Автореферат_Титаренко - Русский язык в Украине

Реклама
1
Министерство образования и науки, молодежи и спорта Украины
Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко
Институт филологии
ТИТАРЕНКО ЕЛЕНА ЯКОВЛЕВНА
УДК 811.161.1 '366.58
АСПЕКТУАЛЬНАЯ КАТЕГОРИЯ ФАЗОВОСТИ
И ГРАММАТИЧЕСКАЯ СЕМАНТИКА ВИДА ГЛАГОЛА
В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
10.02.02 – русский язык
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
доктора филологических наук
Киев – 2013
2
Диссертация на правах рукописи.
Работа выполнена на кафедре методики преподавания филологических
дисциплин
Таврического
национального
университета
имени
В.И.Вернадского Министерства образования и науки, молодежи и спорта
Украины.
Научный консультант: доктор филологических наук, профессор
Богданович Галина Юрьевна
Таврический национальный университет
имени В.И.Вернадского, заведующая кафедрой
межъязыковых коммуникаций и журналистики
Официальные оппоненты:
Мусиенко
Валентина
Павловна,
доктор
филологических наук, профессор, заведующая
кафедрой русского языка Киевского национального
лингвистического университета
Теркулов
Вячеслав
Исаевич,
доктор
филологических наук, профессор, заведующий
кафедрой
русского
языка
Донецкого
национального университета
Петрова
Луиза
Александровна,
доктор
филологических
наук,
доцент,
заведующая
кафедрой русского языка Одесского национального
университета имени И.И.Мечникова
Защита состоится «________»_________2013 г. в ______часов на заседании
специализированного ученого совета Д 26.001.19 в Институте филологии
Киевского национального университета имени Тараса Шевченко (01601 г.
Киев, бульвар Тараса Шевченко, 14, к. 63).
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Киевского
национального университета имени Тараса Шевченко (01601, г. Киев, ул.
Владимирская, 58, к.12).
Автореферат разослан «_____»________________2013 г.
Ученый секретарь
специализированного ученого совета____________________ Л.П.Гнатюк
3
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Становление аспектологии как науки связано с именами таких ученых, как
С. Агрелль, Н. С. Авилова, А. В. Бондарко, В. В. Виноградов, М. Я. Гловинская,
А. В. Исаченко, С. И. Карцевский, Э. Кошмидер, Ю. С. Маслов, И. А. Мельчук,
Л. П. Размусен, О. М. Соколов, А. Н. Тихонов, М. А. Шелякин, Е. В. Падучева,
Д. Пайар, Е. В. Петрухина, Е. Н. Ремчукова, С. О. Соколова, В. С. Храковский,
М. Ю. Черткова и др. Однако несмотря на долгую традицию изучения семантики
видов и значительные достижения аспектологии, основные вопросы теории вида, в
частности «коренной вопрос» о том, «что представляет собой категориальное
значение каждого из видов» (М. Я. Гловинская), остаются дискуссионными, и кроме
того, категория вида по-прежнему является «ареной борьбы и взаимодействия
грамматических и лексических значений» (В. В. Виноградов).
В. В. Виноградов схематически представлял систему внутриглагольного
словопроизводства в пределах одного лексического гнезда, называя эту картину
«движения русского глагола по ступеням или степеням словопроизводства» полной
глубокого смысла и интереса. Аспектуальная категория фазовости привлекала
внимание таких лингвистов, как Ю. С. Маслов, В. С. Храковский, О. М. Соколов,
Т. В. Белошапкова, С. О. Соколова и др. С. И. Карцевский отмечал, что вокруг
основного (т. е. первичного глагола НСВ) возникают приставочные глаголы СВ,
выражающие начинательные, окончательные, ограничительные значения. Эти
фазовые отношения составляют основу фазовой парадигмы глагола, изучению и
описанию которой посвящена настоящая диссертация.
Исследование выполнено в рамках функциональной лингвистики и
имплицитной грамматики. Идея «скрытой» (имплицитной) грамматики была
заложена в трудах А. А. Потебни, Л. В. Щербы, Б. Л. Уорфа, Э. Кошмидера,
С. Д. Кацнельсона и др. В конце ХХ века О. М. Соколов, развивая это направление,
сосредоточил внимание на проблемах имплицитной морфологии, основным
принципом которой является признание факта неоднозначности формы, ее
способности наполняться различным, порой противоположным содержанием.
Важным принципом имплицитной морфологии является установление
функциональной зависимости одних элементов языка от других. «В этом отношении
имплицитная морфология представляет собой разновидность вербоцентрической
грамматической теории, грамматики зависимостей» (О. М. Соколов). Настоящая
работа продолжает и развивает теорию имплицитной морфологии русского глагола.
Актуальность
темы
диссертации
определяется
необходимостью
теоретического осмысления грамматической семантики категории вида глагола в
свете
современных
лингвистических
парадигм;
важностью
изучения
взаимодействия вида с имплицитными аспектуальными категориями предельности,
временной локализованности, единичности, повторяемости; а также описанием
лексико-грамматической категории фазовости и ее проявления в фазовой
парадигматике глаголов современного русского языка. Актуальность работы
4
определяется также необходимостью выработать принципиально новый подход к
обучению виду глагола в практике преподавания русского языка.
Связь работы с научными темами. Работа выполнена на кафедре методики
преподавания филологических дисциплин в соответствии с темами научных
исследований факультета славянской филологии и журналистики Таврического
национального университета имени В. И. Вернадского «Функциональное описание
естественного языка и его единиц» (государственная регистрация № 0101V001797);
«Языковая концептуализация коммуникации и медиаобразования» (государственная
регистрация № 0106U003200), «Компетенции в языке и социальные коммуникации»
(государственная регистрация № 0106U001820).
Тема диссертации в данной формулировке утверждена решением Ученого совета
Таврического национального университета имени В. И. Вернадского (протокол № 10
от 19.10.2011).
Теоретической базой исследования служит концепция Ленинградской
аспектологической школы (Ю. С. Маслов, А. В. Бондарко, М. А. Шелякин,
О. М. Соколов), научные взгляды зарубежных лингвистов (С. Агрелль,
Э. Кошмидер), основы «скрытой» грамматики (С. Д. Кацнельсон), теория
имплицитной морфологии глагола и теория фазовости (О. М. Соколов).
Семантическая концепция базируется на теоретических положениях, изложенных в
трудах Л. А. Новикова, И. А. Стернина, О. М. Соколова, а также на позициях
Московской семантической школы под руководством Ю. Д. Апресяна.
Целью диссертационного исследования является описание грамматической
семантики категории вида глагола и ее взаимодействия со смежными
аспектуальными категориями в современном русском языке, разработка теории
фазовой парадигматики глаголов, анализ фазовых парадигм русских глаголов
различных лексико-грамматических групп и классификация глаголов на основе их
фазовой валентности.
Задачи исследования: 1) теоретическое осмысление коренных проблем
аспектологии; 2) систематизация аспектологической терминологии; 3) выведение
инвариантной формулы граммем совершенного и несовершенного вида глаголов,
определяющей сущность их противопоставления в аспекте взаимодействия
лексической и грамматической семантики глагольной лексемы; 4) исследование
семантических процессов взаимодействия глагола с контекстом в пределах
высказывания; 5) разработка теории и описание структуры фазовых парадигм
русских глаголов; 6) изучение и описание особенностей фазовой парадигматики
конкретных семантических и лексико-грамматических групп глаголов в русском
языке; 7) обоснование концепции и структуры словаря русской глагольной лексики.
Объект исследования – глаголы совершенного и несовершенного вида
современного русского языка в лексикографическом описании и в дискурсивных
практиках. Предмет исследования – грамматическая и семантическая структура
категории вида глагола в языке и речи и фазовая парадигматика русского глагола.
Материалом исследования послужили фазовые парадигмы русских глаголов
различных семантических групп (около 500 базовых единиц). При составлении
фазовых парадигм глаголов и словарных статей для словаря фазовой парадигматики
5
русских глаголов использовались «Словообразовательный словарь русского языка»
А. Н. Тихонова в 2-х томах, «Словарь русского языка» под редакцией
А. П. Евгеньевой в 4-х томах и др. источники. Контексты употребления глаголов
были выбраны из Национального корпуса русского языка, художественных и
публицистических текстов (русскоязычные СМИ Украины и России), текстов
электронной коммуникации (русскоязычных сайтов Интернет).
Методы исследования. Цель и задачи работы обусловили использование
адекватной методологии. В диссертации были использованы как общенаучные
методы (наблюдение, сравнение, обобщение, комментирование, анализ и синтез),
так и общелингвистические и специальные методы исследования (описательный
метод, метод классификации, подстановки, дистрибутивного и компонентного
анализа, метод интерпретации, аналогии).
Для изучения имплицитных категорий, выделения сем и выявления семной
структуры глаголов применялся метод компонентного анализа.
При составлении фазовых парадигм глаголов, для определения фазовой
валентности глаголов и отношений фазовости между мотиватом и мотиватором
использовался метод анализа словарных дефиниций, метод подстановки и
семантического толкования.
Для выделения семантических и лексико-грамматических групп глаголов
использовался метод классификации. Для сбора иллюстративного материала были
применены методы корпусной лингвистики и частичной выборки.
Основным методом в работе послужил метод лингвистического наблюдения и
системного научного описания языковых единиц с элементами лингвистического
эксперимента.
Научная новизна диссертации заключается в описании грамматической
семантики категории вида глагола в русском языке и выведении семной формулы
видовых граммем; в разработке теории фазовой парадигматики, представлении
концепции и структуры фазовой парадигмы русских глаголов; в исследовании
особенностей фазовой парадигматики конкретных семантических и лексикограмматических групп глаголов.
Впервые составлена семная формула граммем совершенного / несовершенного
вида, выражающая его категориальную семантику во взаимосвязи с имплицитными
аспектуальными категориями современного русского языка. Впервые разработана
теория фазовой парадигматики и представлен анализ фазовых парадигм глаголов
различной семантики. Впервые высказана идея словаря фазовых парадигм русских
глаголов, разработана его концепция и структура.
Теоретическая значимость диссертационной работы заключается в
дальнейшем развитии теории имплицитной морфологии, в частности, имплицитной
аспектологии; на базе высказанных в диссертации теоретических положений
открываются перспективы построения методической аспектологии, описания
синтаксических средств выражения фазовости в современном русском языке и
функционально-семантического поля фазовости. Предлагаемая в работе методика
изучения и описания фазовых парадигм глаголов может использоваться для
исследования других славянских языков, в первую очередь – в украинистике.
6
Теор ия фа зо вой пар адиг ма тик и , базирующаяся на понятии фазовой
парадигмы, предоставляет новые возможности для исследования семантических,
грамматических и лексико-грамматических группировок глаголов. Фазовые
парадигмы демонстрируют сходства и различия аффиксальной и фазовой
валентности глаголов, семантические переходы от лексемы к лексеме в структуре
значений полисемантичного глагола, сопровождающиеся изменением отношений
фазовости. Фазовая парадигма объединяет все глаголы одного «лексического
гнезда»: и видовые пары, и глаголы «способов действия» (модификации), и «новые
слова» (мутации).
В аспектологии считается общепризнанной связь категории вида с особой
а спе ктуа льной категорией спо собо в д ейс твия , которые Ю. С. Маслов
относил к «исходным аспектологическим понятиям». Спо собы д ейс твия – это
с ем ан тич ески е ра зр яд ы (группировки) глаголов, выделяемые на основе
сходства в типах протекания и распределения действия во времени, они детально
изучены и описаны в научной литературе, разработаны классификации способов
действия. Однако любая классификация – это распределение, разделение и в
определенной мере противопоставление глагольной лексики, ее анализ, в то время
как фазовая парадигма – это объединение, систематизация, установление связей
между родственными лексемами, т. е. синтез. Таким образом, фазовая парадигма
объединяет и систематизирует глаголы в соответствии с их фазовой валентностью,
используя при определении фазовых пределов все достижения теории способов
действия. В этом также заключается важное теоретическое значение результатов
работы.
Практическое значение. Работа имеет практическое значение для
лексикографии (создание словаря фазовости русских глаголов) и преподавания
русского языка как родного (для написания учебников по морфологии и
аспектологии) и как иностранного (обучение иностранных учащихся теории и
практике употребления категории вида русского глагола; создание учебного
пособия по видам глагола). Результаты исследования могут использоваться в курсе
лекций по морфологии, общему, русскому и украинскому языкознанию,
дисциплинах свободного выбора по аспектологии, словообразованию и лексической
семантике в высших учебных заведениях.
Личный вклад диссертанта. Работа является полностью самостоятельным
исследованием, выполненным без соавторов. Идея фазовой парадигмы и теория
фазовой парадигматики, семантическая формула видов глагола, сбор и анализ
материала, основные выводы принадлежат исключительно автору диссертации. В
двух статьях, написанных в соавторстве, соискателю принадлежат основное
содержание, теоретические и практические выводы по исследуемым вопросам.
Апробация результатов исследования. Апробация основных идей,
теоретических разработок и результатов исследования осуществлялась в виде
тезисов, материалов, докладов на научных и научно-практических конференциях.
Общее количество выступлений на конференциях разного уровня, помимо докладов
на ежегодных научных конференциях профессорско-преподавательского состава
ТНУ имени В. И. Вернадского и заседаниях кафедры (с 1991 по 2012 г.), составляет
7
более 40, из них 13 выступлений на крупных международных конференциях,
симпозиумах и конгрессах за рубежом (в Болгарии, Испании, Италии, Польше,
России). В том числе: международная научная конференция «Когнитивные
сценарии языковой коммуникации» (Симферополь, 2001); международная научнопрактическая конференция «РКИ: специфика описания, теория и практика
преподавания в России и за рубежом» (Москва, РФ, 2001); международная научная
конференция «Владимир Иванович Даль и современные филологические
исследования» (Киев, 2002); Всеукраинская научно-практическая конференция
«Проблеми оптимізації процесу викладання іноземних мов в вищих медичних
закладах освіти» (Симферополь, 2003); Лингвистические чтения «На перекрестке
языков и культур: теоретическое исследование и воплощение» (Симферополь,
2003); I Всеукраинская научно-методическая конференция «Теория и технология
иноязычного образования» (Симферополь, 2004); II-IV Международная научнопрактическая конференция «Теория и технология иноязычного образования»
(Симферополь, 2006; 2008; 2010); V(I) Международная научно-практическая
конференция «Теория и технология иноязычного образования» (Киев, 2011); I-III
международная научная конференция «Лингвистические чтения памяти профессора
О.М.Соколова» (Симферополь, 2004; 2006; 2012); международная научная
конференция «Актуальные проблемы современной лексикологии и грамматики
славянских языков» (Винница, 2003); международная научно-практическая
конференция «Международное образование: итоги и перспективы» (Москва, РФ,
2004); II, III, IV Международный конгресс исследователей русского языка «Русский
язык: исторические судьбы и современность» (Москва, РФ, 2004; 2007; 2010);
Всеукраинская научно-практическая конференция «Учебный процесс как основа
комплексной адаптации иностранных студентов к новой образовательной,
социальной и культурной среде» (Одесса, 2005); Международная научнопрактическая конференция «Русский язык и литература: Проблемы изучения и
преподавания» (Киев, 2005, 2006, 2009, 2011; Горловка, 2010, 2012); ХI Конгресс
МАПРЯЛ «Мир русского слова и русское слово в мире» (Болгария, 2007);
MegaLing’ 2007 «Горизонты прикладной лингвистики и лингвистических
технологий» (Партенит, 2007); II Международная научная конференция «Типология
вида / аспекта: проблемы, поиски, решения» (Гаспра, 2009); II Международная
конференция «Русский язык и литература в международном образовательном
пространстве: современное состояние и перспективы» (Испания, 2010). III
Конференция Комиссии по аспектологии Международного комитета славистов
«Глагольный вид: грамматическое значение и контекст» (Италия, 2011);
международная научная конференция I, II, III Новиковские чтения
«Функциональная семантика и семиотика знаковых систем» (Москва, РФ, 2006,
2009, 2011); II Международный симпозиум «Славянские языки и культуры в
современном мире» (Москва, РФ, 2012); V и VI Международная научнопрактическая конференция «Русский язык в поликультурном мире» (Ялта, 2011,
2012); международная научно-практическая конференция «Диалог культур.
