- SBS Book World

Реклама
S.T.A.L.K.E.R. «Лунный свет»
Оформитель обложки Антон Салтыков, на основе арта Ивана Хивренко
Фантастическая повесть/ Николай Плоцкий;продюссер – Вадим Омелин,
технический редактор – Влад Козуб.:
SBSBookWorld, 2013—2014. – 52, [2] с.
Вадим – обычный сельский парень, выросший без отца. Вернувшись из
армии к любимой девушке, он с ней и ее друзьями решают провести выходные на поляне у местного водохранилища – шашлык, выпивка, ночевка в палатках у костра… что может быть лучше и привлекательней для отдыха? Но к
утру все оказывается совсем не так безоблачно, как вечером накануне – предательство вынуждает Вадима в спешке покинуть это место. Убегая от своих
мыслей, он и сам не заметил, как оказался в каком-то странном месте. Тут
много заброшенных зданий, полно неведомых животных и необъяснимых
зверей, а редкие люди, попадающиеся ему на пути, носят с собой оружие, говорят какие-то непонятные вещи и называют себя странным словом – «сталкеры»…
Текст и сценарий данной книги является полностью оригинальным, авторские права принадлежат исключительно компании SBSBookWorld. Изменение авторства исключено, передача прав третьим лицам может
осуществляться только компанией SBSBookWorld. Изменение текста и выставление его за свой труд является прямым нарушением авторских прав.
v 1.00
SBSBookWorld, 2012-2014©
…Сегодня утром, на рассвете
Ушел я в Зону.
Не вернусь.
Я будто спал на этом свете,
А там я все-таки проснусь.
Ушел туда, где страх повсюду,
И смерть, и ложь, враги кругом.
Но все равно, я жить здесь буду,
И к жизни этой привыкну потом…
Андрей Пащенко
От Автора
Честно говоря, я первый раз в жизни решил сам написать рассказ, хотя
раньше попытки писать были. В школе с друзьями мы пытались писать что-то подобное, но всё получалось неказисто и коряво. Первая история, рассказанная
мною —«Душа» — оказалась вполне читабельной, поэтому я решил продолжить
свои литературные изыскания, хотя времени как обычно не хватает. Тема истории
придумана мною целиком, я просто представляю, что может произойти с главным
героем, и пишу об этом. Продолжение появляется в голове само собой, поэтому
мне остается только переложить все на бумагу, а точнее на диск. На этот раз я расскажу историю об одном молодом человеке и его не лёгкой и трагической судьбе.
Часть 1
Глава 1.Вадим.
Я расскажу вам историю про нашего соседа, Вадика. Про его нелёгкую судьбу. Про любовь и верность и, конечно, про Зону.
Из армии Вадик пришел в прошлом году. Ира исправно его ждала, да и год
пролетел незаметно.
До армии парень был настоящим хулиганом, состоял на учёте в комнате по
делам несовершеннолетних. Вадим не сам стал такой, жизнь его заставила. Худощавый, высокий, с русыми жиденькими волосами и грубыми манерами, в свободное время слонялся с друзьями по району, и подбирал всё, что плохо лежит. Всё
найденное или украденное сдавалось в скупку, а деньги шли на пиво. Крепкие жилистые руки выдавали в нём деревенского парня, но он этого не смущался. Таким
образом, Вадим себе на жизнь зарабатывал сам, не обременяя мать запросами.
Когда парень стал постарше, мать пристроила его в магазин подсобным рабочим
— просто через дорогу был небольшой гастроном, где работала мамина сестра, тётя Валя, она и устроила Вадика. Директор магазина был не против, да и в семье появился хоть какой-то прибыток.
Когда Вадима забрали в армию, местный участковый, капитан Казаков,
вздохнул с облегчением. Последнее время рос Вадим без отца, он ушел лет пять
тому назад. Куда он делся, Вадик не знал, у матери не спрашивал, а сама она про
отца ничего не рассказывала — и так было всё понятно. Нашел, наверное, другую
женщину. Отец и раньше пропадал,помесяца три отсутствовал дома. Потом он
вдруг появился, привёз какие-то деньги, неделю пил, и опять пропал—теперь уже
насовсем. Сначала мать плакала и переживала, но потом смирилась. Что делать –
это жизнь!
«Да и, собственно, какая была разница, у кого-то есть отец, а у меня нет»—
думал Вадим. А когда отец не вернулся, его объявили умершим. Единственное,чтоосталось в наследство от отца, это фирменная зажигалка «Zippo». Отец подарил её перед тем, как пропасть навсегда.
На зажигалке был изображён орел, клюющий змею, в обрамлении венка из
лавровых листьев. Красивая, массивная, позолоченная вещь очень нравилась парню, и он всегда таскал её с собой.
— Держи, Орлик, подарок тебе от меня, — сказал тогда отец, вручая парню
блестящую птичку. Орлик—так звал Вадима отец. Может,потому, что фамилия была у них Орленко, а может потому, что худой парень больше был похож на голодную птицу, клюющую свою скорбную добычу.
Жил Вадим с мамой в частном секторе крупного города. Зимой, конечно,
надо было топить печку и таскать воду, а ещё постоянно разгребать от снега дорожку и вообще откидывать снег подальше — но зато летом! Это просто красота.
Чистый воздух, вода из колонки, баня, недалеко лесок, где много грибов и ягод.
Нет, Вадим не за что не променял бы уютный домик в пригороде на тесную, каменную и бездушную квартиру в центре.
«Мне и тут хорошо» — решил парень, когда ему предложили переехать в
общежитие. «То, что далеко добираться до техникума — это ничего, пораньше буду выходить»— думал он.
Но потом всё же передумал. А виной всему стала, конечно, девчонка — Ира.
Но он называл ее Иришкой.
Ира училась вместе с Вадимом в техникуме. Познакомились они как-то сразу
— это было в день поступления. Вадиму дали отсрочку, «в связи с потерей кормильца», поэтому он сразу понёс документы в пищевой техникум. Иришка стояла
на крыльце, мяла тоненькую сигарету и пыталась прикурить, но,видать,кремень
сточился, зажигалка не загоралась, и в конце концов она хрустнула.
«Вот блин!»—подумала про себя Ира, и кинула барахло под ноги проходящего мимо высокого парня. Вадим молча остановился, посмотрел на девушку и
поднёс к её сигарете зажжённую подарочную зажигалку. Девушка долго смотрела
на золотую птичку, а потом, подняв глаза кверху и глядя прямо в лицо парня, сказала:
— Ух ты, какая красивая вещь… Кстати, меня Ира зовут.
Глава 2.Олег.
Так началась дружба. Со временем появились новые друзья и новые интересы. Вадим перестал встречаться со старыми деревенскими пацанами и всё больше
времени уделял Иришке.
В конце мая Вадим вернулся из армии, Иришка с нетерпением ждала его.
Пока он служил, она забросала его письмами, писала чуть ли не каждый день. Конечно, Вадику очень нравилось получать послания с гражданки, тем более от любимой девчонки. Но в последние дни службы он стал замечать одну странную интересную вещь. В письмах Ира очень часто стала упоминать какого-то соседа по
имени Олег. Она писала, что Олег несколько раз провожал её до дома, потому что
было темно, и страшно возвращаться из гостей одной: — «…но ты не беспокойся, я
люблю только тебя» — писала она, хотя честно говоря, Вадиму уже стали надоедать рассказы про этого Олега.
Служил Вадим под Читой, в краснознаменном артиллерийском полку миномётчиком, таскал станину восьмидесяти двух миллиметрового миномёта со смешным названием «Поднос». Вот здесь ему и пригодилась деревенская закалка, всё
же опорная плита весит семнадцать килограмм. Год армейки прошел на ура,
«дембель» — это сладкое слово всех солдат, открыл свои двери и отправил Вадима домой, в свой родной город. Дома, конечно, возвращению были все рады. И
мама, и соседи, и тётя Валя, и, конечно же, Иришка.
— Наконец-то ты вернулся, — шептала она ему на ухо, и нежно обнимала за
шею. В эти минуты Вадим, даже не зная почему, то робел, то начинал заикаться, то
входил в ступор.
—Ну что ты молчишь,— шептала она ему на ухо,— ты меня любишь?
Вадик не успел ничего сказать как Ира, схватив его за рукав, и вытащила во
двор. Потом подвела к калитке, за которой стоял темноволосый парень, по виду
городской, а по возрасту — одногодка.
— Знакомься, Вадим, это Олег, — Иришка взяла за руку парня и сказала: —
Ну что же вы стоите, пожмите друг другу руки.
После этого Олег пропал, и месяца два не появлялся.
«Наверное, понял, что здесь он точно третий лишний»— думал Вадим. Да и
Иришка больше не упоминала этого типа. Как только Вадим пришел из армии, мама стала часто спрашивать его:
— Вадик, сынок, когда у вас с Ирой свадьба -то будет? пора бы тебе уже
остепениться.
— Мама! — отвечал парень.— Мне доучиться надо, я итак год потерял, позабуду всё!
Конечно, после встречи с Олегом любовь к Иришке не угасла, но что-то
пошло не так. Какое то волнение появилось в душе. Вадим помнил, как она смотрела на Олега, и это ему не понравилось, да и в отношениях появился неприятный,
но осязаемый «холодок».
К середине лета все зачёты были сданы, люди начали заниматься активным
отдыхом, кто на курорт, кто за границу, ну а у кого нет крупных финансов, тот на
дачу.
«А куда бы нам махнуть?»— подумывал Вадим, сидя на лавке перед домом,
в котором жила Ира. Небо было безоблачно чистым, хотя был ранний час, но солнышко уже начинало припекать.«Какая отличная погода, вот стояла бы такая круглый год, не было бы зимы, с её снегом и холодами, весны со слякотью и лужами, и
уж больше всего хотелось, чтобы не было осени! Угрюмая погода, дожди, сырость
—фу!»— думал про себя Вадик, но его раздумья прервал громкий смех. Это Иришка выскочила на улицу, и в дверях своего подъезда едва не запнулась о сидящего
прямо на крыльце кота. Кот мяукнул и, подскочив как бешеный, умчался прочь,
чем и развеселил девушку.
— Слушай, Орлик, — всё ещё улыбаясь и глядя в сторону кустов, куда убежал
кот, сказала Вадиму Иришка: — Давай махнем на природу, а? Отдохнём! Наши
мальчишки собираются в поход, на озёра. Ты их знаешь — там Андрей, Серега,
Олег… ну что, что ты молчишь?— Иришка выпалила всё залпом, даже не дав Вадиму вставить слово: — Ну что, едем?
—Не называй меня так, пожалуйста. Меня только отец Орликом звал.
Иришка засмеялась, потрепала Вадима за волосы.
— Извини, забыла. Ну так что, едем?
Вадим знал этих пацанов, все были местные, парни правильные. Андрей тоже учился в технаре, Сергей — сосед Иришки по площадке, но Олег… опять этот
Олег, давно его не было видно!
Пока Вадим был погружен в свои раздумья, Иришка выпалила:
—Они едут со своими девчонками, так что скучно не будет.
—Я думал, мы вместе с тобой отдохнём, только ты и я… ну если все будут с
девчонками, тогда поехали. А на какие озёра?— спросил Вадим и погрустнел. Конечно, он планировал поехать куда-нибудь, но только со своей девушкой. Сняли
бы домик, и пожили бы там в своё удовольствие, а вот отдыхать в такой компании
хотелось, конечно, менее всего. Ну если только Иришка хочет со своими девчонками встретится, то почему бы и нет, а про Олега можно просто забыть.
Глава 3.Поход.
Озёра оказались водохранилищем «Южное», находилось которое в трёхстах
километрах от города, где жил Вадим. Добирались на электричке, палатки с прочими принадлежностями и спиртное несли с собой, а продукты можно было купить
там, на месте. Из девчонок, кроме Иры, поехала только Света, подруга Андрея. У
Олега девушка пересдавала какой-то предмет в институте и обещала подъехать
позже, а Серегина Анька заболела перед самым походом.
К месту добрались уже поздно вечером, разбили палатки и развели костёр,
часы тогда показывали уже два ночи. Вадим постелил в палатке одеяло, Иришка
тут же забралась под него и уснула. Вадик пошел к костру, и, посидев минут десять
у него, налил в железную кружку только закипевший чай, но, не дождавшись пока
он остынет, уснул. Усталость взяли свое, глаза медленно закрылись, а приятный
свежий бриз от водохранилища сделали свое дело. Так парень прямо около костра
и остался.
Снилось Вадиму море, большое и синее, огромный пляж, и чайки на безоблачном небе. Белоснежная моторка всё удалялась от берега, а на ней стояла
Иришка. Треск мотора был прерывистый и звонкий, стоящий за штурвалом и увозивший Иришку парень обернулся и посмотрел в сторону берега.
