@ЗАГОЛОВОК = "Дело Хейвуда": уголовщина с политическим

Реклама
@ЗАГОЛОВОК = "Дело Хейвуда": уголовщина с политическим привкусом - 2 части
@АВТОР = /Андрей Кириллов, Светлана Карпова корр. ИТАР-ТАСС в Пекине/
Дело об убийстве британского подданного Нила Хейвуда, безусловно, стало
крупнейшей сенсацией китайской политической жизни в преддверии намеченного на
осень 18-го съезда компартии Китая. Казалось бы, какое отношение может иметь
иностранный бизнесмен средней руки к предсъездовской ситуации в Поднебесной? И
тем не менее, насильственная смерть британца привела к устранению с китайской
политической сцены одной из наиболее крупных и вместе с тем спорных фигур - Бо
Силая, бывшего партийного босса 33-миллионного Чунцина.
Чунцин - город прямого подчинения. Таким же статусом обладают только Пекин,
Шанхай и Тяньцзинь. Руководители этих мегаполисов входят в высший эшелон
партийно-государственной власти КНР. Бо Силай был членом Политбюро ЦК КПК. Еще
год назад аналитики уверенно предрекали, что Бо на съезде войдет в состоящий из
девяти человек постоянный комитет Политбюро.
Карьерный рост этого амбициозного деятеля давал все основания для таких
прогнозов.
Бо Силай - сын Бо Ибо, одного из так называемых "восьми бессмертных"
КПК, переживших все кампании и политические перевороты. Бо-младший занимал
должности мэра Даляня - важнейшего порта на северо-востоке Китая, главы провинции
Ляонин, министра коммерции КНР. Его назначение на пост секретаря парткома Чунцина
не только открыло дорогу в ПБ, но и позволяло рассчитывать на дальнейшее
продвижение.
Возглавив чунцинский партком, Бо Силай взялся за борьбу с мафией.
Чунцин всегда считался городом с неблагополучной криминогенной ситуацией.
При Бо Силае главари местных банд были казнены либо надолго посажены в тюрьму.
Чунцинская, а вслед за ней и центральная печать писали о нем как о человеке
твердой руки и с твердыми принципами. Особенно импонировала массам его
решительная борьба с коррупцией. Параллельно Бо проявил себя в области культуры:
он широко развернул движение за "красную культуру", призывая население петь песни
времен Мао Цзэдуна. На чунцинском телевидении, несмотря на резкое падение
рейтингов, были резко сокращены эфирные часы развлекательных передач и рекламы.
Чтобы не сложилось впечатление, что Бо Силай был "партизаном", постоянно
шагавшим не в ногу с центром, нужно отметить, что линия на сокращение рекламы и
развлекательных передач /многие из которых были позаимствованы с американского
ТВ/ проявилась и в Пекине. Отдел пропаганды ЦК КПК через госкомитет по делам
радио, кинематографа и телевидения в этом году издал циркуляр, ограничивающий
время рекламно-развлекательных программ уже в общенациональных масштабах.
Еще одним направлением стал "красный туризм" - экскурсии по местам походов
китайской Красной армии. Это движение популярно в КНР, где школьников, студентов
постоянно призывают следовать примеру героев Освобождения. Так называют
заключительный этап гражданской войны между КПК и Гоминьданом, в результате
которой китайские коммунисты пришли к власти и провозгласили новое государство Китайскую Народную Республику.
Наблюдатели заговорили о Бо Силае как о возможном лидере "новых китайских
левых" - тех, кто высказывался против отступления от идеологических "основ"
компартии, против сращивания партаппарата с экономическими элитами. В Интернете
появились комментарии с требованием "отстоять" учение Мао Цзэдуна и прежде всего
те постулаты, которые касались борьбы классов.
Факторов, раздражающих малоимущих китайцев и часть интеллигенции, особенно из
профессорско-преподавательской среды, немало. Китай вышел на второе место в мире
по числу долларовых миллиардеров. Каждая дорожно- транспортная авария, в которой
разбивается "Феррари" или "Ламборджини", сразу оказывается под пристальным
вниманием блогеров, высказывающих предположения, кто же был за рулем злосчастной
автомашины и не является ли этот человек родственником того или иного
высокопоставленного деятеля.
