меры безопасности в системе предупредительной деятельности

Реклама
МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ В СИСТЕМЕ ПРЕДУПРЕДИТЕЛЬНОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Излагая свои взгляды на многогранную проблему, которая обозначена
в названии статьи, беру на себя смелость не особенно утомлять читателя
доказательствами. Это вызвано рядом соображений. Во-первых, объем статьи
ограничен, разворачивая аргументы в пользу одного тезиса, всегда рискуешь
даже не назвать другой. Во-вторых, многое из того, о чем пойдет речь,
представляется мне очевидным и не требующим доказательств. И наконец, втретьих, проблема мер безопасности в советской криминологии не
разрабатывалась, а дискутировать с воображаемым оппонентом - все равно,
что воевать с собственной тенью.
В силу названных причин потенциальные критики могут рассчитывать
только на благодарность: их замечания необходимы для дальнейшего
движения к истине. В конце концов – не беда, если предложенные
теоретические конструкции будут разбиты «в пух и прах». Ведь даже в этом
случае выигрывает криминология.
Итак, на мой взгляд, в деятельности по предупреждению преступлений
выделяются три основных направления: 1) социальная профилактика; 2)
юридическая (правовая) ответственность; 3) меры безопасности (защиты).
Каждое из направлений имеет общий и индивидуальный уровень.
Социальная профилактика – конгломерат самых разнообразных видов
помощи гражданину, которые определяют его успешную социализацию и
ресоциализацию: медицинскую, психиатрическую, психологическую,
материальную помощь, повышение культурного, общеобразовательного,
профессионального уровня, трудовое и бытовое устройство и т.д. и т.п.
Другой способ определения социальной профилактики еще более
прост: в нее входят все виды антикриминогенного воздействия на личность,
за исключением правовой ответственности мер безопасности. Остается
только определить два последних вида предупредительной деятельности.
С определением юридической ответственности трудностей не
возникает. Она включает в себя охранительные институты уголовной,
административной,
гражданско-правовой,
семейно-правовой
и
дисциплинарной ответственности.
Сложнее обстоит дело с мерами безопасности. Приемлемого
определения этого вида правового принуждения в юридической литературе я
не встретил, а самому выработать его на данном этапе исследования мне не
удалось. Чтобы читателю было понятно, о чем идет речь, предлагаю начать с
примеров. По моему мнению, к мерам безопасности следует отнести: и
досмотр пассажиров и багажа в аэропортах, и разрешительную систему на
владение огнестрельным оружием, и особые ограничения при введении
чрезвычайного положения, охрану президента, и правила дорожного
движения, и многие другие предупредительные меры.
Меры безопасности могут соединяться с уголовным наказанием
параллельно (запрет иметь определенные вещи предметы при лишении
свободы), последовательно (административный надзор), либо использоваться
в качестве альтернативы лишению свободы (правоограничения при отсрочке
исполнения приговора (1).
Соединяясь параллельно с мерами социальной профилактики
медицинского или воспитательного характера, меры безопасности создают
особый правовой режим для принудительного лечения от алкоголизма и
наркомании в лечебно-трудовых профилакториях, спецшколах и
спецпрофтехучилищах (2).
Меры безопасности исключают или существенно затрудняют
совершение общественно опасных действий. Предупредительный эффект
здесь достигается тремя способами: а) созданием ситуаций, в которых
совершение общественно опасных действий физически невозможно
(наручники, смирительная рубашка, изъятие из обращения определенных
предметов); б) исключением гражданина из сферы общественных
отношений, являясь субъектом которых он представляет собой повышенную
опасность (запрет занимать определенные должности и заниматься
определенной
деятельностью);
в)
принудительным
включением
профилактируемого в систему общественно полезных отношений
(обязанность трудоустроиться, пройти курс лечения). Три указанных способа
могут сочетаться между собой.
Содержание мер безопасности составляют правоограничения
(специальные запреты и специальные обязанности), возлагаемые на граждан
с целью предупреждения общественно опасных действий. Специальные
запреты и специальные обязанности образуют материальную часть института
мер безопасности. Для обеспечения их нормального функционирования
необходима четкая регламентация процесса (процедуры) их применения (3).
Достаточно путаное и недостаточно конкретное понятие мер
безопасности, которое предложено выше, отражает не только мой научный
багаж и способности, но и положение дел с разработкой мер безопасности в
советской юридической науке, где данное словосочетание стало почти
ругательным. Употреблялось оно главным образом для критики «уголовнополитического произвола, царящего в лагере империализма». Однако
любопытно, что несмотря на обширную критику, составить сколько-нибудь
полное представление о сущности мер безопасности, которые во враждебном
лагере используются для наступления на права трудящихся и расправы с
политическими противниками правящего класса буржуазии», весьма
затруднительно. Ясно лишь одно: не обращая внимания на политику
советских криминологов, «караван мер безопасности» продолжает идти
дальше и в настоящее время в западной уголовной политике отмечается
тенденция роста популярности этого института и более широкое его
применение (4).
Меры безопасности достаточно широко используются и в
развивающихся странах, а в УК Алжира, например, есть социальный раздел,
так и озаглавленный - «Меры безопасности» (5).
История отечественной уголовной политики свидетельствует о том,
что в нашей стране, как и во всем мире, меры безопасности возникли
практически одновременно с уголовным наказанием – и вопреки жестокой
критике, а также предсказаниям ученых-криминологов отнюдь не проявляют
склонности к отмиранию.