«Олег!» — пронеслось в мозгу. Вадим пытался бежать, но ноги как будто
вросли в песок, вокруг закружило марево, вращаясь всё сильнее и сильнее, сжатый
как сталь воздух начал резать кожу, кровь хлынула во все стороны. Смерч начал
разрывать на куски плоть. Вадик вздрогнул и проснулся.
Костёр давно потух, небо светало, в предрассветной тишине было слышно,
как сопит Олег в палатке. Лёгкий храп доносился из палатки Серёги. Вадим встал,
размял затёкшие колени и заглянул в свою палатку, но Иришки там не оказалось.
Одеяло отдёрнуто, рюкзак, заменявший подушку, так и лежит на своем месте. Казалось, на нем еще осталась вмятина от головы его любимой. Иришки не оказалось
не за палаткой, ни в кустиках поодаль. Постояв у кострища в недоумении, Вадик
решил разбудить кого-нибудь из парней, что бы помогли с поисками, но заглянув в
палатку к Олегу, тут же оступился… Иришка была там! Совершенно голая, она лежала в объятиях Олега и смотрела Вадиму в глаза, прямо как тогда, в первый день,
когда они познакомились.
—Вадик, мы давно хотели тебе сказать…
Олег сел и, в наглой ухмылке Вадим увидел ответ на все мучающие его вопросы.
— Ваши кони тихо ходят.— Медленно, хриплым голосом проговорил Вадим.
Иришка села и прикрыв обнажённую грудь одеялом сказала:
— Прости Вадик, ты хороший, но….
— Да подавитесь! — воскликнул Вадим, и со всей силы пнул армейским ботинком Олега прямо в лицо.
Злоба закипала в душе. Вадим подбежал к своей палатке и вытащил из рюкзака травматический пистолет, который он купил у знакомого за пару тысяч специ-
ально для этой поездки. Вообще-то он планировал с Иришкой пострелять по банкам, однако сейчас ему хотелось выбить мозги этому шустрому «гаду», который… с
Иришкой…
«Что я делаю?»
Вадим остановился, опустив пистолет.
«Да пошли они все. Бог накажет их, а я ухожу. Пусть делают, что хотят».
Вадим схватил свои вещи, пистолет засунул за пояс, скрутил одеяло, и засунул его в рюкзак. Свалив палатку, он сначала хотел бросить её тут, но подумав, всё
же скрутил и подвязал к рюкзаку. Водрузил себе на спину довольно тяжелую ношу,
десять бутылок водки позвякивали внутри. Кружка с давно остывшим чаем так и
осталась стоять около кострища. Вадим осторожно наклонился, поднял кружку, и,
сделав пару глотков, вылил остальное содержимое на землю. Глубоко вздохнул, и,
прицепив пустую кружку к карману рюкзака, ещё раз вскрикнул: — Подавитесь
своей любовью!— И ушел в направлении тех самых кустиков, где он совсем недавно искал свою, теперь уже бывшую любимую.
«Как она могла? Ира…»— думал про себя Вадим и ломился через кусты в
чащу. Слёзы накатывали на глаза мешая идти. Вытерев их рукавом штормовки, он
лез через шипастые кусты, армейский камуфляж выдержал и шиповник, и осот, и
острые сучки поломанных веток. «Давно хотели сказать… Хотели сказать…» — последние слова Иришки крутились в голове, словно поставленная на повтор аудиозапись. «Что сказать? Что просто не дождалась и предала меня, бросившись в объятия к первому встречному?! Хотели они сказать…»
Идя, куда глаза глядят, Вадим перепрыгивал через рвы, перешагивал через
ручьи. Пройдя быстрым шагом около трёх часов, Вадим совсем выбился из сил, а
тем временем за насыпью впереди показалась асфальтированная дорога.
«Ага»— подумал он: —«Дорога вроде эта, шли в темноте, плохо запомнил,
но вроде бы сюда».
Выйдя на дорогу и отдышавшись, Вадим покрутился и пошел налево. Медленно шагая по разбитому асфальту, Вадик начал успокаиваться. Идти было приятно, деревья окружали дорогу, и казалось, что идёшь по аллее. Особенно приятно
было идти по ней в этот жаркий, солнечный летний день. Вдоль дороги был бетонный забор, на верху забора растянута колючая проволока, ржавая, да и забор местами был покосившийся, но дыр в нем не было. Захотелось пить, да и перекусить
не мешало бы. Воды не было в рюкзаке, а из еды нашлись два бутерброда с сыром
и колбасой и один беляш, купленный на вокзале. Вадим откусывал бутерброд с
растаявшим сыром и медленно плёлся по дороге. Справа, из-под бетонного забора
торчала труба.
— Родник! Ура!— Вадик чуть не подпрыгнул от радости.
Скинув рюкзак прямо на дорогу, он припал к роднику, и начал пить живительную влагу. Напившись вдоволь, он присел на обочине,оперевшись спиной на
забор, откинул голову назад и закрыл глаза. Легкий ветерок приятно обдувал лицо,
тишина, даже птиц не слышно, где то вдалеке ухнуло, застрекотал автомат. Вадим
открыл глаза.
«Да нет, показалось» — подумал он, и снова откинулся назад.
«Ах, ну да, конечно, это наверно полигон. То, то он огорожен забором и колючкой, как я сразу не догадался!»
Вадим встал и стал медленно надевать рюкзак. Метров через сто дорога поворачивала и уходила… в болото! Забора не было, точнее, он был, но несколько
блоков повалилось в небольшое болотце, образовалась дыра в двадцать метров.
Вадим наступил на поваленную плиту, и слегка попрыгал. Над болотом вилось марево, плотный воздух клубился и медленно поднимался вверх. Парень протянул
руку и потрогал воздух. Он почему-то подумал, что этот клубящийся шлейф очень
похож на тот, что был в увиденном сне. Затем, перейдя на другую сторону, спрыгнул с плиты и наступил на кочку, с нее на другую, а там и болотце кончилось.
Вадим оглянулся и опешил— никакого болотца сзади и подавно не было
видно! Степь, холмы, домики вдалеке. Нет ни болота, ни забора, словно спрыгнув с
плиты, Вадим провалился в другой мир. На душе стало не по себе. Постояв на месте минут десять, он решил пойти дальше. Объяснение тому, что произошло, он
дать не мог. На мистику или фокусы природы это было не похоже, оставалось
только грешить на свою забывчивость.
«Я просто прошел болотце и, задумался совсем, а когда очнулся, то был уже
тут» – подумал Вадик, и решил, что так оно и есть.
Глава 4.Клим.
Он прошел по дороге, вышел к леску, спустился в овраг, и только собрался
было вылазить, как на него прямо сверху рухнул человек. «Турист» свалился прямо
на голову Вадиму. Вадик от неожиданности упал на колени и скатился на дно оврага.
Мужик лет сорока, одет точно так же, как и Вадим — штормовка, камуфляж,
ботинки-берцы, рюкзак. На правой ноге кобура, из которой торчит рукоятка пистолета, а в руках автомат — такие Вадим видел в иностранных фильмах, кажись, «Гадюка» называется. На рукаве штормовки пришита эмблема —орел, клюющий
змею в обрамлении венка из лавровых листьев. Очень похожа на того орла, что
был на отцовской зажигалке. У мужика левая нога в крови, правая рука замотана
тряпкой, через тряпку сочится кровь. «Турист»— так его назвал про себя Вадим.
Окинул взглядом парня, и, достал из-за уха сигаретку.
— Ну-ка,пацан, дай спичку — произнёс он хриплым голосом с интонацией,
не требующей возражения. Вадим протянул «Туристу» отцовскую зажигалку. Мужик внимательно посмотрел на блестящего орла, прикурил и, сделав пару затяжек,
сказал: — Ты что тут делаешь, пацан? Хотя, мне-то какая разница. Ты куда идёшь,
на станцию?
— Да, на станцию, только я не там свернул, малость заблудился — ответил
Вадим спокойным голосом, как будто он каждый день встречает мужиков с оружием и в крови. Уверенность придавал травматический пистолет за поясом, какникак, оружие.
— Меня Клим зовут — сказал мужик, возвращая зажигалку. — А ты кто?—
спросил он и слегка прищурился.
– Я? Я турист,— выпалил Вадим первое, что пришло на ум, и это была правда. Мужик ещё раз оглядел с ног до головы Вадима, затормозил свой взгляд на
травматике и сказал: — Ну ладно, раз ты «наш», хочу попросить тебя сделать для
меня одно дело. Ты главное не пасуй, я тебе заплачу, только сходи к нашим, и передай весточку от меня, сам то я не могу, пусть придут, помогут. У тебя бинт есть?
Вадим поправил лямки рюкзака, вытащил из бокового кармана перевязочный пакет, и кинул мужику:
— Да мне на станцию надо, успею ли?
— Ты что, Турист, успеешь конечно, до Выброса ещё часов пять, все равно по
пути. Зайди на склады, найди там Бобра, отдай ему вот это, и всё, покажешь амулет, кто тебя тронет?
Мужик протянул Вадику патрон, от снайперской винтовки или от пулемёта
7.62х54. Вадим все же служил и в патронах разбирался, наконечник пули покрашен
чёрной краской, значит бронебойный.
«Наверное, в гильзе записка»— подумал Вадим, покрутив патрон в руках, и
положил его в карман брюк. —«А что он там про пять часов говорил, электричка,
что ли, только вечером будет? И почему то назвал зажигалку амулетом? Странный
он какой-то»— подумал Вадим, и сказал:— Ладно, только ты скажи куда идти, я
совсем заблудился тут, да и, кстати, а что там насчёт…
— Всё я тебе оплачу, ты вообще не парься, меня вся Зона знает — перебил
Вадима Клим. — Вот на, возьми, он совсем новый — сказал мужик и протянул Вадиму автомат. Потом Клим разорвал руками пакет, и, бросив кровяную тряпку с
руки, стал заматывать себя бинтом.
«Да, действительно странные тут военные, автомат отдал, сам в крови. Ну
точно водку пьют, делать больше нечего. У нас в армейке такого беспредела точно
не было, а эти бухают, а потом на стрельбище едут. Ладно, надо выбираться отсюда».
– Может, помочь? — спросил Вадим, и, получив отрицательный ответ, пошел в том направлении, куда ему указал дорогу Турист. Да нет, не Турист, а Клим,
Турист теперь он сам! От этих мыслей Вадику стало смешно. Он вспомнил анекдот
про медведя и туриста, особенно тот момент, когда медведь и турист выясняют,
кто из них турист, а кто завтрак туриста. Он несколько раз хихикнул.
Глава 5. Кроль.
Судя по рассказу Клима, идти было не далеко, километров пять. Прямо за
оврагом проходила грунтовая дорога,направленнаяпод горку, поэтому идти по ней
особого труда не доставляло. Клим остался в овраге, Вадим вытащил из рюкзака и
отдал ему бутылку водки, для дезинфекции, отчего тот очень обрадовался и вручил парню ещё пару обойм с патронами. Автомат висел на шее и раскачивался в
разные стороны. Конечно он не новый, везде потертости, но затвор вроде ходит
исправно. «HK MP5» написано сбоку, «9х19». Это видимо «Хеклер-Кох», немецкий
пистолет-пулемёт, но что он здесь-то делает?
Так, разглядывая подарок, Вадим не заметил, как вышел на асфальт. «Ага»
— подумал он. «Это наверно та самая дорога, что уходит в болото — значит, сейчас
будут склады, а за ними станция. Ну, всё правильно! Значит, я не ошибся».
Еще в овраге Вадим заметил, что погода стала портиться. Солнышко скрылось за тяжёлыми, свинцовыми тучами. Подул прохладный ветерок — это не то,
что бриз с водохранилища, это пронизывающий до костей, могильный холод. Да и
на душе стало как-то не по себе.
Впереди, на обочине дороги, врос в землю строительный вагончик, около
него стояла железная бочка, за ней трактор «Беларусь» без передних колёс. С противоположной стороны дороги поперёк стоял грузовик. По видимому, это был
«Урал», сейчас разобрать марку автомобиля было почти не возможно — кабина
сгорела, капота не было совсем, а от передних колёс остались только черные пятна
сажи и кучка золы, из которой торчал корд. Над тем местом, где был капот автомобиля, поднимался синеватый дым, и иногда вспыхивали яркие языки пламени. Все
эти пережитки прошлого почти полностью перегораживали дорогу, пройти можно
было только вплотную к вагончику. Обойти дорогу по обочине тоже не представлялось возможным, болото подобралось почти полностью к дороге так, что вагончик был наполовину в болоте. А со стороны грузовика, проход был закрыт большим фанерным щитом, который в свою очередь, был обвязан колючей проволо-
кой. Надпись на щите гласила так: «Сталкер, стой! Ты проходишь на закрытую территорию».
Вадим постоял минут пять, осмотрелся и медленно поплёлся к вагончику. «А
кто такие эти сталкеры?» — размышлял он. «Может быть, это как матросы или
солдаты, скажем, ну в общем, название воинской профессии? Да, так оно и есть».