Восточнославянские языки в контакте с польским и другими европейскими
языками» (Польша, 2012) и др.
8
Публикации. Содержание диссертации отражено в 53 работах автора: одной
монографии, 33 статьях (из них 22 в специализированных научных изданиях), 17
тезисах и материалах конференций; в том числе 14 – в зарубежных изданиях.
Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, четырех
разделов, выводов, списка использованной научной литературы (334
наименований), списка условных сокращений. Полный объем диссертации – 418 с.,
из которых основной текст – 380 с.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во вступлении излагаются актуальность темы исследования, ее связь с
научными темами, цель и задачи, предмет, объект, материал, методы исследования,
научная новизна, теоретическая и практическая значимость результатов, апробация
работы.
В первом разделе «Теоретические основы и история русской
аспектологии» кратко изложена история становления аспектологии как
самостоятельного раздела лингвистики, представлен обзор основных направлений
аспектологических исследований и научных школ, определено место украинских
лингвистов в данной отрасли знаний.
Одной из важнейших задач аспектологии на протяжении длительного времени
остается определение базовых понятий и терминов, поскольку терминология в
целом вызывает неудовлетворенность ученых, в первую очередь, наличием
большого количества терминологических синонимов и омонимов, разногласиями в
понимании и употреблении терминов и т. д.
Основополагающими для аспектологии являются термины вид / аспект. В
научной литературе последних лет появилась тенденция к употреблению термина
вид по отношению к морфологической категории в славянских языках, а термина
аспект – по отношению ко всем (невидовым) языкам. Таким образом, славянский
вид оказывается частным случаем аспекта, имеющего универсальный характер.
Данная точка зрения не находит поддержки в диссертации.
Ю. С. Маслов призывал установить в аспектологии соответствия между
национальными и интернациональными терминами. Принцип взаимнооднозначного соответствия национальных и интернациональных терминов-дублетов
исключает какое бы то ни было расхождение в их значении. Термин аспект
является переводом русского термина вид на английский язык (М. Ю. Черткова), в
работе признается полное соответствие данных терминов и употребляется термин
вид.
Еще одним общеупотребительным термином в славянской аспектологии
является способ действия, однако понятие способов действия разными
аспектологическими школами трактуется по-разному. Вслед за Э. Кошмидером и
Ю. С. Масловым мы понимаем способы действия исключительно как семантические
разряды глаголов, выделяемые на основе сходства в типах протекания и
распределения действия во времени. «Способы действия лежат в иной плоскости,
чем виды, но так или иначе взаимодействуют с видами» (Ю. С. Маслов). Наиболее
9
существенным разбиением глаголов по способу действия Ю. С. Маслов назвал
разбиение их на предельные и непредельные.
Термины предельность – непредельность относятся «к очень важному
аспектологическому понятию» (Т. В. Булыгина), однако они нередко употребляются
разными авторами различным образом, имеют несколько синонимов, омонимов и
интернациональных эквивалентов: лимитативность – нелимитативность,
терминативность – нетерминативность и др. В диссертации употребляются
термины предельный (П) и непредельный (НП) глагол, при этом предельность
глаголов СВ (реализованная, реальная П) и направленность на достижение
внутреннего предела у глаголов НСВ (потенциальная, нереализованная П)
терминологически не различаются.
Важными для описания категориальной семантики вида глагола являются
понятия единичности и повторяемости действия. В диссертации различаются
однократные действия (выполненные в один прием, за один раз), ко ли чес тво
которых равно единице, поэтому такое действие может быть названо также
единичным, или разовым, но не одноактным или однофазисным. Одноактное
действие – состоящее из одного акта многоактного действия; представляющее один
акт из ряда ему подобных. Интернациональный синоним – семельфактивное.
Семельфактивами называются только одноактные глаголы, этот термин не
употребляется по отношению к однократным глаголам. Одноактными мы
называем глаголы с суф. -ну- (кольнуть, шагнуть, стукнуть), соотносительные с
многоактными (колоть, шагать, стучать); остальные глаголы СВ с суффиксом ну- (хлынуть, прильнуть, прикорнуть и т. п.), -ану- (толкануть), а также глаголы
типа ступить, сбегать мы называем однократными. Многоактность
(интернациональный эквивалент мультипликативность) – сложное действие,
состоящее из ряда повторяющихся актов (чихать, мигать, прыгать).
Любое действие, совершаемое один раз, должно называться единичным или
разовым (т. к. количество действий равно единице). Термином единичный можно
обозначить и однократное и одноактное действие. Повторяемость диалектически
противопоставлена единичности. Термин повторяемость наиболее точно отражает
суть явления. Интернациональный эквивалент термина – итеративность. В
некоторой степени ему синонимичен термин «кратность» действия,
охватывающий понятия не только «много-», но и «малократности», в специальной
литературе нередко термины кратность и повторяемость употребляются как
синонимы (О. К. Грекова). Мы понимаем кратность как вари ант повторяемости.
Категориальным значением глагола как части речи, вслед за «Русской
грамматикой»1 и О. М. Соколовым, мы считаем значение процесса, включающее
действия, состояния и отношения. Процесс может иметь развивающийся,
повторительный, статальный, быстротечный, длительный, ослабленный и т. п.
характер. Существуют разные типы процессов: это могут быть развивающиеся во
времени и пространстве действия, ведущие к постепенному переходу
количественных накоплений в новое качество, либо устойчивое, стабильное на всем
протяжении протекание действия, которое не содержит информации о том, что
1
Русская грамматика : в 2-ух т. / [гл. ред. Н. Ю. Шведова]. – М. : Наука, 1980. – Т. 1, с. 582.
10
происходит с субъектом или объектом, как они изменяются (О. М. Соколов). В
диссертации употребляется термин «действие», наполненный тем же содержанием,
что и термин «процесс» в самом общем категориальном смысле. Это согласуется и с
замечанием Ю. С. Маслова: «Под «действием» здесь и в дальнейшем понимается
любое явление, обозначенное с помощью глагольной формы (или глагольной
формы и зависящих от нее слов)»2. Кроме того, учитывая, что различные свойства,
обычно приписываемые действиям или предикатам, фактически оказываются
свойствами ситуаций (В. С. Храковский), в диссертации «действие» и «ситуация» в
этом смысле употребляются как синонимы.
В первом разделе коротко изложена история поисков семантического
инварианта совершенного и несовершенного вида, одна из «вечных» проблем
аспектологии. Детальное описание истории вопроса и критический анализ основных
теорий инварианта видов был дан такими лингвистами, как В. В. Виноградов;
Н. С. Авилова; А. В. Бондарко; М. Я. Гловинская; Ю. С. Маслов; Е. В. Падучева;
О. М. Соколов; А. Н. Тихонов; М. А. Шелякин; С. А. Карпухин; Е. В. Петрухина;
М. Ю. Черткова и др. Наиболее убедительными и общепризнанными в настоящее
время являются теории целостности и внутреннего предела как семантического
инварианта совершенного вида (СВ), которые А. В. Бондарко объединил и
определил инвариант СВ как «ограниченное пределом целостное действие».
Семантического инварианта несовершенного вида (НСВ) «традиционная»
аспектология не называет, признавая его не мар киро ва нным , слабым членом
привативной оппозиции видов.
Поиски видового инварианта продолжаются. В современной аспектологии,
помимо внутреннего предела, целостности, точечности и т. д., были предложены
следующие семантические инварианты видов: ‘начать’ (М. Я. Гловинская),
‘ЛИМИТ’ (М. Ю. Черткова), «нечто было, а сейчас этого нет» (Е. В. Падучева),
предел как граница (Е. В. Петрухина), «действие в динамике» (С. А. Карпухин) –
для СВ. ‘ПРОТ’ (М. Ю. Черткова), «нечто есть (сейчас) и (в течение некоторого
времени) будет» (Е. В. Падучева), «действие в статике» (С. А. Карпухин) – для
НСВ. Высказано также мнение о том, что семантического инварианта видов вовсе
не существует (И. Г. Милославский). О. М. Соколов обнаружил в видовых парах
фазовый инвариант (об этом подробнее в 3 разделе диссертации).
Важной теоретической проблемой, также относящейся к разряду «вечных»,
является грамматический статус категории вида – словоизменительный или
словоклассифицирующий. Детальные исследования последних лет (Н. В. Перцов;
Е. В. Петрухина; Е. Н. Ремчукова; М. Ю. Черткова; А. А. Зализняк и А. Д. Шмелев и
многие др.) показали «реально двойственную природу вида», соединяющую
признаки словоизменения и словоклассификации (А. А. Зализняк и А. Д. Шмелев);
«некоторое преобладание аргументов в пользу словоизменительной трактовки», не
дающее, однако, достаточных оснований для однозначного решения вопроса
(Н. В. Перцов); невозможность «уместить» категорию вида «в прокрустово ложе
2
Маслов Ю.С. Избранные труды : Аспектология : Общее языкознание / Ю. С. Маслов – М. : Языки
славянской культуры, 2004, с. 307.
11
формообразования» (Е. Н. Ремчукова). В диссертации принята классифицирующая
теория вида, определение которого дала Е. В. Петрухина: «Вид в русском языке
является морфологической категорией особого типа: это дер ивационная
к лас сифицир ующ ая морфологическая категория, в которой реализуется
противопоставление глагольных лексем СВ и НСВ»3.
Таким образом, видовая пара глаголов рассматривается в работе как
противопоставление глаголов ра зных видо в (СВ и НСВ ) , имеющих
тождественное лексическое значение и находящихся в отношениях прямой
словообразовательной мотивации (включая супплетивные пары). Вопрос количества
видовых пар у одного глагола тоже вызывает разногласия. Ю. Д. Апресян,
А. А. Зализняк, А. Д. Шмелев и другие лингвисты настаивают на главном принципе
– единственности видовой пары. Широко распространено мнение, отражаемое и в
лексикографической практике, что у одного глагола в разных лексикосемантических вариантах (ЛСВ) могут быть разные видовые пары, и даже в одном и
том же ЛСВ может быть несколько видовых пар. Так, в частности, возникают и
«видовые тройки».
И. Г. Милославский предложил вообще отказаться от понятия «видовая пара», а
Е. В. Падучева высказала мнение о том, что в пр ак тич ес кой асп ек то ло гии ,
можно вообще не затрагивать вопроса, являются ли парные СВ и НСВ формами
слова или разными словами.
У некоторых глаголов СВ в результате процессов вторичной имперфективации
образуется две видовые пары, что в русской аспектологии принято называть
«видовыми тройками» (жечь-сжечь-сжигать). Их изучением и описанием
занимались такие ученые, как Ю. С. Маслов, Ю. Д. Апресян, А. А. Зализняк,
Е. В. Петрухина, Е. Н. Ремчукова, М. Ю. Черткова, П-Чанг, А. Д. Шмелев, Л. Ясаи и
др. Разногласия среди аспектологов вызывает как само понятие, так и наличие /
отсутствие видовых троек в русском языке. Основные дискуссии ведутся по поводу
«законности» видовых пар в составе трехчленных корреляций. Вслед за
Ю. С. Масловым, Е. В. Петрухиной и другими лингвистами, мы называем видовыми
тройками словообразовательные цепочки, состоящие из трех глаголов (первичный
НСВ – СВ – вторичный НСВ), образующих две видовые пары.
В диссертации впервые обращается внимание на видовые тройки двувидовых
глаголов, которые являются особым типом троек: модернизовать (НСВ) –
модернизовать (СВ) – модернизовывать; нормализовать (НСВ) – нормализовать
(СВ) – нормализовывать; образовать (НСВ) – образовать (СВ) – образовывать;
организовать (НСВ) – организовать (СВ) – организовывать.
Таким образом, видовые тройки глаголов являются особой реализацией
видовой парности и рассматриваются как аспектуальное единство, а не аномалия в
системе русского видообразования (Л. Ясаи; Е. В. Петрухина). Они представляют
собой не периферийное, а в высшей степени регулярное явление, определяющее
облик русской аспектуальной системы (А. А. Зализняк и И. Микаэлян).
3
Петрухина Е. В. Русский глагол : категории вида и времени (в контексте современных лингвистических
исследований) : учебное пособие [для студентов, магистрантов и аспирантов филологических факультетов
университетов] / Е. В. Петрухина. – М. : МАКС Пресс, 2009, с.108-109.
12
Во втором разделе «Грамматическая семантика вида и его связь с другими
аспектуальными
категориями»
рассмотрены
теоретические
вопросы
имплицитной морфологии и описаны аспектуально значимые категории
предельности, временной локализованности, единичности и повторяемости,
взаимодействующие с категорией вида глагола в русском языке.
Теория «скрытой грамматики» восходит к трудам А. А. Потебни,
А. А. Шахматова, Л. В. Щербы, А. М. Пешковского, Э. Кошмидера, Б. Л. Уорфа,
свое развитие она получила в работе С. Д. Кацнельсона4, затем О. М. Соколова5.
О. М. Соколов описал принципы построения имплицитной морфологии, в
числе которых принцип н ера стор жим ой с вя зи и един ства лек сич еско го и
г рам ма ти чес кого ; признание по лис ем ии и ом онимии аф фик сов ;
концепция ле ксич ес ких тр анспо зиций (транспозиции сем) и семнокомпонентного анализа – типолог ии
с ем ; принцип «гра мматики
за ви симо стей » как наиболее важный принцип имплицитной морфологии.
В структуру имплицитной морфологии О. М. Соколов включил следующие
разделы: лексическая и грамматическая структура слова в языке и речи;
особенности имплицитной морфемики; части речи в системе имплицитной
морфологии.
На этой теоретической базе основана имплицитная аспектология и теория
фазовой парадигматики русского глагола.
