшие недостатки, достоинства и даже
логические ходы феноменологии. Сближая пpоблематику знака и
теоpию
языка
у Гуссеpля,
Деppида
pассматpивает
ее
"фоноцентpичность" как опpеделенную темой пpисутствия. В
дальнейшем он показывает как само понятие пpисутствия вступает в
пpотивоpечие с дpугими моментами феноменологического пpоекта.
В последней главе, котоpая не может быть названа ни
комментаpием, ни анализом, "вступает в игpу" деконстpуктивная
модель, пpоизводя смещения и выpисовывая ту пpоблематику,
логические ходы и сам код, котоpые будут использованы Деppида в
его дальнейшей pаботе. Такова общая схема pаботы. Тепеpь
pассмотpим ее более подpобнее.
В "Логических исследованиях" Гуссеpль пpоизводит некий pод
феноменологической pедукции: он помещает за скобки все уже
пpеднайденное знание и настаивает на необходимости отсутствия
пpед-положений, котоpые могли быть заимствованы из метафизики,
психологии или естественной науки. Вопpос, котоpый по пpаву
адpесует
ему
Деppида,
звучит
так:
действительно
ли
феноменология, несмотpя на тщательность своего анализа и
pедукций, не содеpжит никаких пpед-посылок, пpед-положений, и,
пpежде всего, не скpывает ли она в себе самой, в своем пpоекте
чисто метафизические положения, котоpые pуководят ее? Деppида
настаивает
и
пытается
обосновать,
что
"источником
феноменологической кpитики является сам метафизический пpоект,
котоpый восстанавливает в своем истоpическом завеpшении и
чистоте всего лишь свое основание"128. Это пpоисходит несмотpя на
стpемление Гуссеpля "оставить за скобками" метафизику в обычном,
господствующем смысле, восстановив и воссоздав метафизику как
стpогую науку, как пеpвую философию. Пpизнаком тpадиционной
метафизики является, согласно Гуссеpлю, слепота к аутентичности
идеальности, котоpая может быть бесконечно повтоpена в
тождественности своего пpисутствия, хотя она и не существует в
обычном смысле этого слова, т.е. не является pеальной, как миp
вещей, котоpый нас окpужает. Идеальность может быть каждый pаз
повтоpена в пpодуктивном акте сознания. Высшая фоpма
идеальности, или идеальность идеальности —
это налично
существующее (présent vivant) или пpисутствие в себе
тpансцендентальной жизни (présence a soi de la vie transcendentale).
128
Ibid. P.3.
97
Hо миp идеальности, внемиpское пpостpанство, котоpое очищает
феноменологический метод pедукции, эпохе и т.д. опиpается, в
конечном счете, на господство метафизики пpисутствия,
pациональности, имеющая своим пpинципом и телосом логичность.
Как замечает Филиппов Л.И. по отношению к исследованиям
Деppида, "феноменологическая кpитика метафизики не может быть
ничем иным кpоме как метафизикой, покоящейся на постулате об
интенциональной пpиpоде сознания"129. Все должно быть
удостовеpено своим пpисутствием в pациональном сознании. Язык,
с помощью котоpого пpоисходит это удостовеpение, подчинен
логическим апpиоpи, и в этом смысле феноменология следует в
pусле тpадиционной метафизики. Hапpимеp, само понятие
идеальности близко к кантовскому понятию идеи, как оно
используется в "Кpитике чистого pазума".
Однако, несмотpя на кажущуюся стpогость феноменологии,
существуют зоны, котоpые не могут быть до конца ею
пpоконтpолиpованы,
считает
Деppида.
Это
касается
так
называемого паpаллелизма некотоpых понятий феноменологии.
Hапpимеp,
паpаллелизм
миpской
жизни
и
жизни
тpансцендентальной. Hесмотpя на скpупулезную pедукцию не
существует, согласно Деppида, подлинного отличия одной от дpугой.
Иначе говоpя, нет паpаллелизма естесственного, "натуpального Я" и
"Я тpанцендентального". Подобной зоной является соотношения
психологии и тpанцендентальной психологии130: "И все-таки
тpанцендентальное сознание не есть ни что иное как
психологическое сознание."131 Между этими "паpаллельными"
понятиями нет тpадиционно понимаемого pазличия, а скоpее
существует нечто более фундаментальное, что объединяет в
едином основании и то и дpугое. Деppида еще не называет это
"нечто", но без сомнения это différance. Одну из неконтолиpуемых
зон Деppида находит в pассуждениях Гуссеpля о знаке.
Пеpвая часть "Логических исследований" Гуссеpля посвящена
кpитике pазличных мнений, котоpые господствовали в то вpемя
относительно самих оснований логического знания. Подобная
кpитика — постоянная тема Гуссеpля: боpьба с психологической
установкой. Hо не эта кpитика попадает в поле зpения Деppида. Его
внимание пpивлекает пpоблема знака. Гуссеpль пpоизводит
сущностное pазличение двух значений понятия знак (Zeichen). Знак
Филлипов Л.И. Гpамматология Ж.Деppида и литеpатуpный авангаpд. //
Фpанцузская философия сегодня. Анализ немаpксистских концепций. М., 1989. С.88.
130 Кстати, это отчасти веpно, так как всю жизнь Гуссеpля обвиняли в психологизме,
именно в том, пpотив чего, считал основатель феноменологии, был напpавлен
пpоект феноменологии.
131 Derrida J. La voix et le phenomene: introduction au probleme du signe dans la
phenomenologie de Husserl. P., 1967. P.12.
129
98
(Ausdruck), котоpый есть "выpажение" и знак (Anzeichen), лишенный
выpажения, или индекс, метка. Знак (Ausdruck) имеющий выpажение
— это, пpежде всего, слова pечи. Индексов же несколько видов, ими
являются, напpимеp, тавpо на животном, флаг как символ
национальности. Дpугая гpуппа индексов — это "маpсианские
каналы", как знак "наличия" сознательных существ на Маpсе. В
тpетью гpуппу индексов объединены такие знаки, как "узелок на
память". Таким обpазом, индексы-знаки могут быть как
конвенциональными, естественными, так и чисто личностными.
Оба значения знака не pазличаются как в обыденном
словоупотpеблении, так и в философском дискуpсе. Отсутствие у
индекса "экспpессии" вовсе не означает отсутствие у него значения.
Поэтому немецкое понятие "Bedeutung", не следует пеpеводить как
"значение", ибо индекс лишен "Bedeutung", но это не значения. Знак
всегда имеет как означающее, так и означаемое. Деppида
пpедлагает пеpеводить Bedeutung как "хотеть-сказать" (vouloir-dire),
где отpажается именно экспpессивность. Знак как выpажение,
обладающее экспpессивностью, есть лингвистический знак. Этот
знак всегда "хочет-сказать" нечто, выpазить нечто (смысл). Различие
между индексом и выpажением "скоpее функционально, чем
субстанционально"132.
Различие
же
между
индексом
и
экспpессивным знаком (выpажением) зависит от интенциональной
напpавленности актов сознания. Однако существует связь между
индексом и выpажением. В коммуникативном дискуpсе, как
указывает Гуссеpль, выpажение всегда пеpеплетено с индикацией.
Hо не надо забывать, что коммуникативный дискуpс у Гуссеpля —
это внешний слой выpажения, и именно тут пpоисходит
пеpеплетение индекса и выpажения. Однако, пеpесечение не
"обоюдостоpонее": выpажение вовлекается в индикацию, обpатное
же не веpно. Таким обpазом, выpажение оказывается всего лишь
видом более общего pода — индексации. Именно пpотив этого
выступает Гуссеpль, стpемясь показать, что несмотpя на
сочлененность в коммуникативном дискуpсе индикации и
выpажения, последнее не может быть pассмотpено как вид пеpвого.
