ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО - Brest-SV

Реклама
www.brest-sv.com
Между миром и войной
Каждое историческое место по-своему уникально. Брестская крепость,
однако, - особый свидетель. Ее почти двухвековая биография - это постоянное
приготовление к битвам. Крепость запечатлела в себе самые драматические
изломы европейской истории. Она всегда стояла между миром и войной - на самой
грани.
Люди не раз переступали эту грань. И сегодня на континенте найдется не так
много мест, где на небольшом пространстве были бы так тесно переплетены
трагедии и подвиги.
Построенная в первой половине девятнадцатого века, Брестская крепость знала
периоды расцвета и военного могущества, когда она считалась совершенным и
почти неприступным стратегическим объектом. Но история соткана из парадоксов.
Самое знаменитое сражение Брестская крепость приняла почти через столетие
со дня закладки ее первого камня 22 июня 1941 года.
Вероломное вторжение войск вермахта на территорию Советского Союза
знаменовало новую стадию Второй мировой войны. Началась беспримерная по
размаху и жестокости битва с фашизмом, которую в СССР справедливо назвали
Великой Отечественной войной.
Гарнизон крепости первым вступил в неравную схватку с врагом. Советские
воины продемонстрировали поразительное мужество, отвагу и стойкость. Подвиг
защитников сделал Брестскую крепость легендой.
Эта легенда жива и сегодня.
Каменный страж
Брестская крепость - одна из жемчужин русской военной архитектуры. Она
была основана на рубеже 30-х годов ХIХ века, и в последующем в ее укреплениях
отразилась целая эпоха, отделяющая старинные армии, вооруженные кремневыми
ружьями, от танковых дивизий, пикирующих бомбардировщиков и другого оружия
времен Второй мировой войны. Это огромная, растянувшаяся более чем на
столетие экспозиция военно-инженерного искусства. В ней при желании можно
разглядеть очень многое: развитие разных армий и экономик, перекраивание
политической карты Европы, совершенствование военной стратегии и тактики,
поступь технического прогресса.
Впервые идею возведения крепости в Брест-Литовске в 1797 году выдвинул
генерал-майор Франц Деволан. Древний Брест-Литовск стоял на оживленном
торговом пути, природные особенности позволяли удачно использовать место
слияния рек Мухавец и Буг как естественную водную преграду. Это было главным в
предложении Деволана.
В 1807 году к идее возведения крепости обратился опытнейший военный
специалист и реформатор, создатель российского Генштаба, инженер-генерал П.К.
Сухтелен. Он разработал собственный проект.
Военные действия против Швеции, а затем большая война с Францией
отодвинули эти планы. Однако опустошительное вторжение наполеоновских войск
только укрепило царское правительство в желании иметь оборонную линию на
западных границах империи. В 1823 году директор польского инженерного корпуса
1
www.brest-sv.com
генерал И.М. Малецкий составляет очередной проект Брест-Литовских укреплений,
Когда на российский престол взошел Николай I, строительство крепостей и флота
стало приоритетом его государственной политики.
В течение десятилетия 1820-30 гг. разрабатываются еще два промежуточных
проекта стратегических укреплений в Брест-Литовске. В 1829 году принимается
принципиальное решение о возведении крепости (этому поспособствовало и
завершение годом раньше строительства важного шоссе Варшава-Брест). Для
детального знакомства с местностью и уточнения необходимых инженерногеодезических данных в уездный город направляется инженер- полковник Л.И.
Фельдман.
В 1830 году император Николай 1 одобрил проект крепости, автором которого
являлся инженер-генерал К.И. Опперман (проект во многом опирался на
предыдущие разработки П.М. Малецкого; топографические изыскания выполнил
полковник Л.Я. Фельдман).
В 1831 году «строителем крепостей» в Царстве Польском назначается генералмайор И.И. Ден. Вскоре он отправился в Брест-Литовск "для укрепления его". В
декабре этого же года учреждается Брест-Литовская инженерная команда. Через год,
в декабре 1832 года, для начала работ создаются военно-рабочая и арестантская роты
Инженерного ведомства. Высшее наблюдение за строительством поручается
генерал-фельдмаршалу И.Ф. Паскевичу - наместнику Царства Польского,
светлейшему князю Варшавскому графу Эриванскому. Руководит возведением
крепости Брест-Литовск начальник Западного Инженерного округа генерал-майор
И.И. Ден. для закупок необходимых материалов централизованно выделяется 500
000 рублей.
В 1833 году император Николай 1 окончательно утвердил генеральный план
создания крепости и 6-го июня были открыты массовые земляные работы - теперь по
имеющимся чертежам. Вслед за этим И.И. Ден «... за «отличный успех», найденный
Государем Императором при постройке ... Брест-Литовских укреплений» получает
звание генерал-лейтенанта и 50 тысяч рублей ассигнациями. Уже 11 декабря этого
же года из Киева в крепость переводят гарнизонную артиллерийскую роту. А 7-го
мая 1834 года из Варшавы был переведен гарнизонный батальон, переименованный
в Брест-Литовский. В следующем, 1835 году, крепость посещает император, чтобы
лично ознакомиться с ходом начатых работ.
Наконец, 1 июня 1836 года в торжественной обстановке был заложен первый
камень будущего "сердца крепости" - Цитадели. В основание казармы были
2
www.brest-sv.com
заложены памятная бронзовая доска и шкатулка с монетами. Спустя 117 лет 19
апреля 1953 года, их найдут при разборке завалов у Брестских ворот Цитадели.
Рождение нового имперского форпоста сопровождалось драматическими, с
точки зрения современных историков, событиями. На месте будущей Цитадели
располагался город, насчитывавший более десяти тысяч жителей и восемьсот лет с
момента основания! Великолепные, уникальные строения, символизирующие
богатые культурно-религиозные традиции древнего Бреста, его ремесленноторговый центр были по велению российского самодержца приговорены к гибели.
С началом земляных работ старый город шаг за шагом стирался с лица земли.
Брест был перенесен на три километра на восток. Не сохранилось почти ни одного
исторического здания на центральном острове; то, что не было сразу снесено,
постепенно перестраивалось и приспосабливалось для нужд стратегической стройки.
В 1835 году работы прерывались из-за сильнейшего пожара, довершившего
уничтожение многих архитектурных раритетов древнего "детинца" - то есть зданий
на островной части города.
Гигантская по тем временам стройка продолжалась несколько лет. 26 апреля
1842 года, после торжественного обряда освящения, над крепостью был поднят
государственный флаг. Российская империя обрела еще один мощный
оборонительный форпост.
Что представляла собой новая крепость Брест-Литовск?
Расположенное на острове, омываемом двумя рукавами реки Мухавец и Бугом,
центральное укрепление состояло из многоугольной сомкнутой двухэтажной
казармы протяженностью 1,8 км. Толщина внешней стены достигала двух метров, в
ней были устроены многочисленные бойницы и амбразуры. С запада, севера и юга
Цитадель прикрывали три отдельных, так называемых предмостных, укрепления соответственно Тереспольское, Кобринское и Волынское. Наиболее грозным
являлось Кобринское, располагавшее четырьмя бастионными фронтами, тремя
равелинами и люнетом в его западной части.
Все предмостные укрепления защищал десятиметровый земляной вал (с
кирпичными казематами внутри), а перед ним дополнительно - прорытые и
заполненные водой каналы-рвы. Фактически стратегический объект был разделен на
четыре острова общей площадью около 4 кв. км, окруженных водой каналов и рек
Коммуникации обеспечивались 9-ю большими и малыми мостами. В Цитадели
имелось около 500 казематов, способных вместить двенадцатитысячный гарнизон с
припасами и амуницией, необходимыми для многомесячной обороны. Внешняя
оборонительная линия крепости имела протяженность 6,4 км.
Крепость была первоклассной и, по понятиям того времени, практически
неуязвимой. Великолепный оборонительно-опорный комплекс соединил в себе
военную мощь и изысканные черты выдающегося архитектурного ансамбля.
Например, канатный мост, перекинутый через Буг и соединявший Цитадель с
Тереспольским укреплением, был самым совершенным во всей Российской империи.
В 1840 году Военное ведомство пригласило польского художника М. Залесского для
написания художественных полотен с видами крепости.
Значение Брест-Литовска как звена стратегической инфраструктуры было
чрезвычайно велико. По сути, крепость прикрывала самый короткий и все более
оживленный путь из Европы в Россию. Крепость не раз посещали августейшие
особы, в том числе императоры России и Германии.
Тем не менее минуло всего пятнадцать-двадцать лет и многое в
оборонительном потенциале Брест-Литовской твердыни оказалось утраченным. В
мире наступал век промышленной революции. На вооружении армий появились
нарезные орудия, что кардинально усилило точность и дальность артиллерии
3
www.brest-sv.com
(примерно в пять и в два раза соответственно). Прежние укрепления не оправдывали
себя. В соответствии с новыми реалиями крепости, как опорные элементы
оборонительных систем, требовали значительного переустройства.
Совершенствование крепости Брест-Литовск сдерживалось отсутствием в
казне денег. Россия вела непрестанные военные действия на Кавказе, потерпела
тяжелое поражение в Крымской войне 1853- 1856 гг. Ресурсная база огромной
империи была истощена, внутри страны нарастало антикрепостное движение.
Военные реформы казались назревшими, однако проведены они были только в 18601870 гг под руководством военного министра Д.А. Милютина. Тогда же, в 1864 году,
была начата модернизация Брестской крепости.
В основу лег план генерал-майора Э.И. Тотлебена, талантливого инженерафортификатора и военачальника, имевшего значительный боевой опыт. В частности,
именно Тотлебен руководил сооружением оборонительных укреплений во время
знаменитой обороны Севастополя.
Согласно плану было произведено утолщение защитного вала, сооружены
дополнительные пороховые погреба (на 5 тысяч пудов), два новых подковообразных
редута с казематами - Западный и Восточный. Наиболее значительным вкладом в
оборонный потенциал Брест-Литовска явилось создание форта "Граф Берг"
(строительство началось в 1869 и в основном было завершено в 1872 годах), Это
было новое слово в истории крепости.
"Граф Берг", расположенный в километре северо-западнее Цитадели.
прикрывал соответствующее направление и позволял вести артиллерийский обстрел
обширной территории, которая оказалась вне зоны прямой видимости из-за высокой
насыпи недавно сооруженной стратегической железной дороги Варшава-Брест.
Крепость уже к концу первого этапа реконструкции выглядела боеспособной и
грозной. Ее огневая мощь внушала уважение: 312 нарезных и 286 гладкоствольных
орудий, 30 нарезных и 129 гладкоствольных мортир.
Однако "Бог войны" - артиллерия - требовала новых жертв, гонка вооружений
набирала обороты. Уроки франко-прусской войны (1870-1871 гг.), исход которой
фактически решили 600 полевых орудий, отлитых из стали на заводах Крупна,
способных делать два выстрела в минуту (потери прусских войск составили всего
5% от потерь французских), заставили расширить и ускорить модернизацию
российских западных крепостей.
Ответом на ВЫЗОВ времени было дальнейшее развитие системы внешних
укреплений, призванных затруднить блокаду гарнизонов и захваты тактически
важных позиций на подступах к главным укреплениям. То есть сооружение
отдельных мощных фортов.
В мае 1876 года в Брест-Литовск прибыла комиссия, возглавляемая генераллейтенантом инженерных войск Н.Н. Обручевым. Задачей группы военных
инженеров было исследование местности и "привязка" к ней новых объектов.
На протяжении следующего десятилетия Брест-Литовск превращается в
современную фортовую крепость. С 1878 по 1888 годы вокруг нее сооружается пояс
из девяти фортов, расположенных в 3-4 км друг от друга и удаленных от Цитадели
на 3-5 км. Каждый из фортов (им присвоили номера от I до IХ) мог располагать 20
орудиями и гарнизоном численностью до 250 человек Защитный обвод крепости
увеличился до 30 км. Автор генеральной концепции переустройства оборонительной
линии на западе империи, "фортификационный гений» Э.И. Тотлебен в свое время с
удовлетворением писал в отчете Военному министру России: «Многие из
произведенных работ составляют замечательные образцы военных сооружений,
вполне применимых к современному состоянию военной техники».
4
www.brest-sv.com
Примерно в тот же период, в 1876 году на территории Цитадели было
завершено сооружение православного Свято-Николаевского храма. Внутреннее
убранство и великолепие храма потрясали воображение, он считался одним из
красивейших из вновь построенных в Европе. Проект здания создал архитектор Д.И.
Гримм - академик российской Академии художеств, а воплощение его в жизнь
вместе с романской росписью стен и церковной утварью обошлись казне в период до
1906 года в 300 000 рублей.
Наступили 80-е годы девятнадцатого века. Технический прогресс в очередной
раз изменил баланс в средствах нападения и защиты. Изобретение бездымного
пороха и металлических гильз, появление затем фугасных зарядов придали
сильнейший толчок развитию артиллерийских систем. Новые орудия были
дальнобойны, точны, мощны и скорострельны.
Крепости опять оказались уязвимы.
До начала ХХ века устаревавшая Брест-Литовская крепость оставалась
важным опорным пунктом русских войск, одновременно здесь велись работы по
совершенствованию укреплений. Только в 1909 году принимается официальное
решение об очередной модернизации всего оборонительного комплекса и
возведении новых фортов. Планом предусматриваются ассигнования в размере 2
млн. рублей ежегодно в течение 10 лет. К работам в последующие годы
привлекается целая плеяда выдающихся русских военных инженеров: Д.М.
Карбышев, Б.Р. Добошинский, Г.И. Лагорио, И.О. Белинский, Б.М. Догадин. Их
судьбы оказались переплетены с историей Бреста. Вторая модернизация крепостных
укреплений намечалась глубокой, всеобъемлющей и, в случае полной реализации ее
программы, кардинально изменила бы боевые возможности и характеристики
брестской оборонительной системы.
В 1911 году проект реконструкции перешел в практическую фазу. 30 июня
Инженерный комитет Главного инженерного управления одобрил детальный план
развития крепости на десятилетие вперед. Он был утвержден российским Генштабом
в следующем году. Еще через год, в 1913, начались масштабные работы, результатом
которых должно было стать создание на удалении 6-7 км от Цитадели нового пояса
мощных бетонных фортов. Эти сооружения отвечали требованиям современной
обороны. Новые форты проектировались на месте - в крепость неоднократно
приезжал главный разработчик, профессор Николаевской военно-инженерной
5
www.brest-sv.com
академии генерал-лейтенант Н.А. Буйницкий. Форт VII модернизировался под
началом Д.М. Карбышева. Кроме того, в расположении форта Граф Берг велось
строительство уникальнейшего для всей России объекта - военного рефрижератора
на 100 000 пудов мяса и 2 000 000 порций мясных консервов, производителем работ
на нем были полковник П.В. Короткевич-Ночевной, штабс-капитан В.М. Догадин и
выписанный специально из Варшавы опытный десятник А.В. Васильев.
Одновременно важные перемены произошли на существующей линии
обороны - пять фортов (с IV по VIII) были перестроены и усилены бетоном. Работы
по их совершенствованию были начаты еще в 1905 году и продолжались с разной
степенью интенсивности до начала Первой мировой войны. Объемы их впечатляли укрепления требовали 30000 кубометров бетона, на приготовление которого ушло
столько же щебня и 8 000 тонн лучшего цемента. Стройматериалы доставлялись
подрядчиками по договорам с инженерным управлением крепости. Все приемки
материалов, равно как и выплаты рабочим, производились только в присутствии
представителя государственного контроля.
Объем земляных работ в ходе второй реконструкции в несколько раз
превышал объемы бетонных. Наиболее крупные и ответственные выполнялись
особыми бригадами спецов, называемых "голлендорами" (бытовало убеждение, что
они потомки голландцев). Голлендоры виртуозно отсыпали валы с помощью легких
повозок, кузов которых составляли три широкие доски - днище и боковины.
Для каменных и плотничных работ прибывали сезонные артели из Рязанской и
Калужской и некоторых других центральных губерний России, на бетонных были
заняты поденщики из местных деревень. Самой высокооплачиваемой считалась
команда тачечников - в ней были собраны люди огромной выносливости и силы,
способные работать по десять часов в день. При том что каждая тачка, кроме
собственного веса, вмещала 200 литров свежего бетона. Вот как описывает труд
строителей очевидец событий: На укладке сорок женщин и подростков под звуки
солдатской песни дружно враз ударяли трамбовками по бетонному слою....
Работы по реконструкции Цитадели и возведению фортовых поясов
прекращались лишь с конца ноября по апрель, когда промерзала земля. Межсезонье
использовалось для заготовки строительных материалов и подвоза их с помощью
относительно недорогого санного пути.
ХХ век: МОЛОХ АГРЕССИИ
В первой половине ХХ века через Брестскую крепость перекатились волны
нескольких войн. Она переходила из рук в руки, над ней развевались флаги разных
держав. Крепость иногда безвозвратно теряла свои укрепления, почти не участвуя
в боях и, напротив, воевала тогда, когда со стороны это выглядело безумием. На
этом же историческом отрезке крепость стала местом заключения
парадоксального Брестского мира, который, как показали следующие десятилетия,
оказался всего лишь прологом еще одной кровопролитной войны.
ВЕЛИКАЯ ЕВРОПЕЙСКАЯ АГРЕССИЯ
В августе 1912 года над Брест-Литовском кружили аэропланы, парил
дирижабль. Публика с восторгом следила за показательными полетами, которые
6
www.brest-sv.com
проводили летчики расквартированного в крепости воздухоплавательного батальона.
Связь с небом дополнялась размещенной в крепости военно-голубиной станцией.
Так военное искусство прошлого, девятнадцатого, века наглядно
соприкасалось с технологичным веком двадцатым.
Кроме "воздушного" потенциала, Брест-Литовская крепость располагала
наземной силой. На рубеже веков в ней размещались четыре пехотных полка (5-й
Калужский Императора Вильгельма, 1,6-й Либавский Карла Прусского, 149-й
Черноморский,
152-й
Владикавказский
генерала
Ермолова).
Главную
оборонительную мощь составляла артиллерия. Для ее эффективного использования
было создано специальное управление, которое являлось крупной самостоятельной
частью.
Через десять с небольшим лет, ко времени второй реконструкции БрестЛитовских укреплений, количество орудийных стволов в фортах и Цитадели
перевалило за 2000. Возводились несколько новых бетонных фортов, выполненных
по типовым проектам (форты Буйницкого, Малкова-Панина). По мнению тогдашних
специалистов от фортификации, они могли выдержать обстрел полевой артиллерии
и продолжительную осаду.
В 1913 году в городе и крепости текла размеренная жизнь. Продолжалась
плановая модернизация оборонительных сооружений, шли военные занятия, а в
парке Брест-Литовска в погожие дни играл оркестр и гуляла светская публика,
значительную часть которой составляли офицеры и члены их семей. Центром
вечерней жизни города являлась улица Шоссейная (пр-т Машерова), где
располагались цирк, два кинематографа и лучшие рестораны. Еще один
кинематограф был в Цитадели. Тамошние залы также часто навещали труппы
известных артистов. В этот уютный и тихий уголок Российской империи едва ли
докатывались раскаты далекого грома. Однако над всей Европой уже собиралась
большая гроза.
Роковой выстрел в Сараево 14 июня 1914 года, каким был убит австрийский
наследник престола Франц Фердинанд, явился спичкой, поднесенной к уже
сложенному хворосту Европейский пожар был запрограммирован складывающейся
исторической ситуацией. Научные открытия, технический прогресс, растущая
индустриализация экономик в известном смысле опережали политическую мысль.
Бурное развитие оборачивалось прежде всего гонкой вооружений, а сила неизбежно
провоцировала воинственность. Правительства ведущих стран верстали военные
планы гораздо тщательнее, чем планы мирного развития. Общественная жизнь
7
www.brest-sv.com
Европы в значительной степени была под влиянием мощных идеологий, в которых
революционные, шовинистские, националистические и прочие идеи могли легко
использоваться для манипуляций сознанием масс. Можно сказать, что вся Европа
была поражена вирусом агрессии. И вряд ли кто-то осознавал, что война в новом
веке перестает быть универсальным способом определения "места под солнцем" для
любой, в том числе самой успешной, нации.
Экономический и военный подъем Германии, длившийся десятилетиями,
пугал великие державы. Еще 6 февраля 1888 года первый канцлер Отто фон Бисмарк
провозгласил в германском рейхстаге: "Мы больше не просим о любви ни Францию,
ни Россию. Мы не просим ни о чьем одолжении. Мы, немцы, боимся на этой земле
Господа Бога, и никого более!"
Россия, долго выбиравшая между Центральной и Западной Европой,
стремилась противодействовать германской гегемонии - хотя сама в огромной
степени зависела от немецкого промышленного экспорта.
В свою очередь, Германия, правители которой упивались растущей мощью и
стремились к мировому лидерству, опасалась капиталистического прогресса России,
который вполне мог стать реальностью с учетом огромных ресурсов восточной
империи. Промышленное производство в России в период с 1860 по 1913 год
прирастало в среднем на 5% ежегодно. Валовой национальный продукт с 1900 года
по 1914 увеличился на 219%. Население в канун войны составляло более 160 млн.
человек - столько же, сколько в Германии, Англии и Франции вместе взятых.
В результате Сараевского покушения летом 1914-го дьявольский клубок
военно-политического противостояния, дипломатических интриг и тайных
стратегических замыслов начал разматываться без удержу. 19 июля Германия
объявила России войну Вскоре Франция выступила на стороне России, а после того,
как немцы растоптали бельгийский нейтралитет (гарантированный ими же всего год
назад), к России и Франции 22 июля примкнула Англия. Это уравняло военные
шансы союзников и Австро-Венгерской империи на морях.
Русские вступили в войну, располагал пятимиллионной кадровой армией.
Какова была роль крепостей?
Верховное главнокомандование по-прежнему полагало, что крепости должны
составлять остов стратегической обороны и, кроме того, выполнять роль тыловых
баз при наступательных операциях. Впрочем, в 1910 году, когда была затеяна
коренная реорганизация российской армии, линию ее развертывания на Западном
театре было решено переместить - с рубежа Вислы далеко на восток. В связи с этим
все находившиеся в Русской Польше крепости предполагалось уничтожить, а
8
www.brest-sv.com
оставить лишь четыре - Ковно, Осовец, Брест-Литовск и новую, находящуюся в
стадии постройки крепость в Гродно. Однако спустя четыре года планы опять
изменились. Первая линия обороны была вновь отнесена на Вислу, и три самых
западных крепости - Новогеоргиевск (Модлин), Варшава и Иван-город (Демблин) были сохранены. В целом в крупных русских крепостях были сосредоточены 5200
старых и 3148 новых орудий плюс 880 тяжелых пушек.
В Брест-Литовске с приближением войны начались усиленные приготовления.
13 июля комендант объявил о прекращении всех командировок офицеров
инженерного управления. В первый же день после объявления мобилизации по его
распоряжению из крепости должны были быть эвакуированы все семьи офицеров
(поезд отходил в 3 часа ночи), с собой им разрешалось взять не более 2 пудов вещей
на каждого члена семьи. Тем не менее, несколько женщин, несмотря на строгий
запрет, остались в крепости, чтобы в случае надобности выполнять роль сестер
милосердия и разделять тяготы осады.
На инженерных работах в пиковый период ежедневно было занято 70 тысяч
человек и около 8,5 тысяч подвод. Только расход на заработную плату мастеровым и
рабочим составлял 100 тысяч рублей ежедневно. Это огромная для того времени
сумма.
К тому моменту грандиозный десятилетний план полной реконструкции
укреплений был выполнен едва ли наполовину. Из-за сложностей финансирования
форты и другие сооружения строились не одновременно, а в зависимости от их
важности. При этом каждый из фортов намечалось сдавать в течение трех лет,
соответственно все работы по перестройке тоже разбивались на три этапа.
Первым возводился напольный вал с помещениями для дежурной части, затем
боковые фасы, и, наконец, строилась казарма с горжей (горжа - тыльный фас). В
результате к моменту возгорания всеевропейского пожара крепость имела всего
один
завершенный
новый
форт
и
несколько
недостроенных.
Ситуацию осложняло отсутствие так называемого мобилизационного плана
подготовки укреплений, а прежние, рассчитанные на мирное время, явно не
годились.
Инженерам-фортификаторам
пришлось
проявить
всю
свою
изобретательность и творчество. Промежутки между фортами заполнялись
оборонительными сооружениями полевого и временного типа - это было
современное и правильное решение. Вообще, инженерное управление крепости
Брест-Литовск достигло выдающихся результатов во многих составляющих
фортификационного искусства.
Начиная с 1912 года, организация работ тут была образцовой, и даже сегодня
она вызывает восхищение. Например, бетонирование фортов происходило по
непрерывному циклу и могло продолжаться несколько суток, существовала
значительная механизация наиболее трудоемких операций. Щебень добывался из
булыжного камня с помощью дробилки с паровым двигателем, две мощные
бетономешалки также имели свои "локомобили", а песок, щебень, бетон подавались
не только вручную - огромные объемы доставлялись вагонетками узкоколеек,
которые на последней стадии втягивались канатами на верх валов. Стройплощадки
ночью освещались 9-ю дуговыми фонарями, питание которых обеспечивала
автономная электромашина, работающая на нефти.
В крепости были отличные внутренние дороги, разветвленная телефонная сеть
(аппараты устанавливались даже во временных конторах), центральное
водоснабжение. Строился огромный ангар для крепостных дирижаблей с пролетом
45 м и высотой 32 м. На последнем этапе приготовлений земляные работы
производились с помощью экскаваторов. На участке каждого из производителей
работ (прорабов) трудились одновременно 600 бетонщиков.
9
www.brest-sv.com
Осенью 1914 года крепость располагала 14-ю фортами, 5-ю оборонительными
казармами и 21-м промежуточным опорным пунктом. Группа инженеров и
военспецов в начале октября совершила учебный полет на дирижабле вдоль внешней
линии фортов, во время которого была произведена внешняя оценка степени
готовности оборонительной системы. А 5 ноября того же года крепость пострадала
от крупной катастрофы. В 8 часов утра у Михайловских (Восточных) ворот раздался
взрыв чудовищной силы. Несчастье случилось в лаборатории для зарядки
боеприпасов, в которой находилось около 60000 снарядов. Погибло более 200
человек, было уничтожено два десятка складов и домов. Непрерывные разрывы
разлетевшихся снарядов и дистанционных трубок продолжались до глубокого
вечера. Последствия катастрофы удалось ликвидировать лишь спустя несколько
недель.