Он уже прошел мимо вагончика, и миновал сломанный трактор, когда сзади раздался возглас:
—А ну стой! Ты куда поперся? Тут же ясно написано, закрытая территория.
Вадим остановился и медленно обернулся. За спиной стоял парень, по виду
ровесник, в руках он угрожающе держал автомат Калашникова. Лицо сонное, как
будто он только сейчас проснулся. Под глазом фингал, да и грязная штормовка вся
была помята, как, впрочем, и сам парень. Поэтому ситуация в целом была комичная.
— Ну что тебе надо? — Ответил Вадим, — видишь, Я иду — он это сказал с
таким выражением, что парень сразу опустил автомат.
— Слушай,— крикнул парнишка. — Ты куда идёшь? На Склады? А можно я с
тобой пойду? А то скоро Выброс, а они меня тут оставили,— и он скрылся в вагончике, а через секунду уже надевал тощий рюкзачок на спину.
«Может, что разузнаю у этого солдатика, хотя на солдата он совсем не похож»— решил Вадим. — Ну, догоняй,— крикнул он.— Что стоишь-то?
– Меня Кроль зовут,— сказал парень, подбежав и протянув руку.
– Я Вадим,— ответил Вадик. Парнишка взглянул с удивлением.
– Ты что? Закона не знаешь? Не говорят в Зоне свои имена, плохая примета.
Кличка есть у тебя? Ну, как тебя сталкеры называют в жизни?
—Послушай, я все что-то не догоняю, про какую «Зону» вы всё тут мелите? И
этот, как его, Турист, всё про «Зону» трепал какую-то, теперь ты тут. Я не знаю никакой «Зоны», я на станцию иду! — сказал Вадим и прибавил шаг.
Ему, честно говоря, уже стал надоедать весь этот цирк с кличками, автоматами наперевес и какой-то «Зоной». Этот Кроль на солдата точно не был похож —
грязный, с синяком, в порванном камуфляже, он больше смахивал на кролика из
старого советского мультика про Винни Пуха. Ну, точно, Кроль – это кролик, осенила Вадима догадка.
– Правильно, так и надо говорить, что нет никакой Зоны, а то она узнает тебя
и сожрёт! — крикнул вдогонку парень, и тоже прибавил шаг.
– Только ты не в ту сторону идёшь, станция туда — и он указал пальцем в
сторону небольшого леска по левую руку.
Вадим остановил, и, скинув рюкзак на дорогу сел на одиноко торчавший
бордюрный камень.
– Слушай, Кроль, я тут чего-то не понимаю, похоже. Ты мне объясни, куда я
попал? Я думал это военный полигон, а ты говоришь «Зона». Что за «Зона» такая?
Кто такие эти, как их там…«сталкеры», и что вы тут вообще делаете?
Парнишка с удивлением посмотрел на Вадика.
– А, ну всё понятно. Ты перепил, наверное, бывает такое. Я тоже раз напился
с Молом и Герычем, потом очнулся — ничего не помню! Полдня вспоминал, кто я и
что я тут делаю! — парнишка хихикнул и потер фингал.
— Да не пил я,— сказал Вадик.— Мы с пацанами и девчонками отдыхать поехали на водохранилище, «Южное» называется, а там… — Вадим помолчал маленько. — В общем, я пошел назад на станцию. Потом увидел, что там, у болота, в
заборе два блока упали, ну я и решил путь сократить.
Кроль сел рядом прямо на ободранный асфальт, положил автомат на колени, и произнес, нечто такое, от чего у Вадима побежали мурашки по коже, а волосы встали дыбом.
Глава 6.Заблудшая душа.
—Знаешь, что я тебе скажу? — Парнишка покосился на Вадима, вздохнул и
продолжил—Врёшь ты всё! Там нет никакого водохранилища, там вообще ничего
нет. Ты, наверное, заблудшая душа.
– Да сам ты заблудший! — воскликнул Вадим, и отвернулся.
– Ты не обижайся, ты послушай дальше. Сталкеры говорят, что раньше здесь
было очень хорошо, люди все жили в мире и спокойствии, но это было очень давно, лет тридцать назад. В общем, я этого времени не помню. Так вот, с тех пор много воды утекло. Неизвестно из-за чего всё началось. Известно только то, что в центре этой местности стояла атомная электростанция, а заодно и полигон для различных исследований. Так вот, когда проводили опыты, один из реакторов пошёл в
разнос, в результате чего произошёл сильнейший взрыв. Все живое тут же превратилось в пепел, а что не сгорело, то мутировало. В земле появились червоточины,
наступишь на такую— тут же сгоришь, ну или разорвёт на кусочки. В общем,
страшные вещи, их называют аномалиями. И всё, теперь вокруг этого реактора на
десятки километров одна большая аномальная Зона.
Вадим поднял глаза к небу, и протяжно сказал:
— Ну а я-то тут причём?
— Понимаешь, Вадим, если ты нашёл сюда дорогу, значит, Зона специально
тебя сюда привела. Значит, ты ей нужен. Просто так она никого не впускает и не
отпускает. Просто так сюда не попадают, нет этого места на карте, ну и выйти отсюда тоже очень сложно.
— А я не понял, кто такие эти сталкеры? — повторил Вадим, растирая затекшие плечи.
—Сталкеры—это люди, которые смогли приспособиться и жить тут.
—Так тут ещё и люди живут? — с удивлением спросил Вадик и встал.
— Живут, живут. Давай поторапливаться — помнишь, я говорил про реактор? Так вот он работает и периодически выбрасывает очень мощные сгустки энергии. Пойдем, я по дороге все расскажу, а то накроет, тогда нам точно кранты.
Так Кроль и Вадим пошли по пыльной дороге, и чем глубже они шли в Зону,
тем темнее становилось небо. Действительно казалось, что уже наступила осень —
похолодало, заморосил дождь, облака навалились на бедную и потрёпанную ветрами землю, высоко над темными облаками заметались ярко-красные всполохи,
приближался очередной выброс. Вадим не мог поверить своим глазам, что всё это
происходит сейчас, с ним.
Первое желание было развернуться и убежать —назад, к искусственному
морю. Найти тот пролом в заборе, наверное, было бы совсем не трудно. Забыть всё
это, и вернуться домой к маме, Иришке…. «Хотя, пожалуй, нет теперь для меня
Иришки» — скупые слёзы навернулись на глаза. «Как она могла… так… со мной? За
что?»
Пока Вадим копошился в своих мыслях, Кроль рассказывал ему о Зоне, о мутантах, об аномалиях и прочей, как казалось Вадиму, ерунде. Ну что может быть
важнее его собственных мыслей, его дел, его сердечных ран?
Мимо проплывали заброшенные, полуразвалившиеся дома. Только ржавые
остовы машин ещё напоминали то время, когда по этим улицам ездили автомобили и бегали, смеясь, дети.
Вадим резко остановился, и чуть помедлив, сказал:
— Знаешь, я наверно пойду назад. Зря я суда залез, не моё это — отец пропал, а теперь и я. Как я маму оставлю одну?
— Куда ты пойдёшь? Ты посмотри на небо, осталось часа полтора, накроет
Выбросом, тут даже укрыться негде. Да ты сам посуди — переждём на складах, а
потом я тебя отведу назад, или на станцию, да куда хочешь! Ты подумай. Только
учти, я бесплатно не вожу, не принято тут даром. Ты мне должен будешь.
— И много?— Вадим нарочито нахмурил брови, глядя с усмешкой на своего
вымогателя.
— Сколько не жалко! — Улыбнулся Кроль.
Вадим похлопал по карманам.
— Извини, сейчас денег нет, как разбогатею, сразу отдам.
— А ну стой!— возглас заставил парней встрепенуться.
Ну, всё, они пришли на место. Вправо и влево от дороги уходил бетонный
забор, за ним виднелись промышленные сооружения, торчали трубы, а по обе стороны от ворот стояли две охранные вышки. Из ворот вышел вооружённый человек,
в чёрной форме, на лице противогазчто ли. В руках автомат Калашникова. Второй
остался в проеме ворот и, направив на парней пулемет, поглядывал по сторонам.
На вышках, тоже пошла какая-то суета. На правой блеснуло стекло. «Ага»— поду-
мал Вадим. —«Снайперы даже есть, серьёзная организация. Но это точно не военные».
— Кто вы такие? Куда прете?— грубо спросил подошедший и ткнул автоматом в грудь Кролю.
— Вы что, мужики, не признаете? Это же я, Кроль! А это со мной парень, по
дороге встретил.— Кроль развел руки от удивления, голос его задрожал, и сделался жалостливым, а лицо умилённое, как у нищего на паперти. Вдруг подошедший
рассмеялся и, опустив ствол автомата сказал:
—Ну ты, кролик, видел бы своё лицо! В штаны не наложил со страху, а? А то
вся база провоняет тобой.
Стоящий боец у ворот, тоже хихикнул, и вышел за ворота. Хохот донёсся и с
вышек.
«Похоже, этот кролик у них за клоуна»— подумал Вадим и серьёзным голосом спросил у бойца стоящего рядом и стаскивающего с лица маску противогаза:
— А где тут Бобра найти можно? У меня к нему дело.
Снявший маску боец перестал хихикать и, посмотрев подозрительно на Вадима спросил:
— А ты что за птица? Бобёр в Трясине, лечится, и гостей не ждёт.
Вадик расслабился и нагловатым голосом добавил:
— Я Турист, у меня для него сообщение от Клима,— и протянул бойцу отцовскую зажигалку. Подарок отца подействовал как разорвавшаяся граната. Клим действительно не обманул. Боец уставился на зажигалку, потом обернулся, и заорал
своим друзьям за воротами:
— Открывай быстрей, посыльный пришел! Проводите его срочно к Бобру. Ну
вы что там, уснули?!
Глава 7. Трясина.
«Трясина» — так назывался местный кабачок, смесь совдеповской столовки,
магазина и пивнушки. Что бы попасть в него, необходимо было зайти в трансфор-
маторную будку, потом протиснуться в металлические, полуоткрытые ворота, а затем спуститься в подвал этажа на два по узкой лестнице. По дороге, пока Вадим
шел в бар, попалось много народу, все с оружием, одеты почти так же, как и он
сам, хотя попадались и настоящие монстры. Эдакие ходячие машины, вооружённые до зубов, за спиной баллоны, и пара выстрелов для РПГ, пулемёт, в набедренных кобурах пистолеты, за поясом тесаки. Все в броне, ну точно танки!
Бетонные неоштукатуренные стены освещались голубоватым светом, который шел сверху из подвешенных к трубам большого размера стеклянных бутылок.Кое-где на стенах виднелись плакаты тех времен, когда подобные предприятия
ещё работали. Они предупреждали: «Не стой под стрелой», «Не трогай оголённый
провод», «Не включать, работают люди». Наверное, раньше тут был склад горючих
продуктов — надпись на стене, написанная красной краской, предупреждала «Огнеопасно». Около входа стояла пирамида, на ней два «Калаша», пара обрезов, пулемет Калашникова, целый ряд ещё каких-то не известных Вадиму автоматов, и
одиноко стоявший МП-5— такой же, как у него. Вадик не стал дожидаться, пока его
попросят убрать свой автомат в пирамиду. Он снял «Гадюку» с плеча и поставил
рядом с «сестричкой».
У дальней стены, за длинной барной стойкой суетился немолодой полнеющий человек в безрукавке, в левом углу стояло полтора десятка круглых столиков,
за некоторыми из которых сидели люди. Кто-то шумно обсуждал последние новости, кто-то поглощал пищу из пластиковых одноразовых тарелок или открытых консервных банок, запивая все это водкой или менее убийственными напитками, а
кто-то просто спал, уткнувшись лицом в стол. Негромко играла незатейливая музыка. Сопровождающий Вадима боец подошел к бармену и о чём-то негромко поговорив с ним, ушел. Бармен позвал человека откуда-то из глубины помещения и,
указав на Вадима кивком головы, дал ему понять, куда его отвести.
Пропетляв по тёмному коридору, провожатый подвёл Вадима к двери, и постучал:
— Тебе сюда, — единственное, что он сказал и быстро удалился. Вадик посмотрел в след удаляющемуся провожатому, открыв дверь и, зашёл в комнату.
Комната была большая, на стенах ковры, на коврах картины, отличная старинная
мебель, статуи прямо посередине комнаты. Свисающая старинная люстра утыкана
свечами. В шкафах стояли музыкальный центр и плазма, имевшая в диагонали
метра полтора. В комнате было светло от гирлянд, развешанных повсюду, и горящих свечей.
«Да, нехилая «Трясина»»— подумал он, прежде чем заметил в углу большое
черное кожаное кресло. На кресле сидел человек, рядом на столике стояла бутылка — по-видимому, с коньяком. Ароматный запах кубинской сигары распространялся по всей комнате.