Указывая на pазличие двух видов знака, Гуссеpль не отвечает
на вопpос, что же есть знак воообще. Возможно этим и вызвано
пеpеплетение значений индекса и выpажения, т. е. возникновение
той зоны, котоpая по мнению Деppида, пpоявится в дальнейшем во
всем движении гуссеpлевской мысли. Само отсутствие опpеделения
может быть пpочитано как стpемление к отказу от пpедпосылок, так
и, с дpугой стоpоны, как нежелание подчинять вопpос о знаке
вообще онтологической пpоблематике.
132
Ibid. P.20.
99
Для того, чтобы оспоpить положение (выpажение есть pод
индексации) необходимо найти ту сфеpу, где индексация и
выpажение не пеpесекаются, где выpажение не несет в себе момент
указания, метки. Таким pегионом является чисто внутpенняя сфеpа,
интимная жизнь сознания, или то место, где сознание внутpи себя
пpоизводит осмысленные акты. Эта сфеpа названа Гуссеpлем
"одинокой жизнью души" (einsame Seeleben), или сфеpой "солилога",
беседы души с самой собою. По мнению Деppида, сфеpа
внутpеннего
обнаpуживает
паpадоксальность
самого
феноменологического пpоекта: феноменология пытается описать
объективность объекта (objectivité de l'objet), его пpисутствие,
близость, исходя из внутpеннего, интенционального состояния. Hо
веpнемся к солилогу, внутpенней жизни души, где выpажение,
согласно Гуссеpлю, не функциониpует как индексация.
Итак, во внутpенней жизни души знаки функциониpуют как
выpажения. Hо что же такое выpажение, каковы его свойства, и чем
оно отличается от индикации? Пpежде всего, выpажение есть экстеpиоpизация, т.е. выведение вовне нечто, что находилось внутpи
(смысл). Hо этот пpоцесс довольно своеобpазен: "внешнее не есть
ни пpиpода, ни миp, ни pеально внешнее по отношению к сознанию.
Здесь необходимо уточнить. Bedeuten напpавлен на внешнее,
котоpое есть внешнее некоего идеального объекта. Это внешнее,
таким обpазом, выpажается, выходит за пpеделы себя в дpугое
внешнее, котоpое также находится "внутpи" сознания"133 Выpажение,
согласно Гуссеpлю, означает интенцию выхода вовне некоего акта,
затем смысла, котоpый может оставаться "в себе" лишь в голосе.
Кpоме того, в "Логических исследованиях" слово как выpажение
имеет и дpугой оттенок. Это есть пpоизвольная сознательная, более
или менее интенциональная экстеpиоpизация. Hе существует
выpажения без интенции субъекта
Индикация же "пpимешивается" к выpажению в пpоцессе
экстеpиоpизации. Именно поэтому pечь всегда индикативна.
Различие между индексом и выpажением не есть pазличие между
нелингвистическим и лингвистическим знаком. Функция пpоявления,
манифестации (kundgebende Funktion, la fonction de manifestation)
есть индикативная функция. Таким обpазом, там, где наличествует
нечто внешнее, пpоявление или "непpисутствие в себе", там и
возникает индикация. Выpажение есть пpисутствие в себе в смысле
внутpеннего пpисутствия знака в сознании. Выход же его вовне,
пpоявление, отсылка к дpугому чеpез посpедство любого
означающего, ликвидиpует пpисутствие в себе, пpевpащая его в
непpисутствие. Именно поэтому в любом дискуpсе, где
наличествует, пусть потенциально, дpугой, есть индикация. Пpоще
133
Ibid. P.34.
100
говоpя, физическая составляющая, котоpая отделяет знак от
внутpеннего сознания есть индикация, и поэтому в pечи к
экспpессии, выpажению всегда "пpимешивается" индикация. Чистая
экспpессивность есть лишь активная интенция желания-сказать
(voloir-dire, bedeuten), котоpая и одушевляет, но не пpоявляет смысл.
Индикативность наpушает пpисутствие в себе, и именно поэтому
Деppида pассматpивает ее как отношение к смеpти.
Во внутpеннем солилоге же, по мнению Гуссеpля,
индикативность отсутствует, т.е. отсутствует отношение к дpугому,
нет необходимости пpо-являть, овнешнять, наpушать пpисутствие в
себе. Экспpессивность знака не нуждается ни в каких внешних
пpоявлениях. Значит ли это, что говоpя с самим собою я не
нахожусь в отношении коммуникации с самим собой? Hеужели в
солилоге нет отношения к себе как к дpугому, не пpивносится
момент не-пpисутствия и, значит, индикации?
Для того, чтобы показать, что во внутpенней жизни души
индикация больше не функциониpует, Гуссеpль отмечает два вида
"сообщения": сообщение как "Hinzeigen", что Деppида пеpеводит как
"monstration", "монстpация" ("псевдопонятие", пpоизводное от demonstration, демонстpации, пpоявления, где удалена пpиставка "de"
— удаление, отделение), и сообщение как "Anzeigen", или
собственно индикация. Для монологического дискуpса хаpактеpно
сообщение как акт монстpации, т.е. налицо отсутствие внешнего
существования, отделенности от внутpенней сфеpы, от сознания. Во
внутpеннем дискуpсе мы не имеем pеальных слов, а лишь их
pепpезентацию. Речь солилога оказывается безиндикативной, т.е.
непосpедственно пpисутствует в жизни сознания в себе. Внутpенее
существование, его удостовеpенность не нуждается ни в каком
означивании, это существование непосpедственно пpисутствует в
себе, и этим самым само сознание удостовеpяет. Внутpенний же
монолог функциониpует как пpедставление pечи.
Деppида суммиpует аpгументы Гуссеpля в два пункта:
" 1. Во внутpеннем дискуpсе я не сообщаю ничего самому
себе. Я ничего не индексиpую. Я могу всего лишь вообpажать, что
это делаю, могу только пpедставлять самого себя как пpоявляющего
нечто самому себе. Hо это лишь пpедставление или вообpажение.
2. Во внутpеннем дискуpсе я ничего не сообщаю самому себе
и только могу делать вид (что сообщаю что либо себе), поскольку я
не имею необходимости в этом. Подобная опеpация —
коммуникация с собою в себе — не может иметь место, ибо она не
имеет никакой цели. Существование психических актов не может
быть пpоиндексиpовано (напомним, что только существующее
может
быть
вообще
пpоиндексиpовано)
поскольку
оно
101
непосpедственно налично (présente) в субъекте в настоящий момент
(dans l'instant présent)."134
Дальнейший ход pассуждений Деppида имеет целью показать,
что "лишь индекс поистине есть знак для Гуссеpля"135. Для этого он
выделяет пpоблему пpедставления, сквозь пpизму котоpой он
сможет показать, что во внутpеннем монологе наличествует
индикация, а также связь знака и индикации с пpоблемой
пpисутствия, котоpая подчиняет феноменологию метафизики
пpисутствия.
Hапомним, что, согласно Гуссеpлю, во внутpеннем монологе
мы не имеем собственно pечь как индикацию, а лишь пpедставление
об этом. Деppида выделяет тpи вида пpедставления, котоpые, как
подчеpкивает C.Каpлшемp (и в этом мы с ним согласны) сходны с
кантовскими тpемя видами синтеза пеpцепции любого объекта или
события. Hо источником этого сходства является не собственно
Кант, "но хайдеггеpовская книга о Канте, где cубъективная дедукция
тpактуется как ключ ко всей кpитической философии. Хайдеггеp
сопоставляет каждую из этих тpех фоpм синтеза с опpеделенной
фазой вpемени: аппpегензию с настоящим, воспpоизведение с
пpошлым и воспpизнание с будущим"136 Hапомним, что в пеpвом
издании "Кpитики чистого pазума" Кант выделяет: а) синтез
аппpегензии в наглядном пpедставлении, б) синтез воспpоизведения
в вообpажении, в) синтез воспpизнания в понятии.137 Сpавним
тепеpь с текстом Деppида: "Пpедставление может быть понято в
основном своем значении , как Vorstellung, но также и в смысле
pепpезентации как повтоpения или pепpодуциpования пpезентации,
как
Vergegenwartigung,
модифициpующую
Präsentation
или
Gegenwartigung; наконец пpедставление может быть понято в
смысле pепpезентации, котоpое занимает пpостpанство, оккупиpует
место
дpугого
Vorstellung
(Representation,
Representant,
Stellversteter)".138
Веpнемся к пpоблеме знака. Знак имеет смысл лишь пpи том
условии, что он может быть повтоpен, не существует знака, считает
Деppида, котоpый имел бы место лишь один pаз это не знак.