Начальные успехи русской армии на юго-западном фланге фронта, разгром
австрийцев, первая волна патриотизма, захлестнувшая вслед за этим просвещенную
публику внушали царскому руководству уверенность в благоприятном исходе
кампании. Примечательно, что и русские, и немецкие, и английские офицеры каждый со своей стороны - рассчитывали перед той страшной бойней, что война
будет весьма скоротечной - не более шести недель - и завершится безусловной
победой. Тех, кто полагал, что путь к виктории займет около полугода, в Петербурге,
например, считали пессимистами и паникерами.
В конце 1914 года Ставка русского командования уже верстала планы
мощного наступления в глубь Германии. Четыре армии, насчитывающие 40 дивизий
(из 95 имевшихся на тот момент), должны были принять участие в грандиозной
операции.
Однако шло время и обстановка на фронтах становилась все более «вязкой».
На Западе союзники терпели неудачи ("Бег к морю" французов и бельгийцев), на
Востоке преследование отходивших немецких войск захлебывалось: тылы не
успевали, не хватало даже хлеба, коммуникации были крайне затруднены из-за
взорванных мостов и уничтоженного полотна железных дорог.
Наступил 1915 год - как окажется, трагичный для Бреста и кошмарный для
всей Российской империи.
В феврале германские войска перерезали железную дорогу из Ковно на восток,
десятая русская армия оказалась расчлененной и начала отступление через
Августовский лес. Немцы тем временем окончательно прорвали оборон. Разыгралась
невероятная драма. При жутком морозе 350 тысяч воинов отчаянно вырывались из
клещей окружения, чтобы отступить к Неману. Солдаты гибли в боях или замерзали
10
www.brest-sv.com
насмерть в стылых полях. Не выдержав напряжения этой схватки, в отставку подал
командующий Северо-Западным фронтом генерал от инфантерии Н.В. Рузский.
Ценой ОГРОМНЫХ усилий основному ядру русской армии удалось пересечь
Августовский канал и выйти из "котла" в районе Гродно. При этом 110 тысяч
человек, отставших от основных сил, оказались "запертыми в лесу" попали в плен,
не меньшее число погибло. В марте россияне взяли австрийскую крепость
Перемышль (120 тысяч пленных, 700 трофейных орудий) - и по империи
прокатилась вторая и последняя волна ура-патриотического ликования. Далее были
только утраты и горечь поражений.
Противник 19 апреля 1915 года осуществил знаменитый Горлицкий прорыв
между Краковом и Карпатами и, развивая успех, перешел в наступление на юге там, где русское командование этого меньше всего ожидало. В довершение ко всему
стратегический замысел операции, которой руководил выдающийся немецкий
полководец - генерал Август фон Макензен, не был своевременно разгадан.
Последствия вышли катастрофичными. Отступая с тяжелыми боями, царские войска
сдали германо-австрийским все ранее завоеванные позиции в Галиции, 9 июня
оставили Львов. 240 тысяч русских солдат оказались в плену.
В конце июня начальник германского Генштаба Э. Фалькенгайн утвердил план
грандиозной операции по созданию "мешка" в Русской Польше. Для этого
создавалась ударная группировка из трех армий. Замкнуть окружение основных
русских сил между Вислой и Бугом должен был выход армий Макензена к БрестЛитовску.
К чести русского главного командования, планы противника были разгаданы.
Но времени и сил для противодействия им почти не оставалось.
В июле германо-австрийские соединения нанесли ряд атакующих ударов в
центральной Польше. «Горлицкий прорыв», осуществленный при концентрации
огромной артиллерийской мощи на узком участке фронта, повторился. В полосе
шириной 40 километров в направлении Нарева германское командование
сосредоточило десять с половиной дивизий, более 1000 орудий и 400 тысяч
снарядов. Артподготовку планировал лучший немецкий артиллерист генерал Георг
Брухмюллер. 13 июля фронт на северо-западе был прорван. С юга давила группа
армий «Макензен». Возникла угроза сдачи Варшавы, что казалось недавно
немыслимым. Командование Северо-Западным фронтом было вынуждено начать
эвакуацию. Однако для того, чтобы вывезти все военное имущество и другие запасы
из города, требовалось не менее двух тысяч поездов. Ничего подобного в наличии не
имелось. В итоге Варшава пала, а в руках противника оказалось 3000 орудий.
Германо-австрийские дивизии двинулись вперед.
В свое время военное руководство России, приняв во внимание события на
Западном театре, решило оставлять без боя свои крепости - что было тактически
правильным. Крепости никак не мешали мобильным соединениям врага в
наступательных операциях, а если и сковывали силы - то прежде всего собственные.
Кроме того, крепости являлись отличной ,мишенью для тяжелой осадной
артиллерии. Быстрое взятие немцами самых грозных крепостей западных союзников
- Антверпена, Намюра, Мобежа и Льежа - заставило критически переоценить роль
грандиозных укреплений в современной войне.
Тем более, что история повторялась. Феноменальная крепость Новогеоргиевск,
расположенная у слияния Буга и Вислы и считавшаяся ключом к Варшаве,
практически никак не повлияла на исход сражений. Она была потеряна неожиданно
быстро. Оборонительная система Новогеоргиевска считалась весьма сильной - об
этом говорит и тот факт, что для подготовки атаки германским командованием был
вызван покоритель Антверпена, генерал Ганс фон Безелер. Безелер привез самые
11
www.brest-sv.com
мощные осадные орудия - в том числе австрийские 420-миллиметровые гаубицы - и
лучших артиллеристов. Их снаряды, выяснилось, оказались сильнее стен - один из
фортов был разнесен единственным залпом.
В довершение ко всему, в первый же день осады в плен попала группа русских
офицеров со всеми секретными схемами и планами укреплений. Произошло это во
время инспекционной поездки на автомобиле, в ходе которой главный инженер
крепости полковник Короткевич-Ночевной (до перевода в Новогеоргиевск был
начальником инженеров в Брестской крепости) передавал дела своему преемнику.
Короткевич был убит, остальные, как сказано, пленены.
В результате великая крепость, располагавшая 1680-ю орудиями с миллионом
снарядов, другими невиданными запасами и 90-тысячным гарнизоном, едва
простояла десять дней.
19 августа в Барановичах приземлился русский летчик (часть подразделений, в
том числе крепостная авиация, не последовала приказу о сдаче и под обстрелом
начала прорываться на восток), который рассказал об агонии Новогеоргиевска.
Похожая картина наблюдалась при осаде крепости Ковно. Германцы
выпустили по ней 863 тысячи снарядов из 1360-и орудий. Вновь разящая сила 420миллиметровых гаубиц и 305-миллиметровых пушек превзошла прочность валов и
казематов. Защитники были оглушены и дезориентированы ураганным огнем.
Командир гарнизона генерал Григорьев бежал за день до сдачи крепости (5 августа).
В руки атакующих после капитуляции попали огромные запасы русской армии,
находившиеся в Ковно.
Тяжелые потери не могли не отразиться на планах Ставки. дело в том, что
главнокомандующий - великий князь Николай Николаевич - приняв когда-то под
давлением здравомыслящих российских генералов правильное решение отдавать
крепости врагу, все-таки сделал исключение. Четыре крепости - включая
упомянутые выше Новогеоргиевск, Ковно, Гродно и Брест - должны были биться
насмерть и стоять до конца.
Что же происходило в крепости Брест-Литовск?
К лету 1915 года, то есть ко времени, когда крепости предстояло вступить в
сражение, старая директива великого князя выглядела уже полнейшей авантюрой.
Хотя крепость на протяжении 1914 года усиленно готовили к обороне, она вряд ли
смогла бы остановить или хотя бы задержать противника.
Начать следует с того, что постоянного пехотного гарнизона в мирное время в
крепости не существовало. По иронии судьбы, все пехотные батальоны в самый
канун войны были расформированы (в соответствии с проводимой реформой).
Оплошность исправляли в срочном порядке: в качестве гарнизона была назначена
второочередная 75-я дивизия, вновь сформированная из частей 19-го корпуса
(командующий инженер-генерал Е.С. Саранчев), расквартированного в БрестЛитовске. Она заняла позиции в Кобринском укреплении.
Однако вскоре обстановка изменилась - дивизия была через неделю
отправлена на фронт. Гарнизон крепости сформировали на основе 81-й дивизии того
же корпуса, но прошло время и ее тоже бросили в бой.
В результате в момент наступления врага в Польше гарнизон Брест-Литовской
крепости состоял только из ополченцев. С весны 1915 года, когда обстановка стала
складываться не в пользу русских, из крепости были вывезены в действующие части
полевой армии практически все новые и большая часть старых орудий, склады
боеприпасов опустошены. Не существовало и авиации. Брест-Литовский авиаотряд
летом 1914-го года был по просьбе руководства Юго-Западным фронтом передан в
его распоряжение (летчики воевали геройски, проводили разведку, бомбардировки и
12
www.brest-sv.com
отличились при взятии Перемышля). Четыре самолета из состава крепостного
авиаотряда в августе 1914-го получила армия генерала от кавалерии А.А. Брусилова.
Таким образом, крепость, несмотря на спешные приготовления фортификаций
(до самого последнего дня военные инженеры руководили возведением полевых
позиций), практически не обладала реальным военным потенциалом. В ней не было
ни боеспособного гарнизона, ни достаточного количества орудий и снарядов.
Теплыми июльскими ночами, вспоминают очевидцы, в Цитадель доносился
приглушенный грохот пушек с Вислы, из-под Иван-города, осажденного немцами. В
самой крепости царила зловещая тишина. 5 августа линия фронта ушла за Варшаву
на 80 км. Генерал-майор Лидерс, командир гарнизона, был угрюм и неразговорчив.
На следующий день начальник искровой станции капитан Кастнер принял
радиограмму от гарнизона крепости Новогеоргиевск. В радиограмме сообщалось,
что крепость окружена, а заканчивалось донесение неразборчивыми знаками.
Окружение крепостей считалось в этой войне равносильным их падению.
Вскоре, 8 августа, последовал приказ верховного командования об эвакуации.
Из крепости начали вывозить остатки вооружения и наиболее ценное имущество.
"Всеподданнейше свидетельствую, что всеми чинами крепости во главе с
начальниками крепостных управлений были употреблены сверхчеловеческие усилия
для того, чтобы в течение 5 дней вывезти из крепости все ценное имущество,
которое свозилось в первоклассную крепость годами и даже десятилетиями" - писал
в рапорте на имя императора комендант крепости генерал-лейтенант от артиллерии
В.А. Лайминг. Вместе с амуницией и припасами были вывезены крепостные флаг,
штандарт, почетные ключи от ворот крепости. Позже они были переданы по описи
коменданту г. Москвы.
Самые современные форты, помеченные на планах литерами от "В" до "Ж"
были взорваны до основания. Эвакуация и уничтожение укреплений происходили
под прикрытием отходящих частей 3-й армии, которые вели тяжелые бои с
кайзеровскими войсками. Порядок подрыва фортов с 12 на 13 августа был определен
приказом начальника штаба этой же армии.
Население Брест-Литовска, как следует из официальных рапортов
военачальников тех лет, было эвакуировано в другие губернии России. Однако
некоторые дошедшие документы и свидетельства очевидцев говорят о том, что
многие тысячи людей гибли от тягот и лишений. В конце июля в лесах близ г.
Кобрина (40 км от Бреста) находилось более 150 000 беженцев, условия
существования которых были ужасающи - в лагерях ощущался голод,
свирепствовали дизентерия и другие болезни.
13-го передовые отряды неприятеля вошли в крепость. Говорить о захвате ими
города можно было лишь условно - он практически перестал существовать, будучи
сожжен отступающей русской армией дотла. Вот что пишет офицер немецкой
Бугской армии капитан Пэльман, наблюдавший город с возвышенности на левом
берегу Мухавца: "Как вкопанные, остановились мы, глядя на это гигантское
зрелище. Насколько мог охватить глаз, мы видели сплошное огромное море
поднимавшегося к небу огня, над которым, затемняя солнце, поднималась огромная
дымовая туча, возвещая всей окрестности: "Брест погиб".
Так перелистнулась первая трагическая страница в военной летописи БрестЛитовской крепости. Через два с половиной года здесь же случилось событие,
благодаря которому название "Брест-Литовск" стало известным на всем континенте,
а через много лет вошло в анналы мировой истории.
БРЕСТСКИЙ МИР
13
www.brest-sv.com
Кампании 1916 и 1917 годов не принесли кардинальных изменений на
Восточном театре. Центральным державам (Германия и союзники) удалось
оттеснить русскую армию в болота Полесья, однако до решающего поражения
России было все-таки далеко.
При всей внушительности военных успехов германо-австрийских войск и
огромных территориях, захваченных ими, военная машина коалиции была тоже
истощена и начинала давать сбои. У кайзеровских войск больше не было сил ни на
одну большую наступательную операцию. Тем более, что на Западном фронте
Антанта, приобретя кровавый опыт позиционной войны, медленно, но верно
переигрывала противника в тактических сражениях и уже явно опережала в
экономических возможностях продолжения войны.
В октябре 1917-го в России происходит революция. И это, как показало
будущее, опрокинуло все планы бывших врагов и бывших союзников. История
бурного ХХ века вновь сделала великий, полный драматизма и страданий, поворот.
Большевики ставили перед собой две главные цели: удержать власть и
содействовать началу мировой революции. Перед ними находилась огромная,
изможденная, уставшая от крови и погруженная в хаос страна. В.И. Ленин и его
соратники отлично осознавали всю тяжесть положения. декрет о мире, принятый
Вторым Всероссийским съездом Советов, несомненно, отвечал чаяниям народных
масс. Другое дело, как достичь желанного мира. Тут мнения расходились - и порой
весьма далеко.
Совет Народных Комиссаров, куда наряду с большевиками входили левые
эсеры, в ночь на 7 ноября послал Верховному главнокомандующему русской армии
генералу Н.Н. Духонину телеграмму. В ней содержался приказ немедленно начать с
германским командованием Переговоры о перемирии. Вечером следующего дня
посольства западных союзников России получили от большевистского
правительства ноту с предложением заключить с Германией и Австро-Венгрией
перемирие и начать переговоры о мире. Мире всеобщем и "без аннексий и
контрибуций".
Из Ставки в Могилеве Духонин ответил категорическим отказом, приписав,
что не собирается выполнять приказы правительства, которого он не признает.
Лондон и Париж просто промолчали. Среди союзников еще не могло быть
устоявшегося мнения насчет реальности новой власти. Многие западные дипломаты
считали, что Советы - только временная экзотика. Как следствие, 12 ноября военные
представители Антанты в Ставке даже выразили генералу Духонину официальный
протест. Суть: Россия должна до конца выполнять союзнические обязательства,
взятые ею в 1914 году, иначе могут иметь место "самые серьезные последствия".
Зато по ту сторону окопов предложения о перемирии были услышаны.
Руководство Германии в те дни находилось перед мучительным выбором: либо
"дожать" Россию военным путем, либо рассмотреть поступившие предложения
всерьез. Возможности и устойчивость правительства большевиков вызывали в
Берлине не меньшие сомнения, нежели в других столицах. Тем не менее, взвесив
аргументы "за" и "против", германская сторона согласилась на переговоры.
Оказалось, они были прозорливее других: 20 ноября Ставка в Могилеве была
захвачена и ликвидирована, генерал Духонин с жестокостью убит революционными
матросами.
На следующий день, 21 ноября, линию фронта в районе двинска (Даугавпилс)
со стороны русских позиций пересекли трое парламентеров. Кроме белого флага они
несли послание германскому командованию. Ответ на данное послание был скорым
и звучал так переговоры между Центральными державами и Советским
14
www.brest-sv.com
правительством могут быть начаты через неделю, то есть 2 декабря. Место их
проведения - Брест-Литовск, штаб-квартира начальника штаба Восточного фронта,
генерала-майора Макса Гофмана. до этого на фронте было заключено
предварительное перемирие.
Через несколько дней на железнодорожный вокзал Брест-Литовска прибыл
поезд с советской делегацией. Начиналась беспримерная дипломатическая схватка,
ход и результаты которой вызвали политические штормы в главных столицах
Старого и Нового Света и во многом предопределили будущее России, Европы и
мира.
Предварительные переговоры привели к заключению 2 декабря временного
соглашения о прекращении военных действий сроком на 28 дней - до 1 января 1918
года. Для Советской власти уже одно это являлось достоянием. Безудержная
агитация «за мир в русской армии» сделала свое дело - фронт разваливался. «Вслед»
за распоряжением Совета Народных Комиссаров о заключении перемирия (ноябрь)
посыпались донесения с фронтов: части покидали позиции, вступали в переговоры с
противником.
Немцы продвигались вперед, занимая районы, оставленные самовольно
отходящими полками и дивизиями... Армия стремительно разлагалась, - писал в
мемуарах бывший царский генерал, а впоследствии генерал-лейтенант Красной
Армии, начальник штаба верховного главнокомандующего М.Д. Бонч-Бруевич.
В тот острый момент, продолжая разговоры о всеобщем и демократичном
мире, вожди революции не могли не понимать - пропаганда пропагандой, однако
какая-то стабилизация положения на передовой необходима. Свою роль сыграл и
знаменитый декрет о земле - солдаты массами покидали окопы и отправлялись "за
землей".
Через неделю, 9 декабря, в здании Инженерного управления Брестской
крепости началась мирная конференция с участием представителей новых властей
России и стран Четверного союза (Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария).
Советскую делегацию возглавил Адольф Иоффе, профессиональный дипломат и
пламенный революционер-романтик, твердо убежденный в скорой победе мирового
пролетариата. На банкете, который позже дал в честь советской делегации
фельдмаршал Леопольд Баварский, Иоффе дружески сказал руководителю АвстроВенгерской делегации, министру иностранных дел графу Огтокару Чернину: "Я
надеюсь, мы сумеем вызвать революцию в вашей стране тоже". Потрясенный граф
отшутился.
Кроме того, в состав делегации входили: Л.Б. Каменев, Г.Я. Сокольников, С.Д.
Масловский, Л.А. Биценко (каторжанка, отбывшая срок за убийство царского
генерала, представляла советских женщин), Н.К. Беляков (представитель солдат),
П.А. Обухов (представитель рабочих). Ф.В. Олич (революционный матрос), Р. И.
Сташков (от советского крестьянства, его в свое время встретили прямо на
питерском
вокзале
и
уговорили
отправиться
в
Брест-Литовск).
А.А. Иоффе начал первое заседание с воззвания правительства большевиков, в
котором противники и союзники призывались к немедленному прекращению войны
и заключению всеобщего мира. Оппоненты уточнили: уполномочена ли русская
делегация другими странами Антанты делать столь широкие заявления?
Подобных полномочий, разумеется, не было. Тогда Иоффе вежливо предложили
продолжить диалог лишь от имени России - заодно сославшись, что делегации
Четверного союза, в свою очередь, полномочны здесь, в Брест-Литовске,
договариваться только с ней.
Представленный затем русскими план мирного урегулирования вмещал 6
пунктов, которые прямо вытекали из ленинского декрета о мире. Предусматривалось
15
www.brest-sv.com
восстановление "во всей полноте политической самостоятельности народов, которые
"во время настоящей войны были этой самостоятельности лишены",
гарантировалось самоопределение национальных групп, но самое главное категорически отрицались аннексия каких- либо территорий и уплата другой
воюющей стороне каких-либо компенсаций в связи с военными издержками.
Министр иностранных дел Анстро-Венгрии граф Чернин после первого
заседания выступил с заявлением, что план советских полпредов может служить
основой для продолжения переговоров. Лозунг "Мир без аннексий и контрибуций"
не может служить основой для продолжения и был отвергнут. Но это был всего
лишь дипломатический ход. Слова О. Чернина адресовались, конечно, прежде всего
партнерам России в Антанте.
Германия и ее союзники, усаживаясь за стол переговоров, имели
определенный план. в конце ноября командующего германскими войсками на
Восточном фронте специально вызнали из Брест-Литовска в Берлин. Генерал Эрих
Людендорф, который в тот момент де-факто управлял действиями вооруженных сил
Германии, поинтересовался у него - можно ли вообще чем-то говорить с
большевиками? Можно ли воспринимать их всерьез? "Я ответил утвердительно, вспоминает в мемуарах генерал-майор Макс Гофман, - так как Людендорфу
необходимы были войска, и перемирие высвободило бы наши части с Восточного
фронта.
Я много думал, не лучше ли было бы германскому правительству и
верховному главнокомандованию отклонить переговоры с большевистской властью.
дав большевикам возможность прекратить войну и этим удовлетворить охватившую
весь русский народ жажду мира, мы помогли им удержать власть".
Соответственно, в Брест-Литовске М. Гофман, фактически руководивший
немецкой делегацией (официальным руководителем являлся статс-секретарь по
иностранным делам Р. фон Кюльман), имел уже достаточно четкие инструкции.
Первое: категорически требовать от России эвакуации из Литвы, Эстонии и
Финляндии. Второе: если Запад, вслед за Россией, все-таки предложит всеобщие
переговоры о мире, соглашаться на них лишь при отсутствии ограничений на
подводную войну. (Германия к тому моменту располагала современной и наиболее
боеспособной подводной армадой). Наконец, немцы и их союзники имели все
основания полагать, что коль одна Россия желает мира, то этот мир должен быть
16
www.brest-sv.com
максимально выгодным для сильной стороны. Более того, документы
свидетельствуют, что некоторое время в "верхах даже проталкивалась идея
"привязать, воспользовавшись выгодностью момента, Россию экономически и
политически к Германии, использовать ее безграничные ресурсы, а в недалекой
перспективе даже превратить ее в геополитического союзника!
Поэтому руководители делегаций Германии и Анстро-Венгрии предпочли
сразу развеять революционно-пацифистские мечты своих оппонентов. Им был
нужен быстрый результат. "Если в Брест-Литовске все пойдет гладко, мы можем
ожидать успешного наступления на Западе весной", - писал Э. Людендорф.
Советской делегации 14 декабря объявили условия Германии и ее союзников.
Согласно им, от России отходили 18 губерний. Прибалтика и Украина
предполагались в качестве самостоятельных государств, при этом переговорщики
Четверного союза ссылались на обнародованную самим же советским
правительством декларацию прав народов России, в соответствии с положениями
которой каждая нация бывшей Российской империи имела право на
самоопределение. Мир же "без аннексий", по мнению немцев и их союзников, был
бы возможен только в случае поддержки этой идеи со стороны Антанты.
А.А. Иоффе и его коллеги были оглушены и шокированы. Их возмущение не
знало предела, такого большевики не ожидали.
Даже наиболее профессиональные люди из состава делегации, находившиеся
тогда в Брест-Литовской крепости, настолько уверовали в гипнотизм
революционных идей и произносимых вождями призывов к абстрактной
справедливости, что всерьез надеялись на добровольный уход германо-анстрийских
войск с оккупированных территорий и возвращение к границам 1914 года. На
следующий день, подписав формальное перемирие, делегация попросила перерыв и
отбыла в Петроград.
Получив информацию от А.А. Иоффе, советское руководство осознало, что
идеи идеями, однако действовать следует весьма прагматично и быстро. Положение
новой власти было по-прежнему зыбко. Уже 17 декабря Л.Д. Троцкий, который
являлся наркомом иностранных дел, вновь обратился к союзникам по Антанте с
просьбой о переговорах. В случае отказа он пригрозил заключением с Германией и
другими Центральными державами сепаратного мира. Бывшие союзники ничего
определенного не обещали, продолжал повторять тезисы об обязательствах, взятых
на себя Россией в 1914 году. В западных столицах уже наступало осознание того
факта, что и Ленин, и Троцкий - сильные политики. Но то, что новая российская
власть, возможно, окажется много долговечней, чем рисовалось в первых прогнозах,
- еще не было понято.
Представители Антанты принялись по разным каналам убеждать большевиков,
что выход из войны после стольких жертв со стороны союзников - ошибка. Если
даже Россия сумеет обрести некий мир с врагами - то это будет гибельный мир для
всех, в том числе и для нее самой.
Главой делегации в Брест-Литовск на возобновляемые после перерыва
переговоры в конце декабря назначается Л.Д. Троцкий. Это было, с точки зрения
советского правительства, верное решение. Ленин полагал, что переговоры следует
максимально затягивать, чтобы пролетариат других стран сумел "разобраться, чего
хочет Советская власть". Эрудированность, проницательность и изощренный ум
Льва Троцкого, помноженные на красноречие, были по достоинству оценены всеми,
в том числе противниками. Троцкий впоследствии блестяще побеждал в длившейся
неделями полемике с Р. фон Кюльманом, а заодно организовывал распространение
по радио информации о немецком давлении. Весь мир следил за ходом грандиозного
17
www.brest-sv.com
политического торга в Брест-Литовске. И весь мир уже видел, какое будущее
грезится германской элите.
С 27 по 30 декабря в Белом дворце Цитадели состоялось несколько пленарных
заседаний. 1 января 1918 года фон Кюльман окончательно объявил, что германоавстрийские войска не намерены покидать оккупированных территорий, добавив,
что никаких референдумов о самоопределении наций в этих областях не будет. А 5
января произошел случай, известный историкам как "удар кулаком по карте".
Генерал-майор М. Гофман просто разложил перед русскими карту и показал на ней
линию раздела между Россией и Четверным союзом. Если Россия не отведет за нее
свои войска - военные действия будут возобновлены. Троцкий в ответ на это
заметил: "Позиция противостоящей стороны прояснилась, и ее можно суммировать
следующим образом: Германия и Австро-Венгрия отрывают от территории России
область величиной в 150 000 квадратных километров".
Центральные державы требовали ответа в течение трех дней. Советская
делегация попросила десять дней и немедленно выехала из Брест-Литовска в
Петроград для консультаций с совнаркомом.
В Петрограде вокруг вопроса о войне и мире развернулась жесткая борьба.
Ленин не мог ждать, он и без того с огромным трудом выигрывал время.
На заседании ЦК РКП(б) 8 января он поставил в повестку дня решение о
немедленном заключении мира. "За" проголосовало десять членов, "против" - сорок
восемь. В этой ситуации Л.Д. Троцкий предложил знаменитую формулу: "Ни войны,
ни мира!". Эта странная для дипломатии фраза и была принята как позиция в
отношении Германии и Австро-Венгрии.
