депрессивные расстройства у женщин в условиях

Реклама
Публикуется по изданию: Депрессивные расстройства у женщин в условиях
социально- кризисной ситуации в обществе // Сибирский вестник
психиатрии и наркологии. - Томск, 1999. - № 1. - С. 25-29.
ДЕПРЕССИВНЫЕ РАССТРОЙСТВА У ЖЕНЩИН В УСЛОВИЯХ
СОЦИАЛЬНО – КРИЗИСНОЙ СИТУАЦИИ В ОБЩЕСТВЕ
Н.А. Корнетов
НИИ психического здоровья ТНЦ СО РАМН
Длительный
государства
переходный
повлекли
за
период
собой
кардинального
переустройства
социально-психологический
кризис
общественного сознания и выраженный экономический упадок как в целом
по России, так и на территориях субъектов Российской Федерации. В период
трансформации общественных отношений в российской государственности
возникло большое число процессов, отрицательно влияющих на уровень
здоровья населения в целом и психического здоровья, в частности.
В условиях значительного снижения материального и духовного уровня
жизни населения, резких изменений социально-психологических приоритетов
в обществе на первый план стали выступать переживания безысходности и
беспомощности
потребностей,
в
результате
утраты
конфронтации
и
идентичности
внутренней
мировоззрения
с
нравственно
духовно.
и
фрустрации
новыми
собственного
борьбы
ценностями,
Данные
базовых
человеческих
“Я”,
столкновения,
отживающих
стереотипов
недостаточно
переживания
осмысленными
происходят
на
фоне
негативного информационного прессинга, потери жилья и близких людей,
социальной незащищенности, миграции, скрытой и явной безработицы. В
этой
ситуации
общее
психическое
напряжение
и
тревога
перед
неопределенным будущим начинает все больше сменяться деморализацией
коллективного сознания с чертами
общепопуляционной безучастности,
апатии и повышенной агрессивности. Она передается отдельным членам
общества, семьям, трудовым коллективам и на первый план выступают
эмоциональные
и
иррациональные
факторы,
которые
являются
разрушительными для здоровья.
Психосоциальный
стресс
дополняется
физическими
факторами:
несбалансированность питания, белковая недостаточность, гиповитаминоз,
которые ведут к ослаблению иммунитета, психофизическому истощению,
снижению толерантности к неблагоприятным факторам внешней среды
различной специфики, что в своей совокупности определяет высокий риск
психических расстройств, саморазрушающегося поведения: алкоголизации
и наркотизации населения, росту самоубийств. К третьей группе факторов,
сопутствующих ослаблению устойчивости к психическим расстройствам
относится слабое развитие социальной инфраструктуры, влекущей за собой
низкий общегигиенический и психогигиенический уровень, плохие жилищные
условия, неблагоприятные условия труда с несоблюдением санитарных норм
на некоторых предприятиях и производствах, частном секторе недостаточное
число рекреационных зон.
Все эти три группы факторов в своей совокупности составляют общие и
региональные
расстройств,
условия
которые
формирования
можно
разного
рассматривать
в
уровня
психических
условиях
социально-
психологического кризиса общества на уровне эндемических заболеваний. К
числу таких наиболее распространенных психических расстройств относятся
депрессии (15,16).
Перечисленные моменты и факторы существуют на фоне общего роста
депрессивных расстройств и омоложения суицидов во всех развитых странах.
По
оценкам
Всемирной
Организации
Здравоохранения
и
ведущих
специалистов, работающих в данной области, депрессия рассматривается
как наиболее серьезное медицинское заболевание конца XX века, которое
встречается чаще чем артериальная гипертензия и требует совместных
комплексных усилий как психиатров, так и врачей общей врачебной
практики. Депрессивные расстройства, наряду с сердечно-сосудистыми
заболеваниями
национальной
и
онкологической
проблемой
в
патологией
области
является
медицины
приоритетной
экономически
и
социокультурно развитых стран (16).