Основной единицей лексической семантики является слово, элементарной
единицей – лексико-семантический вариант (ЛСВ). План выражения слова и ЛСВ
называется лексемой, план содержания – семемой (Л. А. Новиков). В Московской
семантической школе лексема – это м ного стор онняя единица языка, набор
свойств которой определяется пр а ви ла ми языка («грамматикой» в самом широком
смысле) (Ю. Д. Апресян). В диссертации оба термина употребляются как синонимы.
Грамматическое значение слова выражается граммемой. Этим термином в
работе обозначается единство грамматического значения и способов его выражения.
В структуре грамматической категории граммема является одним из
противопоставляемых рядов грамматических форм.
Каждая словоформа глагола, помимо граммемы вида, имеет и другие граммемы
(например, вре мени , н ак лон ения ), которые вносят свою грамматическую
семантику в общее значение лексемы глагола. Носителями лексической семантики
являются минимальные единицы – семы. Носителями грамматической семантики
являются грамматические семы, которые в диссертации называются граммами.
Содержащиеся в семном наборе глагольного слова лексические и
грамматические семы вступают во взаимодействие. Исследователи выделяют
разные семы: одновременность (О), протяженность (во времени) (ПРОТ),
4
Кацнельсон С. Д. Типология языка и речевое мышление / С. Д. Кацнельсон. – Л. : Наука, Ленингр. отд.,
1972. – 216 с. – (АН СССР, Ин-т языкознания).
5
Соколов О. М. Имплицитная морфология русского языка : монография / [отв. ред. С. О. Соколова]. – 2-е
изд., испр. и доп. – Нежин : ООО «Гідромакс», 2010. – 184с.
13
процессность (ПРОЦЕСС), повторяемость (ПОВТ), однократность (ОДН),
результат (РЕЗУЛЬТ) и ЛИМИТ, выступающий в двух разновидностях: ЛИМИТ 1
(логический предел) и ЛИМИТ 2 (временной предел), а также некоторые другие
(М. В. Всеволодова, М. Ю. Черткова). М. В. Всеволодова предложила записывать
формулы семного состава глагола в виде дроби, в числителе которой содержатся
лексические семы, а в знаменателе – грамматические. В разделе предложена семная
формула видовых граммем, оформленная в соответствии с этим принципом.
Категория предельности не является специфически славянской, описанию
предельности и истории ее изучения посвящены работы многих ученых, в
частности, Ф. Дица, В. В. Виноградова, Ю. С. Маслова, А. А. Холодовича,
Н. С. Авиловой, А. В. Бондарко, М. Я. Гловинской, Н. Б. Телина, А. Н. Тихонова,
М. А. Шелякина и др. Общепризнанной в современной аспектологии считается
подчиненность категории предельности категории вида: несоотносительный НСВ
связан с непредельностью, видовые пары и соотносительный СВ – с предельностью.
Классическое определение предела дано в Грамматике-70: «Наиболее абстрактным
значением предела действия является значение внутреннего качественного предела,
т. е. такой границы или «критической точки», по достижении которой действие
должно исчерпать себя и прекратиться»6.
М. А. Шелякин описал предельность как лексико-семантическую категорию,
которая оказывает большое влияние на функционирование и образование видов
русского глагола и является тем «переключателем», который связывает
грамматические и семантические особенности глагольной лексики, представляя
собой пограничную зону между грамматической и лексической семантикой.
В основу диссертационного исследования положены следующие важные
теоретические положения: а) границы между предельными и непредельными
значениями одного и того же глагола довольно подвижны, во многих случаях
следует говорить о предельных и непредельных значениях (одного многозначного
глагола) (Ю. С. Маслов); б) повторяемость всегда связана с непредельностью
процесса; в) предельность – это ле ксич ес кое (а не видовое, т. е. грамматическое)
значение глагола, потому что понятие предела присутствует у предельных глаголов
в толковании и НСВ, и СВ. Глаголы НСВ обозначают движение к этому пределу, а
глаголы СВ обозначают его достижение (М. Я. Гловинская).
Категория предельности представлена в гра мм ати че ск ой с ем ан тик е
вид а глагола лексическими сем ам и П и НП. В граммеме СВ содержится одна
сема – П, в семантике предельных глаголов НСВ содержатся обе семы П и НП
(глаголы типа делать, рисовать, переписывать), непредельные глаголы НСВ имеют
одну сему – НП (глаголы типа сидеть, знать, стоить).
Чрезвычайно важными для понимания специфики и функционирования видов
русского глагола являются категории единичности и повторяемости действия.
Противопоставление единичности – повторяемости в самом общем виде является
универсальным, поскольку любой процесс, прежде чем повториться хотя бы один
раз, должен осуществиться (начаться и завершиться) хотя бы один раз. При этом в
6
Грамматика современного русского литературного языка. – М.: Наука, 1970, с. 337.
14
реальном мире нет бесконечных процессов. Описанию способов выражения
однократности (единичности) действий посвящены работы Н. С. Авиловой,
Ф. Ф. Авдеева,
Т. В. Белошапковой,
Э.А. Галнайтите,
В. Г. Гайдукова,
Э. П. Сенаторовой, П.С. Сигалова, В. С. Храковского, М. А. Шелякина.
Повторяемость
изучали
такие
лингвисты,
как
Т. В. Белошапкова,
А. В. Бондарко, О. К. Грекова, Ю. П. Князев, Г. И. Панова, Л. М. Рощина,
Е. Я. Титаренко, И. Н. Смирнов, Ю. Хартунг, В. С. Храковский, Л. Д. Чеснокова,
И. Б. Шатуновский, А. Б. Шлуинский.
Повторяемостью называется последовательное воспроизведение одного и того
же действия (процесса, состояния) или отдельных его актов во времени и
пространстве одним или разными субъектами по отношению к одному или более
объектам (Е. Я. Титаренко). Главным условием возникновения повторяемости
является ра зно вре ме ннос ть одинаковых, однородных действий. Значения
единичности и повторяемости в грамматической семантике вида глагола
представлены граммами единичности (Ед.) и повторяемости (Повт.). Грамма Ед.
входит в гр ам мем ы обоих видов , грамма Повт. имеется только в семном
наборе НСВ.
Семы итеративности, однократности, одноактности и другие семы могут
содержаться в лексической семантике глагола любого вида, а также в семантике
определенных аффиксов, в таких случаях они вступают во взаимодействие с
грамматическими семами и контекстом, о чем также идет речь в данном разделе.
Выделение временной локализованности как особой категории и сам термин
связаны с именем Э. Кошмидера. Позднее его идею развивали Ю. С. Маслов и
представители ленинградской (ныне санкт-петербургской) аспектологической
школы:
Т. Г. Акимова,
А. В. Бондарко,
Н. А. Козинцева,
Г. И. Панова,
И. Н. Смирнов.
Э. Кошмидер выделил два типа выражения категории Л/НЛ в разных языках с
точки зрения ее отношения к грамматической системе: 1) наличие специальных
грамматических форм для выражения оппозиции Л/НЛ и 2) отсутствие таких форм,
как в славянских языках. Он выделял временную локализованность и
вневременность. В русском языке временная локализованность относится к
«скрытой» (имплицитной) морфологии и не имеет формальных средств выражения.
Ю. С. Маслов концентрировал внимание в оппозициях локализованности (Л) /
нелокализованности (НЛ) на признаке конкретности / неконкретности действия как
противопоставлении конкретного факта и факта, представленного обобщенно, «в
принципиальной плоскости», а именно: конкретно-фактического значения СВ и
общефактического НСВ. «Противопоставление по признаку конкретность
/ неконкретность иногда комбинируется с оппозицией кратности: однократное
действие выступает как локализованное в каком-то конкретном моменте или отрезке
времени и тем самым как конкретное, а действие многократное не получает узкой
локализации, не привязывается к одному определенному моменту и потому
представляется более абстрактным»7.
Маслов Ю. С. Избранные труды: Аспектология. Общее языкознание / Ю. С. Маслов – М.: Языки славянской
культуры, 2004, с. 324.
7
15
А. В. Бондарко называет три основных типа временной нелокализованности:
«простая повторяемость», обычность (узуальность) и временная обобщенность
(вневременность, всевременность). И. Н. Смирнов также совмещает понятие
временной нелокализованности с неоднократностью (повторяемостью). Способы
выражения временной локализованности / нелокализованности еще не достаточно
изучены и требуют дальнейших исследований. Однако принципиально важным
представляется то, что следует выделять и типы временной локализованности, и
типы временной нелокализованности, не подменяя одну категорию (НЛ) другой
(повторяемостью). Такая подмена объясняется, по-видимому, тем, что эти категории
взаимосвязаны: повторяющееся действие обязательно является нелокализованным
во времени, а единичное – локализованным.
Исходя из того, что зна чени е Л отра жа ет при вя за ннос ть конкр етных
проц ес сов и собы тий к опр еделен ном у м ес ту н а вр ем енной ос и (в
однонаправленном и необратимом реальном потоке времени), можно выделить д ва
типа вре ме нной лок а лизо ваннос ти : определенную (точную, точечную,
фиксированную или неточную, приблизительную) и неопределенную
(нейтральную). Соответственно значение НЛ такого указания не имеет, обозначая
неконкретные, н е и ме ющ ие опреде ленно го ме стоп о лож ения на временной
оси действия и процессы (ситуации). Общефактическое значение НСВ нейтрально
по отношению к Л/НЛ, его можно представить «вн е » оси вре мени .
Локализованность может быть дискретная – недискретная, в зависимости от
лексической семантики глагола, но вне зависимости от определенности и
неопределенности Л. Недискретная локализованность обозначается глаголами
сплошной длительности или точечными, называющими нерасчлененные действия
(Мальчик простоял под окном целый час; Поезд прибывает в 10 утра; В прошлом
году мы отдыхали в Крыму). Дискретная Л имеет место тогда, когда в
ограниченном временном периоде расчлененное или повторяющееся действие (его
отдельные акты) имеет свою отдельную точечную локализацию: каждое отдельное
действие имеет свою отдельную точку на временной оси, а вместе они имеют общее
начало и конец (Все утро прыгали с вышки; Перетаскали все книги; В воскресенье
обошли магазины и накупили подарков).
Временная нелокализованность – это отсутствие прикрепленности действия
(действий) к конкретному моменту или периоду на временной оси. Высказывания
типа Рыбы дышат жабрами; Волга впадает в Каспийское море; Рука руку моет и
т. п. являются вне вр ем енным и , в том смысле, что они и не мыслятся
протекающими в реальном времени, находятся «вне» оси времени, т. е.
н е й тр а льн ы к Л/НЛ. Таким образом, мы выделяем три типа ситуаций:
локализованные,
нелокализованные
и
вневременные.
Вневременность
(внелокализованность) – это своего рода «аспектуальный нуль» (А. М. Ломов,
О. К. Грекова), если обозначить локализованность как плюс (+), нелокализованность
как минус (–), внелокализованность как нуль (0). Выделение «нейтрального»
положения, «среднего», «переходного» между единичным конкретным процессом,
локализованным во времени, и повторяющимся, неконкретным, нелокализованным
16
и непредельным, представляется вполне логичным и оправданным. Так
традиционное бинарное противопоставление превращается в триаду.
Виды глагола не «сочетаются с признаками» локализованности или
нелокализованности (А. В. Бондарко), а обладают граммами Л и/или НЛ. В
граммеме СВ содержится одна грамма Л, а в граммеме НСВ две граммы: Л и ЛН,
поэтому глаголы СВ всегда выражают временную локализованность, а глаголы НСВ
в главных видовых значениях отражают три основных типа локализации действий:
актуально-длительное значение связано с временной локализованностью (Л),
остальные связаны с нелокализованностью (НЛ), а общефактическое нейтрально к
этому признаку, его можно представить «вне» оси времени.
Итак, максимально в видовых граммемах может содержаться шесть сем: П
(предельность),
НП
(непредельность),
Л
(локализованность),
НЛ
(нелокализованность), Ед. (единичность), Повт. (повторяемость). Их комбинации
обусловливают функционирование видов и способность глаголов разного вида
выполнять основные грамматические функции: называть конкретный факт,
конкретный процесс, повторяемость и «факт вообще».
Совершенный вид представлен одной граммемой, в семном наборе которой
имеются три семы: предельности, единичности и временной локализованности.
Несовершенный вид представлен двумя граммемами: в обеих имеются семы
непредельности, единичности, повторяемости, временной локализованности и
временной нелокализованности. Сема предельности есть только в граммеме
пр еде льны х глаголов НСВ.
Графически можно представить инвариантные формулы видов глагола в русском
языке в виде простой дроби, а именно: 1) формула граммемы СВ: _П_
Ед. Л
2) формулы граммемы НСВ для предельных и непредельных глаголов:
а) ____П//НП_______ (читать)
б) ________НП____ (спать)
Ед. Л // Повт. НЛ
Ед. Л // Повт. НЛ
Знаком // обозначены взаимоисключающие (дизъюнктивные) отношения.
Единичность действия обусловлена его временной локализованностью, а
повторяемость действия обусловлена его нелокализованностью во времени, граммы
Ед. Л и Повт. НЛ находятся в отношениях конъюнкции. В граммеме НСВ
одновременно содержатся оба набора этих грамм, однако эти наборы находятся в
отношениях дизъюнкции, поскольку взаимоисключают друг друга, то же касается и
сем П и НП у предельных глаголов.
Формула видов отвечает принципу семафора, у которого красный и зеленый
свет не может гореть одновременно (если семафор включен), однако свет может
вообще не гореть, если семафор выключен. Категория Л/НЛ тесно взаимодействует
также с семантикой предельности. Временная локализованность сочетается как с П,
так и с НП, причем предельное действие всегда происходит в ситуации Л, но
локализованным может быть и непредельный процесс, а нелокализованность
обязательно связана с непредельностью.
В общем виде формула граммемы НСВ работает так:
17
- конкретно-процессное значение: а) Мальчик пишет письмо («включены» сема П
и граммы Ед. Л) б) Мама сидит за столом («включены» сема НП и граммы Ед. Л);
- неограниченно-кратное, потенциальное значение: Мальчик (часто) пишет
письма; Мальчик хорошо пишет; По вечерам мама сидит за столом – «включены»
сема НП и граммы Повт. НЛ;
- общефактическое значение: Мальчик писал (пишет) письмо? Письмо писал
мальчик. Мама не сидела за столом – весь набор «выключен». Вчера мальчик писал
письмо? – показатель локализованности (вчера) «включает» граммы Ед. Л; По
вечерам мальчик писал письмо – показатель повторяемости (по вечерам) актуализует
набор Повт. НЛ.
Таким образом, коренное различие видов заключается в наборе сем в
граммеме НСВ: в ней содержатся семы непредельности, нелокализованности и
повторяемости, которых нет в граммеме СВ.
Семная формула видов демонстрирует и грамматическое различие глаголов в
видовых парах: даже при условии полного совпадения лексической семантики
глаголы различаются своей грамматической семантикой, т. е. видом. Это служит
еще одним аргументом в пользу классифицирующей теории вида.