28 января 1918 года Троцкий, выступая на возобновленной конференции в
Брест-Литовске, заявил: «Мы отказываемся подписать эти жесткие условия мира, но
Россия воевать более не будет". далее противная сторона была уведомлена о том, что
русская армия полностью демобилизуется и распускается по домам. Это
неслыханное решение как всегда сопроводилось пламенным пропагандистским
воззванием большевистского правительства к народам и государствам мира. После
чего советская делегация прервала переговоры и убыла на восток.
Настал черед переговорщиков Четверного союза испытать потрясение.
Впрочем, оно длилось не так долго. Немцы и их союзники, выждав паузу (была всетаки надежда на уточнение удивительной формулы Троцкого), отбросили затем
всякие церемонии. Такого невероятного, счастливого подарка судьбы они,
разумеется, никак не ждали. Логика их действий отныне выглядела простой и
убийственно эффективной.
Срок очередного перемирия истекал в полдень 18 февраля - при условии, если
советская делегация не вернется в Белый дворец для продолжения переговоров.
Возвращаться революционные полпреды не выказывали намерений, и Гофман
накануне, 16 февраля, официально предупредил военного эксперта советской
делегации генерала А.А. Самойло о возобновлении военных действий. После
наступления часа "Х" на бывшие позиции русской армии посыпался град снарядов и
53 германо-австрийских дивизии перешли в наступление по всему фронту. На острие
ударов были Псков, Ревель (Таллинн), Петроград и Украина. 20 февраля
кайзеровскими войсками был взят Минск.
Ситуация приближалась к катастрофе. "речь идет о судьбе революции.
Промедление невозможно. Мы должны немедленно поставить свою подпись. Этот
зверь прыгает быстро", - говорит Ленин Троцкому.
В те же дни генерал М. Гофман сделал такую запись: "Самая комичная война
из всех, которые я видел, малая группа пехотинцев с пулеметом и пушкой на
переднем вагоне следует от станции к станции, берет в плен очередную группу
18
www.brest-sv.com
большевиков и следует далее". Сбылись самые плохие предчувствия вождей
революции - враг маршировал на столицу и само существование новой власти
отныне было под большой угрозой. "Затягивание" переговоров, на которое ставил
Ленин, оказалось ошибкой. Противнику сообщили о согласии на все ранее
прозвучавшие условия. Но было слишком поздно. 22 февраля генерал Гофман
прислал на Царскосельскую радиостанцию ответ, касающийся условий продолжения
конференции в Брест-Литовске. Это был уже стопроцентный ультиматум. К России
выдвигались новые территориальные требования. Ультиматум гласил: "Германия и
Россия объявляют о прекращении состояния войны. Области, лежащие западнее,
входившие ранее в состав Российской империи, не подлежат более
территориальному суверенитету России. Лифляндия (офиц. название Северной
Латвии и Южной Эстонии) и Эстляндия (северная часть Эстонии) немедленно
очищаются от русских войск до тех пор, пока местные власти не в состоянии будут
гарантировать спокойствие.
Россия всеми имеющимися в ее распоряжении средствами должна
способствовать наискорейшему и планомерному возвращению Турции ее
анатолийских провинций. Полная демобилизация русских армий". Условия
ультиматума должны быть приняты в течение 48 часов.
Выбирать более было не из чего. После занятия Гомеля и Житомира, первых
авиабомбежек Петрограда Ленин ставил перед сподвижниками вопрос ребром: или
мир на любых условиях, или он уходит в отставку. В конце концов в ночь с 23 на 24
февраля ЦИК большинством голосов выносит решение - согласиться на подписание
мирного договора. Спустя какое- то время это предложение "проходит" в ЦК Между
тем, времени почти не остается: в начале марта большевики из-за прямой угрозы
наступления на Петроград переносят столицу страны в Москву.
1 марта 1918 года в Брест-Литовске возобновилась работа мирной
конференции. На сей раз советскую делегацию возглавил Г.Я. Сокольников.
В состав ее входили Г.Б. Чичерин, Л.А. Иоффе, Г.И. Петровский, Л.М. Карахан
(бессменный секретарь на всех этапах переговоров). Кроме того, к делегации в
качестве экспертов была прикомандирована группа дипломатов и офицеров
Генштаба, лояльных к советской власти.
После нескольких напряженных пленарных заседаний Г.Я. Сокольников него
коллеги сделали заявление: "Этот мир диктуется нам с оружием в руках... Русская
делегация считает единственным достойным выходом из этой ситуации - принять
условия в той форме, в какой они предлагаются". Драматическая эпопея подходила к
концу. 3 марта, в 17 часов 30 минут, Россия, с одной стороны, и страны Четверного
союза - Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария - с другой стороны,
заключили мирное соглашение, выводящее их из состояния войны.
Брестский мир был подписан на условиях, гораздо менее выгодных, чем
ставились противниками в самом начале переговоров. От Советской России
откалывалась Украина, всего она теряла около 800 тыс. квадратных километров
территорий, на которых проживало свыше 50 миллионов человек. В договоре
содержались статьи (всего их было 14), согласно которым Россия обязывалась
провести полную демобилизацию армии и флота, в том числе и частей Красной
Армии, а также признать мирный договор Центральной рады Украины с Германией
и ее союзниками. Восстанавливались таможенные тарифы 1904 года, которые были
очень выгодны Германии и, соответственно, чрезвычайно невыгодны России. 27
августа 1918 года в Берлине было дополнительно подписано русско-германское
финансовое соглашение, по которому Советская Россия обязана была уплатить
Германии в различных формах контрибуцию в размере б млрд. марок. При этом 1,5
19
www.brest-sv.com
млрд. погашались золотом и кредитными билетами, 1 млрд. - поставками товаров,
2,5 млрд. - специальными займами.
Кроме того, в недалеком будущем, после капитуляции Германии и сателлитов,
Россию исключат из числа стран победительниц, что не позволит ей участвовать в
Парижской мирной конференции и в Версальском договоре.
В отчете ЦК VIII съезду РКП(б) В.И. Ленин признал, что "поставил всемирную
диктатуру пролетариата и всемирную революцию выше всяких национальных
жертв". Тем не менее Ленин и его сторонники в борьбе за Брестский мир и благодаря
ему отстояли власть Советов и, как показало время, выиграли главную битву - за
свое политическое будущее. В то же время Брестский мир явился одной из причин
возгорания в 1918 году тяжелейшей еще больше обескровившей великую страну
гражданской войны. В ней погибло от 7 до 10 миллионов человек - примерно в пять
раз больше, чем пало со стороны России на полях сражений Первой мировой войны.
13 ноября 1918 года, воспользовавшись началом революции в Германии и
падением правительства императора Вильгельма II, Советская Россия аннулировала
Брестский мирный договор.
ВИХРИ ДВАДЦАТЫХ
Брестская крепость оставалась под германским флагом до осени 1918 года.
Калейдоскоп великих событий в Европе тем временем крутился все быстрее,
картины в нем возникали все замысловатей.
11 ноября 1918 года Германия подписала перемирие с западными
противниками в Компьене, согласно которому отказалась от Брестского договора, 13
ноября Москва также аннулировала этот договор. Однако не только Советская
Россия использовала падение кайзеровской Германии. Этим также воспользовались
поляки, со времен последнего раздела Польши (1795 год) мечтавшие о воссоздании
суверенного государства. В результате сложных комбинаций, интриг, соглашений
между рядом общественно-политических группировок и при участии Регентского
совета (орган, созданный в 1917 году в Варшаве немцами), власть на большей части
польской территории сумел взять в руки видный политик и военный деятель Юзеф
Пилсудский (командовал польскими легионами в Австро-Венгрии). Пилсудский,
20
www.brest-sv.com
будучи основателем националистической фракции польской соцпартии, вряд ли
испытывал теплые чувства к оккупантам, посадившим его более года назад в
Магдебургскую тюрьму. Однако ровно так же он относился и к большевикам.
16 ноября 1918 года Ю. Пилсудский подписал декларацию, возвещающую о
возникновении независимого польского государства. Об этом были уведомлены все
страны, кроме РСФСР (хотя юридически такое право дали именно большевики,
отказавшись от всех трактатов о разделе Польши). Пилсудский одновременно
получает всю полноту военной и гражданской власти в качестве начальника
государства.
В ноябре начался отвод германских войск с оккупированных территорий - и
вакуум начали немедленно заполнять другие. С востока вслед за отступающими
двигались части Красной Армии. 10 декабря 1918 года они вошли в Минск, б января
1919 года овладели Гомелем, 25 января с боем - Пинском, находившимся до того под
контролем сил УПР (Украинской Народной Рады, в то время на Украине уже
полыхала гражданская война) северо-востоке продвижение большевиков
сопровождалось политическими актами. 1 декабря создается Литовская ССР, и
вскоре следует ее признание со стороны РСФСР.
Столкновение польских и советских интересов было неизбежным. Пилсудский
мыслил новую Польшу мощной державой в границах Речи Посполитой 1772 года и
готов был без колебаний прирастить территорию за счет восточных областей других
государств. Большевики, декларируя право наций на самоопределение, в свою
очередь,
видели
подобное
самоопределение
и
новые
национальноадминистративные образования исключительно под красными знаменами. Польша,
тем более независимая, представлялась, во-первых, препятствием для этих планов,
во-вторых, - явным орудием Антанты.
Первым «звонком» явилось Вильно. 1 января 1919 года польская армия
вступила в этот город, где проживало много поляков и действовала
самопровозглашенная временная польская администрация. Но уже 3 января на
подступах к нему были части Красной Армии, которые после продолжительных боев
вынудили польские войска оставить Вильно. Планы «советизации» окраин,
вынашиваемые В.И. Лениным и его ближайшими соратниками, стали воплощаться в
жизнь.
1 января в Минске создается Белорусская ССР, месяцем спустя, 3 февраля,
съезд Советов вновь образованной республики принимает решение о федерации с
РСФСР. В феврале части Красной Армии выходят на линию Паневеж-СлонимБереза Картузская-Иваново (Янов Полесский)-Сарны-Овруч. Навстречу им движутся
войска Пилсудского. «Буферная зона» какое-то время остается под управлением
украинской администрации, но дни ее сочтены. Поляки 4 февраля 1919 года заняли
Ковель, а 9 февраля - Брест. Брестская крепость также оказалась под ними.
Назревал новый серьезный конфликт. Это понимали и в Москве, и в западных
столицах. Но стратегия и тактика действий были разные. 5 февраля с помощью
Франции Польше удалось подписать с Германией соглашение об эвакуации ее войск
из Литвы и Белоруссии (они все еще занимали значительные территории на северозападе). По данному соглашению немецкое командование пропускало польские
части через свои порядки, и те занимали оставляемые позиции. «Смена караула»
вызвала понятную тревогу в Москве.
10 февраля советское правительство еще раз предложило Варшаве
договориться и установить официальные отношения. Ответ не пришел. Польское
правительство вполне отчетливо представляло для себя угрозу большевизма. Таким
образом, к исходу февраля возник сплошной по польско-советский фронт
протяженностью от Немана до Припяти.
21
www.brest-sv.com
В это же время, 27 февраля, образуется Литовско-Белорусская ССР и от имени
руководства этой республикой предпринимается очередная попытка заключить с
Пилсудским договор о границах. Снова тщетно - у «начальника» польского
государства в тот исторический момент совсем другие устремления.
Советское правительство вынужденно ослабляет западные рубежи,
перебрасывая отсюда наиболее боеспособные подразделения на борьбу с Колчаком.
В.И. Ленин еще раз показал себя выдающимся политиком и стратегом, точно
оценивая угрозы и умело распределяя ресурсы. Оставшиеся части Красной Армии
отходят под давлением соединений под командованием генералов С. Шептицкого и
А. Листовского. В первых числах марта поляки занимают Пинск и Слоним и
продолжают движение вперед.
Вооруженные столкновения Красной Армии и польских войск становятся с
течением времени все более обширными и продолжительными. Несмотря на
неофициальные переговоры, состоявшиеся между сторонами 16-24 марта 1919 года в
Москве, предотвратить настоящую войну не удается. До конца 1919 года на
советско-польском фронте ведутся сражения, порой упорные и ожесточенные.
Тяжелейшая участь ожидала мирное население, оказавшееся в зоне противостояния,
военные были настолько ожесточены, что пытки, издевательства, грабежи и
массовое истребление невинных людей, в том числе стариков и детей, стали
обыденностью.
На протяжении следующего, 1920 года советско-польская война
продолжилась, разрастаясь до масштабов яростной и беспощадной битвы на
огромном фронте. Противниками было предпринято несколько мощных
наступлений, военные успехи сменялись поражениями. К лету 192 0-го
стратегическая инициатива принадлежала Красной Армии, поляки вынуждены были
отступать, а на юго-западном направлении, в Украине, их положение было близко к
отчаянному. 1-го августа Красная Армия под началом Тухачевского вступила в
Брест и Брестскую крепость.
Московское руководство, вдохновленное одержанными победами, приняло
решение ускорить развязку. То есть довести дело до полного разгрома войск
Пилсудского и желанной советизации Польши, «Перед нами стала новая задача, подчеркивал чуть позднее В.И. Ленин в докладе на IХ Всероссийской конференции
РКП(б). - Оборонительный период войны со всемирным империализмом кончился, и
мы можем и должны использовать военное положение для начала войны
наступательной. Мы их побили, когда они на нас наступали. Мы будем пробовать
теперь на них наступать, чтобы помочь советизации Польши. Мы поможем
советизации Литвы и Польши».
Был сверстан план нового наступления с нанесением решающего удара по
Варшаве через Львов. В тот период уже глава польского правительства Ю.
Пилсудский несколько раз пытался инициировать мирные переговоры, соглашаясь
договариваться при посредничестве Антанты (которая поддерживала польскую
армию вооружениями и припасами). Однако Москва была нацелена только на
окончательную победу. Марш на Варшаву начался.
13 августа произошло сражение на Висле, которое, как выяснилось с течением
времени, предопределило исход советско-польской войны. Командование Красной
Армии к тому времени допустило ряд крупных просчетов, уступая настойчивым
требованиям Кремля, которому были нужны скорейшие политические дивиденды. В
частности, дивизии были измотаны боями, тылы отстали, снабжение проваливалось,
не хватало снарядов. Советскому руководству уже грезилась победа, до которой,
казалось, подать рукой. Поляки же дрались на родной земле самоотверженно, с
нарастающей яростью и в результате успешных контрударов ликвидировали прорыв
22
www.brest-sv.com
в районе Радзимина, откуда нависала прямая угроза над польской столицей. 14
августа они, умело перегруппировав силы и бросив в бой две свежие дивизии,
перешли в наступление. Через два дня стало ясно, что инициатива медленно
переходит к польской стороне. Советское командование во главе с М.Н.
Тухачевским явно недооценило искусность польских полководцев и стойкость
польских солдат.
Это стало еще более очевидным, когда ударная группировка польских войск,
руководимая самим Пилсудским, внезапно атаковала из района реки Вепш и
двинулась в направлении Бреста. Советские военачальники не сразу, но осознали,
что части Красной Армии могут быть окружены и прижаты к германской границе.
19 августа, разбив слабые силы Мозырской группы Красной Армии, польские
войска вошли в Брест. Власть в городе и крепости опять поменялась.
Избегая слова «отступление», командование РККА распорядилось о
«перегруппировках» войск, стремясь вывести силы из обозначившегося котла. Но
было поздно. Несколько красных дивизий, не сумев пробиться на восток и исчерпав
боезапас, были вынуждены перейти германскую границу их бойцы и командиры
были впоследствии интернированы. Около 60 тысяч красноармейцев в ходе битвы за
Варшаву были пленены поляками (20 тысяч из них потом погибли в лагерях). Позже
эта весьма успешная для польских вооруженных сил операция вошла в историю под
названием «Чудо на Висле».
Такой поворот событий вновь подтолкнул стороны к переговорам, которые
начались в Минске. Было рассмотрено предложение Запада о том, чтобы граница
между Польшей и Советской Россией пролегла по исторически сложившемуся
этническому разделу территорий - так называемой «линии Керзона» (ГродноНемиров-Брест-Устилуг - далее восточнее Перемышля и до Карпат). Однако
польское руководство не спешило отказаться от идеи всемерного «приращения»
земель, чему, конечно, способствовало недавнее удачное наступление. Была
развернута пропаганда с целью доказать «несправедливость» раздела по линии
Керзона. Пилсудский в какой-то степени обострил отношения с Антантой, которая
как раз такое разграничение признала обоснованным и справедливым. 2 сентября
1920 года переговоры были прерваны, стороны выразили намерение перенести их в
Ригу.
Диалог в Риге был крайне трудным, продолжался несколько месяцев с
перерывами. На фронте в это время действовало перемирие, которое порой
сменялось эпизодическими стычками. Наконец, поздно вечером 18 марта 1921 года
был подписан Рижский мирный договор между Польшей и РСФСР. 30 апреля, после
обмена ратификационными грамотами в Минске, он вступил в силу. Польша
получала по договору 30 млн. рублей золотыми монетами ин слитках (компенсация
за экономическое использование польских территорий и польского населения за
период самодержавия), имущество почти на 19 млн. рублей и освобождалась от
долгов царской России.
Стороны установили дипломатические отношения в полном объеме. Граница
между государствами на территории нынешней Белоруссии пролегла немногим
западнее Минска, Это было гораздо восточнее линии Керзона, но, вместе с тем,
намного западнее тех рубежей, на которые уже соглашались большевики в 1919
году, в ходе первых контактов между сторонами.
Брест и Брестская крепость оказались в центре «всходних крессов» (восточных
окраин) Польши, став центром Полесского воеводства.
С 1921 и до 1939 года в Брестской крепости нее фортах дислоцировались части
IХ округа польских вооруженных сил. Командование его размещалось здесь же,
штаб находился в здании Инженерного управления (некогда иезуитского
23
www.brest-sv.com
коллегиума). Названия основных укреплений в то время звучали несколько иначе:
Цитадель именовалась Центральным, Тереспольское укрепление - Авиационным,
Волынское - Госпитальным, Кобринское - Северным островами. Иначе назывались
сохранившиеся после Первой мировой войны форты - бывший «Граф Берг»,
например, стал фортом В. Сикорского. Ворота также получили другие названия:
самые известные ныне Холмские назывались Госпитальными, Тереспольские Саперными, Брестские - Штабными и так далее.
Кроме упомянутого штаба округа, гарнизон с 1922 года составляли окружные
суд и прокуратура, окружной госпиталь и ряд подразделений, войсковые номера
которых начинались с цифры 9: 9-й батальон связи, 9-й санитарный батальон, 9-й
дивизион военной жандармерии, 9-й автомобильный дивизион. Разумеется, были
также части с другими номерами. В разные роды в крепости и городе
дислоцировались 30-й полк легкой артиллерии, 35-й пехотный полк, 82-й пехотный
полк, 4-й бронетанковый батальон. В крепости размещался и целый ряд учебнотренировочных и мобилизационных пунктов.
Устаревшая по меркам военного искусства ХХ века крепость, конечно, уже не
значилась на картах в качестве стратегического объекта. Она выполняла роль
военного городка. В этом качестве совершенствовалась и обустраивалась польским
гарнизоном. На протяжении полутора десятков лет очертания огромной
оборонительной системы оставались прежними, но все же облик Цитадели и трех
островов постепенно менялся. Возникали новые строения, переоборудовались
существующие, переносились ограды, дороги и прочие элементы крепостной
инфраструктуры.
Чрезвычайно большую роль сыграло то обстоятельство, что с 1921 года, то
есть с начала польского периода истории крепости, в ней разместилось крупное
инженерно- строительное подразделение - 6-й саперный батальон, входивший в 9-й
саперный полк (всего в польской армии таких полков было 10). Его личный состав
четыре года восстанавливал изрядно пострадавшие еще во время Первой мировой
оборонительные казармы Цитадели, и к 1925 году они вполне годились для
дальнейшей эксплуатации. В 1926 году полк построил над Бугом, вблизи
Тереспольских ворот, прекрасную речную пристань с двумя террасами и
роскошными балюстрадами. Впоследствии она станет своеобразным центром
здешней светской жизни.
В 1928 году поляки перестроили православный Свято-Николаевский храм в
гарнизонный костел. В Тереспольском укреплении находилось много жилых домов,
где проживали семьи младших офицеров. Несколько квартир для холостяков было
устроено в башне над Тереспольскими воротами, надстроенной силами все того же
6-го батальона внешний вид ворот сильно изменился. Жилые помещения для семей
офицеров находились также в Оборонительных казармах Цитадели, а на территории
Кобринского укрепления возникла целая колония. Здесь же, в казармах Цитадели,
действовали типография и небольшая электростанция. Транспортную связь с
городом, помимо шоссейных дорог обеспечивала узкоколейка. Саперы
ремонтировали и возводили мосты через Буг и Мухавец, обеспечивали поддержание
в рабочем состоянии фортов, складов и прочих сооружений.
Вообще, по воспоминаниям многих очевидцев, утопающая летом в зелени, а
зимой одетая в белые покровы Брестская крепость к тридцатым годам прошлого века
имела удивительно «невоенный» вид. Она гораздо больше напоминала огромный
замок-парк, великолепно гармонирующий с окружающей природой. В зарослях на
валах тучами гнездились соловьи, весной и летом заливавшие окрестности трелями.
Это впечатление ухоженности и размеренной мирной жизни еще более
усилилось с назначением в 1937 году комендантом крепости полковника Станислава
24
www.brest-sv.com
Гебултовича. Он развернул широкое обновление жилого фонда, модернизацию
инженерных коммуникаций, произвел очистку крепостных рвов, привел в порядок
зеленые насаждения и расширил тротуары, начал укладку нового покрытия главного
шоссе.
А в разных уголках крепостных укреплений по распоряжению коменданта
были установлены парковые скульптуры. Отдельного упоминания заслуживает
праздник Ненки, ежегодно 24 июня устраиваемый саперами. Накануне вечером, в
свете горящих в сумерках факелов, проходила торжественная перекличка павших
воинов. На следующий день ворота крепости распахивались для всех желающих сюда стекались многие тысячи людей из города. Мост, соединяющий Цитадель с
Тереспольским укреплением, украшался цветными лентами и лампочками, в
крепости сооружался шумный городок аттракционов, на Буге устраивался веселый
парад - выплывала целая флотилия лодок, превращенных, к восторгу детворы и
остальной публики, в сказочные суда. С наступлением темноты в воду с пристани
опускались венки, украшенные свечами. Река медленно уносила их вдаль. Праздник
после этой торжественной церемонии продолжался до поздней ночи.
Над старой крепостью вставали чарующие рассветы, но небо над Европой
опять затягивали тяжелые тучи.
ГРОЗНЫЙ СЕНТЯБРЬ
В конце марта 1939 года на плацах Брестской крепости выстраивались
шеренги новобранцев. Занятия и смотры шли с утра и до позднего вечера.
Руководство IХ округа проводило призыв пополнения в 9, 20 и 30-ю дивизии пехоты,
а так же в Новогрудскую кавалерийскую бригаду. Мероприятия были срочными. 23
марта правительство Польши объявило частичную мобилизацию - как ответ на
возрастающую напряженность на западных рубежах. Тридцать девятый год еще
полыхнет здесь пожаром и сделает свои отметины на стенах крепости, но пока - о
том, что предшествовало ему.
К концу 30-х годов прошлого столетия Европа разительно изменилась.
Версальский договор, которым в 1919 году были подведены итоги Первой мировой
войны и с помощью которого державы Антанты пытались сконструировать, как
тогда казалось, вечный мир, превратился в бумажный памятник. Его не считали
нужным соблюдать слишком многие и слишком часто. Цивилизация становилась все
более «технологичной», экономика теснее срасталась с политикой, соперничество за
ресурсы начало приобретать планетарный размах. Проигравшие в Первой мировой
войне страны считали Версальскую систему несправедливой и порочной, жажда
большого реванша с их стороны становилась все более явной. Эти настроения лишь
усилил мировой экономический кризис 20-х - 30-х годов.
Постепенно в мире определились три центра силы. Старый центр представляли
западные державы - участники Антанты, другой - США. И, наконец, третий - тройка
государств, образующих стратегическую ось Берлин - Рим - Токио (в 1936-3 7 годах
оформилась в военно-политический союз).
Разумеется, в этом альянсе главную скрипку играла Германия. То была
совершенно другая Германия, чем всего десятилетие назад. Как известно, в 1933
году к власти пришли национал-социалисты. Адольф Гитлер умело использовал
вопрос об «историческом унижении немецкой нации» для создания и укрепления
фашистского режима. Шаг за шагом были отринуты основные версальские
ограничения, установленные для военного строительства. Крепла нацистская
пропаганда. Немецкая экономика в сравнении с экономиками Англии и Франции
25
www.brest-sv.com
после кризиса вначале 30-х росла опережающими темпами - и еще стремительнее
милитаризовалась. Нацисты не просто наращивали «мускулы». В стране создавалась
военная машина, призванная в скором будущем служить орудием для
присоединения «жизненного пространства».
Усиление Германии не могло не беспокоить Запад. Не оставался безучастным
наблюдателем и Советский Союз. Однако степень угрозы, исходившей от
созидателей «третьего рейха», в большинстве столиц на востоке и западе все-таки
недооценивалась.
В 1936 году Германия ввела войска в Рейнскую демилитаризованную зону,
затем вместе с Италией напала на Испанию. В 1938 году состоялся «аншлюс»
(присоединение) Австрии. Наконец, последовало расчленение и захват
Чехословакии. Второй раз в ХХ веке держава-хищник открыто демонстрировала
свои претензии на господство. Версальское мироустройство, которое никогда не
принималось Лениным, а затем Сталиным, для фюрера являлось просто «костью в
горле», от которой следовало избавиться. И он этого не скрывал.
Несомненно, Англия и Франция потворствовали разрастанию очага агрессии.
Пресловутая «политика умиротворения», главным архитектором которой считается
тогдашний премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, являлась образцом
двуличности. Германской верхушке прощали локальные конфликты и кровавые
провокации, лишь бы подтолкнуть ее к действиям в Восточной Европе (то есть
против СССР). Апофеозом «умиротворения» явилось соглашение, подписанное 2930 сентября 1938 года в Мюнхене и вошедшее в анналы истории как «Мюнхенский
сговор». Великобритания и Франция тогда фактически санкционировали раздел
Чехословакии.
