Э.Ф. Малышева Об эволюции французской новеллы За шесть

Реклама
Э.Ф. Малышева
Об эволюции французской новеллы
За шесть веков своего существования французская новелла претерпела существенные изменения.
Впервые она появилась в XV в. под влиянием модной тогда итальянской новеллы и французских фаблио, в которых рассказывалось о
неверных женах и обманутых мужьях. Вопреки распространенному
мнению, первым сборником французских новелл является не «Гептамерон» Маргариты Наваррской, а «Cent Nouvelles Nouvelles», датированный периодом между 1256 и 1467 гг., т.е. почти веком раньше
[1]. Целью этих новелл было рассмешить, развеселить читателя,
рассказывая очень похожие друг на друга истории, чаще всего любовного характера. Их сюжет разворачивался, как правило, в хронологическом характере, экспозиция ограничивалась одной-двумя фразами,
полностью отсутствовало отступление от основной сюжетной линии,
так как все в тексте было нацелено на сообщение главного. Как и фаблио, они были построены на двух нарративных принципах, а именно
на краткости экспозиции и на стремительности в развертывании сюжета. Таким образом, сохранялась всегда одна и та же схема повествования: несколько строк введения, затем пересказ интриги и, наконец, короткое в несколько строк заключение. Чтобы подчеркнуть устный характер повествования, автор использовал свойственные устной форме
общения выражения, что придавало письменному тексту тональность,
характерную для устной речи. Рассказчик строил свой текст таким образом, будто он общается с читателем в устной форме, направляя его
внимание на важные с его точки зрения моменты [2].
В XVII-XVIII вв. под испанским влиянием французская новелла
изменилась концептуально. Она стала значительно длиннее и в этом
смысле граничила с пасторальным романом. Изменилась тематика и
тональность текстов: авторы стали говорить о любви и страсти, но уже
без насмешки, как это делалось в XV в., а восхищаясь галантностью и
высокими чувствами. Модифицировались и нарративные принципы.
История начинается издалека, новелла утратила структурную строгость и потеряла в большой степени характеристики устного текста.
Если в XV-XVI вв. сюжет строится вокруг одного центра интересов,
есть один рассказчик и одна сюжетная линия, то в новую эпоху характерно появление еще одного рассказчика, и текст состоит, как правило,
из двух сюжетных линий, причем обе представлены одинаково полно;
удлиняется экспозиция, превращаясь в почти самостоятельную составляющую текста, часто присутствуют «возвраты назад», нарушается
хронологический порядок изложения. Текст разворачивается медленно, с множеством подробностей.
Французская новелла XIX в. единогласно признается «вершиной
мастерства» в данном жанре, в связи с чем ее принято называть «классической».
В этот период новелла представляет собой «правдивую», т.е. взятую из жизни, и серьезную историю, часто драматическую. Новелла
вновь приобретает характеристики устного общения, свидетельством
чего являются частые обращения к читателю – факт, который играет
важную роль в создании атмосферы устного общения. Рассказчик ведет себя аналогично устному повествователю, который прерывает свой
рассказ и обращается к слушателям, желая увидеть/услышать их реакцию, взять их в свидетели и т.п. Для достижения этой цели рассказчик
прибегает к различным выразительным средствам, создающим у читателя ощущение слушания истории, и чтобы подчеркнуть именно этот
аспект произведения, новеллисты стали для обозначения жанра использовать вместо «nouvelle» (новелла) термин «conte» (сказка).
По свидетельству Р. Годена, в XIX в. большинство сборников новелл вышли именно под этим названием. Популярность термина
«сказки» объясняется тем, что авторы новелл пытались с помощью
слова, происходящего от глагола «conter», т.е. «рассказывать», подчеркнуть установку текста на устную форму общения. Причем если в
XVIII в. «Сказки» существовали как отдельный от новеллы жанр, то в
XIX «сказка» не вступает в оппозицию к новелле, а является фактически ее аналогом [2], хотя по этому вопросу нет однозначного мнения.
По мнению Р. Годена, «un conte est tout simplement “synonime de nouvelle”», а, по мнению М. Турнье, «le conte serait, contrairement à la nouvelle, “chargé de sens”» [1].
Многим новеллам XIX в., как, например, новеллам Мопассана, которые представляют собой вершину реалистической традиции этого
века, свойственно «кольцевое» построение, играющее роль рамки для
последующего «рассказа в рассказе», и открывающееся лирическим
зачином. Оно и замыкается возвращением к этому же зачину, но уже
наполненному эмоциями и размышлениями, вызванными только что
выслушанной историей [3: 9-10].
