Диплом &quot

Реклама
---+МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Государственное образовательное учреждение высшего
профессионального образования
«Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского»
Филологический факультет
Кафедра преподавания русского языка в других языковых средах
Дипломная работа
Сопоставительный анализ смыслового наполнения концепта
«мысль» в индивидуально-авторских картинах мира
Ф.М. Достоевского и Л. Андреева
Выполнила:
студентка 952 гр. д/о
О.А. Кулакова
Научный руководитель:
к.п.н., доц. Е.Р. Переслегина
Нижний Новгород
2012
Содержание
Введение…………………………………………………………………….3
Глава I. Теоретические основы исследования
1. Понятие языковой картины мира……………………………...……..7
2. Понятие концепта…………………………………………………....10
3. Структура и содержание концепта ……………………………..….14
4. Концепт и значение …...…………………………………………….18
5. Особенности художественного концепта …………………….…...20
Глава II. Языковая и речевая репрезентация концепта «мысль» в
романе Ф.М. Достоевского «Идиот» и произведениях Л. Андреева
1. Методика анализа………………………………………………..….24
2. Анализ языковой и речевой репрезентации концепта «мысль» в
романе Ф.М. Достоевского «Идиот»…………………………….....27
3. Анализ языковой и речевой репрезентации концепта «мысль» в
рассказах и повестях Л. Андреева……………………………..…...46
4. Сопоставительный анализ смыслового наполнения концепта
«мысль» в произведениях Ф.М. Достоевского и Л. Андреева …...63
Заключение………………………………………………………………..75
Список литературы……………………………………………………….80
Приложение 1. Список контекстов (из романа Ф.М. Достоевского)
указать страницы
Приложение 2. Лексикографическое описание лексемы «мысль»
(по роману Ф.М. Достоевского «Идиот»)
Приложение 3. Список контекстов (из прозы Л. Андреева)
Приложение 4. Лексикографическое описание лексемы «мысль»
(по прозе Л. Андреева)
2
Введение
В последнее время термин «концепт» стал одним из ключевых
понятий современной лингвистики. Концепты становятся объектом не
только культурологического, но и лингвистического исследования.
Особый интерес представляет изучение концептов на текстовом материале
художественных произведений, так как речь в данном случае идет об
особом,
эстетическом,
индивидуально-авторском
видении
мира
и
способах его языковой репрезентации.
Активно разрабатываемые в лингвистике концептологические
исследования отражены во многих научных работах, среди которых
нужно особо выделить научный сборник под названием «Антология
концептов» (2005), который определен составителями как «концептуарий
культурно значимых смыслов, закрепленных в языковом сознании и
коммуникативном поведении человека» (отв. ред. В.И. Карасик, И.А.
Стернин), а также научную серию «Концептуальные исследования»,
основанную в 2003 г. М.В. Пименовой.
Особую сложность для исследователей представляет анализ
абстрактных концептов, поскольку они имеют ярко выраженный
субъективный характер, трудно поддаются определению, а носители
языка владеют ими бессознательно. Среди исследователей в этой области
следует назвать прежде всего А.П. Бабушкина, О.В. Ивашенко, З.Д.
Попову,
Л.О.
Чернейко.
Наиболее
часто
абстрактные
концепты
встречаются в литературных произведениях, своеобразие языка которых
делают исследование концептосферы писателя особенно актуальным. В
первую очередь, художественный текст – отображение индивидуальноавторской картины мира, которая является вариантом художественной
картины мира. В свою очередь, художественная картина мира включает в
себя общую часть – языковую картину мира, а также интерпретирующую,
в которой находит отражение индивидуально-авторское восприятие
действительности, личные знания автора, его опыт. В литературном
произведении, особенно классическом, выявление черт национальной и
3
индивидуально-авторской
картины
мира
позволяет
исследовать
специфику мировосприятия писателя и ее соотношение с национальными
особенностями концептуализации.
Таким
пристальным
образом,
вниманием
актуальность
современной
исследования
лингвистики
обусловлена
к
проблеме
концептуализации мира, а также особым интересом к проблеме
выражения в языке мыслительных единиц человеческого сознания (И.В.
Бурное, О.Н. Кондратьева, В.А. Маслова, М. Михеев, М.В. Пименова,
Ю.Д. Тильман, Ю.С. Степанов, Е.В. Урысон, А.Д. Шмелев), традиционно
трудных
для
лингвистического
и
когнитивного
описания,
и
необходимостью разработки методики такого описания. Внимание многих
исследователей, работающих в рамках новой научной парадигмы,
привлекают такие феномены, как ментально-лингвальный комплекс,
языковое сознание субъекта коммуникации, концептосфера, национальнокультурное пространство, т.е. «те феномены, которые стоят за дискурсом
и предопределяют его национально-культурную специфику» [Красных
2003, 34]. Наиболее продуктивным в данном направлении представляется
исследование концептосферы классиков русской литературы, поскольку в
их произведениях находят отражение ключевые черты национальной
концептосферы наряду с индивидуально-авторскими особенностями
мировосприятия.
Творчество
Ф.М.
Достоевского
и
Л.
Андреева
представляет большой научный интерес в связи с самобытностью и
глубиной анализа человеческого мышления указанными авторами.
Лексема «мысль» является достаточной частотной в исследуемом
материале, что позволяет говорить об особом месте ее в произведениях
писателей. В романе Ф.М. Достоевского количество словоупотреблений
202, в произведениях Л. Андреева – 196.
Объектом нашего исследования являются языковые и речевые
средства выражения концепта «мысль» в творчестве Ф.М. Достоевского и
Л. Андреева.
4
Предметом изучения является концепт «мысль» в литературном
наследии указанных авторов.
Цель работы – анализ языкового и речевого выражения смыслового
наполнения концепта «мысль», а также моделирование его содержания и
структуры на материале творчества Ф.М. Достоевского и Л.Андреева.
Цель исследования определила следующие конкретные задачи:
1) дать теоретическое описание понятийно-категориальной основы
исследования;
опираясь
на
работы
отечественных
и
зарубежных
лингвистов, уточнить содержание основных понятий дипломной работы;
2) провести семантико-когнитивный анализ лексической единицы
«мысль»;
3) определить содержание и смоделировать структуру исследуемого
концепта;
4) провести сопоставительный анализ и сделать выводы о наличии
общего и индивидуально-авторского в языковой и речевой экспликации
смыслового содержания данного концепта в творчестве Ф.М. Достоевского
и Л. Андреева.
Для решения поставленных задач применялись следующие методы:
общенаучные
методы
исследования
(анализ,
обобщение,
синтез,
систематизация, классификация, сравнение) и методы эмпирического
исследования (метод сплошной выборки материала, компонентный
анализ,
количественный
описательный
метод,
и
качественный
анализ
семантико-когнитивный
результатов,
анализ,
метод
сопоставительного анализа).
Материал исследования: текст романа Ф.М. Достоевского
«Идиот», тексты произведений Л. Андреева из сборника «Избранное
автором. Рассказы и повести (1899 - 1907)» (21 текст), а также словарные
статьи лексемы «мысль» в следующих словарях:
1. «Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова.
2. Ожегов С. И. Толковый «Словарь русского языка» под ред. Н.
Ю. Шведовой.
5
3. Ефремова Т.Ф. «Новый словарь русского языка».
4. «Большой академический словарь русского языка» под ред.
Л.Е. Кругликова и др.
5. Даль В. «Толковый словарь живого великорусского языка».
6. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного
русского языка.
7. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка.
Структура работы отражает этапы исследования, которое состоит
из введения, двух глав, заключения, библиографии и приложений.
6
Глава I. Теоретические основы исследования
1. Понятие языковой картины мира
Каждый язык по-своему членит мир, то есть «имеет свой способ его
концептуализации» [37, с. 64], а следовательно, имеет особую картину
мира, и языковая личность организует содержание высказывания в
соответствии с этой картиной. Язык является важнейшим способом
формирования и существования знаний человека о мире. Человек
отражает в процессе познавательной деятельности объективный мир и
фиксирует в слове результаты познания. Совокупность этих знаний,
запечатленных в языковой форме, представляет собой то, что в различных
концепциях называется «языковым промежуточным миром», «языковой
репрезентацией мира», «языковой моделью мира», «языковой картиной
мира». В силу большей распространенности мы остановимся на
последнем термине.
Понятие картины мира строится на изучении представлений
человека о мире. Картиной мира считается результат переработки
информации о среде и человеке. Таким образом, представители
когнитивной
лингвистики
справедливо
утверждают,
что
наша
концептуальная система, отображенная в виде языковой картины мира,
зависит от физического и культурного опыта и непосредственно связана с
ним. Явления и предметы внешнего мира представлены в человеческом
сознании в форме внутреннего образа. Следовательно, картина мира – это
система образов.
М. Хайдеггер писал, что при слове «картина» мы думаем, прежде
всего, об отображении чего-либо, «картина мира, сущностно понятая,
означает не картину, изображающую мир, а мир, понятый как картина»
[52, с. 49]. Между картиной мира как отражением реального мира и
языковой картиной мира как фиксацией этого отражения существуют
сложные отношения. Языковая картина мира не стоит в одном ряду со
специальными картинами мира (химической, физической и др.), она им
7
предшествует и формирует их, потому что человек способен понимать
мир
и
самого
себя
благодаря
языку,
в
котором
закрепляется
общечеловеческий и национальный опыт. В силу специфики языка в
сознании его носителей возникает определенная картина мира, сквозь
призму которой человек видит мир. Ю.Д. Апресян подчеркивал
донаучный характер языковой картины мира, называя ее «наивной
картиной».
Языковая
картина
мира
особым
образом
дополняет
объективные знания о реальности, часто искажая их. Поскольку познание
мира
человеком
не
свободно
от
ошибок
и
заблуждений,
его
концептуальная картина мира «постоянно меняется, «перерисовывается»,
тогда как языковая картина мира еще долгое время хранит следы этих
ошибок и заблуждений» [13, с. 348].
Языковая
картина
мира
определяет
особенности
отношения
человека к миру, задает нормы поведения. Язык отражает определенный
способ
восприятия
и
организации
(«концептуализации»)
мира.
Выражаемые в нем значения складываются в некую единую систему
взглядов, являющуюся обязательной для всех носителей языка. Таким
образом,
роль
языка
не
столько
коммуникативная,
сколько
структурирующая: он участвует во внутренней организации того, что
подлежит
сообщению.
Возникает
«пространство
значений»
(в
терминологии А.Н. Леонтьева) - закрепленные в языке знания о мире,
содержащие также национально-культурный опыт конкретной языковой
общности. Формируется языковая картина мира как совокупность знаний
о мире, запечатленных в лексике, грамматике, фразеологии. По В.
Гумбольдту, картина мира, которую можно назвать знанием о мире, лежит
в основе индивидуального и общественного сознания. Язык же служит
средством когнитивного процесса. Концептуальные картины мира у
разных людей могут быть различными: например, представители разных
эпох, разных социальных и возрастных групп, а также люди, говорящие на
разных языках, могут иметь при определенных условиях близкие
концептуальные картины мира, в то же время концептуальные картины
8
мира людей, говорящих на одном языке, могут иметь существенные
различия.
Следовательно,
в
концептуальной
картине
мира
взаимодействует общечеловеческое, национальное и личностное.
Картина мира включает в себя не только отраженные объекты, но и
позицию отражающего субъекта, его отношение к этим объектам, причем
эта позиция настолько же реальна, как и сами объекты. Поскольку
отражение мира человеком не пассивное, а деятельностное, отношение к
объектам способно изменить их, а система типичных социальных
позиций,
отношений
и
оценок
находит
отображение
в
системе
национального языка. Таким образом, языковая картина мира в целом
совпадает с логическим отражением мира в сознании людей.
В языке отражена наивная картина мира, которая представляет
собой ответ на практические потребности человека, основу его адаптации
к миру. Универсальность и специфика конкретной национальной
языковой картины мира создается посредством механизма вторичных
ощущений, запечатленных в метафорах, сравнениях, символах. Итак,
вопрос изучения языковой картины мира тесно связан с изучением
концептуальной картины мира, отображающей специфику человека и его
бытия, особенности познания мира личностью. Языковая картина мира
эксплицирует различные картины мира человека и отображает общую
картину мира.
В данной работе исследуется концепт «мысль» как часть
национальной
и индивидуально-авторской картины мира русских
писателей. Анализ заключается в выявлении особенностей отражения
авторского опыта познания действительности и его проявления в
описании
процессов
парадигматических
мышления,
и
свойств
синтагматических
мысли,
отраженных
связях
в
лексемы,
репрезентирующей исследуемый концепт. Также важен вопрос о позиции
отражающего субъекта - отношении писателя к «мысли» и ее
проявлениям.
9
2. Понятие концепта
В современной лингвистике вопрос о сущности концепта занимает
важное место. В последние годы интерес к исследованию концептов
растёт, термин «концепт» эволюционирует. Ещё в недавнем прошлом
многими исследователями он воспринимался как тождественный термину
«понятие». В настоящее время ситуация изменилась – большинством
исследователей термины «концепт» и «понятие» чётко разграничиваются.
Существует множество подходов к определению данного термина:
1 Д.С. Лихачев: «концепт – личностное осмысление, интерпретация
объективного значения и понятия как содержательного минимума
значения» [35, с. 281].
2 Е.С.
Кубрякова:
«Концепт
–
оперативная
единица
памяти,
ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга, всей
картины мира, квант знания. Самые важные концепты выражены в языке»
[33, с. 90–92].
3 Ю.С. Степанов: «концепт – идея, включающая абстрактные,
конкретно-ассоциативные и эмоционально-оценочные признаки, а также
спрессованную историю понятия» [47, с. 41–42].
4 А. Соломоник: «концепт – это абстрактное научное понятие,
выработанное на базе конкретного житейского понятия» [48, с. 246].
5 В.В. Колесов: «концепт – сущность понятия, явленная в своих
содержательных формах – в образе, понятии и в символе» [31, с. 19–20].
6 С.Х. Ляпин: «концепты – своеобразные культурные гены, входящие
в генотип культуры, самоорганизующиеся интегративные функциональносистемные многомерные (как минимум трехмерные) идеализированные
формообразования, опирающиеся на понятийный или псевдопонятийный
базис» [36, с. 16–18].
7 А.А. Залевская: «концепт - объективно существующее в сознании
человека
перцептивно-когнитивно-аффективное
образование
10
динамического характера в отличие от понятий и значений как продуктов
научного описания (конструктов) [27, с. 39].
8 В.И. Карасик: «концепты - ментальные образования, которые
представляют
собой
хранящиеся
в
памяти
человека
значимые
осознаваемые типизируемые фрагменты опыта» [28, с. 59], «многомерное
ментальное образование, в составе которого выделяются образноперцептивная, понятийная и ценностная стороны» [28, с. 71], «фрагмент
жизненного опыта человека» [28, с. 3], «квант переживаемого знания» [28,
с. 361].
9 С. Воркачев: «концепт - операционная единица мысли», «единица
коллективного знания, отправляющая к высшим духовным сущностям,
имеющая языковое выражение, отмеченное этнокультурной спецификой»
[20, с. 51–52]. Если ментальное образование не имеет этнокультурной
специфики, оно, по мнению ученого, к концептам не относится.
10 В.В. Красных: «концепт - максимально абстрагированная идея
“культурного предмета”», «своего рода свернутый глубинный “смысл”
“предмета”» [30, с. 269].
11 М.В. Пименова: «концепт – это некое представление о фрагменте
мира или части такого фрагмента, имеющее сложную структуру,
выраженную разными группами признаков, реализуемых разнообразными
языковыми способами и средствами» [39, с. 10].
12 З.Д. Попова, И.А. Стернин: «Концепт - дискретное ментальное
образование,
человека,
являющееся
обладающее
структурой,
(когнитивной)
базовой
единицей
относительно
представляющее
деятельности
собой
личности
мыслительного
упорядоченной
результат
и
кода
внутренней
познавательной
общества
и
несущее
комплексную, энциклопедическую информацию об отражаемом предмете
или явлении, об интерпретации данной информации общественным
сознанием и отношении общественного сознания к данному явлению или
предмету» [43, с. 24].
11
Среди данных определений следует выделить два основных
подхода к изучению концептов – когнитивный (Н.Д. Арутюнова, Е.С.
Кубрякова, Д.С. Лихачев, И.А. Стернин, Ю.С. Степанов, А. Соломоник,
А.А. Залевская, В.В. Колесов) и лингвокультурологический (С.Г.
Воркачев, В.И. Карасик, Н.А. Красовский, Ю.С. Степанов, С.Х. Ляпин,
В.В. Красных). Оба подхода рассматривают концепты как ментальные
образования, возникающие в результате познания человеком окружающей
действительности. Главное отличие заключается в том, что когнитивный
подход включает в число концептов любые языковые единицы,
отражающие знания и опыт человека, а лингвокультурологический подход
относит к числу концептов только единицы, отражающие менталитет
языковой
личности
определенной
этнокультуры.
