конец властелина - Александр О`Карпов

Реклама
конец властелина
КОНЕЦ ВЛАСТЕЛИНА
âîëüíàÿ èíòåðïðåòàöèÿ èçâåñòíîé êíèãè
Игорю Белому посвящается
...У бабушки Этл было три котёнка,
Три зверька, котята — не собачки.
Дом бабушки Этл обходили сторонкой,
Через выселки шли мимо водокачки.
Ай-вэй, шли мимо водокачки, обходили как возможно.
Ай-вэй, шли, через левое плечо плевали осторожно!..
Ай-вэй! Ай-вэй!..
Игорь Белый. Бабушка Этл.
Ом-хохом! Ом-хохом!
Куругу — хи-хи!.. Куругу -хи-хи!..
Б.Г. Тибетское танго
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ БИЛЬБО
Когда господин Бильбо Бэггинс решил отпраздновать свой сто одиннадцатый день
рожденья, никто, собственно, не удивился. Старику шла уже третья сотня, а на памяти
жителей Хоббитона попытки устроить пир по поводу своего стоодиннадцатилетия
21.03.96, Методический Центр поддержки и развития еврейской культуры.
Фото Игоря Белого.
419
Александр О’Карпов
конец властелина
Бильбо предпринимал уже семь или восемь раз. С головой у бедного малого было не всё
ладно. Однако особого беспокойства окружающим он не причинял. И вправду сказать,
склероз — ещё не повод для буйства. А то, что забывал о своих летах и грезил предстоящими юбилеями, так ведь кто знает, какими мы-то будем к его годам!..
Гэндальф плюнул на эти затеи, получив приглашение на праздник ещё в третий раз.
Остальные жители Хоббитона были вполне довольны раскладом. У хоббитов принято
дарить подарки гостям, а не наоборот, поэтому ничего удивительного не было в том, что
услышав о предстоящем событии от соседей, каждый радостно потирал руки и принимался готовиться к торжеству.
Конечно, гостям приходилось терпеливо выслушивать одну и ту же речь, подготавливаемую забывчивым именинником. Но стоило ли ради такого пустяка отказываться от
возможности досыта набить пузо да ещё и унести домой подарок, а то и пару-другую серебряных приборов? Что и говорить, скупердяем Бильбо не слыл, а в деньгах недостатка
не знал. Единственным сокровищем, старательно скрываемым им от чужих глаз, было
волшебное кольцо, делавшее его обладателя невидимым. Всё бы ничего, да как-то раз, за
третьей бутылкой сауроновки, похвастался старый дурень колечком перед своим племянником Фродо. С тех пор о бильбовском сокровище не прослышал разве что ленивый.
Сам Бильбо был свято убеждён во всеобщем неведении и поэтому до смерти перепугался, когда в один прекрасный летний вечер, сидя на крылечке с доброю трубкой во
рту, увидел младшего отпрыска Саквиль-Бэггинсов. Несносный мальчишка взобрался
на ближайшую кочку и что есть силы заорал:
— По вашему, да по эльфийски меня очень неприлично называть! Поэтому именуйте меня — ...Фигли!
Довольно скоро он довёл хоббитов до белого каления тем, что постоянно заявлялся
без спросу в гости. С тех пор у хоббитонцев вошло в привычку, завидев на пороге знакомую фигуру, оповещать соседей криком:
— Фигли припёрся!!!
Вышел Бильбо на крыльцо
Показать своё кольцо!
Сунул руку — нет кольца...
В дальнейшем всё произошло точно по тексту песенки. Потрясённый Бильбо вскочил на ноги, выронив при этом трубку. Одною рукой схватился за сердце, а другой судорожно полез в карман. И надо же было такому случиться, что именно в этот вечер он
оставил кольцо на каминной полке! Не нашарив в кармане своего сокровища, Бильбо
посерел и бревном повалился со ступенек. К счастью, отделался он лишь небольшой
шишкой, а придя в себя, напрочь забыл о причине своего обморока.
Смех смехом, но мало кто из хоббитов озадачился вопросом, а что, собственно, Гэндальф забыл в их краях? Однако тревожить почтенного волшебника никто не решался,
и оставалось лишь ждать праздника и надеяться, что объяснение придёт само собой.
Застолье удалось на славу. Это признали даже те хоббиты, чьё настроение было порядком подпорчено полученным подарком. На этот раз, благодаря забывчивости Бильбо, многим гостям были вручены нелепые, хорошо если не бестактные подарки! Хуже
всех пришлось Большеногу, про которого Бильбо перепутал, что большими у того были именно ноги, и в результате преподнёс ему такое, что стоявшая рядом Лобелия Саквиль-Бэггинс упала без чувств, а молодые хоббиты чуть не полопались со смеху!