В эту эпоху авторы обладают ярко выраженным чувством «анекдотического центра», вокруг которого сконцентрирован весь текст, для
которого, в свою очередь, характерна краткость и отсутствие лишних
подробностей. Все нити в повествовании завязаны и тянутся к главно-
му - кульминационному моменту развязки – высшей точке напряжения
в тексте, которая заключает в себе весь интерес и весь его смысл [2].
Что же представляет собой французская новелла и каково ее место в XX в.?
Дело в том, что во Франции распространено мнение, что новелла
в XX в. превратилась в малочитаемый жанр. Об этом свидетельствуют
высказывания различных авторов: например, А. Бретон говорит о том,
что он никогда не писал новелл из нежелания ни терять на это время,
ни тратить время других; по его мнению, сегодня, чтобы иметь желание написать или прочитать новеллу, нужно быть настоящим неудачником. В этой связи интересно мнение Р. Годена, который сетует о положении современной новеллы; по его словам, «термин «новелла»
представляет объект для недоверия, для отказа со стороны издателей,
которые мало публикуют новеллы, со стороны читателей, которые их
редко читают, со стороны критиков, которые едва затрагивают этот
жанр, и литературоведов, которые игнорируют ее существование» [1]
И, тем не менее, опровергающим мнение Годена может являться
тот факт, что появляется все больше публикаций как сборников, так и
отдельных текстов, существуют издательские дома, специализирующиеся в этом жанре, организуются фестивали новеллы, учреждаются
ежегодные премии за лучшую новеллу и т.д.
Новеллистика в XX в. с одной стороны продолжает прежние традиции, а с другой – явно виден разрыв между классической и современной новеллой [4:146].
Некоторые современные новеллисты продолжают «рассказывать»
истории в их развитии, как это делали их предшественники. Это имеет
место у М. Дрюона, А. Труайя, Ж.-П. Шаброля, а также у Сесброна и
Веркора, которые продолжают традиции письма XIX в. События в
этих текстах представлены как истории с неожиданной развязкой в
конце, которая не так поразительна, как концовка в XIX в., но все же
неожиданна.
Однако даже авторы, продолжающие «рассказывать истории», делают это уже не так, как в XIX в. У «новых» текстов иная семантическая и структурная организация: экспозиция стала значительно короче
и передает в большей мере психологическую атмосферу, чем служит
пространственно-временной рамкой для будущих событий, она содержит меньше деталей, описывающих персонажей, отсутствует обращение к читателю; текст не всегда содержит необходимые для классической новеллы части [2].
Изменилась также тематика новелл: если в XIX в. это была
необычная история из жизни людей разного социального положения, а
часто жителей других стран и континентов, то новелла XX в. рассказывает о житейских мелочах, о неважных, странных или смешных случаях, на которые как бы и не стоит обращать внимания, но которые представлены как характерные и важные моменты в жизни отдельного человека.
Разрушив действие и отказавшись рассказывать историю, современная французская новелла исключила из своей нарративной программы трансформацию и чувство развивающегося времени и избрала
центром своего внимания каждодневную жизнь, быт и заботы простого человека. Во главу угла она поставила чувства, ощущения и состояние души, она «реабилитировала немой мир» [5: 192-195] и сосредоточилась на сенсорных ощущениях, получаемых от зрения, вкуса, обоняния, слуха и осязания. Современные авторы, в отличие от своих предшественников, которые рассказывали о событиях, происходящих с
людьми в четко очерченном пространстве и времени, делают попытку
осознать человеческую сущность и понять роль человека в мире, в котором он живет, через его чувственные ощущения [2]. Особенно ярко
это выражено в новеллах Ф. Делерма.
Новеллу второй половины XX века определяют как новеллу-мгновение (nouvelle-instant, nouvelle instantané), так как она рассказывает не
необычную историю, пусть даже и короткую, а лишь один момент,
одно мгновение из жизни человека. Причем, если эти моменты и не
всегда
являются
ключевыми,
как
их
характеризует
К. Конжиу [6: 95], они всегда являются очень важными для героев, отражают их самые главные, реальные и серьезные проблемы и переживания. Частое употребление таких слов как «moment» и «instant» подчеркивают то внимание, которое современные новеллисты уделяют
этим коротким фрагментам из жизни. Современная французская новеллистка К. Пюжад-Рено, рассматривает новеллу как идеальное пространство, из которого авторы могут выхватить персонаж в ключевой
для него момент [7: 41], они как бы высвечивают вспышкой этот момент, вырывают его из потока жизни, отделяют из всего, с чем он может быть связанным, и показывают его важность.