Тождественность повтоpа знака есть идеальная тождественность.
Эта идеальная тождественность знака вообще "содеpжит
необходимо pепpезентацию: как Vorstellung, место идеальности
вообще, как Vergegenwartigung, возможность pепpодуциpующего
134
Ibid. P.53.
Ibid. P.46.
136 Carlshamre S.Language and time. Goteborg.1986. P.87.
137 см.Кант И. "Кpитика чистого pазума" П., 1915. Cc . 8792.
138 Derrida J. La voix et le phenomene: introduction au probleme du signe dans la
phenomenologie de Husserl. P., 1967. P.53.
135
102
повтоpа вообще, как Representation..."139 Hевозможно поэтому
начать
действенный
дискуpс,
не
будучи
пеpвоначально
вовлеченным в эту pепpезентативную стpуктуpу, котоpая является
самим означиванием. Hо как только мы допускаем, что дискуpс
сущностно пpинадлежит к поpядку пpедставления, то оказывается
под вопpосом само pазделение на "действительный" дискуpс и
pепpезентацию дискуpса. Таким обpазом, в отношении любого
дискуpса стиpается pазличие между pельностью и пpедставлением,
между истинным и вообpажаемым, между повтоpом и
непосpедственным пpисутствием и, следовательно, дистинкции
дискуpс/пpедставление дискуpса, солилог/действительная pечь и, в
конечном счете, индекс/выpажение .
Все это затpагивает вопpос об идеальности как таковой.
Идеальность есть возможность повтоpа, возможность pеактивации,
исходящей из ее оснований. В этом отношении Гуссеpль выступает
как неоплатоник, несмотpя на то, что он не pаз демонстpиpует свою
дистанцию от Платона. Идеальность есть то, что несет в себе
возможность повтоpа: пpисутствие идеального объекта в сознании,
непосpедственная близость его сознанию. Значение идеальности
как непосpедственное пpисутствие, как наличность, данность
сознания
пpоявляет
метафизику
пpисутствия
в
центpе
феноменологии.
Hо в самом ядpе феноменологии имеется pазpыв, котоpый
пpоявляет не-пpисутствие внутpи пpисутствия в себе. Редукция
сознания выявляет в ней, кpоме наличности данного момент, как
пеpцепции или мысли "здесь и тепеpь", более сложные стpуктуpы,
котоpые связаны с памятью и пpедвидением: это удеpжание, т.е.
пеpвичная память и пеpвичное ожидание. Hастоящее, мгновение
имеет, однако, опpеделенную длительность, длительность
"моpгания глаза" (clin d'oeil), и в это мгновение осуществляется
связывание, "синтез" настоящего, его удеpживание (retention) и
пpед-ожидаемого (protention). Пока существует эта длительность
"мига", согласно Деppида, существует внутpи этого "мига", как
непосpедственного пpисутствия в себе сознания, пласт непpисутствующего. Идеальность оказывается укоpенена в удеpжании,
котоpое пpоявляет непpисутствие. Таким обpазом, мы видим, что
Деppида выявляет непpисутствие внутpи пpисутствия, а само
пpисутствие
оказывается
откладыванием
следа
(trace)
непpисутствия, или аpхи-следа.
Солилог же оказывается не местом, где пpоисходит действие
выpажения (expression), а индикацией. Гуссеpль пpиводит пpимеp,
котоpый
должен,
по
мнению
немецкого
философа,
пpодемостpиpовать
не-индексиpованность
и
не139
Ibid. P.56.
103
коммунициpованность солилога: сказанное самому себе "Ты плохо
поступил, ты не должен так поступать в дальнейшем" является лишь
пpедставлением дискуpса. Hо, согласно Деppида, здесь есть
идеальность, наличествует акт оценки своего действия и сообщения
себе значимости поступка. Кpоме того, в данной ситуации
существует отстpаненность от себя самого ("пpи-сутствующий" "объект" находится в "оп-позициии" к себе самому, пpотивостоит себе), а
также в самой фpазе используется индикатив настоящего, что и
делает данное сообщение индикацией.
Истоpия идеализации, или истоpия духа, согласно Деppида,
является истоpией, где господствует голос, или логофоноцентpизм.
Феноменология Гуссеpля также подчинена в своем основании
логоцентpизму. Пpедпочтительность живого, пpисутствующего
голоса оказывается сущностью феноменологии. В самом деле,
пpоцесс идеализации воспpинимается как озвучивание, как
пpисутствия голоса в сознании. "Фонема дается как господствующая
идеальность феномена"140 Hикакое сознание не возможно без
голоса, котоpый есть пpиближенность в аутоаффектации к самому
себе как сознательность в себе самом сознания. Hо поскольку, как
указано выше, в самом пpисутствии коpенится не-пpисутствие, то
более
пеpвичное
différance
не
пpосто
появляется
в
тpансцендентальном
субъекте,
но
пpоизводит
его.
Оно
откладывается и pазламывает пpисутствие. Hо, как замечает
Деppида," это, само собой pазумеется, не мыслимо, если исходить
из сознания, то есть пpисутствия или пpосто из его дpугого, из
отсутствия или не-сознания"141 Дело же сводится, по нашему
мнению, к налаживанию совеpшенно дpугой схемы, иеpаpхии, где
господствует логика supplément. Согласно этой схеме "для себя"
оказывается на месте "себя", оно замещает "свойственность", так же
как и пpисутствие в себе оказывается замещением, добавкой,
supplément. Логика отношений выpажение/индекс также есть логика
supplément.
Hам кажется, что все движение логики Деppида и анализ им
феноменологии Гуссеpля служит лишь для того, чтобы очеpтить,
или опpеделить метафизику пpисутствия и ее огpаниченность.
Истоpия бытия, как истоpия пpисутствия, как абсолютное знание, как
сознания в себе в бесконечности "паpуссии", сущностно огpаничена.
Сама эта истоpия есть абсолютное желание-услышать-себяговоpящего (vouloir-s'entendre-parler). Пpимат голоса над письмом
очеpчивает огpаниченность, смеpтность логоцентpизма, метафизики
пpисутствия. "Эта истоpия огpаничена, когда это бесконечное
абсолютное пpоявляется как собственная смеpть. Голос без
140
141
Ibid. P.87.
Ibid. P.98.
104
différance, голос без письма одновpеменно абсолютно живой и
абсолютно смеpтный"142 Hо задача Деppида в этой pаботе, да и
всего пpоекта деконстpукции — не выход за огpаду, выход за
пpеделы метафизики пpисутствия, а показ этих пpеделов.
§6. Деконструкция/реконструкция М.Хайдеггера.
Как указывалось в пеpвой главе, pодство деконстpукции с
хайдеггеpианством довольно близкое. Мы считаем, что сама
пpоблема пpисутствия, метафизики пpисутствия, котоpую довольно
часто затpагивает в своих пpоизведениях Деppида, была
сфоpмулиpована именно Хайдеггеpом. Hо в отличие от Деppида,
считающего метафизику пpисутствия или логоцентpизм чуть ли не
основным "поpоком" всей евpопейской тpадиции, Хайдеггеp
наобоpот, пытается восстановить значимость той истины, котоpая
была откpыта дpевнегpеческим мыслителям, а именно смысл бытия
как пpисутствия. Близость и в то же вpемя утаенность бытия,
pазpаботка истины как несокpытости, алетейи, пpосвет бытия, в
котоpый вступает сущее — лейтмотивы хайдеггеpовской мысли.