—Ну, чего тебе? — сказал человек и, встав с кресла, подошел к большому
шкафу. Покопавшись в недрах мебели, спросил ещё раз: —Ну так чего тебе? Что
молчишь-то?
Вадим задумался, оглядывая такую красоту, и только после последних слов
хозяина комнаты вышел из ступора.
— Я сообщение вам принес, от Клима.— Он полез в карман и, достав патрон,
протянул его Бобру. – Вот.
Бобёр подошел к Вадиму и взял патрон. Только теперь Вадик смог его разглядеть — невысокого роста, полный мужик с короткими руками и пивным животом, уши слегка оттопырены, щеки округлые.
«Да, действительно похож на бобра, да и фамилия наверное тоже какаянибудь бобриная» – улыбнувшись,подумал про себя Вадим.
Мужик покопался с патроном, вытянул пулю, и, достав записку, стал читать.
Несколько раз он вскрикивал: «Ну, гад!» — и читал дальше. Дочитав сообщение до
конца, он повернулся к Вадиму и спросил:
— А ты кто такой? Я тебя не знаю, хотя лицо знакомое.
– Я Турист, посыльный Клима. Я в овраге встретил, за леском — он ранен,
просил вас помочь, — и, потоптавшись на месте, добавил: — Я на карте могу показать, где.
Бобер посмотрел снизу вверх прямо в глаза Вадиму и, прищурив глаза сказал: — А ты самчто,не помог ему?
— Ну чем мог, тем помог, а дальше он отказался — вас ждет.
Бобер сел назад в кресло и, подумав, сказал:
—Ладно, то, что помог—молодец, за мной должок. Ты иди, позови того «барана», что тебя привёл сюда, и не уходи — подожди в баре, я с этим закончу и подойду. Дело к тебе есть одно. Хорошо?
Вадим, конечно, хотел побыстрее убраться отсюда, но, честно говоря, он так
уже устал за сегодня от этих похождений, что решил пока остаться тут.
—Да куда же я уйду? Да и есть хочется… я могу там, в столовке, перекусить?
— Ты что спрашиваешь? Конечно, иди кушай, отдыхай, пока Выброс не закончится. Все за мой счёт, я скажу бармену.
Вадим вышел в темный коридор и поплёлся назад. Выйдя в зал, он подошел
к барной стойке.
— Там Бобер какого-то «барана» зовет, срочно,— сказал он молчаливому
бармену и сел за ближайший столик, сняв предварительно поднадоевший уже за
день рюкзак и бросив его, как и все посетители, под стол.
В голове было пусто, как внутри выпотрошенной воблы. Остатки каких-то
размышлений просто валялись без дела, подавляемые чередой странных событий
и сильным утомлением. Думать ни о чём не хотелось, ноги гудели от усталости, да
ещё и сосало под ложечкой от голода.
Посетители бара внимания на Вадима не обращали, все были заняты своими
делами. Это позволило Вадику осмотреться. Половина барной стойки была заставлена водкой и банками с тушенкой, на прилавке лежали батоны хлеба, сигареты,
бутылки с вином и с пивом. Вторая половина была больше похоже на армейский
магазин — автоматы, пистолеты, патроны, ножи, и прочее.
Глава 8. Сон.
Бармен, человек с суровым выражением лица, разговаривал только короткими фразами. Посетителей бара рассмотреть толком не удалось, да и что там разглядывать — обычные люди. Минут через пять подошел Бобер.
– Слушай, парень, — произнёс он, — Давай завтра поговорим? Сейчас дел
невпроворот, Клима принесли, надо помочь.
Бобер повернулся и неспеша пошел к узкой лестнице, ведущей на улицу.
Вадим проводил его взглядом и стал рассматривать свой стол. Небольшая стеклянная баночка с букетиком из трех засохших цветков, солонка со слежавшейся и затвердевшей массой, некогда бывшей солью, дырка в столе — явно пулевое отверстие.
Внезапно перед глазами появилась тарелка с макаронами и дымящейся котлетой. Вадим поднял усталые глаза — перед столом стоял тот самый «баран». Парень улыбнулся, поставил на стол бутылку водки и два стакана, один пустой, а второй с компотом.
– Меня Пескарь зовут, — сказал он и, положив в тарелку два кусочка хлеба,
добавил: — Как поешь, зови. Покажу тебе спальное место.
С котлетой и макаронами Вадим быстро разделался, а вот к водке не прикоснулся. Медленно цедя сквозь зубы компот, он поглядывал по сторонам. По узкой лестнице в бар стали заходить всё новые и новые люди,одетые разномастно—
кто с рюкзаком, кто просто с сумкой, ну а кто вообще с баулом, но у всех этих людей было что-то общее. Нет, конечно, не оружие, которого здесь было полно, и
даже не амуниция, а какие-то потухшие глаза. Выражение этих глаз было трудно
описать словами — они будто затуманенные, на всех лицах входящих людей отражалась смертельная усталость.
Пескарь улавливал приказы бармена с полувзгляда, и вертелся как угорь на
сковородке, почти бегом, от столика к столику. За это, наверное, и получил свою
кличку.
Вадим встал и, подойдя к пирамиде, заваленной оружием, отыскал свой автомат. По плечу хлопнули, Вадим обернулся.
— Ты куда собрался? Пойдем, я покажу тебе, где спать будешь. Бобер же
сказал тебе, завтра все разговоры. —Пескарь взял Вадима за руку и потянул за собой. – А на улицу ты даже не думай показываться, там сейчас такое твориться!
Пройдя по темным коридорам, они оказались в довольно большой комнате.
Вся комната была заставлена двухъярусными кроватями, среди которых было много пустых. На некоторых спали люди, а кое-где сидели компании по три-четыре человека и очень тихо что-то обсуждали. Пройдя по узкому проходу, Пескарь открыл
дверь в ещё один коридор, направо и налево были двери.
Он открыл первую дверь справа и, пропустив вперед Вадима, сказал:
—Располагайся тут, отдыхай. Как понадобишься, я за тобой приду.
За дверью оказалась чисто убранная комната без окон, размером примерно
три на три метра. У стены стояла кровать, рядом столик, в углу комнаты шкаф, под
потолком все та же бутылка, изливающая мягкий и слегка голубоватый свет. Около
стола располагалось небольшое кресло, на небольшом столике рядом с ним лежалижурналы и стоял графин с водой. На стене напротив висела картина кого-то из
местных художников, судя по тому, что было на ней изображено. Это был человек
в противогазе и защитном костюме, вылезающий из-за камня. На фоне тяжелого
почти свинцового неба он, держит в руках цветок.
Присмотревшись, Вадим прочел подпись: «Джон Васкес»
«Никогда не слышал о таком художнике... Однако, похоже, что он все-таки
не из местных – откуда в этой дыре взяться иностранцу?»
Картина, судя по всему, отображала все-таки реальную сцену из жизни.
Здесь, в этом месте, на этой стене, она была очень символична.
Это он, цветок жизни, никогда не знавший о Зоне, попал сюда — под черное
небо, в руки этих людей в противогазах с мутными глазами и лицами живых трупов.
Вадим расправил аккуратно убранную кровать, разделся и завалился спать,
пытаясь отогнать от себя эти странные и мрачные мысли, и вскоре ему это удалось.
Сон пришел сразу, сладкая нега разлилась по телу, опутала руки и связала уставшие суставы. В ушах ещё шумели разговоры сталкеров в баре, лёгкая музыка слышалась откуда-то из углов темного бетонного ящика, в котором он лежал на мягкой
перине.
Внезапно в мозгу всплыл образ Иришки. Онанеспеша прогуливалась по берегу моря, поглядывая куда-то вдаль, за горизонт, не замечая Вадима.
Вдруг вода в море почернела, подул холодный ветер. Низкие облака нависли над головой, отчего казалось, что сейчас поздний сентябрьский вечер.
Вадим хотел побежать к ней, но ноги поколено провалились в песок. Он попытался вырваться, но погружался все глубже в грязную трясину песка. И вот когда
уже рот был забит этой жижей, и она начала душить его изнутри, Вадим закричал,
что было мочи. Сильная рука аккуратно схватила его за шиворот и вытащила из
темной могилы. Выбравшись, он сел на край ямы, и заплакал от бессилия. Темная,
неясная тень мерцала на фоне рваного, черного неба.
– Держи, Орлик,— Услышал Вадим до боли знакомый голос. Тень протянула
руку, и на ладони у Вадима появилась ромашка — та самая, что была на картине в
его комнате.
— Ты кто? – крикнул он в пустоту, но голоса своего не услышал. Противогаз
закрывал ему лицо, а всё тело было сдавлено костюмом химзащиты. Он рванул с
себя противогаз, вздрогнул и проснулся.
Бутылка голубовато светилась и мерцала, освещая мертвенно-бледным светом окружающую обстановку. Вадим сел на край кровати, свесил ноги на холодный
пол. По щеке пробежала капля липкого пота. Он хотел смахнуть её рукой, но в кулаке что-то было. Вадим раскрыл ладонь и подскочил на ноги. В зажатой руке был
тот самый цветок!
«Быть этого не может! Как так? Это же сон!» —Бросив ромашку на пол, Вадим вскочил в полный рост на кровати и стал крутить головой по сторонам, стараясь увидеть ту самую Тень.
Неожиданно в дверь громко постучали. Вадим вздрогнул и забился в угол от
страха, сполз прямо на подушку и сжался в клубок. Незапертая дверь открылась, в
проеме показался человек. Бутылка под потолком светила достаточно ярко, но все
равно лица вошедшего Вадим рассмотреть не смог.
—Ой! – сказал силуэт, и немного помолчав, добавил: — Извини, брат, я, кажись, ошибся кубриком — раздался голос с явно кавказским акцентом. – Ты что в
угол-то забился? Выброс уже закончился, сталкеры пошли на охоту. Вставай, проспишь свою удачу.
Вадим тупо смотрел на силуэт сталкера и не шевелился.
– Ты живой, нет? —Сталкер вошел в комнату. Подойдя вплотную он, взял
Вадика за плечо, отчего Вадим вздрогнул и, посмотрев в лицо парню, тихо произнёс пересохшими губами:
– Мне приснилось, что какая-то тень, дала мне ромашку. Я проснулся, а в кулаке цветок, с картины!
—Задолбал уже этот Ромеро своими цветочками. Везде их сует! — помотал
головой из стороны в сторонусталкер, сев на кровать и, посмотрев на Вадика, продолжил.— У тебя под подушкой цветок лежал. Ты что, не местный?
Вадим молча покрутил головой.
– Я Турист, меня Вадим зовут,— произнес он все так же тихо.
Сталкер улыбнувшись, продолжил:
—Ромеро—это помощник Бобра, он тут за приют отвечает. Помешанный на
цветочках. Картин везде навешал с цветами, под подушки их сует. А в баре не заметил? На столе тоже букетики стоят, это все он. Кстати, – сталкер встал и похлопал
Вадима по плечу, — я Терек.
Потом он подошел к двери и повернулся:
— Знаешь, а сны —это просто воспоминания из прошлой жизни.— И ударил
легонько кулаком в косяк двери.
Вадим встал с кровати и поднял подушку — под ней лежала точно такая же
ромашка. Он с удивлением посмотрел на кавказца. Сталкер потоптался у двери и,
пожав плечами, сказал:
— Ну, значит, у тебя было две…
Глава 9. Свой.
Пока шел выброс, Кроль отсиживался в баре. Ни денег, ни хабара на выпивку не было. Сталкер купил у бармена бутылку самого дешевого пива, достал из худого рюкзака подсохшую лепешку и банку тушенки — это все что осталось от сухого пайка.
В Трясине в долг не давали, без необходимого количества наличных можно
было запросто загнуться с голоду, при этом ни на толику не разжалобив хозяев этого заведения. Бармен постоянно говорил желающим подхарчиться на халяву: «Вот
наберешь ты сейчас в долг, а потом раз, и ты на небесах. Кто же тогда отдавать будет?» — и при этом кривил полное лицо. Получалось не очень смешно, зато очень
убедительно.
Попив кислое пиво и закусив как попало, Кроль привалился на спинку потрёпанного стула и прикрыл глаза. На улице бушевал ураган, дозиметр трещал
незатыкаясь. До окончания выброса было еще часа полтора, можно и покемарить
немного.
Соседи по столику, матерые сталкеры Пекарь и Саня Мех о чем-то тихонько
шептались. У них были грандиозные планы, у Кроля же этих планов не было вовсе.
После выброса можно сбегать на радиолокационную станцию на отметке
435, можно на «Огонёк» — это бывшее дошкольное образовательное учреждение,
а можно на санаторий «Баковка». Хабар там есть, только добыть его трудно. На
435-м кровососы живут, целая семейка. На «Огоньке» такая радиация прет, что облысеешь, пока дойдешь. На «Баковку» можно зайти, но там аномалий столько, что
лучше уж к кровососам, да и хабар там побогаче.