Современные
эпидемиологические
и
клинические
исследования
показывают, что депрессивные расстройства у женщин наблюдаются в два
раза чаще, чем у мужчин; переходят в хроническую форму в 20% случаев;
возникают преимущественно в трудоспособном возрасте с двумя пиками в
послеродовом и климактерическом периодах; соотносятся с множеством
событий
и
биологическими
факторами,
имеющими
отношение
к
репродуктивным функциям (9,13) ; провоцируются в большей степени у жертв
физической и сексуальной агрессии и находящихся за чертой бедности;
возрастают при социальной изоляции, несчастливом браке, отсутствии мужа
(7,11), длительном нахождении дома с маленькими детьми и безработице;
являются
частой
причиной
затруднений
контакта
с
новорожденным,
проявления заботы о ребенке, семейных дисфункциональных отношений;
связаны с пассивностью, зависимостью, низкой самооценкой и склонностью
к размышлению о своих чувствах (14).
На сегодняшний день можно исходить из того, что 10-15% мужчин и 20-30%
женщин хотя бы один раз в жизни переносят развернутое депрессивное
расстройство (10) . Если бы в этих случаях оценивались и кратковременные, и
легкие депрессивные реакции, также в известной степени, нарушающие те
или
иные
соматические,
психические,
межличностные
и
социальные
функции, то для большинства людей депрессивное реагирование на
неблагоприятные обстоятельства жизни представляет собой потенциальную и
открытую возможность. Иначе говоря, у многих людей имеется тот или иной
уровень
предрасположенности
различном
выражении.
С
к
точки
депрессивным
зрения
нарушениям
антропологического
в
их
подхода
депрессия может оцениваться как один из способов человеческих адаптаций,
которая
представляет
собой
с
эволюционно-биологической
позиции
защитный механизм (1). При чрезмерно низком пороге депрессивного типа
реагирования
или
вследствие
высокой
возбудимости
реализующих
и
мозговых нервных структур, либо в результате нарушений в других структурах
и
функциях,
в
норме
оказывающих
на
них
модулирующее
влияние
происходит изменение нормальной системной психобиологической реакции
в ответ на различные неблагоприятно влияющие средовые и психосоциальные
факторы различной специфики. В таком случае реакция
становится
неадекватной по интенсивности, степени выраженности и длительности и
имеет клиническое выражение в виде того или иного вида депрессивного
расстройства; она утрачивает свое адаптивное значение превращаясь в
патогенез данного страдания (4).
С нашей точки зрения, оценка тех или иных биосоциальных факторов в
развитии
депрессивных
противопоставления
расстройств,
не
нейрохимического
может
лежать
“дефицита”
в
или
плоскости
обученной
“беспомощности”. Депрессия представляет собой и то, и другое. Вопрос
лишь заключается в том, что пропорции влияния этих факторов различны. Если
рассматривать эти соотношения в условиях социального кризиса,
внешние факторы риска депрессивных расстройств
заключаются
не
в
экономических
потрясениях.
то
преимущественно
Представляется,
что
социально-психологические механизмы, выступают на сегодняшний день в
своей совокупности в роли тех психосоциальных стрессоров, которые питают
“дистимическое”
коллективное
общественное
сознание
за
счет
соответствующей когнитивно - аффективной переработки современных
обстоятельств жизни в России. Очевидно, будет вполне логичным отметить, что
дистимическое реагирование общественного сознания на государственное
переустройство имеет и традиционный
культурный российский контекст в
качестве определенной фоновой “почвенной” характеристики. На базе этого
фона, предрасполагающие “ общественно-психодинамические” факторы
определяются
тоталитарными
механизмами
блокирования
свободного
развития культурно-коллективного сознания. Они были опосредованы через
предшествующий
социальный
сценарий,
когда
человека
кроили
по
идеалистическим меркам социалистического типа личности (2). И, наконец,
проявляющими факторами, триггерными
общества
выступает
резкое
механизмами дистимных черт
разрушение
коллективных
иллюзорных
стереотипов, ценностей, верований, идеалов, которые сменились мнимыми
и реальными утратами и потрясением основ существования.
