Д.А. Белов.

Реклама
Д.А. Белов
ДИСКУССИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО РУКОВОДСТВА
ВЕЛИКОБРИТАНИИ ПО ВОПРОСУ
О НАГРАЖДЕНИИ г. СТАЛИНГРАДА
(1942-1943 ãã.)
24 сентября 1942 г. в Министерство иностранных дел Великобритании пришло письмо,
адресованное на имя премьер-министра Великобритании У. Черчилля, с просьбой наградить
Сталинград. Это и последующие письма, отправленные простыми гражданами, положили начало
обширной, длившейся более пяти месяцев, переписке между различными правительственными
учреждениями страны, сведенной впоследствии Государственным архивом Великобритании в
архивное дело под названием «Вопрос о награждении Сталинграда»1.
В первом письме на имя премьер-министра Великобритании У. Черчилля говорилось: «...Мы
чувствуем, что каждый мужчина, женщина и ребенок Британской империи были бы рады
продемонстрировать свою благодарность этому русскому городу, который оборонялся и
продолжает обороняться натиску огромных, жестоких армий Германии. Мы покорнейше просим
принять наше предложение, чтобы признание мужества наших союзников — русских солдат,
летчиков и гражданского населения - было оказано этому городу, как в случае с островом
Мальтой, в той же манере и не зависимо от исхода этой гигантской борьбы»2.
В письме упоминался остров Мальта, награжденный Георгиевским крестом. В последующих
письмах, а также в ряде газетных публикаций именно он изначально рассматривался как наиболее подходящая для Сталинграда
награда.
Лишь с конца октября 1942 г. данный вопрос начал обсуждаться в правительственной
корреспонденции, в ходе которой Георгиевский крест как награда для Сталинграда был
категорически отвергнут, поскольку его статут не предусматривал награждение иностранцев и
иностранных городов.
В этом случае выходом из создавшегося положения рассматривалась единственная
альтернативная награда - Военный крест, которым в годы Первой мировой войны «за наиболее
блистательную и успешную оборону в истории» была награждена французская крепость Верден.
В ходе обсуждения деталей статута Военного креста были высказаны следующие серьезные
затруднения, связанные с этой наградой: во-первых, большую озабоченность вызывал сам факт,
что «более высокой и подходящей» награды для Сталинграда в британской наградной системе
нет; во-вторых, в истории награждения Военным крестом не было ни одного прецедента вручения
этой награды как посмертной, а значит Сталинград, в случае его сдачи противником, не может на
нее претендовать. Интересно, что письмо, в котором обсуждались детали и варианты награждения
Сталинграда, датировалось 19 ноября 1942 г., когда новости о начавшемся контрнаступлении
советских войск в районе Сталинграда еще не пришли, и полной уверенности в том, что
Сталинград все же выстоит, не было.
В этой связи произошел возврат к обсуждению варианта с Георгиевским крестом, который стал
видеться многими наиболее «подходящей и достойной» наградой. С этой точкой зрения категорически были не согласны те чиновники Министерства иностранных дел, которые были
убеждены, что будет невозможным вручить Георгиевский крест (кстати, главным образом
врученный гражданскому населению острова Мальта) и в то же время объяснить советскому
послу в Великобритании И.М. Майскому, почему Георгиевский крест вопреки всем правилам
оказался вручен иностранному городу и оказался приравненным, таким образом, к обороне
острова Мальта, значение которой не шло ни в какое сравнение со значением обороны
Сталинграда. В этом случае наиболее достойной наградой приверженцы этой точки зрения видели
ту же военную награду, которую получил Верден. Кроме того, награждение Сталинграда Военным
крестом в этом случае, по убеждению сторонников этой идеи, делало город «приравненным и
даже затмевавшим Верден». Последнюю точку зрения разделял и король Великобритании Георг
VI3.
11 декабря 1942 г. в своем письме на имя У. Черчилля министр иностранных дел Великобритании
А. Иден попросил премьер-министра остановиться на одном из вариантов. Помимо уже упоминавшихся наград, впервые, как один из вариантов награждения, он упоминает Крест Виктории,
никогда ранее не вручавшийся иностранному городу. Что касается чиновников из наградного
департамента, то они выступали против того, чтобы идти на поводу у прессы и отвергали
Георгиевский крест как именно гражданскую награду, хотя У. Черчилль склонялся именно к ней.
