Э.А. Хачатурян Тема истории в литературе народов Северного

Реклама
Э.А. Хачатурян
Тема истории в литературе народов Северного Кавказа
второй половины XIX века
В восприятии исторического прошлого людьми особую значимость имеет художественная литература и, в частности, поэзия. Это
объясняется тем, что поэзия, как и литература вообще, развивается в
общечеловеческом русле общественного прогресса и своими средствами она осмысливает происходящие явления, события, факты.
Необходимо признать тот факт, что у поэтов Северного Кавказа
было немало проблем в отражении движения их этносов к социальному и духовному прогрессу, поскольку в истории северокавказских народов было много негативного: русско-кавказская война, колониальная политика царизма, великодержавный шовинизм и массовые репрессии против горцев, консервативная часть мусульманского духовенства с их архаичными предрассудками, экономическая отсталость и
др.
Приобщение местного населения к просвещению и передовой
культуре шло через многие трудности духовного и социально-экономического порядка. В условиях тоталитаризма была атмосфера идейного бездорожья и социальная расшатанность. Нельзя забывать, что
социальный диагноз и суровый нравственный приговор всегда находился в руках мусульманской религии, являвшейся одной из важных
сфер народной культуры. Религия выводила понятия добра и зла из некоторых потусторонних миру сущего идей, неизбежных законов, в результате которых конфликт между добром и злом неизбежен, когда
идет испытание человека духом.
В условиях развития демократии важнейшими сферами народной
культуры по-прежнему остаются религия и искусство. Из них наиболее значимым в формировании нравственного сознания и национального самосознания является художественная литература. Осмысливая
происходящее в общественной и духовной жизни, прозаики и поэты
художественно раскрывают нравственно-психологическую подоплеку
тех или иных поступков людей, соответствующих или нет общим моральным принципам, нормам и понятиям добра и зла.
В северокавказской литературе эти нормативно-оценочные категории морального сознания наиболее ярко, на наш взгляд, проявляются в поэзии Давида Кугультинова, Кайсына Кулиева, Расула Гамзатова, Алима Кешокова, Джамалдина Яндиева, Керима Отарова, Али Шогенцукова, Назира Хубиева, З. Муталибова, которые являются выдаю-
щимися представителями своих национальных культур. В их произведениях понятие «добро» понимается как истина, высокая нравственность, красота, справедливость, доброжелательность, нравственное качество. В своей жизненной позиции и мировосприятии они руководствуются народным представлением добра и зла.
Психологический контраст – обычный прием художника, чтобы
достовернее рассказать о том, как, подчас, утрачивается социальное
видение добра и зла, как путаются понятия красоты и уродства, как обретается иллюзорное счастье и сеется горе. Например, в поэме «Моабитский узник» Д. Кугультинова особое значение приобретают внешние детали-впечатления в самом начале, когда рассказывается о том,
как в одну из тюрем Берлина привезли пленных и «солдаты по списку
их вызывали, полуживых. Зло рычала собачья стая и рвалась к арестантам, лая…» Поэма написана в 1956 году, перевел ее Давид
Бродский. Она о Моабитском узнике Мусе Джалиле, хотя главный герой поэмы – литературный персонаж поэт Темир, узник этой тюрьмы.
Проблема зла – центральная в поэме. В поэме много ключевых сцен, в
которых большое значение играют внешние детали, особенно в переломные моменты душевного развития поэта Темира, его интуитивные
душевные движения, неосознанно накопившиеся в подсознании. Особенно выразительны эпизоды разговора Темира с Бараздаукасом в тюремной камере в последней главе поэмы. Беседа шла о добре и зле, так,
как понимал каждый из них. Бараздаукас: «Зря вы, я желаю вам, милый мой, лишь добра. Вы ж худого нрава» [2: 414]. «Моабитский узник» – о зле, но и о добре, с их конкретными противоречиями той действительности, с их специфическим отражением в моральном сознании определенных лет – времени Второй мировой войны.
Именно с произведений, написанных на тему Второй мировой
войны, и начинается, по нашему мнению, у поэтов Северного Кавказа
советского периода осмысление (интерпретация) истории и современности.
Во многих их произведениях глубоко отражены чувства причастности народа к защите Родины в годы Великой Отечественной
войны и показано, как происходило повышение активности людей в
общественно-политической жизни и изменение исторического сознания. Участники Великой отечественной войны Али Шогенцуков, Керим Отаров, Алим Кешоков, Кайсын Кулиев, Джемалдин Яндиев, Бетал Куашев и многие другие по-разному отражали проблемы исторической правды в поэзии. Их произведения военных и послевоенных
лет – это своеобразная историческая память, память о том положительном опыте, что было тогда с воюющим народом. Здесь память выступает как выражение героических поступков солдат, воспринимавших
войну как борьбу за жизнь на земле.