В
вышеуказанных
условиях
переживания
неопределенности
перед
будущим, безысходности и зависимости от настоящего, нравственных муках,
разочарований, крушений надежд и ожиданий, гибели или утраты близких
людей, постоянной угрозы насилия над личностью
ответственных
государственных
структур
–
в виду коллапса
женщины,
как
наиболее
консервативная часть популяции населения в смысле хранения традиций,
эволюционно-биологических функций, зависимости своего положения от
существующих в обществе стереотипов поведения, находятся в более
уязвимом
положении.
В
приложении
проявляется в более бесправном
уровень
эксплуатации,
к
стихийному
положении
вербальной,
рынку
труда
это
женщин. Для женщин выше
поведенческой,
физической
и
сексуальной агрессии, безработицы.
Наши исследования, проводимые в рамках превенции суицидов и
выявления депрессивных расстройств, позволяют выделить ряд характеристик
пролонгированного кризисного состояния, которые могут рассматриваться в
качестве длительного состояния дистресса, создающего снижение уровня
интеграции личности и разрыхления механизмов психологической защиты (4).
Характеристики пролонгированного кризисного состояния (ПКС) не
являются клиническими критериями какого-либо психического расстройства.
Они преимущественно служат практическим целям направления в кабинет
социально-психологической
и
психотерапевтической
помощи
или
показаниями к стационарной кризисной интервенции. Для квалификации
ПКС необходимо наличие двух из перечисленных критериев, временная связь
с психотравмирующим событием, длительность состояния не менее трех
месяцев и не более двух лет, отсутствие симптомов, характерных для
очерченных психических и личностных расстройств, согласно критериям МКБ10. Предыдущие психические расстройства не отменяют диагностику ПКС.
Регистрация 4 и более основных критериев пролонгированного кризисного
состояния является показанием для обсуждения информированного согласия
для кризисной интервенции в рамках стационарной суицидологической
превенции на базе отделения аффективных состояний НИИ психического
здоровья Томского научного центра СО РАМН (табл.1).
Таблица 1
ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОЛОНГИРОВАННОГО
ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО
КРИЗИСА
ОБЩЕСТВЕННОГО
СОЗНАНИЯ
МАТЕРИАЛАМ ТОМСКОЙ СУИЦИДОЛОГИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ:
 ПСИХИЧЕСКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ
ТРЕВОГА, РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТЬ, ОБИДЧИВОСТЬ,
ПО
СНИЖЕННОЕ НАСТРОЕНИЕ
 ПОВЫШЕННАЯ УТОМЛЯЕМОСТЬ
ЧУВСТВО ДИСКОМФОРТА, СНИЖЕНИЕ
ЖИЗНЕННОГО ТОНУСА И УДОВОЛЬСТВИЯ,
ДВИГАТЕЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ
 ЗАОСТРЕНИЕ ЛИЧНОСТНЫХ ЧЕРТ
ВСПЫЛЬЧИВОСТЬ, НЕУРАВНОВЕШЕННОСТЬ,
ИМПУЛЬСИВНОСТЬ, ЗЛОПАМЯТНОСТЬ,
ЗАТРУДНЕНИЯ В ОБЩЕНИИ
 ПЕССИМИСТИЧЕСКОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ
НЕГАТИВНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ, ОЦЕНКИ, СУЖДЕНИЯ,
ПАССИВНО-НАВЯЗЧИВОЕ СТРЕМЛЕНИЕ К ФИКСАЦИИ
ОТРИЦАТЕЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ
 ДЕЗОРГАНИЗАЦИЯ ЖИЗНЕННОГО РИТМА
СНИЖЕНИЕ МОТИВАЦИИ К РАЗНЫМ ВИДАМ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, СУЖЕНИЕ ДИАПАЗОНА
КОНСТРУКТИВНЫХ ФОРМ СОЦИАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ,
ПОЯВЛЕНИЕ ДЕСТРУКТИВНОЙ АКТИВНОСТИ И
ДОМИНИРОВАНИЯ ЭГОЦЕНТРИЧЕСКИХ ПОТРЕБНОСТЕЙ
 АДДИКЦИИ И УПАДОК ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ
СКЛОННОСТЬ К НАСИЛИЮ, ГЕТЕРО- И АУТОАГРЕССИИ,
ЦИНИЗМ, МОТОВСТВО, РАСПУТСТВО; АЛКОГОЛЬНАЯ,
НАРКОТИЧЕСКАЯ, МЕЖЛИЧНОСТНАЯ, ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНАЯ
ЗАВИСИМОСТИ; БЕСПОРЯДОЧНЫЙ СЕКС И ПРОСТИТУЦИЯ
Обращения за помощью в экстрамуральные звенья межведомственной
антикризисной неотложной социально-психологической (суицидологической)
определялись соотношением женщин к мужчинам, как 5 к 1. Специальный
опрос показывает, что женщины более конструктивны в поисках внешних
систем поддержки, чем мужчины, для которых
психологической
проявления
и
личной
психотерапевтической
слабости.
