Мой дух к Юрзуфу прилетит - Управление образования

Реклама
Педагоги дополнительного образования МОУ
«Гимназия № 3 г. Белгорода»
Котенко Н.В. и Безбородова В.Н.
«Мой дух к Юрзуфу прилетит!..»
Пушкинский музей в Гурзуфе прямо у моря. Дом герцога Ришелье, в нем 3 недели осенью
1820 года провел А.С. Пушкин…Тихо вокруг, солнечно, воздух такой прозрачный, зеленые
неподвижные кипарисы, море синее, до черты, только белой пеной бьет о берег. Дыхание
морского простора, аромата зрелого винограда. Очень красиво кругом! Такие дни бывают
только в Крыму, и то осенью…
Нам посчастливилось стать участниками II Международной научно-практической
конференции в Крыму (26-27 сентября). Обычные правила музейных хранителей «не
шумите», «не ходите», «не трогайте» сегодня не в счет. Сегодня двери открыты! Заходите,
трогайте, общайтесь, слушайте, вдохновляйтесь!
Жанр конференции можно определить как своеобразный осенний букет, в который были
вплетены размышления на литературные темы, научные статьи, краеведческие открытия,
воспоминания, накопленный музейный опыт. Самое драгоценное, что в этом букете не было
искусственных цветов пафосного красноречия, парадного официоза. Все было близко и
тепло, но не панибратски, камерно, но не кулуарно.
Одно за другим звучали выступления и почетного гостя из Франции, профессора
Сарбонны Жана Клода Рича, и предводителя Дворянского собрания Крыма Бунс Елены
Владимировны, и бывшего Крымского министра культуры, академика Белого Леонида
Кузмича, и директора по научной работе Крымского краеведческого музея Вишневской
Елены Борисовны, и директора музея А.С. Пушкина в Гурзуфе Натальи Валентиновны
Богдановой, и многочисленных украинских литераторов и историков. Уютно и неторопливо
звучит симфония человеческих уз, в которой явственно звучат вечные идеалы, громкие
имена…
А вот и наше выступление, рассказ из России, о работе Белгородской гимназии №3,
точнее о созданном на базе гимназии Пушкинском научно-культурном центре. Алмазные
искры Пушкинского слова – это своего рода спасение культурной среды, это тот островок,
где очищаются детские души от безвкусицы, пошлости, цинизма, черствости. Причастность
детей, их родителей, учителей к личности самого поэта, к образам его героев, к идее
служению Отечеству, к идеям дружества и верности – это возможность видеть модель,
опору, образец жизни, деятельности…
С большим неподдельным интересом слушали наше выступление гости конференции,
обнадеживающе звучали для них слова об искренней любви наших детей к творчеству
гениального Поэта.
Очень порадовали последовавшие после нашего выступления предложения поучаствовать
и в ежегодных Пушкинских чтениях, проходящих в Ялте, и в Пушкинских вечерах,
проводимых Одесским Пушкинским музеем… Многие поэты и писатели Украины захотели
приехать к нам в гимназию и лично познакомиться с юными исследователями и любителями
Пушкинского слова.
Голова шла кругом от заманчивых предложений! А какие перспективы открываются для
дальнейшего развития нашего пушкинского центра!..
Мы уезжали с самыми радостными впечатлениями, увозя с собой добрые воспоминания о
музее А.С. Пушкина в Крыму.
С Крымом у А.С. Пушкина были связаны самые светлые, солнечные и радостные
воспоминания и впечатления. Живя в доме Ришелье, А.С. Пушкин, как он сам писал, много
смеялся, объедался виноградом. Все в доме, в парке вокруг дома и сегодня помнит поэта:
Дом Ришелье: балкон, портал,
Все зреть могли мы.
Здесь голос Пушкина звучал
Неповторимый.
Грустит здесь Аю-Даг о нем.
Объяты сплином
Тропа и грот, меж скал проем,
И парк старинный.
В семье Раевских жил поэт
Все три недели.
Ему светил счастливый свет
И сосны пели,
О том, что, как он и мечтал,
В лучах Тавриды,
Увидит снова он причал
И взгляд Киприды.
А давайте попробуем вместе с Пушкиным увидеть Гурзуф тех лет – Гурзуф (Юрзуф)
начала ХIХ века.
19 августа 1820 года генерал Н.Н. Раевский, его сын Николай, друг Николая – Александр
Пушкин, дочери Мария и Софья с нянькой, крестница генерала, учитель-француз,
гувернантка – англичанка, штаб-лекарь и приставленный к Пушкину «дядька» Никита
вышли на берег близ Гурзуфа.