Нередко на радаре, что на высоте с кровососами, попадались очень ценные
камни. Добыть их сложно, да и угадать время, когда они появятся, тоже не просто.
Но дело стоило всех затрат, обогатиться можно было за одну ходку.
Кто-то сильно пнул по ноге. Кроль открыл глаза спросонья и, заорал:
— Ты что? Обалдел совсем, гад?
Перед ним стоял, ухмыляясь, сталкер Гудок. Выходец из бандитов переметнулся к сталкерам потому, что своим проиграл в карты. А играют у бандюгов на
жизнь! В «Белые Орлы» Гудка взял Бобр, он был у «Орлов» за главного. Видать,
немерено заплатил Бобру Гудок, а может, принёс что — редкий артефакт, или на
крайний случай какой-нибудь секрет рассказал.
Вообще в Зоне много группировок. Есть вольные сталкеры—это рабочие
зоны, они добывают основную массу ценных артефактов, есть полувоенный
Долг, который следит за порядком в зоне, есть Свобода. Мы — Белые орлы,
есть ещё Золотые орлы, — это тоже наши. Но они нашли «Золотое поле», и
весь хабар собирают там одни, ни с кем не делятся, разве что только с нами.
«Золотое поле», мы называем «Клондайк». Это удивительное место. Все артефакты, которые там появляются, имеют вкрапления из чистого золота. Попадались камни целиком из платины! Стоимость этих артефактов бешеная, некоторые говорят, доходит до десятка миллионов рублей. Парень, которого сегодня встретил Вадим, был именно из Золотых. Посыльные между нашими боссами имеют один отличительный знак, некий талисман — золотую зажигалку с
профилем орла. Бывали случаи, когда посыльных убивали, и забирали все, что
находили. Когда таких находили, вырезали весь клан. С тех пор золотая зажигалка с профилем орла — самое надежное средство остаться в живых.
Ну и конечно, в Зоне есть любители всего, что плохо лежит. Бандиты —
самые главные отморозки, ради хабара они убьют кого угодно. Бандиты караулят все торговые пути, которые в свою очередь охраняют Наемники. Это
практически не сталкеры, они тут на работе. За деньги сторожат караванные
тропы, выполняют убийства либо ищут что-либо ценное и редкое, что заказчику взбредет.
Так вот Гудок и был тот самый настоящий бандит, просто ставший на время
вольным сталкером.
— Ну что, братан, отдыхаешь? Дело есть, пойдешь с нами на четыреста
тридцать пятый? — Гудок ухмыльнулся:— Да не дрейфь, ты же свой. Ига с нами
идёт и Андрюха Лавр. Метнемся по быстроляну, хабар соберём и разбежимся. Всё
добытое поровну, по-честному. Ну что, идешь?
Ига и Лавр были известными сталкерами, с они бандитами дел не имели.
«Если они пошли, значит, Гудку можно верить» – думал про себя Кроль —«Да и сообща проще будет кровососов разогнать».
— Ну ладно, я согласен. Хабар мне нужен.— Кроль встал, потянулся, зевнул
и стал перебирать свой худой рюкзак.
Глава 10. Отметка «435».
Радиолокационная станция на отметке 435 находилась относительно недалеко. По прямой, на север, километров пять всего лишь будет. Но, как известно,вЗонепо прямой не ходят. В Зоне ходят не как быстрей, а как безопасней. А «как
безопасней» может оказаться крюком километров в двадцать, а то и больше.
Так и тут — вместо пяти километров протопали десять.
По пути погода начала портиться, а небо превращаться в тугую серую массу.
Подул утренний свежий ветерок. Впереди замаячила станция, но вернее будет сказать не станция, а то, что от неё осталось. Большая часть вычислительных комплексов антенны и вся аппаратура располагалась в обширных подвалах, а два здания на
верху, это так, надстройка. Одноэтажный дом — бывшая казарма, а второе здание
— склад, между зданиями плац, вокруг забор и вышки. Со временем забор покосился, а вышки наклонились и стали напоминать знаменитую башню в Пизе.
Кроль матерый сталкер и отмычкой не пойдет, о чем он гордо заявил своим
спутникам и пристроился в конце не хитрой колонны. Первым шел Гудок.
«Вот нарвется на аномалию, и разлетится по частям. Пускай и идёт первым,
как лох»— думал про себя Кроль и посмеивался в душе. —«Одним бандитом
меньше будет».
Полупустой рюкзак побрякивал стальной кружкой, а пустые карманы оттопыривались в ожидании хабара. В разгрузке четыре рожка для автомата, больше
патронов нет.
Обнищал Кроль за последнее время, да и поизносился — «Комок» весь в
дырах, да и берцы стали промокать, а мокрые ноги это не дело.
«Вот наберу хабара, разбогатею», —Думал по себя Кроль.—«Хоть отъемся,
да отосплюсь. Три дня пить в Трясине буду. Закажу комбез классный, а может и автомат сменю».
Остановились, присели, стали оглядываться. Два кирпичных здания стояли,
обнажив свои обшарпанные бока, пустыми глазницами выбитых окон поглядывали
на это умирающий мир. В утреннем сумраке вид брошенных построек наводил
ужас, а поваленная ветрами, ржавчиной и временем антенна на фоне серого неба
казалась громадным пауком, готовым сожрать любого, кто к ней приблизится.
Кроль поежился, увидев эти следы былого величия человечества в этих краях.
«Да, неприятно», — холодок пробежал по спине.
Раньше он здесь бывал, но было это днём, он и несколько сталкеровукрывалисьот дождя в бывшей казарме. Шесть человек зашли в здание, а вышли только
двое — он, да ещё сталкер Терек. Кровососы устроили облаву, напали неожиданно
и обескровили почти всех наших парней. Как сам ушел, Кроль не помнил. Терек из
пулемета поливал свинцом все, что двигалось, поэтому и выжил, наверное. Да,
жалко пацанов наших! Не за хвост собачий полегли.
— Твари! – прошептал Кроль.
– Да заткнись ты! — Зашипел Ига. По голосу было видно, что он сильно волнуется, это озадачило Кроля.
«Что ему волноваться-то? Опытный сталкер, был тут сотню раз, как он сам
говорил… или нет? Или все это понты? А может, Гудок что задумал? Надо быть на
всякий случай повнимательнее и поосторожнее.
Гудок собрал всех сталкеров вокруг себя и, начал давать команды.
— Так, Ига, ты проходишь к казарме от антенны и стоишь на углу. Я тебе отмашку дам, куда дальше лезть. Ты, Лавр, обходишь с тыла, и стоишь у спуска в
подвал. Я с Кролем прохожу через главные ворота, и ищу пролом в плите, он где-то
в центре казармы. Остальное на месте обсудим.
Спуск в подвал был один, но с год назадсталкеры пробили динамитом плиту
перекрытия. Через эту дыру можно было попасть сразу в рубку управления радаром. По началу, конечно, в обход гнезда кровососов. Но вскоре эти гады стали вылазить через дыру и селиться в казарме.
Если бы не кровососы, то радар был бы золотым местом. Находится не далеко, по имеющимся данным, крупных аномалий на радаре никогда не было, а
мелкие большой опасности для опытных сталкеровне представляли. Была одна постоянная«Электра», но она сверкала недалеко за антенной и поэтому была хорошо
видна даже днем.
Кроль и Гудок миновали главные ворота и тихонько, стараясь не шуметь, подошли ко входу в казарму. Гудок залез на деревянный ящик, коих тут было в
огромном количестве, и заглянул в третье окно от входа. Потом присел и тихо сказал Кролю:
— Давай за мной, да по сторонам зырь!
— Да понял я,— сказал тихонько сталкер и стал взбираться на соседний
ящик. Внутри помещение оказалось пустым. Все кровати унесли на базу, а тумбочки со временем развалились и превратились в то, из чего были сделаны, то есть в
кучки опилок. Гудок слегка свистнул и махнул рукой,Ига и Лавр бесшумно подошли к сталкерам и присели на корточки прямо в проходе между стен.
— Значит так, — сказал Гудок, указав рукой на подошедших. — Вы идете к
спуску, и ждете меня там, заходить будем через дверь. Ты, — он посмотрел наКроля, — постоишь у дыры, если увидишь что-то подозрительное, сразу стреляй, что
бы мы знали. Ну и беги, естественно.
— А куда бежать-то? Что-то я не понял.
— Домой беги, придурок! Нам ты уже не поможешь, понял?
— Понял я, понял… и всё, что ли?
Если честно, Кроль думал, что будет выкуривание кровососов, отстрел их… а
просто так постоять у дыры — это он с радостью. На сердце у парня отлегло.
«Потолкаюсь тут часок, да ещё хабара дадут. Вообще нормально!»— Думал
Кроль, и уже начал представлять, что купит себе на вырученные деньги, когда его
мысли неожиданно прервал Гудок.
— Пошли к дыре. Покажу, где стоять, и куда бежать, если что.
Пролом в полу был небольшой, около метра в диаметре, перекрытие оказалось очень толстым. Кроль присел на корточки и пощупал рукой холодный бетон.
— Ого! Метра два будет,— сказал он.— Я таких толстых плит ещё не видел.
Глубже в проломе была сплошная темнота. Фонарик включать Кроль не
рискнул, а в сумеречном свете холодного рассвета пола не было видно. Кроль
отошел от дыры в угол и, сняв с плеч рюкзак, принялся пристраивать его, чтобы по
удобнее расположиться, да ещё покемарить,пока суть да дело.
Гудок подошел к краю пролома и плюнул туда. В мертвой тишине было
слышно, как щелкает своими разрядами на улице Электра, а где-то далеко за горизонтом воют слепые псы, учуяв свою добычу.
— А ну глянь, что это там?—сказал Гудок всматриваясь в черное жерло пролома. Кроль встал и, подойдя к дыре, наклонился.
Неожиданно Гудок вытащил пистолет и прямо на глазах у сталкера, неторопливо передернув затвор и ткнув оружием в ногу Кроля, выстрелил.
Гулкое эхо пролетело по пустующим комнатам. Сталкер до последней секунды не верил, что Гудок собрался стрелять именно в него. Боль пронзила тело,
ногу выше колена обожгло огнём.
— ААААА! —завопил Кроль, — Ты совсем охренел?!
От неожиданности сталкер выронил автомат, и он с металлическим лязгом
улетел в дыру.
— Извини братан, ничего личного. Бизнес, сам пойми. Сейчас тут кровососы
набегут, и мы там спокойненько пособираем хабар. Прыгай в дыру, пока я тебе
башку не прострелил, баран. — Ударив изо всех сил Кроля в лицо, Гудок толкнул
своего бывшего напарника в открытую пасть бездны.
Глава 11. Чужой.
Вадим спешно стал собираться.
«Нет, надо валить отсюда домой. Что я тут делаю? Зачем только я сюда попёрся? Какая Зона, какие сталкеры? Эти люди живут своей, какой-то далекойот
нормальной, жизнью. Все с оружием, ведут войны друг с другом… я не хочу так
жить! Я хочу домой, к Иришке… хотя нет. Что мне там делать? Она меня предала,
сама с Олегом… А мама как одна останется? То отец ушел к другой, а тут и я ещё
пропал. Думаю надо идти домой , туда откуда пришел. Дорогу я запомнил, если
прямо сейчас пойду, то к обеду буду на берегу водохранилища».
С этими мыслями Вадим нацепил на себя рюкзак, вытащил из-под кровати
автомат и пошел искать выход. Пройдя немного по темному коридору, он вышел в
комнату, забитую двухярусным кроватями. Спертый воздух ударил в нос, тут стоял
шум и гам. Люди собирались, одевали снаряжение и уходили, в общем, было не
протолкнуться. Пройдя со всеми, по коридорам Вадим вышел в зал бара. За столиками почти никого не было, только один человек сидел угрюмо в углу, и неторопливо пил из стеклянного стакана и, судя по бутылке, стоявшей тут же, пил он водку
“Казаки” Киевского розлива.
Это был Бобер. Вадима он узнал сразу, и поманил пальцем к себе. Вадим
нехотя подошел и сел на стул рядом. Бобер недолго думая выложил на стол толстую пачку денег. Потом посмотрел на Вадима, и протянув ему пол стакана алкоголя, сказал:
— Дело у меня к тебе есть, дело очень важное. Передай посылочку для Ротора, и вот эта пачка Евро — твоя.
Вадим только открыл рот, что бы возразить, но Бобер жестом перебил его.
— Я тебя понимаю, у тебя свое задание, поэтому и плачу такую сумму. Я посылал уже парней к Ротору, никто не дошел, но тебя-то кто тронет? Ты курьер! Ты
пойми, мне очень надо передать это Ротору. От этого много чего зависит, в том
числе и твоя судьба. Всего я тебе сказать конечно не могу, но потом ты все поймёшь.