В 1939 году разразился очередной политический кризис. Гитлер в
ультимативной форме потребовал полной передачи Германии вольного города
Данцига (Гданьск). Польша ответила отказом. Стало ясно, кто станет следующей
вероятной жертвой нацистов.
Поляки твердо надеялись на заступничество Запада. Ведь, в соответствии с 87й - 93-й статьями Версальского договора, Варшаве отводилась специфическая роль служить «буфером» между Германией и СССР, сдерживая на западе немцев, и
препятствуя проникновению Советской России в Центральную Европу. Но Запад,
как показали последующие события, вовсе не был готов к тому, чтобы решительно
исполнять союзнический долг. В Лондоне и Париже все еще верили в действенность
своей дипломатии. Грядущие трагические события вокруг Польши резко ускорило и
неожиданное сближение между Берлином и Москвой, достаточно явно
обозначившееся в 1939 год два главных тоталитарных режима в тот момент
оценивали перспективы как возможной схватки, таки перспективы возможного
сотрудничества.
30 августа в Польше была объявлена всеобщая мобилизация. Через день, 1
сентября 1939 года, гитлеровские войска нанесли Речи Посполитой массированные
удары из Словакии и Восточной Пруссии. Вторая мировая война началась.
На юго-западе и северо-востоке Польши разгорелись сражения, поляки несли
тяжелые потери, правительство отчаянно (и безуспешно) сигнализировало
союзникам, а в Бресте в авральном порядке польское командование приступило к
формированию 56-й резервной дивизии пехоты. Однако ситуация на фронтах
менялась со скоростью часовой стрелки: организуемую дивизию пришлось срочно
переименовать в оперативную группу «Брест». Ее возглавил отозванный из запаса
генерал бригады Константин Плисовский. Начальником штаба назначили
подполковника Алоизи Хорака, командование пехотой получил подполковник
Анджей Сосабовский, артиллерией - майор Станислав Коморницкий. В состав
26
www.brest-sv.com
оперативной группы вошли 4 маршевых пехотных батальона, два батальона охраны
и один саперный батальон. Всего наспех созданное соединение насчитывало 2500
солдат и офицеров, вооруженных стрелковым оружием, 16-ю пулеметами, 12-ю
пушками калибра 75мм и 4-я зенитками калибра 40мм. Бронетехнику представляли
легкие танки «Рено» FТ- 17 в количестве трех десятков и 5 разведывательных
танкеток ТКS. Кроме того, на железнодорожных путях в районе Бреста находились
два устаревших бронепоезда - «Смялы» и «Маршалэк» (в военных действиях
практически не участвовали).
С 7 сентября в Бресте находилась ставка главнокомандующего вооруженными
силами Польши маршала Э. Рыдз-Смиглого.
Польский гарнизон крепости и его командование, конечно, и предположить не
могли, что их противником станет 19-й армейский корпус вермахта под
командованием генерала Гейнца Гудериана. В первые дни войны мощный корпус, в
составе которого находились две танковые и одна моторизованная пехотная дивизии
(позднее к ним была присоединена еще одна танковая дивизия), действуя на северозападе, опрокинул сопротивление польской армии «Поможе». Каким же чудом
Гудериан сумел совершить затем прыжок далеко на восток?
6-8 сентября подразделения корпуса были по железной дороге, кружным
путем, переброшены на сотни километров и оказались в Восточной Пруссии. Оттуда
день спустя танковый клин был вбит на юг, в направлении Ломжи. 12 сентября
немецкие части минули Циханув и Бельск Подляски, явно нацеливаясь на марш
вдоль реки Буг. Становилось ясно, что целью удара 19-го армейского корпуса будет
Брест. Таким образом германское командование рассчитывало сжать железные
клещи вокруг большей части территории Польши, превратив ее в гигантский
«котел». (С юго-запада навстречу Гудериану уже шел 22-й корпус вермахта).
13 сентября передовые части появились на дальних подступах к Бресту во
второй половине того же дня боевой арьергард из четырех танков 10-й танковой
дивизии вермахта попытался приблизиться к городу и крепости со стороны местечка
Чернавчицы. Он был встречен огнем польской артбатареи (командир - капитан
Янишевский). Танковая разведка повернула назад.
Часы отсчитывали время, остающееся до решительной схватки. Рано утром 14
сентября генерал К. Плисовский отдал приказ - всем подразделениям, занимавшим
огневые позиции на внешних укреплениях, отойти к Цитадели. За два дня до этого,
ожидал главный удар с севера, поляки выдвинули несколько артиллерийских
батарей в район аэродрома в предместье Адамково и форта II. Приказ на отход
оказался верным, но запоздалым. Спустя несколько часов танковые дивизии
Гудериана атаковали город и крепость.
Силы были очевидно неравные. Против гарнизона, насчитывавшего, как
упоминалось, 2,5 тысячи защитников и скромно вооруженного, действовал
бронированный ударный кулак из 529 танков, 57 бронетранспортеров,
поддерживаемый более чем 150 артиллерийскими стволами. Личный состав корпуса
насчитывал 47 тысяч человек. Разумеется, далеко не все ресурсы были брошены в
бой, тем не менее говорить о каком-то паритете сил не приходилось.
Задача ставилась так - овладеть крепостью схода. Немецкая 3-я танковая
дивизия, двигаясь от местечка Жабинка, обошла город с северо-востока и
форсировала Мухавец в районе предместья Шпановичи. Не без труда преодолевая
низинные заливные луга, ее танки развернулись и пошли к обводам Волынского
укрепления, в район Южных ворот. Из предместья Граевка наступала 10-я танковая
дивизия, поддержанная пехотой. На острие ее атаки были Восточные и Северные
ворота.
27
www.brest-sv.com
Польские патрули, находившиеся на валах, своевременно обнаружили
противника. Фактор внезапности, на который ставили нападавшие, был утрачен.
Защитники Кобринского укрепления открыли сильный ружейно-пулеметный огонь.
В дело вступили пушки и пулеметы старых французских танков, которые поляки,
трезво оценив их боевые возможности, загодя вкопали по башни в валы, превратив в
«бронеколпаки». (Два танка FТ-17 при подготовке к обороне были заблаговременно
оставлены в проеме Северных ворот в качестве преграды, чтобы заблокировать
проезд). В результате четких действий воинов 82-го пехотного полка, которыми
командовал капитан Вацлав Радзишевский, атака была отбита. Германская пехота,
оставлял убитых и раненых, откатилась назад.
Примерно в те же часы в районе брестского пригорода Адамково разыгралось
неравное танковое сражение. 15 легких старых танков «Рено» поляков
противостояли 77-и танкам неприятеля. Столкновение превратилось в убийственную
«стрельбу по мишеням», 12 «Рено» FТ-17 были сожжены, остальные брошены
экипажами, уцелевшие польские танкисты с трудом пробрались в крепость.
Неудача маршевой атаки заставила Г. Гудериана изменить план и подготовить
более основательный штурм. Вдоль восточного берега Буга от местечка Волчин к
Цитадели проследовала 20-я моторизованная дивизия вермахта, которую
предполагалось использовать для взятия Кобринского укрепления. Кроме того,
командование корпуса переподчинило всю подтянутую артиллерию одному
координирующему центру (штаб той же 20-й моторизованной дивизии), так как
перед тем немецкие солдаты угодили под огонь своих же пушек - были убитые и
раненые.
В полдень 15 сентября началась артподготовка, которая продолжалась более
восемнадцати часов. По крепости били почти все орудийные стволы, имевшиеся в
распоряжении Гудериана. Огневые позиции его артиллеристов находились в
брестских городских предместьях Речица (север) и Киевка (восток). В коротких
перерывах, вслед за перепахивавшей старые валы «огневой волной», на польские
порядки накатывали цепи атакующей пехоты. Все семь попыток гитлеровцев
овладеть главной линией обороны и прорваться в Цитадель были отбиты, при этом в
критические моменты доходило до рукопашных ехваток Вот как описывает события
немецкий лейтенант Фрам, который в качестве военного врача сопровождал
штурмовую группу из 69-го пехотного полка и 43-го саперного батальона; «После
получасовой артподготовки, снабженный дополнительным вооружением и саперным
оборудованием - в том числе подготовленными для переправы понтонами,
штурмовыми лестницами, зарядами взрывчатки и легкими огнеметами, - наш
штурмовой отряд двинулся от насыпи железнодорожного пути Тересполь-Брест в
направлении польских позиций на валах. Открытый ураганный огонь вынудил
атакующих прижаться к земле и искать спасения в складках местности... Наконец, я
увидел перед собой обширное пространство внутри крепости, по которому убегали
защитники. Поляки перебрались на другую сторону вала и под прикрытием
ружейного огня попытались развернуть орудие. Но наш пулемет выбивал все их
расчеты, один за другим. Однако новые фигуры в оливковых мундирах,
подгоняемые своими офицерами с пистолетами, выходили из казематов... Когда
использовали все патроны и все ручные гранаты, мы вынуждены были вернуться. Из
линии польских окопов, которая уже была пройдена, вновь начался убийственный
обстрел - враг пробрался туда по какому-то неизвестному ходу. Мы потеряли много
храбрых солдат». Об ожесточенности боев свидетельствует рапорт о потерях 69-го
пехотного полка 20-й механизированной пехотной дивизии вермахта (она наносила
главный удар). Во время штурма крепости только этот полк потерял 127 человек
28
www.brest-sv.com
убитыми, 226 ранеными (из них 10 - смертельно), 7 человек утонуло в крепостных
рвах (Военный дневник 19-го армейского корпуса, Александрийский архив, США).
В результате непрерывного артобстрела и авиабомбежек крепость к исходу
вторых суток обороны была объята пламенем. Несколько снарядов попало в здание,
где размещался штаб IХ округа. Генерал К. Плисовский был ранен осколком в спину
Майор С. Коморницкий, руководивший артиллерией, получил тяжелое ранение в
шею. Исполнявший обязанности начальника штаба подполковник А. Хорак был
засыпан землей и камнями при разрыве бомбы и получил контузию. В целом
гарнизон, несмотря на проявленное польскими воинами мужество, понес большие
потери. На состоявшемся 16 сентября совещании генерал Плисовский объявил о том,
что «оперативные причины защиты Бреста утратили свое значение». Было принято
решение ближайшей ночью прорываться из кольца окружения в направлении города
Хелма, где, по расчетам, затем можно было влиться в части полевой армии.
К тому моменту для остатков гарнизона существовал единственный путь
отхода: через Тереспольские ворота и сохранившийся мост через Буг на
Авиационный остров (Тереспольское укрепление) и далее по тракту Брест-Варшава.
Все остальные мосты были разрушены либо взяты под контроль германскими
войсками.
Выход из крепости начался поздним вечером 16 сентября. Он проходил под
сильным артобстрелом, в результате чего отступление стало вскоре беспорядочным.
Дорога на Тересполь была забита автомобилями, повозками и пешими людьми. По
подразделениям поляков из уст в уста передавали приказ: группироваться в
местности Кодень, однако многие его просто не могли услышать. Через какое-то
время за спиной отступающих раздались гортанные выкрики и автоматная стрельба,
пронеслась весть: «Немцы в крепости!», вспыхнула паника. Те польские
подразделения, которые шли на Тересполь, попали, в свою очередь, под сильный
пулеметный огонь - восточная окраина этого городка оказалась занятой
противником. Попадая в гущу солдат, пулеметные очереди буквально разили
отступающих, было много убитых и раненых.
Как выяснилось много позже из документов 19-го корпуса вермахта, крепость
на тот момент все-таки еще не была в руках германских войск. Немецкие солдаты
появились с другого направления - в 16 километрах от крепости вниз по течению
29
www.brest-sv.com
Буга по приказу Гейнца Гудериана была наведена понтонная переправа. По ней силы
76-го пехотного полка вермахта перебрались на левый береги быстро выдвинулись к
Тересполю, чтобы замкнуть окружение Цитадели. Их передовые отряды и вызвали
такое замешательство среди отступавших остатков гарнизона.
Ночью с 16 на 17 сентября германские войска полностью сомкнули кольцо. С
рассветом они вошли в Брестскую крепость. Организованных отрядов польских
защитников в ней уже не оставалось. Последние их группы покинули позиции
внутри Цитадели и на Северном укреплении за несколько часов до этого. Оборона
была завершена.
НА ГРАНИЦЕ
В тот день, 17 сентября 1939 года, когда фашистские войска овладели
Брестской крепостью, с востока двинулись части Красной Армии.
В официальной летописи СССР наступление РККА на запад всегда именовалось
исключительно как освободительный поход Красной Армии в Западную Белоруссию
и Украину. Нет никаких сомнений, что большую часть населения на территориях
восточнее Буга составляли именно белорусы и украинцы. Однако события тех лет
хранят немало весьма спорных и крайне деликатных подробностей. Многое не
известно до сих пор. Между тем, это достаточно важные страницы, без которых
история вряд ли будет полной.
Как свидетельствуют рассекреченные в последние десятилетия документы, судьба
Польши решалась не только в самой Варшаве или в столицах могущественных
союзников. Были также другие центры силы. Известно, что летом 1939 года
правительство Польши неоднократно отвергало предложения Франции и Англии
пропустить через свою территорию советские войска с тем, чтобы в случае агрессии
со стороны Гитлера они могли «остановить» германские войска. Франко-англосоветские переговоры и консультации на тему организации «барьера» для фашистов
велись продолжительное время. И прекратились, главным образом, из-за
неуступчивости Варшавы - поляки так и не смогли отринуть стойкую «русофобию»,
приобретенную ими за период самодержавия. Но это всего лишь часть правды.
Другая состоит в том, что одновременно, летом того же 1939 года. Сталин и
Гитлер наводили контакты и прощупывали почву для обоюдовыгодного раздела
Польши. 23 августа 1939 года был заключен договор о ненападении между
Германией и СССР, сегодня более известный как «Пакт Риббентропа-Молотова». К
договору прилагались секретные протоколы. В них оговаривалось ни много, ни мало
- будущий раздел независимого государства, каковым являлась Польша. «В случае
территориальных и политических преобразований в областях, принадлежащих
Польскому государству, сферы влияния Германии и СССР будут разграничены
приблизительно по линии рек Нарев, Висла и Сан».
Советское руководство обеспечило маршу Красной Армии соответствующее
моменту идеологическое обоснование: «польские помещики и капиталисты
поработили трудовой народ Западной Белоруссии и Западной Украины, ...насаждают
национальный гнет и эксплуатацию, ...бросили наших белорусских и украинских
братьев в мясорубку второй империалистической войны. Национальный гнет и
порабощение трудящихся привели Польшу к военному разгрому. Перед
угнетенными народами Польши встала угроза полного разорения и избиения со
стороны врагов...».
30
www.brest-sv.com
17 сентября, в 2 часа ночи, советские войска, легко сломив сопротивление
польской погранохраны, перешли границу. В соединениях участвовали 8
стрелковых, 5 кавалерийских и 2 танковых корпуса, 21 стрелковая и 13
кавалерийских дивизий 16 танковых и 2 моторизованные бригады, а также
днепровская военная флотилия.
Выступление Красной Армии явилось полной неожиданностью для военного
командования Польши, пытавшегося маневрировать остатками сил и сформировать
какое-то подобие линии фронта. Главнокомандующий маршал Э. Рыдз-Смиглы
предположил, что советские войска идут вперед, чтобы упредить захват восточных
областей германцами. Изданный им приказ гласил: польским подразделениям «в бой
с Советами не вступать». Противодействовать лишь при попытках силой разоружить
их. Это было верное решение, которое предотвратило лишнее кровопролитие и
спасло многие тысячи жизней.
Советские соединения быстро продвигались на запад. 18 сентября в прессе было,
наконец, опубликовано советско-германское коммюнике: «Во избежание всякого
рода необоснованных слухов насчет задач советских и германских войск,
действующих в Польше, правительство СССР и правительство Германии заявляют,
что действия этих войск не преследуют какой- либо цели, идущей вразрез интересов
Германии или Советского Союза и противоречащей духу и букве пакта о
ненападении, заключенного между Германией и СССР Задача этих войск наоборот,
состоит в том, чтобы восстановить в Польше порядок и спокойствие, нарушенные
распадом польского государства, и помочь населению Польши переустроить условия
своего государственного существования». Германские войска тогда же получили из
Берлина приказ остановиться на занятых рубежах до контактов с советскими
войсками.
21 сентября на подступах к Бресту появился бронеавтомобиль, в котором
находился политработник 29-й легкой танковой бригады. Он проследовал на
центральную площадь города, остановившись возле здания бывшей воеводской
управы. Там его уже ждали германские военные. Состоялась встреча с генералом Г.
Гудерианом. Обсуждался важный вопрос - о передаче Бреста приближающимся
частям Красной Армии.
Утром следующего дня в город уже вошли танки 29-й бригады, которой
командовал комбриг СМ. Кривошеин. Вскоре, после переговоров комбрига
31
www.brest-sv.com
Кривошеина с генералом Гудерианом и непродолжительного отдыха, в котором
нуждались бойцы Красной Армии, совершившие за последние сутки утомительный
марш-бросок, состоялся совместный парад германских и советских войск. По
главной площади Бреста прошли «коробки» пехоты, бронемашины, советские и
немецкие танки, тягачи с орудиями, другая техника. Пронеслась на бреющем
эскадрилья самолетов люфтваффе. С флагштока под звуки немецкого военного
оркестра был торжественно спущен флаг со свастикой и поднят советский. Что было
потом?
Советские войска 23 сентября 1939 года пересекли Буг и продолжили марш на
запад. Вскоре Красная Армия приняла от германских войск Бяло-Подляски,
Соколув-Подляски, Менджизец-Подляски, Ломжу, затем другие города и местечки,
углубившись кое-где более чем на сто-сто пятьдесят километров (вплоть до местечка
Калушин, в 60 километрах от Варшавы). Разумеется, то было совершенно
бескровное наступление - немцы просто согласованно отодвигали свои войска,
позволяя Красной Армии заполнять очищенные земли. Почему так происходило?
Согласно договоренностям, вытекающим из секретных протоколов пакта
Риббентропа-Молотова, к Советскому Союзу отходила обширная восточная часть
Польши, вплоть до правого берега Вислы.
20 сентября Гитлер установил «окончательную демаркационную линию», на
которую должны были отойти германские войска: Ужокский перевал-ХыровПеремышль-река Сан-река Висла-река Нарев-река Писса-граница рейха. Германия
же получала взамен Сувалки (область на севере Польши) и юрисдикцию над
территорией Литвы. Согласно специальному протоколу, подписанному 21 сентября с
советской стороны Б.М. Шапошниковым и К.Е. Ворошиловым, а с германской представителями Генштаба генералом Кестрингом, полковником Ашенбреннером и
подполковником Кребсом, части вермахта отводились на демаркационную линию
переходами по 20 километров в день и должны были оказаться за Вислой в районе
Варшавы к 3 октября 1939 года. Однако в те последние сентябрьские дни история
неожиданно сделала очередной зигзаг.
25 сентября 1939 года Сталин предложил германскому послу Фридриху фон
Шуленбургу новое решение: в сферу советских интересов могла бы перейти Литва взамен на земли Варшавского и Люблинского воеводств Польши, простирающиеся
вплоть до реки Буг. То есть советское руководство готово было установить будущую
германо-советскую границу по «линии Керзона». Два дня спустя, 27 сентября, в
Москву срочно прилетел фон Риббентроп, где провел переговоры о демаркационной
линии с В.М. Молотовым и И.В. Сталиным.
Оба варианта - старый и новый - были немедленно доложены Риббентропом
фюреру. Тот в целом склонился ко второму варианту. 28 сентября СССР и
Германией был подписан знаменитый Договор о дружбе и границе. В тот же день
правительства выступили с совместным заявлением: «После того как Германское
правительство и Правительство СССР подписанным сегодня договором
окончательно урегулировали вопросы, возникшие в результате распада Польского
государства, и тем самым создали прочный фундамент для длительного мира в
Восточной Европе, они в обоюдном согласии выражают мнение, что ликвидация
настоящей войны между Германией, с одной стороны, и Англией и Францией, с
другой стороны, отвечала бы интересам всех народов».
В последующие дни, когда в Москве продолжалось конкретное обсуждение линии
границы между двумя государствами, в Бресте происходили весьма интересные
события. 2 октября, поздно вечером, командующий Белорусским фронтом М.П.
Ковалев отправил в столицу телеграмму. В ней он сообщал, что «...установленная
граница по р. Буг у г. Брест-Литовска крайне невыгодна для нас по следующим
32
www.brest-sv.com
причинам: город Брест границей делится на две части - западный обвод фортов
достается немцам; при близости границы невозможно использовать полностью
богатейший казарменный фонд в г. Бресте; железнодорожный узел и сам город
будут находиться в сфере пулеметного огня; переправы на р. Буг не будут прикрыты
необходимой территорией. Замечательный аэродром у Малашевичи достанется
немцам».
Командующий фронтом настоятельно просил верховную власть пересмотреть
границу в районе Брест-Литовска, предусмотрев отход к СССР и части территории
на правом берегу Буга. 3 октября Москва ответила, что «граница у Бреста
установлена соглашением и менять ее невозможно».
Тогда советское командование приняло решение сохранить крепость и ее
Тереспольское укрепление другим способом. В следующую же ночь саперы
взорвали перемычки, отделяющие рвы Тереспольского укрепления от русла Буга, а
саму реку ниже по течению запрудили.
Для устройства дамбы> были использованы, по свидетельству начальника
инженерных войск 4-ой армии полковника А.И. Прошлякова, брусчатка,
приготовленная для мощения улиц в Бресте, два трофейных польских понтона,
мешки, заполненные песком. Такой балласт подвозился в течение двух ночей и с
существующего моста ссыпался в реку. В результате удалось практически перекрыть
Буг. Вода затопила т.н. «старое русло» - заросший и маловодный отвод реки.
Течение устремилось вокруг Западного острова. Полноводный канал с бурлящим
стрежнем позднее был выдан германскому представителю за основное русло Буга,
по которому и должна была пройти граница. Разумеется, немцы не настолько слабо
разбирались в топографии, чтобы не увидеть этой хитрости, однако обострять
вопрос они не стали.
Окончательно демаркационная линия между Германией и СССР легла на карты 4
октября 1939 года, когда был подписан соответствующий дополнительный протокол.
К Советскому Союзу отошла территория площадью почти 200 000 квадратных
километров.
Город Брест стал пограничным. Брестская крепость, глядящая в быстрые воды
Буга, вновь превратилась в символический форпост.
33
www.brest-sv.com
Письма из тишины
Война не бывает благополучной. Всегда и всюду она несет клеймо беды.
И все же бывают разные войны - одни зарождаются в парламентах и
вызревают под ободряющие выкрики возбужденной уличной толпы, другие
готовятся в тайне и подобны грому среди ясного неба.
Второе - несправедливей, больней, страшней.
Брестская крепость сорок первого - это зеленые валы, пышные кроны
склонившихся над речками деревьев, полевые цветы на окрестных лугах. Пейзаж
щедрой весны и такого же начала лета. Жизнь прекрасна, надежды людей - даже
если многие из здешних обитателей носят военную форму - светлы и
простираются далеко-далеко, в такое же светлое будущее.
Часы идут.
Мирный договор СССР с Германией не породил мира. Это хорошо ощущалось
в пограничном Бресте.
Недоверие двух правителей было взаимным. Политика их в отношении друг
друга строилась в зыбкой атмосфере неприязни и похвал, расчета и коварства.
Возможность открытого столкновения не исключалась - учитывалась изначально, О
плане «Барбаросса» знают все. Советское военное планирование с 1940 года также
велось с учетом вероятной войны с Германией. На западной границе были
развернуты значительные силы. Однако момент решительной схватки в Москве и
Берлине определялся по разным часам. «Разбежка» была очень велика и явилась
причиной трагедии. Личная вина И.В. Сталина в том огромна.
Брест был переполнен военными, однако с точки зрения тактики это являлось
очевидным минусом. Город стоящий на самой границе, слишком уязвим не только
для авиации - даже для артиллерии. «Представляется, что размещением войск
руководили не соображения боеготовности, а наличие фонда казарм и складов», пишет А.А. Крупенников, историк, создатель и первый начальник музея обороны
Брестской крепости, профессор Академии военных наук. В самом деле, в Бресте
располагались части 28-го стрелкового корпуса, части армейского подчинения, штаб
и отдельные подразделения 17-погранотряда. А также госпиталь, медсанбат
многочисленные склады.
34
www.brest-sv.com
Брестское направление к июню 1941 года прикрывали войска 4-й армии
Зап.ОВО, имевшие зону ответственности шириной свыше 150 километров. При
изучении документов не покидает ощущение, о войска армии, как и других
советских группировок, находились в этот период в неком «муравьином» движении.
С одной стороны, предпринимались совершенно правильные меры к
серьезному повышению их боеготовности. (Досрочный выпуск военных училищ,
выдвижение на запад и развертывание некоторых подразделений до кадрового
состава, переоснащение новой боевой техникой и т.д.). С другой - «перестройка» на
марше порождала изрядную дезорганизацию, боеготовность объективно не могла
быть высокой. Так, выполняя директивы высшего командования, принятые весной
этого же года и связанные с новым мобилизационным планом, командование округа
проводило активное перемещение личного состава. Значительная часть
подразделений 42-й и 6-й стрелковых дивизий, расквартированных в крепости, была
в апреле-июне отправлена в летние лагеря на ученая и стрельбы, а также на
строительные работы (северо-западнее и южнее Бреста возводился укрепрайон,
сделано было на тот момент 15-20 процентов от запланированного). На
«оборонстрой» направлялись по одному батальону от каждого стрелкового полка, по
дивизиону артиллерийского, все подразделения саперов и окружной инженерный
полк.
Кроме того, пулеметные роты стрелковых полков выдвинулись на полигон на
южных окраинах Бреста: там 22 июня должны были состояться тактические занятия,
в которых, кроме пулеметчиков, должны были участвовать бойцы полковой школы
6-й дивизии, артдивизион и стрелковый батальон. Из крепости частично уехали
зенитчики - на учебные стрельбы под Минском. Мало того, войска 4-й армии по
личному составу имели общий некомплект от 15до 20 процентов.