В феврале этого года все заговорили о "деле Ван Лицзюня". Вице-мэр Чунцина
Ван Лицзюнь ранее возглавлял городское управление общественной безопасности.
Однако в конце прошлого года он был отстранен от должности главы полиции. Затем
распространилась новость о том, что Ван Лицзюнь по непонятным мотивам отправился
в генеральное консульство США в Чэнду / ближайший от Чунцина крупный город,
административный центр провинции Сычуань, где провел сутки. Официальные и
неофициальные версии случившегося колебались от "переутомления" до "происков
мафии". Появились слухи о том, что Ван передал американцам некий компромат на Бо
Силая и других членов китайского руководства. После этого Ван Лицзюнь оказался
под следствием.
Бо Силай еще появился на сессии Всекитайского собрания народных
представителей в Пекине в начале марта. Потом исчез из поля зрения публики и он.
15 марта было объявлено о том, что пост партийного руководителя Чунцина занял по
совместительству вице-премьер Госсовета КНР Чжан Дэцзян.
Это означало конец "чунцинского эксперимента".
В апреле очередные сообщения государственных СМИ представили более связную и
вместе с тем еще более интригующую картину случившегося с Бо Силаем.
10 апреля агентство Синьхуа и центральное китайское телевидение сообщили о
"приостановке" членства Бо Силая в ЦК и Политбюро ЦК КПК.
"Поскольку товарищ Бо Силай подозревается в серьезных дисциплинарных
нарушениях, ЦК КПК приняло решение приостановить его членство в Политбюро ЦК КПК
и ЦК КПК в соответствии с положениями Устава КПК и правилами расследования
дисциплинарных органов КПК" - говорилось в сообщении.
Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины была уполномочена продолжить
расследование дела Бо Силая. Одновременно было передано сообщение о начале
расследования по делу о причастности супруги Бо Силая - Гу Кайлай и ее охранника
Чжан Сяоцзюня к "преднамеренному убийству"
подданного Великобритании Нила Хейвуда в ноябре прошлого года.
По данным следствия, Гу Кайлай, у которой была своя консалтинговая фирма, и
сын Бо Силая - Бо Гуагуа сначала "были в добрых отношениях" с Хейвудом. Однако
затем у них "возник конфликт на почве экономических интересов, который
разрастался".
Первоначальной версией о смерти Хейвуда было "злоупотребление алкоголем".
Однако смущало то, что тело британца было поспешно кремировано без проведения
посмертного вскрытия. Великобритания потребовала дополнительного расследования,
тем более, что знавшие Хейвуда иностранцы не допускали, что он мог скончаться на
почве пьянства.
Как писали западные газеты и журналы и рассказывали некоторые китайские
источники, Хейвуд был довольно давно и близко знаком со всей семьей Бо Силая.
Когда Бо был мэром Даляня, Хейвуд помог организовать учебу его сына Гуагуа в
Англии. Потом англичанин, создавший несколько консалтинговых фирм,
"консультировал" Бо Силая и его жену, которые, в свою очередь, содействовали
продвижению его деловых интересов. По некоторым данным, Гу Кайлай познакомила
Хейвуда с его будущей женой - китаянкой из Даляня.
Как отмечают некоторые журналисты, одна из компаний, с которой тесно работал
Нил Хейвуд, была связана с британской разведкой Ми-6. Однако был ли сам Нил
Хейвуд сотрудником спецслужб - неизвестно.
Хейвуд перебрался в Пекин в 2004 году, когда Бо Силай стал министром
коммерции КНР. В 2007 году он якобы вылетел в Чунцин вместе с Бо Силаем в одном
самолете.
С некоторых пор Хейвуд стал жаловаться на "неуравновешенность" Гу Кайлай.
Некоторые китайские источники утверждают, что Хейвуд занимался переправкой
денежных средств семьи Бо Силая за рубеж и присвоил или попытался присвоить часть
этих средств. Тогда понятно, почему Гу Кайлай переменила свое отношение к нему.