В лексеме грамматическая семантика взаимодействует с лексической, а в
условиях контекста лексемы подвергаются определенным семантическим
процессам. Классификацию сем, семантических процессов и соответствующую
терминологию представил И. А. Стернин, О. М. Соколов назвал это взаимодействие
«семно-семемной комбинаторикой». Эти определения положены в основу нашего
описания.
В результате семного варьирования в глагольной лексеме наблюдаются
процессы комбинаторики, важнейшим из которых является актуализация –
выделение одной из сем или грамм при одновременной перегруппировке других
сем. Актуализация приводит к таким внутрисловным семантическим процессам,
как: поддержание и усиление, ослабление, погашение, нейтрализация.
Ак туа ли зация набора грамм у глаголов НСВ происходит либо под
воздействием контекста, либо в результате актуализации семы П (если она имеется).
Так, в ситуации дети гуляли в саду (глагол непредельный) добавление лексического
показателя вечером актуализует грамму Л, которая входит в набор Ед. Л; показатель
по вечерам актуализует сему Повт., которая входит в набор Повт. НЛ. В контексте
Дети гуляли? – оба набора не актуализованы, нейтральны. У предельных глаголов
НСВ сема П актуализует набор Ед. Л, а сема НП – набор Повт. НЛ. Например: он
выходит на улицу (действие предельное единичное локализованное во времени,
конкретно-процессное значение НСВ). По утрам (каждый день; трижды в день) он
выходит на улицу – непредельный процесс повторяющихся нелокализованных во
времени действий, глагол выступает в кратной функции. Окна выходят на улицу –
оба набора не актуализованы (констатация факта, постоянно-непрерывное значение
НСВ).
Помимо видовых, в глаголах любого вида могут присутствовать лексические
семы, такие как, например, однократность и/или одноактность (Одн.),
итеративность (Ит.), начинательность (Нач.), ограничительность (Огр.),
18
финитивность (Фин.) и т. п. Они могут входить в семантику корня либо аффиксов,
быть ядерными или периферийными. Например, у глаголов СВ с суффиксом -ну(крикнуть, ругнуть и т. п.) сема Одн. присуща суффиксу, у глаголов типа включить,
навестить, случиться сема Одн. является ядерной лексической, а у глаголов с
однократными префиксами (попросить, вскричать, укусить, схитрить и т. п.) сема
Одн. входит в префиксальную семантику. При этом в граммеме СВ содержится
грамма Ед., в результате в слове происходит сложение этих сем, приводящее к их
усилению.
Видовой набор СВ актуализован всегда. Если в лексическое значение глагола
СВ входит сема Ит. (помахать, зашагать, проплавать), она вступает во
взаимодействие с граммой единичности, в результате чего сема Ит. ослабляется.
Формула такого глагола - П. Ит. Сема однократности поддерживает и усиливает
Ед. Л.
грамму единичности, например, у глагола крикнуть формула: П.Одн.
Ед. Л
Нейтрализация происходит в тех случаях, когда полярные (противоположные)
семы и/или граммы сталкиваются в одном слове. Например, подпрыгнуть – ядерная
корневая сема Ит. сталкивается с другой ядерной семой Одн. (суффиксальной),
происходит нейтрализация, но за счет граммы Ед. (видовой), поддерживаемой
семой П и граммой Л, глагол обозначает однократное действие. Усиление
происходит, когда соединяются однородные (или одинаковые) семы и граммы.
Например: подпрыгивать – две семы Ит. (в корне и в суффиксе) усиливают грамму
Повт. (видовую). Ослабление – изменение яркости семы или граммы в результате
неполного погашения или нейтрализации. Помахать – глагол СВ, следовательно, в
его наборе есть сема П и граммы Ед. и Л., корень многоактный, т. е. имеет ядерную
сему Ит., граммы не могут полностью нейтрализовать эту сему, но ослабляют ее.
Погашение происходит тогда, когда разнородные семы или граммы и целые наборы
грамм исключают друг друга. Актуализация одного набора приводит к погашению
другого, но обратного не происходит: погашение одного набора не вызывает
актуализации другого. Наборы в граммеме НСВ (Повт. НЛ. и Ед. Л.) могут быть
одновременно погашенными, но никогда не могут быть одновременно
актуализованными.
В контексте глагольные лексемы взаимодействуют с другими лексемами, в
результате чего их семы и граммы могут зачеркиваться либо поддерживаться.
Поддержание – вербальная экспликация сем или грамм, например: однажды сказал
(однократность выражена лексически и грамматически – глаголом СВ), родился в
прошлом году (временная локализованность эксплицирована, что поддерживает
грамму Л в формуле СВ), сто раз повторяет одно и то же (показатель
многократности поддерживает грамму Повт.) и т. п. Зачеркивание – процесс, когда
контекст противоречит одной из сем или грамм либо всему набору, например:
Крикнул трижды; Друг навестил меня пару раз (Одн. и Ед. зачеркнуты
лексическим показателем ограниченной кратности); Однажды он навещал меня
зачеркнута сема Ит., актуализован набор грамм Ед. Л.
19
Итак, важнейшим семантическим процессом является актуализация, на ее
фоне проявляются другие внутрисловные (подд ерж ание и ус и ле ние,
ос лаб лени е ,
по га шени е ,
не йтр а лизация )
и
контекстуальные
(поддер жани е и за черки вани е ) семантические процессы.
В третьем разделе «Семантика и парадигматика фазовости в современном
русском языке» описана лексико-грамматическая категория фазовости, теория
фазовой парадигматики, структура словаря фазовых парадигм русских глаголов.
Традиционное
понимание
фазовости
как
элемента
качественной
аспектуальности базируется на концепции Ю. С. Маслова, который рассматривал
фазисную детерминацию как выделение одной из фаз в протекании действия или
состояния – начальной, серединной или конечной. Функционально-семантическое
поле
фазовости
описано
в
«Теории
функциональной
грамматики»
8
В. С. Храковским .
Представлению о фазовости как выделении одной из фаз в протекании
действия или состояния противопоставил свое понимание фазовости как
отношения неограниченного пределом процесса к его началу или завершенности
О. М. Соколов9. О. М. Соколов описал лексико-грамматическую категорию
фазовости в русском языке, основываясь на том, что такие значения, как начало,
конец (исчерпанность), повторяемость, однократность в силу своего универсального
характера находят формальное выражение в языках различных типов.
В основе фазовости лежит бинарная структура, что является характерным
признаком многих грамматических категорий. Фазовость имеет полевую структуру,
ядро которой составляют аналитические и синтетические глагольные формы. К
аналитическим средствам относятся не только фазовые глаголы начать, кончить,
продолжать и т. п., но и лексические единицы типа броситься, приняться, взяться
и оставить, прекратить, бросить и под. К синтетическим – не только префиксы с
«фазовым» значением, но все без исключения аффиксальные средства передачи
видовых значений коррелятивного и деривационного статуса (О. М. Соколов).
«Значительное разнообразие фазовых значений в глаголах НСВ и СВ
объединяется в сравнительно немногочисленные основные типы. Для глаголов НСВ
их три: предельные, непредельные и серийно-повторяющиеся (многофазовые). Три
основных типа фазовых значений различаются и в глаголах СВ: начинательная фаза,
завершительность и целостное синхронизированное фазовое значение»10. Эти три
типа значений коррелируют между собой: предельность коррелирует с
завершенностью, на основе чего чаще всего и возникают видовые пары глаголов.
Непредельность коррелирует с начинательностью, что подтверждается
сочетаемостью непредельных глаголов с начинательными значениями префиксов, в
результате чего даже результативность в непредельных глаголах осознается как
начальная стадия состояния. Таким образом, выделяется три основных типа
Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. – Л.:
Наука, 1987. – 348с.
9
Соколов О. М. Основы имплицитной морфологии русского языка / [отв. ред. С. О. Соколова]. - М.: Изд-во
УДН, 1997. – 202 с.
8
10
Соколов О. М., указ. соч., с. 142.
20
фазовости: начинательно-процессная (тип запеть-петь); процессно-завершительная
(тип петь-спеть) и однократно-многократная (тип навестить-навещать).
Четвертый тип фазовых отношений – процессно-ограничительный – представляет
собой разновидность завершительной фазовости с той разницей, что процесс в этом
случае ограничен «внешним», а не «внутренним» пределом, т. е. прерван, но не
исчерпан (тип гулять – погулять какое-то время).
Наиболее универсальными и столь же взаимообусловленными оказываются
отношения между повторяемостью и целостностью единичного действия.
Повторяемость предполагает отдельность (О. М. Соколов). Единичное действие
совмещает смысл начала, протяженности и завершения процесса как единой фазы, а
повторяющееся – как процесс следования таких фаз друг за другом в реальном
потоке времени. Принципиально важным в нашем понимании фазовости является ее
ре ляционный характер. «Фаза действия в парадигматике устанавливается на
основе сопоставления глаголов НСВ и СВ с учетом их потенциальных
семантических особенностей. При этом часто оказывается, что один и тот же глагол
СВ соотносится с двумя глаголами НСВ: в этом случае он может обозначать две
различные фазы, а морфемы, определяющие реализованную предельность, обладают
одновременно различными фазовыми функциями (чаще всего завершительная фаза
оказывается в то же время и начальной)»11. Таким образом, во всех видовых парах
глаголов можно обнаружить фазовый инвариант – отношения между глаголами
складываются по одному из трех типов: в тривиальных видовых парах (тип
случиться – случаться) это отношения единичности – повторяемости, в остальных
видовых парах к ним добавляются нетривиальные отношения: начало→процесс
(понять – понимать, возглавить – возглавлять, осветить – освещать) либо
процесс→конец процесса, при этом конец совпадает с внутренним
пределом / результатом (делать – сделать, вскипать – вскипеть, выстраивать –
выстроить).
Понятие фазового предела не тождественно понятию внутреннего предела.
Фазовый предел предполагает установление о тно шени я действия к его началу или
концу, т. е. это не только исчерпанность действия, но и любые другие предельные
значения (О. М. Соколов). Так, глаголы НСВ висеть, прыгать являются
непредельными, но имеют фазовые пределы в сопоставлении с глаголами СВ
повисеть, отвисеть, попрыгать, прыгнуть и т. п. Таким образом, для определения
фазового предела и фазовых отношений всегда необходимо иметь в поле зрения два
глагола, СВ и НСВ, причем мотивационно связанных. На этом основании строится
теория фазовой парадигматики русского глагола.
Ф а зо в а я
парадигма
представляет
собой
особого
рода
словообразовательное гнездо, в которое входят г ла г о л ы (преимущественно
противоположного вида), находящиеся в отношениях прямой мотивации. Есть один
тип фазовых отношений – однократно / многократный, допускающий наличие в
парадигме глаголов одного (несовершенного) вида. Между двумя глаголами
совершенного вида фазовые отношения не возникают ни при каких условиях.
11
Соколов О. М. Указ. соч., с. 140.
21
Фазовая парадигма не совпадает ни с приставочной парадигмой
(М. А. Кронгауз, Е. Р. Добрушина, Д. Пайар), ни с аспектуальной (С. О. Соколова),
ни с «видовыми гнездами» (Л. Янда), отличается как от словообразовательного
гнезда, так и от словообразовательной парадигмы. В словообразовательное гнездо
входят все однокоренные слова, объединенные смысловой и материальной
общностью, строго упорядоченные по принципу подчинения одних единиц другим
(ступенчатая иерархия). Наличие смысловой общности само по себе не
обеспечивает тому или иному слову доступ в гнездо, так, например, не входят в
одно гнездо глаголы класть и положить, уложить и укладывать. В фазовой
парадигме они объединяются, поскольку составляют видовую пару.
В словарном гнезде объединяются однокоренные слова разных частей речи,
имеющие живые семантические связи, например, в гнезде глагола варить 372 слова
(4 ступени словообразования) – сварить, наварить, заварить, переварить,
разварить, отварить; вариться, свариться, повариться, перевариться; сваривать;
заваривать, завариваться; отваривать, отвариваться; варка, навар, отвар, повар;
варкий, вареный и др. В фазовой парадигме – только глаголы противоположного
вида и два глагола НСВ, являющиеся производными на первой ступени (всего 20
лексем): варить → вварить, взварить, выварить, доварить, заварить, наварить,
недоварить, обварить, отварить, переварить, поварить, подварить, приварить,
проварить, разварить, сварить, уварить и варивать, поваривать. Таким образом, в
фазовой парадигме каждый член составляет с ло во о б р а зо ва те л ьн ую п а р у и
имеет мотивационные отношения с исходным глаголом (является мотиватом первой
ступени).
От словообразовательной фазовая парадигма отличается и тем, что
представляет собой не совокупность всех производных одного производящего, а
совокупность
производных
г л а г о ло в
п р о ти во п о ло ж н о г о
вида,
мотивированных исходным глаголом. Так, словообразовательная парадигма глагола
брать весьма велика, в нее входит свыше 400 слов разных частей речи, в
приставочной парадигме глагола брать 45 лексических единиц, таких как браться,
пробрать, пробраться, выбрать, выбраться и т. д. (Е. Р. Добрушина и Д. Пайар). В
ф азо вую парадигму глагола брать входит только 22 слова, а именно: брать –
взять, бирать, вобрать, выбрать, добрать, забрать, недобрать, избрать, набрать,
обрать, обобрать, отобрать, перебрать, побрать, подобрать, прибрать,
пробрать, разобрать, собрать, убрать и побираться. Форма с -ся (залоговая) не
включается, зато входит супплетивная видовая пара взять, многократный бирать и
суффиксально-префиксальный побираться. Полнозначный глагол браться имеет
собственную видовую пару и фазовую парадигму, он не вступает в фазовые
отношения со своим мотиватором, будучи одного с ним вида.
Не вступают в фазовые отношения и не включаются в фазовую парадигму
формы страдательного залога с постфиксом -ся и другие глагольные формы
(причастия, деепричастия). Так, вариться как страдательная форма в фазовую
парадигму глагола варить не входит, а полнозначный глагол вариться с
семантикой ‘Приготовляться кипячением’ имеет видовую пару (свариться) и
собственную фазовую парадигму. Все самостоятельные лексемы, образованные от
22
глаголов НСВ постфиксальным способом, как одеть – одеться; кусать – кусаться
имеют соответствующие фазовые парадигмы.
Линейное расположение не отражает наглядно фазовые отношения между
глаголами в парадигме, поэтому мы предпочитаем иную схему:
прыгнуть

запрыгать 
ПРЫГАТЬ
 допрыгать

попрыгать
На схеме исходный глагол находится в центре, а вокруг него в соответствии с
направлениями фазовости, обозначенными стрелками, располагаются ЛСВ
производных глаголов в следующем порядке: начинательные – слева,
завершительные – справа, ограничительные – снизу, одно- /многократные – сверху.
Фазовая парадигма может быть п о л н о й (выражены все типы фазовых
отношений) либо н е п о лн о й (отсутствует один или несколько типов фазовых
отношений), синтетической и аналитической (только у глаголов НСВ). Минимальная
парадигма состоит из двух лексем.