Таким образом, «начало» интерпретации истории и современности мы находим в произведениях северокавказских поэтов советского
периода, в первую очередь, в стихах о войне. В них показан национальный характер и специфические для народа социально-психологические черты в наиболее тяжелый период для нашей страны. Одним из
таких запоминавшихся особенностей этнического характера являлось
чувство привязанности к «малой» родине, земле отцов. Уместно здесь
вспомнить слова известного философа Н.Ф. Федорова, который писал,
что историческая память – это жизнь, помыслы, деяния предшествующих поколений, осознание ценности прошлого и кровной связи с ним,
говоря словами Пушкина, – это «любовь к родному пепелищу, любовь
к отеческим гробам». Такая постановка вопроса ориентировала на выявление единства человеческого рода, преемственной связи поколений, проявляющейся в сознании каждым себя сыном, внуком, правнуком, праправнуком... потомком всех умерших отцов. Вместе с тем интерпретация истории и современности осуществлялась поэтами через
древо духовной жизни этноса – его историческую память и связь с
современностью. Они доносят до нас в наиболее точном виде все события и факты, которые происходят в жизни страны и не могут быть
безразличны к социальной несправедливости или злу, к телесным
страданиям, тем более к переживаниям души. Историческая память –
это своеобразное хранилище результатов практической и познавательной деятельности, выступающих в информационном отношении базисом формирования сознания каждого человека, а также базисом функционирования и развития индивидуального и общественного сознания» [4:
46].
Раскрывая национальный характер и интерпретируя его с современностью, поэты Северного Кавказа, на наш взгляд, не могли обойти
и такие вопросы, которые связаны с национальным самосознанием, с
его развитием и формированием, с тем, что победа в Великой Отечественной войне вызвала качественные изменения в нравственном сознании и национальном самосознании всех народов нашей страны. Ее
результаты явились чрезвычайно важным фактором изменения в общественной психологии и сфере морали.
Например, К. Кулиев гордился высокими моральными качествами
и воспевал их, прославляя горца, латыша, чуваша, сражавшихся за русские города на просторах России с такой же самоотверженностью и отвагой, с какой бы они защищали от врага свои родные края.
Находясь на фронте, К. Кулиев дорожил высокими свойствами
естественной жизни воюющего народа, и его память вбирала в себя все
то, чем он тогда жил. «Я по дорогам Севера бродил, любил простор и
ширь его полей, хлеб дружбы ел и воду дружбы пил», – рассказывал о
себе поэт, когда он сражался на фронтах – в Прибалтике, под Сталинградом, в донских степях, Крыму. Это стихотворение глубоко и эмоционально раскрывало мир национальных чувств и психологических
переживаний поэта, сердце которого не переставало тревожиться о
земле предков, где он родился и рос.
В годы тяжелых испытаний, выпавших на долю всего народа в Великой Отечественной войне, поэты Северного Кавказа остались верными своей лире как мерилу правды, были в одном строю с деятелями
культуры и искусства, которые сражались с врагом идейным оружием,
своими стихами поднимали боевой дух народа, поддерживали в тяжелую минуту.
Например, для осетинского поэта Нигера отражение в творчестве
жизненной правды – незыблемые и непоколебимые устои его литературной деятельности. Стихи наполнены пафосом, великой идеей, верой
в правоту и победу народа, вступившего в священную войну против
поработителей. Доказательством этому являются такие стихотворения
военной лирики Нигера, как «Призыв», «Погоди-ка», «Наказ сестры».
Здесь поэт рисует тяжесть бедствий, принесенных войной, неизбежность жертв, но нет намека на сомнения, страх или слабость в наказе
сестры воину.
Обостренный интерес поэзии к прошлому, новые художественные
интерпретации истории и современности, по нашему мнению, имеют
большое значение для правильной интерпретации истории. А это, в
свою очередь, способствует качественному изменению национального
самосознания. Историзм мышления и интерпретация происходящего в
жизни человеческого общества с позиций современности глубоко проникли в кавказскую поэзию.
В послевоенные годы интерпретация истории в северокавказской
поэзии более всего связана, на наш взгляд, с осмыслением роли различных жанров, которые имеют большое значение в развитии национальной культуры и в формировании исторического сознания. Особенно много было создано произведений в связи с 50-летием депортации
народов Северного Кавказа, в которых красной нитью прошла проблема интерпретации истории и современности в поэзии.