Серьёзные проблемы были с вооружением. В приграничные части едва начали
поступать его новые образцы. В 10-ю смешанную авиадивизию, прикрывавшую с
воздуха упомянутую 4-ю армию, в мае-июне поступила партия самолетов. В том
числе 2 истребителя «Миг-3», 20 - «Як-1», 9 современных бомбардировщиков «Пе2» и 4 штурмовика «Ил-2». Освоить эти самолеты не успели. К примеру, все «Яки»
находились в ящиках-контейнерах в городе-спутнике Бреста Кобрине. В 123-м
авиаполку, куда пришла авиатехника, вот-вот ожидали специалистов-сборщиков с
авиазавода. Не дождались.
Схожая картина с бронетехникой. Танки «Т-34» и «КВ-2», которые были
адресованы 22-й танковой дивизии (формировалась в окрестностях Бреста), в
роковые дни находились где-то в пути, на железнодорожных платформах. В частях
не имелось в достатке даже современного стрелкового оружия - тоже «вот-вот» и «со
дня на день».
Самое главное, однако, в другом. «Большая дружба» с Германией, не раз
продемонстрированная на самом высоком уровне и всячески поддерживаемая
официальной пропагандой, сбивала с толку военачальников и рядовых бойцов.
Бдительность трактовалась весьма своеобразно - чтобы «не поддаваться на
провокации». По Бресту свободно расхаживали гитлеровские офицеры,
приезжающие в «гости», воздушное пространство ежедневно нарушали германские
самолеты, от пограничников поступали все более частые сообщения о скрытом
передвижении войск по ту сторону Буга, но никакого резонанса это не имело.
Точки над «i» расставило печально известное Заявление ТАСС от 13 июня
1941 года: «...по данным СССР, Германия так же неуклонно соблюдает условия
советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз, ввиду чего, по
мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять
нападение на СССР лишены всякой почвы...»
35
www.brest-sv.com
Это была даже не ошибка - удар в спину.
Итак, июнь сорок первого, двадцать второе число. Наступала самая короткая
ночь года. Примерно восемь тысяч человек, находившихся в крепости, - в том числе
члены семей бойцов и командиров - еще не слышали ничего, кроме невнятного шума
летней темноты.
РУБЕЖ БЕССМЕРТИЯ
Брестская крепость должна была пасть в первые часы войны. Такой 6ыл
план, и у тех, кто его готовил, не было сомнений, что так и будет.
Крепость приняла бой. И стояла - день за днем.
Ее защитников не смогли расстрелять, выжечь и разбомбить. Они
держались: в конце без пищи, воды и почти без боеприпасов. Они умирали как герои
- без всякой надежды, что кто-нибудь когда-нибудь о них узнает.
Это был трудный бой.
Враг дивился. Враг еще не понял, что в клубах дыма над старой крепостью за
первым днем той ужасной войны проглянул ее последний день. Что на стенах
поверженного рейхстага когда-то появится короткая, как выстрел, надпись:
«Брест-Берлин».
Здесь пролег рубеж бессмертия.
Здесь, на пяди земли у Буга, начала коваться Победа.
36
www.brest-sv.com
На другом берегу
Душная ночь. Вдоль реки, в бесформенных черных массивах кустов и
подлеска, сжалась смертельная пружина. Германские офицеры следят за стрелками
часов. 45-я пехотная дивизия вермахта готова к броску на Брест. Впереди - тускло
отражающая звездное небо лента Буга, за ней - старая русская крепость.
Несколько часов назад, ровно в 22.00, на срочном построении немецким
солдатам зачитали приказ фюрера. Все сомнения остались позади, секретов больше
нет. Они здесь не для того, чтобы по «коридору» пройти с разрешения Сталина на
далекий юг и, вторгнувшись в Персию, нанести там поражение англичанам. Нет. И
не для оккупации якобы «арендованной» у Советов Украины. Вовсе не для
отвлечения внимания и не ради последующей атаки через Ла-Манш тайком
перебрасывалась сюда, на восток, такая масса техники и живой силы. Слухи
оказались всего лишь слухами. Байками штабных писарей. Солдат рейха ждет
великая победоносная война с Советским Союзом!
Громко и надсадно звучит кваканье лягушек Тонут в нем случайное звяканье
оружия, треск переломанной сапогом ветки. К трем часам ночи штурмовые отряды
гитлеровцев заняли исходные позиции. В 3.10 южнее Бреста спецгруппой 3-й
танковой дивизии уже захвачен Коденьский мост, в других местах к Бугу бесшумно
выползли саперы.
Остановим здесь, в этом месте повествования, минутную стрелку
символических часов.
Спящая крепость была приговорена к разгрому. Чтобы понять силу
уготованного ей удара, следует кое-что знать о планах нападавших.
Вопреки расхожему мнению, у решившейся на «блицкриг» Германии не было
подавляющего преимущества в средствах ведения войны. С февраля 1941 года
стратеги рейха перебросили на восток 100 дивизий, всего на намечавшемся фронте
их было 155. Развернутых для операции «Барбаросса» - 128. Общая численность
готовой к таранному вторжению в СССР группировки составляла 3 млн. 562 тыс.
37
www.brest-sv.com
человек. В ней находилось 3865 танков и самоходных штурмовых орудий, 37099
артиллерийских и минометных стволов, 3909 самолетов.
Со стороны СССР на западных рубежах страны под ружьем стояло 3 млн. 88
тыс. человек (из них 215 тыс. - в ВМФ, 153 тыс. - в войсках НКВД). На вооружении у
советских дивизий имелось почти 60 тыс. орудий и минометов, 11 тыс. исправных
танков и штурмовых орудий, 7,6 тысячи исправных самолетов (всего танков и
самолетов было больше). Как видно, чисто статистически превосходство германской
армии никак не просматривается - скорее наоборот (исключая живую силу). По
качеству используемой боевой техники особого опережения тоже не существовало.
Однозначное преимущество в боевых характеристиках в тот момент имели только
немецкие самолеты. Однако для правильной оценки ситуации придется учесть также
многое другое.
«Молниеносная война» вовсе не являлась авантюрой нацистского режима. С
военной точки зрения, план нападения на СССР был достаточно реалистичен. В
основе его лежала внезапность - и, как показало будущее, именно этот фактор
определил трагические итоги первых недель и месяцев войны. Забегая вперед,
приведем красноречивые данные. В период с 22.06. по 31.07.1941 года Красная
Армия потеряла 11 тысяч танков, 8,6 тысячи боевых самолетов, 27 тысяч орудий и
минометов - почти все, чем располагала на западных границах. Страшный счет...
Внезапность сопровождалась умелой - надо отдать должное - стратегией и тактикой.
На решающих участках Восточного фронта германское командование обеспечило
значительное, а иногда - просто ошеломляющее превосходство как в технике, так и в
живой силе. Именно по такому сценарию разворачивались события в районе Бреста.
Группа армий «Центр», действовавшая на данном направлении (наиболее
короткий путь к Москве), являлась самой мощной и самой мобильной группировкой
вермахта. Она объединяла более сорока процентов всех германских сил,
развернутых от Баренцева до Черного морей и поддерживалась огромной воздушной
флотилией. В зоне советской 4-й армии, части которой прикрывали Брест и
крепость, были развернуты войска 43-го армейского корпуса 4-й немецкой армии,
12-го армейского корпуса, 2-я танковая группа. Здесь на картах германского
генштаба пролегли жирные стрелы, указывающие направление главного удара. Здесь
гитлеровцы имели неоспоримое превосходство во всех компонентах современной
войны. Двадцать одна дивизия изготовилась к прыжку на полосу, где находились
всего семь советских дивизий, к тому же, как известно, совершенно не готовых к
отражению молниеносного удара.
38
www.brest-sv.com
Если говорить языком цифр, то 71 тысяче красноармейцев и их командиров
противостояло почти 462 тысячи гитлеровских солдат и офицеров. Немецкая
ударная группировка имела двукратное превосходство в танках, а в артиллерии и
минометах - в 3,6 раза! (5953 против 1657).
Наконец, следует заметить, что «Восточный поход» начинался, безусловно,
сильнейшей на том нитке истории армией мира. Вермахт располагал отличными
полководцами и уникальным опытом ведения крупномасштабных операций. На
границах с СССР были развернуты наиболее боеспособные части, имевшие
реальный фронтовой опыт (кампании 1939-1940 гг.). За их спиной
сосредоточивались части резерва главного командования - примерно 99 процентов
от всей их численности.
Немцы готовили к броску 11 моторизованных корпусов, 10 из которых к 22
июня 1941 года были объединены в 4 танковые группы.
Одной из них командовал генерал-полковник Гейнц Гудериан, который уже
побывал в Бресте и Брестской крепости осенью 1939 года. 22 июня командный пункт
его 2-й танковой группы располагался в полутора десятках километров от Буга.
Штабом Гудериана намечалось вбить танковые клинья севернее и южнее Бреста.
Автора знаменитой формулы «Не ползти, а мчаться!» в те последние часы перед
броском в СССР больше всего заботила сохранность мостов через Буг. Посылать
свои танки на Брестскую крепость он не собирался. Был учтен прошлый опыт. Для
взятия крепости, по мнению Гудериана, куда лучше подходили пехотные
подразделения. Тем более, что для первого удара ему был временно подчинен 12-й
армейский корпус под командованием генерала Вальтера Шрота, куда входили три
полновесные дивизии.
Напротив крепости расположилась 45-я пехотная дивизия вермахта.
Подразделения двух ее полков, 130-го и 135-го, находились в ближней засаде, в
нескольких сотнях метров на другом берегу пограничной реки. Им поручался
штурм. 133-й полк был в резерве. В атаке должны были также участвовать части 31й и 34-й дивизий, действовавших на левом и правом фланге соответственно.
Огневую поддержку обеспечивала вся дивизионная и корпусная артиллерия, а кроме
того, дополнительно три дивизиона тяжелых мортир (в том числе калибра 210 мм),
две самоходные сверхмощные артиллерийские установки («Карл») с орудиями
калибра 600 мм, девять батарей тяжелых минометов 4-го минометного полка
особого назначения (шестиствольные «Небельверфер-41»). Минометы посылали
реактивные мины калибра 150 мм - это было первое применение реактивной
артиллерии в Великой Отечественной войне. (Менее чем через месяц, в боях под
Смоленском прозвучали первые залпы советских «Катюш»).
Сам Гудериан в книге «Воспоминания солдата» написал примечательные
строки: «Развертывание войск и занятие исходных позиций для наступления прошли
благополучно... Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они
ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста, который
просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они
проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были
заняты русскими войсками. ...Перспективы сохранения момента внезапности были
настолько велики, что возник вопрос, стоит ли при таких обстоятельствах проводить
артиллерийскую подготовку в течение часа, как это предусматривалось приказом...».
Перспективы сохранения внезапности... В этих словах «танкового гения»
вермахта кроется, между прочим, точная характеристика грядущей войны. Вернее историческая аксиома. Кто есть агрессор, а кто жертва? И тогда, и сейчас, много лет
спустя, задавать подобные вопросы могут лишь те, кого мало интересует истина, и
еще меньше - уроки Второй мировой.
39
www.brest-sv.com
...Стрелки часов сошлись. 3 часа 15 минут, 22 июня 1941 года. Час «Х».
Предрассветное небо раскололось на куски. Залпы орудий и минометов слились в
неистовый рык. Фашистская Германия вероломно, без объявления войны напала на
Советский Союз.
ОГНЕННЫЙ СМЕРЧ
Снаряды и мины падали сплошными потоками. Дыбили дерн, вырывая в
предрассветных, серо-зеленых валах черные ямы. Вбивались в столетние стены
Цитадели, брызгая красной кирпичной крошкой. Сверкало пламя разрывов. С
мертвым посвистом разлетались осколки, отсекая ветки деревьев.
Много позже, вспоминал эти минуты, те, кто находились в крепости,
повторяли одно слово - «Гроза». До конца не пробудившимся, ошеломленным
людям казалось, что разразилась сильная гроза. Но звон вылетавших от ударной
волны стекол, огонь, дым и страшные крики раненых убеждали - это не гроза. Это
ад.
Каждые четыре минуты огненный вал перемещался на 100 метров вперед.
Артподготовка продолжалась, взрывы снарядов тяжелых мортир, выбиваясь из
сплошного гула, бухали в Цитадели и на заранее засеченных позициях советских
батарей. В 3.19, точно по плану атаки, с немецкого берега в воду реки были спущены
десятки резиновых лодок. Неширокий левый рукав Буга, называемый в обиходе
старым руслом, заволокла дымовая завеса. Торопливые гребки веслами, прибрежная
осока... Короткие рваные цепи гитлеровцев одна за другой густо покатились на
Тереспольское укрепление.
Перепаханная земля, зарево над горящими деревянными постройками, в
воздухе гарь. Вдруг в грохоте адской зари появляются новые звуки. Повторяются...
Еще! Выстрелы. Первые выстрелы по врагу. Наряды пограничников открыли огонь...
Штурмовой отряд немцев, двигаясь слева от мощеной булыжником дороги,
пересекающей Западный остров с запада на восток, через сорок минут преодолел
примерно километр и вышел к главному руслу Буга, к мосту у Тереспольских ворот.
Все пока шло по плану. Мост был цел и к тому времени уже контролировался
высланной сразу после начала артобстрела командой захвата. Она перемещалась по
40
www.brest-sv.com
реке на десантных моторных лодках (при этом ее потери составили две трети
личного состава, состоявшего из роты пехотинцев, усиленной саперами).
Ниже Цитадели по течению были видны другие лодки, на которых
переправлялись новые штурмовые группы. Одни шли на Южный остров, другие
цеплялись за берег Кобринского укрепления - враг пытался сразу же затянуть вокруг
крепости петлю. Севернее, по железнодорожному мосту, также захваченному
невредимым, стремясь быстрее выйти на стратегическое шоссе, двинулись танки и
пехота. Накрытые артиллерийским шквалом казармы и другие сооружения на
Тереспольском укреплении гитлеровцы взяли на мушку, простреливая выходы и
окна, основные же силы их просто обошли. Но дальше в плане атаки наметились
трещины. Зеленый остров вдруг больно огрызнулся огнем!
Спотыкаются и падают ничком солдаты в серо-зеленых мундирах. Первые
потери новой, едва начавшейся войны. Кто-то ранен и стонет в высокой траве, комуто уже ничто не поможет - винтовочная пуля прошила каску. Огонь усиливается,
местами прижимает подразделения 3-го батальона 135-го пехотного полка к земле.
Тут и там завязывается ожесточенная перестрелка. В ней слышны уже пулеметы. В
цепях фашистов вмиг исчезает самоуверенность - русские не только не уничтожены,
они удивительно быстро пришли в себя!
На Тереспольском укреплении начали организованное сопротивление
курсанты школы шоферов, к которым подоспел начальник курсов старший
лейтенант Ф.М. Мельников. В центре, из расположения автопарка, огонь открыли
около 30-и бойцов транспортной роты под командованием старшего лейтенанта А.С.
Черного. Раздалась частая стрельба и из района казарм саперного взвода... На правом
фланге, в месте слияния рукава Буга с основным руслом, сражалась группа воинов
под командованием лейтенанта Жданова (примерно 80 человек).
Всего утром 22 июня 1941 года на острове находилось около 300
пограничников - здесь размещались, помимо окружной школы шоферов и
инструкторов вождения, кавалерийская школа, саперный взвод и некоторые другие
подразделения 17-го погранотряда. Многие погибли в первые же минуты. Кому-то
после начавшегося обстрела удалось пробраться в Цитадель. Из оставшихся в живых
через какое-то время сложилось несколько очагов сопротивления. (Опережая
события, укажем, что позднее, 24 и 30 июня, под покровом темноты две разные
группы бойцов 17-го погранотряда, собрав остаток боеприпасов, предпримут
попытки прорыва в Цитадель. В одном случае из 40 смельчаков мост минуют 13
человек, из них четверо - тяжелоранеными. В другом - из 45, вошедших в воды Буга,
до противоположного берега доплывут лишь 18, трое - тяжелоранеными).
Тем временем штурмовой отряд гитлеровцев, который оказался на мосту у
Тереспольских ворот, сходу ворвался в Цитадель. Не встречая особого
сопротивления (по части Цитадели и Кобринского укрепления еще била тяжелая
артиллерия), он двинулся к зданию бывшего костела, где размещался клуб 84-го
стрелкового полка. Здание стояло на небольшой возвышенности и представляло
отличную возможность закрепиться в Цитадели, устроив опорный пункт.
Нападавшие немедленно воспользовались ею. Было захвачено также стоящее рядом
небольшое здание столовой ком- состава. Немцы по рации связались с полевым
штабом дивизии и попросили прекратить артобстрел этого участка. К тому моменту
позади были примерно два часа войны.
Автоматчики прорвавшегося батальона быстро выдвинулись дальше.
Неподалеку от клуба виднелись ворота: справа Холмские, слева Брестские. Ворота
стали следующими объектами атаки. Штурмовики, в упор расстреливая встреченных
на пути красноармейцев, ворвались в ту часть оборонительной казармы, которая
примыкала к Холмским воротам. Рядом стояло поврежденное еще в 1939 году
41
www.brest-sv.com
здание, где размещались штаб и автобронерота 75-го отдельного разведбата. Между
его стеной и внутренней стеной оборонительной казармы был широкий проход.
Сюда, непрерывно строча по оконным проемам, направились затем гитлеровцы. И
тут произошло то, что стало одним из ярких эпизодов этого дня, а возможно, - и всей
обороны. Из распахнувшихся дверей казармы в гущу противника неожиданно
хлынули красноармейцы. Завязалась жестокая схватка. Авангард автоматчиков был
расколот на две части и смят. Немало фашистов погибло от штыков.
Крепость защищалась. Враг еще не ведал, что 45-я дивизия вермахта
задержится здесь вовсе не на 8 часов, отведенных командованием 12-го корпуса на
окончательное взятие всех укреплений.
Сейчас, много лет спустя, трудно точно указать, сколько же людей встретило
войну в стенах твердыни, ставшей символом стойкости.
Из боевого донесения №16, направленного командиром 28-го стрелкового
корпуса генерал-майором В.С. Поповым командованию 4-й армии (8.07.1941 года),
можно узнать, что «в первый же период артиллерийского обстрела были разрушены
мосты, выводившие из крепости.
Сооружения крепости, военные городки, а также район вокзала Бреста сразу
же охватило огнем, причем пожар быстро распространялся вследствие
продолжавшейся интенсивной бомбардировка Всякая связь была сразу нарушена». И
далее: «Гарнизон крепости был артиллерийским огнем и пожаром расчленен на
отдельные группы людей, одна часть которых искала укрытие от обстрела, другая сквозь пламя пожаров и беспрерывные взрывы снарядов стремилась к выходам из
крепости. В результате удалось вывести разрозненные подразделения 333-го и 125го сп, а также отдельные группы 44-го, 45 5-го и 84-го сп».
Командующий корпусом сообщает, что «предположительно» - на это слово
обратим внимание - из находившихся в крепости 5-ти батальонов 6-й стрелковой
дивизии, 2-х батальонов 42-й со спецподразделениями было выведено «до 5О%».
Произошло это, вероятнее всего, до 8-9 часов утра, пока вокруг крепости не сжалось
кольцо окружения. Цитадель и Кобринское укрепление удалось покинуть некоторым
семьям военнослужащих, в ряде случаев также было выведено вооружение,
несколько бронемашин 75-го отдельного разведбата, некоторое число пушек
(преимущественно без боекомплекта).
Однако основная масса людей спасалась в обстановке понятного хаоса, многие
красноармейцы, по свидетельству очевидцев, оказались полураздеты, без оружия. На
ситуацию наложило свой отпечаток то обстоятельство, что большинство командиров
проживало с семьями вне крепости, на городских квартирах и в домах
начальствующего состава в районе крепости. Пробиться за внешний вал в
подавляющем большинстве случаев им не удалось. В результате управление
оставшимися там подразделениями было утрачено. Это усилило трагизм положения.
Надо отдать должное мужеству командира 125-го полка майора А.Э.
Дулькейта, сумевшего под градом пуль организовать бойцов своей части и вывести
через Северные и Северо-Западные ворота Кобринского укрепления большую часть
личного состава. Однако ситуация менялась на глазах.
В дальнейшем пробиться через любые ворота, выводящие за пределы
крепости, удавалось единицам. Штурмовые группы фашистов, передвигавшиеся на
моторных лодках, еще на рассвете проскочили по водным рукавам до развилки
Мухавца, блокировали мосты. На северо-западе Кобринского укрепления уже
действовал понтонный мост, наведенный 81-м саперным батальоном 45-й дивизии.
По нему был переброшен противотанковый батальон и дополнительные пехотные
подразделения. Они вскоре перекрыли главную дорогу, проходящую через Северные
42
www.brest-sv.com
ворота - противотанковые пушки разбили несколько автомашин. Прилегающее
пространство простреливалось насквозь.
Две организованные попытки прорваться предприняли воины 98-го
артдивизиона, возглавляемые своим командиром капитаном Н.И. Никитиным, В
Восточных воротах путь им преграждали горящие тягачи. Прорыв через Северные
обошелся очень дорого: к артиллерийскому обстрелу здесь, как было сказано,
добавился пулеметный - снаружи уже находился враг, контролирующий дорогу. Под
кинжальным огнем, по воспоминаниям участников боев, погиб почти весь дивизион.
Капитан Никитин и несколько расчетов все же сумели выйти из крепости.
Как свидетельствуют последние данные, город Брест был захвачен примерно к
7 утра.
В 6.23 из штаба 45-й дивизии в адрес командования 12-го армейского корпуса
вермахта поступило сообщение, в котором говорилось о скором взятии Кобринского
укрепления. В штабе полагали, что двумя другими островными укреплениями Тереспольским и Волынским - первый эшелон атакующих овладел бесповоротно.
Реальность оказалась совсем иной. В ходе упомянутого выше рукопашного боя
в Цитадели, который, при поддержке воинов других частей (455-го стрелкового и 33го инженерного полков), провели бойцы 84-го полка (ведомые заместителем
политрука СМ. Матевосяном), часть штурмовой группы гитлеровцев была оттеснена
к правому рукаву Мухавца и уничтожена. Другая часть попыталась отступить к
мосту у Тереспольских ворот. Тщетно: пограничники располагавшейся на
территории Цитадели 9-й погранзаставы (начальник - А.М. Кижеватов) и
красноармейцы 333-го стрелкового полка отбили ворота и встретили огнем. Были
отбиты также Брестские ворота. В сложившейся ситуации немецкие подразделения,
неся потери, отошли и укрылись в пустующих казематах между Холмскими и
Тереспольскими воротами, в зданиях клуба и столовой. Так внутри Цитадели
образовалась западня, из которой гитлеровцам было уже не так просто выбраться.
Дело принимало неожиданный оборот не только в Цитадели. На
Тереспольском укреплении, якобы подконтрольном противнику, развернулись
упорные бои. Советские пограничники, оправившись от шока, используя для
маскировки складки местности и густую растительность, сумели нанести врагу ряд
43
www.brest-sv.com
чувствительных ударов. Отражая многочисленные атаки на обороняемые участки
(казармы, автопарк, ДОТ на северо-западной окраине острова), воины в зеленых
фуражках заняли выгодные позиции и предприняли несколько смелых вылазок. В
результате уже в первой половине дня переброска дополнительных сил гитлеровской
пехоты через территорию острова была совершенно парализована. Более того, в ходе
боестолкновений здесь были окружены и уничтожены командир 135-го батальона и
командир 1-го дивизиона 99-го артполка 45-й дивизии (вместе с оперативной
группой штаба в полном составе).
Схожая картина наблюдалась на Волынском укреплении. Подразделения
гитлеровцев через несколько часов прокатились через территорию госпиталя (среди
его персонала и пациентов было к тому моменту много погибших и раненых,
пытавшийся организовать какое-то сопротивление батальонный комиссар Н.С.
Богатеев был убит в рукопашной схватке), но застряли в расположении полковой
школы 84-го стрелкового полка. Здесь в ночь на 22-е июня оставались немногие основной личный состав был на занятиях вне крепости. Тем не менее застигнутые
артобстрелом курсанты не пали духом. Вместе с нарядом пограничников, несшим
службу на острове, они оказали упорное сопротивление в районе Южных ворот
(командование группой принял лейтенант М.Е. Пискарев). Эти позиции защитники
затем удерживали в течение суток.
В результате о бравурных рапортах агрессорам пришлось временно забыть.
Командование 45-й дивизии в 13.15 приняло решение вовлечь в операцию силы 133го пехотного полка, находившегося в резерве. Однако и это не помогло. После
полудня положение оставалось почти угрожающим. В центре крепости были
блокированы остатки штурмового отряда (из-за чего не могли быть применены
тяжелые орудия и минометы), на Кобринском укреплении был захвачен лишь
плацдарм в его прибрежном западном секторе, Волынское и Тереспольское, как уже
сказано, тоже сопротивлялись. Дальше продвинуться не удавалось. «Защитники
крепости стояли насмерть», - написал известный германский историк и публицист
Пауль Карел в своей книге «Барбаросса: от Бреста до Москвы».
В 14.30 на занятый немцами участок Кобринского укрепления прибыл
командир 45-й дивизии генерал Шлипер, чтобы лично оценить ситуацию. Вывод:
взять Цитадель силами одной пехоты и в ближнем бою невозможно. Немецкий
военачальник с удивлением обнаружил, что ожесточенность сопротивления
гарнизона только нарастает. Русские успешно отбили в Цитадели и на Северном
острове не менее 8 атак. Он отдает распоряжение о введении в акцию
дополнительных сил, чтобы сделать кольцо окружения максимально плотным. Затем
связывается со штабом округа и предлагает с рассветом, после отвода своей пехоты,
который удобнее произвести под покровом темноты, возобновить интенсивный
обстрел крепости из тяжелых орудий. Шлипер уже знает о весьма прискорбных
потерях в подразделениях подчиненных ему частей и не желает их увеличения. В
штабе корпуса с ним соглашаются. Крепость решено взять огнем и измором.
На Кобринском укреплении к моменту вылазки Шлипера и его офицеров
также разгорелся нешуточный бой. Здесь дрались бойцы 44-го стрелкового полка,
разрозненные группы из 333-го и 125-го полков, 393-го отдельного зенитного
артиллерийского дивизиона. В северной части острова их попытался объединить
командир 44-го полка майор П.М. Гаврилов - едва ли не единственный старший
офицер на весь гарнизон защитников. Ему удалось не только организовать людей,
разбить их на две роты и назначить в них командиров, но также быстро наладить
связь, создать выгодные огневые позиции, сформировать штаб, оборудовать
командно-наблюдательный пункт и даже подумать о снабжении и
импровизированном лазарете. В распоряжении защитников укрепления были
44
www.brest-sv.com
станковый и несколько ручных пулеметов, две противотанковых пушки, две
зенитки. Благодаря решительности воинов, главный вал укрепления восточнее
Северных ворот около двух суток оставался неприступен. После его потери
красноармейцы и командиры отошли в Восточный фор который со временем
превратился в наиболее мощный рубеж обороны. Возглавил ее П.М. Гаврилов, ему
помогали капитан К.Ф. Касаткин, политрук С.С. Скрипник.