В современном русском языке фазовой валентностью обладает большинство
глаголов обоих видов. Парные глаголы обладают фазовой парадигматикой в разной
степени, которая зависит от видовой принадлежности. Типовая фазовая парадигма
глагола СВ состоит из двух членов – собственно видовой пары. СВ называет
реализованные фазовые пределы, НСВ называет процесс, потенциально способный к
фазовой членимости, поэтому фазовая валентность глаголов НСВ значительно выше.
Формальным условием образования фазовой парадигмы у конкретной лексемы
является наличие у нее минимум одного прямого глагольного деривата. В случае их
отсутствия у глаголов НСВ фазовая валентность может проявляться аналитически.
Полное отсутствие фазовой валентности (реальной и потенциальной) следует
признать нулевой фазовостью. Нулевой фазовостью характеризуются некоторые
одиночные глаголы СВ (хлынуть, грянуть, несдобровать и др.). Однако у
большинства глаголов СВ (как одновидовых, так и одиночных) имеются
по тенц иа льные видовые пары – вторичные имперфективы, функционирующие в
некодифицированной речи носителей языка. Одиночные лексемы НСВ, которые в
речевой практике не употребляются с фазовыми глаголами, встречаются крайне
редко: соответствовать – ‘Совпадать по времени, приходиться на какое-л. время’,
заключаться (чем) – ‘Заканчиваться, завершаться’.
Ведущую роль в эксплицитном выражении фазовости играют глагольные
аффиксы. Все они, и прежде всего префиксы, обладают фазовой валентностью, в
большинстве случаев изменяя не только вид, но и фазовость глагола. Наиболее
универсальной в отношении выражения фазовости является приставка по-, которая в
сочетании с глагольными основами разной лексической семантики передает
начинательность, финитивность / результативность (в том числе при формировании
23
видовой пары), ограничительность, однократность и, в сочетании с суффиксом -ива/-ыва-, многократность.
Методика установления фазового предела сводится к следующему:
1. Если префиксальный глагол СВ обозначает действие, детерминирующее
последующий процесс, то префикс выполняет функцию показателя начальной фазы
(запеть – петь; выехать – ехать).
2. Если префиксальный глагол СВ обозначает действие, детерминированное
предшествующим процессом, то приставка выполняет функцию показателя
завершительного предела (служить–отслужить, фильтровать– профильтровать).
3.Если префиксальный глагол обозначает действие слитное, т. е. не
позволяющее разграничить начало и конец, то приставка выполняет функцию
показателя недлительной фазы, выступающей в качестве представителя
повторяющихся единичных актов (бегать – сбегать туда и обратно, кудахтать –
прокудахтать). В этом случае содержание отношений, которые складываются
между глаголами НСВ и СВ, можно определить как отношение повторяющихся
актов к единичному акту (О. М. Соколов).
Таким образом, при определении фазовости следует учитывать, что:
-все глагольные префиксы в русском языке передают результативную
семантику, связанную с завершением действия (процесса, состояния), иными
словами, выражают финитивную фазовость;
- фазовость относительна, поэтому нет префиксов (и глаголов), выражающих те
или иные фазовые значения всегда, постоянно, вне зависимости от семантики
основы глагола, других аффиксов и контекста употребления;
- фазовая валентность префиксов, так же как и словообразовательная
валентность, избирательна. Это значит, что с одной основой префикс может
сочетаться, а с другой – нет, с одной основой префикс может выражать один тип
фазовости (например, начало), а с другой основой тот же префикс передает другой
тип фазовости (например, однократность);
- фазовость, будучи величиной реляционной, обязательно проявляется при
сопоставлении глаголов, поэтому один и тот же глагол с одной и той же приставкой
может обозначать начало одного действия и конец другого (например, вскипеть –
это конец процесса вскипать и в то же время начало процесса кипеть).
Следовательно, нельзя сказать, что префикс вз-/вс- всегда начинательный, а,
например, префикс от- только финитивный и т.д.;
- русские префиксы обладают фазовой валентностью. В соответствии с
четырьмя
видами
фазовости
(начинательностью,
ограничительностью,
финитивностью и одноразовостью/многоразовостью) можно распределить все
префиксы по группам: одновалентные, дву-, трех- и четырехвалентные;
- наиболее многочисленной является первая группа – одновалентные префиксы,
выражающие только финитивность (сопутствующую результативности). Это
префиксы из-, до-, на-, над-, недо-, под-, при-, вы-, в-, а также де-, ре-, низ-, пред-;
- двувалентными являются приставки за-, раз-, с-/со-. За- и раз- передают
начинательность и финитивность, с-/со- – финитивность и однократность;
24
- трехвалентными мы считаем префиксы пере-, про-, не передающие
начинательности (за редким исключением) и воз-, вз-/вс-, о-/об-, не обозначающие
ограничительности (тоже с редкими исключениями);
- к четырехвалентным можно отнести префиксы у-, от-, которые способны
передавать все типы фазовых отношений, но с некоторыми ограничениями по
отдельным направлениям фазовости, для каждой приставки своим. И наиболее
универсальной для всех четырех видов фазовости (с разными мотиваторами) в
русском языке является приставка по-;
- глагольные префиксы имеют не только значение специального результата, но
и фазовые значения. Присоединение префикса к основе глагола не всегда ведет к
изменению его вида, но если вид изменяется, то изменяются и фазовые отношения
между глаголами. Определить фазовые отношения в парах глаголов одного вида
нельзя, например: бросить – набросить, нырнуть – поднырнуть, сказать –
подсказать, встать – привстать или чувствовать – сочувствовать, наследовать –
сонаследовать, лежать – возлежать – это деривационные пары одного вида, в
которых префиксы не передают фазовости, но изменяют лексическое значение
исходного глагола;
- в деривационных парах глаголов несовершенного вида могут складываться
фазовые отношения одно-/многоразовости в определенных случаях, не связанных с
присоединением префиксов, а именно:
а) между глаголами многократного способа действия (ходить – хаживать,
писать – писывать, читать – читывать и т. п.);
б) в парах глаголов движения (бегать – бежать, летать – лететь и др.);
в) в случае суффиксально-префиксального словообразования с итеративным
суффиксом -ива-/-ыва-/-ва- (прыгать – подпрыгивать, играть – наигрывать,
плясать – приплясывать и т. п.). Отношения многоразовости возникают за счет
семантики суффикса, а не префиксов.
- суффиксы русского глагола принимают участие в выражении фазовых
отношений одно-/многократности. Суффиксы СВ -ну-2 и -ану- в составе лексемы
передают однократность, суффикс НСВ -ива-/-ыва-/-ва- участвует в выражении
многократности (как самостоятельно, так и в сочетании с любыми префиксами).
Фазовые парадигмы русских глаголов можно представить в специальном
толковом словаре, построенном по гнездовому принципу. Гнездовое расположение
очень удобно для пользователя и позволяет экономить время нахождения
родственных слов. Это особенно важно для глагольной лексики, поскольку самым
распространенным видом словообразования глаголов является префиксация,
вследствие чего в больших алфавитных словарях однокоренные глаголы
оказываются не только на разных страницах, но и в разных томах. Даже поиск
видовой пары, толкуемой обычно отсылочным способом, требует дополнительного
времени, тогда как в словаре фазовой парадигматики все видовые пары, в том числе
супплетивные, к каждому ЛСВ глагола приводятся в одной словарной статье.
Для повышения эффективности словаря необходимо увеличение числа
словарных входов как лексикографического инструмента, обеспечивающего
читателю доступ к необходимой ему информации (В. В. Морковкин). В данном
25
словаре предусмотрено несколько словарных входов. Первым входом словарной
статьи является заг оло во чный глагол – исходный первичный глагол, глаголмотиватор в форме инфинитива. Словарные статьи располагаются в алфавитном
порядке заголовочных глаголов. Следующими входами являются списки глаголов,
которые располагаются в конце словаря в алфавитном порядке: 1) список
заголовочных глаголов; 2) список всех глаголов, включенных в словарь, с указанием
парадигмы, в которую этот глагол входит; 3) список глаголов с нулевой фазовостью
и/или аналитическими фазовыми парадигмами, т. е. не имеющих глагольных
дериватов в кодифицированном языке.
В структуру с ловарной статьи входит схема фазовой парадигмы
заголовочного глагола и толкования глаголов с указанием вида, переходности,
наличия видовой пары, стилистических помет и некоторых других сведений.
Первым дается толкование основного (заголовочного) глагола, а затем всех
остальных глаголов, включенных в парадигму, в алфавитном порядке. На схеме
справа от глагола в круглых скобках указывается порядковый номер ЛСВ, имеющий
соответствующее значение фазовости, омонимы отмечаются цифрой справа от
глагола без скобок, например: болеть-1; болеть-2. Лексические омонимы имеют
разные фазовые парадигмы, разные дериваты, что наглядно отражается в словаре.
Таким
образом,
словарь
позволяет
продемонстрировать
сложные
парадигматические отношения внутри видовой пары, способствует обнаружению
системных
связей
между
однокоренными
глаголами,
показывает
словообразовательную валентность исходного глагола.
Четвертый раздел «Фазовая парадигматика отдельных лексикограмматических групп глаголов» содержит анализ конкретного языкового и
речевого материала. Здесь представлены фазовые парадигмы глаголов обоих видов:
парных, непарных (одновидовых), двувидовых, а также отдельных семантических
групп (многоактные, глаголы движения).
Па рные глаголы обоих видов обладают фазовой парадигматикой в разной
степени. Глаголы СВ, образующие видовые корреляты путем имперфективации, в
основном имеют минимальные фазовые парадигмы, эти парадигмы не бывают
полными. Фазовые парадигмы лексем СВ малоинформативны, потому что
совершенный вид называет фазовые пределы, а процесс, способный к фазовой
членимости, обозначается несовершенным видом. Таким образом, основной интерес
для исследования представляет фазовая парадигматика глаголов НСВ.
Парные глаголы НСВ являются простыми (петь, писать, делать),
первичными (давать, решать, бросать) и вторичными имперфективами
(отливать, переписывать, выбрасывать). Парные простые беспрефиксные
глаголы НСВ обычно отличаются полисемией, аффиксальной и фазовой
валентностью, нередко имеют многочленные (не обязательно полные) фазовые
парадигмы, куда входят и префиксальные (делать – сделать, строить –
построить, шить – сшить) и супплетивные (брать – взять, класть – положить)
видовые пары.
Первичные и вторичные имперфективы в кодифицированном языке, как
правило, не имеют собственных дериватов, составляя минимальную фазовую
26
парадигму со своим видовым партнером. Например, навестить – навещать,
сообщить – сообщать, раздеть – раздевать и т. п. Однако в различных
дискурсивных практиках активно функционируют аффиксальные дериваты,
выражающие все типы фазовости и включаемые нами в фазовые парадигмы этих
имперфективов. Кроме того, как и все глаголы НСВ, они свободно выражают
фазовость аналитически. Таким образом, имперфективы с учетом потенциальных
дериватов образуют трехчленные (тип навещать), четырех- и пятичленные (тип
сообщать, случаться) и многочленные (тип уступать), в том числе полные
фазовые парадигмы (тип посещать, приказывать).
Фазовые отношения между глаголами в имперфективных видовых парах
преимущественно одно-/многократные (около 47%), процессно-завершительные
(примерно 31%), либо и те и другие в разных ЛСВ (почти 15%), реже начинательнопроцессные (7%). Типи чная фазовая парадигма вторич ного имп ерфек ти ва
состоит из 3-5 членов, выражающих два направления фазовости: процесснозавершительное и одно-/многократное.
Не все имперфективы сочетаются с аффиксами (как например, оторопевать),
однако если имперфектив обладает хотя бы минимальной словообразовательной
валентностью, то он присоединяет в первую очередь фазовый префикс по(ограничительность), а затем такие префиксы, как до-, от-, за- и др., выражающие
специальную результативность (обычно – кумулятивность, дистрибутивность и
интенсивность с доведением до отрицательного результата). Все эти глаголы имеют
сопутствующее фазовое значение конца процесса. Кроме того, аффиксы за- и раз…-ся употребляются носителями языка для выражения начальной фазовости, и в
ряде случаев говорящие употребляют специально образованные лексемы для
выражения однократности или повторяемости действий.
Глаголы Imperfectiva tantum по фазовой валентности характеризуются
следующим образом:
- ак ти вны е : проявляют высокую словообразовательную и фазовую
валентность, имеют большое количество дериватов, составляющих многочленную,
полную / неполную фазовую парадигму. Это в первую очередь непредельные
первичные глаголы НСВ, такие как жить, быть, стоять, лежать, спать,
молчать, любить и др. В ряде случаев отдельные лексемы многозначных глаголов
имеют видовые пары, например, командовать (скомандовать), гореть (сгореть).
- мен ее ак ти вны е : имеют дериваты противоположного вида, обладают
фазовой валентностью и фазовой парадигмой, в которой насчитывается до 4-5
лексем, как например, глаголы иметь, висеть, бывать, пахнуть.
- неа ктивны е : обладают слабой аффиксальной валентностью, имея по 1-2
деривата другого вида. В фазовой парадигме этих глаголов может быть выражено
только одно направление фазовости, как например, у глаголов бодрствовать,
излечивать. Однако такая «слабая» валентность в литературном языке нередко
компенсируется весьма сильной фазовой валентностью в некодифицированной речи
носителей языка. Многие глаголы Imperfectiva tantum имеют по тенц иа льные
дериваты СВ, пока не фиксируемые словарями. С учетом этих некодифицированных
лексем глаголы НСВ имеют многочленные фазовые парадигмы. Так, глагол
27
существовать в литературном языке имеет только один дериват просуществовать,
но в электронной коммуникации встречается еще 8 дериватов СВ, которые входят в
его фазовую парадигму (посуществовать, просуществовать, засуществовать,
досуществовать(-ся), насуществоваться, отсуществовать). Глагол ненавидеть
имеет один кодифицированный дериват (возненавидеть) и девять потенциальных
лексем с префиксами по-; про-; от-; до-; за-; раз-; пере-; из-, выражающих фазовые
пределы (начало, ограничение, конечную результативность). Глагол уважать, в
литературном языке обладающий единственным дериватом СВ уважить, в
разговорной речи имеет по лн ую фа зо вую п аради гм у , насчитывающую 14
лексем.
Одино чные глаголы Imperfectiva tantum можно классифицировать
следующим образом:
- проявляющие аффиксальную и фазовую валентность в некодифицированной
речи, например, отсутствовать, обладать, принадлежать, состоять,
преобладать, заведовать, вдовствовать и др. Эти лексемы употребляются с
префиксами (в первую очередь с префиксом по-) и в сочетании с фазовыми
глаголами (начать, стать, продолжать, перестать, закончить и т. п.), т. е.
обладают фазовой парадигматикой;
- не имеющие даже потенциальных дериватов, однако проявляющие фазовую
валентность в сочетании с фазовыми глаголами, т. е. выражающие фазовость
аналитически. Это такие лексемы, как зависеть, значить, стоить, значиться,
явствовать и др.