Но теперь уже всё снова шло своим чередом, а бочонки пива быстро сглаживали возникшие недоразумения.
— Охо-хо, Мастер Фродо!.. — вздыхал старый садовник Хэм Гэмджи, которого все
звали запросто «Старина». — Смотрите-ка, что мне господин Бильбо пожаловал!..
С этими словами Старина Хэм придвинул Фродо раскрытую книгу. На форзаце было что-то нацарапано.
— Вот, гляньте! Сэм-то мой грамоте малость обучен, так он мне прочитал, дескать
сказано тут: «На добрую память от Старины Хэма!» Так ведь я и есть Старина Хэм! Что
деется-то!..
Фродо растерянно закрыл книгу и взглянул на обложку.
— «Старик и море», — прочитал он.
— Во-во! Спятил наш господин Бильбо! На кой мне это море сдалось? — Старина
Хэм горько покачал головой...
День праздника преподнёс обитателям Хоббитона сюрприз. Снова заявился сам
Гэндальф Серый, которого уже и в лицо-то мало кто помнил. Однако маг был бодр и как
будто бы полон сил. Как обычно, он пригнал с собой целую телегу различных петард и
фейерверков, изготовлением которых славилась никому не ведомая страна на дальнем
востоке. Одного из жителей этой страны Гэндальф захватил для компании. Ничего особенного. Гном, как гном! Разве что желтолицый, с раскосыми глазами да прореженной
бородёнкой. Ну и имя у этого гнома было — не приведи Манве! Знакомясь с хоббитами, он представлялся:
Тем временем Бильбо отёр губы салфеткой и, кряхтя, принялся карабкаться на стул.
По столу пронеслось шиканье. Наступило время традиционной речи. К этому все уже
были подготовлены, и никто не стал попусту выражать своё возмущение...
К исходу часа гости заметно оживились.
— Сейчас исчезать начнёт! — послышался чей-то шёпот.
— ...Я давно решился на этот шаг, — доносился голос Бильбо, — и теперь отступать
уже поздно! Я ухожу! Прямо сейчас! Прощайте!
С этими словами он нацепил на палец кольцо, и... ничего не случилось!
Хоббиты воззрились на Бильбо с недоумением. Тот расценил изумлённые вздохи
гостей, как знак того, что волшебство сработало, и, не предполагая, что остаётся види-
420
421
Александр О’Карпов
конец властелина
мым, принялся корчить жуткие рожи. Затем, ко всеобщему ужасу, он повернулся задом
и, нагнувшись, рывком спустил штаны! Хоббиты онемели. Бильбо, всё ещё ни о чём не
догадываясь, опять привёл одежду в порядок и, соскочив со стула, стал обходить ряды
гостей, иным показывая кукиш, а прочим подставляя «рога». Поравнявшись с Лобелией Саквиль-Бэггинс, Бильбо зашёл ей за спину и, перегибаясь через плечо, принялся с
интересом заглядывать в вырез её чересчур уж нескромного декольте.
— Ну, знаете!.. — выдохнула побледневшая Лобелия. — Это уже ни в какие ворота...
Дорогой господин Бэггинс!
С минуту Бильбо и Лобелия в упор разглядывали друг друга. Потом, словно очнувшись, Бильбо медленно поднял глаза на остальных гостей. В глубокой тишине был слышен лишь храп Большенога, благополучно проспавшего представление. Вдруг кто-то из
молодых хоббитов, не удержавшись, истерически хрюкнул. За ним последовал другой
смешок, и через секунду все гости хохотали так, что было слышно в Заскочье. А гном
Фигли, медитировавший в лесу на поляне, очнулся от транса, поднял вверх палец и со
значением сказал:
— Назгулы низко летят — к дождю!..
И снова погрузился в самосозерцание.
что хоббит сразу же заткнулся и покраснел. Когда кольцо вытащили из огня в прошлый
раз, на нём ясно читалось: «У Гэндальфа — связь с русской пианисткой!», а маг не одобрял плоских шуток.
— В общем, так! — строго сказал он, подёргивая себя за бороду. — Приходится констатировать факт: волшебство кольца иссякает. А это значит, что магия потихоньку начинает исчезать из всего Средиземья. То-то я чувствую, что и сам последнее время сдавать начал...
Маг смущённо замолчал. Фродо понял, что тот вспомнил о чём-то личном и решил
переменить тему.
— Да!.. Вот дядя Бильбо-то и попал с этим колечком!