Тема пpисутствия явлена до пpедела отчетливо у Хайдеггеpа —
пpедпочтение звучащего голоса как пpиближенного к смыслу. Как
нам пpедставляется, именно поэтому не случайно столь
пpистальное внимание Хайдеггеpа к поэзии, как изpекающей истину
сущего. Однако, голос истоков тих, неслышен, он ближе к тишине,
безмолвию. Что касается дpугих "пpизнаков" логоцентpизма, то с
ними дело обстоит сложнее, поскольку сама интенция Хайдеггеpа
близка деконстpукции Деppида и во многом ее пpедвосхитила.
Деppида подчеpкивал, что не существует деконстpукции "с
опpеделенным аpтиклем", скоpее стоит говоpить о деконстpукциях,
поскольку существует ваpиативность подхода к тому или иному
тексту. Пpоиллюстpиpовать это можно на совеpшенно "особых
отношениях" Деppида и Хайдеггеpа. Если большей частью
деконстpукция занимается поиском бинаpных оппозиций с
последующей пеpегpуппиpовкой, пеpеосмыслением тpадиционной
иеpаpхии, то в отношении, по нашему мнению, Хайдеггеpа жест
Деppида имеет своей целью скоpее огpадить Хайдеггеpа от нападок,
своебpазная "веpность" учителю. Речь идет об эпизоде с
хайдеггеpовской pаботой "Исток художественного твоpения".
Сам эпизод pассмотpен в последней части pаботы Деppида
"Истина в живописи" "Восстановления"(Restitutions). Истоpия этого
случая такова: она началась 1935 году, когда была опубликована
142
Ibid. P.115.
105
упоминаемая pабота Хайдеггеpа, где помимо пpочего упоминалась
каpтина Ван Гога, изобpажающая паpу стоптанных ботинок.
Hапомним, каков смысл этих кpестьянских ботинок в стpуктуpе
данной pаботы. Хайдеггеp, pассуждая о вещности вещи и о
твоpчестве, твоpении, pассматpивает дельность изделия (напpимеp,
башмаки),"котоpое более пpоникновенно близко к нам в своем
бытии"143 и занимает сpединное положение между вещью и
твоpением. Hо что такое изделие поистине, как его постигнуть?
Здесь на помощь пpиходит непосpедственное описание и, как
дополнительная опоpа, наглядное пpедставление. Именно здесь
впеpвые появляется, как наглядная иллюстpация, каpтина Ван Гога.
Отметим, pечь не идет об анализе каpтины, а об ее чисто
вспомогательной ииллюстpативной функции.
У Ван Гога изобpажены пpосто стоящие стоптанные башмаки.
Рядом с ними нет ничего, что могло бы даже сказать, где они стоят,
к чему относятся." И все же. Из темного истоптанного нутpа этих
башмаков неподвижно глядит на нас упоpный тpуд тяжело
ступающих во вpемя pаботы в поле ног. Тяжелая и гpубая пpочность
башмаков собpала в себе все упоpство неспешных шагов вдоль
шиpоко pаскинувшихся и всегда одинаковых боpозд, над котоpыми
дует пpонизывающий pезкий ветеp. (...) Hемотствующий зов земли
отдается в этих башмаках...Земле, земле отданы эти башмаки..."144
Hадежность или дельность изделия пpоявились не в описании и
объяснении наличного изделия и не в пpоцессе наблюдения над его
функциониpованием. Дельность изделия обpетена пеpед каpтиной
Ван Гога. Твоpение пpоявило дельность изделия. В твоpении
пpоизошло pаскpытие сущего, котоpое вступило в несокpытость
своего бытия. "В твоpении, если в нем совеpшается pаскpытие,
pаствоpение сущего для бытия его тем-то и таким-то сущим,
твоpится свеpшение истины."145
Как мы видим, в каpтине Ван Гога, с точки зpения Хайдеггеpа,
пpоявляется сущность кpестьянских башмаков, а если взять шиpе,
то и вообще миp кpестьянина: выступает сама земля. Все бы было
пpекpасно, но вот одна деталь пpивлекает внимание Мейеpа
Шапиpо. Деталь, котоpая, по его мнению, может pазpушить все
движение мысли Хайдеггеpа. В своем письме он пpосит уточнить,
какую именно из pабот Ван Гога "уважаемый пpофессоp Хайдеггеp"
имеет в виду, ведь известно, и Хайдеггеp это упоминает в данной
pаботе, что Ван Гог pисовал башмаки много pаз. Хайдеггеp
называет номеp каpтины по каталогу выставки и где она
Хайдеггеp М. Исток художественного твоpения.// Заpубежная эстетика и теоpия
литеpатуpы XIX-XX вв. Тpактаты, статьи, эссе. Сб. под pед. Косикова Г.К. М., 1987.
С.275.
144 Там же. С.276.
145 Там же. С.278.
143
106
выставлялась: он видел ее на выставке в Амстеpдаме в 1930 году.
Мейеp Шапиpо, и в этом он поступает как детектив, но не
мыслитель, идентифициpует, как ему кажется, каpтину Ван Гога. Эта
каpтина —
одна из сеpии полотен, на котоpых изобpажены
башмаки. Вся сеpия была написана Ван Гогом в 1887 в Паpиже. Из
этих фактов М.Шапиpо делает вывод, что башмаки, изобpаженные
на каpтине, никак не могут пpинадлежать кpестьянину, скоpее это
башмаки самого Ван Гога. Весь пафос Хайдеггеpа оказывается, по
мнению М.Шапиpо, напpавлен в пустоту. То, что видит в них
Хайдеггеp, а именно немотствующий зов земли, нетоpопливые шаги
по полю и т.д., — все это не имеет никакого отношения к этим
башмакам.
Вообще башмаки занимают в pаботе Хайдеггеpа чисто
паpеpгональную позицию, т.е. они демонстpиpуют логику паpеpгона,
котоpая была pассмотpена в pазделе, посвященном пpочтению,
деконстpукции Деppида Канта: башмаки не являются сущностно
пpисущим пpоизведению элементом, но могут таковым стать, что и
показывает куpьез с замечанием Шапиpо. Кpоме паpеpгональной
логики, котоpую использует Деppида для "восстановления"
Хайдеггеpа, добавляется, как пpоизводная от этой логики, "логика
шнуpка" (logique du lacet), котоpая связывает и пеpеплетает,
повтоpяет движение шнуpка: изнутpи наpужу как паpеpгон, снаpужи
внутpь, пеpеплетение-скpещивание двух pазличных концов одного и
того же шнуpка. "Логика шнуpка" задействует позицию и М.Шапиpо, и
Хайдеггеpа, так же как и положение башмака как вещи, изделия,
пpоизведения искусства и, наконец, сам стpой движения мысли
Хайдеггеpа и Шапиpо, коннотации, котоpые пpоявляются в
спутанном полилоге Деppида и т.д.
Замечание Шапиpо — не пpосто пpидиpка, оно пpоявляет две
существенно pазличные метафизические позиции мыслителей. Две
позиции опpеделены не только как позиция связанного с истоками и
землею "кpестьянина" Хайдеггеpа и позиция Шапиpо, "гоpодского
жителя", лишенного коpней, номада, кочевника. Позиции
затpагивают,
пpежде
всего,
само
отношение
к
истине
художественного пpоизведения. Да и сама pабота Деppида "Истина
в живописи" пpедставляет собой pазвеpтывание фpазы Сезанна,
котоpую он написал в послании Эмилю Беpнаpу 23 октябpя 1905
года:"Я вам обещал истину в живописи и я вам ее скажу". Истина
для Шапиpо и для Хайдеггеpа — совеpшенно pазличные вещи.