Отсюда
следует
отметить различия в отношениях индивид – культура: лингвокультурный
концепт – это направление от культуры к индивидуальному сознанию, а
когнитивный концепт – это направление от индивидуального сознания к
культуре.
Отличается также подход к вопросу об отношении концепта и
языкового знака. Приверженцы когнитивного подхода считают концепт
комплексной мыслительной единицей, имеющей разные признаки и слои,
которые при этом могут не иметь обозначения в языке, так как «языковые
средства необходимы не для существования концепта, а для выражения
его содержания» [50, с. 49]. C другой стороны, «для когнитивиста одному
концепту соответствует одна языковая единица; для лингвокультуролога
концепт обладает свойством полиапеллируемости, может и должен
реализовываться при помощи целого ряда единиц языка и речи» [46, с.
30].
Лингвокогнитивный
и
лингвокультурологический
подходы
к
пониманию концепта не являются взаимоисключающими, а дополняют и
уточняют друг друга.
Вне зависимости от подхода все лингвисты разграничивают
«концепт» и «понятие». Содержание концепта включает сведения об
объектах и их свойствах, о том, что человек знает, думает, предполагает,
12
воображает об объектах мира. Концепт может отражать признаки объекта
или явления, которые могут быть охарактеризованы как второстепенные,
в то время как понятие передаёт более общие признаки, имеющие
первостепенную важность по отношению к данному объекту или явлению.
Понятие является результатом осмысления того или иного объекта
действительности
и
вычленения
наиболее
существенных
его
особенностей, результатом теоретического познания. Концепт может
включать в себя признаки объекта или явления, которые не только
являются второстепенными, имеющими меньшую значимость, но и
индивидуально окрашенные признаки. Различия между понятием и
концептом
обусловлены
различием
теоретического
и
обыденного
познания. Таким образом, концепт может трактоваться как базовая
когнитивная сущность, позволяющая связывать смысл с употреблением
слова, как единица процесса концептуализации, посредством которой
действительность
преломляется
в
сознании
человека.
Концепт
значительно шире, чем значение слова, закреплённое в словаре.
В качестве рабочего нами принято определение З.Д. Поповой и
И.А.
Стернина:
«Концепт
-
дискретное ментальное
образование,
являющееся базовой единицей мыслительного кода человека, обладающее
относительно упорядоченной внутренней структурой, представляющее
собой результат познавательной (когнитивной) деятельности личности и
общества и несущее комплексную, энциклопедическую информацию об
отражаемом предмете или явлении, об интерпретации данной информации
общественным сознанием и отношении общественного сознания к
данному явлению или предмету» [43, с. 24].
13
3. Структура и содержание концепта
З.Д. Попова и И.А. Стернин выделили три базовых структурных
компонента
концепта
интерпретационное
–
поле.
образ,
информационное
Наличие
образа
содержание
ученые
и
объясняют
нейролингвистическим характером универсального предметного кода
(УПК): чувственный образ кодирует концепт, формируя единицу УПК.
При этом чувственный образ может быть перцептивным, формирующимся
под влиянием органов чувств, и когнитивным, формирующимся благодаря
метафоризации предмета или явления. Информационное содержание
концепта включает определённые когнитивные признаки, определяющие
основные
черты
концептуализированного
предмета
или
явления.
Интерпретационное поле формируется под воздействием когнитивных
признаков, «которые в том или ином аспекте интерпретируют основное
информационное содержание концепта, вытекают из него, представляя
собой некоторое выводное знание, либо оценивают его» [41, с. 82]. Образ
не обязательно входит в ядро концепта как структуры, хотя в
индивидуальном
сознании
конкретный
образ,
очевидно,
таковым
является, поскольку кодирует концепт для данного носителя языка.
Периферийный статус того или иного концептуального признака вовсе не
свидетельствует о его малозначности или ненужности в структуре
концепта, статус признака лишь указывает на меру его удаленности от
ядра по степени яркости.
Интерпретационное поле неоднородно. З.Д. Попова и И.А. Стернин
делят его на несколько зон – «участков интерпретационного поля, которые
обладают определённым внутренним содержательным единством и
объединяют близкие по содержанию когнитивные признаки» [41, с. 82]:
- оценочная зона, выражающая общую оценку, энциклопедическая
зона, характеризующая признаки концепта и требующая знакомства с
ними на базе опыта, обучения, взаимодействия с денотатом концепта;
14
- утилитарная зона, выражающая утилитарное, прагматическое
отношение людей к денотату концепта, знания, связанные с
возможностью и особенностями его использования для каких-либо
практических целей;
- регулятивная зона, предписывающая, что надо, а что не надо делать
в сфере, «покрываемой» концептом;
- социально-культурная зона, отражающая связь концепта с бытом и
культурой
народа:
традициями,
обычаями,
определёнными
художественными произведениями, прецедентными текстами;
паремиологическая
-
зона,
объективируемая
пословицами,
поговорками и афоризмами, то есть совокупность утверждений и
представлений о явлении, отражаемом концептом, в национальных
паремиях.
И.А. Стернин говорит о трех структурных типах концептов –
одноуровневых, многоуровневых и сегментных [49, с. 21].

Одноуровневый концепт включает только чувственное ядро,
фактически - один базовый слой. Сюда ученый включает предметные
образы
и
некоторые
концепты-представления
(зеленый,
соленый,
тарелка). Такую структуру также имеют многие концепты в сознании
ребенка, а также концепты в сознании интеллектуально неразвитой
личности. В сознании большинства людей концепты сложнее.

Многоуровневый включает несколько когнитивных слоев,
различающихся
по
уровню
абстракции,
отражаемому
ими
и
последовательно наслаивающихся на базовый слой (грамотный)

Сегментный представляет собой базовый чувственный слой,
окруженный несколькими сегментами, равноправными по степени
абстракции. Как пример сегментного концепта Стернин приводит концепт
толерантность.
Метафорически 3.Д. Попова и И.А. Стернин представляют концепт в
виде облака, Н.Н. Болдырев - в виде снежного кома. Г.В.Токарев также
15
использует метафору облака. В одной из своих работ 3.Д. Попова и И.А.
Стернин представляют структуру концепта в виде плода:

косточка
плода
-
базовый
слой
концепта,
который
представляет собой определенный чувственный образ (автобус – желтый,
тесно, трясет; искусство - картины; религия - церковь, молящиеся люди).
Этот образ «представляет собой единицу универсального предметного
кода, кодирующую данный концепт для мыслительных операций, и
поэтому может быть назван кодирующим» [49, с. 58]. Авторы говорят о
том, что базовый образ может исчерпывать содержание концепта, если
концепт отражает конкретные чувственные ощущения и представления,
либо представлен в сознании очень примитивно мыслящих индивидов.

мякоть плода (в более сложных концептах) - дополнительные
когнитивные признаки, наслаивающиеся на базовый образ. Признаков
может быть много, они могут образовывать относительно автономные
концептуальные (когнитивные) слои и наслаиваться от более конкретного
слоя к более абстрактному.
Содержание концепта – это совокупность когнитивных признаков,
отражающих особенности концептуализируемого предмета или явления.
Признаки распределяются в содержании по полевому принципу.
Принадлежность к той или иной зоне содержания определяется частотой
словоупотребления лексемы, репрезентирующей исследуемый концепт.
Этот показатель характеризует яркость признака в сознании носителя.
Выделяются следующие зоны: ядро, ближняя, дальняя и крайняя
периферия.
Описание
содержания
концепта
осуществляется
как
перечисление признаков от ядра к периферии по мере уменьшения
яркости признака.
Важно отличать содержание и структуру концепта, поскольку их
статус и роль в структуре сознания и в процессах мышления различны.
Базовые структурные компоненты концепта могут распределяться по
разным полевым участкам содержания концепта - так, информационное
содержание концепта может принадлежать и к ядру, и к ближней
16
периферии, и к другим зонам периферии, а признаки интерпретационного
поля могут войти по яркости в ядро концепта. Образ не обязательно
входит в ядро концепта, а периферийный статус концептуального
признака лишь указывает на степень его яркости в сознании носителя с
точки зрения частоты употребления.
В ходе работы на основе выделенных когнитивных признаков нами
будут смоделированы содержание и структура концепта «мысль» на
материале творчества Ф.М. Достоевского и Л.Андреева, а также проведен
сравнительный анализ особенностей функционирования данного концепта
в исследуемых произведениях.
17
4. Концепт и значение
В отечественной лингвокогнитологии проблема соотношения
концепта и лексического значения слова остается актуальной. На
современном этапе развития науки данная проблема исследуется в
работах многих лингвистов: С.А. Аскольдова (1997), Ю.С. Степанова
(1997), В.В. Колесова (1999), В. Никитина (1996), С.Г. Воркачева (2002),
М.В. Пименовой (2003), З.Д. Поповой, И.А. Стернина (1999; 2002; 2003) и
других.
Одно из самых существенных различий значения и концепта
связано с их внутренним объемом, содержанием. Их соотношение
определяется
категориальным
статусом.
Значение
–
«единица
семантического пространства языка, то есть элемент упорядоченной
совокупности, системы значений конкретного языка» [42, с. 8]. Значение
включает в себя семантические признаки (семы), которые являются
общеизвестными для данного социума и связаны с функционированием
соответствующей звуковой оболочки (лексемы). С помощью семантики
обеспечивается взаимопонимание народа в процессе коммуникации.
Концепт - явление мыслительного порядка, это совокупность
единиц
для
осуществления
речемыслительного
процесса.
Являясь
единицей ментального мира человека, концепт шире значения слова,
поскольку включает в себя ментальные признаки того или иного явления,
в том числе и невербальные, «которые отражены сознанием народа на
данном
этапе
его
развития,
концепт
обеспечивает
осмысление
действительности» [42, с. 8]. Большинство исследователей отмечает, что
так же, как и понятие, концепт не равен значению: концепт – единица
концептосферы, значение – единица семантического пространства языка.
Следовательно, значение и концепт соотносятся как «коммуникативно
релевантная часть и ментальное целое» [41, с. 80]: значение (семема)
своими
семами передает определенные когнитивные признаки и
компоненты, образующие концепт, но это всегда лишь часть смыслового
18
содержания концепта. Концепты «не связаны «намертво» и жестко с
каким-либо одним словом, они как бы «парят» над словами, вступая в
отношения
с
разными словесными
формами
и
тем
самым
«синонимизируясь», зачастую в весьма причудливых и заранее не
предсказуемых видах» [47, с. 48]. Значение есть часть концепта,
«закрепленная языковым знаком в целях коммуникации» [42, с. 8].
Таким образом, общим является то, что концепт и значение - это
мыслительные образования, связанные с отражением действительности
сознанием. Отличие их состоит в том, что они принадлежат к разным
сферам
речемыслительной
деятельности:
значение
относится
к
семантическому пространству языка, а концепт - к концептосфере.
Содержание концепта включает «не только актуальные для сознания
смысловые компоненты, но и информацию, отражающую общую
информационную базу человека, его энциклопедические знания о
предмете или явлении, которые могут и не обнаруживаться в его речи»
[42, с. 8].
В
практической
части
нашего
исследования
мы
выявим
семантическую структуру лексемы «мысль» на материале творчества
Ф.М. Достоевского и Л. Андреева. Затем, на базе полученной
семантической
структуры
выделим
и
сформулируем
когнитивные
признаки концепта, объективированного описанной лексемой, и наконец,
построим модели структуры и содержания исследуемого концепта.
19
5. Особенности художественного концепта
Л.В. Миллер в своей статье «Художественный концепт как
смысловая и эстетическая категория» определяет этот феномен как
«сложное
ментальное
индивидуальному
определенного
образование,
сознанию,
но
этнокультурного
и
принадлежащее
(...)
не
психоментальной
сообщества»,
как
только
сфере
«универсальный
художественный опыт, зафиксированный в культурной памяти и
способный выступать в качестве фермента и строительного материала при
формировании новых художественных смыслов» [38, с. 41-42]. С.А.
Аскольдов характеризует художественный концепт следующим образом:
«Слово, - говорит он, - не вызывая никаких «художественных образов»
создает художественное впечатление, имеющее своим результатом какието духовные обогащения» - то есть, слово создает концепт [15, с. 271].
Концепт – акт, который намечает последующую обработку (анализ и
синтез)
конкретностей
определенного
рода;
зародыш
мысленной
операции.
Художественные концепты полилогичны, поскольку связаны с
множеством одновременно значимых точек зрения. Порождающее и
воспринимающее сознание в этом смысле равноценны. Анализируя идеи
С.А. Аскольдова, можно сказать, что создание и восприятие концептов —
двухсторонний
коммуникативный
процесс. В ходе коммуникации
создатели и потребители концептов постоянно меняются местами.
Современное представление о том, что художественные концепты
выявляют расхождение значения и смысла основано на фундаментальных
идеях немецкого логика и философа Г. Фреге. Сцепление концептов
порождает смысл, превосходящий смысл каждого элемента, взятого по
отдельности. Цепочки художественных концептов порождают образные
коммуникативные
системы,
характеризующиеся
открытостью,
потенциальностью, динамичностью. Существуя в пространстве языка,
20
такая система определяет характер национальной картины мира. Хотя
С.А. Аскольдов напрямую «не вводит понятие системы, по сути, он
размышляет именно о ней» [54, с. 141].
Главной особенностью, согласно С.А. Аскольдову, является то, что
художественные
концепты
заключают
в
себе
«неопределенность
возможностей»: они не следуют законам логики, а подчиняются особой
прагматике
«художественной
ассоциативности».
Художественные
концепты образны, символичны, поскольку то, «что они означают, больше
данного в них содержания и находится за их пределами» [16, с. 91]. Эту
символичность
С.А.
Аскольдов
называет
«ассоциативной
запредельностью». Возникающие цепочки «своих» и «чужих» концептов
имеют контекстуальный смысл. Исследователь подчеркивает, что «иногда
цепь этих образов направлена совсем не туда, куда влек бы их
обыкновенный смысл слов и их синтаксическая связь» [16, с. 92].
Важнейшей функцией концепта, по С.А. Аскольдову, является
функция «замещения». Эта мысль перекликается, на наш взгляд, с идеей
М.М. Бахтина о возможности раскрытия одного смысла только в процессе
диалога с другим, изоморфным ему. В 1929 году в работе «Проблемы
поэтики
Достоевского»
художественного
литературного
текста,
отмечает
как
произведения
такое
диалогизм.
М.М.
универсальное
В
Бахтина
свойство
теории
диалогизма
особую
значимость
приобретают «индивидуализированное языковое сознание» и «воля»
персонажа, способные создать в прозаическом литературном тексте
«внутреннюю диалогичность слова», с помощью которой «завоевывается
новая авторская позиция, лежащая выше монологической позиции» [19,
131-132, 171, 21]. Диалогичность становится основой текста: «Когда
диалог кончается, все кончается (…) Все – средство, диалог – цель. Один
голос ничего не кончает и ничего не разрешает» [19, с. 294]. Данная
работа, посвященная вопросам литературоведения, проясняет, как нам
21
думается, важные стороны механизма концептуализации мира в сознании
писателя.
Каждый концепт определяется его составляющими, которые могут
быть как гомогенными, так и гетерогенными. Художественный концепт
строится
по
ассоциации,
чем
определяется
неоднородность
его
компонентов. Концепт существует в определенной сфере, обусловленной
кругом ассоциаций каждого отдельного человека, и возникает как намек
на возможные значения, как отклик на предшествующий языковой опыт
человека в целом – поэтический, прозаический, научный, социальный,
исторический. Смысловые составляющие художественного концепта
эксплицируются в тексте посредством языка. Процесс постижения
смысла, безусловно, есть процесс языковой. Согласно С.А. Аскольдову, к
концептам познания не примешиваются чувства, желания, вообще
иррациональное. Художественный же концепт чаще всего есть комплекс
того и другого, то есть «сочетание понятий, представлений, чувств,
эмоций, иногда даже волевых проявлений» [15, с. 274].
В центре нашего внимания находится индивидуально-авторский
концепт, являющийся ключевой категорией исследований, затрагивающих
когнитивный аспект индивидуального стиля писателя. При этом, как
замечает Н.В. Фоминых, «литературные тексты конкретного автора…
позволяют сделать определенные выводы о концептосфере того народа,
представителем которого он выступает» [51, с. 177]. И.Р. Гальперин
утверждает, что в тексте художественного произведения находится
содержательно-коцептуальная информация, которая «сообщает читателю
индивидуально-авторское понимание отношения… между отдельными
индивидуумами,
их
сложного
психологического
и
эстетико-
познавательного взаимодействия» [57, с. 34]. А в случае с Ф.М.
Достоевским и Л. Андреевым можно говорить не только об отношениях
между индивидуумами, но и о сложных отношениях и противоречиях
внутри каждого индивидуума.