Сразу же после злополучного представления старый хоббит ворвался в Засумки, как
будто бы за ним гналась стая орков, прямо в прихожей выпил из горла бутыль вина, проливая на рубаху, и кинул пустую тару через плечо, едва не зашибив вошедшего Гэндальфа. А потом покидал кое-какие тряпки в узел и ринулся к выходу. Гэндальф загородил
ему дорогу, но тот не поддавался ни на какие уговоры и, в итоге, всё же ушёл. Правда, через полчаса вернулся и схватился за вторую бутылку. Волшебник сумел на этот раз успокоить его и уговорил подождать с отъездом хотя бы до утра. Так Бильбо и поступил.
Бесполезное кольцо он хотел было выкинуть, но Гэндальф не позволил. Пожав плечами, Бильбо выложил талисман из кармана, немного постоял у дверей, а потом принялся читать стихи о дороге. Гэндальф смотрел на хоббита и брезгливо морщился —
слышать эти вирши в сотый раз не доставляло ни малейшей радости.
— Знаешь что, — перебил он поэта, — мой тебе совет: отсидись у Элронда малость, а
потом и вернуться можно будет.
ГЭНДАЛЬФ ДЕЛАЕТ ВЫВОДЫ
Фродо сидел за небольшим столиком и в задумчивости хлебал жидкое зеленоватое
пойло, которое гном Фигли называл чаем и заваривал по специальной просьбе Гэндальфа. Сам старый маг сидел на полу вместе с гномом: хоббитский столик был ему маловат, а Фигли вообще привык обходиться без мебели.
— Не ладно что-то в нашем Средиземье!.. — волшебник уже неоднократно произносил эту фразу за сегодняшний день.
— Да не тяни ты, Гэндальф! — взмолился Фродо. — Вот ведь охота тебе загадками
говорить! Сидим тут, битый час чаи гоняем... Кольцо вон, уже по пятому разу кидаем в
камин, а толку?
Гэндальф укоризненно покосился на хоббита.
— Я всё ещё пытаюсь убедить себя, что ошибся, но... — он поковырял кочергой угли
и подцепил кольцо, — видимо не суждено.
С этими словами он взял кольцо в руку и, прищурившись, попытался разобрать появившиеся на его внутренней стороне письмена.
— Ашамлыклар каймак, ашамлыклар чак-чак, бедрэф эчен сёт балалар эчпочмак!
Произнеся эти строки, Гэндальф устало посмотрел в сторону.
— И всё? — спросил хоббит.
— Всё, — подтвердил маг. — И никаких «Аш-назг дурбатулук!»
Все помолчали.
— Ну, в предыдущий раз хотя бы понятней надпись-то появилась... — начал было
Фродо, но Гэндальф бросил на него такой яростный взгляд из-под мохнатых бровей,
422
После ухода Бильбо хоббитонцы ещё долго посмеивались над случившимся конфузом. Но сейчас Фродо вдруг понял, что веселиться ему совсем неохота. Без волшебства
Средиземье теряло смысл.
— Так что же нам теперь делать, Гэндальф? — с тревогой спросил он.
— Элементарно, Фродо! — ответил тот. — Идти в Мордор, что же ещё?
— Как в Мордор?! — ахнул хоббит. — Шутишь?
— А кому сейчас легко? — безжалостно ответил маг. — Сам же читал, знаешь, что в
книгах сказано. Кольцо надлежит бросить в жерло вулкана, а если лишишься при этом
пальца или ещё какого...
— Ну уж, нет! — заартачился Фродо. — Фиг ли я забыл в этом Мордоре?
— Фигли никто не забыл! — отозвался гном. — Фигли всё помнит!..
— Это уж точно! — подытожил Гэндальф. — С Фигли ты не соскучишься! Пойдёте
вместе.
Тут Гэндальф подскочил к окну, высунул в него руку и втащил в комнату упирающегося Сэма Гэмджи, сына Старины Хэма.
— Подслушивал, орочий сын?! — заорал маг. — Вот превращу тебя в человека!..
— Ай-вэй! — заверщал по-эльфийски Сэм. — Не дайте этому антисэмиту погубить
423
Александр О’Карпов
конец властелина
меня, мастер Фродо! Вину искуплю, с вами пойду! В вулкан полезу! Только не надо меня в лысоногого превращать! Это ж каждый день носки стирать! Тьфу!..
— Отпусти его, Гэндальф! — смилостивился Фродо. — Раз уж мне от судьбы не открутиться, пусть с нами идёт. Мне хоть не так обидно будет этот фиглёвский чай хлебать. К тому же, он на эльфах свихнутый...