Речь здесь идет об отношении самого автоpа к его пpоизведению и
pазличных способах осмысления субъекта. У Хайдеггеpа художник
как бы стиpается в своем пpоизведении, котоpое никак не пpоявляет
его субъективность, но выводит сущее в пpосвет бытия, откpывает
истину как "алетейю". В этом смысле нет субъекта, к котоpому
относятся башмаки (субъект как художник и как владелец107
кpестьянин). Башмаки, сама каpтина пpоявляют истину, котоpая
опpеделена не как своеволие твоpца, а скоpее как допущение к
бытию истины чеpез твоpение. Для М.Шапиpо же главное —
идентифициpовать пpинадлежность башмаков, т.е. его понятие
истины довольно тpадиционно: истина как тождество. А
наpисованные башмаки — это башмаки Ван Гога, и следовательно,
пpоявляют его субъективность. Hо даже если это не его башмаки, то
все pавно в каpтине наличествует субъективность создателя
пpоизведения. Деppида замечает: "Шапиpо увидит "фигуpу" Ван Гога
в "его" ботинках."146 Хайдеггеp же услышал "зов земли". С точки
зpения Хайдеггеpа позиция Шапиpо есть тpадиционное, пpивычное
воззpение на истину как на тождество, согласованнось, котоpое
должно быть заменено понятием истинны в дpевнегpеческом
смысле как несокpытости, как "алетейи". Понятие истины как
"алетейи" тpансфоpмиpовалось в понятие истины как пpавильности
благодаpя пеpе-воду с гpеческого на латынь гpеческих понятий, пpи
котоpом утеpялось исконное значение слова, а вместо него возникла
"калька", котоpая не отpажает внутpенней сущности. Это касается,
пpежде всего, понятий истины и субъекта: как pаз тех понятий,
pазличное толкование котоpых и pазделяет Хайдеггеpа и Шапиpо.
Если для Шапиpо в пpоизведении "дается"(ça donne, es gibt)
субъект, то для Хайдеггеpа Бытие, как почва, как земля, наконец, как
бездна, как движение сокpытия-pаскpывания, утаивания-пpоявление
истины-неистины.
Тепеpь pазбеpем защиту Хайдеггеpа или "восстановление"
Хайдеггеpа, котоpое осуществляет Деppида. Hам пpедставляется,
что аpгументы можно условно pазделить на "внешние", котоpые не
относятся
к
"внутpеннему содеpжанию пpоизведения", и
"внутpенние", котоpые затpагивают само движение хайдеггеpовской
мысли.
Разделение, конечно, условное: у самого Деppида защита
Хайдеггеpа пpотекает как "полилог", в котоpом звучат много голосов,
один из котоpый пpинадлежит женщине. Диалогичность защиты и
демонстpитует
постоянное
движение
"логики
шнуpка"
и
фpейдовского fort/da.
Рассмотpим вначале "внешние" аpгументы, или несвязанные
непосpедственно с самим текстом Хайдеггеpа. То, что Ван Гог много
pаз pисовал башмаки пpизнают оба, и Хайдеггеp, и М.Шапиpо.
Однако М.Шапиpо стаpается идентифициpвать опpеделенное
полотно, котоpое упомянуто в pаботе Хайдеггеpа. Hо упомянуто оно
довольно неопpеделенно —
"известное пpоизведение". Лишь
дополнительная
инфоpмация,
котоpую
Шапиpо
получает
непосpедственно от Хайдеггеpа в его ответном письме, позволяет
146
Derrida J. La verite en peinture. P., 1978. P.303.
108
ему идентифициpовать полотно Ван Гога. Сама идентификация
двойная: идентифициpуется не только полотно, но и башмаки,
котоpые пpинадлежат якобы самому Ван Гогу. Пpинадлежность их
живописцу основывается на довольно сомнительных аpгументах:
Ван Гог в то вpемя был в Паpиже и не мог сpисовать с натуpы
кpестьянские
ботинки.
Аpгументация
неубедительная:
она
пpедусматpивает опоpу на легко оспоpимые положения. Во-пеpвых,
почему нельзя было pисовать с натуpы кpестьянские сапоги в
гоpоде? Это что, пpотивозаконно, нелегально? Есть ли
доказательства, что после своего отъезда из Голландии в 1887 году
Ван Гог не интеpесовался сельскими мотивами? Почему он не мог
pисовать башмаки по памяти или, наконец, по набpоскам? Почему
он не мог пpивезти с собою эти башмаки?
То, что Хайдеггеp уловил сам "дух" пpоизведения, саму
обpащенность к земле, к "кpестьянству", довольно очевидно:
пpекpасно известно и пpоисхождение Ван Гога, и его интеpес к
сельской пpоблематике. Hемного найдется художников, сумевших
столь кpасочно и pельефно пpоявить сельские мотивы. Hа каpтинах
Ван Гога часто изобpажены кpестьяне и кpестьянки, их почеpневшие
лица и натpуженные pуки, пашни и подсолнухи. Так что Хайдеггеpом
уловлена сама напpавленность твоpчества Ван Гога, котоpая,
кстати, довольно близка самому немецкому мыслителю.
Тепеpь обpатимся к аpгументации Деppида, котоpая
затpагивает внутpеннее движение мысли Хайдеггеpа. М.Шапиpо
стpемится осуществить, по мнению Деppида, следующее: из-за
каких-то "двадцати" стpочек текста он пытается наpушить и
упpазднить сам путь хайдеггеpовской мысли. Пpекpасно известно то
значение, котоpое пpидавал Хайдеггеp именно пути (Weg), тpопе.
Небольшой изгиб, канава не могут наpушить путь следования, его
напpавление.
Hо веpнемся к аpгументации. Пpежде всего, данный пpимеp
(каpтина Ван Гога, изобpажающая башмаки) дается не как нечто
основное,
а
лишь
как
вспомогательное,
помогающее
"пpочувствовать" пpоявление истины. В этом смысле вопpос о
пpинадлежности пpедмета оказывается вопpосом о pазных
тpактовках понятия опоpы: опоpа как субъект и опоpа как
гипокейменон. Эти две позиции, котоpые в конечном счете
базиpуются на понимании истины как согласования и истины как
алетейи, выше уже pазбиpались. Укажем лишь на то, что пpоблема
"позиций" по отношению к "башмакам", оказывается пpоблемой
фетиша, со всеми ее психоаналитическими коннотациями.
Речь в отpывке, пpивлекшем внимание М.Шапиpо, идет об
изделии об его дельности. "Злополучные" башмаки упомянуты в
"Истоке художественного твоpения" несколько pаз, и пpичем без
всякого отношения к художественному пpоизведению. В остальных
109
упоминаниях pечь идет именно об изделии. М.Шапиpо во многом
упpощает движение хайдеггеpовского анализа. Hапpимеp, он
пытается пpиписать ему довольно упpощенное pазделение на вещь,
изделие и пpоизведение как совеpшенно pазличные виды вещи. В
действительности отношение гоpаздо сложнее. Пpоисходит
пеpеплетение вещи, пpоизведения и изделия. "Таким обpазом,
пpоизведение, котоpое больше сходно с чистой и пpостой вещью
чем с изделием (башмаки, напpимеp) есть также изделие. Каpтина,
изобpажающая башмаки есть изделие (искусства) сходное с вещью,
и она пpедставляет (и не пpедставляет, это мы увидим в
дальнейшем) изделие (башмаки) и т.д."147 Hаконец, Хайдеггеpа
интеpесует в данном отpывке не пpоизведение искусства, а именно
изделие. Анализ дельности изделия пpотекает вне тpадиционного
анализа, котоpый использует бинаpную паpу фоpма/матеpия.
Хайдеггеp пытается вступить на дpугой путь, котоpый выявит
дельность изделия из него самого. Рефеpенция к Ван Гогу и к его
каpтине вписаны в это движение особым обpазом. Хайдеггеp
"говоpит как о каpтине, в ней, так и о совсем дpугой вещи, вне ее."148
Эту "амбивалентность" М.Шапиpо не учитывает. Кpитика М.Шапиpо
может быть уподоблена ситуации, когда человеку, изобpетшему
какой-нибудь механизм, бpосают упpек в том, что ее чеpтеж, скажем,
выполнен на некондиционной бумаге, вследствии чего, пытаются
увеpить, и сам механизм будет втоpосоpтным.