Оживленнее других был Пушкин – захватило путешествие. О встрече с Гурзуфом он
напишет в письме к А.А. Дельвигу: «Проснувшись, увидел я картину пленительную:
разноцветные горы сияли; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями,
прилепленными к горам; тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ними;
справа огромный Аю-Даг…и кругом это синее чистое небо, и светлое море, и блеск и воздух
полуденный…»
Пушкину пришелся по душе климат семейства Раевских, в котором отношения простоты,
дружелюбия, взаимного восхищения подчеркивались огромным почетом, окружавшим имя
генерала.
Можно предположить, что А.С. Пушкин с младшим Раевским разместились в доме
Ришелье в кабинете над галерей под чердаком, именно в этой части галереи наиболее
отчетливо слышен звук моря, о котором пишет поэт: «Я любил, проснувшись ночью,
слушать шум моря и заслушивался целый час…» Под лестницей, ведущей в этот кабинет из
центрального зала второго этажа, по всей видимости, почивал преданный Пушкину «дядька»
Никита.
Каждый из гостей был свободен, все вместе собирались лишь за столом. Пушкин любил
утро, просыпался обычно рано, и по тропинке, усыпанной морской галькой, юный поэт (ему
21 год!) мог спуститься от дома к морю.
Прибрежная грунтовая дорога вела от моря к деревне. На пути под скалой располагался
фонтан из белых мраморных плит. Надпись в нише гласила: «Путник, остановись и пей из
этого источника».
У А.С.Пушкина находим:
Сей беломраморный фонтан,
Стихов узором испещренный,
Сооружен и изваян…
Железный ковшик, цепью прикрепленный,
Приди и пей…
С раннего утра в Юрзуфе скрипели колеса повозок, сновали неутомимые ослики с
поклажами на спинах, спешили рыбаки с уловом, люди с корзинами, наполненными
фруктами и овощами. Пушкин наблюдал за жизнью Крымских татар, не знавших крепостной
зависимости. Он бродил пешком, сам не зная куда, а прохожие, с удивлением глядя на него,
не понимали, кто он и что делает возле их саклей. А он подмечал главные национальные
черты крымских татар – трудолюбие и гостеприимство.
Сияло все…везде пестрели
Сады и хижины татар.
(черновая рукопись «Евгений Онегин»)
В Крыму в то время было принято передвигаться верхом. Пушкин был хорошим
наездником. Молодой, энергичный, озорной, он наслаждался новыми впечатлениями: АюДаг, Партенит, Никита, Ай-Даниль…
Длительные прогулки заканчивались обычно к вечеру. Семья Раевских и их гости
собирались на веранде, время проводили приятно и весело. Стол изобиловал фруктами,
свежей выпечкой, рыбой.
Когда темнело, молодежь выходила в сад, любовалась звездами:
Там, некогда в горах, сердечной думы полный,
Над морем я влачил задумчивую лень,
Когда на хижины сходила ночи тень…
И дева юная во мгле тебя искала,
И именем своим подругам называла…
Кто была героиня этого сюжета? Мария или Екатерина Раевские? Ну не малолетняя же
Софья. Думается, что южная муза поэта – скорее желание ее иметь. Да и внешний облик
Пушкина того периода был, вероятно, мало привлекателен для женщин. Юный поэт недавно
перенес тиф и был обрит налысо. А княгиня М.Н. Волконская (в девичестве та самая Мария
Раевская) впоследствии писала: «В сущности, он любил лишь свою музу и облекал в поэзии
все, что видел».
У дома тянулись к небу молодые деревца – кипарисы «В двух шагах от дома, - писал А.С.
Пушкин, - рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и к нему привязался чувством,
похожим на дружеское». Эти строки даровали дереву долгую жизнь и овеяли его легендами,
одна из которых о соловье, прилетающем по ночам к поэту петь свою песню у кипариса.
Этот кипарис жив! Его вершина возносится к небу! Кипарисы Гурзуфа, его лавры и тополя,
сосны и кедры видели и знают все о том, что происходило здесь в начале ХIХ века, нам же
остается только догадываться и предполагать…
Между тем приближался день отъезда. 5 сентября Пушкин с Раевскими покинул Гурзуф.
На протяжении последующих лет мысленно он вновь уносился к милым местам:
Я снова посещаю вас,
Пью жадно воздух сладострастья,
Как будто слышу близкий глас
Давно затерянного счастья.
Поэт всю жизнь мечтал сюда вернуться. И неслучайно его поэтическое завещание
обращено к Гурзуфу:
Так если удаляться можно
Оттоль, где вечный свет горит,
Где счастье вечно, непреложно,
Мой дух к Гурзуфу прилетит.
Да, в Гурзуфе прошлое на каждом шагу переплетается с настоящим, исподволь
подсказывая нам, что мы отвечаем в этом мире за все, так как настоящее – это всего лишь
узел, где прошлое сплетается с будущим. Так будем же трепетно относиться к нашему
прошлому, которое дано нам для того, чтобы среди мишуры и обманных огней массовой
культуры не потерялась память о прошлом, не пропала тяга к подлинному.
.
Скачать