Еще в сибирской деревенской общине к крестьянам, склонным к
воровству, применялось, например, переселение в центр деревни «ко
всегдашнему за ними смотрению» (6).
Обширный арсенал мер безопасности использовался в России как до,
так и после законодательной реформы 1864 года.
Меры безопасности не чужды и советскому периоду истории. Еще на
заре Советской власти в ответ на письмо Е.Б. Бош о кулацком восстании в
Пензенской губернии В.И. Ленин 9 августа 1918 года писал: «….провести
беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев;
сомнительных запереть в концентрационный лагерь…»(7) (разрядка моя. –
Н.Щ.). А у революционеров слово не расходилось с делом.
Эпохой небывалого расцвета мер безопасности можно назвать
сталинский период с его печально известными особыми совещениями,
«тройками» и «двойками», по постановлениям которых направлялись в
лагеря и ссылки, а то и лишались жизни миллионы «кулаков и
подкулачников», «перерожденцев и агентов империализма», «жен и детей
изменников Родины» и других невинных соотечественников. Меры
безопасности применялись к целым народам.
Из истории, как из песни, слова не выкинешь. Есть в чем покаяться и
правоведам-криминалистам. Произвол, применявшийся в 30-е годы под
видом мер безопасности, базировался на теоретическом обосновании
«допустимости применения мер социальной защиты к лицам, невиновным в
совершении конкретного общественно опасного действия» (8).
Во имя будущего об этом не следует забывать. Тем более, что
хрущевские ссылки и высылки «тунеядцев», брежневские «психушки» для
инакомыслящих, ссылка А.Д. Сахарова, высылки диссидентов – не такое уж
далекое наше прошлое.
Но самое любопытное, что инкриминируемые загнивающему
«капитализму» и «наследию тяжелого прошлого» меры безопасности
продолжают оставаться реальностью и в наши дни. Они настолько
распространены, что просто удивительно их замалчивание в теории.
Советские криминологи в своих исследованиях либо упорно не замечают мер
безопасности, либо по давней традиции не называть вещи своими именами,
маскируют их под другими названиями: меры превенции, пресечения,
специального, специально – криминологического предупреждения, иные
меры уголовно-правового воздействия, принудительные меры медицинского
или воспитательного характера и т.д. и т.п.
Пришло время поставить все на свои места. Пора определиться: меры
безопасности – полезная необходимость или это вредное, подлежащее
искоренению из нашей практики средство одерживания преступности?
На этот коренной вопрос уголовной политики уже ответила сама
жизнь. Мировой, отечественный опыт, да и, наконец, здравый смысл
подсказывает, что меры безопасности вызваны к жизни общественной
потребностью. Ни одно цивилизованное государство не обходится без них.
Проблема сегодняшнего дня, как мне кажется, не в том, чтобы правильно
определить сферу и основания их применения.
Возражения противников мер безопасности напоминают не возражения
против применения змеиного яда по причине его опасности для
человеческого организма. Да, змеиный яд - опасная вещь, но при
соответствующем и точно установленном заболевании, а также при строгой
дозировке он же является ценнейшим лекарством. Нельзя, что называется, «с
порога», отвергать меры безопасности оттого, что это средство в
невежественных, а зачастую в корыстных руках погубило множество людей.
Меры безопасности хорошо послужили, служат и послужат еще
общественному благу.
Не очень продуктивной представляется и дискуссия о преимуществах
одного из направлений предупредительной деятельности: или социальной
профилактики, или мер безопасности, или юридической ответственности.
Ставить так вопрос криминологи – все равно что в медицине ставить вопрос
необходимости либо здорового образа жизни, либо санитарии, либо
хирургии.
Несомненно, лучший способ предупреждения преступлений –
социальная профилактика, но ее возможности ограничены уровнем
материального, интеллектуального, культурного и духовного развития
общества. Именно из-за ограниченности ресурсов человечеством изобретены
и используются пусть несовершенные, но достаточно эффективные средства
– меры ответственности и безопасности.
Долгое время правовые теории и общественная практика являлись
ареной борьбы сторонников ответственности – наказания и сторонников мер
безопасности – защиты. Теория ответственности – наказания развивалась в
рамках классической школы уголовного права, а теоретической колыбелью
безопасности – защиты стал позитивизм. На разных этапах исторического
развития маятник признания раскачивался то в одну, то в другую сторону.
Всякий раз перед обществом ставилась догматическая дилемма: или
наказание, или меры безопасности.
Противостояние в теории и противоборство на практике ничего кроме
вреда не принесли. Нет универсального средства против преступности, как
нет единого лекарства от всех болезней. Будущее принадлежит
диалектическому подходу: и социальная профилактика, и ответственностьнаказание, и меры безопасности-защиты. Да, собственно, в чистом,
«рафинированном» виде ни того, ни другого, ни третьего в реальной жизни
не существует. Даже различные виды уголовного наказания представляют
собой синтез этих трех составляющих в различных пропорциях. Научно
обоснованное, разумное сочетание их может существенно повысить
предупредительный потенциал общества. На Западе эта достаточно
очевидная идея впервые была сформулирована в рамках школы «новой
социальной защиты», которая попыталась сконструировать новую модель
уголовной политики через синтез уголовного наказания и мер безопасности –
и тем самым примирить две враждующие школы.
Было бы неправильно рассматривать меры безопасности только в связи
с предупреждением преступлений. Это лишь частный случай использования
мер безопасности. Сфера их применения гораздо шире.
Похожие документы
Скачать