22
На
основе
вышеописанных
особенностей
функционирования
художественного концепта, мы считаем необходимым при дальнейшем
анализе исследуемого нами концепта обращать особое внимание на
специфику материала. Творчество Ф.М. Достоевского и Л. Андреева –
достаточно
религиозных
сложный
объект
особенностей
исследования
мировоззрения
ввиду
писателей,
философскосвоеобразно
преломившихся в языке и системе образов их произведений. Объем
«иррационального», о котором говорит С.А. Аскольдов, здесь больше, чем
в творчестве любого другого русского писателя.
23
Глава II. Языковая и речевая репрезентация концепта «мысль» в
романе Ф.М. Достоевского «Идиот» и произведениях Л. Андреева
1. Методика анализа
Для анализа языковой и речевой экспликации концепта «мысль» в
данной работе используется методика, разработанная на кафедре
преподавания русского языка в других языковых средах филологического
факультета
Нижегородского
государственного
университета
им.
Н.И.Лобачевского. Данная методика позволяет определить значения,
эксплицирующие когнитивные признаки концепта, на основе анализа
синтагматических и парадигматических связей ключевого слова, а также
слов, находящихся в логико-семантических отношениях с ним [21].
Наша задача – дать поэтапный анализ языковых и речевых средств
выражения смыслового содержания исследуемого концепта:
Этап 1 - выявление «внутренней формы» слова, номинирующего
соответствующий
концепт,
через
словарные
сведения
о
его
происхождении. Установление внутренней формы заглавного слова
позволяет определить впоследствии динамику его семантики.
Этап 2 - фиксация парадигматических логико-понятийных и лексикосемантических связей заглавного слова. Парадигма строится на основе
анализа контекстуальной семантики лексических единиц.
Этап 3 - фиксация его синтагматики. Определяются все глаголы,
имена
прилагательные,
одиночные
приложения-существительные,
синтагматически связанные с заглавным словом в текстах.
Этап 4 - определение словообразовательного гнезда заглавного слова.
Этап 5 ­ выявление языковых и формирование речевых значений
описываемой лексической единицы.
Этап 6 - сравнение ее словарных и текстовых семантических
структур. Такое сравнение наглядно показывает различия между
языковыми и речевыми значениями лексической единицы, а также
24
изменение семантической структуры во времени, что свидетельствует и о
динамике смысла концепта.
Описание
содержания
объективированного
в
и
романе
структуры
Ф.М.
концепта
Достоевского
«мысль»,
«Идиот»
и
произведениях Л. Андреева, проводилось на основе алгоритма семантикокогнитивного анализа, разработанного З.Д. Поповой и И.А. Стерниным, и
включало в себя следующие этапы:
1.
Когнитивная интерпретация результатов описания семантики
языковых и речевых средств экспликации концепта, приведенных в
словарной статье;
2.
Описание содержания концепта в виде перечня когнитивных
признаков;
3. Словесное моделирование концепта:
- описание категориальной структуры концепта (выявление иерархии
когнитивных признаков);
- описание содержания концепта через определение полевой организации
когнитивных признаков (ядро, базовый слой, периферия);
4. Общие выводы об особенностях исследуемого концепта.
На заключительном этапе исследования для выявления сходств и
различий исследуемого концепта в произведениях Ф.М. Достоевского и
Л.Андреева использовался метод сопоставительного анализа. Выделенные
нами когнитивные признаки по степени сходства были разделены на
совпадающие, частично совпадающие и индивидуально-авторские. На
основе данного сопоставления сделаны общие выводы об особенностях
функционирования концепта «мысль» в текстах вышеуказанных авторов.
Исследование проводилось на материале романа Ф.М. Достоевского
«Идиот» и произведений Л. Андреева из сборника «Избранное автором.
Рассказы и повести (1899 - 1907)», в который входят повести «Иуда
Искариот», «Жизнь Василия Фивейского», «Красный смех» и рассказы
«Большой шлем», «На реке», «Мысль», «Рассказ о Сергее Петровиче»,
«Тьма» и другие.
25
2.
Анализ языковой и речевой репрезентации концепта
«мысль» в романе Ф.М. Достоевского «Идиот»
Федор Михайлович Достоевский, произведения которого вошли в
классику русской литературы, является одним из самых исследуемых , но
в то же время Ф.М. Достоевский остается загадочным, даже мистическим
писателем. Это связано не только с такими удивительными его
предсказаниями,
как,
например,
точное
количество
погибших
в
гражданской войне, но и с удивительной способностью проникать в такие
глубинные тайны человеческой души, которые скрыты от глаз обычного
человека. Концептосфера русского народа нашла свое отражение на
страницах романов Ф.М. Достоевского и, очевидно, оказала влияние на
формирование его индивидуально-авторской концептосферы. Кроме того,
одна из важнейших особенностей концептуализации связана у Ф.М.
Достоевского с религиозными особенностями мировоззрения писателя.
Истоки его лежат в одном из важнейших для Ф.М. Достоевского
христианских текстов – «Книге Иова». В письме жене от 10 (22) июня
1875 г. писатель сообщает: «Читаю книгу Иова, и она приводит меня в
болезненный восторг: бросаю читать и хожу по часу в комнате, чуть не
плача <...> Эта книга ... одна из первых, которая поразила меня в жизни, я
был еще тогда почти младенцем!» [23, с. 43].
Концепт мысль является достаточно актуальным в творчестве
Ф.М. Достоевского, на что указывает частота употребления лексемы,
репрезентирующей
данный
концепт
в
исследуемом
романе:
202
словоупотребления. Данный концепт относится к классу базовых
психических концептов внутреннего мира, обозначающих ментальные
процессы.
Этимология слова позволяет установить внутреннюю форму слова,
что поможет впоследствии проследить динамику его семантики. В словаре
М. Фасмера этимология слова «мысль» представлена следующим образом:
26
МЫСЛЬ, -ж. – происходит от др.-русск. мысль ж. (ср. укр. мисль),
далее от праслав. формы, от которой в числе прочего произошли: ст.-слав.
мысль ж. (др.-греч. διάνοια, λογισμός), , болг. ми́съл, сербохорв. мисао
(род. п. мисли), словенск. msl (род. п. msli), чешск. mysl, словацк. mysel,
польск. myśl, в.-луж., н.-луж. mуsľ. Встречается в им. собств. (др.-русск.
Перемыслъ,
Осмомыслъ,
Добромыслъ).
Родственно
лит.
maudžiù,
maudžiaũ, maũsti «тосковать (по), страстно желать», ãpmaudas «досада»,
готск. gamaudjan «напоминать», ufarmaudei ж. «забвение», греч. μθος м.
«речь», μθέομαι «говорю, беседую, обдумываю», ср.-ирл. smūainim
«думаю» (*smoudniō), нов.-перс. mōуе «жалоба» (у из d), must — то же. От
гл. мыслить - мыслю, укр. мислити, ст.-слав. мыслити, мышл , (Супр.),
болг. мисля, сербохорв. мислити, мислим, словен. misliti, mislim, чеш.
mysliti, слвц. mуsliеt, польск. myslec, в.-луж. myslic, н.-луж. myslis.
Производное от мысль, род. п. -и, укр. мисль, др.-русск., ст.-слав. мысль
ж. , (Клоц., Супр.), болг. мисъл (Младенов 299), сербохорв. мисао, род. п.
мисли, словен. misl, род. п. misli, чеш. mysl, слвц. mysel, польск. mysl, в.луж., н.-луж. mуsl. Часто в им. собств. : др.-русск. Перемыслъ,
Осмомыслъ, Добромыслъ; см. Мi. ЕW 208. Родственно лит. maudziu,
maudziau, mausti "тосковать по, страстно желать", apmaudas "досада", гот.
gamaudjan "напоминать", ufarmaudei ж. "забвение", греч. м. "речь",
"говорю, беседую, обдумываю", ср.-ирл. smuainim "думаю" (*smoudnio),
нов.-перс. moуе "жалоба" (у из d), must – то же; см. И. Шмидт, Vok. I, 178;
Педерсен, Kelt. Gr. 1, 113; Траутман, ВSW 171 и сл.; Мейе, Et. 416.
В словаре П.Я. Черных дается следующая информация:
МЫСЛЬ, -м, ж. – «процесс мышления», «размышление», «рассуждение»,
«продукт умственной деятельности», «идея». Прил. Мысленный, -ая, --ое.
Глаг. Мыслить. Укр. Мысль – «мысль», «мышление» (ср. думка –
«мысль», «идея»), мислений, -а, -ее, мислити; блр. Мысль – «мысль»
(мыслительный процесс, мышление), мыслiць; болг. Мысъл, ж.,мислен, -а,
-о, мисля – «мыслю»; с.-хорв., мисао, ж.,
мисаон(и), -а, -о, мислить;
словен. Misel, miseln, -a, -o, misliti; словац. Mysel’ – «дух» (ср. myslienka –
27
«мысль»,
«идея»),
чеш.
Mysl
–
«мышление»,
«умонастроение»,
«расположение духа», mysliet; в.-луж. . Mysl – «мысль», «настроение»,
«расположение духа», «намерение», «замысел», н.-луж. Mysl – «мысль»,
«идея». Др.-рус. (с XI в.) мысль - «мысль», «идея», «суждение»,
«намерение», мысльный, мыслити, 1 ед. мышлю. Ст.-сл. Мысль. О.-сл. *.
Mysl. И.-н. корень *meudh- : *moudh- : *mudh- - «стремиться к кому-л. или
чему-л.», «страстно желать чего-л.» (Pokorny, 743). Ср.-лит. Maudjan, 1ед.
– «тосковать», «сильно желать», «ныть». Т.о., о.-с. * Myslъ из *mudslis.
Суф. О.-с. –sl-ъ, тот же, что в рус. гусли и т.п.
Таким образом, можно вычленить главный когнитивный признак
концепта – «действие ума». На это указывает древнее родство корня myslсо
словами, обозначающими
«намерение»,
«замысел»,
«настроение», «расположение духа»,
«идея»,
«суждение».
Интересно,
что
праиндоевропейский корень восходит к значениям «страстно желать чегол.», «тосковать», «ныть», «стремиться к кому-л. или чему-л.», которые
относятся, скорее, к эмоциональной и волевой сферам человеческой
деятельности.
Все
позднейшие
значения,
напротив,
принадлежат
преимущественно интеллектуальной сфере.
Лексико-семантическая
парадигма
строится
на
основе
контекстуальной семантики лексем, связанных с заглавной лексемой
отношениями разного рода: синонимическими, антонимическими, родовидовыми, «часть-целое», ассоциации.
В тексте обнаружены следующие синонимы слова «мысль»:
-узуальные
идея (дойдет… до счастливой мысли…такие, как он, христиане
всегда доходят до этой идеи, точно новая и особенная какая-то
идея загорелась у него в мозгу);
суждение (она чрезвычайно уважала суждения Александры
Ивановны и любила с нею советоваться);
убеждение (это было первое семя моего "последнего убеждения"…
я схватился за эту новую мысль);
28
рассуждение (сущность религиозного чувства ни под какие
рассуждения, ни под какие проступки и преступления и ни под
какие атеизмы не подходит).
-контекстуальные
звезда (покажите мне связующую… мысль и… осмельтесь сказать,
наконец, что не ослабели, не помутились источники жизни под
этою "звездой", под этою сетью, опутавшею людей);
сеть (покажите мне связующую… мысль и… осмельтесь сказать,
наконец, что не ослабели, не помутились источники жизни под
этою "звездой", под этою сетью, опутавшею людей);
семя (все ваши мысли, все брошенные вами семена; бросить
громадное семя, оставить… громадную мысль);
мир (мысль… великая как весь мир);
Контекстуальные синонимы вносят следующие оттенки значения,
обогащая и уточняя понимание мысли: семя – «рождающее начало»,
звезда – «источник света», что соотносится с семантикой словосочетания
«источник жизни»; сеть – «нечто захватывающее, опутывающее», мир –
«нечто огромное и всеобъемлющее».
В тексте обнаружен контекстуальный антоним слова «мысль» чувство (среди злых мыслей, вы навели его на доброе чувство).
Выявленный антоним подтверждает наше предположение о наличии
дополнительного оттенка значения лексемы «мысль» - рациональное,
бесчувственное начало.
В ходе анализа текста романа были выявлены ассоциации с
исследуемой лексемой - опорная точка, источник жизни (достаточно
крепкая мысль, чтобы послужить опорною точкой и "источником
жизни"). Словосочетание опорная точка вносит дополнительное значение
«первоначало», «основа».
Родо-видовые отношения, а также отношения «часть-целое» в ходе
исследования не были зарегистрированы.
29
Анализ
синтагматических
связей
позволяет
дать
полную
характеристику предмета, названного заглавным словом, через его
действия, совместные с ним действия, действия над ним и признаки.
Рассмотрим глаголы, обозначающие действие логического субъекта,
названного заглавным словом (СУБ):
блеснула,
нестерпима,
зарождается,
была
бы
воплотятся,
заставляла,
счастьем,
вскочит,
была
бы
вырастут,
зашевелилась,
гордостью,
дошла,
мелькнула,
была
завладела,
переродилась,
покоится, поражала, пришла, приходит, проглядывает, сбивала с толку,
стучит, тронула, укрепилась.
Важно отметить, что с заглавным словом часто используются
глаголы активного действия (стучат, вскочит, пришла, мелькнула,
зашевелилась, блеснула), а также непосредственного воздействия на
человека, у которого возникает данная мысль (завладела, (в злобу)
переродилась, заставляла, поражала, сбивала с толку, была нестерпима).
Таким образом, создается образ мысли как полноценного активного
субъекта действия, непосредственно влияющего на ее носителя.
В тексте не обнаружено глаголов, обозначающих совместные
действия субъекта, названного заглавным словом, с другим субъектом.
Далее рассмотрим глаголы, обозначающие действия над логическим
объектом, названным заглавным словом (ОБ):
бороться с мыслями, бояться мыслей, быть одному с мыслями,
выведете мысль, выговаривать мысли, выразить мысль, имею поучать
мысль, имел мысль, леденел от мысли, не помириться с мыслью, находите
мысли, омерзела мысль, отверг мысль, питала мысль, примириться с
мыслью, перенести мысль (на картину), поссорились за мысль,
понравилась мысль, принять на слово мысль, проникнуть в мысли, прогнал
мысль, прочел мысль, растолковывали мысль, содержать в мыслях,
схватился за мысль, унижать мысль, хотелось отвязаться от мысли,
ценил мысли.
30
Данные глаголы, согласно «Толковому словарю русских глаголов»
[59], можно разделить на несколько групп:
1) глаголы речевой деятельности (выразить мысль, находите
мысли, выговаривать мысли);
2) глаголы социальных отношений (за одну мысль поссорились,
помириться с мыслью, растолковывали, мысль имею поучать, не
выговаривали, прогнал, отверг, не могла быть исторгнута, унижать);
3) глаголы интеллектуальной деятельности (омерзела, от которой
хотелось отвязаться, бояться, понравилась, ценил, леденел от мысли,
прочел всю его мысль, в мыслях это содержать, мысль выведете);
4) глаголы перемещения объекта (перенести мысль);
5) глаголы владения (свою мысль имел).
Рассмотрим
имена
прилагательные,
обозначающие
признак
предмета, названного заглавным словом:
адская,
беспрерывная,
благородная,
великая,
великодушная,
великолепнейшая, верная, вернейшая, внезапная, внутренняя, гениальная,
гигантская, главнейшая глубокая, громадная, грустная, грязная, двойная,
дурная, забавная, затаенная, злая, интимная, истинно-религиозная,
историческая, коварная, крепкая, мрачная, мудреная, мучительная,
наполеоновская,
насмешливая,
настоящая,
не
успокоительная,
не
утешительная, нелепая, несчастная, новая, нравоучительная, новая,
общая,
орлиная,
особая,
особенная,
похвальная,
преоригинальная,
простодушная, разные, решительная, странная, смешная, связующая,
серьезная, сильная, страшная, статистическая, счастливая, тайная,
тонкая, "фантастическая", человеческая.
Данные прилагательные можно классифицировать следующим
образом:
1.
С отрицательной коннотацией:
а) дурная, мрачная, странная, мучительная, адская, двойные, злая,
коварная, насмешливая, страшная, грязная;
31
б) не успокоительная, не утешительная,
нелепая, грустная,
несчастная;
2.
С
положительной
гениальная,
коннотацией:
нравоучительная,
похвальная,
преоригинальная,
смешная,
решительная,
забавная, орлиная, наполеоновская, мудреная, простодушная,
благородная, "фантастическая";
3.
С особым сакральным смыслом:
а) нечто важное: особая, особенная, тонкая, истинно-религиозная,
главнейшая,
крепкая,
верная,
глубокая,
великолепнейшая,
вернейшая, связующая, общая, серьезная, громадная, новая,
внезапная, громадная, счастливая, гигантская, великодушная,
великая, настоящая, сильная;
б) нечто глубоко сокрытое: затаенная, тайная, внутренняя,
интимная;
4.
Без субъективной оценки - историческая, статистическая,
новая, человеческая.