Вадим поморщился, отодвинул водку, и остановил взгляд на пачке денег.
«Пожалуй, на такую сумму можно купить матери отличную квартиру в городе, а не хочет квартиру — так дом. Большой двух этажный дом, и огород соток сто!
Да и мне хватит на скутер, или на машину даже. Иришка увидит, как я на машине
гоняю, сразу бросит Олега, за мной начнет бегать,только я не взгляну на неё. Я бы
не против, но вот проблема. Сходить-то можно, и посылку передать можно, только
ведь я не сталкер, я турист, я вообще чужой тут человек. Меня просто с кем-то перепутали. А вдруг узнают? Что мне делать тогда? Нет, надо брать бабло и рвать
домой, сразу, глядишь, и жизнь наладится. Я думаю, ради мамы, можно рискнуть».
— Есть у меня одно условие, — сказал Вадим и, немного подумав, добавил:— сначала мое дело, это долго не займет, туда и обратно, вечером буду уже
здесь. Бобер улыбнулся.
— Конечно, конечно, сначала твое дело, у меня время терпит. Всё равно Ротор ждёт посылку только к завтрашнему вечеру. Дам тебе пару ребят в помощь —
где надо прикроют, где надо помогут. Они опытные сталкеры.
Пачку денег Вадим забрал и положил в рюкзак, потом, немного подумав,
решил избавиться от части груза. Все же таскать с собой столько водки не имело
смысла.
Бармен с радостью принял всю выставленную на барную стойку Вадимом
алкогольную продукцию. На вырученные деньги было куплено: две пачкипатроновдля Гадюки и небольшая коробочка с лампочками. Видно было сразу, что прибор кустарного производства. Вообще-то Вадим брать её не собирался, но бармен
протянул коробочку со словами «Не забудь!»
«Детектор аномалий ДА—4»— нацарапано на крышке.
— А зачем мне эта штука? — спросил Вадим у бармена, покрутив нехитрый
приборчик в руках. Бармен внимательно посмотрел на Вадима, и коротко сказал:
— На улице включи, красная горит лампочка—сворачивай, зеленая—иди
прямо.
Травматический пистолет тоже ушел к бармену, зато взамен на стойке появился новенький “Макаров”, весь в смазке, и пара запасных обойм к нему. Вадим
доплатил пару тысяч и взял ещё патронов к огнестрелу, так же прикупив пару банок тушенки, батон хлеба, бутылку чистой воды. Две бутылки водки Вадим продавать не стал и на всякий случай оставил себе про запас. Вадим вообще-то не употреблял спиртного, но тут… тут, наверное могло произойти все что угодно.
Немного подкрепившись, Вадим стал складывать вещи в рюкзак, и тут до него дошло:«Куда я пойду, к какому Ротору? Я дороги не знаю даже. Хоть карту какую купить надо или расспросить, где искать этого Ротора».
Карты у бармена не было, но взамен он предложил коммуникатор. Вадим не
видел таких штук, и сначала испугался. Что он будет делать с этим гаджетом? Потом, как оказалось, это был большой мобильник с функциями компьютера. Вещь
неплохая, и музыку слушать можно, и кино смотреть. Есть навигация, и комплект
карт. А ещё есть такая функция, как GSM-детектор. Все сталкеры (ну, конечно, все
те, у кого есть подобные штуки) отображаются на экране точками разного цвета, и
достаточно кликнуть по такой точке пальцем, можно отправить ему сообщение.
Здорово!
Пока Вадим разбирался с новой игрушкой, ему пришло сообщение:
«Погиб сталкерСемецкий. Агропром, аномалия Жарка».
Да, вот так жил, жил человек, и раз — нет его. Погиб парень. А ведь он тоже
чей-то друг, и сын, и дома его ждут, а он погиб! Жалко.
Вадим сел и призадумался. Противоречивые мысли крутились в его голове
постоянно, начиная с того момента, как он ступил на эту землю. С одной стороны
он проклинал себя за то, что вообще поехал в этот поход, за то, что пошел через
болотце, за то, что не вернулся сразу домой. Но с другой стороны было очень интересно, что там дальше, что здесь вообще происходит? Да ещё и какая-то неведомая сила звала его вперед, что-то тихонько шептало ему: «Иди, узнай, что там
дальше». Да и крупная сумма денег делала путешествие все привлекательнее.
Из всех этих раздумий Вадима вывелзадребезжавший КПК. Наладонник
пискнул и выдал новое сообщение:
«Погиб сталкерСемецкий. Агропром, аномалия Студень».
Это что, шутка? Или тело бедного сталкера кидает из одной аномалии в другую?
Через минут десять опять пришло сообщение от Семецкого. «Полный
бред!ИСемецкий этот —псих!» — Вадим положил коммуникатор в карман и стал
собираться дальше.
Пока он упаковывал свой рюкзак, в зале появились два сталкера. Одного из
них Вадим узнал сразу, по кавказскому виду — это был Терек. Второго он не знал.
Мужик лет сорока пяти, коренастый, небольшого роста и абсолютно лысый.
— Юрген — подойдя поближе, представился он.
Все повадки выдавали в этом сталкере бывалого омоновца. Прекрасный камуфляж отлично подогнан, в цвет ему рюкзак, начищенныеберцы, да и автомат,
наверное, в полном порядке. Юрген отошел и сел за столик рядом.
Терек посмотрев на Вадима улыбнулся и сказал: — Ну что,брат, решился все
же на ходку? И это правильно, сейчас самое время урожай собирать.
— Да не совсем. Посылку надо доставить одному человеку, и ещё прогуляться в одно место,— сказал Вадим и закинул рюкзак за плечи.
— То, что Бобер послал этих двух сталкеров с ним дляпригляду, это и так было ясно — чтобы Вадим не исчез с баблом Бобра. Выйти из Зоны с таким хвостом
не получится. Тогда придется сначала искать этого Ротора, а уж потом сваливать
отсюда.
«А сказал, что мое дело важнее. Что теперь им сказать?», — гадал про себя
Вадик.—«Что передумал, блин? Всё не так, как хотелось, получается. Тогда какое у
меня есть небольшое дело? Надо придумать срочно, куда тут можно сходить недалеко и быстренько вернуться».
—Ну что, дорогой, куда идем? — сказал Терек, поглядывая на часы,— время
не ждет!
Вадим достал КПК и, не целясь, нажал на карту, как только она появилась на
экране. Он ткнул пальцем в первую попавшую отметку —435!
Глава 12.Свой в доску.
Вадим стоял и смотрел на небо. Тучи низко ползли над землёй, казалось,
ещё чуть-чуть, и они заденут сторожевые вышки. Сухая, выгоревшая от солнца трава превращалась в прах даже от самого незначительного прикосновения. Только
солнца тут,наверное,отродясь не было. Листья на деревьях были какие-то скукоженные, и казалось, что они появлялись на свет уже скрюченными и пожелтевшими. Сквозь асфальт дорог пробивались сухие прутья кустов. Ростки новой жизни
превращали гладенькую дорогу в непроходимую тропу. Заморосил мелкий дождь,
и настроение стало таким же унылым.
Юрген повесил на шею Калаш и попрыгал.
— Ну что, командир, куда идем? — спросил он.
— На радар, — ответил ему Терек.
Юрген ни сколько не удивился, а наоборот, улыбнулся. Ему вообще-то было
всё равно, куда сегодня топать. Человек, привыкший к жизни в опасном месте, живет своими походами, а когда опасность кончается, то он просто стареет и, чувствуя
свою ненужность, умирает. Для Юргена быть сталкером означало жить, поэтому
ему было все равно, с кем и куда идти. За Зоной у него никого не осталось — родители умерли давно, а жена ушла к другому. Сын вырос, женился и уехал в Америку.
Всё, что сталкер заработал в Зоне,он положил на депозит к бармену, за долгое
время там накопилось очень приличное состояние. Ему бы бросить всё да уйти, но
нет, это все не для него. За границей Зоны жизни этому сталкеру нет.
— Значит так,— скомандовал Юрген,— я иду отмычкой, Терек замыкает, ну а
ты, парень, в центре. До отметки доведу, а там сам командуй, куда дальше.
Вадим кивнул, угрюмо посмотрел под ноги, и вся группа не торопливо пошла по разбитой асфальтной дороге.
— Вообще-то меня Вадимом зовут, ну а прозвище у меня — Турист, — сказал
Вадик, что бы хоть как-то поддержать разговор. — Я, если честно, недавно в Зоне,
много чего не знаю. Вы мне подсказывайте, если что не так.
— Да мы поняли, что ты зеленый. Не бойся, не бросим. — Сказал Юрген.
Больше говорить было не о чем. Так всю дорогу и промолчали.
Через три часа они были на точке. Терек достал бинокль и разглядывал постройки радара. Всё было тихо, никакого движения. Где-то вдали застрекотал автомат, раздался протяжный вой и лаянье собак, потом одиночные выстрелы, и всё
затихло.
Пискнул КПК. Вадим достал гаджет и поставил его на вибрацию. Сообщение
на экране гласило:
«Погиб сталкерСемецкий. Высота 435, слепой пес».
—Придурок,— тихо сказал Вадим и, посмотрев по сторонам, добавил — я
пошел вон в тот дом.
— Это казарма, там в подвале радиолокационная станция, да и семейка
кровососов живет. Один в подвал не ходи — разорвут, пикнуть не успеешь,— сказал Юрген.
Вообще сталкеры сразу заподозрили, что Вадим что-то недоговаривает. Понурый, о чем-то постоянно думает, ткнул пальцем в небо —и пошли. Что он забыл
на радаре? Туда в доброе время-то не ходили, а сейчас там и подавно делать нечего. Уж не хочет ли он уйти? Бобер сказал, что у парня крупная сумма денег и посылка для Ротора. Да и так, если что с парнем случится, Бобер спросит строго —
парнишка-то курьер, а их беречь надо.
Юрген привстал и, посмотрев на грозно щелкающую Электру, добавил:
— Давай я все же с тобой пойду? У тебя точно тут дело? А нам с Тереком
кажется, что ты Бобра за нос водишь. — Терек улыбнулся и, подмигнув Юргену,
сказал: — Учти, Бобер в авторитете, он обмана не прощает...
— Да вы что, мужики?! — воскликнул Вадим — У тут меня важное дело, мне
надо встретиться со сталкером одним. Вы его не знаете.
—Ну скажи, с кем? Мы многих знаем — подхватил разговор Терек. Вадим,
недолго подумав, выпалил то, что первое пришло на ум: — Мне с Кролем надо
встретиться, я ему денег должен.
— С Кролем? Да Кроль ещё с рассвета ушел с бригадой Гудка! Что-то ты, паря, брешешь! —сказал Юрген, — а ну пошли, посмотрим на твоего Кроля.
Сталкеры подошли к зданию казармы и осторожно вошли внутрь. В подвал
спускаться не стали, решили походить по первому этажу и осмотреться. Посередине здания в полу была пробита огромная дыра. Ни крика, ни шума слышно не
было. Терек в углу комнаты, около дыры нашел рюкзак. Старый потрёпанный рюкзак, он почти пустой. Кружка, тарелка, ложка, банка тушенки, половина батона,
смена белья, и махровое полотенце. Полотенце было белое, и на нем вышитый
рисунок, зайчик из Плейбоя.
— Смотри Юрген, а вещмешок-то Кроля! Я его полотенце никогда не забуду.—сказал Терек, показывая находку сталкерам.
—Ну это ещё не факт,— сказал Юрген, и бросил небольшой камень в дыру.
Внезапно раздался протяжный вой, прямо из пролома. Мычание, похожее
на какие-то неразборчивые слова — мат что ли — и опять протяжный вой! Но ясно
было одно, это человек. Кровососы вообще немые, а снорки могут только рычать.
— Эй! Кто там? —крикнул в дыру Юрген. Вой прекратился, потом голос тихонько сказал: — Мужики, это я Кроль, вытащите меня отсюда. И снова раздался
вой.
— У тебя что, действительно тут стрелка с Кролем? — спросил Юрген глядя
на Вадима.
—Ну я же вам говорил, а вы мне не верили,— сказал Вадим, улыбнувшись
тому, что все так удачно сложилось. После он скинул свой рюкзак с плеч прямо на
бетонный пол, стал его расстёгивать. — У меня есть верёвка — сказал он, — сейчас
вытащим.
Когда окровавленного Кроля вытащили наверх, он плакал от счастья, твердил что Гудок —гад и бандит. Предал их всех. Его надо найти и кишки выпустить.
Потом ещё долго обнимал Вадима и твердил, что он знал, что его спасут, и что Вадим настоящий сталкер и не бросил друга. Говорил, что жалко Калаш, он где-то
внизу остался. А ещё Кроль хотел рассказать, что Гудок думал таким образом отвлечь внимание семейки кровососов, и захапать весь хабар себе. Через минуту
бурных рассказов сталкер обмяк, побелел и потерял сознание.