— Спасибо вам, мастер Фродо! Спасибо! — со слезами радости на глазах заговорил
Сэм. — Неужто с вами пойдём? Счастье-то какое! Эльфов увижу! Мастер Фродо! Настоящих эльфов! Они же сейчас все за море уплывают, на историческую родину! Хоть
поглядим на них живых. А я ведь и по ихнему размовлять могу!
И, театрально отставив лохматую ногу, Сэм прижал руку к груди и фальшиво запел:
под земли и, переведя дух, подсчитали синяки да шишки, день уже клонился к концу.
В трактире «Гарцующий Пони» к компании добавился шестой член экипажа — Арагорн. Странноватый тип с повадками бродяги и имуществом в виде обломка меча. Отбив несколько попыток назвать его Аароном, тип развеял надежды Сэма о его принадлежности к Избранному Народу, после чего хоббит вбил себе в голову, что имя бродяги несёт в себе армянские корни, и то и дело пытался острить на эту тему. Остальные
вообще не видели смысла брать Арагорна с собой. Зато Фигли с первого взгляда распознал в бродяге знатока боевых искусств, и хоббиты рассудили, что ещё один костолом в
отряде лишним не окажется...
После довольно долгих попыток избавиться от общества Бомбадила, Хранители
Кольца выбрались на Восточный тракт. Ещё в Заскочье компания Фродо пополнилась
двумя молодыми хоббитами — Перегрином и Мериадоком. Гном Фигли никак не мог
запомнить их имена, называя одного Перегаром, а другого профессором Мериарти. В
отместку хоббиты платили той же монетой.
По дороге они запинали ногами подвыпившего назгула. Запоздало посланный в поисках талисмана власти, тот никак не мог учуять его местонахождение. Встретившиеся
ему на пути Хранители без труда одолели ослабевшего раба Кольца и оставили его зализывать крылья в кювете.
Напрасно деревья в Древлепуще старались преградить им дорогу. Садовник Сэм
чуть что начинал распылять свои пестициды, а Фигли красноречиво грозился пожрать
молодые побеги с соевым соусом. Однако скорость их передвижения значительно снизил Том Бомбадил, на которого отряд неожиданно наткнулся возле ручья.
Старый весельчак сидел у небольшого костра и вовсю распевал туристские песни,
аккомпанируя себе на гитаре. Друзья посидели немного, подпели... И ещё немного... А
когда бесконечные песни и пирушки вылились, наконец, в огромный концерт, послушать его собрались все обитатели леса, заняв при этом огромный склон холма на другом берегу ручья. Наутро Хранители осознали, что первая неделя июля уже на исходе,
а путь, пройденный ими, — гораздо короче спетых за это время песен.
Бомбадил долго не хотел отпускать полюбившуюся компанию, и всё норовил налить им на посошок, в результате чего друзья с шумом загремели в разрытый археологами могильник на кургане. А когда Хранители с проклятиями вытащили друг друга из-
— Почтеннейший Фродо! Вы, кажется, задремать изволили?
Фродо подскочил на месте и обалдело заморгал, глядя по сторонам. В зале Элронда
было тепло, немудрено, что его разморило. Впрочем, никто не пялился на хоббита с
осуждением или насмешкой. Головы собравшихся были заняты вещами поважнее.
Один лишь Бильбо, отсиживавшийся в Дольне со времени своего дня рожденья, мирно
дрых в углу.
— Итак, — продолжил Элронд, — поскольку господин Бэггинс-младший немного
э-э... отвлёкся, я коротко повторю последние решения.
Как предложил нам почтенный Гэндальф, Кольцо следует как можно быстрее отнести в Мордор и бросить в жерло вулкана. Магия кипящей лавы сольётся с затухающим
в Кольце волшебством и, расплавив талисман, удесятерит свои силы. Колдовство Саурона нынче тоже не на высоте, поэтому особых препятствий он учинить не должен. Но,
если уж Кольцо попадёт в лапы Тьмы, то расстаться с ним она уже не сможет и будет
хранить его до тех пор, пока магия не выветрится изо всего Средиземья. А это значит,
что все народы, за исключением людей, ждёт неизбежное вымирание.
— А как же сам Саурон? — спросил кто-то.
Элронд печально усмехнулся.
— Саурон самый преданный из рабов Кольца, — сказал он. — Даже осознавая свою
неминуемую гибель, он будет не в силах отказаться от обладания им.