В связи с этим интересно отметить появление нового литературного жанра «novelette», короткой истории объемом менее страницы.
Р. Годен характеризует novelette следующим образом: «Это история,
написанная в формате открытки. Она представляет собой застывшее
мгновение, историю, ухваченную в миллиметрах, в секундах, но ощущения после которой не покидают читателя часами» [8].
Через рассказ о разных человеческих судьбах на первый план выходит проблема одиночества и попытка героев найти понимание у
окружающих их людей. При этом, передавая трагизм одинокого человека, новелла не дает рецепта, как из него выйти, но и не говорит, что
такое положение безысходно. Она оставляет за читателем право найти
выход из описанной в ней ситуации [2].
Если в XIX в. конфликт в новелле обязательно разрешался, то в
XX нет конфликта и нет его разрешения, есть только состояние персонажа, порожденное конфликтом.
В этом и заключается следующая структурно-семантическая и тематическая особенность современной французской новеллы – в ней отсутствует ядро, центр, вокруг которого сконцентрировалось бы все ее
содержание. Поскольку текст не рассказывает историю в развитии, он
начинается с середины и заканчивается, не имея никакой развязки.
Собственно, можно сказать, что вся новелла и есть центр, то, ради чего
создается текст, поэтому вся новелла представляет собой сконцентрированный, очень уплотненный текст, который часто не рассказывает
никакой истории и не имеет концовки [9: 93].
Динамизм новеллы привел к уменьшению текстового объема –
современная французская новелла стала по-настоящему коротким текстом, и ее объем в среднем колеблется от 5 до 7 страниц формата
Librio. Можно сказать, что короткой новелла стала уже в XIX в., но тогда было больше длинных, чем коротких текстов. В XX в. ситуация изменилась: конечно, авторы по-прежнему создают длинные новеллы
(существуют новеллы объемом 100 страниц), но их немного по отношению к общему объему публикаций.
Обобщив вышесказанное, можно сказать, что за время существования французской новеллы изменилась ее тематика, нарративные
принципы, структурно-семантическая организация и текстовой объем.
Возникшая в XV в. как развлекательный жанр, новелла становилась
более «серьезной», рассказывая сначала необычные истории из жизни
необычных людей, т.е. сообщая что-то новое и интересное, и в конечном итоге утратила в своем терминологическом значении сему «новость». Сегодня она повествует об обычной жизни обычных людей, в
ее лексико-семантической структуре на первый план выдвигается сема
«краткость», потому что рассказ идет об очень коротком, но значимом
мгновении жизни.
Библиографический список
1.
[Электронный
ресурс].
–
Режим
http://www.centrejacquespetit.com /godenne/tour/index.
доступа:
2.
Корниенко, А.А. Современная французская новелла в поисках новых форм [Текст]: монография / А.А. Корниенко. – Пятигорск: ПГЛУ,
2000. – С. 83-97.
3.
Евнина, Е.М. Мопассан и его рассказы [Текст] / Е.М. Евнина
// Guy de Maupassant. Contes et nouvelles choisis. - M.: Прогресс, 1976. – С.
9-10.
4.
Godenne, R. La nouvelle [Текст] / R. Godenne // La nouvelle. –
P. : Honoré Champion Editeur, 1995. – 178 p.
5.
Ronad, M. Vers un « épique abstrait » [Текст] / M. Ronad // La
narration nouvelle Cahiers du Collectif CHANGE. – P. : Seghers/Laffont,
1978.
–
P. 192-195.
6.
Congiu, Ch. Etoffer s’est étouffer [Текст] / Ch. Congiu // Nouvelles, nouvelles. NUMERO SPECIAL, 1988. – P. 95-97.
7.
Pujade-Renaud, C. Les ibtermittences de l’inconscient [Текст] /
C. Pujade-Renaud // Nouvelles Nouvelles. № Spécial, 1989. – 41 p.
8.
[Электронный
ресурс].
–
Режим
доступа:
http://www.dessertdelune.be.
9.
Hallis, G. Nouvelle cuisine. La nouvelle...élitiste ou populaire ?
[Текст]
/
G. Hallis // Nouvelles Nouvelles. № Spécial, 1989. – 93 p.
Скачать