Особого внимания заслуживают группы 1(а) и 3 (а), поскольку
значения данных прилагательных формируют индивидуально-авторский
когнитивный признак концепта. Ключевым сочетанием в группе 1(а)
является сочетание «двойные мысли», обуславливающее весь дальнейший
ряд. Оно отражает особое понимание Достоевским природы мысли,
предполагающее одновременное присутствие в одной мысли двух
противоположных нравственных полюсов, неразрывно связанных и
вызывающих неразрешимое противоречие, боль, ужас, мучения в душе
героя. М.М. Бахтин так характеризует эту особенность: «Там, где видели
одну мысль, он умел найти и нащупать две мысли», существующих «как
вечная гармония неслиянных голосов или как их неумолчный и
безысходный спор», причем «в каждой мысли личность как бы дана вся
целиком» [18, с. 41]. В душе героя даже во время самого чистого порыва
возникает адская мысль, что вызывает противоречия, переходящие во
внутренний конфликт: «…Хотел сообщить
вам полную, сердечную
32
исповедь, … искренно полный внутренних и, так сказать, внешних слез,
<…> вдруг пришла мне одна адская мысль: чтобы вы, разластившись,
мне сто пятьдесят рубликов отсчитали» [24, с. 258]. Таким образом,
индивидуально-авторский концепт «мысль» у Достоевского содержит
дополнительный когнитивный признак, связанный с дуалистической
природой мысли, сочленяющей трагически противоположные начала.
Герои при этом, даже разговаривая с кем-то, часто одновременно ведут
внутренний диалог, отвечая себе же на собственные мысли, одна из
которых более глубинная, скрытая: князь проговорил тихо, почти
задумчиво, как бы отвечая какой-то своей внутренней, затаенной мысли.
Здесь прослеживается связь с прилагательными группы 3 (б), в значении
которых
еще
более
актуализируется
диалогичность,
постоянная
внутренняя борьба мыслей в сознании каждого человека. Таким образом,
это мысль антиномическая, «двойная», содержащая в себе одновременно
два противоположных начала (светлое и темное), борющиеся в душе
человека.
В группе 3 реализуется не только значение, связанное с
положительной коннотацией, но и индивидуально-авторское значение,
приближающееся по семантике к ЛСВ «мировоззрение», «учение»,
«глобальная общая идея». Данное значение пересекается с узуальной
семой «идея», но приобретает особую возвышенную коннотацию,
обусловленную святостью и честностью, лежащими в основе высказанной
мысли.
Эта особенность концептуализации обусловлена глубокой
православной верой писателя. В этом значении употребляется «мысль»,
когда князь Мышкин вспоминает о бабке, которая «сказала такую
глубокую, такую тонкую и истинно-религиозную мысль, такую мысль, в
которой вся сущность христианства разом выразилась, то есть все
понятие о боге, как о нашем родном отце и о радости бога на человека,
как отца на свое родное дитя - главнейшая мысль Христова!» [25, с.
230]. Такая мысль является основой философского учения, которое несут
в мир лучшие из людей. Князь Мышкин говорит о себе: «я
33
действительно, пожалуй, философ, и кто знает, может, и в самом деле
мысль имею поучать...»
[25, с.
63]. В последних двух примерах
появляется онтологический аспект мысли как идейного начала: одна
главная первичная мысль, в которой «вся сущность христианства разом
выразилась» и которой достаточно, чтобы «поучать». Для Достоевского
это мысль о всепрощающей, бескорыстной, истинной любви, в первую
очередь, любви Бога к людям и великой радости, которая бывает «когда
он с неба завидит, что грешник пред ним от всего своего сердца на
молитву становится» [25, с. 230]. Благодаря такой мысли, возможно
«обновление всего человечества и воскресение его, может быть, одною
только русскою мыслью, русским богом и Христом», то есть она
заключает в себе путь спасения души. Здесь мысль онтологическая,
первичная, нерасчлененная, являющаяся основой веры и миропонимания в
целом.
В тексте присутствует понимание мысли в виде глубокого,
пророческого предчувствия, которое ниспослано свыше, которое также
связано с православными представлениями писателя. Так, князь Мышкин
еще задолго до кровавого преступления постоянно осознает незримое,
тяжелое присутствие мысли о возможности убийства: «разве решено, что
Рогожин убьет?!» [24, с. 91]. При этом мысль-предчувствие постоянно
преследует героя, терзает его: «При первом взгляде кругом себя он тотчас
же опять узнавал свою мрачную мысль,<…>мысль, от которой ему так
хотелось отвязаться» [24, с. 90]. Каждый раз, сталкиваясь с источником
зла, князь всем своим естеством ощущает его присутствие: «…Странные
мысли приходили ему при взгляде, например, на эти глаза: как бы
предчувствовался в них какой-то глубокий и таинственный мрак» [24, с.
32]. Эта мысль не случайно характеризуется эпитетом «странная»,
который показывает некоторую чуждость ее герою, а источником ее,
видимо, является нечто, лежащее вне человеческого разума. Мысль как
априорное знание, ниспосланное свыше.
34
Таким образом, выявляются следующие индивидуально-авторские
когнитивные признаки концепта «мысль»:
1. Мысль как божественное предчувствие;
2. Антиномическая, «двойная» мысль;
3. Религиозная онтологическая мысль.
На следующем этапе анализа необходимо рассмотреть дериваты
анализируемого
слова,
встретившиеся
в
тексте.
Анализ
их
словообразовательной структуры позволит выявить наиболее актуальное
речевое значение заглавного слова в тексте. Были найдены следующие
дериваты:
1. Замысел (Видно было, что он проговорил это без всякого
расчета, без всякого особенного замысла)
2. Помысел (Очевидно, у него и в помыслах не было встретить
ее здесь)
В качестве внутренней формы здесь было использовано значение
слова мысль как «результат процесса мышления».
На
основе
анализа
парадигматических
и
синтагматических
отношений слова в тексте можно сделать вывод, что лексема мысль
реализуется в тексте романа в следующих значениях:
1. только ед. Мыслительный процесс, мышление (логическое течение
мысли, с попыткой на мысль).
2. Результат мыслительного процесса (в форме понятия, суждения,
идеи) (за одну мысль поссорились, на подушке мне много мыслей
приходило..., осмелься выразить всю свою мысль).
3. Предположение, соображение (мысль эта укрепилась до точного и
всеобщего убеждения, мне на мысль пришло…).
4. Намерение, замысел (с этою мыслию и заснул в четвертом часу,
обливаясь слезами).
5. То, что заполняет сознание; дума (в таких мыслях воротился он
домой, опять узнавал свою мрачную мысль, мысль, от которой ему
так хотелось отвязаться).
35
6. только мн. Убеждения, взгляды (девяносто девять сотых людей…
всегда состояли в этих мыслях).
7. Божественное предчувствие (Странные мысли приходили ему при
взгляде, например, на эти глаза: как бы предчувствовался в них
какой-то глубокий и таинственный мрак).
8. Антиномическое целое (правда и дело… слова и ложь состоят в
адской (и всегда присущей) мысли, с этими двойными мыслями
ужасно трудно бороться).
9. Религиозная основа (обновление всего человечества и воскресение
его… одною только русскою мыслью).
В отличие от речевых, значения, отмеченные в словарях, содержат
закрепленное узусом словоупотребление, а следовательно, отражают
определенные знания о мире и человеке, менталитет и духовное наследие
русского народа. Словарное толкование дает «возможность вплотную
увидеть характер обозначенного словом концепта, выявить когнитивную
семантику лексемы» [17, с. 42]. Сопоставление значений, обнаруженных в
тексте, со значениями, представленными в толковых словарях, позволило
выявить различия между языковыми и речевыми значениями лексической
единицы. К языковым можно отнести следующие значения:
1. мыслительный процесс, мышление;
2. результат мыслительного процесса (в форме понятия, суждения,
идеи);
3. предположение, соображение;
4. намерение, замысел;
5. то, что заполняет сознание; дума;
6. убеждения, взгляды.
Эти значения содержат следующие толковые словари:
 «Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова.
 Толковый «Словарь русского языка» С. И. Ожегова под ред. Н.
Ю. Шведовой.
 «Новый словарь русского языка» Т.Ф. Ефремовой
36
 «Большой академический словарь русского языка» под ред.
Л.Е. Кругликова и др.
 «Толковый словарь живого великорусского языка» В.И. Даля
Кроме того, были обнаружены следующие фразеологические
сочетания, зафиксированные в словарях Д.Н. Ушакова и В.И. Даля:
с мыслями собраться, состояли в мыслях, разделять мысль, даже и
мысли не было (и в мыслях этого не было), задняя мысль, подать
мысль, смешна даже мысль, задались мыслию.
Сопоставление семантических объемов лексемы мысль на материале
толковых словарей разных временных периодов и в тексте романа
«Идиот» показало, что у Ф.М. Достоевского семантический объем
лексемы шире. Среди представленных в романе значений нет следующих,
зафиксированных в толковых словарях:
1. знание, познание в какой-л. области (БАС, Ефремова);
2. хорошая идея, хорошо придумано (разг.) (Ожегов).
К индивидуально-авторским относятся следующие значения:
1. божественное предчувствие;
2. антиномическое целое;
3. религиозная основа.
Выделенный перечень языковых и речевых ЛСВ мы представили в
виде
семантической
структуры
лексемы
«мысль»,
отражающей
иерархический принцип расположения ЛСВ, а также связи между
отдельными значениями.
37
Семантическая структура лексемы «мысль» в романе Ф.М.
Достоевского
Антиномическое
целое
Божественное
предчувствие
Действие ума
Результат процесса
мышления
Процесс мышления
Намерение
Предположение
Понятие,
суждение
Дума
Идея
Взгляды,
убеждения
Религиозная
основа
В
данной
схеме
отражена
четырёхуровневая
семантическая
структура лексемы мысль, смоделированная в результате анализа ее
контекстуальной семантики в романе Ф.М. Достоевского. В качестве
базового (инвариантного) значения мы выделили «действие ума». Все
остальные
лексико-семантические
варианты
(ЛСВ)
либо
прямо
соотнесены с ним, либо находятся в опосредованной зависимости от него
(через посредство других ЛСВ). Такой тип семантической структуры
называется комбинированным.
На втором уровне находятся ЛСВ, выделенные с точки зрения их
отношения к процессу мышления, а также на этом уровне оказались
38
индивидуально-авторские значения, отражающие отношение данного
процесса к производящему субъекту (божественное происхождение) и
значение, выражающее важный для автора сущностный признак самого
процесса (антиномическое целое).
На третьем уровне семантической структуры выделяются ЛСВ,
уточняющие характер мыслительной операции на соответствующей
стадии. На четвертом уровне находится ЛСВ, соединяющий в себе два
типа результатов процесса мышления и выражающее особое отношение
писателя к христианской идее как основе праведной жизни.
Когнитивные
признаки,
образующие
содержание
концепта,
являются репрезентацией в речи сем, составляющих семантему слова. В
процессе исследования мы выделили ряд когнитивных признаков,
формирующих смысловое наполнение концепта мысль, упорядочив их на
основе когнитивных классификационных признаков:
1. Действие ума (мышление)
2. Процесс мышления
3. Результат мышления:
- на уровне психики
- на уровне воли
- на уровне интуиции
- на уровне мировоззрения
Классификационный признак «действие ума» является первичным
по отношению к признакам, которые являются отражением этапов
процесса мышления (начало, процесс, результат) и эксплицирует
когнитивный признак «способность мыслить» как неотъемлемую и
исключительную способность человека в отличие от других живых
существ.
Классификационный признак «процесс мышления» объединяет в себе
следующие когнитивные признаки: «дума», «то, что владеет умом»,
«сеть». Данный признак
объективируется словами «размышлять»,
«размышление».
39
Классификационный признак «результат мышления» включает в
себя признаки, отражающие результаты этого процесса на разных
уровнях. Результат мышления на уровне психики содержит признаки
«идея», «понятие», «суждение», «предположение», «соображение». Они
объективируются дериватом «помысел». Результат мышления на уровне
воли объединяет признаки «намерение», «замысел» как непосредственный
стимул к реальному действию, порожденный сознанием человека.
Результат мышления на уровне интуиции включает в себя признаки
«божественное
предчувствие»,
«прозрение»,
«путь
к
спасению»,
«источник света», «звезда», «счастье», «гордость», странность, тайна,
истина, величие, объединение людей. Здесь объективируется религиозный
компонент
концепта,
характерный
для
мировосприятия
Ф.М.
Достоевского. Результат мышления на уровне мировоззрения содержит
признаки: «взгляды», воззрения», «система идей», противоборствующие
суждения (так называемые «двойные мысли» Достоевского), ад, страх,
мука.
Полученный перечень когнитивных признаков исследуемого
концепта стал базой для формирования моделей его структуры и
содержания.
Как утверждает И. А. Стернин, содержание концепта упорядочено
по полевому принципу – ядро, ближняя, дальняя и крайняя периферия.
Принадлежность к той или иной зоне определяется частотой, которая
отражает
яркость,
актуальность,
коммуникативную
релевантность
признака в сознании носителя. Исходя из этого, мы распределили
когнитивные признаки по соответствующим зонам.
40
Содержание концепта «мысль» в романе
Ф.М. Достоевского «Идиот»
Крайняя
периферия
Дальняя
периферия
Ближняя
периферия
Ядро
- идея (126)
- понятие (23), замысел, намерение (11), предположение (14),
божественное предчувствие (13)
- - странность (8), способность мыслить (7), величие (5), дума (5),
суждение (4), семя (4), тайна (4), связь людей, сеть (4), истина (4)
- противоборствующие суждения (3), соображение (3), воззрения
(2), ад (2), замысел (1), помысел(1), звезда (1), сеть(1), то, что владеет
умом(1), гордость(1), счастье(1)
Ядро концепта «мысль» в романе составляет когнитивный признак
признаки в кавычках! идея (126). К области ближней периферии (23-11)
относятся признаки: понятие (23), намерение (11), предположение (14),
божественное предчувствие (13). Дальняя периферия (8-5) содержания
концепта включает когнитивные признаки: странность (8), способность
мыслить (7), суждение (4), семя (4), тайна (4), связь людей (4), истина (4),
41
величие (5). К зоне крайней периферии (меньше 4) относятся следующие
признаки: противоборствующие суждения (3), соображение (3), воззрения
(2), ад (2), замысел (1), помысел (1), звезда (1), сеть (1), то, что владеет
умом (1), гордость (1), счастье (1).
Структура концепта «мысль»
Образ
Мыслящий субеъект
(человек, голова, мозг),
объективируется
признаком «атрибут
человеческого»
Информационное поле
«процесс мышления»,
«результат процесса
мышления»
Интерпретационное поле
«дума», «то, что владеет умом», «сеть», «божественное предчувствие»,
«прозрение», «путь к спасению», «источник света», «звезда», «счастье»,
«гордость», «странность», «тайна», «истина», «величие», «объединение
людей», «взгляды», воззрения», «система идей», «противоборствующие
суждения», «ад», «страх», «мука»
Структура концепта, по теории И.А. Стернина, состоит из трех
основных компонентов: образа, информационного и интерпретационного
поля. В центре находится чувственный первичный эмпирический образ,
42
который, по словам Н.Н. Болдырева, «сначала выступает как конкретное
чувственное содержание концепта, а затем становится средством
кодирования» [26, с. 111]. При этом этот образ различен у каждого
человека, поскольку отражает субъективный опыт. В большей степени
субъективность характерна для абстрактной лексики, поэтому выделить
образ сложнее, он значительно отличается у разных индивидов. Для
концепта
мысль
чувственный
образ
складывается
на
основе
антропоцентрической природы возникновения мыслительного процесса и
места его протекания: человек, голова (мысль в голову вскочит, мысль
приходит в голову), а также лицо (часто глаза) (мысль отразилась на лице,
покоится
во
взгляде).
Приведенные
примеры
лишь
частично
подтверждают содержание данного образа, остальные компоненты
смыслового наполнения находятся, вероятно, в невербализуемой части
концепта,
поскольку существование процесса
мышления
является
интуитивно понятным и вербализация чувственного образа неактуальна.
Информационное поле образуют информационные когнитивные
признаки, которые часто соотносятся со словарными дефинициями слова.
Они определяют общенациональную сущность концепта. В нашем случае
это
«мышление»,
«результат
процесса
мышления»
(«понятие»,
«намерение», «суждение», «предположение»).
Интерпретационное
вытекают
из
основного
поле
формируется
информационного
признаками,
содержания
которые
концепта,
дополняют, оценивают его. К ним относятся:, «сеть», «божественное
предчувствие», «прозрение», «путь к спасению», «источник света»,
«звезда», «счастье», «гордость», «странность», «тайна», «истина»,
«величие», «объединение людей», «взгляды, воззрения», «система идей»,
«противоборствующие суждения», «ад», «страх», «мука». Именно в этой
зоне располагаются индивидульно-авторские признаки, возникновение
которых обусловлено особенностями мировосприятия писателя.