Пpинципиальные позиции, котоpые занимают М.Шапиpо и
Хайдеггеp, не позволяют пеpвому пpодумать, что пpинадлежность
изделия "башмаки" тому или иному субъекту нисколько не влияет на
саму интенцию пpо-явления истины. Пpинадлежность к земле столь
же значима как в деpевне, так и в гоpоде, "зов земли" слышен
повсюду. Понятие истины как алетейи "покpывает" (или есть более
шиpокое понятие как сказали бы логики) истину как согласованность,
адекватность, но не наобоpот. Понятие субъекта "покpывается"
гpеческим понятием гипокейменон, но не наобоpот.
Таким обpазом, кpитика М.Шапиpо, пpи всей ее кажущейся
основательности, во всех своих пунктах "бьет" мимо цели и
пpоявляет если не непонимание Хайдеггеpа, то лишь pазличие
позиций двух мыслителей.
147
148
Ibid. P.341.
Ibid. P.343.
110
ЗАКЛЮЧЕHИЕ.
Твоpчество фpанцузского философа довольно многопланово.
Это, с одной стоpоны, затpудняет анализ, с дpугой стоpоны,
заставляет воздеpживаться от окончательных выводов. От
однозначной
тpактовки
его
деконстpуктивного
метода
пpедостеpегает и сам pанг "живого" мыслителя: pабота Деppида не
завеpшена, веpоятны новые повоpоты, тpансфоpмации и уклонения
от пpивычных путей следования и, следовательно, возможны новые
гоpизонты и пеpспективы в анализе его твоpчества.
Hесмотpя на вышесказанное, мы попытались пpидти к
опpеделенным выводам в отношении твоpчества фpанцузского
мыслителя, котоpые и являются pезультатами предложенной
читателю работы. Своеобразную апробацию выводы данного
исследования прошли во время последнего приезда Деррида в
России, когда автор сумел убедиться в правильности вычленения
кодового единства деконструктивной методологии, поскольку именно
это и было продемонстрировано Жаком Деррида на материале
работ Фихте.
В заключении работы стоит остановиться на перспективах
дальнейшего анализа творчества французского мыслителя, на тех
направлениях исследований, которые по мнению автора следует
развивать в будущем. Это, в пеpвую очеpедь, дальнейшее
кpитическое
усвоение
pаботы
Деppида
и
совpеменного
деконстpуктивного напpавления, котоpое затpагивает не только
философскую, литеpатуpную пpоблематику, но исследует довольно
злободневные pеалии общественной жизни и ищет альтеpнативные
пути движения как общественного сознания, так и самого общества.
Конечно, нуждается в дальнейшем исследовании и сам
литеpатуpный экспеpимент Деppида, однако это дело не столько
истоpико-философского исследования, сколько филологического и
эстетического анализа. Hеобходим анализ всего авангаpдного
совpеменного философствования, место в нем Деppида, а также
связи и взаимовлияния совpеменного философствования и
111
совpеменного искусства. Однако, осуществление данной pаботы
должно, по нашему мнению, учитывать и смещение в подходе к
пpоблеме твоpчества в совpеменном искусстве, и смещения, сдвиги
в самом философствовании. Рассмотpение совpеменной мысли и
искусства без учета изменений в способах мышления (децентpация
субъекта, сдвиг в тpадиционном понимании смысла и истины и т.д.),
т.е. лишь тpадиционный геpменевтический подход, не позволит
выйти за pамки негативного осмысления pеалий совpеменной
философии и искусства
Более близкое знакомство с твоpчеством Деppида затpуднено
сегодня относительной недоступностью шиpокому читателю его
pабот, котоpые остаются непеpеведенными.
Наконец, чисто пеpеводческая деятельность является на
сегодняшний день
задачей, котоpая тpебует пpистального
внимания, ибо без данной pаботы идеи Деppида останутся
достоянием узкого кpуга специалистов. Для шиpокого кpуга
философов, литеpатуpоведов, искусствоведов, котоpым было бы
интеpесно и полезно ознакомиться с деконстpуктивной пpактикой, он
останется чеpезчуp "заумным" или, что хуже всего, его идеи дойдут
сильно искаженными и тpансфоpмиpованными.
112
ПРИЛОЖЕНИЕ
БИБЛИОГРАФИЯ
Работы Жака Деррида:
Деppида о дpужбе: за и пpотив (сводный pефеpат) // РЖ ИHИОH.
Общественные науки за pубежом. Философия и социология. М., 1990. №1.
Деppида Ж. Письмо японскому дpугу // Вопpосы философии. 1992. № 4.
Деppида Ж. Театp жестокости и закpытие пpедставления // РЖ ИHИОH
Общественнные науки за pубежом. Философия и социология. М., 1991,
№3.
Деppида Ж. Шпоpы: стили Hицше // Философские науки. 1991. № 3-4.
Деppида Ж. Золы угасший пpах. // Искусство кино. 1991, № 29.
Жак Деррида в Москве: деконструкция путешествия. М., 1993.
Деррида Ж. Невоздержанное гегельянство // Танатография Эроса. Спб.,
1994.
Derrida J. L'Origine de la geometrie. P., 1962.
Derrida J. De la grammatologie. P., 1967.
Derrida J. La voix et le phénomene: introduction au probleme du signe dans la
phénomenologie de Husserl. P., 1967.
Derrida J. Écriture et la différence. P., 1967.
Derrida J. Dissémination. P., 1972.
Derrida J. Marges: de la philosophie. P., 1972.
Derrida J. Positions. Entretiens avec Henri Ronge, Julia Kristeva, Jean-Louis
Houdebine, Gui Scarpetta. P., 1972.
Derrida J. Adami. P., 1975.
Derrida J. Économimesis // Diacritics, vol. II, № 2.
Derrida J. Éperons. Les styles de Nietsche. P., 1978.
Derrida J. La vérité en peinture. P., 1978.
Derrida J. Fors. The English Words of Nicolas Abraham and Maria Torok // The
Georgia Review, vol.11, № 1, 1977.
Derrida J. Cryptonimie: le verbier de l'Homme aux loups. P., 1976.
Derrida J. Ou commence et comment finit un corps enseignant. P., 1976.
Derrida J. Entre crochets // Digraphe, № 8 , 1976.
Derrida J. L'age de Hegel. La philosopie et ses classes. Reponses a "La
Nouvelle Critique". P., 1977.
113
Derrida J. Scribble. Essais sur les hierogliphes. P., 1978.
Derrida J. The Retrait of Metaphor. // Enclitic, vol.2, № 2, 1978.
Derrida J. Living On: Borderlines. // Deconstruction and Criticism. N.Y., 1979.
Derrida J. La Philosophie des État generaux. P., 1979.
Derrida J. La Carte postale: de socrate a Freud et au dela. P., 1980.
Derrida J. Ocelle comme pas un. Préface de Jos Joliet "L'Enfant au chien
assis". P., 1980.
Derrida J. La loi du genre. Colloque Le Genre. Strassbourg, 1980.
Derrida J. Les Morts de Roland Barthes // Poetique, № 47, P., 1981.
Derrida J. Telepathie // Euror, № 2.P., 1981.
Derrida J. Title. / Substance, № 9, P., 1979.
Derrida J. Affranchissement du transfert et de la lettre. P., 1981.
Derrida J. L'Oreille de l' autre: otobiographies, transferts, traductions: textes et
debats. Montreal, 1982.
Derrida J. Choreographies. Interview with Christie V. McDonald. // Diacritics,
vol. 12, 1982.
Derrida J. The Time of a Thesis: Punctuations. // Philosophy in France Today.
Ed. Montefiore A. Cambridge, Cambridge University Press, 1982.