Кроме того, здесь, на Кобринском укреплении, сложилось еще два
независимых очага сопротивления: расположение 125-го стрелкового полка,
включая дома комсостава (они стояли рядом с полковыми казармами) и участок вала
у Восточных ворот. Действиями защитников руководили батальонный комиссар С.В.
Дербенев, капитан В.В. Шабловский, лейтенант И.Ф. Акимочкин, старший политрук
Н.В. Нестерчук.
Ошеломленные внезапным ударом, увидевшие воочию смерть и кровь, те, кто
остались за рвами и валами, еще несколько раз пытались выйти из Брестской
крепости и занять заранее определенные позиции справа и слева на флангах, как того
требовал план боевой готовности. Абсолютное большинство советских воинов еще
не верило, что началась война. Ведь столько твердилось о возможных
«провокациях»! Разрозненные сражающиеся группы отчаянно пробовали связаться
друг с другом и с командованием, Последнее не удалось почти никому. В этой
ситуации вызрело одно главное решение - оборонять крепость! Всеми силами
продержаться до подхода частей Красной Армии, которые, как думали, уже спешат
на помощь... Так из отдельных подразделений, отдельных бойцов и командиров
начал формироваться гарнизон защитников.
По прошествии нескольких часов в Цитадели и Кобринском укреплении
оставалось около 3500-4000 человек, в том числе женщины и дети. С большой
степенью вероятности приведенные цифры соответствуют действительности.
Сегодня они приняты за основу большинством исследователей и военных историков.
...К исходу 22-го июня 1941 года враг не смог выполнить поставленной задачи
- овладеть крепостью с хода. Обходя Брест, действовавшие на флангах 31-я и 34-я
пехотные дивизии вермахта ушли далеко вперед, преодолев 20-25 километров. 45-я
же дивизия, сформированная некогда на базе бывшей 4-й дивизии Союзной армии
Австрии, участвовавшая в маршах на Варшаву и Париж и считавшаяся образцовой
дивизией «земляков» фюрера, сильно обломала кости о старую русскую крепость. В
месте, которое в планах вторжения если и занимало первую, но все же едва
заметную строчку.
Безвозвратные потери гитлеровцев составили 21 офицер и 290 унтер-офицеров
и солдат. Это было, по меркам прошлых кампаний, чрезвычайно много. Генераллейтенанту Шлиперу было о чем задуматься.
Между тем, истек всего лишь первый день войны.
Солдаты и стены
5 часов утра, 23-го июня. На Цитадель и Кобринское укрепление накатил
огневой вал. С позиций по ту сторону Буга била штурмовая артиллерия. 45-я
дивизия начинала все сначала.
Сотни снарядов падали плотно, тяжкими кувалдами ударяя по стенам и валам.
Огонь, благодаря корректировщикам, был точным - западная часть оборонительной
казармы оказалась вне обстрела. Гитлеровцы старались не поразить своих -
45
www.brest-sv.com
расстояние между залегшими на берегах реки солдатами в стальных касках и
защитниками крепости, равнялось кое-где дистанции пистолетного выстрела.
В перерывах артподготовки фигуры с автоматами отрывались от земли, пробуя
преодолеть эти проклятые десятки и сотни метров. Их встречали пули. Взводы
атакующих снова залегали в траву. Где-то далеко за рекой лязгали замки пушек и
гаубиц. Снова оглушающие залпы. Над крепостью - фонтаны дыма и пламени.
Пауза. И все повторяется по кругу.
Через пару часов бывшую границу пересек спецавтомобиль с рупорами на
крыше, высланный из штаба 4-й армии вермахта. Его подогнали как можно ближе к
пограничной реке. Примерно в 9 утра через динамики раздались призывы о
капитуляции. «Сопротивление бесполезно... Немецкое командование предлагает вам
сдаться...».
Крепость отвечала однообразно - разящим свинцом.
Через некоторое время командир 45-й дивизии Шлипер, не очень надеясь на
действенность «пропагандистского броневика, задумался о применении танков. Так
как своих не имелось, были предприняты «попытки подчинить себе проходившие
через расположение дивизии» - то есть направлявшиеся на передовую.
Одновременно продолжился интенсивный артобстрел.
Положение обороняющихся оставалось тяжелым. Большинство складов,
зданий, материальная часть подразделений были уничтожены или разрушены.
Перестал действовать водопровод, не было связи. Через бойницы и окна, из укрытий
в валах защитники наблюдали схватки и слышали стрельбу, но установить прямой
контакт между собой им было, конечно, чрезвычайно трудно. Тем не менее,
разрозненные малочисленные группы и отдельные стрелки, пробиваясь через
препятствия, начали сливаться в более крупные отряды. В Цитадели возникла
цепочка очагов сопротивления, благодаря которой с рассвета 2 3-го июня линией
«фронта» стал, за малыми исключениями, весь эллипс оборонительной казармы - то
есть почти два километра крепостных стен!
46
www.brest-sv.com
В районе Тереспольских ворот командование обороной приняли начальник 9-й
погранзаставы лейтенант А.М. Кижеватов, лейтенанты 333-го стрелкового полка
А.Е. Потапов и АС. Санин. В башне над этими воротами вместе с небольшой
группой воинов находился лейтенант АФ. Наганов. В расположении 333-го полка
(фашисты в период осады называли его «домом офицеров») бились красноармейцы,
среди которых находился начальник химической службы полка старший лейтенант
Н.Г. Семенов. Слева от них - бойцы 132-го батальона НКВД, в северо-западной
части оборонительной казармы вели огонь красноармейцы 44-го стрелкового полка и
отдельные бойцы 31-го автобата - ими командовали старшие лейтенанты Л.И.
Семененко, В.И. Бытко, младший лейтенант Ин. Сгибнев. Еще дальше, глядя по
ходу часовой стрелки, держались подразделения 45 5-го стрелкового полка, ведомые
лейтенантом ЛА Виноградовым. Белый дворец и казарму 33-го инженерного полка
обороняла группа под командованием старшего лейтенанта Н.Ф. Щербакова и
взявшего инициативу на себя рядового А.К. Шугурова. К юго-востоку, на участке
оборонительной казармы, примыкающем к Холмским воротам, и в здании
Инженерного управления организовывал оборону и отдавал приказы полковой
комиссар Е.М. Фомин.
В 10 утра канонада стихла. Возле Тереспольских ворот, издали подавая знаки,
появился немецкий офицер. Из проема к нему вышел человек в белесой от пыли и
пота гимнастерке. Это был лейтенант-пограничник А.М. Кижеватов. Парламентер
предложил ему и другим участникам обороны сдаться. Взамен за сложение оружия
гитлеровское командование обещало две вещи: сохранить защитникам жизнь и
47
www.brest-sv.com
хорошо обращаться с ними в плену. Кижеватов вернулся к товарищам, передал суть
ультиматума. Решение было единогласным - сражаться до конца!
После полудня появились «привлеченные» командованием 45-й дивизии
танки. Один из них советским бойцам удалось остановить, забросав ручными
гранатами. Второй был подбит неподалеку от Северных ворот выстрелом из
зенитного орудия. При этом само орудие, установленное бесстрашными
артиллеристами на прямую наводку, было уничтожено вражеским снарядом. Разрыв
разметал расчет, раненых добили фашистские пулеметчики.
Третий танк прорвался через Брестские ворота в Цитадель. По свидетельству
участников боев, когда он влетел на мост, на пути стальной массы встал
тяжелораненый пограничник с пулеметом. У него была оторвана нижняя челюсть, но
истекающий кровью герой твердо держал оружие. Словно не замечая пуль,
прицельно, короткими очередями, он бил по смотровым щелям надвигающегося
танка. Бронированная машина опрокинула одинокую фигуру... Затем прошла через
ворота и, оказавшись во внутреннем дворе Цитадели, проутюжила еще несколько
огневых точек в грудах кирпича и воронках. Под гусеницами, по воспоминаниям
участника обороны, бывшего командира стрелкового взвода 45 5-го стрелкового
полка А.Н. Махнача, погибли также обездвиженные раненые, которые находились
здесь. Но вот раздались точные выстрелы орудия 333-го полка - и третий танк,
дернувшись, замер, объятый пламенем.
Во второй половине дня, после нескольких отбитых гарнизоном атак, отряды
гитлеровцев все-таки взяли под контроль некоторые участки оборонительной
казармы на северо-западе Цитадели. Пограничники, красноармейцы 44-го
стрелкового полка, 132-го конвойного батальона, ряда других подразделений
вынужденно отошли в подвалы здания 333-го полка.
На Кобринском укреплении к тому времени было подавлено сопротивление в
его западной части, гитлеровцы методично «очищали» казематы с помощью гранат...
Ими было захвачено и Волынское укрепление - исключая пятачок у Южных ворот.
Сражался еще Западный остров. Стойко дрались советские воины и в восточной
части Кобринского укрепления.
Небо над крепостью застилал дым пожаров. Стояла невероятная жара.
Измученные люди испытывали нарастающие страдания. Все нижнее белье уже было
использовано для перевязок, раны гноились и кровоточили. Раненые умирали в
жутких муках. Не было еды, однако самым зловещим являлся призрак жажды,
повисший над горячими руинами. Дьявольский план фашистского командования
исполнялся четко и по пунктам: все подходы к рукавам Мухавца и Буга находились
под прицелом засевших в окопах и за деревьями на другом берегу солдат 45-й
дивизии. Простреливался каждый метр. Бросок к реке, наполненная теплой речной
водой фляга стоили непомерно дорого. Часто - дороже жизни.
Пользуясь направлением ветра, гитлеровцы продолжали регулярные
трансляции из своего передвижного агитпункта. Автомобиль с громкоговорителями
перемещался на Кобринском укреплении вблизи линии огня. В 18.30, после сильного
артналета, через рупоры донеслось очередное объявление. Желающим сдаться было
отведено на принятие решения ровно полчаса.
Из развалин и казематов начали с опаской выбираться люди. Согласно данным
из боевого донесения 45-й дивизии «О взятии Брест-Литовска», в плен на второй
день войны сдались около 1900 человек. Других сведений о количестве тех, кто
поддался, просто нет. Среди них были военнослужащие (в том числе недавние
призывники), однако, вне всякого сомнения, было также большое число женщин и
детей. Многих из них попросили покинуть стены укреплений сами защитники. Как
ни горько это было сознавать, родные и близкие становились лишними мишенями.
48
www.brest-sv.com
Ободренные такой удачей, гитлеровцы вскоре перегнали пропагандистскую
автомашину на Южный остров, где затем до полуночи пробовали с помощью
прокламаций склонить обороняющихся к сдаче. Желающих выйти с поднятыми
руками больше не нашлось. А когда упала темнота, о пропаганде пришлось забыть.
В небо взвились осветительные ракеты, над берегами Мухавца и Буга повисли
пунктиры трассирующих пуль. То там, то тут группы защитников пробовали
преодолеть водный рубеж и с боем вырваться из кольца окружения. Большинство
бойцов погибло от пуль, их расстреливали почти в упор - и лишь несколько самых
удачливых добрались в эту ночь до противоположного берега и растворились в
прибрежных зарослях.
Наступил третий день обороны. Гёнерал Шлипер, наблюдая упорство
осажденного гарнизона и опасаясь новых потерь в живой силе, которые и без того
превосходили все расчеты, признал тактику изнурения наиболее подходящей. Голод
и жажда сейчас являлись оружием, которое следовало хладнокровно использовать.
Утро началось артобстрелом, по силе сопоставимом с огненным ураганом
начала войны. По крепости «работали» 150 штурмовых орудий. В этом хоре
раздавалось нечто потрясающее все и вся - на Цитадель и Кобринское укрепление
падали снаряды самоходной системы «040» («Карл») весом более двух тонн.
В этот день в районе боевых действий находились германские журналисты.
Вот что сообщал в Берлин с пометкой «срочно» корреспондент журнала «Сигнал»:
«Немецкая артиллерия и немецкие бомбардировщики штурмуют Брест-Литовск. Три
дня наша пехота лежит на берегу перед Цитаделью. 10 часов утра… В казематах и
казармах сражаются... советские солдаты с упрямой настойчивостью. Вокруг горят
дома и по полю перекатывается отравленный дым. Советские стрелки стреляют с
крыш. ... 11 часов 30 минут. Еще раз вступает в бой немецкая артиллерия.
Начинается канонада страшной силы. Адский шум заглушается низким голосом
гигантской мортиры. Поднимаются облака дыма высотою с дом, взлетают на воздух
пороховые погреба, дрожит земля.»
Почему же гитлеровцам было так нужно и так важно покорить старую
крепость?
Приведем здесь еще одну цитату - из доклада командующего 4-й армией
генерал-фельдмаршала фон Клюге «О боях за крепость Брест-Литовск». «Ключевую
позицию занимала крепость Брест-Литовск, - писал он, - и, прежде всего, ее
Цитадель, которая сыграла важную роль уже в 1915 и в 1939 гг. Нельзя было обойти
49
www.brest-sv.com
крепость и оставить ее незанятой, так как она преграждала важные переправы через
Буг и подъездные пути к обоим танковым шоссе, которые имели решающее значение
для переброски войск и обеспечения снабжения».
Артиллерийский обстрел подчинялся строгому алгоритму: в минуты затишья
ветер вновь разносил усиленные динамиками призывы к прекращению
«бессмысленного сопротивления».
Наконец, в течение четверти часа, с 11.30 до 11.45, на укрепления обрушилась
огненная волна особой силы. Через минуту после удара через Тереспольские и
Холмские ворота в Цитадель прорвались мощные атакующие цепи. Это был
штурмовой отряд 133-го пехотного полка, направленный на выручку находившихся
в здании клуба остатков первого «эшелона вторжения», окруженных и запертых там
еще 22 июня. Отряд «вытащил» и эвакуировал около полусотни своих солдат,
многие из которых были ранены и едва передвигались.
В ходе этой атаки гитлеровцы внедрились в центр Цитадели, заняв ряд
расположенных тут строений, в том числе часть казармы 45 5-го стрелкового полка.
Здесь началась пальба в упор, затем перешедшая в беспощадный рукопашный бой.
Одновременно усилился натиск на самом крупном - Кобринском - укреплении,
где захватчикам удалось завладеть большей частью главного вала. Была пленена
отважно сражавшаяся группа капитана В.В. Шабловского. В то же время
предпринимались настойчивые попытки взять Восточный форт, где закрепились
несколько сотен советских воинов во главе с майором П.М. Гавриловым. До этой
поры форт, благодаря умелой организации обороны, был неприступен для пехоты.
На очень выгодной позиции его защитники установили счетверенный зенитный
пулемет, в результате чего получался практически круговой сектор обстрела. Во
взаимодействии с другими огневыми точками эта установка опрокидывала любые
атаки. При этом потери врага убитыми и ранеными уже составили десятки человек.
Однако после полудня вследствие прямого попадания снаряда счетверенный
пулемет был превращен в груду металла. Под прикрытием танка гитлеровцам
удалось подобраться вплотную и подорвать ворота форта. Внутренний двор
вражеские пехотинцы забросали гранатами. Майор Гаврилов, оцепив обстановку,
отдал приказ: не оставляя позиций во внутренней казарме форта, части личного
состава перейти в помещения конюшни на внешней стороне вала.
Таким образом общая ситуация тех, кто отбивал атаки, серьезно ухудшилась.
Командование 45-й дивизии, узнав из оперативных докладов о явных успехах (к
тому времени был полностью «зачищен» и Южный остров) и нисколько не
сомневаясь в скором падении всей обороны, впервые отрапортовало в штаб армии о
взятии крепости.
Однако реальность вновь оказалась иной.
Во второй половине дня в казарме 33-го инженерного полка состоялось
совещание командиров обескровленных, но не сломленных защитников Цитадели.
Не поддаваясь эмоциям, начали по-деловому - с уточнения и оценки ситуации. Для
этого по приказу полкового комиссара Е.М. Фомина была проведена ревизия
боеприпасов и продовольствия, предприняты новые попытки связаться с соседями
по обороне. Продолжение совещания планировалось в 18.00, однако собрались вновь
командиры только к 20.00. Картина из докладов проступала безрадостная. Казематы
были переполнены ранеными и умирающими, патроны - на исходе, орудия большей
частью уничтожены, пулеметы перегревались без воды.
В горячем и душном воздухе витала еще одна, самая тяжелая данность. Теперь
большинству собравшихся было ясно: то, что происходит в крепости и вокруг нее, отнюдь не «провокация» Кровь погибших товарищей, слезы жен, дети с
растрескавшимися пересохшими губами, с плачем просящие глоток воды, - это
50
www.brest-sv.com
совсем другое. Это страшный лик настоящей войны. А значит, вряд ли стоит
рассчитывать на Наркоминдел, на скорую помощь...
Итогом совещания стал Приказ №1. Согласно ему, оставшиеся силы
объединялись в одну сводную группу. Командование ею принимая капитан И.Н.
Зубачев. Заместителем был назначен полковой комиссар Е.М. Фомин, начальником
штаба старший лейтенант А.И. Семененко. Связные образованного штаба
немедленно отправились по участкам обороны - все живые, все, кто мог держать
оружие и сражаться, должны были войти в единую цепочку сопротивления. Но, как
показало ближайшее будущее, эффективно наладить боевое взаимодействие было
уже крайне трудно.
В тот день, 24 июня, у защитников Цитадели была только одна удача: бойцы
комиссара Фомина отыскали неповрежденные склады боеприпасов. В том числе
новенькие, в смазке, пистолеты-пулеметы Дегтярева, патроны к ним, а также
минометы с боезапасом. Это оружие немедленно применили для отражения атак в
южной части Центрального острова.
В этот же день защитники отправили в плен большую группу женщин и детей.
Это был выбор из плохого и худшего… Гитлеровцы беспрепятственно позволили им
выйти.
Опустилась ночь. Тревожная, грозная, кровавая. Одни бойцы падали от
усталости и засыпали на винтовочных прикладах. Другие, рискуя жизнью, ползли к
темной воде Мухавца или Буга, чтобы зачерпнуть драгоценной влаги. Третьи в
составе боевых групп выжидали момент для рывка за пределы железного кольца.
Одну из таких групп прорыва на Кобринском укреплении возглавил лейтенант А.Л.
Домиенко. Она двинулась в направлении Восточных ворот. Но сильнейший
заградительный огонь вынудил воинов с потерями вернуться в Восточный форт…
Горький рассвет нового дня - 25 июня 1941 года. Цитадель уже не гвоздят
крупнокалиберные гостинцы тяжелых гаубиц. Немцы не решаются на мощную
артподготовку - на укреплениях развернулись ближние бои. Нападавшие и
оборонявшиеся теперь - в одном смертельном клубке. Сражение идет за каждый
этаж и каждый подвал. От противника порой отделяют стена или несколько
ступеней, оружием становятся штык и саперная лопата.
С помощью саперов фашисты решили покончить с самыми крепкими
«орешками», подрывая и подвалы. В ход пошли также огнеметы.
«Чтобы исключить огонь из дома офицеров (казарма 333-го полка) на
Центральном острове в сторону Северного острова... подрывникам из 81-го
батальона приказано взорвать здание и очистить его от русских. С крыши этого дома
были спущены заряды до уровня оконных проемов. Раздались крики и стоны
раненых русских, однако они продолжали стрелять. День минул в беспрерывных
ближних боях», - записал командир 45-й дивизии в боевом донесении.
Генерал-лейтенант Шлипер далее с сожалением отметил, что подавить очаги
сопротивления на Кобринском укреплении не удается, так как без поддержки танков
единственный оставшийся огнемет (из девяти имевшихся) «не может быть
использован».
Саперам немецкого батальона в конце концов удалось обрушить одну из
метровых стен казармы 333-го полка. Оглушенные страшным взрывом, истекающие
кровью защитники были расстреляны в упор или взяты в плен.
На ряде участков советские воины предприняли еще несколько отчаянных
попыток прорыва. В том числе мелкими группами и поодиночке - казалось, так
можно добиться лучшей маскировки. В абсолютном большинстве случаев эти
попытки заканчивались трагически. Погибла группа старшего лейтенанта Н.Ф.
Щербакова, в которую входили красноармейцы 3 3-го отдельного инженерного
51
www.brest-sv.com
полка. Та же упасть постигла бойцов 44-го стрелкового полка, ведомых старшим
лейтенантом ВИ. Бытко. Сам командир в жестокой схватке был пленен. Позднее он
совершит побег из колонны военнопленных, бросившись в Буг, но все же не
доплывет до другого берега, погибнет от автоматных очередей...
Зато попытки захватить Восточный форт 25 июня не увенчались успехом.
Очередная атака - и новые трупы гитлеровских солдат покрыли обширную поляну
перед подковообразным укреплением. В штабе 45-й дивизии решают более не
рисковать. «Сломить русских помогут голод и жажда, кроме того, следует
применить все возможные средства: непосредственный обстрел из танков, воззвания
через мегафоны, разбрасывание листовок с призывами к сдаче». Из показаний
перебежчиков (таковые, пусть единицы, но были - и это тоже правда войны)
фашисты уже знали, что в непокорном форту сражаются около 370-и бойцов и 20-и
командиров, что у них не хватает продовольствия. Знали также, что у защитников
совсем мало воды, которую они добывают из выкопанных в земляных полах
казематов ям. Знали и то, что душой обороны является какой-то майор.
Шлипер в этот же день добился передачи в свое подчинение танкового взвода
из состава бронепоезда 228, находившегося в районе Бреста. Взвод состоял из 3-х
трофейных французских машин «Сомуа» S-35. Кроме того, в 45-й дивизии
пробовали починить и использовать для штурма форта два трофейных советских
танка. Гитлеровцы рассчитывали, что танки смогут подходить вплотную и стрелять
прямо по амбразурам.
В ночь на 26 июня в район Брестских ворот начали подтягиваться тающие
резервы отважного гарнизона. Наутро был назначен большой и дерзкий прорыв. В
нем участвовало ядро сводного отряда, сформированного приказом №1. Согласно
разработанному плану в авангарде шла группа самых отчаянных храбрецов примерно 120 человек. Без предварительной разведки, внезапно, они должны были
проломить и удерживать коридор у моста через Мухавец, по которому выйдут
остальные. Ударной группе выделили лучшее оружие и по возможности полный
боекомплект. Она не могла отступать.
В бойницах и окнах казармы к рассвету были подготовлены позиции огневого
прикрытия. Руководили операцией капитан Зубачев и комиссар Фомин. И вот ровно
в полдень командир группы прорыва лейтенант ЛА Виноградов, начиная атаку
громко крикнул: «За родину! Вперед!» Передовой отряд бросился к реке. Один взвод
(пулеметный) перебежками к мосту три остальных (стрелковые) - к берегу рукава
Мухавца, затем - вплавь. Из заранее оборудованных пулеметных гнезд противник
тут же открыл ураганный прицельный огонь. Почти весь первый взвод, бежавший по
мосту, как писал в воспоминаниях сам Виноградов, был в считанные минуты скошен
свинцом.
Атака захлебнулась. Виноградов, видя замешательство, крикнул товарищам,
чтобы прикрыли огнем. Стены казармы выплеснули по фашистским огневым точкам
град пуль. Лейтенант метнулся вперед и побежал по мосту, за ним устремился взвод
бойцов. Они заняли небольшой плацдарм для круговой обороны - дальше следовало
завязать бой и держать «коридор», оттягивая внимание врага. Однако основные силы
прорыва почему-то не успели выдвинуться к реке - драгоценные минуты истекали...
Гитлеровцы опомнились и быстро выдали корректировку артиллерии. На позиции
сосредоточения главных сил защитников посыпались снаряды. Время было
упущено, противник начал подтягивать резервы.
Прорыв не состоялся. Над руинами Цитадели взвилась красная ракета. То был
условный сигнал ударному отряду - «Продвигайтесь дальше». С боем Виноградов и
его бойцы начали движение вдоль берега реки... На окраину Бреста в конце концов
52
www.brest-sv.com
выйдет только 70 из 120, а после возникшего боя с вражеской пехотой останутся в
живых и будут пленены лишь 13 из них...
В последующие дни гарнизон продолжал сражаться, однако силы покидали
защитников. К мучениям от ран и жажды добавилось новое испытание тошнотворный смрад от разлагающихся трупов. Но свидетельству участников
обороны, «тяжелая атмосфера налила с ног малосильных и легко раненых». Враг там
и тут уже пробирался по отсекам оборонительной казармы, подрывая перегородки,
выжигая помещения огнеметами, сталкиваясь с обороняющимися в жестоких
рукопашных стычках. 29 июня, прикрывая ушедших на прорыв товарищей, погиб
А.М. Кижеватов.
29-30 июня крепость пережила еще один решительный штурм. Оконные
проемы зданий Цитадели, где укрывались советские воины, расстреливались прямой
наводкой из танков и орудий. Подвалы засыпались гранатами и заливались
горящими нефтепродуктами. На Восточный форт, который у гитлеровцев уже стоял
костью в горле, были вызваны самолеты люфтваффе.
После нескольких кровопролитных атак штаб сопротивления был
ликвидирован, Зубачев и Фомин оказались в плену.
Поднявшиеся с аэродрома в местечке Малашевичи, что в десятке километров
за Бугом, «юнкерсы» в 8 утра подвергли Восточный форт мощной бомбардировке,
сбросив 500-килограммовые бомбы. Однако форт выдержал. И продолжал
огрызаться огнем. Вперед пошли два танка, стреляя в упор. Бесполезно... После
обеда в небе вновь загудели бомбардировщики. Снова 500-килограммовые фугасные
«чушки»... Вот один из самолетов еще раз заходит на бомбометание. Гитлеровский
ас не промахнулся: в правый угол внешнего вала попадает бомба весом 1,8 тонны.
От ее разрыва заколебался не только форт - дрогнула земля во всем Бресте. К вечеру
неприступный бастион все же был захвачен - гитлеровцы взяли в плен его
защитников, среди которых еще оставались женщины и дети.