Когда притащили Кроля на базу и положили его в лазарет, к Вадиму подошли Юрген и Терек.
— Слушай, Вадим, ты извини нас, что плохо думали о тебе. Мы же считали,
что ты уйти хотел и кинуть всех нас, а ты оказался наш парень, «наш в доску», что
называется, — и похлопали Вадима по плечу, отчего он заулыбался и слегка покраснел.
Бобер, сидевший невдалеке, прекрасно слышал весь разговор.
«Ну уж если Юрген и Терек считают, что он наш, значит, можно ему верить»
— он встал и, подойдя к бармену, что то шепнул ему на ухо. Бармен вытащил изпод полки новенький автомат АК-12 и цинк патронов к нему. Бобер взял автомат и
подошел к Вадиму.
— На, возьми, это подарок тебе от меня. Я за правильные дела всегда благодарю.
Вадим взял автомат и, покрутив в руках, вернул его назад.
— Я не могу взять такой подарок. Ну выручил парня, ну и что? Любой бы поступил точно так же.
— Нет, не любой. Ты спас уже двух наших сталкеров, — сказал Бобер, и потом добавил, —а Гудок! Падла, попадись он мне…ну в общем это тебе, не от меня
лично, а от всего нашего клана.
— Хорошо, тогда спасибо вам большое, и… передайте это, пожалуйста, Кролю, когда он очнётся. Ладно?
Бобер положил автомат назад на барную стойку.
— Идёт.
Когда Вадим со сталкерами ушел в дождливую пустоту сумрачной Зоны, Бобер долго смотрел им вслед, и тут его осенило. Очень знакомое лицо, выразительные глаза этого парня, горбинка на носу и русые волосы — он очень похож на одного человека. Неужели это… ну конечно, это же… сын? И как он сразу не догадался! Ну, тогда сам Бог велел ему отправиться в это смертельное путешествие.
Глава 13.Зона.
Чем дальше шла команда Вадима, тем сумеречней становилось. Солнца уже
совсем не было видно, оно даже не просвечивалось сквозь темные, густые облака.
Только карканье ворон, да свист леденящего душу ветра разрывали тишину этого
места. Миновали колонну автомашин, близко к ним подходить не стали. Десяток
стальных монстров стояли прямо на дороге — выгоревшие, ржавые от кислотных
дождей, в кучах золы, из которой кое-где проглядывали белые, как мел, кости и
черепа людей. Над этой смертельной колонной клубился ядовито—желтый дымок.
Дальше по дороге не пошли, свернули по направлению к виднеющимся
вдалеке постройкам, потом остановились. Юрген долго что-то рассматривал в бинокль, после вытащил из кармана пару здоровенных гаек с привязанными тряпочками, и, немного подумав, кинул гайки по очереди в разные стороны. Одну гайку в
сторону небольшого деревца, стоящего метрах в двадцати, а вторую гайку он кинул в сторону перевернутого трактора. Гайка, брошенная к деревцу, подскочила
ударившись о землю несколько раз и затихла, а вот та, что полетела к трактору,
вдруг резко зависла прямо в воздухе. В двух метрах над землей она закрутилась
как волчок и задымилась. Тряпочка сразу же сгорела, превратившись в прах, а гайка, накалясь добела, вдруг резко лопнула, разметав снопы искр во все стороны.
Хлопок был такой силы, что у Вадима заложило уши, и он почувствовал, как жар
окатил его с ног до головы.
— Это что было? — спросил он у Терека. — Граната?
— Нет, брат, это хуже, чем граната. Эта штука называется “Автономная термоборическая аномалия с экзотермическим эффектом», а всталкерском народе
именуемая “Жарка”. Вот наступишь на такую - и всё. За полсекунды температура
достигает пары тысяч градусов, обуглишься так, что и пикнуть не успеешь. Страшная вещь.
— И много тут такого? — спросил Вадим, потирая лоб, как бы стараясь стереть с лица тот жар, в который только что окунулось его лицо.
— Такого —много! Но есть ещё много чего. Ты вообще не удивляйся, когда
увидишь что-нибудь очень странное. —Терек помолчал, и вытащил из кармана нечто по видунапоминающее камень, только больше похожее на кусок синего стекла
с тугими золотыми прожилками. Камень размером с бейсбольный мяч слегка светился, и даже казалось, что внутри его проскакивают искры. Вообще эта штука
больше походила на сувенирный ночник, этакий светильник с бегающими внутри
молниями.
Терек прижал камень к руке Вадима, и он почувствовал, сначала, лёгкое пощипывание, а затем сильнейший прилив бодрости. Хотелось встать и, схватив чейнибудь рюкзак ещё побежать бегом через это “поле чудес”.
— Ого! Что это за штука такая? — воскликнул Вадим, и потёр то место на руке, к которому только что прикасалась странная вещь, похожая на камень и лампочку одновременно.
—Эта вещь называется артефакт, а именуется “Лунный свет”. Придает хороший заряд бодрости и увеличивает выносливость. Образуется в аномалиях типа
«Электра». Помнишь такую на радаре? Вот, это оттуда.
— Ты-то откуда все это знаешь?— спросил Вадим у Терека. Сталкер улыбнулся и, покопавшись в нагрудном кармане, вытащил оттуда синие корочки, на которых было вытеснено золотыми буквами: “Институт систем энергетики им. Л.А.
Мелентьева Сибирского отделения Российской академии наук”.
— Терек, ты что, учёный? —спросил Вадим и, подумав, добавил — По видуто не очень похож . Вадим, рассматривая документ, думал, что Терек просто кавказец, заколовший кинжалом какого-нибудь кровного врага и прятавшийся от воз-
мездия в этих краях. Ну в крайнем случае забитый торгаш на рынке, проторговавшийся шавермой и скрывающийся от долгов. Но учёный, да ещё начальник отдела
альтернативной энергетики?!
— Учёный, — сказал Терек и взяв из рук Вадима синюю книжечку, положил
её обратно в карман.
Закапал мелкий дождь. Сумрачная Зона не желала пускать в свои владения
непрошенных гостей. Хотя почему непрошенных? Вадим как раз был её гостем,
специально призванным из внешнего мира.
Юрген привстал и внимательно посмотрел ещё раз на перевернутый трактор. Не увидев более ничего подозрительного, он направился к далеким строениям, а Вадим и Терек медленно побрели за ним. Когда стало совсем темно, группа
сталкеров подошла к разрушенным домам некогда бывшего городка Полесское.
Покосившиеся столбы, пустые глазницы окон навевали тоску, а от воя собак бегали
мурашки по коже.
Юрген выбрал подходящиеразвалины и группа расположилась на ночлег.
Первым дежурил он, потом Вадим, ну а последним Терек. Разожгли небольшой
костерок, и поставили греть кашу, Юрген достал термос с чаем (спиртного он не
пил в принципе), Вадим попил воды из бутылки — кусок в горло не лез. Он разложил спальник в углу комнаты, лег и сразу же уснул. События сегодняшнего дня вымотали его, он спал сном младенца, и ему ничего не снилось.
Разбудил его легкий толчок в бок. Юрген, нагнувшись, прошептал на ухо:
— Вставай бродяга, за тобой пришли.
Вадим открыл глаза и непонимающе смотрел некоторое время на сталкера,
потом спросил:
— Кто пришел?
Юрген ухмыльнулся.
— Вставай, очередь твоя пришла дежурить, а я спать. Собак близко не подпускай, если что вон кирпичами их гони. Они тут наглые, наверно колбасу учуяли. В
четыре Терека толкай, да скажи ему, чтобы по пустякам не стрелял, а то поспать не
даст. Знаю я его.
Вадим остался наедине с собой и с Зоной. Он пристроился у разбитого окна,
и стал слушая ветер, вглядываясь в темноту. Очень хотелось спать, но присутствие
где-то поблизости собак придавало бодрости. Не хотелось быть укушенным диким
животным. Где потом лечиться? Тут и врачей то наверно нет, так, одни санитары.
Ветер Зоны был наполнен звуками. Где то вдалеке на севере раздавались
автоматные очереди, а с востока нечеловеческий рев накрыл спящую землю, и казалось, что это солнце восходит под крик неведомого зверя. На западе небо светилось всеми огнями радуги, и только гулкие удары эхом проносились по бесплодной и радиоактивной земле.
Вадим заметил в темном углу какое-то движение.
«Ага, собаки»— решил он, и громко посвистел. Движение прекратилось и
Вадим отчетливо разглядел во мраке контур человеческой фигуры. Прямо перед
ним втемноте стоял человек, метрах в пятнадцати, и по виду это была женщина. Он
присел, и стал внимательно разглядывать фигуру. Стоптанные туфли, порванные
колготки, юбка, грязная, вся в пятнах, грязная, порванная блузка, волосы распущены и закрывают половину лица, голова опущена. Но почему она здесь одна, и что
делает в таком месте?
«Может, мерещится?»— подумал Вадим, но на всякий случай тихонько присвистнул, а потом крикнул:
— Эй! Мадам, вы что тут делаете? — Однако ему ни кто не ответил. Одинокая женщина стояла в темноте, и медленно покачивалась, то вправо, то влево. Вадим крикнул погромче.
—Эй! Девушка, я вам говорю!
Ответа опять не последовало, но похоже было, что все же она его услышала.
Одинокая сделала медленно шаг вперед, потом, повернувшись к Вадиму лицом,
все так же медленно побрела к проему в стене, где когда-то была дверь в комнату,
в которой мирно спали напарники Вадима — Терек, и Юрген. Когда незнакомка
вошла в комнату, она вытянула руки вперед, и подняла голову. Вадик, повидавший
много в этой жизни, почему-то оторопел. Лицо пустыми глазницами смотрело на
него. Вместо губ, обрывки обнажающие желтые кривые зубы, вместо кожи — стру-
пья. Одежда была разорвана и лохмотьями свисала вниз. Опарыши, как горох, сыпались на бетонный пол, авонь стояла такая невыносимая, что даже начало резать
в глазах. Было явно видно, что это не живой человек, покойник, но такой прыти от
трупа Вадим ожидать никак не мог.
Ходячий труп что-то прошипел и потянулся к Вадиму. Вадим, недолго думая,
сорвал с плеча автомат, но почему-то в припарке вместо того, что бы стрелять, со
всего маху ударил ходячего прикладом прямо в лоб. Труп завертелся на месте, как
юла, и грохнулся на пол. От падения на бетон тело переломилось пополам и обе
его части судорожно задергались, на некоторое время, но скоро затихли.
Вадим с ужасом смотрел на это создание и не верил своим глазам.
«Как труп может ходить сам? Такого же не бывает!»— судорожно думал Вадик. Только потом до него дошло, что он был на волосок от смерти. «Если тут такие
живучие твари ходят, что ожидать от собак?»
Глава 14. Отец.
В связи со всеми этими событиями, которые произошли с Вадимом за последние дни, он стал по-другому смотреть на мир. Вся его жизнь за забором Зоны
потеряла всякий смысл. Он все реже вспоминал мать и Иришку, не было больше
желания мстить Олегу за этот подлый поступок, но какое-то странное чувство поселилось в его душе. Чувство, нет, не тревоги, чувство чего-то доброго. Ему казалось,
что всё происходящее вокруг просто игра. Игра в сталкера. Он ни разу не попал в
аномалию, хотя в Зоне всего три дня, его ни кто не подстрелил, хотя были прецеденты, не укусил, даже труп женщины в старом доме считай сам развалился на части. Будто весь мир этой Зоны подстраивался под него. Ему нравилось сидеть и часами разглядывать местность в поисках чего-то подозрительного. Ему нравилось
ночевать у костра, слушать байки и песни под гитару. Ему хотелось быть в рядах
этих людей именующих себя сталкерами. Ему тут нравилось! Зона всё сильнее затягивала его в свои сети.
Пуля с воем выбила бетонную крошку из стены полуразвалившегося дома.
Терек стоял и молча смотрел, как Вадим медленно сполз по стене, оставляя кровавый след. А пули все ближе и ближе ложатся к нему, как бы протаптывая дорожку
к своей цели.
— Ну что ты встал, как вкопанный!— крикнул Юрген и сбил Терека с ног. Потом они оттащили Вадима за угол, треск автоматных очередей утих.
— Ты жив? — спросил Юрген, перевязывая Вадима.
— Да жив я, а кто это? И зачем они в нас стреляли?
—Потом вопросы свои дурацкие будешь задавать. Терек, давай хватай его и
потащили в подвал.
— Да в какой подвал-то! — воскликнул Вадим, плохо понимая, что вообще
происходит вокруг, кто напал на них, и почему стреляет, не предупредив.
— Есть тут у меня одно место. Бери его, там оборону займём, тут нас быстро
всех завалят. За стенкой этой долго не просидишь, накидают гранат и все.