В последние дни декабря 1942 г. в этой затянувшейся дискуссии единственным, что мешало
принять решение в пользу Георгиевского креста, оставалось лишь согласие короля4.
Продолжение дискуссии было спровоцировано опубликованием статьи в газете «Правда» от 24
декабря 1942 г., в которой упоминалось об учреждении медали «За оборону Сталинграда». Она
была частично переведена на английский язык сотрудниками британского посольства в Москве,
но в переводе были подчеркнуты исключительно те слова, где говорилось о роли рабочих,
интеллигенции и героизме масс. Таким образом, сторонники вручения Георгиевского креста
получили еще один веский аргумент для обоснования вручения именно гражданской награды
жителям Сталинграда.
За декабрь 1942 г. и январь 1943 г. было выдвинуто еще несколько вариантов награждения: 1)
украсить Военный крест бриллиантами (этот вариант поддержал английский посол в СССР А.
Керр, хотя была высказана обеспокоенность, что русским это награждение может напомнить
царские награды); 2) заменить серебро, из которого изготовлен Военный крест на золото; 3)
использовать обычный Военный крест, но вручить его в специально изготовленной серебряной
шкатулке, обитой бархатом и с надписью внутри: «Военный крест. Жалован Его Величеством
королем Георгом VI... (и т. д. о героической обороне города. — Д. Б.)». Внутренняя крышка
шкатулки должна быть стеклянной, а внешняя должна состоять из двух половинок, украшенных
английскими и советскими эмблемами 5.
Окончательно точку в дискуссии поставили 20 февраля 1943 г., полностью отказавшись от самой
идеи награждения. В этот день У. Черчилль одобрил предложение вручить Сталинграду Почетный меч: «Хорошо. Но удостоверьтесь, чтобы это был достойный символ». Таким образом,
впервые в истории Великобритании было принято решение о вручении иностранному городу в
качестве подарка холодного оружия 6.
Несмотря на то что ни один из обсуждаемых вариантов награждения Сталинграда политическим
руководством Англии так и не был принят, сам факт затянувшейся на месяцы дискуссии подчеркивает ту высочайшую оценку обороны Сталинграда, которая была дана английским
правительством. Именно эта более адекватная (по сравнению с позицией британской
общественности) оценка длительное время не позволяла британскому кабинету найти «наиболее
достойную и подходящую» награду для Сталинграда и принять окончательное решение, ради
которого всерьез рассматривались варианты награждения вплоть до возможного изменения
статутов британских наград.
Примечания
1
National Archives. Public Record Office (PRO). FO 371/33035.
2
Ibid. P. 4.
3
Ibid. P. 23-25.
4
Ibid. P. 33, 35.
5
Ibid.
Ibid. FO 372 / 3531. T 2399. Единственная, насколько нам известно, отрицательная публичная
оценка принятому решению о вручении жителям г. Сталинграда Почетного меча была высказана известным
американским писателем Д.Б. Стейнбеком, лауреатом Нобелевской премии по литературе (1962 г). Посетив
в 1947 г. Сталинград, он вспоминал: «Нас вдруг охватило чувство печали, когда мы увидели все эти
подношения от глав правительств, копию средневекового меча, копию старинного щита, несколько фраз,
написанных на пергаменте, и множество напыщенных слов... Слова и подарки походили на гигантские,
мускулистые, уродливые и идиотские скульптуры, которые обычно создавались, чтобы отметить какое-то
скромное событие. А в эту минуту нам вспоминались только закрытые железными масками лица мужчин,
стоящих у печей на тракторном заводе, девушки, выходящие из подземных нор... И это были не пустые и
аллегорические фигуры... Средневековый меч и золотой щит казались абсурдными и подчеркивали
некоторую скудость воображения того, кто их подарил. Мир наградил Сталинград фальшивой медалью, в то
время как город нуждался, скажем, всего лишь в полудюжине бульдозеров...» (См.: Стейнбек Д. Русский
дневник / Пер. с англ. Е.Р. Рождественской. М.: Мысль, 1989. С. 87).
6
Скачать