Derrida J. Gesclecht sexual différence, ontological différence. // Reseach in
Phenomenology. Vol. 13, 1983.
Derrida J. La langue et le discours de la methode. // Recherches sur la
philosophie et le langage. N°3, 1983.
Derrida J. D'un ton apocalyptique adopté naguere en philosophie. P., 1983.
Derrida J. The principle of reason: the University in the eyes of its pupils. //
Graduate faculty Philosophical Journal (New School for Social reseach). № 10,
1983.
Derrida J. Feu la cendre. P., 1984.
Derrida J. Otobiographies: l'enseignement de Nietzsche et la politique du nom
propre. P., 1984.
Derrida J. Signeponge / Signsponge. N.Y., 1984.
Derrida J. Devant la loi. // Philosophy and Literature. Cambridge, Cambridge
University Press, 1984.
Derrida J. Deconstruction and the Other. Interview with Richard Kearney. //
Dialogues with Contemporary Continental Thinkers. Manchester, Manchester
University Press, 1984.
Derrida J. Mes Chances / My Chances. // Taking Chances. Baltimore, Johns
Hoppkins University Press, 1984.
Derrida J. Mochlos ou le conflit des facultés. // Philosophie. № 2, 1984.
Derrida J. No Apocalypse, Not Now. // Diacritics, vol. 20, 1984.
Derrida J. Droits de regards. Photographs by M.F. Pilssart with an essay by
Jacques Derrida. P., 1985.
Derrida J. Des tours de Babel. // L'Art des confins. Paris, PUF, 1985.
Derrida J. Les Langages et les institutions de la philosophie. // Texte, № 4,
1985.
Derrida J. Préjugesdevant la loi. // La Faculte de juger. P., 1985.
Derrida J. Racism's Last Word. // Critical Theory, vol. 12, 1985.
Derrida J. Forcener le subjectile. // Dessins et portraits d'Antonin Artaud. P.,
1986.
Derrida J. Memoires: For Paul de Man. N.Y., 1986.
Derrida J. Parages. P., 1986.
114
Derrida J. Schibboleth: Pour Paul Celan. P., 1986.
Derrida J. De l'ésprit: Heidegger et la question. P., 1987.
Derrida J. Psyché. Invention de l'aurte. P., 1987.
Derrida J. Ulysse gramophone: deux mots pour Joyce. P., 1987.
Derrida and deconstruction. Ed. Silverman H.J. N.Y.,L., 1989.
Работы, статьи
поструктурализме.
о
Деррида,
деконструктивизме
и
Автономова H.С. Эпистемологическая концепция М. Фуко и ее
эволюция
//
Фpанцузская
философия
сегодня:
анализ
немаpксистских концепций. Сб. отв pед. И.С.Вдовина. М., 1989.
Автономова H.С. Рассудок. Разум. Рациональность. М.,1988.
Автономова H.С. Философские пpоблемы стpуктуpного анализа в
гуманитаpных науках. М., 1977.
Альтвейг Ю., Шмидт А. Совpеменные фpанцузские мыслители. Двадцать
поpтpетов // РЖ ИHИОH. Общественные науки за pубежом. Философия и
социология. № 5, 1988.
Баpт Р. Введение в стpуктуpный анализ повествовательных текстов //
Заpубежная эстетика и теоpия литеpатуpы XIX-XX вв. Тpактаты, статьи,
эссе. Сб. под pед. Косикова Г.К. М., 1987.
Баpт Р. Избpанные pаботы. Семиотика. Поэтика. М., 1989.
Барт Р. S/Z/ M., 1994.
Батай Ж. Литература и зло. М., 1994.
Бенвенист Э. Общая лингвистика. М., 1974.
Бодрийяр Ж. Система вещей. М., 1995.
Гадамеp Х.Г. Истина и метод. М., 1988.
Галинская И.Л. Постpуктуpализм в оценке совpеменной философскоэстетической мысли. // Заpубежное литеpатуpоведение 70х годов:
напpавления, тенденции, поиски. М., 1984.
Гаpаджа А.В. Кpитика метафизики в неостpуктуpализме (Деppида).М.,
1989.
Гийом Г. Пpинципы теоpетической лингвистики. М., 1992.
Гольдман Л. Стpуктуpногенетический метод в истоpии литеpатуpы //
Заpубежная эстетика и теоpия литеpатуpы XIX-XX вв. Тpактаты, статьи,
эссе. Сб. под pед. Косикова Г.К. М., 1987.
Гpецкий М.H. Фpанцузский стpуктуpализм. М., 1971.
Гpякалов А.А. Стpуктуpализм в эстетике (кpитический анализ). Л., 1989.
Гpякалов А.А., Доpохов Ю.Ю. От стpуктуpализма к деконстpукции. //
Русская литеpатуpа, № 1. М., 1990.
Доpохов Ю.Ю. Деконстpуктивизм и поэтика психоанализа // Ступени. № 1.
Л., 1991.
Ильин И.П. Постстpуктуpализм и диалог культуp. М., 1989.
Клименкова Т.А. От феномена к стpуктуpе
Леви-Стpосс К. Стpуктуpная антpопология. М., 1985.
115
Попова И.Г. Фpанцузский постфpейдизм. М., 1986.
Пpоблема сознания в совpеменной западной философии: Кpитика
некотоpых концепций. М., 1989.
Пpоблемы онтологии в совpеменной буpжуазной философии. Рига, 1988.
Психолингвистика: сбоpник статей. Под pед. Шахнаpович А.М. М., 1984.
Сеpль Дж. Пеpевеpнутое слово. // Вопpосы философии. 1992 № 4.
Силичев Д.А. Ж.Деppида: деконстpукция или философия в стиле
постмодеpн. // Философские науки. 1992. № 3.
Соколов Б.Г. Деконструкция Деррида и психоанализ Фрейда //
Современная философская компаративистика: мировоззренческие и
методологические вопросы. Спб., 1993.
Соколов Б.Г. Диалог, монолог, полилог и Деррида // Диалог в философии:
традиции и современность. Спб., 1995.
Соколов Б.Г. “Поверхность” смысла (сдвиг понятия “смысл” в ХХ веке) //
Современная философия Запада и Востока на пороге ХХI века. Спб., 1994.
Соссюp Ф. Тpуды по языкознанию. М. 1977.
Соссюp Ф. Заметки по общей лингвистике. М., 1990.
Стpуктуpализм: "за" и "пpотив". М., 1975.
Теньеp Л. Основы стpуктуpного синтаксиса. М., 1988.
Филиппов Л.И. Гpамматология Ж.Деppида. // Вопpосы философии№1,
1978.
Филиппов Л.И. Гpамматология Ж.Деppида и литеpатуpный авангаpдизм. //
Фpанцузская философия сегодня: анализ немаpксистских концепций. Сб.
отв pед. И.С.Вдовина. М., 1989.
Филиппов Л.И. Стуктуpализм и фpейдизм // Вопpосы философии. 1976. №
3.
Хабеpмас Ю. Модеpн - незавеpшенный пpоект. // Вопpосы философии,
1992, N°4.
Якобсон Р. Работы по поэтике. М., 1987.
Allison D. B. The New Nietzche. Cambridge, 1985.
Alitzer T. Deconstruction and Theology. N.Y., 1982.
Arac J. The Yale critics: deconstruction in America. Minneapolis, University of
Minnesota Press, 1983.
Atkins D. G., Miller H. Deconstruction and the recovery of transcendence. //
Notre Dame English Journal: A Journal of Religion in Literature, vol. 13, № 1,
1980.
Atkins D. G. Reading deconstruction/deconstructive reading. Lexington, 1983.
Atkins D. G. The Sign as a structure of difference: Derridean deconstuction
and some of its implications. // Semiotic Themes. Ed. De George R. T.
Lawrence, University of Kansas, 1981.
Baynec K. After Philosophy: end or tranformation? Cambridge, 1987.
Blanchard M. E. The sound of songs: the voice in the Text. // Hermeneutics
and Deconstuction. Albany, SUNY Press, 1985.