Таким образом, можно сказать, что структура и зонирование
содержания исследуемого концепта не совпадают: признаки, структурно
43
относящиеся к интерпретационному полю, с точки зрения содержания
оказались в ядре и области ближней периферии. Например, актуальный
для
Ф.М.
Достоевского
признак
«божественное
предчувствие»
относящийся к классификационному признаку «результат мышления на
уровне сакральной интуиции». Остальные признаки, формирующие
интерпретационное поле, относятся преимущественно к области дальней и
крайней периферии содержания. Среди этих признаков присутствуют
индивидульно-авторские («сеть», «прозрение», «путь к спасению»,
«источник света», «звезда», «счастье», «гордость», «странность», «тайна»,
«истина»,
«величие»,
«объединение
людей»,
«система
идей»,
«противоборствующие суждения», «ад», «страх», «мука»), а также
признаки, соотносящиеся со словарными дефинициями («дума», «то, что
владеет умом», «взгляды, воззрения»). В области ближней периферии
значительно больше узуальных признаков («понятие», «намерение»,
«предположение»), которые структурно расположены в информационном
поле. С чувственным образом, складывающимся на основе представления
о субъекте мышления, соотносится периферийный признак «способность
мыслить» - особенность, которая априори отличает человека от других
живых существ.
44
3. Анализ языковой и речевой репрезентации концепта «мысль»
в рассказах и повестях Л. Андреева
Исследование проводится на материале произведений из сборника
«Избранное автором. Рассказы и повести», отражающих важнейшие
составляющие авторского мировоззрения. Сборник включает ключевые
произведения, составляющие основу художественного мира писателя:
повести «Иуда Искариот», «Жизнь Василия Фивейского», «Красный
смех», рассказы «Большой шлем», «На реке», «Мысль», «Рассказ о Сергее
Петровиче», «Тьма» и другие.
Леонид
Серебряного
Андреев
века
крайне
-
русской
неоднозначный
литературы.
Оценка
представитель
его
творчества
современниками колеблется от безоговорочного признания гениальности
писателя до сомнений в наличии какой бы то ни было художественной
ценности в его творчестве. Частыми были обвинения в подражательстве: в
текстах
Л.
Андреева
находили
черты
литературного
стиля
Ф.
Достоевского, Г. Успенского, Л. Толстого, А. Чехова, В. Гете, В. Гаршина,
Ч. Диккенса. Однако все исследователи подчеркивали оригинальность
мышления и своеобразность творческой манеры писателя. Современные
ученые отмечают в творчестве Л. Андреева сочетание различных
художественных
методов:
символизма,
экспрессионизма,
реализма,
экзистенциализма. Учитывая эту особенность, исследователи ввели
специальный термин, характеризующий творческий метод Л. Андреева синтетизм (Л.А. Иезуитова, В.А. Келдыш, Е.А. Михеичева, А.В.Татаринов
и др.).
Выбор творчества Леонида Андреева в качестве материала
исследования обусловлен вниманием писателя к исследованию природы
мысли и возможностей человеческого разума. Продолжая традиции Ф.М.
Достоевского, он в своих произведениях ставит вопрос о бытийной
сущности жизни, о борьбе веры и неверия, исследует бездны сознания и
подсознания, законы иррационального в человеке. Художественно45
философская концепция Л. Андреева является отражением общего
кризиса духовных ценностей XX века. Исходя из философии Ф. Ницше,
оказавшего значительно е влияние на творчество писателя, Л. Андреев
создает
в
своих
произведения
индивидуалистическую
личность,
противопоставившую себя миру. Душа такого человека исследует
границы вседозволенности, проявившей себя после того, как «Бог умер».
Идеологическая близость творчества Л. Андреева и произведений
Ф.М.
Достоевского
неоднократно
подчеркивалась
современными
исследователями. Например, О.Н. Осмоловский выделяет следующие
общие черты: «Андреева с Достоевским объединяет трагическое видение
жизни,
активность
мистического
и
символического
мышления,
обостренный интерес к метафизическим вопросам бытия, границам
свободы личной воли, типу "подпольного" человека и коллизиям его
разорванного сознания, таинственным глубинам человеческой души и
многое другое. Есть все основания говорить не только о типологических,
но
и
контактных
связях
Андреева
со
своим
гениальным
предшественником» [40, с. 3]. Однако, как отмечает исследователь, у Л.
Андреева отсутствует возможность выхода из нравственного тупика, в то
время как Ф.М. Достоевский видит такую возможность в единой
христианской вере. Здесь необходимо сказать о сложности религиозного
мировоззрения Л. Андреева. С одной стороны, в его творчестве
прослеживается
влияние
традиции
исихазма,
аскетического
молчальничества, невысказанности сокровенного. Эта традиция оказалось
близкой Л. Андрееву, хотя напрямую он никогда не говорил о своей
приверженности к исихазму. Писатель «выразил ощущение одиночества,
кричащего "молчания" человеческой личности на рубеже двух веков, один
из которых бредил цивилизацией и прогрессом, а другой вынужден был в
них усомниться» [32, с. 139]. С другой стороны, творческий путь и сама
жизнь писателя – пример напряженного поиска, постоянно сменяющих
друг друга восхищения и разочарования в возможностях человеческого
разума, его способности познать Бога (о глубоком противоречии внутри
46
самого
писателя
самоубийства).
свидетельствуют
Н.А.
Панфилова
его
так
неоднократные
описала
эту
попытки
особенность
мировоззрения писателя: «С отказом от религиозного мировоззрения
трансформируется художественная модель мира. Бытие не исчерпывается
земным
пространством,
оно
многомерно,
но
утрачивает
свою
соотнесенность с нравственной системой координат. "Ад" в творчестве
писателя воспринимается как "альтернативная" плоскость существования,
но уже не связан с идеей наказания. Вместо Рая, где, согласно
религиозной традиции, пребывает Бог, после "смерти" его "хозяина"
остается лишь Ничто, Пустота. Поэтому человеку в творчестве Л.
Андреева доступно абсолютное прекращение существования, полное
уничтожение,
развоплощение,
что
является
неприемлемым
для
христианского мировоззрения Ф.М. Достоевского» [58]. Таким образом,
религиозная позиция Л. Андреева неоднозначна и достаточно сложна, его
мировоззрение
находится
«на
грани
между
жаждой
веры
и
нигилистическим отношением к религии» [14, с. 180].
В ходе исследования было выявлено 196 словоупотреблений
лексемы, репрезентирующей исследуемый концепт, что свидетельствует
об актуальности концепта «мысль» в индивидуально-авторской картине
мира Л. Андреева. Кроме того, следует заметить, что одноименное
название имеет и один из его рассказов.
В соответствии с выбранной нами методикой проанализированы
синтагматические
и
парадигматические
репрезентирующей исследуемый
связи
лексемы,
концепт, а затем смоделированы
структура и содержание концепта.
Анализ лексико-семантической парадигмы лексемы мысль позволил
выявить отношения синонимии и антонимии, характеризующие значение
данного слова. В тексте обнаружены следующие синонимы слова
«мысль»:
-узуальные:
47
идея (на языке господ экспертов получило бы страшное название
мономании, господства навязчивых идей);
мнение (конечно, половина вас останется при одном мнении, другая
— при другом, но я вам поверю, гг. ученые…);
суждение (странное непостоянство в области мысли и чувства,
резкая крайность и необоснованность его постоянно менявшихся
суждений заставляли меня смотреть на него, как на ребенка или
женщину);
дума (так явственно была начертана глубокая дума на всех его
движениях);
представление (мысли мои ясны, представления отчетливы и
резки);
-контекстуальные:
орел (гордые мысли мои, как орлы, облетают пространство);
нить (но не сплетались они в одну крепкую, длинную нить, а
бродили в голове, словно коровы без пастуха);
коровы без пастуха (но не сплетались они в одну крепкую, длинную
нить, а бродили в голове, словно коровы без пастуха);
ястреб (кружась как ястреб над замеченным кустом, и суживая
круги, опускалась мысль в глубину);
огонь (эта мысль была как огонь, на который упало его сердце);
камень (каждый камень в нем был как застывшая мысль).
Контекстуальные синонимы носят ассоциативно-образный характер
и заключают в себе следующие оттенки значения, обогащая и уточняя
понимание мысли:
1.
Сравнение мысли с хищной птицей (орел, ястреб) позволяет
показать процесс формирования мысли, ее проникновения в сознание и
захват ею внимания человека. Тем самым привносится оттенок опасности,
силы мысли, ее власти над человеком.
2.
Ассоциация с камнем подчеркивает фундаментальность, силу,
тяжесть, значимость мысли. Наиболее ярко эта связь прослеживается в
48
повести «Иуда Искариот», где она превращается в развернутую метафору,
составляющую семантическую основу текста. Выражается эта сема как
глаголами (говорил Иуда презрительно и дышал тяжело, покачивая
тяжелой головою, которой все мысли теперь окаменели), так и
прилагательными (какие-то каменные мысли лежали в затылке у Иуды, и
к ним он был привязан крепко).
3.
Сила мысли актуализируется также в ассоциации с огнем как
наиболее сильной, всепоглощающей природной стихией.
Таким
образом,
писатель
акцентирует
внимание
на
силе
человеческой мысли, ее возможности управлять жизнью людей. Кроме
того, общей для Ф.М. Достоевского и Л. Андреева является ассоциативное
представление
о
мысли
в
значении
«нечто
захватывающее,
опутывающее», «объединяющее»: сравнение с нитью у Л. Андреева
сходно с ассоциацией с сетью в романе Ф.М. Достоевского.
В тексте обнаружены следующие контекстуальные антонимы слова
мысль:
1.
Видения (это не были мысли строго последовательные и
выраженные
словами, —
это
были
видения).
Данный
пример
подтверждает наше предположение о наличии дополнительного оттенка
значения лексемы мысль: рациональное, бесчувственное начало.
2.
Слово (все мои тяжелые, массивные создания пытающей
мысли могут быть разрушены одним ее словом — еще одним лживым
словом). Так подчеркивается противопоставление пустого слова и живой,
напряженной мысли.
3.
Книга (книжная мысль) (точно это была не живая мысль, а
попавшая в голову книга, коловшая мозг своими углами. Особенное
сходство с книгой придавало то обстоятельство, что всегда рядом с
мыслью стояла ясная и отчетливая страница, на которой он ее прочел).
В данном случае очевидно противопоставление книжной, чужой,
украденной мысли и живой, настоящей собственной.
49
В основе антонимии лежит предельно конкретный образ: мысль
предметна, последовательна и выражена словами. Это подтверждает
противопоставление мысли абстрактным, размытым видениям. Таким
образом, мысль сближается с материально выраженными объектами
(книгой, написанным словом). Этим свойством обладает «книжная
мысль», часто это чужие идеи, с которыми сравниваются собственные
«живые» мысли героя произведения (как в «Рассказе о Сергее
Петровиче»).
Рассмотрим глаголы, обозначающие действие логического субъекта,
названного заглавным словом (СУБ):
бегут, бродили, были разные, вернулась, вступила (в новую фазу),
должна была уничтожить, зародилась, заканчивала, изменяет, казались
(нечистыми), колотилась, кололи, кружилась, мелькнула, мучала, может
(все), начинала жить (своей жизнью), обнимает мир, окаменели,
остановила (его), повисла, посещает, пришла, (не сама) пришла,
прибегала, прояснится, разбиваются, вскакнула, шла позади (слова), не
стала ясной, не сплетались, не слушались, стояла, стремилась, суживая
круги, стала врагом, творила, прилепилась, убивала, щетинились,
являлась.
Важно отметить, что у Л. Андреева, так же, как у Ф.М.
Достоевского, с заглавным словом часто используются глаголы активного
действия, движения (бегут, бродили, прибегала, пришла, повисла), а также
глаголы физиологического и психологического (чаще всего негативного)
воздействия на человека, у которого возникает данная мысль (мучала,
остановила, убивала, должна была уничтожить). Кроме того, значение
мысли
как
субъекта
активного
действия
дополняется
глаголами,
обозначающими действия, присущие живому разумному существу
(стремилась, стала врагом, начинала жить (своей жизнью), творила,
изменяет). Таким образом, мысль как полноценный активный субъект
действия, непосредственно влияющий на ее носителя, обретает еще
50
большую самостоятельность и независимость от человека, тем самым
становясь опасным оружием, способным погубить своего носителя.
Далее рассмотрим глаголы, обозначающие действия над логическим
объектом, названным заглавным словом (ОБ):
возвращаетесь к мысли, видишь мысль, вызвать мысль, вытравляла
мысли, говорили о мысли, господствовал над мыслями, двигал мысль,
дорос до мысли, заволакивал мысли, знаем мысль, молился без мыслей,
наполняло его мысли, настраивало мысли, не верит в мысль, никто не
узнает мыслей, не закончив мысли, не выдержали мысли, не знал мысли,
не хотел трогать мысли, обесценивал мысль, озарить мысли, остановить
мысль, ознакомит с мыслями, становится мягко мыслям, терять мысль,
чувствовал мысли, умрет с мыслью.
Классифицируем выявленные глаголы на основе их лексикосемантической общности:
1) глаголы речевой деятельности (говорили о мысли, ознакомит с
мыслями);
2)
глаголы
социальных
отношений
(вытравляла
мысли,
господствовал над мыслями, не выдержали мысли);
3) глаголы интеллектуальной деятельности (возвращаетесь к мысли,
видишь мысль, вызвать мысль, знаем мысль, не закончив мысли, не верит
в мысль);
4) глаголы качественного состояния (заволакивал мысли, озарить
мысли, становится мягко мыслям, наполняло его мысли, настраивало
мысли);
5) глаголы межличностных отношений (обесценивал мысль, умрет с
мыслью, молился без мыслей).
В текстах Л. Андреева обращается особое внимание на неразрывную
связь важнейших составляющих человеческой жизни (смерть, молитва,
вера) с мыслями людей. Важно, что для писателя мысль на определенном
этапе
духовного
развития
человека
становится
определенным
51
препятствием для проникновения в глубину тайн бытия, где царит
молчание и покой.
Рассмотрим имена прилагательные и причастия, обозначающие
признак предмета, названного заглавным словом:
беззащитная, безумная, беспомощная, беспощадная, бесстрашная,
бесформенная, бедная, божественная, большая, борющаяся, важная,
взбесившаяся, всепроникающая, гордая, голодная, грязная, далекая,
живая, жуткая, задушенная, задняя, злая, испуганная, каменная,
медленная, неожиданная, нелепая, новая, обнищавшая, обыкновенная,
одинокая, опозоренные, особенная, острая, отчетливая, повелительная,
подлая, последняя, привычная, пошатнувшейся, правдивая, простая,
резкая, светлая, свободная, сильная, скептическая, слабая, старая,
самодовольная, старая, страшная, странная, творческая, терзаемая,
точная, тугая, тяжелая, честная, человеческая, чистая, чудовищная,
храбрая, хорошая, убийственная, ужасная, умная, явная, ясная, яркая.
Имена прилагательные, сочетающиеся с лексемой мысль, можно
классифицировать следующим образом:
1. с отрицательной коннотацией: безумная, беспощадная, грязная,
жуткая, злая, нелепая, подлая, страшная, тяжелая, убийственная,
ужасная;
2. с положительной коннотацией: большая, важная, правдивая,
честная, чистая, храбрая, хорошая, умная;
3. с особым сакральным смыслом: божественная, особенная;
4. без субъективной оценки: новая, человеческая, последняя, старая,
медленная, привычная;
5. нечто
глубоко
сокрытое:
затаенная,
тайная,
внутренняя,
интимная;
6. степень ясности, четкости: бесформенная, резкая, светлая, ясная,
яркая, явная, точная;
7. с признаком качеств человека: гордая, голодная, живая, испуганная,
обнищавшая, одинокая, бедная.
52
Типологические
характеристики
проанализированных
имен
прилагательных и причастий свидетельствуют об особом внимании
писателя к качеству, четкости формулировки мысли. Это позволяет мысли
быть живой, действенной. Также важно отметить, что мысль у Андреева
приобретает еще большую антропоморфичность, что уже было отмечено в
анализе глаголов, сочетающихся с исследуемым словом. Мысль начинает
жить
собственной
жизнью,
испытывать
человеческие
эмоции,
существовать независимо от человека, в голове которого она возникает.
Автор часто подчеркивает самостоятельность жизни мысли и обретение
ею онтологических свойств в душе истинно верующего человека (…и это
отрешение мыслей от мозга, их создавшего, от всего земного,
сопровождавшего их рождение, создало им божественность и вечность).
Рассмотрим дериваты анализируемого слова, встретившиеся в
тексте. Анализ их словообразовательной структуры позволит выявить
наиболее актуальное речевое значение заглавного слова в тексте. Нами
были зарегистрированы следующие дериваты:
1. Замысел (…многочисленные сыщики тщетно доискивались
признаков нового бунта или какого-нибудь преступного и
страшного замысла)
2. Помысел (он стоит и спокойно расспрашивает о самых
сокровенных помыслах и чувствах)
Очевидно,
что
в
качестве
внутренней
формы
здесь
было
использовано значение слова мысль как «результат процесса мышления».