- лексемы с нулевой фазовостью, которые не употребляются с фазовыми
глаголами, не образуют дериватов другого вида. Такие лексемы НСВ редки.
Глаголы Perfectiva tantum проявляют фазовую валентность так:
1. Прои зводные лексемы входят в фазовые парадигмы своих мотиваторов
НСВ и, соответственно, могут иметь собственные фазовые парадигмы. Например,
отобедать, отшуметь, насмотреться, изрубить и т. п. входят в фазовые
парадигмы глаголов обедать, шуметь, смотреть, рубить. При этом в
ненормированной речи многие из них образуют потенциальные имперфективы
(отобедывать, насматриваться, изрубать или изрубливать), которые тоже входят
в их фазовые парадигмы. Производные от первичных глаголов СВ (тип дать →
сдать, передать и т. п.) имеют имперфективные видовые пары и, следовательно,
свои фазовые парадигмы.
2. Непрои зводные глаголы СВ могут быть словообразовательно активными,
однако все их глагольные дериваты тоже относятся к СВ, поэтому фазовых
отношений между ними не возникает (например, грянуть, хлынуть). Если эти
лексемы не имеют потенциальных имперфективов, то они являются глаголами с
нулевой фазовостью.
3. Оди ночны е глаголы СВ представлены двумя типами – имеющими
потенциальные имперфективы и, следовательно, фазовую валентность, и реально
одиночными, т. е. обладающими нулевой фазовостью. К первому типу относятся,
например, сдюжить, ринуться, встрепенуться и др. Ко второму – лексемы типа
несдобровать, рухнуть, кануть, прикорнуть и т. п.
28
Особую группу в видовой системе русского языка составляют так называемые
д вувидовые глаголы, которые всегда привлекали внимание ученых
(Н. С. Авилова, И. П. Мучник, А. Н. Тихонов, Л. П. Бирюкова, Л. П. Демиденко,
А. А. Зализняк и А. Д. Шмелев, Е. Н. Ремчукова, Е. А. Горобец, М. Ю. Черткова, П.Ч.Чанг и др.).
Точное количество двувидовых глаголов определить невозможно, т. к. оно
постоянно изменяется. Традиционно в современном русском языке выделяются
исконно славянские (в том числе исконно русские) и заимствованные (или с
заимствованными основами) двувидовые глаголы. Славянские по происхождению
глаголы типа женить, казнить, велеть, исследовать и т. п. составляют примерно
6% (60 лексем), глаголов иноязычного происхождения более 1000 (Н. В. Андросюк).
По функциональным признакам и стилистическим характеристикам двувидовые
глаголы можно охарактеризовать как общеупотребительные (фиксировать,
украинизировать, демонстрировать и т. п.) и функционально ограниченные
(торшонировать, сублимировать, фламбировать и т. п.).
Как и во всех видовых парах, фазовые отношения двувидовых глаголов
складываются по трем направлениям: а) отношения начала к непредельному
процессу (оккупировать – «захватить» и «продолжать удерживать», парализовать,
реабилитировать и др.); б) отношения процесса к его завершению (результату),
например, крестить, исповедовать, штабелировать, дооборудовать и др.; в)
отношения потенциальной серийности к одноактности: молвить, ранить
(О. М. Соколов).
Полная фазовая парадигма у двувидовых глаголов встречается крайне редко.
Например, у глагола салютовать в значениях ‘произвести (производить) салют’ и
‘отдать (отдавать) салют’ в словарях отмечен один коррелят – отсалютовать.
Полная фазовая парадигма образуется только с учетом слов из разговорной речи с
фазовыми префиксами: за- (начинательный), от- (финитивный), по(делимитативный) и про- со значениями однократности и результативности. В обеих
видовых парах (салютовать (НСВ) – салютовать (СВ) и салютовать –
отсалютовать) фазовые отношения одно-/многократности.
Среди исконно славянских двувидовых глаголов ни один не имеет полной
фазовой парадигмы, однако словообразовательную и фазовую валентность
обнаруживает более половины лексем. 75% глаголов имеют однос торонн юю
фазовую парадигму, в большинстве этих парадигм представлены процесснозавершительные отношения
(70%),
однократно-многократные (24%) и
начинательно-процессные (6%). Однако с учетом дериватов, которые образуются
путем присоединения наиболее употребительных префиксов, в первую очередь,
префикса по-, а также на-, за-, от- и др. и функционируют в речи носителей языка,
эти фазовые парадигмы становятся многочленными.
60% заимствованных двувидовых общеупотребительных глаголов проявляют
словообразовательную валентность, их фазовые парадигмы преимущественно
односторонние (75%), однако с учетом дериватов, не зафиксированных в словарях,
но функционирующих в СМИ, в средствах электронной коммуникации, в
29
разговорной речи носителей языка, некоторые из них приобретают многосторонние
и даже полную парадигму фазовости (глагол атаковать). Функционально
ограниченные двувидовые глаголы в силу своей специфики употребляются гораздо
реже, основную часть глаголов данной группы составляет терминологическая узко
специальная лексика (окклюдировать, суспензировать, адвербиализироваться и
т. п.), кроме того, сюда включаются книжные (авторизовать, экстраполировать) и
устаревшие (франкировать, эскамотировать) слова. Будучи узко специальными и
малоупотребительными, эти глаголы в своих фазовых парадигмах обычно имеют
только видовой партнер – глагол-омоним.
Итак, анализ фазовой парадигматики двувидовых глаголов показал, что в
среднем 40% из них имеют минимальную фазовую парадигму, состоящую из двух
глаголов-омонимов
противоположного
вида,
80%
парадигм
являются
односторонними, т. е. имеют только одно направление фазовости, в 60% это
процессно-результативная фазовость. Полную фазовую парадигму, состоящую из
кодифицированной лексики, не имеет ни один двувидовой глагол, однако с учетом
разговорных префиксальных дериватов, функционирующих в средствах массовой и
электронной коммуникации, отдельные двувидовые глаголы обнаруживают полную
фазовую валентность (салютовать, атаковать).
М ного ак тные глаголы (шагать, моргать, кивать, чихать и т. п.) проявляют
значительное сходство своих фазовых парадигм. Типичная фазовая парадигма
многоактного глагола – полная, многочленная, как например, у глагола прыгать.
Многоактные глаголы в большинстве своем являются общеупотребительными,
высокочастотными, словообразовательно активными, непроизводными (кроме
глаголов звучания и звукоподражания), поэтому в их фазовых парадигмах имеются
дериваты с различными аффиксами. Фазовые парадигмы глаголов кашлять, кидать,
махать, стучать, качать, черпать, чихать, скакать, капать, колоть, хлопать,
свистеть, брызгать и т. д. насчитывают от 10 до 22 (у глагола кидать) дериватов.
Но даже в парадигмах, насчитывающих всего 4-5 лексем, обязательно имеются
глаголы с префиксом за- (начальная фаза), по- (ограничительная), про(ограничительная и/или завершительная), суффиксом -ну-. Например, порхать,
бодать, брыкать, вилять, моргать, мигать, пикать и т. п. Эти дериваты выражают
все четыре направления фазовости.
Таким образом, фазовая парадигматика многоактных глаголов отличается
по лно той выраж ения вс ех фазо вых преде ло в , включая наличие а)
начинательных глаголов с префиксом за- (нередко в парадигме присутствует также
омоним с фазовым значением финитивности), б) ограничительных с префиксом по-,
в) одноактных с суффиксом -ну-, г) многократных с аффиксами по-…-ива/-ыва-, д)
финитивно-результативных дериватов с разными префиксами, причем наличие
«чисто» финитивных префиксов от- и до- наблюдается далеко не у всех
многоактных глаголов.
Г ла го лы движения , составляющие в русском языке особую группу, также
отличаются полной фазовой парадигмой. Образец – глагол бегать. Несмотря на
большое сходство фазовой парадигматики глаголов разнонаправленного движения,
у них наблюдается и различие в сочетаемости с отдельными аффиксами, в
30
зависимости от лексической семантики. Так, финитивный префикс отприсоединяют все глаголы данной группы12, но у глаголов ходить, летать, ездить,
плавать, бегать, бродить дериваты с этим префиксом имеют и второй ЛСВ со
значением ограничительности (их толкования включают сему ‘провести какое-л.
время’). Некоторые глаголы имеют в парадигме собственно многократные глаголы
НСВ (хаживать, бегивать, нашивать, важивать, езживать) и прерывистосмягчительные с аффиксами по-…-ива-/-ыва- (похаживать, полетывать,
понашивать), также выражающие многократную фазовость. В других фазовых
парадигмах подобных глаголов нет. Обязательным в фазовых парадигмах глаголов
разнонаправленного движения является наличие двух глаголов, выражающих одно/многократные отношения (в данном случае – однократные): «парный» глагол НСВ
однонаправленного движения и дериват СВ с префиксом с-, имеющий семантику
‘совершить движение туда и обратно’, например, сходить, слетать, сбегать,
сплавать. Однако и здесь есть исключения – у глаголов бродить и таскать таких
дериватов нет (стаскать имеет семантику ‘перенести в несколько приемов в одно
место (многое, многих); перетаскать’ и вступает в финитивно-результативные
фазовые отношения со своим мотиватором).
Глаголы однонаправленного перемещения имеют трехстороннюю (но
некоторые и полную, например, плыть) фазовую парадигму, в которой отсутствует
ограничительная
фазовость.
Глаголы
однонаправленного
перемещения
обнаруживают большее сходство фазовой парадигматики, чем разнонаправленные
глаголы движения. В их фазовых парадигмах по одному деривату со значением
начинательности (с префиксом по-) и многократной фазовости (парный глагол НСВ
разнонаправленного
движения),
ограничительная
фазовость
передается
аналитически, многочисленные префиксальные и префиксально-постфиксальные
дериваты имеют фазовую семантику финитивности.
Все глаголы разнонаправленного движения имеют полные фазовые парадигмы,
в которых имеются начинательные глаголы (с аффиксами за- и раз-…-ся),
ограничительные с префиксами по- и про-, а у шести глаголов и с префиксом от-;
однократные (с префиксом с- и глагол однонаправленного движения) и
многократные (не у всех глаголов группы) с аффиксами -ива/-ыва- и по-…-ива-/ыва-. Финитивную фазовость в парадигмах разнонаправленных глаголов выражают
дериваты с префиксами от- и до-, а также многие другие префиксальные и
префиксально-постфиксальные дериваты.
Таким образом, изучение фазовых парадигм глаголов различных семантических
групп, способов действия, лексико-грамматических разрядов открывает новые
возможности для их описания и классификации.
ВИСНОВКИ
Морфологическая категория вида глагола в современном русском языке
взаимодействует такими аспектуально значимыми лексико-грамматическими
категориями,
как
пр еде льно ст ь,
вре менн ая
лок а лизо ванно ст ь,
12
В кодифицированном языке нет глагола отлазать.
31
ед инич но ст ь, по вторяе мос ть, ф а зо вос ть . Не получая регулярного
формального выражения в системе грамматических форм, эти категории относятся к
области и мп лици тной (скры той ) гра мм а тики .
Имплицитные категории преде льно ст и , единично с т и, повторя емо ст и,
вре менн ой лок али зо ванно ст и оказывают влияние на функционирование
видов, будучи представлены в категориальной семантике вида специальными
минимальными единицами – семами.
Категория предельности базируется на понятии вн утре нне го пр еде ла
действия. В соответствии с общепризнанной в современной аспектологии теорией
различаются предельные (направленные на достижение внутреннего предела) –
непредельные глаголы НСВ и предельные глаголы СВ. Предельность относится к
лексической семантике глаголов. В г ра мм а тиче ск ой се ма нти к е вид а глагола
к атегория предельности представлена лексическими се мам и П и НП.
Категория временной локализованности является важной аспектуальной
имплицитной категорией русского глагола. В результате проведенного
исследования был сделан вывод о том, что виды глагола не «сочетаются с
признаками» локализованности или нелокализованности (А. В. Бондарко) и что
значение
временной
локализованности
не
является
контекстуальным
(М. В. Всеволодова), а в ходи т в се мный со с та в категории вида глагола.
Временная локализованность представлена в видовых граммемах русского
глагола грамматическими семами (граммами) Л и НЛ.
Аспектуальные имплицитные категории единичности и повторяемости в
грамматической семантике вида глагола представлены соответствующими
граммами единичности (Ед.) и повторяемости (Повт.).
Таким образом, в категориальную семантику вида русского глагола входят
следующие семы: П – предельность; НП – непредельность; Л – локализованность;
НЛ – нелокализованность; Ед. – единичность; Повт. – повторяемость. Их
комбинации и актуализация отражают все многообразие функционирования видов.
Категория вида в русском языке представлена граммемами СВ и НСВ. В
граммеме СВ содержатся семы предельности, локализованности и единичности
(П:Л:Ед.). В граммеме непредельных глаголов НСВ – семы непредельности,
локализованности и нелокализованности, единичности и повторяемости
(НП:Л:Ед.//НЛ:Повт.). В граммеме предельных глаголов НСВ, кроме того, имеется
сема предельности (П//НП:Л:Ед.//НЛ:Повт.).
Коренное различие видов заключается в семном наборе НСВ: в граммеме
НСВ содержатся семы непредельности, нелокализованности и повторяемости,
которых нет в граммеме СВ. Другие н ек атегор иа льны е зн ач ения –
с ем ан тич ески е при зн аки (такие как длительность, «возникновение новой
ситуации» и т. п.) в грамматическую семантику категории вида не входят.
Отсюда следует теоретический вывод: русские глаголы в видовых парах
являются
самостоятельными
лексемами,
которые
различаются
своей
грамматической видовой семантикой. Все глаголы (парные и непарные)
распределяются по видам в соответствии со своими семными наборами, категория
вида является словоклассифицирующей.
32
Семантика глагола, как и других знаменательных слов в русском языке,
представляет собой определенную интегральную полевую структуру, образуемую
компонентами разного объема, в которой вычленяется ядро и периферия. Многие
глагольные аффиксы имеют собственную семантику, оказывающую влияние на
семантику глагольной лексемы в целом; носителями аффиксальной семантики
также являются семы, которые взаимодействуют с грамматическими (видовыми)
семами. Семная комбинаторика порождает и сопровождает вн утрис ло вны е и
кон текс туа льно об ус ло вле нные се ма нти че ские проц есс ы , важнейшим из
которых является актуализация – выделение одной из сем или грамм при
одновременной перегруппировке других сем.
Актуализация приводит к таким внутрисловным семантическим процессам, как
подд ержан ие и ус и лени е, ос лаблен ие , пога ше ние , не йтр а лизация сем,
и таким контекстуально обусловленным процессам, как зач ерки вание либо
подд ержан ие .
Имплицитная категория фазовости также взаимодействует с категорией вида:
в видовых парах имеется фазовый инвариант в одной из трех разновидностей
(допредельный, послепредельный, одно-/многофазисный). Фазовость является
универсальной семантической категорией, отражающей объективное развитие
процессов в материальном мире, где все имеет начало, продолжение (развитие) и
конец, а затем повторяется в том же порядке. В современном русском языке
фазовость представлена как лексико-грамматическая категория (О. М. Соколов).