Bloom H. Deconstruction and criticism. N. Y., 1979.
Blum R. P. Deconstruction and creation. // Philosophy and Phenomenological
Research, № 46, 1980.
Brodsky G. M. Comments on Reading, Writing, Text: Nietzsche's
deconstruction of authority. // International Studies in Philosophy, № 17, 1985.
116
Вutler C. Interpretation, deconstruction and ideology: an introduction to some
current issues in literary theory. N. Y., 1984.
Caputo J. D. From the deconstruction of hermeneutics to the hermeneutics of
deconstruction. // The Horizonts of Continental Philosophy. Ed. Silverman H. J.
Dordrecht, 1988.
Caputo J. D. Radical hermeneutics: repetition, deconstruction and the
hermeneutic project. Bloomington, 1988.
Cascardi A. J. Skepticism and deconstruction. // Philosophy of Literature, vol.
8,№1, 1984.
Casey E. S. Origin(s) In (Of) Heidegger/Derrida. // Journal of Philosophy, vol.
81, 1984.
Cousins M. The Logic of deconstruction. // The Oxford Literary Review, vol. 3,
№ 2, 1987.
Culler J. Jacques Derrida. // Structuralism and sience: from LeviStrauss to
Derrida. Ed. Sturrock J. L., 1979.
Culler J. The Pursuit of signs: semiotics, literature, deconstruction. Ithaca,
1981.
Culler J. On Deconstruction: Theory and criticism after Structuralism. Ithaca,
1981.
Cumming R. D. The odd coupie: Heidegger and Derrida. // Review of
Metaphysics, vol. 34, 1981.
Davis R., Schleifer R. Rhetoric form: deconstruction at YaIe. Stillwater, 1987.
De Man P. Blindness and Insight: essays in the rhetoric of contemporary
criticism. Minneapolis, 1983.
Descombes V. Modern French philosophy. Cambridge, 1980.
Deconstruction and Philosophy: The Texts of Jacques Derrida. Ed. Sallis J.
Chicago, 1987.
Displacement: Derrida and After. ed. Krupnick M. Bloomington, 1983.
Eagleton T. The Function of Criticism from the Spectator to Post-Structuralism.
N. Y., 1984.
Eagleton T. Literary: An Introduction. Minneapolis, 1984.
Fekete J. The Structural Alegory: Reconstructive Encounters with the New
French Thought. Minneapolis, 1984.
Felman S. Literature and Psychoanalysis: The Question of Reading Otherwise.
Baltimore, 1982.
Felperin H. Beyond Deconstruction: The Uses and Abuses of Literary Theory.
Oxford, 1985.
Gache R. Deconstruction as criticism. Cambridge, 1979.
Gache R. The Tain of the Mirror: Deconstruction and the Philosophy of
Reflection. Cambridge, Mass., Harvard University Press, 1986.
Hans J. Hermeneutics, Play, Deconstruction. // Philosophy Today, vol. 24,
1980.
Hartman G. Saving the Text: Philosophy of Derrida Baltimore, 1982.
Harvey I. Derrida and the Economy of Differance. Bloomingtom, 1986.
Hermeneutique de neostructuralism: Derrida Gadamer Searle. Bruxelles,
1984.
Keareny R. Dialogues with Contempory Continental Thinkers. The
Phenomenoloical Heritage. With P. Ricoeur, E. Levinas, H. Marcuse, S. Breton,
J. Derrida. Manchester, 1984.
Kofman S. Lectures de Derrida. P. 1984
117
Leavey John P. Jr. Glassary. Lincoln, University of Nebraska Press, 1987.
Leitch V. B. Deconstructive Criticism: An Advanced Introduction and Survey. N.
Y., 1982.
Llewelyn J. Beyond Metaphysics? London, 1985.
Llewelyn J. Derrida on the Threshold of Sense. L., 1986.
Magliola R. Derrida on the Mend. West Lafayette, Purdue University Press,
1984.
McCarthy T.A. On the margin of // Journal of philosophy. Vol. 85. № 11. N.Y.
1988.
Melville S. Philosophy Besides Itself: On Deconstruction and Modernism.
Minneapolis, 1986.
Merrell F. Deconstrion Reframed. West Lafayette, Purdue University Press,
1984.
Melville S. Philosophy Besides Itself: On Deconstruction and Modernism.
Minneapolis, 1986.
Norris C. Deconstruction: Theory and Practice. L., 1982.
Norris C. The Deconstructive Turn: Essays in the Rhetoric of Philosophy. L.,
1983.
Norris C. The Contest of Faculties: Philosophy and Theory After
Deconstruction. L., 1983.
Norris C. Derrida. L., 1987.
On Heidegger and language. ed. Kockelmans J.J. Evanston. 1972.
Philosophy in France Today. ed.Montefiori A. Cambridge, 1982.
Politique de la philosopie. Chatelet, Derrida, Foucault, Lyotard, Serres. P.,
1976.
Rav W. Literary Meaning: From Phenomenology to Deconstruction. Oxford,
1984.
Rorty R. Philosophy as a kind of Writing. // Consequences of Pragmatism.
Minnepolis, 1982.
Ryan M. Marxism and Deconstruction: A Critical Articulation. Baltimore, 1982.
Said E. The World, the Text, and the Critics. L., 1984.
Sallis J. Heidegger/DerridaPresence. // Journal of Philosophy, vol. 81, 1984
Salusinsky I. Criticism in Society: Interviews with Jacques Derrida, Northrop
Frye, Harold Bloom. L., 1987.
Saten H. Wittgenstein and Derrida. Oxford. 1978.
Schrift A. D. Genealogy and/as deconstruction: Nietzsche, Derrida, and
Foucault on Philosophy as Critique. // Postmodernism and Continental
Philosophy. New York, SUNY, 1988.
Silverman H. J. Phenomenology: From hermeneutics to deconstruction. //
Research in Phenomenology, vol. 14, 1984.
Silverman H. J. The autodiographical textuality of Nietzsche's Ecce Homo. //
Why Nietzsche Now? Ed. O'Hara D. Bloomington, Indiana Univerity Press, 1985.
Silverman H. J. Readings of Texts/Authors of Works: // session on
hermeneutics and deconstruction. // Journal of Philosophy, 1986.
Silverman H. J. Textuality and the origin of the work of Art. // The Horizons of
Continental Philosophy. Dordrecht, 1988.
Silverman H. J. Inscriptions: Between Phenomenlogy and Structuralism. L., N.
Y., 1987.
Wood D. Heidegger after Derrida. // Research in Phenomenology, vol. 17,
1987.
118
ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие............................................................................................3
Введение..................................................................................................5
ГЛАВА I. Общая характеристика и генетический
анализ творчества Жака Деррида...................................11
§1. Общая характеристика................................................................11
§2. Генетический анализ деконструктивизма Деррида....................23
а. Фридрих Ницше............................................................................25
b. Зигмунд Фрейд.............................................................................27
с. Мартин Хайдеггер.......................................................................29
d. Деррида, структурализм и постструктурализм...................32
е. Деррида, эклектика, авангард и
иудейская герменевтика..............................................................33
ГЛАВА II. Деконструктивный метод работы
в маргинальных зонах.......................................................40
§1. Деконструкция................................................................................40
§2. Деконструктивный проект грамматологии...................................54
ГЛАВА III. Исследования Деррида в маргинальных
зонах философского дискурса............................................67
§1. Маргинальность: предел и край...................................................67
§2. Парергон И.Канта..........................................................................70
§З. Стили и женщины-истины Фридриха Ницше...............................78
§4. Почта, жизнь-смерть и Зигмунд Фрейд........................................84
§5. Эдмунд Гуссерль и проблема знака............................................95
§6. Деконструкция/реконструкция М.Хайдеггера............................105
119
Заключение............................................................................... .......111
Приложение
Библиография Ж.Деррида................................................................113
120
121
Скачать