На
основе
анализа
парадигматических
и
синтагматических
отношений слова в тексте можно сделать вывод, что лексема мысль
реализуется в тексте романа в следующих языковых значениях:
1. только ед. Мыслительный процесс, мышление (Опять мысль его
шла позади слова …все помимо его казалось таким пустым,
ничтожным, совершенно неспособным вызвать мысль).
2. Результат мыслительного процесса (в форме понятия, суждения,
идеи) (Ему показалось, что в ее глазах видна та же мысль, что
53
пришла и ему в голову. Сергей Петрович совершенно не был в силах
облечь в форму мыслей и слов все то, что он видел так ясно и
хорошо).
3. Предположение, соображение (В женской голове зародилась мысль
о том, что губернатор должен быть убит …являлась тягостная
догадка о каких-то совсем особенных мыслях, ворочающихся под
этим черепом).
4. Намерение, замысел (Под тягучие звуки упорных речей о погибшем
первенце у жены его явилась безумная мысль. Какой простор для
творческой, бесстрашной, воистину творческой мысли!).
5. То, что заполняет сознание; дума (Наступила ночь с своими
мыслями и снами. Какие-то каменные мысли лежали в затылке у
Иуды. Мысль о смерти не была новою).
6. только мн. Убеждения, взгляды (Ограбленная в мыслях своих,
женщина даже не умела назвать своего врага и грабителя. Мысли
мои ясны, представления отчетливы и резки).
7. Знание, познание в какой-л. области (Всегда рядом с мыслью стояла
ясная и отчетливая страница, на которой он ее прочел).
8. Живое, самостоятельное существо (Мысль изо дня в день убивала
человека, Мысль убивала его, Как выходит из чрева созревший плод,
так эта убийственная повелительная мысль, дотоле слышная
только по глухому биению сердца, неудержимо стремилась наружу
и начинала жить своей особенной, самостоятельной жизнью).
9. Человеческий интеллект (одним словом, я хочу узнать крепость
своей мысли, измерить ее силу, Он смеет не верить в мысль! Он не
знает, что мысль может все!, Там была граница мысли).
10.Атрибут человеческого (в отличие от божественного) (И снова
молился, без слов, без мыслей, молитвою всего своего смертного
тела, в огне и смерти познавшего неизъяснимую близость Бога.
Туда не смела заглянуть его все еще человеческая, слишком
человеческая мысль).
54
Закрепленные узусом лексические значения отражают менталитет и
духовное наследие всего народа. Выявление различия между языковыми и
речевыми значениями лексической единицы позволяет понять специфику
авторского мировосприятия. Перечислим языковые значения:
1. мыслительный процесс, мышление;
2. результат мыслительного процесса (в форме понятия, суждения,
идеи);
3. предположение, соображение;
4. намерение, замысел;
5. то, что заполняет сознание; дума;
6. убеждения, взгляды;
7. знание, познание в какой-л. области;
8. хорошая идея, хорошо придумано (разг.).
В текстах Л. Андреева нами обнаружено употребление исследуемой
лексемы во всех значениях, кроме разговорного «хорошая идея, хорошо
придумано».
В
ходе
работы
следующие
значения
выделены
нами
как
индивидуально-авторские:
1. Живое, самостоятельное существо
2. Человеческий интеллект
3. Атрибут человеческого (в отличие от божественного)
Выделенные нами языковые и речевые ЛСВ мы представили в виде
семантической структуры лексемы «мысль». Данная схема отражает
иерархический принцип расположения ЛСВ, а также связи между
отдельными значениями внутри структуры.
55
Семантическая структура лексемы «мысль» в произведениях
Л. Андреева
Самостоятельное
существо
Атрибут
человеческого
Человеческий
интеллект
Действие ума
Результат процесса
мышления
Намерение
Идея
Взгляды,
убеждения
Процесс мышления
Предположение
Дума
Понятие,
суждение
Знание, познание в
какой-л. области
Приведенная схема отражает комбинированную семантическую
структуру лексемы «мысль» в прозе Л. Андреева. Прямое номинативное
значение «действие ума», как и в семантической структуре лексемы,
эксплицирующей концепт в романе Ф.М. Достоевского, выделено нами в
качестве базового, являющегося общим для значений, составляющих
второй уровень, на котором, кроме стадий процесса мышления, нами
выделены ЛСВ, отражающие актуальные для писателя качества мысли.
Третий уровень семантической структуры включает в себя ЛСВ,
называющие конкретные типы соответствующих стадий и качеств
мышления. Четвертый уровень представлен языковым значением, не
56
реализованным в тексте Ф.М. Достоевского, обозначающим совокупность
понятий, хранящихся в памяти.
Самый высокий показатель частоты употребления среди всех ЛСВ,
формирующих данную структуру, у обоих авторов имеет значение
«результат процесса мышления». Оно является инвариантным для
следующих
значений:
«идея»,
«намерение»,
«предположение»,
«убеждения», «суждение», «знание». Это говорит о том, что в сознании
данных писателей мысль, прежде всего, единица мыслительного процесса,
кристаллизирующая
результат восприятия. Если сравнить частоту
употребления других значений в прозе исследуемых писателей, то для
Ф.М. Достоевского актуальным является значение «дума», поскольку
мысли для него – неотъемлемое постоянное содержание человеческого
сознания, а также значение «взгляды, убеждения». Автор неоднократно
подчеркивает необходимость для человека иметь собственную систему
мировоззрения.
Для
Л.
Андреева
актуальным
является
значение
«намерение», отражающее влияние мысли на волевую сферу человека в
плане формирования стимула к действию. Писатель подчеркивает
опасную силу мысли, ведущую как к прогрессу, так и к губительным для
человека решениям.
На основании
сформулируем
выделенных речевых и языковых значений
когнитивные
признаки,
образующие
смысловое
наполнение концепта «мысль» в исследуемых произведениях Л. Андреева,
упорядочив их на основе когнитивных классификационных признаков:
1. Действие ума (мышление)
2. Процесс мышления
3. Результат мышления:
- на уровне психики
- на уровне воли
- на уровне интуиции
- на уровне знания
- на уровне мировоззрения
57
4. Самостоятельное живое существо
Рассмотрим когнитивные признаки, характерные для произведений
Л.Андреева. Классификационный признак «действие ума» является
первичным по отношению к остальным признакам, которые являются
отражением этапов процесса мышления (начало, процесс, результат) и
отражает
когнитивный
признак
«способность
мыслить»
как
неотъемлемую и исключительную способность человека в отличие от
других живых существ. У Л. Андреева данный признак углубляется и
расширяется до признака «человеческий интеллект», объективируя
системность, организованность мышления в единый важнейший процесс,
обеспечивающий и контролирующий всю деятельность человека. С одной
стороны, это свойство отличает и возвышает человеческое существо над
животными, с другой стороны, отличает от состояния высшего,
божественного разума, находящегося в покое и всеведении. Этим
обусловлено появление когнитивного признака «свойство человеческого»
(в отличие от божественного).
Классификационный признак «процесс мышления» объединяет в
себе следующие когнитивные признаки: «дума», «то, что заполняет
сознание»,
«сеть».
Данный
признак
объективируется
словами
«размышлять», «размышление».
Классификационный признак «результат мышления» включает в
себя признаки, относящиеся к разным сферам внутреннего мира человека.
Результат мышления на уровне психики содержит признаки «идея»,
«понятие»,
«суждение»,
«предположение»,
«соображение».
Они
объективируются дериватом «помысел». Результат мышления на уровне
знания включает признаки «познания в некой области», «книжное
знание». Результат мышления на уровне воли объединяет признаки
«намерение», «замысел» как непосредственный стимул к реальному
действию, порожденный сознанием человека. Результат мышления на
уровне
мировоззрения
содержит
признаки
«взгляды»,
воззрения»,
«система идей». Величие возможностей, которые открываются человеку,
58
обладающему знанием, отражено в признаке «гордость». Результат
мышления на уровне интуиции (высшего знания) включает в себя признак
«божественность».
Классификационный признак «самостоятельное живое существо»
является наиболее интересным с точки зрения исследования законов
индивидуального миропонимания Л. Андреева. Мысль предстает живым
существом, обладающим собственной волей и имеющим власть над
действиями человека. Чаще всего это влияние оказывается губительным.
Данный признак объединяет в себе признаки: «ястреб», «орел»,
объективирующие
хищную
природу
и
силу
мысли;
«убийца»,
«предатель», «измена», придающие мысли черты антропоморфизма;
«огонь», «камень», отражающие первозданную силу мысли, сравнимую с
силой
стихии.
самостоятельности
Непостижимость
мысли
и
грани
зависимости
между
ее
от
обретением
порождающего
человеческого сознания отражается в признаке «тайна».
На основе выделенных нами когнитивных признаков построим
модели структуры и содержания исследуемого концепта в произведениях
Л. Андреева по методике З.Д. Поповой и И.А. Стернина. Как уже
упоминалось
ранее,
в
основе
методики
лежит
анализ
частоты
употребления того или иного признака в текстах писателя, что позволит
определить актуальность каждого из них в сознании автора.
59
Содержание концепта «мысль»
Крайняя
периферия
Дальняя
периферия
Ближняя
периферия
Ядро
- идея (67)
- убеждения, взгляды (16),способность мыслить (15), интеллект (15),
самостоятельное живое существо (13) дума, то, что заполняет сознание
(12), процесс мышления (11), предположение (10)
-
- суждение (8), соображение (7), замысел, намерение (6)
- - книжное знание (познание в к-л области) (3), камень (3),
божественность (2), атрибут человеческого (2), гордость (2), орел (1),
нить(1), ястреб(1), тайна(1), огонь(1), странность(1)
Выделим
признак,
относящийся
к
ядру
концепта.
Таким
признаком, как и в романе Ф.М.Достоевского, является идея (67), что
отражает близость содержания концептов данных авторов с точки зрения
наиболее актуального, релевантного признака.
Следующий слой – область ближней периферии (16-10). Он
включает в себя признаки: убеждения, взгляды (16),способность мыслить
(15), интеллект (15), самостоятельное живое существо (13) дума, то, что
60
заполняет сознание (12), процесс мышления (11), предположение (10). К
области дальней периферии (8-5) мы отнесли следующие признаки:
суждение (8), соображение (7), замысел, намерение (6). Крайняя
периферия (3-1) представлена признаками: книжное знание (познание в кл области) (3), камень (3), божественность (2), атрибут человеческого (2),
гордость (2), орел (1), сила (1), нить (1), ястреб (1), тайна (1), огонь (1),
странность (1).
Структура концепта «мысль»
Образ
Мыслящий субеъект
(человек, голова, мозг),
объективируется
признаком «атрибут
человеческого»
Информационное поле
«процесс мышления»,
«результат процесса
мышления», «свойства
объекта»
Интерпретационное поле
«процесс мышления», «результат процесса мышления», «свойства
объекта». Интерпретационное поле составляют признаки, раскрывающие
и дополняющие информационные: «суждение», «представление»,
«процесс мышления», «сила», «самостоятельность», «убеждения»,
«камень», «живое существо», «интеллект», «огонь», «гордость», «тайна»,
«орел», «нить», «ястреб», «познание в какой-либо области»,
«странность».
61
Анализ структуры концепта, как уже отмечалось ранее, достаточно
сложен,
поскольку
он
репрезентируется
словом,
относящимся
к
абстрактной лексике. Относительно наполнения чувственного образа, мы
придерживаемся мнения о первичности представления о мыслящем
субъекте – человеке, его сознании, порождающем мысль. В признаке
«атрибут человеческого» еще раз акцентируется, что процесс мышления
характерен именно для разумных человеческих существ. Этот признак,
как показывают исследования, особенно важен для Л. Андреева. Автор
задается вопросом о степени величия и силе уничтожения, которую несет
в себе мысль (Он смеет не верить в мысль! Он не знает, что мысль
может все!). Человек оказывается в пограничном состоянии: он уже
выше животных, но еще не может постичь божественного замысла в
полной мере (Туда не смела заглянуть его все еще человеческая, слишком
человеческая мысль). Приблизиться же к этому можно только в момент
смерти, но тогда перестает существовать и сам человек.
К информационному полю относятся признаки, выражающие
сущность концепта: «процесс мышления» («дума»), «результат процесса
мышления»
(«суждение»,
«предположение»,
«идея»,
«понятие»,
«намерение»), «свойства объекта». Это поле образуют когнитивные
признаки, которые соотносятся со словарными дефинициями слова, а
значит, содержат в себе общенациональную сущность концепта. Такое
расположение признаков внутри структуры подтверждает нашу гипотезу о
том, что творчество признанных писателей в основе своей отражает
особенности менталитета народа.
Интерпретационное поле составляют признаки, раскрывающие и
дополняющие
информационные:
«сила»,
«самостоятельность»,
«убеждения», «камень», «живое существо», «интеллект», «огонь»,
«гордость», «тайна», «орел», «нить», «ястреб», «познание в какой-либо
области», «странность». В этой зоне располагаются преимущественно
индивидуально-авторские признаки, анализ которых позволит определить
особенности понимания «мысли» писателем.
62
Отметим, что структура и содержание исследуемого концепта
совпадают лишь частично, как и в случае с концептом в романе Ф.М.
Достоевского. Так признак, входящий в чувственный образ («атрибут
человеческого») оказался в области дальней периферии с точки зрения
содержания. Относящийся к ядру признак «идея», признаки зоны ближней
периферии («дума», «предположение»), а также признаки области дальней
периферии («суждение», «понятие», «намерение») с точки зрения
структуры составляют информационное поле. Остальные признаки
относятся
к
интерпретационному
Ф.М.Достоевского,
«самостоятельность»,
это
признаки
«камень»,
полю.
В
крайней
«интеллект»,
основном,
как
периферии
«огонь»,
и
у
(«сила»,
«гордость»,
«тайна», «орел», «нить», «ястреб», «странность», «божественность»),
являющиеся индивидуально-авторскими. Исключение составляют только
два признака: «познание в какой-либо области» и «убеждения».
63
4. Сопоставительный анализ смыслового наполнения концепта
«мысль» в произведениях Ф.М. Достоевского и Л. Андреева
Типологическая близость творчества Л. Андреева и произведений
Ф.М. Достоевского неоспорима. Особо сильное влияние, по мнению
большинства исследователей, Ф.М. Достоевский оказал на раннее
творчество Л. Андреева – период реалистических рассказов, так,
например, часто упоминается общее для художников внимание к
«маленькому человеку». Сам Л. Андреев признавался Л. Гроссману: «Из
русских писателей мне ближе всех Достоевский. Я считаю себя его
прямым учеником и последователем. В душе его много темного, до сих
пор неразгаданного, но тем сильнее он влечет к себе» [22, с. 244]. Влияние
Ф.М. Достоевского прослеживается в формировании мировоззрения, в
определении средств художественного познания жизни, склонности к
сфере психологического, к углублению в стихию подсознательного, в
«темные стороны» человеческой души. Во многом наследует Л. Андреев
и приемы психологического анализа Ф.М. Достоевского.
Исследователи говорят не просто об общности проблематики и
отдельных приемов творчества, но и о сходстве художественных систем,
обусловленном
близостью
мировосприятия
Л.
Андреева
и
Ф.М.
Достоевского. Например, исследователь Н.А. Панфилова говорит о
пристрастии писателей «к кризисным ситуациям, в которые они ставят
своих героев» [58]. В этих ситуациях Достоевский, а вслед за ним и
Андреев, «вскрывает перед нами глубочайшую тайну нашей души — ее
сложность: она состоит не из одного того, что в ней отчетливо
наблюдается (например, наш ум состоит не из одних сведений, мыслей,
представлений, которые знает), в ней есть многое, что мы не подозреваем
в себе, но оно ощутимо начинает действовать в некоторые моменты, очень
исключительные» [45, с. 5]. Эти моменты обнажают скрытые стороны
человека, проявляется его духовная сущность. Но дело не столько в
интересе к психологии, сколько в актуализации экзистенциальных
64
проблем: героям приходится встретиться лицом к лицу с «последними
проблемами бытия», как их называл С.Н. Булгаков.
Особенность подхода Ф.М. Достоевского состоит в том, что «от
решения этих вопросов зависит как частная человеческая жизнь, так и
судьба человечества во всех аспектах существования» [58] . Андреев, как
и Ф.М. Достоевский, выводит человека один на один с бытийными
вопросами, но действует он вне социального и исторического плана
жизни. У Ф.М. Достоевского понятия Добра, Зла, Любви, Истины
рассматриваются с точки зрения христианского мировоззрения. Л.
Андреев живет уже в другое время - это эпоха, когда «Бог умер». В его
«нерелигиозной» концепции появляются другие вопросы: «кто приносит
больше пользы человеку: тот, кто его ненавидит, или тот, кто его любит?»,
«есть ли страшнее — стремиться к добру так неуклонно и жадно и не
знать ни облика, ни имени его! Как же люди-то на вашей земле живут?»