Собравшиеся в зале зашумели. Дремавший у камина Бильбо очнулся, спросил: «На
чём бишь я остановился?..» и завёл тихим голосом балладу о дороге в Дублин. На него
со всех сторон зашикали. Старый хоббит осёкся, осовело повёл глазами и сызнова принялся клевать носом. Тут Гэндальф поднялся во весь рост, и шум постепенно стих. Маг
откашлялся.
— Итак, почтенные, — обратился он к публике, — большего словами и не скажешь.
Остаётся лишь назвать имена идущих, — Гэндальф поискал кого-то глазами и продолжил. — Фиг ли тут думать...
— Я бы попросил тебя, Гэндальф Серый, воздержаться от столь легкомысленных
словечек в моём доме! — загремел Элронд, но маг лишь отмахнулся:
— Дослушай сначала, потом говори, — проворчал он. — Итак, о чём это я?.. Ага! Я говорил: Фигли, тут думать особо не надо! Бери пергамент да записывай. Смотри только,
424
425
А, Назарет, а, Кармиэль!
Ерушалаим Израэль!..
Гэндальф и Фродо многозначительно переглянулись и, не сговариваясь, дружно покрутили пальцами у висков...
СОВЕТ У ЭЛРОНДА
Александр О’Карпов
конец властелина
пиши нормальными рунами, а то потом твою китайскую грамоту разбирать вспотеешь!..
Откуда ни возьмись, в руках гнома появились свиток и перо. Гэндальф одобрительно хмыкнул и принялся диктовать.
сильные корни поддерживали могучее тело, а спрятанные в глубине коры глаза смотрели строго и ясно.
Гэндальф первым пришёл в себя и почтительно поклонился.
— Здравствуй, Древобород, — сказал он.
— И вам того же, — медленно произнёсло существо. — Что за шум?
— Да вот, забрался тут один и вылезать не хочет! —маг с усмешкой кивнул в сторону башни и закричал: — Эй, Сухов! Хорошо ли тебе с моими жёнами? Я дарю тебе их!..
— С жёнами? — встрепенулся Древобород. — Не ведал я, Гэндальф Серый, что ты
многожёнец!
— Да шучу я, шучу!.. — досадливо поморщился маг. — Ну какие у меня могут быть
жёны!
Древобород мечтательно посмотрел в небо.
— Ом хо-хом!.. — произнёс он. — Давным-давно и у нас были жёны!.. Но они... потерялись.
Сэм пялился на существо в полном непонимании. В конце концов он не выдержал
и, дёргая хозяина за рукав, зашептал ему на ухо:
— Кто это, мастер Фродо? Никак в толк не возьму!..
— Это же этн! — тихо ответил хоббит. — Этн! Я о них читал.
— Эльф? — Сэм сдавленно вскрикнул и, не обращая внимания на попытки Фродо
остановить его, выбился вперёд всех и восторженно завопил:
— Эльф! Ты эльф?
Все покатились со смеху. Древобород нахмурился.
— Куругу хи-хи! — строго сказал он. — С чего бы это ты взял?
— Ну мне только что сказали, что ты — Этл! — не унимался Сэм. — А в одной известной эльфийской песенке поётся так, — с этими словами хоббит подцепил края жилетки руками и, приплясывая, принялся исполнять:
СЭМ ИЩЕТ ЭЛЬФОВ
— Открой тайну, несчастный! — задрав голову к звёздному небу, завывал Гэндальф.
Его борода носилась по ветру и хлестала стоявшего рядом Фродо по лицу. Тот только
машинально отстранялся, не в силах оторвать взгляда от окна в стене башни, уносящейся своим острым шпилем под самые облака.
— Не отзывается, тварь, — прокомментировал происходящее Арагорн и цинично
плюнул на древние камни стены. Гном Фигли зябко поёжился, кутаясь в своё кимоно,
и робко спросил:
— А не соизволит ли почтеннейший Бэрримор...
— Да Боромир я! Боромир! — пробасил могучий воин. — Сколько можно!..
— Прости, о великодушный, — заизвинялся гном. — Итак, а не соизволит ли почтеннейший э... Боромир послать пару стрел в окошко этого негостеприимного хозяина?
Боромир покосился на Гэндальфа и вынул из колчана стрелу величиной с добрый
батон колбасы.
— Стойте! — послышался умоляющий голос. Все обернулись и увидели Сэма.
— Стойте! — повторил он. — А может быть, он всё-таки... эльф?
Компания дружно заржала. Веселье их было настолько искренним, что этого не выдержал и сам скрывающийся в башне маг. В бешенстве он распахнул окно.
— Какого назгула! — заорал он на собравшихся внизу. — Проваливайте к эльфовой
матери!