Весь следующий день гитлеровцы продолжали обыскивать казематы Цитадели
и Кобринского укрепления, пленяя раненых и выжигая подозрительные места. Тогда
же, 30 июня, младший сержант Р.К. Семенюк с рядовыми И.Л. Фольварковым и
Тарасовым спрятали, закопав в землю, знамя своей части - 393-го отдельного
зенитного артиллерийского дивизиона.
Командование 45-й дивизии еще раз доложило в штаб 12-го корпуса вермахта
о взятии крепости. В донесении указывалось число взятых в плен воинов гарнизона,
а также расписывались захваченные трофеи.
Твердыня лежала в руинах. Основная оборона была завершена. Однако
педантичный враг еще раз - который уже! - ошибся и выдал желаемое за
действительное. Нет, крепость не пала!
Отдельные группы бойцов героически дрались здесь еще дни, недели.
В начале июня в неравной рукопашной схватке были захвачены в плен
последние воины-артиллеристы, оборонявшие участок вала у Восточных ворот. В
знаменитом Восточном форту в ночь на 13 июля находилась группа бойцов во главе
с майором Гавриловым, который отнюдь не пустил себе пулю в висок как доложили
генерал-лейтенанту Шлиперу. Раздавались в июле выстрелы в расположении 333-го
стрелкового полка, Белом дворце, в части оборонительной казармы, примыкающей к
Белостокским воротам, у Тереспольских ворот. С Западного острова в Цитадель в
одну из ночей пробились воины-пограничники. 10 июля нескольким из них удалось
выйти из окружения.
Только 23 июля, на 32-й день с начала войны, принял свой последний бой
защитник крепости майор Гаврилов, ставший впоследствии Героем Советского
Союза. Гитлеровцы не стали расправляться с раненым изможденным воином,
53
www.brest-sv.com
несмотря на то, что он успел швырнуть в них гранату и ее осколком был убит один
из солдат. Немецкие военачальники не раз и не два признавали мужество гарнизона.
Командующий 4-й армией генерал-фельдмаршал фон Клюге, например, так
высказался о боях за крепость: «Результатом применения всех... боевых средств
является полное опустошение крепости... Враг защищался упорно и ожесточенно».
Время сохранило еще более поразительные свидетельства мужества и
стойкости советских воинов, проявленные здесь, на берегу Буга.
«Я умираю, ноне сдаюсь! Прощай, Родина! 20.VI1-41», - такая надпись была
обнаружена в 1952 году на стене оборонительной казармы в районе Белостокских
ворот. Она была сделана неизвестным героем на 29-й день войны. «Умрем, но из
крепости не уйдем», - выцарапали штыком такие же герои в каземате вблизи
Брестских ворот.
Добавить к подобным словам нечего.
54
www.brest-sv.com
Только за первую неделю боев, в период с 22 по 30 июня 1941 года, и только
по данным самого же гитлеровского командования (наверняка приуменьшенным,
ибо на то существовали веские причины), потери 45-й пехотной дивизии составили
482 человека убитыми и свыше 1000 ранеными. Это составило свыше 5 % всех
потерь вермахта на всем огромном Восточном фронте - от Балтики до Карпат!
Невероятно, но - факт. Возможно, как военный объект Брестская крепость была
уничтожена. Но она так и не была покорена.
По следам легенды
«Когда говорят о мужестве, вспоминают Брест, когда говорят об
испытаниях, вспоминают Брест, когда говорят о жизнях, отданных за нашу землю,
вспоминают Брест.
Это общее для нас начало войны, символ этого начала - трагического и
героического. И когда мы говорим «Брест» ведь это мы думаем не только о
защитниках Бреста, мы думаем вообще о том, как мы выстояли, как мы
остановили врага, как мы разрушили его планы, как немцы не дошли за 6 недель до
Москвы, как рухнул блицкриг, как они проиграли войну»
В сорок первом враг продолжал идти на Восток. Танковыми клиньями
разрывалась советская оборона, моторизованные дивизии двигались вперед, зажимая
в клещи части Красной Армии. Конфигурация линии фронта менялась быстро и
неизменно в пользу Германии. План «Барбаросса» казался гениальным
предвидением. Нацистский вождь настолько уверовал в скорую победу над СССР
что 14 июля 1941 года даже распорядился несколько ограничить военное
производство.
Гитлер вовсю строил планы возведения шикарных курортов рейха в Крыму но
некоторые германские полководцы тогда же, в сорок первом, впервые позволили
себе в чем-то усомниться. Эта война не была похожа ни на одну из европейских
кампаний. Отрезанные от фронта, окруженные советские части продолжали
сражаться с замечательными упорством и отвагой. На оккупированных территориях
не было спокойного тыла - никакой «новый порядок» не мог гарантировать полное
повиновение послушание. Скорее наоборот - зверства и жестокость завоевателей
вызывали праведную ненависть народа.
«…Именно в те черные, полные горечи дни отступления в наших войсках
родилась легенда о Брестской крепости. Трудно сказать, где появилась она впервые,
но, передаваемая из уст в уста, она вскоре прошла по всему тысячекилометровому
фронту от Балтики до причерноморских степей. Это была волнующая легенда.
Рассказывали, что за сотни километров от фронта, в глубоком тылу врага, около
города Бреста, в стенах старой русской крепости, стоящей на самой границе СССР,
уже в течение многих дней и недель героически сражаются с врагом наши войска».
Эти строки написал Сергей Сергеевич Смирнов, фронтовик и писатель, который
спустя годы помог вызволить из плена забвения героев брестской твердыни.
Шаг за шагом, ценой невероятного напряжения, вырывали отступающие
советские дивизии, полки, батальоны, истекающие кровью роты и взводы
драгоценные дни из графика «Барбароссы. Военная машина вермахта работала с
полными оборотами, однако мощь ее дробилась тысячами безвестных «крепостей»,
которые возникали всюду. Враг терял силы, его наступательные операции - темп.
Все это приблизило первую, столь нужную и важную, победу - разгром
гитлеровских войск под Москвой. Абсолютно справедливо утверждение, что без
55
www.brest-sv.com
величайшего мужества и самопожертвования первых защитников стране не удалось
бы выстоять перед ударом грозного, решительного и весьма умелого врага.
В начале сорок второго инициатива на некоторых участках фронта перешла к
Красной Армии. Именно тогда, в ходе боев в районе города Ливны, оказалась
разбита 45-я пехотная дивизия вермахта, почти девять месяцев назад штурмовавшая
Брестскую крепость. При этом был захвачен ее штабной архив, в том числе
известное донесение о взятии Брест-Литовска, подписанное генерал-лейтенантом
Шлипером.
21 июня 1942 года, к первой годовщине начала войны, в газете «Красная
Звезда» появился небольшой очерк полковника М. Толченова «Год тому назад в
Бресте». В основу его легли факты, почерпнутые из трофейных документов. Не
вызывало никаких сомнений, что Брестская крепость сражалась воистину
героически. Поразив стойкостью даже врага.
Так гордая легенда, о которой вспоминал С.С. Смирнов, стала проступать
наяву, обретая какие-то реальные черты.
...Уходили долгие месяцы войны, позади были Сталинград, Курская дуга,
сражение за Днепр... Через три года после вероломного нападения фашистской
Германии на СССР почти день в день, в Белоруссии началась стратегическая
наступательная операция «Багратион» (23 июня 1944 года). Это была величайшая по
замыслу и размаху битва в истории человечества, одна из сияющих вершин военной
мысли. Силами четырех и при поддержке еще двух фронтов советские войска
двинулись вперед, нанося противнику мощные удары, в том числе там, где он этого
никак не ожидал, перехватывая инициативу, сметая вражеские дивизии, захватывал
важные плацдармы и освобождал многострадальную белорусскую землю.
На запад шли отважные, закаленные, хорошо вооруженные, знающие цену
поражений и побед воины - и не существовало силы, способной остановить их. В
операции участвовало более 2,4 миллиона солдат и командиров, бои велись на
военном театре протяженностью 1200 и глубиной 600 километров. Руководил
грандиозным многоэтапным сражением гениальный советский полководец маршал
Г.К. Жуков.
Германский Генштаб полагал, что главный удар Красной Армии будет нанесен
на юго-западе, в районе Львова. В действительности, благодаря ряду отвлекающих
маневров и скрытной переброске сил, на острие удара оказался германский выступ
на линии Витебск-Бобруйск-Минск. Сломав оборону гитлеровцев, советские войска
окружили стотысячную группировку противника в районе Минска. Это было
56
www.brest-sv.com
началом конца группы армий «Центр». 4-я германская армия бросилась на прорыв,
но 40 000 ее солдат остались лежать убитыми в лесах. Трудно себе представить
более наглядный урок истории! Возмездие за пропитанный горечью и кровью сорок
первый год свершилось: в котле бесславно (и теперь уже окончательно) погибла и
45-я пехотная дивизия вермахта, которая до того, теряя основное ядро, трижды
подвергалась переформированию.
3 июля 1944 года советские войска освободили Минск. Для превращенной за
годы оккупации руины белорусской столицы этот день стал великим, самым
дорогими светлым праздником.
Стратегический прорыв ширился. Операцией «Багратион» перед Берлином
был грозно и в полный рост поставлен вопрос о судьбе войны. В сражениях
гитлеровцы лишились 28 дивизий и 350 тысяч солдат. От самой значительной и
самой сильной германской группы армий «Центр» осталось лишь восемь изрядно
потрепанных дивизий. Немецкие газеты вынуждены были написать о битве
«апокалипсического» масштаба. Советские войска продолжали двигаться к границам
СССР. Впереди был Брест.
18 июля, в 5.30 утра, началась Люблинско-Брестская операция, ставшая
важным фрагментом грандиозной операции «Багратион». Гитлеровцы прилагали
отчаянные усилия, чтобы стабилизировать линию фронта. Остатки их 9-й и 2-й
армий были усилены спешно выдвинутыми из Варшавы танковыми частями.
Фашисты сопротивлялись яростно и умело.
С северо-востока в направлении города над Бугом наступали части 61-й армии
генерал-полковника П.А. Белова, с севера - 28-й армии генерал-лейтенанта Л.А.
Лучинского, 65-й армии генерал-полковника П.И. Батова и 1-й гвардейской конномеханизированной группы генерал-полковника И.Л. Плиева. С южного и югозападного направлений - части 70-й армии генерал-полковника В.С. Попова, 16-я
воздушная армия генерал-полковника авиации С.И. Руденко.
Для генерал-полковника Попова это был особый, памятный поворот судьбы.
Ведь именно он, будучи командиром 28-го стрелкового корпуса и начальником
Брестского гарнизона, воевал в этих местах в июне 1941 года, с тяжелыми боями
отходил на восток.
Советские войска успешно развили наступление на южном фланге,
переправились через Буг 22 июля был освобожден первый город на территории
Польши - Хелм. Затем, 24-го июля, - Люблин. Однако за Брест и его окрестности
несколько германских дивизий (ими командовал комендант Брест-Литовска генерал
Вальтер Шеллер, убитый здесь же), держались с редкой решительностью. Севернее
они сумели нанести контрудар. На подступах к городу и крепости был сооружен
сильный оборонительный пояс (три уровня), Его многочисленные узлы, удачное
использование рельефа местности, минные поля, заранее пристрелянные позиции,
делали задачу овладения Брестом крайне сложной. Тем не менее, наступление
продолжалось. Преодолевал упорное, местами просто жесточайшее сопротивление
врага, участвовавшие в операции советские войска замкнули вокруг Бреста огневое
кольцо. Сильные бои продолжались пять суток, наступавшие также несли потери.
В ночь на 28 июля 70-я, 61-я, 28-я армии I Белорусского фронта штурмом
взяли город и крепость. Перед тем фашисты пробовали с отчаянностью обреченных
вырваться из «котла» по единственному шоссе па Тересполь. И вновь история
покарала агрессора. Пути отхода гитлеровцев были перекрыты. Запруженная дорога
Брест-Варшава превратилась к исходу дня 28 июля в скопище колонн разбитых,
покореженных танков, пушек, автомашин и другой техники. Окрестные поля были
усеяны трупами бывших «завоевателей».
57
www.brest-sv.com
На следующий день, 29 июля, был опубликован «Приказ Верховного
Главнокомандующего Маршалу Советского Союза Рокоссовскому». Помимо
прочего, в нем указывалось: «В ознаменование одержанной победы соединения и
части, наиболее отличившиеся в боях за овладение городом Брест, представить к
присвоению наименования ,,Брестских” и к награждению орденами». Одновременно
появилось сообщение «от Советского информбюро»: «Войска I Белорусского фронта
в результате обходного маневра и атаки с фронта... овладели областным центром
Белоруссии городом и крепостью Брест (Брест-Литовск) - оперативно важным
железнодорожным узлом и мощным укрепленным районом обороны немцев на
Варшавском направлении». Москва салютовала в честь взятия пограничного Бреста
20-ю залпами из 224-х орудий. Сегодня, спустя многие десятилетия, этот итог
Люблинско-Брестской операции, поставившей точку в пункте начала Великой
Отечественной войны, выглядит по-своему величественным и символичным.
Непосредственно Брест и крепость очистили от захватчиков воины 12-й, 415-й, 48-й
гвардейской стрелковых дивизий. А также ряда артиллерийских, авиационных и
специальных частей. 30 июля Люблинско-Брестская операция завершилась полным
разгромом окруженной группировки врага.
Уже тогда, как вспоминали многие участники тех событий, Брестская крепость
невольно приковала внимание советских солдат и офицеров. Было видно: здесь
когда-то шли тяжелые оборонительные бои... 29-го июля 1944 года, на второй день
после взятия Бреста, в красноармейской газете 61-й армии «Боевой призыв» под
заголовком «В освобожденном городе» появилась заметка майора В. Чачко и
капитана В. Панкратова. Они писали: «В завязавшейся оживленной беседе жители
рассказывают о славных делах защитников брестских фортов в 1941 году, о тех, кто
не склонил голову перед немецко-фашистскими захватчиками и мстил врагу». Но
кто они были? Какова судьба безымянных защитников? Израненные стены казарм,
оплавленные кирпичи казематов сурово молчали...
Минуло время. На Красной площади Москвы прошел незабываемый парад
Победы, отгремели залпы праздничного салюта... Казалось, Брестская крепость так и
останется лишь немым свидетелем. Однако, как оказалось, история порой бывает
милосердной.
Материалы о давно минувших днях начал собирать секретарь Брестского
обкома партии Н.И. Красовский. В журнале «Беларусь» №2 за 1948 год вышла его
статья «Героическая оборона в Бресте». Позже тему продолжили документальные
очерки и репортажи Л.И. Белошеева, Т.К. Никоновой, М.Л. Элатогорова,
появившиеся в советской периодике.
Однако истинный прорыв произошел все-таки намного позже. Старой
крепостью и событиями начала войны в 1954 году заинтересовался писатель и
публицист Сергей Сергеевич Смирнов. Поначалу это выглядело случайностью мало ли куда приводят порой журналистские дороги... Однако вскоре для писателяфронтовика стало предельно ясно: перед ним - целый пласт военной истории,
наиболее драматические страницы великой войны.
Десять долгих лет С. Смирнов продолжал захватившие его поиски. Он колесил
по стране, разыскивал оставшихся в живых участников героической обороны,
записывал воспоминания местных жителей, скрупулезно изучал доступные
трофейные документы, вел теле- и радиопередачи, отвечал на многие тысячи
писем... Из-под его пера с 1955 по 1960 год вышли несколько книг многочисленные
статьи, рассказывающих о подвиге защитников брестской твердыни. Сергей
Смирнов первым пробил брешь в возведенной сталинским режимом стене: по ту
сторону
ее
находились
те,
кто
прошел
плен
и
лагеря.
Все это можно охарактеризовать одной фразой - гражданский подвиг.
58
www.brest-sv.com
8 ноября 1956 года был открыт музей обороны Брестской крепости, создателем
и начальником которого стал капитан Л.А. Крупенников. Поначалу он размещался в
одной комнатушке, в сохранившейся части оборонительной казармы Цитадели. Вход
был через КПП и по пропускам - на территории крепости стояли воинские
подразделения. В том же 1956 году по сценарию знаменитого Константина
Симонова был снят художественный фильм «Бессмертный гарнизон».
Вскоре появилось решение правительства об увековечении памяти героев
Брестской крепости - оно было реакцией на огромную патриотическую волну и
естественное желание советских людей восстановить справедливость, отдав должное
участникам самых первых и самых трагических событий войны. Территория
Цитадели, таким образом, превратилась в мемориальную зону. Вскоре музей
значительно расширился. В июне 1961 года, в двадцатую годовщину начала войны,
здесь состоялась первая организованная встреча бывших защитников крепости.
Неподалеку от музея был заложен камень будущего памятника героям обороны.
Время шло, время давало подвигу должную оценку.
«Десять лет назад Брестская крепость лежала в забытых заброшенных
развалинах, а вы - ее герои-защитники - не только были безвестными, но, как люди, в
большинстве своем прошедшие через гитлеровский плен, встречали обидное
недоверие к себе, а порой испытывали и прямые несправедливости, - говорил С.
Смирнов, обращаясь к ветеранам обороны, в 1964 году. - Наша партия и ее ХХ съезд,
покончив с беззакониями и ошибками периода культа личности Сталина, открыли
для вас, как и дал всей страны, новую полосу жизни». Современникам писателя
трудно
было
не
согласиться
с
этим
утверждением.
В 1965 году произошло событие, коренным образом изменившее статус древней
крепости. Накануне дня Победы, 8 мая, был опубликован Указ Президиума
Верховного Совета СССР о присвоении Брестской крепости почетного звания
«Крепостъ-герой» с вручением ордена Ленина и медали «3олотая 3везда».
Свыше 200 участников обороны были награждены орденами и медалями
(многие посмертно).
Двоим - Петру Михайловичу Гаврилову и Андрею Митрофановичу
Кижеватову (посмертно) - было присвоено звание Героев Советского Союза.
Это была еще одна большая победа тех, кто, будучи верным воинскому долгу,
когда-то проливал здесь свою кровь и тех, кто потом сделал все, чтобы подвиги
известных и неизвестных героев не оказались преданы забвению.
Вечный огонь
В сентябре 1965 года в Брестской крепости был впервые зажжен Вечный
огонь. Его доставили из Ленинграда, со знаменитого Марсова поля. Сегодня, спустя
десятилетия, некоторые из оставшихся в живых ветеранов обороны говорят, что
впервые символический огонь мог бы воспламениться именно здесь, на берегу Буга.
Так, мол, было бы хронологически точнее, справедливее. Что же, история никогда
не бывает прямолинейной. Слава и всенародная известность пришли к крепости
намного позже, чем она того заслужила.
Но разве это так важно? Пламя Вечного огня озаряет ныне гранитные
плиты во многих наших городах, на многих больших и малых курганах. Люди с
непреходящим уважением и благодарностью склоняют головы у каждой из них.
59
www.brest-sv.com
Мемориальный комплекс «Брестская крепость-герой» - дань народной памяти
участникам первых боев, всем ветеранам Великой Отечественной.
Мемориальный комплекс «Брестская крепость-герой» был открыт 25 сентября
1971 года. Его территория охватывает Цитадель и часть Кобринского укрепления.
Выразительный историко-архитектурный ансамбль является одним из самых
величественных мемориалов Белоруссии, имеет широкую международную
известность.
Решение о сооружении памятника бессмертному гарнизону, принятое двадцать
лет спустя после начала обороны, получило свое развитие в 1967 году. После
нескольких туров проведенного предварительно открытого конкурса Совет
Министров БССР постановил создать творческий коллектив для разработки проекта
будущего монумента. Возглавил его скульптор А. Кибальников - лауреат Ленинской
и Государственных премий СССР, народный художник СССР.
Под руководством Кибальникова начали работу известные мастера, чье
творчество уже было отмечено признанием, - архитекторы В. Король, В. Волчек, В.
Занкович, Г. Сысоев, О. Стахович, В. Бобыль, скульптор А. Бембель.
Спустя два года, в 1969, коллектив завершил огромную работу, предоставив на
суд общественности и руководства республики архитектурно-планировочные
решения будущей мемориальной зоны, макет и рабочие чертежи сооружений.
Масштабность проекта уже тогда не позволяла говорить о нем лишь как о памятнике
защитникам. Это был цельный мемориальный комплекс. Осенью того же года
Совмин Белорусской ССР утвердил генеральный план его возведения.
Что представляла собой Брестская крепость к моменту начала строительства?
Возможно, многим это покажется сенсационным, однако сразу после
освобождения, в 1944 году Цитадель и большинство сооружений на предмостных
укреплениях - Тереспольском, Волынском и Кобринском - по меркам сегодняшнего
дня, вполне поддавались реконструкции и восстановлению. Например, в Цитадели
еще стояли остовы Белого дворца, Инженерного управления, здания клуба,
сохранился общий контур оборонительной казармы на большем его протяжении,
включая все ворота. Разумеется, разрушения от бомбежек, артобстрела и действий
гитлеровских саперов-подрывников выглядели дикими и потрясающими. Однако
метровые стены древней крепости, хоть и иссеченные глубокими шрамами, все-таки
выдержали эти испытания. Как военно-исторический памятник крепость еще
сохраняла первозданные черты.
К сожалению, в первые послевоенные годы многое оказалось уничтоженным.
Крепость запросто растаскивалась на кирпичи. С позиций нынешнего дня порицать
или осуждать советских хозяйственников или командиров воинских частей,
расквартированных тогда в Бресте, достаточно сложно. Это были годы разрухи,
жилищный фонд был чрезвычайно скудным и убогим (население Бреста, до войны
насчитывающее почти 79 000, сократилось за годы «нового порядка» до 14 960
человек). Тем не менее своевременное вмешательство партийно-советских органов
могло бы ограничить масштабы подобной «добычи» стройматериалов и тем самым
сохранить для потомков гораздо большие фрагменты запечатленной в камне
истории. Увы, осознание большой ценности священных руин пришло много позже.
60
www.brest-sv.com
Уничтожение остатков крепости приостановилось лишь после обнародования
первых результатов поисковой эпопеи С.С. Смирнова.
Таким образом, перед проектировщиками и строителями мемориалов 1969
году стояла трудная задача. При возведении комплекса следовало максимально
бережно обойтись с самыми яркими и впечатляющими памятниками - остатками
прежних укреплений.
В сооружении приняли участие 25 строительно-монтажных организаций,
присланных из разных уголков страны и укомплектованных лучшими
специалистами. Главным подрядчиком выступил стройтрест №8 Минпромстроя
Белоруссии, базировавшийся в Бресте. На уникальных объектах были применены
самые передовые на тот момент технологии. Земляные работы велись с
предосторожностями - территория громадной стройплощадки. охватывающей
Цитадель, была нафарширована неразорвавшимися боеприпасами, включая
авиабомбы и снаряды крупных калибров. Во время строительства почти повсеместно
оказались найденными также останки воинов сорок первого. (Только в районе
Белого дворца обнаружено более 130 останков погибших). Первоначально комплекс
планировалось открыть к тридцатилетию начала обороны. Однако, надо отдать
должное руководителям страны - работы, ввиду их сложности и ответственности, не
стали ускорять «любой ценой.
В конце июля 1971 года специальным постановлением правительства будущий
комплекс был объявлен с музеем обороны в одно целое и передан в ведение
Министерства культуры республики.
Торжественное открытие мемориального комплекса «Брестская крепостьгерой» состоялось 25 сентября 1971 года. Вечный огонь у «Главного монумента»
зажег знаменитый руководитель Белоруссии, первый секретарь ЦК КПБ П.М.
Машеров. На митинге по случаю открытия выступил так много сделавший для
героев Брестской крепости писатель С.С. Смирнов. «Сегодня мемориал, словно
новый корабль с высокой стальной мачтой отправляется в дальнее плавание. Он
61
www.brest-sv.com
поплывет сквозь десятилетия и века, через океаны времени, чтобы донести до наших
далеких потомков легендарную быль о героях Брестской крепости», - сказал он.
Архитектурно-скульптурную часть комплекса, искусно вмонтированную в
историческую территорию крепости, составляют семь основных элементов: главный
вход, выполненный в виде пятиконечной звезды, главный монумент «Мужество» в
виде головы воина, композиция «Жажда», стометровый титановый штык-обелиск,
площадь Церемониалов, Вечный огонь и место захоронения останков защитников,
представляющее собой площадку с тремя ярусами черных гранитных плит.
Параллельно со строительством была проведена огромная работа по
консервации руин. Все, что было сделано в 1971 году, рассматривалось как первая
очередь сооружения мемориала. В дальнейшем, при возведении второй очереди,
планировалось благоустроить весь Центральный остров, проложить современные
сети и коммуникации. В части оборонительной казармы между Тереспольскими и
Холмскими воротами должны были появиться музей, художественная галерея,
кинозал и т.д. Однако планы по созданию второй очереди мемориального комплекса
так и остались только планами.
В 1994 году по просьбам верующих здание бывшего красноармейского клуба,
сохранившее на стенах следы сражений, было передано православной церкви. Это
был акт исторической справедливости - ведь именно тут более ста лет назад
воссияли купола Свято-Николаевского собора. Немедленно начались работы по
восстановлению культового здания. Почти одновременно начались службы. В
настоящее время Свято-Николаевский храм во многом воссоздан и как исторический
объект.
В начале девяностых годов минувшего столетия мемориал переживал не
лучшие времена. Резко сократился поток посетителей. Экономический кризис,
разразившийся на постсоветском пространстве, явился настоящим бедствием для
тысяч учреждений культуры, враз оказавшихся на обочине жизни.
Началась новая борьба - теперь уже за сам мемориал. Возглавил ее новый
руководитель, генерал-майор запаса В.В. Губаренко. Благодаря настойчивости
сотрудников мемориального комплекса, помощи средств массовой информации, о
проблемах мемориала узнала широкая общественность - и в Белоруссии, и за
рубежом.
По-настоящему переломным можно назвать 1996 год. Тогда «сошлись три
южных даты: 55 лет со дня начала Великой Отечественной войны, 25 лет со дня
открытия мемориала и 40 лет с момента возникновения музея обороны. 12 апреля
этого же года появилось решение Совета глав правительств СНГ о проведении
капитального ремонта и реставрации мемориального комплекса. В последующем
взятые обязательства в полном объеме выполнили Россия, Украина и Беларусь,
оказали помощь Казахстан и Молдова. Значительные средства выделялись и
продолжают выделяться спонсорами. Среди них - Исполком Союза Беларуси и
России, Правительство Москвы, ряд крупных фирм («Лукойл-Белоруссия»,
предприятия города Бреста и т.д.). В результате на реставрационные работы,
поддержание сооружений мемориала в надлежащем виде только за 6 лет, в течение
1997-2003 гг., удалось привлечь и направить более двух миллионов долларов.