В
тоже
ресурсы социально-
помощи
время,
расцениваются
поскольку
как
большинство
психосоциальных стрессоров прежде всего корреспондируются к базовым
человеческим потребностям, хранителем которых выступает женская часть
населения,
она
и
депрессивных черт.
является
транслятором
в
общественное
сознание
Согласно
современным
американским
многочисленным
исследованиям,
европейским,
представленным
северо
в
-
наиболее
репрезентативных и методически выдержанных работах социальными и
экономическими факторами риска депрессивных расстройств у женщин
является
низкий уровень образования, непрочность и/или нестабильность
профессионального
положения,
развод
или
расставание
с
близким
человеком, смерть супруга, серьезные неблагоприятные жизненные события
или перемены, недостаток или отсутствие социальной поддержки, плохие
супружеские или родственные отношения, плохие отношения со своей
матерью,
нежелательная
или
незапланированная
беременность,
многодетность, отсутствие опыта в обращении с детьми, рождение ребенка
(7-8,11-12)
По нашим данным у женщин в период кризисной ситуации чаще всего
депрессивным расстройствам предшествовали: смерть супруга, внезапная
смерть всех членов семьи, супружеская неверность и внебрачные разрывы
интимных отношений, ссора с родителями, смена работы профессии или ее
утрата. Среди факторов связи депрессивных состояний и суицидального
поведения
у
женщин
на
первый
план
выступали
неполная
или
дисфункциональная семья, низкая удовлетворенность браком, безработица,
слабая социальная поддержка родственников и друзей, многодетность,
воспитание в интернате. Таким образом,
по многим параметрам можно
отметить совпадение преципитирующих депрессию факторов с появлением
в нашей стране более тяжелых катастрофических по своему влиянию
стрессоров. Например, потеря всех членов семьи, что определяется более
экстремальными
суицидологической
условиями
службы
жизни.
С
большой
другой
удельный
стороны,
вес
по
факторов
данным
риска
депрессии с суицидальным поведением составляют женщины с высшим
образованием (6), что не совпадает с данными экономически развитых стран
(3). Эти расхождения могут быть поняты из того факта, что подавляющее число
женщин в нашей стране работает в сфере охраны здоровья, образования,
культуры и в настоящий период обречены на борьбу за существование, а не
спокойное семейное и духовное бытие. Оказавшись отброшенными в разряд
низких, зависимых от государства социально уязвимых категорий населения,
они вынуждены урезать свои высшие интеллектуальные и эстетические
потребности, сужать диапазон своей социально полезной деятельности,
сокращать свои привычки и приучаться к жизни в условиях добавочного
социально-экономически
искаженного
ограничения.
Такое
новое,
непривычное положение в обществе создает переживания обделенности,
обиды, утраты смысла и причинности происходящих событий, порождает
негативные
когнитивные
обобщения
с
проекцией
пессимистических
установок в будущее, которое представляется неопределенным, тревожным
и бесперспективным. Все эти моменты также можно рассматривать как
факторы риска развития депрессивных состояний.