— Так ты ж сам эльф! — прокричал в ответ Сэм.
Маг задохнулся от возмущения. Сэм продолжал:
— Ну скажи им, Саруман, что у тебя фамилия эльфийская, а то они мне не верят!..
— Я не эльф! — донеслось сверху. — У меня в родне сплошь валары!
— Да ладно тебе! — снисходительно улыбнулся Сэм. — А чего ж ты тогда в своём
Изянгарде сидишь?
— Фиг ли с ним разговаривать? — встрял Арагорн, устрашающе потрясая обломком
меча. — Гэндальф, поджигай!
— Мне надо с ним разговаривать? — изумился гном, но на него только махнули.
— Последний раз говорю! — прокричал Гэндальф. — Открой тайну!
— Может вам ещё и ключ от Ортханка? — издевались наверху.
Гэндальф кивнул Боромиру и тот принялся натягивать тетиву, как вдруг позади них
послышался раскатистый хриплый голос:
— Ом хо-хом!
Обернувшись, спутники застыли с разинутыми ртами. Голос принадлежал существу, похожему на громадный старый пень. Суковатые руки упирались в бока создания,
426
У бабушки Этл было три котёнка,
Три зверька — кота, а не гепарда!
Лес бабушки Этл обходили сторонкой,
Через выселки шли, мимо Изянгарда!..
Древобород молча слушал, кивая поросшей мхом головой. Когда песенка закончилась, он задумчиво похлопал ветвями друг о друга. (При этом с его головы свалилась
два или три крупных опёнка.)
— Хаба-хаба!.. — пробормотал он. — Занятная песенка, но уж больно короткая да
глупая. Я — этн, а не какая-нибудь Этл... Да... И не бабушки у нас были, а жёны! Так что,
если вы их где-нибудь встретите, то не сочтите за труд, напомните им о нас...
Сэм упорно не хотел сдаваться.
— А как мы узнаем, что это именно жёны? — спросил он, придирчиво рассматривая
Древоборода. Фродо густо покраснел. — Вот, если б ты эльф был, тогда тебя от жены
427
Александр О’Карпов
конец властелина
легко отличить можно было. Вам же должны были делать... ну это... Короче говоря, я дома сам кустарники подрезаю и знаю, что...
— Замолчи, дубина деревянноголовая! — зашипел на него Гэндальф и вдруг сам
осёкся, поймав грозный взгляд этна. — Нет-нет, Древобород! Я не хотел сказать ничего такого... Кстати, — попытался он перевести тему, — а мы тут, видишь ли, Сарумана
пытали насчёт дороги в Мордор. Сами мы не местные, туда нужды ходить не было... Теперь вот приспело, а этот червь заперся в своей башне и помогать не хочет!
— Ту Даблин, это вам сюда, блин... — медленно произнёс этн. — А вот Мордор не
знаю. Не бывал. Хотя...
Тут этн со страшным скрипом наклонился и, пошарив ветвистыми руками в какомто заднем дупле, выволок оттуда маленького связанного человечка. При свете луны стало видно, что человечек грязен и страшен, как гном с угольных копей.
— Полз этот крысёныш через мой лес и бредил каким-то кольцом, — объяснял Древобород. — А явился он акурат из Мордора. Не понравился он мне. Решил я его с собой
взять и вижу, правильно сделал. Вот он-то дорогу вам и покажет. Верно? — с этими словами этн наклонился к человечку и вынул у него изо рта кляп.
— Голлум! Голлум! — запричитал тот. — Голлум всё покажет! Голлум везде проникнет!..
Прежде, чем кто-либо успел опомниться, Сэм выступил вперёд.
— Ну хоть ты-то эльф? — с надеждой спросил он.
Сил смеяться уже ни у кого не оставалось. Фродо осел на землю и беззвучно трясся, держась за живот.
— Ну скажи, — простонал он, утирая слёзы со щёк. — А это-то ты с чего взял?
Сэм нахмурился.
— Всякому образованному хоббиту, уж не в обиду будь вам сказано, мастер Фродо,
известно, — мрачно проговорил Сэм, — что мудрый ребе Лев Бен Бецалель создал сего
монстра из глины, дабы тот помогал народу эльфийского квартала...
— Да не голем я! — взвыл несчастный. — Голлум я!..
— Что ж ты сразу не сказал! — горестно вздохнул Сэм и, вторя Арагорну, припечатал свой плевок к и без того загаженным камням стены Ортханка.
вязан к нему его дядя. Да и сам Фродо привык черпать из кольца остатки его былых сил.