Постепенная утрата национальной художественной культуры,
процесс «вхождения» неприглядных фактов истории и социальной несправедливости в сознание и душу человека-горца ничего хорошего не
предвещали. И если попытаться интерпретировать историю и современность, то можно сказать, что также как и национальная политика,
так же деформировалась и этническая культуры.
Разрешая нравственные проблемы человеческого бытия, северокавказская поэзия стремится приблизить людей к высокому и светлому
началу, в котором неизменно выступает на первый план морально-этический принцип. Их литературные герои живут не «посреди мира и человечества», а в конкретных бытовых условиях, среди повседневных
дел и знаний: «Женщина месит взошедшее тесто» (Кулиев), «Мать
люльку качает в ауле» (Гамзатов), «В ауле родился малыш», «Девуш-
ка, которая печет хлеб» (Кешоков), «Приехал друг в родимые края…»,
«Чабаны» (Кугультинов), «Аксакал», «Мальчик и ослик» (Н. Хубиев)
и т.д. Еще Гоголь предупреждал, как много требуется от автора «глубины душевной», нравственных усилий, мук, чтобы «тину мелочей»,
быт повседневности возвести в «перл создания». В этой связи можно
заметить, что в лирических стихах выше названных поэтов самая
скромная и незаметная судьба горца – чабана, каменотеса, гончара, матери, скалолаза, хлебороба и др., – каждое доброе дело повседневности
наполнено нравственным и эстетическим смыслом.
Добро и зло в постсоветской действительности – понятия относительные, тем более, что братоубийственные войны, вспыхивающие во
многих регионах нашей страны и в СНГ, явились настоящей трагедией
для всех народов России. Война породила только зло и ненависть.
«Иного ничего – зло только зло рождает, быть может, оттого оно не
иссякает» [3: 13], писал Кулиев, осмысливая трагические события прошлого. С действенной прозорливостью художника мысли он предвидел, что события прошлого и их негативные последствия могут повториться, если не извлекать полезных уроков из драматического прошедшего: «Свинец в стволе не спит, он кровь и месть рождает, и камень с
гор летит и камень увлекает» [3: 13].
Таким образом, интерпретация истории и современности в северокавказской поэзии имеет, на наш взгляд, гуманистическую сущность.
Об этом свидетельствует поэтическое творчество К. Отарова,
И. Бабаева, А. Шогенцукова, М. Сулаева, З. Муталибова, Х. Эдилова,
А. Кешокова, И. Кашежевой, Т. Зумакуловой, М. Хубиева и др.
Нельзя не сказать и о том, что в осмыслении прошлого и будущего всегда на Кавказе поэтизирован особый тип горского побратимства
людей, может быть, и не совсем хорошо знакомых. Русские писатели и
поэты, побывавшие на Северном Кавказе, от А. Пушкина, М. Лермонтова, А. Грибоедова, Л.Н. Толстого до В. Солоухина, Н. Тихонова,
М. Светлова, А. Толстого, М. Пришвина положительно отзывались о
нравах и быте горцев. Поэтому национально-особенные черты в структуре творческого сознания современных художников Северного Кавказа – это важные черты их художественного метода. Индивидуальный
творческий метод, национальная самобытность и общечеловеческое
содержание – вот что отличает и одновременно сближает художников
северокавказского региона при интерпретации истории и современности.
Обобщая вышесказанное, можно сделать вывод о том, что чувство
истории в структуре творческого сознания современных художников
слова – это не просто знание прошлого данного этноса и его этнического наследия. И тем более не отражение отдельных признаков национальных традиций и обычаев, и не противопоставление прошлого настоящему. Очень удачно об этом сказал писатель Е. Дорош: «Чувство
истории вмещает в себя нечто большее, нежели просто любовь к старине... Оно является категорией нравственной, так как позволяет чело-
веку ощущать себя наследником прошлого и сознавать свою ответственность перед будущим» [1: 182]. Таким чувством истории и памяти, «чувством общности со всем, что было и будет на земле», человеческими идеалами, национальным духом и национальной идеей проникнута поэзия народов Северного Кавказа.
Библиографический список
1. Дорош, Е. Живое дерево искусства [Текст] / Е. Дорош. – М.,
1970.
2. Кугультинов, Д. Избранные произведения: В 2 т. [Текст] / Д. Кугультинов. – М.: Художественная лит-ра, 1970. – Т.1.
3. Кулиев, К. Собрание сочинений в 3 т.: Восточные стихи. [Текст] /
К. Кулиев. – М.: Художественная лит-ра, 1987. – Т.3.
4. Ребане, Я.К. Информация и социальная память. К проблеме социальной детерминации познания [Текст] / Я.К. Ребане // Вопросы философии. – 1982. – № 8.
Скачать