ЩУКА - Sophia Kornienko

Реклама
ЩУКА
Клюквину было стыдно за то, что он ел мясо. В памяти его все
время всплывал образ увиденного в детстве теленка с большими
влажными глазами в густой тени ресниц. Из-за этого
воспоминания, говядины Клюквин почти не ел. Свининой он
попросту брезговал, в особенности, после того, как во время
путешествия по Индии – а Клюквин был человек духовный,
ищущий – на одном провинциальном железнодорожном вокзале
ему попался плакат с надписью: «ТЫ – ТО, ЧТО ТЫ ЕШЬ».
Собственно, единственное мясо, которое Клюквин употреблял
иногда в пищу, была баранина – у всех овец, которых он встречал
в жизни, был слишком тупой взгляд, чтобы разбудить в Клюквине
угрызения совести. То же самое касалось и рыбы – рыбьи глаза
казались Клюквину нарисованными на ее плоском боку пустыми
кнопками. Однако Клюквин был человек образованный и хорошо
знал, что рыбы также способны испытывать боль. Очень неловко
становилось ему каждый раз на рынке, когда он проходил мимо
картонной вывески с надписью «ЖИВАЯ РЫБА». Обычно он
проходил мимо, не останавливаясь, но на этот раз Клюквин
отчетливо услышал, как кто-то тихо сказал ему: «Выручи меня,
Клюквин!» Клюквин резко обернулся. «Выручи, Клюквин!» повторила щука средних размеров в верхнем ряду. Клюквину
стало жарко, он стащил с шеи вязаный шарф и пристроился в
конец очереди, пытаясь сконцентрировать все внимание на кучке
вполне дохлых кальмаров в сухарях. Когда подошла его очередь, он
уже хотел было взять двести грамм этих самых кальмаров и уйти,
как вдруг щука в верхнем ряду вновь надула щеки и произнесла
«Умоляю тебя!» «Мне, пожалуйста, щуку, средненькую», - сказал
Клюквин продавщице. «Выбирайте!» – сказала продавщица.
Клюквин осторожно показал пальцем: «А, вот эту». Продавщица
схватила щуку под жабры и бросила на весы. Клюквин вздрогнул и
расплатился. «Тем лучше», – подумал он, «наверное, теперь она
мертвая». Он взял прозрачный пластиковый пакет со щукой и
вышел на морозную улицу. Щука неподвижно оттягивала пакет к
земле, и иногда он задевал снежную кромку у края дороги. Войдя
в квартиру, Клюквин прошел прямо в ванную комнату, включил
теплую воду и вывалил содержимое пакета в раковину. Запахло
рыбой. Клюквин постоял над раковиной и подождал, пока
наберется вода. Щука всплыла брюхом кверху, рядом с ней
образовалось небольшое облачко крови. Клюквин вздохнул и стал
снимать ботинки. «Отпусти меня! Я исполню твое самое заветное
желание!» – прошептала раковина. Клюквин выбежал из ванной в
прихожую и забился в угол стенного шкафа. На полу таяли его
следы. Прошел месяц, с тех пор, как он перестал снимать уличную
обувь, перед тем, как войти – с тех пор, как ушла Люся. Она
ничего не сказала, просто оставила записку со словами «Я больше
не могу». Клюквин положил на колени шарф, который он все это
время сжимал в руке, уткнулся в него небритым лицом и заплакал.
Потом в коридоре стемнело, а по радио на кухне объявили, что в
Петропавловске-Камчатском – полночь. Клюквин продолжал
сидеть в углу шкафа. Ему хотелось есть, но он боялся подняться и
перейти в пустую кухню. Вдруг он услышал, как кто-то скребется
во входную дверь. Что-то щелкнуло, и повернулся наружный
замок. «Взломщики», - равнодушно промелькнуло в голове
Клюквина. Дверь тихо отворилась, и Щукин зажмурился от света.
На пороге стояла женская фигура в меховой шапке. Она сняла
сапоги и подошла поближе. Больше всего на свете Щукину
хотелось упасть перед ней на колени и воткнуться носом в теплую
лунку под ее животом, обхватив ее ноги руками. Но какая-то сила
не давала ему подняться с места. «Люся!» – сказал он только и
посмотрел в ее большие, влажные глаза в тени густых ресниц. «Ты
что тут сидишь? В пальто!» – сказала Люся. «Ты что? Что с тобой,
Оша!» – все повторяла она и крепко обняла его, обдав своими
сладкими запахами. Щукину стало стыдно, что от него немного
воняло рыбой. Потом Люся сняла с него пальто, и оно мягко и
тяжело упало на пол. Вдвоем они поместились на его гладкой
фиолетовой подкладке. Когда через час Люся вошла в ванную, она
громко вскрикнула: «Ой, щука! Как хорошо, что ты купил. Сто лет
уже не ела!» Потом она с сияющим розовым лицом вернулась в
прихожую и сказала: «Я сейчас быстренько приготовлю. Надо
только ее почистить». И Щукин побоялся ей что-нибудь ответить.
Амстердам, 14 сентября 2006 года.
Скачать