Однако по последней версии, озвученной японской газетой "Иомиури", команду
отравить прежнего английского друга дал сам Бо Силай. А Хейвуд перед встречей в
чунцинском отеле, где его отравили, выражал опасения за свою безопасность и
заявлял, что у его поверенного хранятся компрометирующие Бо Силая материалы.
Предположительно, какие-то компрометирующие материалы, возможно, связанные
уже с убийством самого Нила Хейвуда, передал американским дипломатам в
генконсульстве США в Чэнду Ван Лицзюнь. Якобы он также просил "политического
убежища" и звонил кому-то в Пекин.
Мог ли Ван Лицзюнь выбраться из Чэнду в США? Вряд ли. Но остаться живым и
попасть в Пекин он, возможно, как раз и рассчитывал.
Сейчас китайские СМИ пишут о ситуации вокруг Бо Силая как о торжестве
правосудия в стране. Газета "Глобал таймс" поместила 19 апреля редакционную
статью под заголовком "Падение Бо Силая является результатом завышенных амбиций".
В этой статье, в частности, отмечается: "Случай Бо Силая показывает, что
китайские должностные лица не должны переоценивать своё личное влияние, иначе у
них может создаться впечатление, что они находятся выше партийной дисциплины и
закона. Будучи в прошлом членом Политбюро ЦК КПК и секретарём горкома города
Чунцин, Бо Силай занимал высокую должность и обладал большой властью. То, что в
отношении такого высокопоставленного чиновника ведётся расследование, несомненно,
будет ударом для региона и его руководства. Однако это воздействие будет носить
лишь временный характер. Личное влияние и высокое звание не в состоянии защитить
строптивого чиновника от наказания. Несколько высокопоставленных чиновников до Бо
Силая забыли об этом и были наказаны".
В статье признаётся, что хотя Бо Силай и имел достаточное влияние на
китайскую общественность, однако он "переоценивал" его: "С развитием новых СМИ, а
в особенности Интернета, некоторые чиновники начинают полагать, что
общественность не допустит их падения, поскольку это будет для нее "невыносимо".
При этом они переоценивают своё личное влияние. Китай расследовал и наказал много
коррумпированных чиновников. Некоторые из этих случаев привлекли большое
общественное внимание, но это не изменило позиции Китая... Бо Силай не имеет
возможности изменить китайский политический ландшафт. Его влияние является
региональным и не может распространиться на всю страну".
Авторы статьи выступают против попыток западных СМИ представить это дело как
результат "борьбы разных внутрипартийных фракций": "Некоторые аналитики на Западе
пытаются представить эту историю в качестве эпизода борьбы между различными
политическими фракциями внутри ЦК КПК, но эти люди ошибаются. Реформы и
открытость уже давно стали основой национальной политики Китая, и партия
решительно трудится над созданием социалистической страны с китайской
спецификой".
"Глобал таймс" подчёркивает, что для должностных лиц высокого уровня
существует "только один путь положительно реализовать личные амбиции и повлиять
на развитие страны: содействовать осуществлению линии КПК".
"Некоторые полагают, что кампании по хоровому пению революционных песен и
подавлению организованной преступности в Чунцине были частью политической борьбы.
Однако они путают местные практики с общенациональной политикой.
Центральное правительство имеет абсолютную власть судить о деятельности
чиновников на местах, в то время, как местные органы власти не имеют права
придавать своим местным акциям общенациональное значение. Так что политика здесь
не при чём", - утверждается в статье.
Вероятно, авторы статьи в китайской газете правы: в компартии Китая нет
фракций, если понимать под этим словом организационно оформленные по идейнополитическим признакам группировки. Однако трудно отрицать наличие в китайской
общественной жизни разных течений. Отражающие эти течения "предфракции" начали
складываться в КПК, и Бо Силай пытался использовать одно из этих течений. Не
случайно премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао на пресс-конференции по итогам
мартовской сессии ВСНП заявил о важности проведения политической реформы в Китае.
"Без успеха реформы политической структуры невозможно будет довести до конца
реформу структуры экономической", - подчеркнул он, предупредив, что в противном
случае страна может вновь столкнуться с угрозой повторения "культурной
революции".
/следует/
Скачать