Все понимали хоббита и никто не пытался его торопить.
Наконец, Фродо медленно встал и сделал шаг к пышущей жаром дыре. Словно почуяв его присутствие, гора ожила, и языки пламени вознеслись над кратером. Хоббит
зажмурился и заслонил лицо рукой.
— Давай, Фродо! — послышался позади голос Гэндальфа. — Отомсти за старого Тараса Бильбо!
Хоббит улыбнулся нехитрому и бородатому каламбуру. Ещё секунду он помедлил,
затем потянул кольцо из кармана, сжал его в кулаке, размахнулся и...
Мрак захлестнул вершину Ородруина. Порыв ледяного ветра сбил с ног спутников
Фродо и разметал их по склону горы. Заслоняя собой пылающий кратер, перед замершим в ужасе хоббитом на землю опустилась огромная тень. С каждым мигом призрак
обретал всё более ясные очертания и, наконец, склонился над Фродо, сверкая клыками
из-под чёрного капюшона. Холодным огнём вспыхнули пустые глазницы, и стылый,
идущий, казалось, из самой земли, голос произнёс:
— Ну вот и встретились, недомерок! Отдай мне кольцо!
Трясущимися руками Фродо потянулся навстречу Саурону.
— Фродо, нет! — где-то далеко кричал Гэндальф.
Хоббит сделал шаг навстречу Тёмному Властелину.
— О, всемогущественный! — тихо сказал он и подобострастно согнул спину. — Позволь мне самому укрыть это сокровище в складках твоего плаща, дабы мои ничтожные
спутники не попытались сорвать его с твоих царственных перстов!
С этими словами хоббит, держа кольцо обеими руками, приблизился к обалдевшему Саурону и опустил сокровище в его карман.
Секунду все безмолвствовали.
Тишину нарушил крик гнома Фигли.
— Орлы! — завопил он. — Орлы летят!
С неба камнем упали громадные птицы и, подхватив всех присутствующих, взмыли
с ними под облака.
Саурон грубо выругался. При его былом могуществе представить такой поворот событий было бы, по крайней мере, нелепо. Но колдовство правителя Мордора безнадёжно улетучивалось, и сил хватило лишь на то, чтобы вырваться из когтей птицы и полететь вниз к земле.
Возможно, его волшебства оставалось ещё вполне достаточно и на то, чтобы спокойно приземлиться, но Фродо, болтавшийся в клюве у другого орла, неожиданно завопил
во весь голос:
— Кольцо! Дёргай кольцо, Саурон! Открывай парашют!
Не успев хорошенько подумать, Саурон сунул руку в карман и что есть силы дёрнул
кольцо. Ещё несколько секунд он нёсся к земле, недоумённо разглядывая вытащенное
колечко, после чего мощный взрыв гранаты разнёс Тёмного Властелина в клочья.
КОНЕЦ КОЛЬЦА
Жар, поднимавшийся над жерлом вулкана, был ещё терпим, однако спящая гора
медленно пробуждалась, чувствуя приближение своего детища.
Отряд достиг Ородруина, практически не встретив никакого сопротивления орков.
Слова Гэндальфа подтверждались. Волшебство неумолимо утекало из Средиземья.
Старый маг уже не находил в себе сил даже на разведение костра. Спички гнома Фигли отсырели во время переправы через Андуин, и поэтому все с большим удовольствием расселись вокруг дымящегося кратера, пытаясь согреть окоченевшие конечности.
С грустью вспоминались весёлые посиделки у костра Бомбадила.
Фродо медлил. Расстаться с кольцом было непросто. Слишком уж крепко был при-
428
429
Александр О’Карпов
конец властелина
******
******
— Ай да Фродо! — не унимался Гэндальф. — И придумал же! Как только такое в голову пришло?..
— Да неужто бы я и в самом деле настоящее кольцо Саурону отдал? — застенчиво
отнекивался Фродо. — А так я ему колечко от лимонки меж пальцев показывал, а саму
гранату в кулаке держал. Ну и сунул ему в карман...
— Ладно, ладно, Фродо! Не скромничай! — отозвался Арагорн, обломком меча открывая бутылку пива.
— Однако, дело требует завершения, — ненавязчиво напомнил гном и добавил. —
Надобно довести его до конца, пока Саурон снова не материализовался.
Все торжественно встали вокруг кратера. Фродо подошёл к краю, вынул кольцо и,
уже без всякого сожаления, разжал пальцы. Кольцо мелькнуло золотой каплей и скрылось в недрах горы. По земле пробежала дрожь. Ородруин грозно загудел и смачно выплюнул столб кипящей лавы. Все дружно отшатнулись и попятились, но извержения не
последовало.