[12, с. 136].
Ф.М. Достоевкий показал антиномичность свободы: она —
привлекательна и страшна для человека, это тяжкое бремя и бесценный
дар. Герои Ф.М. Достоевского предчувствуют, насколько страшно
остаться человеку одному, без Бога. Проблематика свободы невероятно
сложна и у Л. Андреева: человек изначально находится в состоянии
«страшной свободы», он живет в то время, когда есть «так много богов, но
нет единого вечного бога» [56]. Восхищение, поклонение рациональной
мысли представляет для писателя отдельный интерес. Наиболее подробно
эта проблема исследуется в «Мысли» и «Рассказе о Сергее Петровиче».
Обоих писателей интересуют те люди, которые «позволили себе
усомниться в правомерности суда природы и этики, в правомерности суда
вообще и ждать, что вот-вот “невесомое” станет тяжелее весомого,
вопреки
самоочевидностям
и
опирающимся
на
самоочевидность
суждениям разума, который на свою чашу весов бросил уже не только
“законы природы”, но и законы морали» [53, с. 73]. Человек, который не
имеет сил на что-то большее решает бросить вызов смерти. Сергей
65
Петрович «решил умереть, и думал, что смерть его будет победою» [11, с.
82].
Писатели исследуют вопрос о границах человеческого сознания,
границах разума и том, что лежит за этими границами. В. Розанов так
сформулировал суть этой проблемы: «Человек в цельности своей природы
есть существо иррациональное; поэтому как полное его объяснение
недоступно
для
разума,
так
недостижимо
для
него
—
его
удовлетворение?» [45, 97]. Иррациональность – характерное качество для
героев Л. Андреева. В его творчестве человек «становится совершенно
непредсказуемым, непостоянным существом, готовым в каждое мгновенье
к переломам и душевным переворотам» [58]. До определенного момента
герои Андреева не подозревают о безднах, которые таятся в их сознании, а
когда это иррациональное вырывается наружу, разум отступает.
Творчество Ф.М. Достоевского и Л. Андреева характеризуется
вопросом об абсолютности разума. Писатели приходят к выводу об
относительности
мышления,
которую
доказывает
«сомнение,
исчерпывается ли действительное пространство тем, которое одно знает
человек, одно для него мыслимо и представимо (…) действительность
бытия не покрывается мыслимым в разуме» [45, с. 117]. Особое внимание
Достоевского
и
Андреева
к
деформированной
психике
человека
сказывается в их внимании к границам ума и безумия, бытия и небытия.
Но при всем своем «фантастическом реализме» Достоевский не выходит
за грань достоверного. Предчувствия и «двойные мысли» Мышкина
вполне объяснимы с точки зрения особенностей работы человеческой
психики. Но постоянно подчеркивается, что сознание героя на грани
безумия с одной стороны и святости с другой, что и отражает название
самого романа. Л. Андреев же напрямую описывает трансцендентные
переживания перехода в бытие, пустоту, где нет мыслей и слов, как,
например, в повести «Жизнь Василия Фивейского». Герой произведения –
о.
Василий
–
на
протяжении
всего
повествования
стремится
прочувствовать, пережить свою сопричастность к Богу, смиряясь со всеми
66
бедами, обрушивающимися на него (смерть сына, пьянство жены,
рождение идиота, непонимание со стороны окружающих). Он пытается
понять божий промысел, увидеть логичные основания происходящего, но
постоянно сталкивается со стеной своих страхов и неверия, коренящихся в
уме, и лишь отказавшись от разума, заставив его замолчать, полностью
вверяет свою судьбу в руки Бога и слышит предвечную тишину бытия, где
нет места человеческим метаниям и мыслям.
Проведение сопоставительного анализа смыслового наполнения
концепта «мысль» в произведениях Ф.М. Достоевского и Л. Андреева
предполагает
первоначальное
сравнение
семантической
структуры
соответствующей лексемы в творчестве обоих авторов и последующий
семантико-когнитивный анализ концепта на основе сопоставления
соответствующих моделей его содержания и структуры.
В результате сопоставления семантических структур лексемы
«мысль» в прозе Ф.М.Достоевского и Л. Андреева, были выявлены
эквивалентные ЛСВ (полностью совпадающие у обоих авторов), частично
совпадающие ЛСВ (сходство не в полном семантическом объеме) и
специфические ЛСВ для каждого из писателей. Эквивалентными являются
значение «действие ума», а также значения второго уровня, выражающие
этап процесса мышления – «результат процесса мышления» и «процесс
мышления». Кроме того, на третьем уровне совпадает часть ЛСВ,
уточняющих данные значения («идея», «предположение», «суждение»,
«знание»).
Специфическими для Ф.М. Достоевского являются значения
«божественное предчувствие», «антиномическое целое», «религиозная
основа». Для Л.Андреева – значения «самостоятельное существо»,
«человеческий интеллект», «атрибут человеческого», «знание, познание в
какой-л. области». Особый интерес представляют ЛСВ, совпадающие
частично, поскольку на основе установленного сходства мы можем
выявить важные различия в ЯКМ писателей. Значение «замысел» у
Л.Андреева имеет особый оттенок прогрессивности человеческого
67
интеллекта, работающего на благо общества, отражает бесконечные
возможности творческого сознания (Какой простор для творческой,
бесстрашной, воистину творческой мысли!), при этом в дальнейшем
развитии мысль эта может потерпеть крах (как в повести «Мысль»),
поскольку является «слишком человеческой». Эта особенность тесно
связана со специфическими ЛСВ «человеческий интеллект», «атрибут
человеческого». У Ф.М. Достоевского же намерение больше связано с
религиозным чувством, стремлением следовать мысли «от Бога» (с этою
мыслию и заснул в четвертом часу, обливаясь слезами). В значении
«убеждения, взгляды», как уже отмечалось, Ф.М. Достоевский большее
делает акцент на ценность самостоятельной мысли, уважение к человеку
«с попыткой на мысль», а остальные оказываются серой массой
(девяносто девять сотых людей всегда состояли в этих мыслях). Герои
Л. Андреева обычно априори имеют свой, исключительный взгляд на мир
и акцент уже ставиться на четкости, непоколебимости их системы
ценностей, ее прочности (мысли мои ясны, представления отчетливы и
резки).
В ходе исследования мы выделили ряд когнитивных признаков,
формирующих смысловое наполнение концепта «мысль» и упорядочили
их с помощью когнитивных классификационных признаков. На основании
этих когнитивных признаков мы смоделировали структуру концепта
«мысль» в произведениях Ф.М.Достоевского и Л. Андреева, выделив три
базовых компонента концепта: образ, информационное содержание и
интерпретационное поле. На наш взгляд, образ у обоих писателей
сформирован когнитивным признаком «мыслящий субъект», поскольку
мы
считаем,
что
в
его
основе
лежит
представление
об
антропоцентрической природе возникновения мыслительного процесса и
места его протекания: человек, голова («мысль в голову вскочит», «мысль
приходит в голову»), а также лицо (часто глаза) (мысль отразилась на
лице, покоится во взгляде). Как уже отмечалось, сложность данного
концепта
состоит
в
том,
что
чувственный
образ
находится
в
68
невербализуемой его части, поскольку существование процесса мышления
является интуитивно понятным и вербализация чувственного образа
неактуальна.
Информационное поле у обоих авторов образуют
информационные
когнитивные
признаки
«мышление»,
«результат
процесса мышления», у Л. Андреева мы также выделили признак
«свойства объекта». Интерпретационное поле формируется признаками,
которые вытекают из основного информационного содержания, к ним
относятся:
- у Ф. М. Достоевского: «дума», «то, что владеет умом», «сеть»,
«божественное
«источник
предчувствие»,
света»,
«звезда»,
«прозрение»,
«счастье»,
«путь
«гордость»,
к
спасению»,
«странность»,
«суждение», «тайна», «истина», «величие», «объединение людей»,
«взгляды»,
«воззрения»,
«система
идей»,
«противоборствующие
умом»,
«сеть»,
суждения», «ад», «страх», «мука»;
- у Л. Андреева:
«дума»,
«то,
что
владеет
«суждение»,
«представление», «воззрения», «система идей», «процесс мышления»,
«сила», «самостоятельность», «убеждения», «камень», «живое существо»,
«интеллект», «огонь», «гордость», «божественность», «тайна», «орел»,
«нить», «ястреб», «познание в какой-либо области», «странность».
Сопоставление структуры авторских концептов, эксплицированных
лексемой «мысль», показало, что их центральные компоненты (конкретночувственный образ и информационное содержание) совпадают полностью,
повторяя содержание общенационального концепта, выраженное через
языковые значения слова. Однако следует учесть отношение писателей к
человеку вообще и к человеку как мыслительному субъекту с точки
зрения веры: в данном случае человек уже не самостоятельный мыслящий
субъект,
обладающий
независимой
волей,
а
объект
вершения
божественного промысла и вопрос источника появления мысли часто
остается открытым (это может быть и воля человека, и «мысль от Бога», и
дьявольская мысль).
69
Сопоставление содержания концепта «мысль»
дальняя
периферия
крайняя
периферия
ближняя
периферия
ядро
Ф.М. Достоевский
- идея (126)
Л. Андреев
- идея (67)
- понятие (23), замысел,
- убеждения, взгляды
намерение (11), предположение (14), (16),способность мыслить (15),
божественное предчувствие (13)
интеллект (15), самостоятельное
живое существо (13) дума, то, что
- - странность (8), способность
заполняет сознание (12), процесс
мыслить (7), величие (5), дума (5),
мышления (11), предположение (10)
суждение (4), семя (4), тайна (4),
связь людей, сеть (4), истина (4)
- - суждение (8), соображение (7),
замысел, намерение (6)
- противоборствующие
суждения (3), соображение (3),
- - книжное знание (познание в квоззрения (2), ад (2)замысел (1),
л области) (3), камень (3),
помысел(1), звезда, (1) сеть(1), то,
божественность (2), атрибут
что владеет умом(1), гордость(1),
человеческого (2), гордость (2), орел
счастье(1)
(1), нить(1), ястреб(1), тайна(1),
огонь(1), странность(1)
У Ф.М. Достоевского ядро концепта, вербализованного в лексеме
«мысль»,
в
целом,
эксплицировано
ее
узуальными
значениями,
70
зафиксированными в толковых словарях. Таким образом, ядерный
признак художественного концепта совпадает с общенациональным:
«мысль» понимается как «идея». Этот признак входит в группу с
классификационным
признаком
«результат
мышления
на
уровне
психики». В области ближней периферии признаки представлены
следующим образом: «понятие» и «предположение», входящие в группу
«результат мышления на уровне психики» и признак «намерение»,
относящийся к группе «результат мышления на уровне воли» также
совпадают с языковыми, признак же «божественное предчувствие»,
входящий в группу «результат мышления на уровне интуиции» является
индивидуально-авторским.
Периферийные
слои
концепта
также
включают
в
себя
индивидуально-авторские признаки, возникновение которых обусловлено,
прежде всего, религиозно-философскими особенностями мировоззрения
Ф.М. Достоевского. Понимание мысли как предчувствия, полученного
свыше характерно для православного миропонимания, это «мысль от
Бога». В то же время в человеке рождаются «адские», «дурные»,
«грязные». Так появляются «двойные мысли», несущие значение
антиномического целого. К таким признакам в области дальней
периферии относится признак «противоборствующие суждения», «тайна»,
«странность», в области крайней периферии – признак «ад». Значение
«мысли» как пути к спасению объясняется верой Ф.М. Достоевского в
«русскую мысль» - идею православного учения, которое принесет
«всеобщее царство мысли и света» и «будет у нас в России, может, скорее,
чем где-нибудь» [25]. Этим обусловлены следующие признаки дальней
периферии: «семя», «связь людей», «истина», «величия», а также
признаки крайней периферии: «звезда», «сеть», «гордость», «счастье».
Кроме того, в зоне дальней периферии представлены следующие
признаки, совпадающие с языковыми: «суждение», «соображение»,
«замысел», «помысел», «то, что владеет умом».
71
У Л. Андреева ядро концепта также представлено признаком
«идея», но частота его употребления значительно ниже, чем у Ф.М.
Достоевского. В области ближней периферии находятся признаки,
которые совпадают с языковыми («убеждения, взгляды», «дума, то, что
заполняет
сознание»,
«процесс
индивидуально-авторские
мышления»,
признаки
«предположение»)
(«интеллект»,
и
«самостоятельное
живое существо»). Как уже было сказано, когнитивный признак
«способность мыслить» у Л.Андреева углубляется и расширяется до
признака «человеческий интеллект», который, с одной стороны, отличает
и возвышает человеческое существо над животными, с другой стороны,
отдаляет от состояния высшего, божественного разума, находящегося в
покое и всеведении.
В ходе исследования мы разделили когнитивные признаки на три
группы: полностью совпавшие, частично совпавшие и индивидуальные.
Результат отражен в следующей таблице:
Общие признаки
Частично
Индивидуальные
совпавшие
«дума»,
«нечто
Для
Для Л. Андреева :
«способность
связывающее,
Ф.М.Достоевского:
«самостоятельное
мыслить»,
опутывающее» (у
«ад», «страх», «мука»
живое существо»
«суждение»,
Ф.М.Достоевского
«божественное
«сила», «камень»,
«предположение», - «сеть,
предчувствие»,
«огонь», «орел»,
«соображение»,
объединяющая
«прозрение»,
«ястреб»,
«воззрения,
людей», у
«путь к спасению»,
«человеческий
система идей»,
Л.Андреева –
«источник света»,
интеллект»,
«процесс
«нить»),
«звезда»,
«атрибут
мышления»,
«тайна»,
«счастье», «гордость»,
человеческого (в
«намерение»
«странность»,
«истина», «величие»
отличие от
«божественность»
божественного)»,
«книжное знание»
72
Сопоставление структуры и содержания авторских концептов
позволяет увидеть специфику их смыслового наполнения в произведениях
исследуемых писателей:
1. «Мысль» в обоих случаях имеет признаки «дума», «то, что
владеет умом», «суждение», «представление», «воззрения»,
«система идей», «процесс мышления», соотносящиеся со
словарными дефинициями.
2. У обоих авторов прослеживается вопрос о влиянии мысли на
жизнь человека: она может погубить и дать великое знание.
Это противоречие выражается в общих для авторов признаках
«тайна», «странность».
3. Оба писателя выделяют свойство мысли опутывать, связывать
воедино: у Ф.М. Достоевского это выражается признаками
«сеть, объединяющая людей» («покажите мне связующую…
мысль и… осмельтесь сказать, наконец, что не ослабели, не
помутились источники жизни под этою "звездой", под этою
сетью, опутавшею
людей»), у Л. Андреева – «нить» («не
сплетались они в одну крепкую, длинную нить, а бродили в
голове, словно коровы без пастуха»). Разница в том, что в
первом случае мысль соединяет людей, а во втором мысли
собираются в единую целостную концепцию, связывая
разрозненные идеи человека.
4. Отношение писателей к мышлению как возможности развития
личности и общества складывается неоднозначное. У Ф.М.
Достоевского «путем к спасению», «гордостью», «истиной»
может стать лишь истинно-религиозная мысль, «русская
идея». Л. Андреев же проверяет через своих героев
возможности человеческого интеллекта на уровне логики,
сильной, стройной мысли (на данном этапе общим для обоих
авторов является признак «величие», относящийся к разным
73
типам мысли), однако его герои разочаровываются в
возможностях разума (как в рассказе «Мысль»), истинное
духовное прозрение возможно лишь прикосновением к Богу в
полном отсутствии мыслей.
5. Частично совпадающим для писателей является признак
«божественности» мысли истинно верующего человека в
моменты откровения (…и это отрешение мыслей от мозга, их
создавшего,
от
всего
земного,
сопровождавшего
их
рождение, создало им божественность и вечность (Л.
Андреев); [она] сказала такую глубокую, такую тонкую и
истинно-религиозную мысль, такую мысль, в которой вся
сущность христианства разом выразилась… - главнейшая
мысль Христова! (Ф.М. Достоевский)). Однако у Л. Андреева
достижение такого состояния возможно лишь при полном
отрешении от «человеческих» мыслей и погружении в тишину
мира, что соотносится с взглядами исихазма.
6. В произведении Ф.М. Достоевского отношение к губительным
мыслям выражается значениями «ад», «страх», «мука».
7. У Ф.М. Достоевского, кроме того, «мысль» тесно связана с
мечтой о единой национальной религиозной идее, способной
спасти
человечество
(«божественное
предчувствие»,
«прозрение», «путь к спасению», «источник света», «звезда»,
«счастье», «гордость», «истина», «величие», «объединение
людей»).
8. У Л. Андреева мысль выступает как независимое живое
существо, появление которого часто не связывается напрямую
ни с деятельностью человека, ни с действиями высших сил,
она приходит сама («самостоятельность», «живое существо»).