Тащить долго не пришлось, метрах в двадцати был старый полуразрушенный подвал, вокруг стены дома и плиты, торчавшие из земли. Как обычно, кучи мусора и обломки кирпичей, ну и конечно вещи жильцов, ушедших навсегда.
В этом подвале было одно важное преимущество — у него была толстая
стальная дверь, которая, к тому же, была закрыта. Терек достал из контейнера артефакт — голубоватый шарик с мерцающими молниями, и засунул его в подмышку
Вадиму.
— Вот так-то оно будет получше!
Вадим ещё как-то пытался сам идти, но ноги очень плохо слушались его, а
потом и вообще перестали. Хотелось просто полежать и отдохнуть. Нет, страха не
было, была усталость и нега, как в тот день, когда он лег спать у забора. Зелёные
мошки закрутились в глазах.
— Он потерял очень много крови,«Лунный свет» ему не поможет —сказал
Терек. Он вытащил артефакт, отогнул клапан рюкзака Вадима и засунул его туда.
Весь мир пошел под откос. Вадим потерял сознание...
Штаб Орлов располагался в старом, брошенном бункере. Небольшая площадь перед входом, по углам вышки. Посреди площади мобильная установка РЛС.
Совсем старая антенна покосилась, краска на будке облупилась, а одноединственное окно и вовсе выбито. Зато на подступах к бункеру зарылись в землю
два ДЗОта и, судя по движению в амбразуре, они не были брошены. Скорее всего,
в этом бункере раньше размещалась какая-то воинская часть, которая со временем
переехала в другое место, а эти пережитки прошлого утащить с собой не удалось, и
они остались тут, как памятники.
Еще на подходе к забору, которым обнесено это место, их остановил дозор.
Судя по всему,сталкеров Терека и Юргена знали в лицо, но все равно не пропустили. Долго пытали Вадима, кто он и откуда, рассматривали зажигалку, и только потом пропустили всех троих. Юрген с Тереком дальше не пошли, а вот к Вадиму подошел угрюмый дядя с роскошными усами, как у Буденного, и, похлопав по плечу
сказал: — А ты, сынок, пойдешь со мной. — И небрежно стянул с плеча автомат. —
А это, — сказал он:— тебе больше не понадобится.
Пройдя по коридору, разделенному сеткой, они свернули в темный проулок
и вышли в большую, светлую комнату. Комната была заставлена ящиками, мешками, и бухтами кабелей. По дороге попалось много людей. Эти сталкеры заметно
отличались от всех остальных, которых видел Вадим. Они были все ухожены, чисто
выбриты, очень аккуратно одеты. Форма одинаковая, и у всех на плечах шевроны с
точно таким же изображением,какое было на отцовском подарке — орел, клюющий змею в обрамлении венка из лавровых листьев.
Провожатый “Будённый”, как окрестил его Вадим, подошел к обитой железом двери и постучал и, строго посмотрев на Вадима, сказал:
— Ты тут жди, тебя пригласят. — И вошел в помещение, плотно закрыв за
собой дверь. Тут же, через минуту, снова открылась дверь, Буденный, небрежно
взяв Вадима за рукав, потащил за собой: —Заходи, чего стоишь? Ротор ждет.
Вадим заскочил в тамбур помещения, куда его тащил “усач”, и быстро засеменил за сталкером, пока тот не оторвал рукав у штормовки.
— А поаккуратнее можно? —не выдержав, заорал Вадим, и тут же осёкся. На
пороге комнаты стоял… его отец!
Вадим, не веря своим глазам, слегка попятился назад, а потом, скинув рюкзак, воскликнул:
—Папа?! Где ты так долго был? Я ведь и не знал, что ты тут, ты ведь только
зажигалку оставил, и больше ничего… — он обнял своего улыбающегося отца. —
Папа, а тебя признали умершим,— сказал Вадик тихо — Мама плакала. Ну почему
ты ничего не сообщил о себе?
Вот так встретил Вадим своего пропавшего много лет назад отца.
— Видишь ли, Орлик, нельзя по своей воле выйти отсюда. И эта Зона теперь
— наш дом.
— Как нельзя? Ты же приходил домой, когда подарил мне зажигалку?
— Вадик, дома я остаться не смог. Зона не отпускает меня. Нечем мне там
заняться. Моё место тут. — Отец сел на кресло за письменным столом. — Ну что я
там буду делать? Дом—работа, работа —дом, скука. Здесь я живу, здесь я помню
свой каждый прожитый день. Тут у меня друзья, товарищи. Да и в конце концов,
кто защитит их от бандитов? Вот Бобёр сообщение прислал, что две группировки
готовятся напасть на нас.
—А как же я? А как же мама? Ты о нас подумал? Она вся извелась, плакала
по ночам, а ты! Ты… даже сообщить не мог! — Вадим нахмурил брови и отвернулся
к стене.
Отец вздохнул, потёр брови и не торопясь сказал:
— А мама всё знала!
— Как? — Вадим повернулся к отцу — Как знала?!
— Да, знала. Она меня проводила сюда, да и денег я оставил достаточно,
чтобы вы жили безбедно. Твоей матери просто очень нужны деньги, дома много
не заработаешь. Ты же знаешь, я слесарил, а богатых слесарей не бывает. Вот мама
твоя и нашла где-то заметочку про Зону, что мол денег тут можно много заработать, ценностей добыть всяких. Вот она меня сюда и послала. Так-то, сын. А тебе
надо бежать отсюда и, подальше. Зона эта, будь она проклята, смертельно опасна.
Тут на каждом шагу ловушки. Тут мертвые встают из своих могил, повсюду смерть.
Я покажу тебе дорогу отсюда — сталкеры, которые тебя привели сюда, будут сопровождать до самого выхода.— Отец ткнул пальцем в какой-то прибор, весь исчирканный стрелками и цифрами. — Я тебя смогу отправить назад, но сам не пойду, да и зачем?.. А маме скажи, что не видел меня — пускай будет, как будет...
Вадим открыл глаза. В ушах гудело, страшно болел бок. В полу тьме он рассмотрел Юргена. Тот стоял около двери и что-то делал с замком, Терек сидел прямо на полу и набивал рожок патронами. В подвале было темно и сухо, слегка пахнуло плесенью, воздух был густой, как туман. В горле пересохло, Вадим облизнул
губы.
— А что мы здесь делаем? — спросил он.
— Да тихо ты! — зашипел Терек. Сначала за дверью зашуршали шаги, и откуда-то сверху посыпались песок и мелкая галька. Потом гулкие удары сбили со
старой, толстой двери ржавчину, а потом раздался голос:
— Ига, а ну глянь, посмотри, может они в подвал шмыганули?
— Не-а, Гудок, ты что? Тут дверь старая, сто лет не открывали, вон заржавела
вся. Удрали они.
—Ну тогда в погоню,братва!Лавр, Ига, я что сказал? Быстро рысцой за ними!
***
Выбравшись через крышу на улицу, сталкеры побрели кое-как дальше.
— Нет, — сказал Юрген — Надо тут остаться, Турист совсем слабый, артефакт
его не поддерживает. Мы не дойдём.
Вадим облокотился на плиту и присел.
— А где отец? Я так и не попрощался.
Юрген и Терек переглянулись.
— Какой отец? Ты что, парень, крыша едет? — сказал Юрген и незаметно
подмигнул Тереку—Нет тут никакого отца. Ты полежи немного, мы пока костерок
разведем, чаю заварганим. Ты набирайся сил.
Вадим погрустнел. Неужели все это привиделось — и отец, и база, и тот дядя
с усами, как у Буденного? Нет, действительно надо полежать и отдохнуть, сил нет
совсем.
— Скажи, Вадим, — спокойно спросил Юрген — зачем ты сюда пришел?
Ведь Зона не для всех. Тут живут только те, кто хочет изменить свою жизнь, кто хочет забыть о прошлом и начать все с начала. Тут живут те, кому терять уже не чего.
Те, кто готов сгинуть, уйти в небытие, и о ком некому будет жалеть.
Терек в это время отработанными движениями быстренько разжег костер и
поставил на него походный котелок.
— Знаешь, Юрген… Я тоже хотел изменить свою жизнь и стать другим человеком. Мне надоели обманы и предательства, вечная нищета и боязнь за своих
родных. Я хочу жить по-другому!— Вадим свернулся калачиком около костерка и,
не мигая, смотрел на горящие огоньки. Искры, словно души ушедших людей, поднимались вверх и улетали в черное небо.
Юрген достал из рюкзака небольшой мешочек и, взяв оттуда горсточку какой-то травы, бросил её в котелок. Когда отвар настоялся и слегка остыл, он налил
половину кружки и поднёс к губам Вадима.
— На, попей, дружище, и постарайся уснуть. Я гарантирую, тебе станет
намного легче.
Пить совсем не хотелось, Но Вадим все же сделал пару глотков. Травяной
отвар подействовал довольно быстро. Удары молотков в висках затихли, на душе
стало тепло и спокойно.
— А тебе, дружище, я думаю, пора возвращаться домой. —Юрген сел рядом
с Вадимоми,подумав добавил:— Ты всегда можешь вернуться сюда, ведь ты уже
знаешь дорогу. Зона тебя теперь не забудет.
Глаза стали слипаться и Вадим, согнувшись калачиком, заснул около костра,
держа в руке железную кружку.
Глава 15.Лунный свет.
Проснулся Вадим от лёгкого толчка в спину.
— Ты ещё и храпишь? — ласково защебетала на ухо Иришка. Лёгкий ветерок
дунул в лицо, слегка пахнуло дымком. Вадим открыл глаза. Он лежал у почти потухшего костра, всё ещё сжимая в руке кружку с чаем. Иришка сидела в проеме палатки и, зевая, потягивалась. Из соседней палатки вылез Олег, следом за ним какая-то девчонка. Никаких следов недавнего побоища и в помине не было видно.
Вадим смотрел на то на Олега, то на Иришку и ничего не понимал.
Иришка выскочила из палатки, взяла полотенце и зубную пасту и, поцеловав
в щеку Вадика, побежала к умывальнику, еще с вечера прибитого к толстой березе.
Вадим сел и осмотрелся. Палатки, костер, берег. Все прямо как в тот день, когда
они пришли на отдых. Неужели он просто спал, и ему это все приснилось. А Зона и
сталкеры? А отец?
«Этого просто не может быть! Мне казалось, что я действительно в Зоне» —
подумал Вадим: —«А Кроль, Юрген, Терек? Они что, тоже приснились?»
До самого вечера он ходил как неприкаянный по кустам и искал ту самую
дорогу, вдоль которой шел длиннющий забор. Нет, не было тут ни каких дороги
заборов. Прекрасная погода, водохранилище, Олег со своей подругой, которая всё
же приехала поздно вечером, Иришка, Светка, Андрей, Серега…
«Господи да как только Зона могламнеприсниться? А сталкеры? Я и слов-то
таких никогда не слышал, что за бред?»
Иришка, решив, что Вадик просто заболел, дала ему таблетки, но он только
отмахивался.
— Да иди ты к своему Олегу! — не выдержав, вгорячах сказал он.
— Какой Олег? Ты что, Орлик? Я только тебя люблю.
— И не называй меня Орликом! — Крикнул он ей, когда она, обидевшись,
залезла в палатку.
— Не обижайся на меня, Ира.— Вадим стоял около палатки.— Я, наверное,
действительно заболел. Спал на земле, вот и простыл.
—Ну раз простыл, —сказал подошедший Олег, — выпей водки с перцем, и
под одеяло, пропотеешь и все пройдет.
Водка обжигающей лавиной разлилась по животу, стало тепло и уютно. Закутавшись в спальник, Вадим смотрел на Иришку. Она легла рядом и, подсунув под
голову рюкзак, прошептала:
— Я люблю тебя, только ты больше не уходи. Я так испугалась, когда ты сегодня ушел, и целый день бродил по округе. Ты что-то искал?
— Искал, себя я искал,— сказал он и закрыл глаза.
— Ой!— воскликнула Иришка, — и что ты там напихал в рюкзак? Камней, что
ли? Она открыла клапан, и на её ладонь выкатился голубоватый шар со сверкающими прожилками.
— Вадик, что это?— Спросила она и протянула странную вещь Вадиму. Вадим в полудреме приоткрыл глаза и, взяв артефакт в руку, прошептал:
— Лунный свет.
Тысячи мелких иголочек пронзили руку, глаза закрылись сами собой. Усталость и водка сделали своё дело. Воздух стал густым и заструился, как вода…
Вадим очнулся от того, что очень болел бок. Было ещё темно, слегка моросил дождь. В руках была кружка с травяным отваром. Терек остатками воды из котелка потушил и так полу тлеющий костер.
— Ну что? — сказал Юрген, — так и будешь валяться? Вставай, сталкер, нас
ждут великие дела.
Николай Плоцкий
nplozky@mail.ru
sbs-support@yandex.ru
SBS Book World, 2012-2014©
Скачать