Фазовость выражает отношение не ограниченного пределом процесса к его началу
или завершенности. В русском языке фазовость выражается синтетически и
аналитически, эксплицитно и имплицитно. Категория фазовости проявляется не
только в видовых, но и во всех аспектуальных парах глаголов противоположного
вида, находящихся в отношениях прямой словообразовательной мотивации.
Важным проявлением категории фазовости в русском языке является
парадигматика глаголов: фазовые парадигмы образуют все глаголы, имеющие
прямые глагольные дериваты в языке и речи. В случае их отсутствия глаголы НСВ
реализуют свою фазовую валентность в аналитических фазовых парадигмах
(фазовые отношения передаются сочетанием инфинитива с фазовыми глаголами
начать/начинать, кончить/закончить, стать, перестать, продолжать и т. п.).
Анализ иллюстративного материала показал, что речевое поведение носителей
языка свидетельствует об их стремлении выразить следующие фа зо вые
пр е дел ы действий: ограничение (делимитативность); начало; дистрибутивность,
кумулятивность, интенсивность и связанную с ними финитивность; однократность
либо многократность. Многие русские глаголы проявляют в некодифицированной
речи высокую фазово-аффиксальную валентность, что подтверждается наличием
значительного количества по тенци а льных лексем, образованных в соответствии с
грамматическими нормами и правилами русского языка, демонстрирующие
«креативный потенциал» (термин Е. Н. Ремчуковой) категорий фазовости и вида и
заполняющие «грамматические» лакуны – отсутствующие видовые пары и фазовые
парадигмы у глаголов обоих видов.
33
В случае полного отсутствия глагольных дериватов и аналитической фазовой
парадигмы (у глаголов НСВ) следует говорить о н уле вой фа зо вос ти . Нулевая
фазовость встречается чаще у глаголов СВ.
Фазовая парадигма – это с ло вообра зо ва тельно е гне здо , в ко торое
входя т глаго лы , н аходя щие ся в о тнош ения х пря мой моти вац ии . В
фазовую парадигму включаются преимущественно глаголы противоположного
вида, есть только один тип фазовых отношений – однократно / многократный,
допускающий наличие глаголов одного и того же (несовершенного) вида в
парадигме (бежать – бегать, ходить – хаживать). Между двумя глаголами
совершенного вида фазовые отношения не возникают. По л н а я фазовая парадигма
включает не менее пяти членов (лексем), считая исходный глагол, и все
н апра влени я фазовости. Минимальная парадигма состоит из двух лексем.
Основных направлений фазовости в парадигме четыре: начинательно - процессные,
процессно - завершительные,
процессно - ограничительные,
однократно многократные.
В современном русском языке фазовой валентностью обладает большинство
глаголов обоих видов. Парны е глаголы обладают фазовой парадигматикой в
разной степени, которая зависит от видовой принадлежности. Типовая фазовая
парадигма глагола СВ состоит из двух членов – собственно видовой пары. Глаголы
СВ, образующие видовые корреляты путем имперфективации, в основном имеют
минимальные фазовые парадигмы, которые не могут быть полными.
Ведущую роль в эксплицитном выражении фазовости играют глагольные
аффиксы. Все они, и прежде всего префиксы, обладают фазовой валентностью, в
большинстве случаев изменяя не только вид, но и фазовость глагола. Наиболее
универсальной в отношении фазовой валентности является приставка по-, которая в
сочетании с глагольными основами разной лексической семантики выражает
начинательность, финитивность / результативность (в том числе при формировании
видовой пары), ограничительность, однократность и, в сочетании с суффиксом -ива/-ыва-, многократность.
Изучение фазовой парадигматики отдельных семантических и лексикограмматических групп глаголов открывает новые возможности для их
классификации и адекватного лексикографического описания, позволяет уточнить
имеющиеся классификации (такие, как способы действия, например).
Классификация глаголов в соответствии с фазовой валентностью, показателем
которой является количество членов (дериватов) в фазовой парадигме:
- активные (с количеством дериватов более десяти);
- менее активные (с количеством дериватов от 4 до10);
- неактивные (с количеством дериватов от 1 до 4);
- пассивные (дериватов нет, фазовая валентность проявляется аналитически);
- с нулевой фазовой валентностью (так называемая нулевая фазовость).
Активные глаголы не обязательно образуют полную фазовую парадигму, для
ее наличия достаточно нескольких дериватов, лексемы которых могут иметь разную
фазовость и выражать все типы фазовых отношений.
34
Исследование имеет важное прикладное значение: на его базе разработана
методическая аспектология, ориентированная как на носителей языка, так и на
инофонов. Простая и понятная теория видов , их устройства и функционирования
может быть положена в основу учебного пособия по обучению иностранных
учащихся видам русского глагола. В комплексе с учебным словарем фазовых
парадигм глаголов русского языка и при условии использования современных
коммуникативных упражнений методика обучения видам на основе теории
фазовости позволяет достичь высоких результатов. Глагольная лексика,
представленная в словаре по гнездовому принципу, отражает системные и
словообразовательные связи между русскими глаголами и сокращает время поиска
каждой конкретной лексемы, демонстрирует семантические связи между
глагольными дериватами и способствует развитию чувства языка у пользователя.
Фазовые парадигмы заменяют сложные семантические классификации глаголов
по «способам действия», наглядно демонстрируя префиксально-суффиксальную
валентность первичных глаголов, семантику производных слов по отношению к
исходному глаголу, видовую парность или непарность глагола, семантику
префиксов, помогают систематизировать глагольную лексику.
Перспективы исследования заключаются в возможности экстраполяции теории
фазовой парадигматики на украинский и другие славянские языки, изучении и
сравнении особенностей фазовых парадигм лексико-грамматических групп глаголов
в этих языках и уточнения семантических классификаций глагольной лексики на
этом основании; составлении словарей фазовых парадигм глаголов и учебных
пособий по обучению виду глагола в русском, украинском и других славянских
языках.
Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях
автора:
а) монографии
1. Титаренко Е. Я. Категория фазовости и вид русского глагола : монография /
Е. Я. Титаренко. – Симферополь: Доля, 2011. – 368 с.
б) научные статьи в специализированных изданиях:
1. Титаренко Е.Я. Обучение категории вида русского глагола на основе теории
фазовости / Е.Я.Титаренко // Учёные записки Таврического нац. ун-та им. В.И.
Вернадского : Филол. науки. – Симферополь, 2002. – Т. 15 (54). – № 2. – С. 104-110.
2. Титаренко Е.Я. Взаимодействие лексической и грамматической
аспектуальности в русском глаголе / Е.Я.Титаренко // Учёные записки Таврического
нац. ун-та им. В.И. Вернадского : Филол. науки.– Симферополь, 2002. – Т. 15 (54). –
№ 4 – С. 99-113.
35
3. Титаренко Е.Я. Об особенностях двувидовых глаголов в современном
русском языке / Е.Я.Титаренко // Культура народов Причерноморья. –
Симферополь, 2003. – № 37, январь. – С. 182-188.
4. Титаренко Е.Я. Словарь фазовости русских глаголов: концепция и
структура. / Е.Я.Титаренко // Культура народов Причерноморья – Симферополь,
2003. – № 44, ноябрь. – С. 71-74.
5. Титаренко Е.Я. Актуальные проблемы и перспективы развития славянской
аспектологии / Е.Я.Титаренко // Науковi записки Вiнницького державного
педагогiчного унiверситету iм. М. Коцюбинського. – Серiя : Фiлологiя. – 2003. –
Вип. 6. – С. 246-250.
6. Титаренко Е.Я. Видовая парность русского глагола (теоретический и
методический аспекты) / Е.Я.Титаренко // Ученые записки Таврического нац. ун-та
им. В.И. Вернадского : Филол. науки. – Симферополь, 2004 – Т. 16 (55) – № 1. –
С.44-53
7. Титаренко Е.Я. О грамматической категории вида глагола / Е.Я.Титаренко //
Культура народов Причерноморья. – Симферополь, 2004. – № 49. – Т. 1, март –
С. 211-213.
8. Титаренко Е.Я. Способы выражения фазово-видовых значений глаголов в
русском языке / Е.Я.Титаренко // Система i структура східнослов’янських мов : зб.
наук. пр. – К.: Знання України, 2004. – С. 81- 89
9. Титаренко Е.Я. Категория способов глагольного действия: грамматика,
лексика, словообразование? / Е.Я.Титаренко // Ученые записки Таврического нац.
ун-та им. В.И. Вернадского : Филол. науки. – Симферополь, 2004. – Т. 17 (56). – №
1– С. 30-34
10.Титаренко Е.Я. О некоторых понятиях и терминах русской аспектологии /
Е.Я.Титаренко // Система i структура східнослов’янських мов: зб. наук. пр. – К.:
Знання України, 2005. – С. 257-265
11.Титаренко Е.Я. К вопросу о семантике суффиксов вторичной
имперфективации русского глагола / Е.Я.Титаренко // Ученые записки
Таврического нац. ун-та им. В.И. Вернадского : Филология. – Симферополь, 2005. –
Т. 18 (57). – № 2 – С. 143-147.
12.Титаренко Е.Я. Проблемы лексикографического описания глагольной
лексики / Е.Я.Титаренко // Культура народов Причерноморья. – Симферополь, 2005.
– № 60 – Т. 3, май. – С. 10-17.
13.Титаренко Е.Я. «Вечные» вопросы аспектологической теории /
Е.Я.Титаренко // Ученые записки Таврического нац. ун-та им. В.И. Вернадского :
Филология. – Симферополь, 2006. – Т. 19 (58). – № 1 – С. 209-216.
14.Титаренко Е.Я. О семантической структуре глагольного слова и семносемемной комбинаторике / Е.Я.Титаренко // Ученые записки Таврического нац. унта им. В.И. Вернадского : Филология. – Симферополь, 2007. – Т. 20 (59). – № 1 – С.
45-53.
15.Титаренко Е.Я. Видовые тройки русских глаголов / Е.Я.Титаренко // Вісник
Луганського національного університету ім. Тараса Шевченка. : Філол. науки. –
2008. – № 13 (152) липень – Ч. 1. – С.191-200.
36
16.Титаренко Е.Я. Фазовая парадигма глагола класть / Е.Я.Титаренко //
Ученые записки Таврического нац. ун-та им. В.И. Вернадского : Серия
«Филология».– Симферополь, 2008. – Т.21 (60). – №3. – С. 226-231.
17.Титаренко Е.Я. Единичность действия и ее выражение в русском языке /
Е.Я.Титаренко // Ученые записки Таврического нац. ун-та им. В.И.Вернадского :
Серия «Филология. Социальные коммуникации». – Симферополь, 2009. – Т.22 (61).
– №2. – С.250-255.
18.Титаренко Е.Я. Выражение временной локализованности ситуаций в
русском языке / Е.Я.Титаренко // Вісник Дніпропетровського університету : Серія
«Мовознавство».– Днепропетровск, 2009. – № 11. – Вип. 15. – Т. 3. – С. 133–140.
19.Титаренко Е.Я. Фазовая парадигматика русских глаголов Imperfectiva tantum
// Ученые записки Таврического нац. ун-та им. В.И.Вернадского : Серия
«Филология. Социальные коммуникации». – Т. 24 (63). – № 1. – Часть 1. –
Симферополь, 2011. – С.170-178.
20.Титаренко Е.Я. Фазовые парадигмы имперфективов из видовых троек
русских глаголов / Е.Я.Титаренко, Ли Цзяо // Русская филология. – Вестник
Харьковского нац. пед. ун-та им. Г.С.Сковороды. – № 1-2 (44). – Харьков, 2011.–
С.37 – 40
21.Титаренко Е.Я. О типах внутриглагольной деривации / Е.Я.Титаренко //
Науковий
часопис
Національного
педагогічного
університету
ім. М. П. Драгоманова. : Серія № 9. : Сучасні тенденції розвитку мов. – Випуск 6 :
зб. наукових праць / [за ред. проф. В.І. Гончарова]. – К. : Вид-во НПУ ім. М.П.
Драгоманова, 2011. – С.190-194.
22.Титаренко Е. Я. Повторяемость действия и ее связь с видом глагола в
русском языке / Е. Я. Титаренко // Вісник Донецького національного університету. –
Серия Б : Гуманітарні науки. – 2011. – Вип. 1. – С. 146-153.
в) научные статьи в других изданиях:
23.Титаренко Е.Я. ФСП повторяемости действия в системе полей
аспектуальности / Е.Я.Титаренко // Проблемы семантики в аспекте преподавания
РКИ. – М.: Изд-во УДН, 1991. – С. 44-52.
24.Титаренко Е.Я. Лексикографическое описание русских глаголов с учетом их
фазовой парадигмы // Вопросы глагольной семантики. – Симферополь, 1993. – С.3438.
25.Титаренко Е.Я. Коммуникативный анализ семантической структуры
русского глагола / Е.Я.Титаренко // Филологические студии. – 2001. – Вып.2. –
С.155-160
26.Титаренко Е.Я. Лингводидактические основы учебного пособия по видам
глагола для иностранцев / Е.Я.Титаренко // Русский язык и литература: Проблемы
изучения и преподавания в школах и высших учебных заведениях Украины : сб.
науч. тр. – К., 2005. – С. 77-81.
27.Титаренко Е.Я. Методическая аспектология: теория и практика
преподавания / Е.Я.Титаренко // Русский язык и литература : Проблемы изучения и
преподавания в школе и вузе : сб. науч. тр. – К., 2006. – С. 409-414.
37
28.Титаренко Е.Я. Фазовая парадигма русского глагола / Е.Я.Титаренко //
Русский язык и литература : Проблемы изучения и преподавания в школе и вузе :
сб. науч. тр. – К., 2009. – С. 98-102.
29.Титаренко Е.Я. Имплицитные семы предельности и непредельности
в видовых граммемах / Е.Я.Титаренко // Новое в славянской филологии : сборник
статей / [oтв. ред. М.В. Пименова]. – Севастополь: Рибэст, 2009. – С. 280-287 –
(Серия «Славянский мир». – Вып. 4).
30.Титаренко Е. Я. Глаголы с нулевой фазовостью в русском языке /
Е. Я. Титаренко // Русский язык и литература в школе и вузе: проблемы изучения и
преподавания : сб.науч.тр. – Горловка : Изд-во ГГПИИЯ, 2010. – С. 323-327.
31.Титаренко Е.Я. Типы видовых троек глаголов в русском языке /
Е.Я.Титаренко, Цзяо Ли // Язык и личность в поликультурном пространстве : сб.
науч. статей. – Севастополь: Рибэст, 2011. – С. 230-235. – (Серия «Молодой
филолог» – Вып. 1).
32.Титаренко Е.Я. Теория фазовой парадигматики русского глагола /
Е.Я.Титаренко // Русистика : сб. науч. трудов. – Киев : «Киевский университет»,
2011. – Вып. 11. – С. 47 – 51.