9. В творчестве Л. Андреева заметно желание подчеркнуть
самостоятельную, стихийную силу мысль, отсюда много
74
перекличек с миром природы и животных («сила», «камень»,
«огонь», «орел», «ястреб»).
75
Заключение
Концепт является базовым понятием, которое используется в
лингвокультурологии и в когнитивной лингвистике. Это результат
познавательной деятельности субъекта, в котором объективируется
комплексное представление о предмете, а также интерпретация данного
представления. В концепте отражается языковая картина мира каждой
личности, а также общества в целом. Художественный концепт
отличается символичностью, ассоциативностью, и, как следствие этого,
сложной, разрозненной структурой. Такой концепт принадлежит, прежде
всего, эмоционально-чувственной сфере, в нем много иррационального.
Именно эти особенности художественного концепта обусловливают силу
воздействия
на
читателя,
особенности
работы
воспринимающего
сознания, являющегося конечным объектом творческой деятельности
писателя.
В работе была предпринята попытка анализа языкового и речевого
выражения
смыслового
наполнения
концепта
мысль,
а
также
моделирование его содержания и структуры на материале романа Ф.М.
Достоевского «Идиот» и произведений Л. Андреева из сборника
«Избранное автором. Рассказы и повести (1899 - 1907)».
На основе полученных данных можно сделать следующие выводы
об особенностях функционирования исследуемого концепта:
1. Концепт мысль можно считать актуальным для творчества обоих
авторов. Об этом свидетельствует высокая частота речевых
репрезентаций лексемы, номинирующей данный концепт (202
словоупотребления в романе Ф.М. Достоевского, 196 – в прозе Л.
Андреева).
2. Анализ семантической структуры лексемы, объективирующей
концепт мысль в творчестве Ф.М. Достоевского и Л. Андреева,
показал наличие в ней, кроме узуальных значений (мыслительный
процесс, мышление; результат мыслительного процесса (в форме
76
понятия, суждения, идеи); предположение, соображение; намерение,
замысел; то, что заполняет сознание; дума; убеждения, взгляды),
индивидуально-авторских ЛСВ (в романе Ф.М. Достоевского:
божественное предчувствие, антиномическое целое, религиозная
основа;
у
Л.
Андреева:
живое,
самостоятельное
существо,
человеческий интеллект, атрибут человеческого (в отличие от
божественного)),
возникновение
которых
обусловлено
особенностями мировоззрения писателей. Причиной их появления у
Ф.М. Достоевского, по нашему мнению, является лежащая в основе
системы
взглядов
писателя
глубокая
православная
вера
и
убежденность в особой миссии России как хранительницы этой
веры. Специфика индивидуально-авторских значений у Л. Андреева
связана
со
сложным,
противоречивым
взглядом
автора
на
возможности человеческого разума, сомнениями в существовании
Бога и способности человека прикоснуться к божественному.
3. Результатом семантико-когнитивного анализа лексической единицы
мысль
стал
сформированный
нами
перечень
когнитивных
признаков, составляющих содержание и структуру исследуемого
концепта.
Ядро концепта в обоих случаях образовано общенациональным
когнитивным признаком: мысль понимается как результат деятельности
ума, идея. В области периферии содержания концепта располагаются
признаки,
близкие
по
своей
семантике
к
признаку
«результат
мыслительного процесса»: убеждение, замысел, то, что заполняет
сознание, убеждения. На периферии также находится большинство
индивидуально-авторских признаков. К области ближней периферии у
Ф.М. Достоевского относятся признаки: понятие (23), намерение (11),
предположение (14), божественное предчувствие (13). Область ближней
периферии у Л. Андреева включает в себя следующие признаки:
убеждения, взгляды (16),способность мыслить (15), интеллект (15),
77
самостоятельное живое существо (13) дума, то, что заполняет сознание
(12), процесс мышления (11), предположение (10).
Дальняя периферия содержания концепта у Ф.М. Достоевского
включает когнитивные признаки: суждение (4), семя (4), странность (8),
тайна (4), связь людей (4), истина (4), величие (5). К зоне крайней
периферии
относятся
следующие
признаки:
противоборствующие
суждения (3), соображение (3), воззрения (2), ад (2), замысел (1), помысел
(1), звезда (1), сеть (1), то, что владеет умом (1), гордость (1), счастье (1). К
области дальней периферии у Л. Андреева мы отнесли следующие
признаки: суждение (8), соображение (7), замысел, намерение (6). Крайняя
периферия представлена признаками: книжное знание (познание в к-л
области) (3), камень (3), божественность (2), атрибут человеческого (2),
гордость (2), орел (1), нить (1), ястреб (1), познание в какой-либо области
(1), тайна (1), огонь (1), странность (1).
Исследуемый концепт имеет следующую структуру: центральный
чувственный образ, складывающийся на основе антропоцентрической
природы мыслительного процесса, это человек, голова (мысль в голову
вскочит, мысль приходит в голову), а также лицо (часто глаза) (мысль
отразилась на лице, покоится во взгляде). Основное содержание этого
образа
находится
в
невербализуемой
части
концепта,
поскольку
существование процесса мышления является интуитивно понятным и
вербализация чувственного образа неактуальна, поэтому формулирование
данного образа носит гипотетический характер. Информационное поле у
Ф.М. Достоевского образуют информационные когнитивные признаки
«процесс мышления», «результат процесса мышления». У Л. Андреева,
кроме
того,
присутствуют
признак
«свойства
объекта».
Интерпретационное поле у Ф.М. Достоевского формируется признаками
«дума», «то, что владеет умом», «сеть», «божественное предчувствие»,
«прозрение», «путь к спасению», «источник света», «звезда», «счастье»,
«гордость», «странность», «тайна», «истина», «величие», «объединение
людей», «взгляды», воззрения», «система идей», «противоборствующие
78
суждения», «ад», «страх», «мука». У Л. Андреева это признаки
«суждение»,
«представление»,
«самостоятельность»,
«процесс
«убеждения»,
мышления»,
«камень»,
«живое
«сила»,
существо»,
«интеллект», «огонь», «гордость», «тайна», «орел», «нить», «ястреб»,
«познание в какой-либо области», «странность».
Сопоставительный
анализ
языковой
и
речевой
экспликации
смыслового содержания данного концепта у Ф.М. Достоевского и Л.
Андреева позволяет сделать следующие выводы о наличии общего и
индивидуально-авторского в творчестве писателей.
1. Сходство мировоззрения и основных идей в творчестве писателей
является типологическим. Л. Андреев продолжает традицию Ф.М.
Достоевского в области поиска решения важнейших экзистенциальных
проблем,
исследования
глубинных
законов
человеческого
«я»,
изображения духовного кризиса личности, неистребимого влечения к
эгоистическому самоутверждению. Вслед за Ф.М. Достоевским Л.
Андреев, «окрыленный прозрением, близко подошел к непосредственному
ощущению "тайн бытия"» [34, с. 226].
2. Для писателей мысль является важной социальной и философской
категорией. Мысль - это не только процесс мышления и результат
деятельности ума, но и нечто сакральное, ниспосланное свыше. В этом
ключе мысль у Ф.М. Достоевского близка к языковому пониманию мысли
как идеи, но приобретает более глобальное значение и становится
онтологической первоосновой веры, являющейся путем к спасению души.
У Л. Андреева появляется сомнения в возможности спасения при помощи
веры в эпоху, когда «Бог умер», поэтому понимание мысли более
напряженно, несет в себе неразрешимый конфликт.
3. Писатели ставят вопрос о влиянии мысли на жизнь человека,
поскольку она может и погубить, и дать великое знание. Неоднозначность
ее природы отражена в признаках «тайна», «странность». Для Ф.М.
Достоевского спасением может стать только истинно-религиозная мысль,
общая идея. Герои Л. Андреева разочаровываются в возможностях логики,
79
разума, их духовное прозрение становится возможным лишь на границе
жизни и смерти - при полном отсутствии мыслей и погружении в тишину
мира, что обнаруживает сходство с традицией исихазма.
4. У Ф.М. Достоевского есть мысли, имеющие дьявольскую природу,
«злые», «адские», сосуществующие с «божественной» мыслью. По
Достоевскому, эти мысли – «двойные», они имеют амбивалентную
природу, соединяя в себе светлое и темное начало. Человеческая мысль
одновременно является и спасением, и погибелью. Каждый сам делает
свой выбор в пользу божественной или дьявольской стороны.
5. У Л. Андреева мысль приобретает признаки независимого живого
существа, она самостоятельна, стихийна, обладает собственной волей
(признаки «самостоятельность», «живое существо»). Стихийная сила
выражается в связи мысли с миром природы и животных («сила»,
«камень», «огонь», «орел», «ястреб»).
Результаты данного исследования могут быть применены в
преподавании русского языка и литературы, при чтении лекций по курсам
"Когнитивная лингвистика", "Лингвокультурология", а также в методике
преподавания РКИ.
80
Список литературы
Источники
1. Андреев Л. Избранное автором. Рассказы и повести (1899 - 1907). –
М.: Лаком-книга, 2004.
2. Достоевский Ф. М. Идиот. – СПб.: Азбука-классика, 2008.
Словари
3. Толковый словарь русского языка. Том II. Под ред. Д. Н.
Ушакова. — М.: ООО «Издательство Астрель», 2000.
4. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка: 70 000 слов/ Под
ред. Н. Ю. Шведовой. - М.: Рус.яз., 1989.
5. Ефремова Т.Ф. Новый словарь русского языка. – М.: Рус.яз., 2000.
– Т.1.
6. Большой академический словарь русского языка. Под ред. Л.Е.
Кругликова и др. – М.: РАН, 2008. – Т.10.
7. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Изд. 3-е. СПб.-М.: издание товарищества М. О. Вольф, 1907.
8. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного
русского языка. - М.: Русский язык, 1993.
9. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. - М.:
Прогресс, 1973.
Литература
10.Абушенко В.Л. Концепт / В.Л. Абушенко, Н.Л. Кацук //
Постмодернизм: Энциклопедия. – Минск, 2001. – С.590.
11. Андреев Л. Повести и рассказы.— Ч., 1974.
12. Андреев Л. Иуда Искариот. Дневник Сатаны. - Рига, 1991.
13. Апресян Ю.Д. Интегральное описание языка и системная
лексикография. - М.: Языки русской культуры, 1995.
14.Арсентьева Н.Н.
Проблемы
нравственного
самосознания
личности в творчестве Леонида Андреева // Леонид Андреев:
Материалы и исследования. М.: Наследие, 2000.
81
15.Аскольдов С.А. Концепт и слово / С.А. Аскольдов // Русская
словесность: Антология / Под ред. проф. В.П. Нерознака. – М.:
Academia, 1997.
16.Аскольдов С.А. Межкультурная коммуникация / С.А. Аскольдов
// Практикум. Ч. I. – Нижний Новгород, 2002.
17.Бабушкин А.П. Типы концептов в лексико-фразеологической
семантике языка. Воронеж: Изд-во ВГУ, 1996.
18.Бахтин М.М. Проблемы творчества Достоевского. - Киев, 1994.
19.Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. 4-е изд. - М., 1979.
20.Воркачев С. Счастье как лингвокультурный концепт. - М., 2004.
21.Горшкова Т.М. Методические указания по составлению словаря
русского
фольклора.
Методическое
пособие
для
студентов-
филологов / Т.М. Горшкова, Л.И. Ручина, - Н. Новгород: ННГУ,
2002.
22.Гроссман Л. Беседы с Леонидом Андреевым. М.: Россия, 1925.
23.Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений в тридцати томах. В
тридцати трех книгах. – Л.: Наука, 1972.- XXIX, кн. 2.
24.Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений в тридцати томах. В
тридцати трех книгах. – Л.: Наука, 1972.- VIII.
25.Достоевский Ф. Записные книжки. – М.: Изд-во «Вагриус», 2000.
26. Жаркынбекова Ш.К. Моделирование концепта как метод
выявления
этнокультурной
специфики
//
Материалы
IX
Конгресса МАПРЯЛ. Братислава, 1999.
27.Залевская А.А. Психолингвистический подход к проблеме
концепта //Методологические проблемы когнитивной лингвистики. Воронеж, 2001.
28.Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс.- М.,
2004.
29.Караулов Ю.Н. Лингвистическое конструирование и тезаурус
литературного языка.- М.: Наука, 1981.
82
30.Красных В. В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность? /
В.В.Красных.- М.: Гнозис, 2003.
31.Колесов В. В. Язык и ментальность. - СПб, 2004.
32.Корнилова Н. Б. Онтология молчания (На примере ранней прозы
Леонида Андреева). Дисс.канд. филол. наук. – Ярославль, 2002.
33.Кубрякова Е.С. Концепт / Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, Ю.Г.
Панкрац, Л.Г. Лузина // Краткий словарь когнитивных терминов.
– М., 1996.
34.Курляндская Г.Б. Л.Н. Андреев и традиции Ф.М. Достоевского //
Курляндская Г.Б. Литературная срединная Россия. Орел, 1996.
35.Лихачев Д.С. Концептосфера русского языка / Серия литературы и
языка. Т. 52. № 1.- М., 1993.
36.Ляпин С. Х. Концептология: к становлению подхода // Концепты.
Вып.1. - Архангельск, 1997.
37.Маслова 2001 – Маслова, В.А. Лингвокультурология: Учеб.пособие
для студ. высш.учеб. заведений./В.А.Маслова. – М.: Издательский
центр «Академия», 2001.
38.Миллер
Л.В.
Художественный
концепт
как
смысловая
и
эстетическая категория // Мир русского слова, 2000. С. 39-45.
39.Пименова М. В. Введение в когнитивную лингвистику .- Кемерово,
2004.
40.Осмоловский О.Н. Принципы познания человека Ф.М.Достоевского
и Л.Н. Андреева («Преступление и наказание»-«Мысль») // Эстетика
диссонансов. О творчестве Л.Н.Андреева. - Орел, 1996.
41.Попова, З.Д., Стернин, И.А. Когнитивная лингвистика [Текст] / З.Д.
Попова, И.А. Стернин. – М.: АСТ: Восток – Запад, 2007.
42.Попова
З.Д., Стернин
И.А.
Основные
черты
семантико-
когнитивного подхода к языку //Антология концептов. Волгоград:
Парадигма, 2005. Т.1.
43.Попова З.Д., Стернин И. А. Семантико-когнитивное направление.
Воронежский государственный университет, 2006.
83
44.Попова З.Д. Очерки по когнитивной лингвистике / З.Д. Попова,
И.А. Стернин. – Воронеж: Истоки, 2001.
45.Розанов
В. О
легенде
“Великий
инквизитор”//
О
Великом
инквизиторе Достоевский и последующие.— М., 1991.
46.Слышкин Г. Г. Лингвокультурные концепты и метаконцепты.
Автореф. дисс.докт. филол. наук. - Волгоград, 2004.
47.Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. М.,1997.
48.Соломоник А. Семиотика и лингвистика. - М.: Молодая гвардия,
1995.
49.Стернин И. А. Методика исследования структуры концепта //
Методологические проблемы когнитивной лингвистики: Научное
издание/Под
редакцией
И.
А.
Стернина.
-
Воронежский
государственный университет, 2001.
50.Стернин И.А. Коммуникативное и когнитивное сознание // С
любовью к языку. Воронеж, Воронежский гос. ун-т, 2002.
51.Фоминых Н.В. Концепт, концептор и художественный текст //
Методологические проблемы когнитивной лингвистики. Воронеж:
Воронежский государственный университет, 2001.
52.Хайдеггер М. Время картины мира. // Хайдеггер М. Время и бытие.
М., 2007.
53.Шестов Л. Сочинения в двух томах. Т. 2 . – М.: «Наука», 1993.
54.Юдин Э.Г. Методология науки. Системность. Деятельность / Э.Г.
Юдин. – М., 1977.
55.Ясенский С. Ю. Искусство психологического анализа в творчестве
Ф. М. Достоевского и Л. Андреева// Достоевский. Материалы и
исследования.— СПб, 1994.— Т. 11.
Интернет-ресурсы
56.Андреев Л. Мысль [Электронный ресурс]. – Режим доступа:
http://andreev.org.ru/biblio/Rasskazi/Musl11.html
57.Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования
[Электронный
ресурс].
–
Режим
доступа:
84
http://mirknig.com/knigi/guman_nauki/1181243493-tekst-kak-obektlingvisticheskogo-issledovaniya.html
58.Панфилова Н.А. Экзистенциальные «уроки» Ф.М. Достоевского в
русской литературе первой трети XX века [Электронный ресурс]. –
Режим доступа: http://www.pereplet.ru/dostoevsky/andreev.html
59.Толковый словарь русских глаголов: Идеографическое описание/
Под ред. Л.Г. Бабенко. – М.: АСТ-ПРЕСС, 1999 [Электронный
ресурс]. –
Режим доступа:
http://books-scan.ru/4434-babenko-g-
bolshoy-tolkovyy-slovar-russkih-glagolov.html
85
Скачать