Огромный вклад внесен в благоустройство, консервацию и техобслуживание
памятников. В частности, было заменено покрытие площади Церемониалов,
62
www.brest-sv.com
площади у Вечного огня, дорожках Цитадели. Укреплены руины зданий
Инженерного управления и Белого дворца. Проведена сложнейшая инженерная
операция по замене демпферных устройств гигантского штыка-обелиска. Расчищены
и углублены обводные каналы Северного острова (при этом саперами обезврежено
около 120 взрывоопасных находок). В ряд зданий крепости, используемых для
обслуживания посетителей мемориала, наконец, подали тепло, построив три
современные автономные котельные. Был обеспечен ремонт мемориальных плит на
площади, где захоронены останки павших героев. Проведена тщательная
консервация «Главного монумента», главного входа, скульптурной композиции
«Жажда» и многое-многое другое. В оборонительной казарме открыт областной
художественный музей.
31 мая 1999 года мемориал расширился за счет присоединения форта У, где
был создан филиал музея, - в нем готовится экспозиция, посвященная истории
фортификации и вооружения середины ХIХ- начала ХХ века. «Просятся» под опеку
мемориального комплекса и другие интереснейшие объекты Брестской крепости,
находящиеся сегодня за пределами Цитадели и Кобринского укрепления. К
сожалению, на возвращение их в действующий фонд историко-культурного
наследия шансов все меньше - сказывается ограниченность в средствах.
В настоящее время руководство и коллектив мемориального комплекса
продолжают колоссальный, часто не очень приметный труд по сохранению и даже
приумножению тех богатств и реликвий, которыми на протяжении почти двух веков
награждали прибужскую землю бурные ветры истории.
Крепость остается на символической линии, где в прошлом столь часто и столь
трагично переплетались война и мир, - но сегодня - и, есть надежда, навсегда только как большой, впечатляющий музей.
Брестская крепость, вставшая некогда на месте древнего и славного города, обитель легенд и волнующих загадок.
Какие богатства средневекового Берестья остаются в сырой земле?
Существуют ли подземные ходы под реками, но одному из которых, как гласит
предание, можно было проехать даже на подводе?
Когда был пленен или убит последний защитник из гарнизона сорок первого?
Таких вопросов великое множество. Крепость до сих пор хранит свои тайны.
63
www.brest-sv.com
Удастся ли вырвать их разгадки из без донных глубин времени? Молчит седая
твердыня, уносит вдаль темные воды Буг…
"Отражая вероломное и внезапное нападение гитлеровских захватчиков на
Советский Союз, защитники Брестской крепости в исключительно тяжелых
условиях проявили в борьбе с немецко-фашистскими агрессорами выдающуюся
доблесть, массовый героизм и мужество, ставшие символом беспримерной
стойкости советского народа", - из Указа Президиума Верховного Совета СССР от 8
мая 1965 года о присвоении Брестской крепости звания "Крепости-Героя" и
вручении ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".
Война
Несмотря на предостережения "железного канцлера" Отто фон Бисмарка,
который считал, что война с Россией всегда будет крайне губительна для Германии,
хозяин Третьего рейха, неудавшийся живописец и инвалид Первой мировой Адольф
Гитлер имел основания полагать, что в его силах опровергнуть утверждение
дальновидного предшественника. Еще бы - для захвата Польши фюреру и его
победоносным армиям потребовалось три недели, чтобы одолеть Францию, которая,
напомним, в то время являлась одной из ведущих мировых держав, Гитлеру хватило
шести недель. Триумфальное шествие по Скандинавии и Балканам, где только
союзнические десанты, форты Осло, да греческая армия оказали оккупантам какоето сопротивление, лишь укрепило фюрера и все немецкое руководство в мысли о
неуязвимости выбранной тактики и всесокрушающей мощи вермахта.
С учетом внутренних проблем СССР, о которых Гитлер был прекрасно
осведомлен, в Берлине придерживались весьма оптимистических взглядов на
Восточную кампанию. Хотя и в высшем командовании рейха было немало опытных
полководцев, полностью разделяющих точку зрения Бисмарка, всеобщая эйфория от
победоносного шествия по Европе, красноречие нацистских пропагандистов и
амбиции молодых, идеологически подкованных генералов возобладали над здравым
смыслом - оставив завоевание сжавшейся от страха Великобритании на десерт,
Гитлер двинул всю мощь своей военной машины к границам Советского Союза.
О расстановке сил перед германским вторжением написаны сотни и тысячи
книг, поэтому не будем останавливаться на этом вопросе. Резюмируя в двух словах
ситуацию, сложившуюся к 22 июня 1941 года, можно сказать, что Советский Союз
все же не ждал крупномасштабной агрессии. На одной шестой части суши
понимали, что нацистская Германия, несмотря на парадоксально дружеские
отношения Берлина и Москвы, позволившие им по-соседски поделить растоптанную
Гитлером Польшу, - это в высшей степени опасный зверь, способный больно
укусить и даже нанести серьезное ранение. Но того, что он вознамерится проглотить
СССР полностью, не ожидал никто. Слишком сильна была вера в непобедимость
РККА, совсем недавно лихо расправившейся с самураями у озера Хасан и на
Халхин-Голе.
Лишь откатившись до Смоленска, то есть допустив врага в самое сердце
страны, Красная армия пришла в себя и стала сопротивляться более или менее
организованно, развеяв миф о непобедимости гитлеровцев и вернув им чувство
реальности, растерянное во время триумфов под Дюнкерком, в Париже и Белграде.
Но еще до Смоленского сражения, до Ельни, отбитой у гитлеровцев к величайшему
изумлению Берлина, в самые первые часы войны, немецкие генералы должны были
64
www.brest-sv.com
понять (и многие действительно поняли), что сценарий, разработанный и
обкатанный в Западной Европе, тот самый "блицкриг" - молниеносная война, в
СССР у них не пройдет. После того как Германия оккупировала Данию, потеряв
ранеными двух человек (убитых - ноль), мало кто из немцев вспоминал
предостережение Бисмарка. Но настроение жителей рейха стало меняться сразу
после 22 июня, когда в Германию тысячами начали поступать похоронки. Мужество
советских солдат и офицеров заставило немцев задуматься о справедливости слов
"железного канцлера". Символом этого мужества среди хаоса и отчаяния первых
дней войны стал подвиг защитников Брестской цитадели.
Крепость
Брестская крепость расположена у западной окраины Бреста, на границе
сегодняшних Белоруссии и Польши (в 1941 году - на границе СССР и
оккупированной нацистами Польши). До 1939 года она находилась на польской
территории, но по соглашению с Германией вместе с прилегающими областями
вошла в состав Советского Союза. Расположение самого Бреста на Днепро-Бугском
водном пути в узле дорог на Москву, Варшаву, Киев и Вильнюс еще во времена
Российской империи определило его стратегическое значение как опорного
пограничного пункта страны. Предложение о строительстве оборонительных
укреплений у слияния рек Буга и Мухавца появилось в конце XVIII века. Ход
Отечественной войны 1812 года подтвердил его целесообразность, и в 1833 году был
утвержден проект крепости, разработанный военными инженерами Опперманом,
Малецким и Фельдманом. Крепость была торжественно заложена 1 июня 1836 года.
Через шесть лет она стала действующей.
Брестские крепостные укрепления заняли территорию около 4 квадратных
километров на берегах Буга, Мухавца и каналов. Главное укрепление - Цитадель разместилось на центральном острове и было окружено Волынским, Кобринским и
Тереспольским укреплениями. Внешняя линия земляных валов превышала 6,5
километров при высоте около 10 метров. В толще валов находились многочисленные
каменные казематы.
Цитадель была сплошь опоясана двухэтажными с подвалами казармами,
повторяющими абрис острова. Их протяженность достигала 1800 метров, что
позволило разместить здесь пятьсот казематов, защищенных двухметровыми
стенами. Впоследствии мощь крепости еще более выросла за счет новых фортов и
многокилометровых оборонительных линий. К началу ХХ века Брест стал
крепостью I класса, основным форпостом России на западной границе.
На протяжении второй половины XIX - в начале XX века в крепости
неоднократно проводились работы по модернизации и расширению, в которых
принимали участие известные инженеры-фортификаторы. Среди них герой обороны
Севастополя в Крымскую войну генерал Эдуард Тотлебен и военный инженер
Дмитрий Карбышев, впоследствии генерал и Герой Советского Союза.
Защитники
Вопреки распространенному (в основном советской пропагандой) мнению,
крепость в начале войны защищала не "горстка бойцов", а довольно крупное
воинское подразделение. Сергей Смирнов в книге "Брестская крепость" пишет, что
весной 1941 года на территории крепости размещались части двух стрелковых
дивизий Красной армии. "Это были стойкие, закаленные, хорошо обученные войска.
Одна из этих дивизий - 6-я Орловская Краснознаменная - имела долгую и славную
65
www.brest-sv.com
боевую историю… Другая - 42-я стрелковая дивизия - была создана в 1940 году во
время финской кампании и уже успела хорошо показать себя в боях на линии
Маннергейма".
Накануне войны в лагеря на учения из Брестской крепости были выведены
больше половины подразделений этих двух дивизий - 10 из 18 стрелковых
батальонов, 3 из 4 артполков, по одному из двух дивизионов ПТО и ПВО,
разведбатов и некоторые другие подразделения. На утро 22 июня 1941-го в крепости
находились: 84-й стрелковый полк без двух батальонов; 125-й стрелковый полк без
батальона и саперной роты; 333-й стрелковый полк без батальона и саперной роты;
44-й стрелковый полк без двух батальонов; 455-й стрелковый полк без батальона и
саперной роты (по штату это должно было составлять - 10074 человек личного
состава, в батальонах было 16 противотанковых орудий и 120 минометов, в полках
50 пушек и ПТО, 20 минометов). Помимо этого в крепости размещались: 131-й
артполк; 98-й дивизион противотанковой обороны; 393-й зенитно-артиллерийский
дивизион; 75-й разведбат; 37-й батальон связи; 31-й автобат; 158-й автобат (по штату
- 2169 человек личного состава, 42 ствола артиллерии, 16 легких танков, 13
бронеавтомобилей), а также тыловые части 33-го инженерного полка и 22-й
танковой дивизии, 132-й конвойный батальон войск НКВД, 3-я погранкомендатура
17-го отряда, 9-я погранзастава (в Цитадели - центральной части крепости) и
окружной госпиталь на Южном острове, большинство персонала и пациентов
которого попали в плен в первые часы войны.
Разумеется, наличная численность в частях была существенно ниже штатной.
Но фактически утром 22 июня 1941 года в Брестской крепости суммарно находилась
неполная дивизия - без 1 стрелкового батальона, 3 саперных рот и гаубичного полка.
Плюс батальон НКВД и пограничники. В среднем в дивизиях Особого Западного
Военного Округа к 22 июня 1941 было около 9300 человек личного состава, то есть
63 процента от штатной нормы. Таким образом, можно предположить, что всего в
Брестской крепости утром 22 июня было более 8 тысяч бойцов и командиров, не
считая персонал и пациентов госпиталя.
На участке фронта, где располагалась Брестская крепость, а также
железнодорожная линия севернее крепости и автомобильная дорога южнее
крепости, должна была наступать германская 45-я пехотная дивизия (из состава
бывшей австрийской армии) 12-го армейского корпуса, имевшая боевой опыт
польской и французской кампаний. Общая штатная численность этой дивизии
должна была составлять 17,7 тысяч человек, а ее боевых подразделений (пехотных,
артиллерийских, саперных, разведывательных, связных) - 15,1 тысячи. Из них
пехотинцев, саперов, разведчиков - 10,5 тысяч (вместе с собственными тыловиками).
Итак, у немцев было численное превосходство в живой силе (считая полную
численность боевых подразделений). Что касается артиллерии, то у гитлеровцев
помимо дивизионного артполка (орудия которого не пробивали полуторадвухметровые стены казематов) были две 600-мм самоходные мортиры 040 - так
называемые "Карлы". Общий боекомплект этих двух орудий составлял 16 снарядов
(одну мортиру заклинило при первом выстреле). Также у немцев в районе Брестской
крепости были еще 9 мортир калибра 211 мм. И кроме того - полк реактивных
многоствольных минометов (54 шестиствольных "Небельверферов" калибра 158,5
мм) - а подобного советского оружия тогда еще не было не только в Брестской
крепости, но и во всей Красной армии.
Говоря о соотношении сил в районе Брестской крепости нельзя учитывать
только количество солдат, пушек и минометов. За гитлеровцами была внезапность
нападения, которая часто играет большую роль, чем технические характеристики
оружия и число бойцов. Советские части, защищавшие крепость, по сути даже не
66
www.brest-sv.com
знали, что началась война - объявление Сталина последовало только 3 июля, когда
оборона закончилась. Немцы имели четкий план действий, советские бойцы не
только не получали директив от высшего командования, но даже не знали, что
происходит на соседних участках границы. Отбивая атаки гитлеровцев, они и думать
не думали, что враг уже занял Минск, линия фронта сдвинулась на сотни километров
вглубь СССР и танковые дивизии Гепнера и Гудериана рвутся к сердцу страны.
Мужество защитников крепости в данном случае можно рассматривать совершенно
автономно от всего хода боевых действий. Это один из уникальных случаев в
истории войны, когда стратегические и тактические интересы ушли на второй план,
а на первый выдвинулись личные качества людей и воинский долг.
Оборона
Советские историки и авторы художественной литературы посвятили подвигу
защитников крепости немало страниц, поэтому любопытным представляется взгляд
на бои в Бресте со стороны немцев, которых упорство советских воинов, мягко
говоря, привело в замешательство.
Немцы заранее решили, что Брестскую крепость придется брать только
пехотой - без танков. Их применению препятствовали леса, болота, речные протоки
и каналы, окружавшие крепость. Ближайшей задачей 45-й дивизии было: взятие
Брестской крепости, железнодорожного моста через Буг северо-западнее крепости и
нескольких мостов через реки Буг и Мухавец внутри, южнее и восточнее крепости. К
концу дня 22 июня дивизия должна была продвинуться на 7-8 километров вглубь
советской территории. На взятие крепости уверенные в себя гитлеровские стратеги
отвели не более восьми часов.
Вермахт начал боевые действия 22 июня 1941 в 3:15 утра по берлинскому
времени - ударом артиллерии и реактивных минометов. Каждые 4 минуты огонь
артиллерии переносился на 100 метров восточнее, перепахивая все территорию
обстрела. В 3:19 штурмовой отряд (пехотная рота и саперы) на 9 резиновых
моторных лодках направился на захват мостов. В 3:30 другой немецкой пехотной
ротой при поддержке саперов был взят железнодорожный мост через Буг. К 4:00
отряд, потеряв две трети личного состава, захватил два моста, соединяющие
Западный и Южный острова с Цитаделью (центральной частью Брестской крепости).
Эти два острова, оборонявшиеся только пограничниками и батальоном НКВД, были
взяты двумя пехотными батальонами также к 4:00.
В 6:23 штаб 45-й дивизии доложил в корпус, что вскоре будет взят Северный
остров Брестской крепости. В докладе говорилось, что сопротивление советских
войск, пустивших в ход бронетехнику, усилилось, но ситуация под контролем.
Однако позже командованию 45-й дивизии пришлось ввести в бой резерв - 133-й
пехотный полк. К этому времени в боевых действиях были убиты два из пяти
немецких командиров батальонов и тяжело ранен командир полка.
В 10:50 штаб 45-й дивизии доложил командованию корпуса о больших потерях
и упорных боях в крепости. В докладе говорилось: "Русские ожесточенно
сопротивляются, особенно позади наших атакующих рот. В Цитадели противник
организовал оборону пехотными частями при поддержке 35-40 танков и
бронеавтомобилей. Огонь вражеских снайперов привел к большим потерям среди
офицеров и унтер-офицеров".
В 14:30 командир 45-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Шлиппер,
находясь на Северном острове, частично занятом его солдатами, принял решение с
наступлением темноты отвести подразделения, уже проникшие на Центральный
остров, поскольку, по его мнению, захватить Цитадель действиями только пехоты
было невозможно. Шлиппер решил, что во избежание напрасных потерь Цитадель
следует взять измором и регулярными обстрелами, поскольку железнодорожная
67
www.brest-sv.com
линия к северу от Брестской крепости и автодорога к югу от нее уже могли
использоваться немцами для наступления на восток, а сама крепость осталась в тылу
немцев. По свидетельству противника, к Цитадели "нельзя было подступиться, имея
только пехотные средства, так как превосходно организованный ружейный и
пулеметный огонь из глубоких окопов и подковообразного двора скашивал каждого
приближающегося. Оставалось только одно решение - голодом и жаждой принудить
русских сдаться в плен...".
При этом в центре Цитадели, в бывшей крепостной церкви, оказались в
окружении около 70 гитлеровцев. Они прорвались в Цитадель с Западного острова,
захватили церковь как важный опорный пункт и двинулись к восточной оконечности
Центрального острова, где должны были соединиться с 1-м батальоном 135-го
полка. Однако 1-му батальону не удалось ворваться в Цитадель с Южного острова, и
отряд немцев с боями отступил обратно к церкви, где занял круговую оборону.
В боях в течение одного дня 22 июня 1941 года 45-я пехотная дивизия при
штурме Брестской крепости понесла небывалые для нее ранее потери - только
убитыми числились 21 офицер и 290 солдат и унтер-офицеров.
Для советских войск бои за крепость с самого начала свелись к обороне
отдельных ее укреплений без единого штаба и командования, без связи и почти без
взаимодействия между защитниками разных участков. Оборонявшихся возглавили
командиры и политработники, в ряде случаев - принявшие на себя командование
рядовые бойцы. Можно смело утверждать, что расчет врага на внезапность не
оправдался; оборонительными боями, контратаками советские воины сковали силы
противника, нанесли ему большие потери. При этом нужно учитывать, что с самого
начала обороны защитники крепости испытывали острый недостаток воды и
продовольствия, что не могло не сказаться на физическом состоянии бойцов.
23 июня с 5:00 немцы начали артобстрел Цитадели, стараясь при этом не
поразить своих солдат, окруженных в церкви. В тот же день впервые против
защитников Брестской крепости были применены танки. Это были четыре
трофейных французских машины Somua S-35. Одна из них была подбита ручными
гранатами у Северных ворот крепости. Второй танк прорвался в центральный двор
Цитадели, но был подбит орудием 333-го полка. Оба подбитых танка немцам
удалось эвакуировать. Третий танк был подбит зенитным орудием в Северных
воротах крепости. В этот же день осажденные на Центральном острове обнаружили
два крупных склада вооружений - большое количество автоматов ППД, патронов, а
также минометов с боезапасом. Защитники крепости стали массированно
обстреливать позиции врага к югу от Цитадели.
С Северного и Южного островов противник начал психологическую атаку:
немецкие автомашины с громкоговорителями стали призывать защитников
сдаваться. В 17:15 гитлеровцы объявили о прекращении артобстрела на полтора часа
- для желающих сдаться. Из руин вышло несколько сот человек, значительная часть
из них - женщины и дети семей комсостава. С наступлением темноты несколько
групп осажденных попытались вырваться из крепости. Как и накануне, все эти
попытки закончились неудачей - прорывавшиеся или погибали, или попадали в плен,
или вновь занимали оборону.
24 июня противнику удалось создать коридор и вывести своих солдат,
блокированных в Церкви. Помимо Центрального острова, под контролем
защитников крепости по-прежнему оставалась восточная часть Северного острова.
Весь день продолжался артобстрел. В 16:00 24 июня штаб 45-й дивизии доложил,
что Цитадель взята и проводится подавление отдельных очагов сопротивления. В
21:40 в штаб корпуса было доложено о полном захвате Брестской крепости. Однако
боевые действия продолжались.
68
www.brest-sv.com
Немцы сформировали боевые группы из саперов и пехоты, которые методично
ликвидировали остававшиеся очаги сопротивления. Для этого использовались
подрывные заряды и огнеметы, однако 25 июня у германских саперов остался лишь
один огнемет (из девяти), который они не могли использовать без поддержки
бронетехники. 26 июня на Северном острове немецкие саперы взорвали стену здания
школы политсостава. Там было взято 450 пленных. Основным очагом сопротивления
на Северном острове остался Восточный форт. По показаниям перебежчика, 27 июня
там оборонялось до 400 бойцов и командиров во главе с майором Петром
Гавриловым.
Против форта немцы применили два остававшихся у них танка. Танки
стреляли по амбразурам форта, и в результате, как сказано в докладе штаба 45-й
дивизии, "русские стали вести себя тише, но непрерывная стрельба снайперов
продолжалась из самых неожиданных мест".
На Центральном острове остатки оборонявшихся, сосредоточившиеся в
северных казармах Цитадели, 26 июня решили пробиваться из крепости. В авангарде
пошел отряд из 100-120 бойцов под командованием лейтенанта Виноградова. Отряду
удалось пробиться за пределы крепости, потеряв половину своего состава, однако
остальным осажденным на Центральном острове этого сделать не удалось - понеся
большие потери, они вернулись назад. Вечером 26 июня остатки отряда лейтенанта
Виноградова были окружены немцами и почти полностью уничтожены. Виноградов
и несколько бойцов попали в плен. Попытки прорыва с Центрального острова
продолжались 27 и 28 июня. Они также были прекращены из-за больших потерь.
28 июня те же два германских танка и несколько самоходных орудий,
возвращавшихся из ремонта на фронт, продолжали обстреливать Восточный форт на
Северном острове. Однако это не принесло видимых результатов, и командир 45-й
дивизии обратился за поддержкой к Люфтваффе. Однако из-за низкой облачности в
тот день авиаудар нанесен не был. 29 июня в 8:00 германский бомбардировщик
сбросил на Восточный форт 500-килограммовую бомбу. Затем была сброшена еще
одна 500-килограммовая и наконец 1800-килограммовая бомба. Форт был
практически разрушен. К наступлению темноты было взято в плен 389 человек.
Утром 30 июня руины Восточного форта были обысканы, найдено несколько
раненых защитников (майор Петр Гаврилов не был найден - он попал в плен только
23 июля 1941). Штаб 45-й дивизии вторично доложил о полном взятии крепости.
Командование 45-й дивизии не ожидало, что ее войска понесут столь
значительные потери от защитников Брестской крепости. В дивизионном рапорте от
30 июня 1941 года говорится: "Дивизия взяла 7000 пленных, в том числе 100
офицеров (в число попавших в плен включен медперсонал и больные в госпитале).
Наши потери - 482 убитых, в том числе 48 офицеров, и свыше 1000 раненых". Для
сравнения - в ходе польской кампании 45-я дивизия, пройдя с боями 400 километров
за 13 дней, потеряла 158 человек убитыми и 360 ранеными. Более того - суммарные
потери немецкой армии на Восточном фронте к 30 июня 1941 года составили 8886
убитых. То есть на защитников Брестской крепости приходится более 5 процентов из
них.
Однако, если проанализировать все имеющиеся данные, стоит отметить, что
заявив 30 июня о полном взятии крепости, командование 45-й дивизии откровенно
поторопилось. По официальным советским данным, сопротивление в крепости
продолжалось еще много недель. До 12 июля в Восточном форту продолжала
сражаться небольшая группа бойцов во главе с Гавриловым. Жители Бреста
рассказывали, что до конца июля или даже до первых чисел августа из крепости
слышалась стрельба и гитлеровцы привозили оттуда в город, где был размещен их
армейский госпиталь, своих раненых офицеров и солдат.
69
www.brest-sv.com
К более позднему времени относятся надписи, оставленные на стенах крепости
ее защитниками: "Умрем, но из крепости не уйдем", "Я умираю, но не сдаюсь.
Прощай, Родина. 20.11.41.". Показательно и то, что ни одно из знамен воинских
частей, сражавшихся в крепости, не досталось немцам.
Ошеломленные таким яростным сопротивлением противник вынужден был
отметить стойкость советских солдат. В июле генерал Шлиппер в "Донесении о
занятии Брест-Литовска" сообщал: "Наступление на крепость, в которой сидит
отважный защитник, стоит много крови. Эта простая истина еще раз доказана при
взятии Брестской крепости. Русские в Брест-Литовске дрались исключительно
настойчиво и упорно, они показали превосходную выучку пехоты и доказали
замечательную волю к сопротивлению".
Эпилог
О защите Брестской крепости, как и о многих других подвигах советских
воинов в первые дни войны, страна долгое время ничего не знала, хотя, может,
именно такие страницы ее истории способны были вселять веру в народ,
оказавшийся на пороге смертельной опасности. В войсках, конечно, говорили о
приграничных боях на Буге, но сам факт обороны крепости воспринимался, скорее,
как легенда. Удивительно, но о подвиге брестского гарнизона стало известно
благодаря как раз тому самому донесению штаба 45-й немецкой дивизии. Как боевая
единица она просуществовала недолго - в феврале 1942 эту часть разгромили в
районе Орла. В руки советских солдат попал и весь архив дивизии. "Боевое
донесение о занятии Брест-Литовска" было переведено на русский язык, и выдержки
из него опубликованы в 1942 году в газете "Красная звезда". Так, фактически из уст
своего врага, советские люди впервые узнали подробности подвига героев Брестской
крепости. Легенда стала былью
Севастополь, Ленинград, Смоленск, Вязьма, Керчь, Сталинград - вехи истории
сопротивления советского народа гитлеровскому вторжению. Первым в этом списке
идет Брестская крепость. Она определила весь настрой этой войны бескомпромиссной, упорной и, в конечном итоге, победоносной. И главное,
наверное, не в наградах, а орденами и медалями были награждены около 200
защитников Брестской крепости, двое стали Героями Советского Союза - майор
Гаврилов и лейтенант Андрей Кижеватов (посмертно), а в том, что именно тогда, в
первые дни войны, советские воины доказали всему миру, что мужество и долг
перед своей страной, народом, могут противостоять любому нашествию. В этой
связи иногда кажется, что Брестская крепость - это подтверждение слов Бисмарка и
начало конца гитлеровской Германии.
70
Скачать