33.Титаренко Е.Я. Фазовые значения русских глагольных префиксов /
Е.Я.Титаренко // Ученые записки кафедры славянской филологии Печского
университета (Посвящено открытию Русского центра в г. Печ) / [ред. коллегия:
В. Вегвари, Р. Волош, М. Поварницына]. – Печ, 2011. – С. 169-177.
г) материалы научных конференций:
34.Титаренко Е. Я. Теоретические основы обучения видам русского глагола в
национальной школе / Е.Я.Титаренко // Эффективные формы работы по языку и
литературе в учебной аудитории. – Одесса, 1991. – С. 63-67.
35.Титаренко Е. Я. Из опыта работы по обучению видам русского глагола на
основе теории фазовости / Е. Я. Титаренко // Итоги и перспективы развития
методики : Теория и практика преподавания русского языка и культуры России в
иностранной аудитории : тезисы докладов и сообщений международной научной
конференции, РУДН, 21-25 ноября 1995 г. – М., 1995. – С. 58-59.
36.Титаренко Е. Я. Лексико-грамматическая семантика глагола и контекст /
Е. Я. Титаренко // Принципы и методы функционально-семантического описания
языка : итоги, направления, перспективы : материалы конференции, Симферополь,
9-12 сентября 1997 г. – Москва - Симферополь, 1997. – С. 295-296.
37.Титаренко Е. Я. Лексические и грамматические семы русского глагола /
Е. Я.Титаренко // Русский язык: исторические судьбы и современность: II
Международный конгресс исследователей русского языка : труды и материалы. –
М.: Изд-во Моск. ун-та, 2004. – С. 263-264.
38.Титаренко Е. Я. Проблемы «методической аспектологии» в преподавании
РКИ / Е. Я.Титаренко // Международное образование: итоги и перспективы : труды
и материалы. – Т. 2. – М., 2004. – С. 306-312
39.Титаренко Е.Я. Изучение видов русского глагола на подготовительном
отделении / Е. Я.Титаренко // Учебный процесс как основа комплексной адаптации
38
иностранных студентов к новой образовательной, социальной и культурной среде :
материалы международной юбилейной научно-практической конференции. –
Одесса : ОНПУ ПФ, 2005. – С.141-146.
40.Титаренко Е. Я. Фазовая парадигма русского глагола: принципы выделения
и описания / Е. Я.Титаренко // Функциональная семантика, семиотика знаковых
систем и методы их изучения : I Новиковские чтения: материалы Международной
научной конференции. – М.: Изд-во РУДН, 2006. – С. 286-290.
41.Титаренко Е. Я. Актуальные вопросы современной аспектологической
терминологии / Е.Я.Титаренко // Русский язык: исторические судьбы и
современность: III Международный конгресс исследователей русского языка :
труды и материалы. – М.: МАКС Пресс, 2007. – С. 201.
42.Титаренко Е.Я. Учебный словарь фазовости русских глаголов /
Е.Я.Титаренко // Мир русского слова и русское слово в мире : материалы ХI
Конгресса МАПРЯЛ, Варна 17-23 сентября 2007. – Т. 2 : Проблемы фразеологии.
Русская лексикография: тенденции развития. – Sofia: Heron Press, 2007. – С.542-548.
43.Титаренко Е. Я. Проект электронного словаря фазовости русских глаголов /
Е.Я.Титаренко // MegaLing’ 2007 : Горизонты прикладной лингвистики и
лингвистических технологий : доклады международной конференции, 24-28
сентября 2007, Украина, Крым, Партенит. – Симферополь, 2007. – С.189-190.
44.Титаренко Е. Я. Семантика и функционирование категории вида глагола /
Е.Я.Титаренко // Функциональная семантика языка, семиотика знаковых систем и
методы их изучения : IІ Новиковские чтения : материалы международной научной
конференции, Москва, 16-17 апреля 2009. – М. : Изд-во РУДН, 2009. – С. 563-566.
45.Титаренко Е. Я. Грамматическая семантика категории вида глагола /
Е. Я.Титаренко // Проблемы преподавания русского языка и литературы в школе и
вузе : Взаимодействие академической науки и практики филологического
образования : материалы второй международной научно-практической
конференции. 14 ноября 2008 г. Белгород. / [отв. ред. П. Ю. Федорченко]. –
Белгород : ИПЦ "ПОЛИТЕРРА", 2009. – С. 37-40.
46. Титаренко Е. Я. Об универсальной категории фазовости и фазовой
парадигматике глаголов / Е. Я.Титаренко // Типология вида / аспекта: проблемы,
поиски, решения: тезисы II Международной научной конференции, 22-26 сентября
2009г., Симферополь – Гаспра. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2009. – С.89-92.
47. Титаренко Е. Я. Русские глаголы с нулевой фазовостью / Е.Я.Титаренко //
Русский язык: исторические судьбы и современность: IV Международный конгресс
исследователей русского языка [Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова,
филологический факультет, 20-23 марта 2010г.] : труды и материалы. – М.: Изд-во
Моск. ун-та, 2010. – С. 826-827.
48.Титаренко Е. Я. Фазовая парадигматика глаголов положения в пространстве
/ Е. Я.Титаренко // II международная конференция «Русский язык и литература в
международном образовательном пространстве: современное состояние и
перспективы»: к 55-летию преподавания русского языка в Испании : Гранада, 8-10
сентября 2010. – Т. 1 : Доклады и сообщения / Guzman Tirado, R., Sokolova, L.,
Votyakova, I. (eds.) – Granada, 2010. – С. 281-286.
39
49. Титаренко Е. Я. Семная формула и принцип функционирования видов
русского глагола в контексте / Е. Я.Титаренко // Глагольный вид: грамматическое
значение и контекст. Материалы III конференции Комиссии по аспектологии
Международного комитета славистов. – Падуя, 2011 – С. 76-78.
50. Титаренко Е. Я. Фазовый потенциал одиночных глаголов совершенного
вида / Е.Я.Титаренко // Функциональная семантика и семиотика знаковых систем :
III Новиковские чтения. – Ч.1 : сб. науч. статей / сост. : В.Н.Денисенко и др. – М. :
РУДН, 2011. – С. 497- 503.
51. Титаренко Е.Я. «Видовые гнезда» и фазовая парадигма глагола /
Е.Я.Титаренко // Олег Михайлович Соколов (к 85-летию со дня рождения) :
материалы 3-й Международной научной конференции «Лингвистические чтения
памяти профессора О.М.Соколова», Симферополь 16-17 февраля 2012 года. – Саки:
ЧП «Предприятие Феникс», 2012. – С. 260-265.
52. Титаренко Е.Я. Фазовая парадигматика русских стативных глаголов /
Е.Я.Титаренко // Славянские языки и культуры в современном мире: II
Международный научный симпозиум, Москва, МГУ им. М.В.Ломоносова,
филологический факультет, 21-24 марта 2012г. : труды и материалы / [под общим
руководством М. Л. Ремневой]. – М. : Изд-во Моск. ун-та, 2012. – С. 40-41.
АНОТАЦІЯ
Титаренко О. Я. Аспектуальна категорія фазовості і граматична
семантика виду дієслова в сучасній російській мові. – Рукопис.
Диссертация на соискание ученой степени доктора филологических наук по
специальности 10.02.02 – русский язык. – Киевский национальный университет
имени Тараса Шевченко. – Киев, 2013.
Диссертация посвящена исследованию морфологической категории вида
глагола, лексико-грамматической категории фазовости и других имплицитных
аспектуальных категорий русского языка. Установлено, что в грамматической
семантике вида глагола категории предельности, временной локализованности,
единичности и повторяемости представлены соответствующими семами.
Предложена семная формула граммем совершенного и несовершенного вида, из
которой следует, что коренное различие видов заключается в добавочном наборе
сем в граммеме несовершенного вида: в ней содержатся семы непредельности,
нелокализованности и повторяемости, которых нет в граммеме совершенного вида.
Связь категорий фазовости и вида проявляется в наличии фазового инварианта
во всех видовых парах, а также в наличии фазовых парадигм у глаголов обоих
видов. В диссертации разработана теория фазовой парадигматики, дано понятие
фазовой парадигмы, описана ее структура, критерии определения отношений
фазовости между глаголами в парадигме, представлен анализ фазовых парадигм
глаголов различной семантики, высказана идея словаря фазовых парадигм русских
глаголов, его концепция и структура.
Ключевые слова: вид, аспект, категория вида, глагол, фазовость,
предельность, временная локализованность, единичность, повторяемость.
40
АННОТАЦИЯ
Титаренко Е. Я. Аспектуальная категория фазовости и грамматическая
семантика вида глагола в современном русском языке. – Рукопись
Диссертация на соискание ученой степени доктора филологических наук по
специальности 10.02.02 – русский язык. – Киевский национальный университет
имени Тараса Шевченко. – Киев, 2013.
Диссертация посвящена исследованию морфологической категории вида
глагола и лексико-грамматической категории фазовости в русском языке.
Исследование выполнено в рамках функциональной лингвистики и имплицитной
грамматики.
В работе предложено теоретическое осмысление семантического содержания
категории вида глагола во взаимосвязи с другими имплицитными аспектуально
значимыми категориями, такими как фазовость, предельность, временная
локализованность, единичность, повторяемость. Все эти категории детально
описаны в диссертации. Установлено, что категории предельности, временной
локализованности, единичности и повторяемости представлены в грамматической
семантике вида глагола соответствующими семами. Впервые предложена семная
формула граммем совершенного и несовершенного вида, из которой следует, что
коренное различие видов заключается в добавочном наборе сем в граммеме
несовершенного вида: в ней содержатся семы непредельности, нелокализованности
и повторяемости, которых нет в граммеме совершенного вида. Семная формула
вида не только демонстрирует грамматическое различие между глаголами в видовой
паре, отражает связь и взаимодействие основных аспектуально значимых категорий
(предельности, временной локализованности и единичности / повторяемости), но и
объясняет возможности видовых граммем выполнять их основные функции:
передавать конкретно-фактическое значение СВ, конкретно-процессное, кратное и
общефактическое значения НСВ.
Семная комбинаторика порождает и сопровождает внутрисловные и
контекстуально обусловленные семантические процессы, важнейшим из которых
является актуализация – выделение одной из сем при одновременной
перегруппировке других сем. Актуализация приводит к таким внутрисловным
семантическим процессам, как поддержание и усиление, ослабление, погашение,
нейтрализация сем, и таким контекстуально обусловленным процессам, как
зачеркивание либо поддержание.
Категория фазовости является универсальной, ее связь с видом в русском языке
проявляется в наличии фазового инварианта во всех видовых парах, а также в
наличии фазовых парадигм у глаголов обоих видов. В диссертации разработана
теория фазовой парадигматики, дано понятие фазовой парадигмы, описана ее
структура, критерии определения отношений фазовости между глаголами в
парадигме, представлен анализ фазовых парадигм глаголов различной семантики,
высказана идея словаря фазовых парадигм русских глаголов, его концепция и
структура.
Фазовость выражает отношение не ограниченного пределом процесса к его
началу или завершенности. В современном русском языке фазовость выражается
41
синтетически и аналитически, эксплицитно и имплицитно. Категория фазовости
проявляется не только в видовых, но и во всех аспектуальных парах глаголов
противоположного вида, находящихся в отношениях прямой словообразовательной
мотивации. В случае отсутствия глагольных дериватов лексемы несовершенного
вида реализуют свою фазовую валентность в аналитических фазовых парадигмах
(сочетанием
инфинитива
с
фазовыми
глаголами
начать/начинать,
кончить/закончить, стать, перестать, продолжать и т. п.). В редких случаях
встречается нулевая фазовость, более характерная для глаголов совершенного вида.
Полная фазовая парадигма включает не менее пяти членов и все направления
фазовости. Минимальная парадигма состоит из двух лексем. Основных типов
фазовых отношений в парадигме четыре: начинательно - процессные, процессно завершительные, процессно - ограничительные, однократно - многократные.
Фазовые парадигмы демонстрируют сходства и различия аффиксальной и
фазовой валентности глаголов, семантические переходы от лексемы к лексеме в
структуре значений полисемантичного глагола, сопровождающиеся изменением
отношений фазовости. Фазовая парадигма объединяет все глаголы одного
лексического гнезда: и видовые пары, и глаголы способов действия (модификации),
и «новые слова» (мутации). Теория фазовой парадигматики не отрицает
классификации глаголов по способам действия, фазовая парадигма объединяет и
систематизирует глаголы в соответствии с их фазовой валентностью, используя при
определении фазовых пределов все достижения теории способов действия. В этом
также заключается важное теоретическое значение результатов работы.
Ведущую роль в эксплицитном выражении фазовости играют глагольные
аффиксы. Все они, и прежде всего префиксы, обладают фазовой валентностью, в
большинстве случаев изменяя не только вид, но и фазовость глагола. Наиболее
универсальной в отношении фазовой валентности является приставка по-.
Свободное речевое поведение носителей русского языка свидетельствует об их
стремлении выразить следующие фазовые пределы действий: делимитативность
(ограничение внешними пределами); начало; дистрибутивность, кумулятивность,
интенсивность и связанную с ними финитивность; однократность либо
многократность. Многие русские глаголы проявляют в некодифицированной речи
высокую фазово-аффиксальную валентность, что подтверждается наличием
значительного количества потенциальных лексем.
Теория фазовости и фазовой парадигматики глаголов открывает новые
возможности для решения методических задач, поскольку будучи универсальной,
фазовость понятна носителям всех языков.
Ключевые слова: вид глагола, аспект, категория вида, русский глагол,
фазовость,
предельность,
временная
локализованность,
единичность,
повторяемость, имплицитная морфология.
SUMMARY
Tytarenko О.Y. Aspectual category of phase and grammatical semantics of verb
aspect in modern Russian. – Manuscript.
42
Dissertation for receiving the degree of Doctor of Philological Sciences in specialty
10.02.02 – Russian language. – Kyiv National Taras Shevchenko University. – Kyiv,
2013.
This dissertation deals with a study of morphological categories of verb aspect,
lexical and grammatical categories of phase, and other implicit aspectual categories of the
Russian language.
It is found that the categories of limitation, time localization, singularity and
multiplicity in the grammatical semantics of verb aspect are represented by corresponding
semes.
In this dissertation we propose a componential formula for grammemes of perfective
and imperfective aspects, which implies that the fundamental difference between the
aspects lies in the additional set of semes in the grammeme of imperfective aspect: it
contains the semes of non-limitation, non-localisation and multiplicity, which are absent in
the grammeme of perfective aspects.
Connection between categories of phase and aspect is shown by the presence of phase
invariant in all aspectual pairs, as well as by the presence of phase paradigms of verbs of
both aspects.
In this dissertation we developed the theory of phase paradigmatics, provided a term
for phase paradigm, described its structure and criteria to determine phase relationship
between verbs in the paradigm, analyzed phase paradigms of the verbs of different
semantics, as well as proposed an idea for a dictionary of phase paradigms for Russian
verbs, its concept and structure.
Key words: aspect, the Russian verb, phase, limitation, time localization, singularity,
multiplicity, implicit grammar.
Скачать