— Что ж, — вздохнул Гэндальф. — Твоя миссия выполнена, Фродо. Я чувствую, как
исполняюсь сил! И знаешь, пожалуй, я готов по этому поводу пойти на какое-нибудь
полезное колдовское деяние! Ну, что бы нам сейчас не помешало?
— Пожрать бы! — брякнул Сэм и тут же смущённо замолчал.
— Почему бы и нет! — внезапно воодушевился волшебник. — Мы заслужили.
Моментально перед ними появился уставленный разносолами стол, и друзья зашумели, рассаживаясь вокруг него.
Где-то на третьем часу пиршества Фродо вдруг хлопнул себя по лбу.
— А Саурон? — воскликнул он. Все, недоумевая, повернулись в его сторону, и хоббит пояснил:
— Когда Саурон заново воплотится и придёт в Мордор, то нас опять будет ждать
вечное противостояние. Начнутся пожары и войны! А эти чёрные от гари восточные
земли снова станут главной крепостью Тьмы. Выходит, мы только оттянули время?!
За столом воцарилось гнетущее молчание. Все молчали, погружёные в весьма невесёлые мысли. Тишину неожиданно нарушил Сэм.
— Всё просто! Это же элементарно, мастер Фродо! — радостно затараторил он. —
Пока Саурона здесь нет, надо сделать так, чтобы его земля вместе с этим магическим
Ородруином перестала быть эдакой чёрной пустыней! Гэндальф! Ведь ты можешь в
этом пособить?
Маг, улыбаясь, кивнул. Сэм воспрял духом и радостно продолжал:
— Пусть эти земли расцветут и зовутся отныне, скажем, Красным Востоком! И
пусть здесь варят лучшее пиво во всём Средиземье!
Гром аплодисментов был ему ответом. Гэндальф встал, произнёс какое-то торжественное заклинание и поднял посох!..
Застолье было в разгаре, когда Фродо, слегка осоловевший после третьей бутылки
«Богемского тёмного», краем глаза заметил, что Фигли расстелил на коленях какие-то
листы и с интересом их изучает.
— Позволь полюбопытствовать, что это ты рассматриваешь? — осведомился хоббит.
— Дорогу назад выбираю, однако, — ответил гном, и Фродо с изумлением узнал в
потрёпанных листах подробную карту Средиземья.
— Гэндальф! — от распиравших его эмоций, хоббит едва не подавился. — У этого отмороженного сына Дьюрина карта была!!!
— Что?! — заорал маг. — Так какого ж ты назгула молчал, когда мы у Сарумана дорогу пытали?
— Фигли вы не спросили! — неожиданно ответил гном и так обезоруживающе улыбнулся, что никто не смог найтись с ответом.
В это время на стол снова упала крылатая тень. От неожиданности все вздрогнули,
но, подняв головы, увидели, что это вернулся один из орлов.
— Дырявая моя голова! — произнесла мудрая птица. — Совсем позабыл я, Гэндальф
Серый...
— Знаешь, дружок! — сладким и немного хмельным голосом перебил его маг. — Зови-ка ты меня лучше... Белым! И можно без всяких Гэндальфов... Просто Белый! И ладненько... — волшебник глуповато захихикал, но орёл терпеливо продолжал:
— Совсем я позабыл доставить тебе послание из Хоббитона. Но, к счастью, вовремя
вспомнил об этом и вернулся.
С этими словами орёл отвязал клювом от лапы солидный конверт и протянул его магу.
— Так-так, интересно... — Гэндальф отколупнул сургуч и, достав письмо, принялся
читать. Как вдруг лицо старого волшебника побагровело от ярости и Гэндальф, брызжа
слюной, завопил:
— Не-ет! Не может быть! Только не это!..
Со страхом все повскакивали с мест и, обступив мага, уткнулись в послание.
На красочно расписанной открытке читалось:
430
431
Бильбо Бэггинс имеет честь пригласить Гэндальфа Серого
в поместье Засумки 22-го сентября с. г. на праздничный ужин,
посвящённый его, Бильбо Бэггинса, стоодиннадцатилетию!
...Когда все вволю нахохотались и, набив трубки, блаженствовали, сидя вокруг стола, Сэм вдруг прищурился и стал напряжённо всматриваться вдаль. Ветер донёс красивую, хотя и слегка печальную мелодию. Сэм вскочил со стула и, показывая пальцем в
сторону долины, радостно закричал:
— Смотрите! Эльфы!.. Они возвращаются!..
Май, 2000 г.
Скачать