Обобщенные
соотношение
за
последние
безработных
депрессивными
годы
женщин
расстройствами,
нами
к
данные
мужчинам,
показывают,
которые
проходящих
что
страдают
лечение
в
специализированном отделении клиники института составляют соотношение
3 к 1. (рис. 1)
Рисунок 1
СООТ НО ШЕ НИЕ БЕЗРАБОТ Н ЫХ ЖЕ Н ЩИН
И МУ ЖЧИН С ДЕПРЕССИВН ЫМИ
РАССТ РОЙСТ ВАМИ
Му жчин ы – 23%
Же н щин ы – 77%
Если учитывать, что соотношение частоты депрессивных расстройств у
женщин и мужчин составляет пропорцию 2 к 1, то представленное
соотношение может указывать, что отсутствие работы у женщин в числе
других факторов, связанных с данным обстоятельством, например низкий
уровень социальной интеграции, переживание сеперации и т .п., может
являться
существенным
фактором
риска
формироваания
депрессий.
Важными условиями успешного исхода депрессии являются следующие
предпосылки: распознание и обращение в ранний период, применение
антидепрессантов в терапевтических дозах, длительность продолжающегося
лечения не менее 6-9 месяцев, использование препаратов с минимальным
побочным
эффектом
и
удобным
приемом,
пониманием
врачом
и
пациентом всех признаков депрессии и особенности их редукции, участие
родных
в
поддержке
требований,
сочетание
курса
лечения
без
антидепрессивной
предъявления
терапии
с
завышенных
психотерапией,
укрепляющей самооценку и личный контроль в решении жизненных проблем.
Литература
1.Генетические и эволюционные проблемы психиатрии / В.Г. Колпаков,
М.С. Рицнер, Н.А. Корнетов и др.- Новосибирск: Наука,1985. –255 с.
2.. Гуревич П.С. Антропологический ренессанс // Феномен человека:
Антология. М.: Высш. шк., 1993. - 349 с.
3. Каплан Г.И. Сэдок. Б.Дж. Клиническая психиатрия. - М.: Медицина, 1994,
Т. 1. - 672 с.
4. Корнетов Н.А. Психогенные депрессии (клиника, патогенез). - Томск:
Изд. Томск. ун-та, 1993, 238 с.
5. Корнетов Н.А. // Журн. клинической и социальной психиатрии. – 1998. №4 (в печати)
6.Попова
Н.М.
Клинико-социальные
аспекты
организации
суицидологической службы Томской области. – Автореф. дисс. … канд. мед.
наук. –Томск,1997. –25 с.
7. Bebbington P. // Acta Psychiatr. Scand. – 1987. – Vol. 75. – P.640-650.
8. Bromet E.J., Dunn L.O., Connel M.M., et al. // Arch. Gen. Psychiatry. – 1986.
– Vol. 43. – P. 435-440.
9. Bruce M.L., Kim K.M. // Am. J. Psychiatry. – 1992. – Vol. 149. – P. 914-917.
10. Hell D. Welchen sinn macht depression ? Ein integrativer ansats. -Hamburg:
Rowohlt. – 1994. – 304 s.
11. Paykel E.S. // Acta Psychiatr. Scand. – 1994. – (Suppl. 377), P.50-58.
12. Regier D.A., Narrow W.E., Rae D.S. // Arch. Gen. Psychiatry.- 1993. – Vol.50.
–P. 85-94.
13. Schmidt P.J., Roca C.A., Bloch M., Rubinov D.R. // Semin. Reprod.
Endocrinol. – 1997. –Vol. 15. – P. 91-100.
14. Steiner M., Yonkers K. Depression in women. – London: Martin Dunits Ltd. –
1998. –89 p.
15.The Global Burden of Disease: a comprebensive assessment of mortality
and disability from disease, injuries and risk factors in 1990 and projected to 2020 /
Eds. J. L. Murray, A.D. Lopez (Summary). – WHO, 1996.
16. Ustun T.B., Sartorius N. Eds. Mental illness in general health care: an
international study. – New York : John Wiley & Sons. – 1995.
17. World Health Organization ICD-10, Chapter V. Mental and Behavioural
Disorders. Diagnostic Criteria for Research, Draft for Field Trials. Geneva : WHO,
1991.
Copyright
© Н.А.Корнетов
© Сибирский вестник психиатрии и наркологии, 1988
Скачать