А.А. Багирян Страх смерти и что его рождает Сложно сказать

Реклама
дельными показателями интегральной индивидуальности подростка и
эффективностью его конфликтного внутриличностного поведения. По
результатам проведенного исследования нами была разработана программа развития структур интегральной индивидуальности подростков
с конфликтным внутриличностным поведением. В настоящий момент
программа находится на стадии реализации.
Исходя из всего вышесказанного, можно сказать, что нами успешно были решены задачи, поставленные в начале исследования, а также
гипотеза нашла свое подтверждение и успешное решение в ходе реализации практикоориентированного проекта.
Библиографический список
1.
2.
3.
4.
5.
6.
Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды; в 2 т. М.: Педагогика,
1980. Т. 1. 189 с.
Анцупов А.Я., Шипилов А.И. Конфликтология. Учебник для вузов. М.:
ЮНИТИ, 1999. 551 с.
Белоус В.В. Характеристика интегральной индивидуальности и критерии
распознавания (рус.) // Вопросы психологии. 1991.
Грешнев Д.В. Психологические особенности внутриличностного конфликта. Тамбов, 2003. 22 с.
Мерлин В.С. Очерк интегрального исследования индивидуальности. М.:
Педагогика, 1986. 256 с.
Фельдштейн Д.И. Психология современного подростка. М., 1987. 240 с.
А.А. Багирян
2 курс, Институт человековедения
науч. рук. ст. преп. Е.А. Эннс
Страх смерти и что его рождает
Сложно сказать, что именно разрушает крепкую плотину психологических защит и затапливает наше сознание страхами самых разных
видов и сортов, об одном из которых — страхе смерти — пойдёт речь в
настоящей статье. Диапазон возможных причин простирается от самых
банальных психотравм до атеистического мировоззрения. Это кажется
нелепым на первый взгляд, но последующее повествование должно расставить все точки над «i». Большинство моих рассуждений базируется
на результатах работы самого древнего, проверенного веками инструмента, который отнюдь не утратил своей значимости и по сей день —
интроспекции.
Далее я хочу рассказать вам о происхождении моего собственного
страха смерти. Думаю, отправной точкой можно считать тот момент мо58
его детства, когда я впервые попытался заглянуть в будущее достаточно
далеко, чтобы увидеть маячащий вдали абрис старухи с косой. Передвижение по этапам жизни влекло меня от юношества к среднему возрасту,
от среднего возраста — к старости, а от старости – к неминуемому апофеозу всех стремлений и чаяний человеческой жизни, — смерти. Но в
то мгновение смерть не казалась мне столь устрашающей. Моя детская
психика находилась под защитой религиозных суеверий, которые рисовали картину конца не угнетающим и безысходным падением в бездну
бессознательного мрака, а лишь переходом на новый уровень материи.
На основании этого я сделал вывод, что единственным естественным механизмом защиты от страха смерти является наивность. Та самая
детская наивность, благодаря которой каждый из нас в своё время верил
в Деда Мороза, Буку, а кто-то и по-прежнему верит в сказочный безмерный абсолют, зовущийся Богом. Наивность — не проявление глупости,
как может показаться при поверхностном взгляде на это явление, а лишь
барьер, ограждающий нашу психику от потенциального источника диссонанса.
Абстрагируясь от сабжа статьи, можно привести и другие примеры
защитного механизма наивности. Мы с большей охотой поверим в то,
что смс претенциозного содержания пришло на телефон возлюбленной
по ошибке, чем в то, что оно предназначалось конкретно ей. Мы с большей охотой поверим в то, что нам наступили на ногу случайно, нежели
в то, что это было сделано нарочно. Мы с большей охотой поверим в то,
что нас игнорируют потому, что не слышат, а не потому, что не хотят
слышать. Мы возводим вокруг себя иллюзорную реальность, сотканную из суеверий и предрассудков, чтобы спрятаться в неё от терзающих
нас страхов. Иные из этих иллюзий становятся субстратами для произрастания целых учреждений, призванных защитить нас от ужасов мира,
в котором мы причудой судьбы оказались.
Самое грандиозное из таких учреждений — церковь. Именно
церковь в деталях описывает ту фантастическую действительность, в
которой нет смерти. Она даёт нам сладкую ложь, чтобы могли забыть
о горькой правде. Более того, она даёт нам целый мировоззренческий
комплекс, который в сущности являет собой обросший рядом новых деталей принцип «кнута и пряника»: поступал плохо — вот тебе «кнут»,
ад; поступал хорошо — вот тебе «пряник», рай. Но мы отдаляемся от
темы. Главный тезис этого абзаца в том, что единственным избавлением
от страха смерти является наивная вера в дальнейшее существование по
ту сторону бездны, которое можно купить в обмен на свободомыслие у
любой религии мира. Других способов убежать от него я не вижу.
59
Но речь идёт только о полном избавлении. Способы заглушить
страх смерти, конечно же, существуют. В каком-то смысле страх смерти подобен описанной Виктором Франклом скуке, которая опустошает
нашу душу до состояния полного экзистенциального вакуума. Если человек, по Франклу, постоянно нацелен на смысловое ориентирование
своего жизненного пространства, то страх смерти представляет собой
главный бич этого благородного порыва. Страх смерти де-факто обессмысливает все поступки, которые мы совершили или только собираемся совершить — в особенности те, что призваны удовлетворить наши
сиюминутные потребности. Какой прок в уходе за своим телом, если
оно неминуемо — все мы это знаем — истлеет, сгниёт и смешается с гумусом? Эта хладнокровная логика давит на рассудок с неумолимостью
машинного пресса, грозящего подавить его и сломить. Каждый довод,
тщательно противопоставляемый нами ей, являет собой в лучшем случае травинку, за которую в болезненном отчаянии цепляется падающий
с обрыва альпинист. Травинка не способна выдержать вес человека, равно как и рассудок не способен выдержать давление страха смерти [1].
Но повторю мысль, высказанную мною в начале предыдущего абзаца: страх смерти подобен франкловской скуке. Отсюда следует, что и
методы борьбы с двумя этими бичами адекватного мировосприятия, в
сущности, одни и те же. Прибегая к интроспекции, отмечу тот факт, что
в моём сознании скука и страх смерти следуют в диаде друг с другом
(хотя допустимо предположение, что скука — лишь плодородная почва, «субстрат» для произрастания семян страха смерти). Как бы там ни
было, чтобы преодолеть диаду «скука-страх», нам необходимо создать в
своей жизни такое напряжение, которое требует немедленной разрядки.
Висящая на повестке дня проблема вытеснит из зоны актуальных задач
неразрешимый парадокс, порождаемый страхом смерти, избавив рассудок от тяжести давящего на него пресса.
К сожалению, люди, влачащие вялотекущий, размеренный, гдето даже пустой образ жизни — если, конечно же, они не убеждённые
верующие, — обречены постоянно испытывать на себе страх смерти.
Единственное утешение на безропотном пути из чрева матери в могилу — это деятельность, которая согласно одному из главных принципов
психологической науки является не чем иным, как маркером сознания.
Библиографический список
1.
2.
3.
Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. 368 с.
Франкл В. Воля к смыслу. М.: ЭСМО-Пресс, 2000. 97 с.
Франкл В. Сказать жизни «Да»: Психолог в концлагере. М.: Альпина Нонфикшн, 2009. 239 с.
60
Скачать